Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Евгений Пейсахович
Николай Глушенков
Эдуард Лекарь



Такси

Владислав Эстрайх

Форма: Рассказ
Жанр: Психологическая проза
Объём: 18587 знаков с пробелами
Раздел: "Из пыльного архива"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Один из первых рассказов. Из очень пыльного архива.


Два часа ночи. Прохладной сентябрьской ночи, когда на затянутом небе не видно звёзд, и только в один просвет пробивается молодой яркий месяц. Призрачный свет попадает на деревья, превращая их в загадочные живые марионетки ветра.

Город не спит. Но в его ночной жизни нет места толпам, гуляющим по улицам, паркам и набережным, сидящим в ресторанах и маленьких летних кафе. Есть только силуэты, тени, лунный свет и море.

Части города соединены мостами, которые всегда кажутся короткими в суете дня и бесконечными в спокойствии ночи. Освещающие их фонари видны за несколько километров, и с любой высокой точки города можно увидеть ряды огней, паутинным узором опутывающие город. Волшебная ночная картина живёт в каждой его частичке с атомарными вкраплениями лунного света.

По одному из мостов движется чёрная Тойота. Она могла бы оставаться незаметной в тишине ночного города, если бы не тихий гул мотора, тусклый свет грязноватых фар и светящийся жёлтый значок такси на крыше. Но обращать внимание на одинокий автомобиль просто некому.

Машина преодолевает мост, с которого видны дальние высотки и освещённая приглушёнными жёлто-зелёными огнями набережная. Съехав с него, она поворачивает направо, туда, где большая магистраль разветвляется и сливается с рядами домов, тонущих в хвойных аллеях. Чуть сбросив скорость, Тойота проезжает сотню метров вдоль обочины и останавливается.

Водитель такси, вышедший из машины и аккуратно захлопнувший дверь, достал из нагрудного кармана лёгкой тёмно-синей рубахи пачку Мальборо. Его лоб чуть наморщился, когда он увидел, что в ней осталось всего пять сигарет. Придётся экономить, чтобы хватило на всю ночь.

Высокий, широкоплечий мужчина стоял, прислонившись к своей машине и выпуская на волю ветра табачный дым. Ветер как будто считал этот дым подарком и в благодарность чуть трепал седеющие волосы. Через пару минут водитель открыл дверь автомобиля и затушил сигарету в стоящей перед лобовым стеклом пепельнице - он не любил бросать окурки на землю.

В тот же момент от одного из домов отделилась тень и начала двигаться к стоящему у тротуара такси. Через несколько секунд раздался усталый, но обрадованный голос:
- Добрый вечер! Не подкинете до Лазурной?
Водитель обернулся к говорившему, придерживая одной рукой открытую дверь.
- Конечно. Хоть давно уже и не вечер. Располагайтесь.

Первый за сегодняшнюю ночь пассажир забрался на заднее сиденье, поставив на колени изящный чёрный кейс. По внешнему виду он был противоположен водителю - невысокий, худощавый, коротко стриженый, в продолговатых очках. Водитель окинул взглядом тёмную улицу, сел на своё место и повернул ключ в замке зажигания.

- А я уж думал, придётся возвращаться в лабораторию и ночевать там.

Водитель молча улыбнулся уголком рта.

- Испытания затянулись, - продолжал мужчина. - Как думаете, что в кейсе?

Не дожидаясь версий водителя, ответил на свой вопрос сам:

- Отчёты, с проставленной сегодняшней датой. Покажу жене - пусть не думает, что коротал время с одной из её подружек.

Он расхохотался - видимо, счёл собственную шутку удачной.

"Обычно уставшие учёные менее болтливы", - подумал водитель, а вслух спросил:

- Что испытываете?
- Вам действительно интересно? - удивлённо ответил вопросом на вопрос пассажир.
- Почему бы и нет.
- Генераторы полей, порождаемых вращением пространства. Честно говоря, полнейший бред. Ума не приложу, кто и как будет их применять. Но наука есть наука, иногда она заставляет создавать вещи, полезность которых значительно отстаёт от сложности.
- Полезность не всегда очевидна.
- А вы оптимист, коли не шутите.

Автомобиль двигался по одной из центральных улиц, полосы которой разделяла аллея лиственных деревьев. Сквозь темноту было невозможно разглядеть их породу.

Учёный, сидящий на заднем сиденье Тойоты, зевнул и поёжился.

- Чёрт, как не люблю бродить по тёмным улицам.
- Я довезу до подъезда, не беспокойтесь. Впрочем, чего боитесь? Город у нас спокойный, а такой район - тем более.
- Да нет, не в этом дело. Просто не люблю темноту... Люблю день, свет, когда всё видно и понятно. Может, во мне мало романтики.
- Романтика здесь не причём.
- Вам виднее. Мне кажется, в этом вопросе вы специалист.
На этот раз удивлён был водитель. Он посмотрел на пассажира в зеркало над лобовым стеклом.
- С чего вы взяли?
- Разве станет человек, чуждый своеобразной романтике, ночами колесить по городу? Неужто только ради денег?
- Если все люди и похожи друг на друга, то чем угодно, кроме судьбы.

Пассажир на заднем сиденье лишь пожал плечами.
Чёрная Тойота свернула на Лазурную. Дома были отгорожены от проезжей части и тротуара заборами, обвитыми красивыми декоративными растениями, приобретавшими в лунном свете таинственно-узорчатый вид. Около дома с номером 16 автомобиль остановился.

- Прибыли, - сообщил водитель.
Рассчитавшись и поблагодарив таксиста, учёный с изящным чёрным кейсом выбрался из машины и, не глядя, захлопнул дверь.

Водитель посмотрел на дом, к которому направлялся. Свет горел в трёх окнах, одно из них наверняка принадлежало только что покинувшему заднее сиденье пассажиру. На лице водителя появилось несколько морщин, когда он, прищурившись, смотрел на светящиеся окна.

Он развернул автомобиль и поехал в обратном направлении. Через несколько мгновений машина вновь двигалась по широкой центральной улице.
Чаще всего за ночь попадалось семь-восемь пассажиров, иногда активных и возбуждённых, возвращающихся с вечеринки, но чаще всё же уставших и засыпающих на ходу. Бывало и такое, что за ночь не было ни одного желающего. Но и тогда время не проходило зря: таксисту было не слишком важно, сколько человек успеет усесться на заднее сиденье за эти несколько часов. В таких случаях он просто неторопливо ездил по городу, вновь и вновь посещая красиво освещённые мосты и останавливаясь возле известных ему до последнего камешка набережных.

Тойота двигалась в сторону местного археологического музея. Вокруг него располагался сквер, служивший днём постоянным местом встречи влюблённых пар, а также дислокацией пленэра для художников, располагавшихся прямо на аккуратно подстриженных газонах и жалевших лишь о том, что они не могут запечатлеть шелест листьев.

Насколько хватало памяти человека, сидящего за рулём чёрного автомобиля, город никогда не затрагивали существенные изменения. Где-то на окраинах прибавлялись жилые дома, совершенствовались неоновые вывески, красивее подсвечивались по ночам набережные, но общий дух оставался неизменным. У него было много тайн, и каждая человеческая судьба - одна из них. Где хранились тайны?.. Все они - песчинки, затерявшиеся в ряби прибрежных волн, но забудь хоть одну из них, и картина потеряет целостность. Город знал это. И ничего не забывал.

Миновав кипарисовую аллею, такси свернуло на узкую улочку, на которой стояли старые, но хорошо отреставрированные дома. Через пару минут показалось здание археологического музея - в свете дня оно было белым, с колоннами в стиле Вероны XVI или XVII века, а ночью возвышалось над дорогой, как фантом, способный принимать любые формы, на какие только хватит фантазии созерцающего.

Обогнув музей, автомобиль плавно остановился. Мотор продолжал работать, водитель вышел из машины и, отыскав промежуток в декоративном металлическом ограждении, зашёл в сквер. Несколько минут бродил по тропинкам, рассматривая знакомые растения. Среди них были отцветшие магнолии и олеандры, саговники и небольшие пальмы. Он знал о городе всё - так, по крайней мере, показалось бы стороннему наблюдателю - а деревья были одной из самых неотъемлемых его частей. Ведь это они сопровождали город сквозь бесконечные слои времени. Столетия могут устроить беспорядочную чехарду, а они так и будут стоять. Маяки времён.

Когда таксист вернулся к машине, в свете фар возле него, повернувшись лицом к зданию музея, стоял мужчина, одетый в неприметную серую куртку. Он чуть сутулился, как будто от усталости или пытаясь оставаться незамеченным невидимыми наблюдателями.

- Подвезти?
Мужчина посмотрел на него несколько отрешённым, но, как вдруг показалось таксисту, доброжелательным взглядом. Пару секунд он молчал, и водитель поднял брови в ожидании ответа.
- Да, если можно, - наконец выпалил незнакомец, резко выдохнув.

Через минуту такси отъезжало от сквера. Закончилась узкая улица, машина выехала на широкую дорогу, плавно спускающуюся вниз. Вдалеке заблестели огни - фонари южного моста. Но водителю показалось, что это были не только они. Лунный свет как будто чуть сильнее отразился от морской глади, краешек которой был виден за крышами домов.

Второй за сегодняшнюю ночь пассажир не проронил ни слова после того, как сел в машину и назвал адрес. Водитель несколько раз украдкой посмотрел на него в зеркало - вид у мужчины был по-прежнему странно отрешённый. Ничего не выражающим взглядом он смотрел в окно. Расспрашивать пассажиров, первым начинать с ними разговор не входило в личные правила хозяина Тойоты. Не потому что он считал это нетактичным, а просто потому, что в вопросах редко возникала необходимость. Многое он понимал сам, бросив на человека пристальный взгляд - ведь люди тоже были частью города, который он знал, казалось, до последней молекулы.

Но в этот раз его заинтересовал немного странный, хоть и вполне внушающий доверие пассажир.
- Всё в порядке?
- Что?.. Да-да, в полном, - рассеянно ответил мужчина.
Просветы между тучами на небе стали увеличиваться. Теперь рядом с месяцем блестело несколько звёзд, судя по расположению принадлежавшим к одному созвездию.

- Красиво, правда? - вновь заговорил водитель, когда такси проезжало по мосту, проходившем над россыпью частных домиков. В лунном свете они казались образами из сказок, невероятным образом оказавшимися в реальности.
- Здесь всегда красиво, особенно по ночам, - сказал пассажир и вздохнул. - Хорошая у вас машина. Чисто, уютно.
- Благодарю. Рабочее место стараюсь содержать.
- Это ж ваш друг - сразу видно.
- Да, пожалуй.
- Никогда не возникало ощущения, что машина читает мысли? - задал неожиданный вопрос мужчина на заднем сиденье.

- Возникало, но я не против, - ответил водитель, переключая передачу. - Кому ещё доверять?
- Можно приоткрыть окно, немного душно?
- Кнопка рядом с вами.

В салоне почувствовался прохладный ветер, что было весьма кстати.
- Не раз видел вас. Однажды вблизи разглялел. У вас небольшой след на капоте, подкрашенный, но металл не дотянули.

Таксист чуть крепче сжал руль, костяшки пальцев побелели.
- Вы ведь часто выезжаете ночью в город?
- Каждую ночь, - ответил водитель.
- Так я и думал. А я уж десять лет не садился за руль. Да и такси беру редко.
Машина свернула с дороги и заехала в частный сектор, приближаясь к нужному дому.
- Что же не садитесь за руль? - рассеянно поинтересовался таксист.
- Не могу. Да теперь и не нужно. Днём обхожусь, а ночью хожу пешком. Машины бывают и убийцами. На совести одной в этом городе точно два убийства. Две жизни.
- Ваши знакомые? - нескромный вопрос, но...
- Следите за дорогой.
- Не беспокойтесь. Так о ком вы говорите?

Водитель посмотрел в зеркало над лобовым стеклом и встретился взглядом с клиентом. Глаза пассажира были спокойными.
- Да, теперь они стали знакомыми. Когда всё произошло, я их не знал.
- И когда это было?
- Как раз лет десять назад. Возле того парка, где вы подобрали меня сегодня. Женщина и молодая девушка попали под колёса автомобиля. Была ночь, такая же, как сегодня - прохладная, с молодым ярким месяцем. Я возвращался от друга - сын его тогда пошёл в первый класс, и он позвал отметить. Домой не хотелось, зашёл в парк. Погулял с полчаса, полюбовался.

Он на мгновение остановился, достал из внутреннего кармана фляжку - судя по запаху, который распространился по салону, когда он открыл крышку, в ней был виски. Отхлебнув, быстро спрятал обратно.

- Вышел из парка, хотел перейти на другую сторону дороги. Как раз в том месте. На противоположной стороне стояли те двое - женщина лет сорока и совсем молодая девушка. Они о чём-то увлечённо разговаривали. Потом я узнал, что это были мать и дочь. Не знаю, почему, но я замер. Оцепенел, сука. Они стали переходить, и тут из-за угла вылетела машина. Знаете, в такие моменты все детали либо проходят мимо тебя, либо врезаются в память. Эта машина выбрала второй путь - буду при смерти лежать, не забуду. Тойота, совсем как у вас, только серебристая. Красивая. Без пятен крови была красивая.

Водитель автоматически остановил машину, краем глаза заметив, что они доехали. А ещё он подумал, что у него иногда немеет душа.
- Выжили?
- У них не было шансов. Женщина умерла от потери крови по дороге в больницу. А девушка... При ударе часть её руки отлетела, прокатилась по земле и остановилась в метре от меня. Я стоял и смотрел, а её рука так и лежала рядом со мной ладонью вверх и ещё конвульсивно шевелила пальцами. Знаете, как умирающий жук.

Такси уже пару минут стояло у обочины.
- Эти двое мне часто снились. То живыми, то разорванными в клочья, как в ту ночь. Но каждый раз они что-то говорили, а наутро я забывал. Так и не знаю, что они хотели сказать. Но... Я возненавидел того водилу. Хотя всё это каждые сутки случается - ночь, опасный поворот, перехода не было... Но ничего не смог с собой поделать. Однажды мне показалось, что я мысленно проклял. Это тоже страшно. Когда нападала бессонница, я выходил из дома. Бродил по улицам... И сегодня было то же самое. Только на этот раз вдруг потянуло в парк, хотя я с тех пор старался обходить его стороной. Вдруг это не просто так. Может, сегодня что-то изменится... Спасибо, что подвезли.

Клиент рассчитался, вышел из машины и направился к своему дому, захлопнув за собой дверь.

Десять лет назад.
Сентябрь.
В распоряжении таксиста было одно мгновение. За это мгновение он попытался изменить три судьбы - свою и тех двух человек, которые с ужасом смотрели на него в свете фар, пытаясь закрыться руками от надвигающейся груды металла. Но человеческие рефлексы слишком несовершенны, а тормозной путь слишком велик. Следующая секунда ознаменовалась визгом шин, истошным криком и густыми тёмно-красными брызгами на лобовом стекле.
...Последним образом той ночи стала бутылка на полу салона.
Ему показалось, что вместо воды из неё начала вытекать кровь.

В такие моменты, когда надвигается гигантская волна воспоминаний и пронзительного осознания чего-то - кажется, что ты подвёл черту. Кажется, что настал час, и вот сейчас-то разверзнутся небеса, и ты увидишь какую-нибудь божественную хренотень.
Волна постепенно проходит, оставляя туман, и ты видишь, что вокруг ничего не изменилось. Что окружающей действительности нет никакого дела до происходящего внутри - очевидно, правда? Настоящее не так уж неотделимо от прошлого - ему на него плевать - и чем больше ты принадлежишь прошлому, тем больше настоящему плевать на тебя самого. Настоящее даже не заметит твоего отсутствия - оно и так перенаселено.

Такси двигалось на юго-запад. В салоне царил полумрак.
Над бардачком лежало всего четыре компакт-диска - только самое необходимое. Чуть сбросив скорость, водитель бросил на них беглый взгляд и одной рукой достал нижний. Джон Маклафлин - сойдёт. Услышав приятные звуки старого фьюжна, он всё же открыл окно посильнее - на него подул ветерок, и показалось, что он не только слышит музыку, но и ощущает её.

Погружённый в мысли, он не сразу заметил девушку, которая быстрым шагом шла по тротуару вдоль дороги метров на двадцать впереди. Лишь когда она обернулась и, увидев чёрную Тойоту, замахала рукой, подбегая к дороге - таксист понял, что смена на сегодня не окончена.

Девушка была легко одета, несмотря на осеннюю прохладу, её распущенные тёмно-каштановые волосы спадали немного ниже плеч. Она наклонилась к опущенному окну машины:
- Подкинете до набережной?
Ему почему-то не захотелось отвечать ей вслух. Он лишь кивнул и протянул руку к заднему сиденью, открывая для неё дверь. Все его пассажиры всегда садились на заднее сиденье. Девушка забралась в машину и аккуратно закрыла дверь.
- На какую набережную? - спросил водитель.
- Сразу за самым южным мостом. Рядом с гостиницей, знаете?

Южный мост был не слишком длинным. Под ним простирались небольшие холмы, усыпанные виноградниками, между которыми ютились небольшие деревянные домики. Впереди сверкали огни ночного города и красивый неоновый свет, исходящий от гостиницы.
Водитель взглянул в зеркало на свою пассажирку. Она молча смотрела в окно и время от времени вдруг начинала улыбаться. Она была счастлива. Да, пожалуй, счастлива.

Переводя внимательный взгляд с зеркала на дорогу, водитель краем глаза заметил в зеркале и собственное отражение. Как всегда, за ночь морщины под глазами стали чуть глубже. Незаметно. Но ведь знаешь...

Доехав до места, он молча остановил машину. Посмотрев на таксиста и вновь улыбнувшись, девушка вышла, захлопнув дверь. Чёрная Тойота стояла почти рядом с прибрежной гостиницей - если заглушить мотор, наверняка можно было бы услышать шум прибоя.
На секунду повернув голову, водитель увидел молодого человека, шагающего в направлении его машины. Шутливым жестом он протянул руки навстречу вышедшей из такси девушке, и та почти побежала к нему.

Не выезжая на большую дорогу, таксист проехал около километра и остановился около спуска на набережную. Он повернул ключ в замке зажигания, вышел из затихшей машины и направился к лестнице, вдоль которой росли маленькие полуметровые пальмы.
Неторопливым, но уверенным шагом он вышел к набережной. Справа тянулись ряды павильонов, закрытых на ночь, откуда-то сверху горели приглушённые жёлто-зелёные огни. Он подошёл к краю асфальта и спрыгнул на песок. Теперь море было всего лишь в нескольких метрах.
Мужчина стоял лицом к водной глади, на которой волновалась лунная дорожка.

- Десять лет, - неожиданно для самого себя сказал вслух. - Не спрашиваю, сколько можно. Сколько нужно?

...А нет ничего вечного, кроме того, что ты делаешь вечным.
...Кто заставлял хоронить здесь сердце?

Чья-то невидимая рука переплела его пальцы со своими, а может, это был новый порыв ветра.

- Да. Знаю.

Он повернулся и вновь вышел на асфальт.
Несколько минут бродил по пустынной набережной, то глядя себе под ноги, то как будто пытаясь рассмотреть что-то на сливающейся с тёмным небом линии горизонта.
Поднявшись по лестнице, остановился рядом со своей машиной и вновь достал из кармана рубашки пачку Мальборо. Одна сигарета - он всё-таки сумел сэкономить. А завтра купит новые, но только когда соберётся выехать на тёмные улицы.

Через пару минут машина скрылась во мраке.

© Владислав Эстрайх, 2015
Дата публикации: 2015-02-01 20:15:25
Просмотров: 1061

Такси в Санкт-Петербурге
Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 62 число 39:

    

Рецензии

превращая их в загадочные живые марионетки ветра. - catch 22. если в живых, то - марионеток. а если в живые - то неживые.

Она могла бы оставаться незаметной... - обращать внимание на одинокий автомобиль просто некому. - ну т.е. могла бы и остаётся...
напомнило фразу из школьного сочинения: "а вот и косой пробежал, да так быстро, что никто не заметил его."

Его лоб чуть наморщился, когда он увидел - лоб живёт отдельной жизнью. если опустить "он", картина вообще прояснится. тем более, три личных местоимения в одном предложении - многовато.

в стоящей перед лобовым стеклом - то глаголы перетекали из наст. вр. в пр.вр. то теперь у причастий обратный ток

коротко стриженый - ручаться не стану (сам в дряхлости своей путаю орфографию с синтаксисом...), но классика жанра - коротко стриженный (зависимое слово суть знак причастия)

PS. дальше пыль сдувать? или пускай так остаётся?


Ответить
Владислав Эстрайх [2015-02-02 04:25:22]
Женя, спасибо, я вчера возился с этой писаниной, приводя в минимально божеский вид - как видишь, только сверху пыль протёр) Сегодня ещё буду.
Сдувать ли дальше - смотри по наличию времени/желания.
ладно... сам напросился...

Учёный, сидящий на заднем сиденье - наст. вр. причастия

Водитель посмотрел на дом, к которому направлялся - неправдычки. он уже не направлялся, уже на месте был.

На лице водителя появилось несколько морщин, когда он, прищурившись... - чрезвычайно описуче. не одна, не две - несколько... завораживает...

У него было много тайн, и каждая человеческая судьба - одна из них. - теряюсь, чо сказать. формально правильно, а по существу издевательство. © много - каждая - одна. сомнительная синкопа. Следующее: но забудь хоть одну из них - превращает (за счёт лишнего "из них") эту самую "одну из них" в устойчивый оборот...

а ночью возвышалось над дорогой - ну да. а днём вознижалось под дорогой

показалось бы стороннему наблюдателю - а деревья - не тире, но зпт и тире

а деревья были одной из самых неотъемлемых его частей - чьих - его?

широкую дорогу, плавно спускающуюся вниз. - наст. вр. причастия


PS. потом очищу тут пространство. када до финала бодрого нарратива доберусь...

PPS. чортъ. всё время забываю, как надо рецензии писать. Восхитительно! Спасибо!
они казались образами из сказок, невероятным образом оказавшимися в реальности. - образно...

Можно приоткрыть окно, немного душно? - логичней так: Можно приоткрыть окно? Немного душно.

"На противоположной стороне стояли те двое - женщина лет сорока и совсем молодая девушка. Они о чём-то увлечённо разговаривали. Потом я узнал, что это были мать и дочь. Не знаю, почему, но я замер. Оцепенел, сука." - пардон за длинную цитату. этот персонаж говорит книжно: Они о чём-то увлечённо разговаривали. И сука эту книжность только оттеняет - не перечеркивает.

направился к своему дому, захлопнув за собой - что пассажиры, сука, дверями хлопают - все трое (чтоб пытливый читатель всё окончательно понимал) - это один момент. второй - этот срединный пассажир непонятно, какой дверью хлопает - по дороге уже к дому.

осознания чего-то - кажется - кажется, что тире и зпт, вот что кажется

красивый неоновый свет - "красивый" - ваще какой-то такой эпитет непонятный. никакой, точнее. описание не предмета, а его восприятия.

Он повернул ключ ...он вышел к набережной... Он подошёл к краю асфальта и спрыгнул на песок - без срединного он вполне можно обойтись

и вновь вышел на асфальт... и вновь достал из кармана - over and over again...
Владислав Эстрайх [2015-02-02 15:50:23]
Агааа. Спасибо. Как только минутка будет, отредактирую.
Юлия Чиж [2015-02-02 18:42:06]
нинада "васхититильна" со "спасиба". очень прошу.
ну я б ещё над ключевой сценой задавления слабого пола размыслил. на какой скорости можно вылететь из-за поворота. начиная с какого года тойоты оснащались АВS. сколь сильно надо ударить слабый пол, чтоб его порвало на части.
Каким-то образом на чёрном-чёрном мосту соткался образный образ. Лоб наморщил себя, и неопределенное количество морщин появилось на лице усталого таксиста Годзиллова. В зыбком неоновом свете, походящем на пахту свежеотжатого творога, блеснул его стальной зуб. Усмешка исказила правильные черты лица неправильного таксиста.
Рукавом чёрного-чёрного драпового пальто он стёр кровь с помятого капота, и чёрная-чёрная Тойота благодарно заурчала мотором.
На земле, метрах в ста от таксиста, конвульсивно сжималась и разжималась белая-белая рука. Красивая. Очень шибко сильно красивая. Он знал ее как её пять пальцев. Что-то заставляет его хоронить сердца под полуметровыми кактусами на краю пустыни, остальные части тел он оставлял корчиться на дороге.

Таксист Годзиллов. Первый сезон. Вторая серия. Смотрите в киотеатрах Новосибирска. Оцепенеете, суки.
Владислав Эстрайх [2015-02-03 04:48:12]