Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Михаил Белозёров



Трико из шерсти агнца

Евгений Пейсахович

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 4602 знаков с пробелами
Раздел: "Ненастоящее время"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Из сб. Ненастоящее время


Вещевой рынок прятался под тёмно-зелёным плоским навесом и выпирал по внешнему периметру раскладными столами. Столы были завалены гроздьями носков, стопками мужских и женских трусов, разноцветными полотенцами, бюстгальтерами и колготками, джинсами и футболками. Всё было лубочно-цветным, но, впаянное в весеннюю чёрную жижу, перемешанную с бурым недотаявшим снегом, казалось беспросветно серым. Чуть потемнее туч, которые громоздились над. Как сданные в стирку скомканные больничные простыни.
И он. Среди всего.
В кремовых штанах, ниспадающих складками и стянутых внизу, как шаровары. В расстёгнутом пуховике, тоже кремовом, и в оранжевом пуловере. И туфли лёгкие, не по сезону. Летние. Рыжие. Чистые. Будто он не по жидкой грязи идёт, а по парковой дорожке, только что подметенной.
Светло-русые волосы курчавятся. И губы мягко кривятся в слабой улыбке. И глаза – почти синие.
А продавщица стоит у стола, заваленного тряпьем, и у нее почти синие губы. А не глаза. А глаза коричневые, навыкате, тусклые, с мутным блеском медленно созревающей катаракты.
Она посмотрела на него, и в животе у нее что-то взбрыкнуло, будто несуществующий эмбрион решил размяться и мягким коленом капризно пнул тесную матку.
И она хлопнула ладонью по животу, выбив прозрачное, как душа младенца, облачко пыли из ядовито-зеленого драпа демисезонного пальто.
- Мужчина, трико берите. Только что подвезли. Хлопок с шерстью, - с привычной убежденностью соврала продавщица.
Автоматически. На всякий случай.
И ещё потому, что ей захотелось привлечь к себе его внимание. К едва намеченному третьему подбородку и шелушащимся губам. К медленно созревающей катаракте.
К тому, что у нее ещё есть время. У них. Пока всё окончательно созреет и отшелушится. Оплывёт, а потом начнёт усыхать. Тоже не быстро. Еще есть надежда на.
И шевельнулась мысль, что не нужно ему трико. Ни к чему совсем.
И захотелось потрогать его светло-русые кудряшки.
Трико было синтетическим. Оно искало себе хозяина не меньше года, обещая каждому, кто не ленился посмотреть на него, глуповатую неуклюжую верность – только купи и надень.
Она привычно соврала: хлопок с шерстью.
Свои кудряшки он ей потрогать не даст, но, может, хотя бы трико купит. Чем чёрт не. Она уже собралась сказать затёртое, но убедительное: вам я отдам за. Уже вдохнула, чтоб выдохнуть: последние остались.
- С шерстью? – переспросил он. – С настоящей овечьей шерстью?
- Ну да, - убежденно сказала она. – Ягнят стригут. Молоденьких.
- Ягнят? – он осторожно провёл по лежащему на столе трико ладонью. – Ягнёнок. Это хорошо. Агнц. Обязательно куплю себе ягнёнка.
- А держать где будете?
- В саду, - сказал он. – На даче.
- А зимой?
- Зимой – дома.
- Везде срать будет, - она представила себе овцу, цокающую по квартире, и хихикнула не разжимая губ.
На глазах у него вдруг появились слёзы, и она слегка испугалась: может, сумасшедший.
- Да пошутила я.
Хотела замолчать и отвернуться, но не выдержала, разрезвилась:
- Их к унитазу приучают. Они и смывают за собой сами. Только бачок надо с кнопкой сверху. А то с рычага у них копытце соскальзывает.
- Правда? – обрадовался он и вытер ладонью слёзы. – Обязательно куплю себе такой бачок. Спасибо, мать.
- Трико себе купите, - спохватилась она, поняв, что сейчас он уйдёт. – Носки мужские хорошие дёшево. Вам, наверно, трусы нужны. Маечки хлопок сто процентов, белые.
- Копыта, говоришь, скользят? – лицо у него как-то сразу, безо всякого перехода, изменилось – губы жёстко скривились, и глаза стали непроницаемо серыми. – Синтетический у тебя баран, торговка. Хлам. Говно.
- Подумаешь, - обиделась она.
- Подумай, тётка, да, - он кивнул и пошёл, не глядя, куда ступает. Будто по парковой дорожке. Только что подметенной. А не по жидкой грязи с утонувшими в ней окурками, раскисшими картонками оборванных этикеток, с растворившимися плевками и расплывшимся собачьим дерьмом.
- Ненормальный какой-то, - пробормотала она, почему-то опасаясь, как бы он не услышал. – Дурачок.
И громко окликнула небритого ханурика в вытертой чёрной кроличьей шапке, густо-коричневом тяжёлом зимнем пальто с полысевшим на сгибе каракулевым воротником и порванным карманом, в чёрных брюках, заляпанных свежей грязью поверх засохшей, бесформенных не по замыслу, а от тягот жизни:
– Мужчина, трико берите. Хлопок с шерстью. Только что подвезли.
- Мне бы десяточку, - ханурик просительно протянул руку.
Она отвернулась, отстранилась, замкнулась. И стала смотреть в отвлеченное пространство между серыми девятиэтажными домами, тесно уставленное грязными машинами, безразличными к жизни.
И думать о несправедливости.


© Евгений Пейсахович, 2010
Дата публикации: 2010-07-06 19:15:08
Просмотров: 2241

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 69 число 66:

    

Рецензии

Римма Глебова [2010-09-21 13:11:16]
Рассказ выписан тщательно, с метафорами, эпитетами, даже с изысками.
Но ни о чем.

Ответить
хе-хе... спс...
забавный взгляд. контекстный, я б сказал...