Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Баянист

Александр Кобзев

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 6134 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


— Наш баянист опять на свадьбу поплёлся.

— Его ведь попрут оттуда! Сегодня женится — сын самогО… — Сказано это было без всякой насмешки. Скорее, с сочувствием.

Было время, когда баяниста приглашали на все свадьбы, и люди не представляли себе торжества без заливистых переборов баяна. Но времена менялись, и баяниста стали звать редко, больше приглашали музыкантов из местного Дома культуры. И всё чаще звучал магнитофон.

Но баянист продолжал приходить по старой привычке, без приглашения. Зачем его приглашать? Это очевидно, что свадьба без баяна — не свадьба.

Но ему теперь не приходилось играть одному. Почти неслышно на фоне усиленных звуков он подыгрывал музыкантам или магнитофону.

Он умел на ходу подбирать любую песню, но современные ритмы с трудом сочетались со трелями баяна. Чувствуя это, он более хлебал водки и, охмелев, бросал баян под стол и плясал вместе с гостями. Он не бранил современную музыку — плясал, подстраиваясь к непривычным для него ритмам. Иногда, уловив то, что раньше не понимал, он брал свой баян и пытался в импровизации выразить своё понимание новой музыки. Но даже и сам не слышал звучания своего баяна, оглушенный мощными усиленными звуками колонок. Он лишь угадывал, перебирая кнопки баяна, как будет звучать его инструмент, и с горькой усмешкой сравнивал себя с глухим Бетховеном. Со слезами он клал баян в углу столовой или кафе, наливал себе очередную рюмку водки и с новым воодушевлением начинал плясать и плясал до тех пор, пока его не поражал какой-нибудь музыкальный оборот. Тогда, воодушевлённый, он вновь брал баян, чтобы забыться, не думать о том, что его уже никто не приглашает на свадьбы, что он приходит лишь по привычке, что ему давно никто не платит. Разве что кто-нибудь из родителей или дедов новобрачных, вспоминая свою молодость, незаметно давали ему остатки не съеденных лакомств, а то и хрустящую купюру, разменяв которую, он потом тщательно раскладывал — это на завтра, это на послезавтра, это — на вторник, а это — на гроб. Его взрослые дети зарабатывали неплохо, но он не хотел слишком обременять их своей смертью.

Баяниста все знали, и никто не показывал, что он на свадьбе лишний. Но сегодня у входа его встретили грубо срубленные парни. — Неча делать, — и оттолкнули от дверей.

Это ошибка! Он всегда нужен людям! Не может быть свадьбы без баяниста!

Изысканно одетые, но похожие на истуканов парни были неумолимы.

— Ты чо, не понимаешь новой жизни? Здесь женится сын авторитета! Пшел вон!

Баянист ходил вокруг ресторана в надежде, что там вспомнят о нём, одумаются и пригласят его.

Но из раскрытых окон доносились совсем другие песни. Плясать он не хотел — хотелось плакать, рыдать, бежать подальше и никогда не возвращаться в это место и в это время. Но, услышав характерное “зэковское” пиликанье скрипки, он пошёл по тёмным городским улицам.

Сначала он злился на поколение сытых и бессовестных хозяйчиков. Но, оглядываясь на новые пятиэтажки, на гуляющих людей, он будто даже успокаивался. Эх, и люди продолжают жить, да мне не разбили нос, и лицо, вроде, целое… Баян не отобрали… И слава Богу! А то как же на свадьбы буду ходить с разбитой личностью. И без баяна… А без баяна и свадьба — не свадьба! Но обида, эта непрошеная гостья, объявившая себя хозяйкой, вновь и вновь окатывала несчастного.

Баянист бродил по улицам и играл то, что никогда ещё не играл; его мелодии были полны тоски, он перебирал пальцами клавиши с такой выразительностью, что прохожие поворачивались в его сторону и долго глядели вслед.

Так незаметно он дошёл до окраины городка. Свежим речным воздухом дохнуло в лицо. Июльские ночи совсем не холодные. Даже ветерок с реки был скорее нежным, чем прохладным.

Баянист сидел над обрывом реки и изливал свой надрыв в звуках. Он смотрел на быструю воду и думал, что самое лёгкое, самое быстрое решение всех проблем совсем рядом — внизу. Но это же и самое позорное решение — создавать своей смертью множество проблем для окружающих.

Баянист аккуратно положил баян на траву и долго прислушивался. Он заворожено смотрел на бесконечно разнообразные непрерывно меняющиеся узоры сполохов речной воды. Так бы и сидел он бездумно, безмысленно. Но он уловил в звуках ночи нечто новое и неправильно-совершенное. Где-то на краю городка пели хором девушки, и это было так здорово, так похоже на то, что он слышал в юности: «Девушки сидят на подоконнике… Опершись, вполголоса поют … Девушкам ни капельки не грустно, просто с грустной песней по пути…» За рекой у костра кто-то играл на дешевой флейте, звук слабый, но мелодии были хороши. А в роще за рекой пел соловей.

— Вот девицы-красавицы! Ай да соловушко! Вот у кого мне учиться надо! — он взял баян и стал наигрывать.

Он перекликался музыкальными фразами с невидимым флейтистом, вслушивался, как дешевая пластмассовая флейта, порой срываясь на фальцет, отвечала его переборам. Баянист сыграет — послушает — и снова играть. Он не копировал соловьиные трели, но было в импровизациях баяниста что-то родное, задушевное, близкое. Он слушал, словно вопрошал неведомым звукам. Это же родная музыка — слушаешь — и не наслушаешься!

Так на берегу он почти до самого утра изливал в звуках свои чувства. Внимали его переборам птицы ночные, да ещё парочка робких влюблённых, которые так и не пошли на танцы, завороженные новой музыкой. И музыка сказала им то, что они не решались друг другу сказать.

Когда восходящее солнце осветило поля, перелески и тихую гладь воды, к баянисту подошли невысокий парень и девушка с длинной косой. Парень робко спросил:

— Вы поиграете на нашей свадьбе? Я живу совсем рядом — в том бревенчатом доме.

— С радостью! — баянист так был рад, что чуть не обнял молодых. — Эх, да вы меня к жизни возвращаете!

— Только у нас свадьба будет простая. Гостей будет мало — мои родители, бабушка, несколько наших лучших друзей. А она сирота. И мы много заплатить не сможем.

— Я бесплатно поиграю.

Над рекой раздался звон колоколов.

— Пойдём в церковь, воскресная служба уже начинается, — и паренёк увлёк девушку за собой.

Баянист со слезами смотрел на юных влюблённых.

— Слава Богу! Я ещё, оказывается, кому-то нужен!

© Александр Кобзев, 2015
Дата публикации: 2015-02-12 19:40:17
Просмотров: 609

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 85 число 90:

    

Рецензии

Татьяна Буденкова [2015-02-14 19:47:26]
Настолько атмосферно написанно, что трогает за душу. Жалко не просто человека, а уходящую самобытность. Свадьба может быть сколь угодно роскошной, но почему бы не сохранять традиции своего народа, или той местности где живут молодые. Вот это, мне думается, самое главное в рассказе, чтобы не оказаться "без корней" под музыку магнитофона.
С уважением, Т.П.

Ответить
Александр Кобзев [2015-02-15 05:22:18]
Добрый день, Татьяна!
«Атмосферно написано…» Не ожидал таких эпитетов. Спасибо за добрые слова!
Что касается сюжета... в рассказе «Баянист», конечно, есть доля вымысла. Но прототип рассказа реален. Часто встречаю его. Он играет на многих концертах, играет в ансамбле народной песни. Нянчится с внуками. В общем, вполне достойный человек. Слава Богу, одной искалеченной судьбой меньше!