Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Александр Кулев



Прогулка в прошлое

Ольга Белоус

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 14346 знаков с пробелами
Раздел: "Моя Новая Зеландия"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Прогулка в прошлое
Надо признать, что музеи и прочие архитектурно-исторические изыски оказывают удивительно полезное воздействие на потревоженную психику.

Есть в славном городе Киеве музей под открытым небом, зовется Феофания. А есть музей под открытым небом в далеком городе Окленде, раскинувшимся на берегу Тихого океана, и зовется этот музей Ховик (Howick). Эти два музея объединяет одна идея и всеобъемлющая прелесть природных ландшафтов.

Да, так вот о потревоженной психике. Если вдруг кому-то кажется, что жизнь не удалась, денег мало, жизненное пространство безобразно тесное, кухня не оборудована по последнему слову техники, а машину нужно было сменить еще в прошлом году, то великолепное лекарство от этих проблем – посещение музея в Хавике. Если до Новой Зеландии далековато лететь, можно смотаться в Феофанию, хотя более действенный эффект будет достигнут в Окленде.

Итак, музей начинается до входа на территорию с огромного почтового ящика. Кстати, это единственный экспонат, который вы можете посмотреть бесплатно. За вход нужно заплатить четырнадцать новозеландских долларов. Но ящик впечатляет. Мощный ярко-красный чугунный цилиндр, украшенный завитушками. Почему этому чуду почты уделено столь много внимания? Исключительно потому, что на территории находится собственно помещение одного из первых почтовых офисов Новой Зеландии. Данное сооружение несомненно впечатлит неподготовленного посетителя.

Небольшое отступление, в котором придется рассказать о растительности Новой Зеландии, просто необходимо. На территории этой удивительно красивой страны произрастает высокая широколистная трава, называемая новозеландский лен. Из этой травы изготавливают одежду (пардон, это в прошлом времени, сейчас это производство востребовано исключительно в целях поддержания имиджа самобытности, все население одето в обычную мануфактуру, преимущественно китайского производства), эта трава служит исходным материалом для плетения канатов, сетей и всего прочего. То есть, растение универсальное и весьма востребованное. Так вот оказывается, что первым поселенцам она служила строительным материалом при возведении первых жилищ.

Итак, берешь длинные листья этой травы, сворачиваешь в столбик, хотя нет, столбиком это назвать сложно, скорее, в эдакий цилиндрический снопик и ву а ля!- имеешь строительный материал для стен. Связываешь снопики между собой, но не горизонтально, как вы могли бы подумать, а вертикально, и получаешь такой остов, который сверху накрывается крышей, материалом для которой служат пальмовые листья. Итак, собственно здание готово, отделочные работы заключаются в том, что над кроватью почтаря подвешивается ткань, которая будет предохранять его ложе от струек дождя, надоедливо проникающих в непогоду сквозь ажурную крышу. НО! Поскольку это почтовое отделение, то есть, можно сказать, государственное учреждение, то ровно половину стены занимает камин. Роскошный, выложенный из камня и даже с вытяжной трубой. Не вздрагивайте, в обычных жилых домах размером, примерно, три на четыре метра, построенных по той же технологии, в качестве семейного очага используется центральная часть помещения, где просто разжигается костерок. Перед строением вбитые на определенном расстоянии столбики, соединенные между собой тройным рядом бруса служат надежной оградой, предохраняющей жилища от коров, которые в силу своего размера и непонятливости могли бы причинить значительный ущерб жилищу первых поселенцев, вплоть до полного его заваливания.

Нам крупно повезло, поскольку в Ховике мы оказались в третье воскресенье месяца, а это «Live day», то есть, в этот день музей оживает, наполняется жителями и прочими служащими. Таким образом, белая палатка военного гарнизона посреди поселения не пустовала, и на военном плацу проводились учения. Английская армия всегда отличалась своей немногочисленностью и хорошей выучкой. Поэтому, гарнизоны были небольшие, но вполне достаточные, чтобы защитить жителей от воинственных маори. Итак, волонтеры во главе с офицером, одетые в форму солдат английской армии середины 19 века, демонстрировали военную выправку, отличное владение оружием и производили устрашающие залпы из всего боевого арсенала в количестве четырех мушкетов, один из которых был кремниевый. Надо признаться, это таки впечатляло. Насыпать в ствол порох, уплотнить шомполом, затолкать пулю, прицелиться, выстрелить, бросит шомпол в ствол, проверить, что ничего более там не осталось, и, наконец, продуть ствол, дабы убедиться, что отверстие для поджога не забито и можно производить следующий выстрел. Офицер был молод и хорош собой. Солдаты разного возраста – от девятнадцатилетнего салажонка до убеленного сединами неторопливого ветерана. Игры играми, но это все вживую, никакого кино.

Убедившись, что поселение находится под надежной охраной, мы отправились дальше. Чудесное воскресное утро. На дворе июнь, зима. Слава Богу, нет дождя, но холодно, всего-то градусов 12-14 тепла. Все жители отправились на службу в церковь. Старенький пастор приветствовал прихожан у входа, и мы могли присоединиться к службе, на входе нам выдали листочек с псалмами. До конца службы мы не выдержали, поскольку холод таки был собачий. Но туристам есть поблажка, поэтому мы тихонько выбрались из церкви, стараясь не привлекать к себе внимания и не мешать молящимся. Кстати, и церковь и служба самая что ни наесть настоящая. Вот только в силу своей конфессионной безграмотности не могу утверждать, какая именно церковь. Скорее всего, англиканская, поскольку из всех видов роскоши в зале присутствовала только пианола, на которой очень душевно играла одна из прихожанок. Люди, находящиеся на службе пели псалмы совершенно искренне.

Из церкви мы естественным путем переместились в школу. Это была школа для мальчиков. Тяжелые деревянные парты, пюпитр учителя, огромные счеты, казалось, так и призывали: вперед! К знаниям! Кстати, розги бывшие непременным атрибутом этой школы, вправляли мозги тем, кто не воспринимал более спокойных побуждающих стимулов. Карты, развешанные на стенах, должны были не только наполнить юные головы знаниями, но также вдохнуть в них гордость за завоевания Британской империи, поскольку наглядно давали представление о том, сколько территории в мире принадлежало английской короне. Одного такого ученика в этой школе мы обнаружили, и наши сердца затрепетали от гордости. Поскольку ученику было два с половиной года, и он считал на счетах до двадцати на английском и русском языках. О как!

Очаровательная юная барышня, попавшая в объектив камеры, явно не принадлежала к учащимся данной школы. Девочки учились отдельно и по другой программе. Школа для девочек была расположена в другой части поселения, по размерам не превышала одной пятой части класса для мальчиков и школьные предметы, преподаваемые там, не сильно загружали мозги, но зато не оставляли свободными руки. В общем, современные эмансипированные барышни явно не вписываются в те жесткие рамки, которые их предшественницы украшали своим долготерпением, покорностью и скромностью. (О, феминистки, не убивайте меня!) Девочек учили готовить, убирать, ухаживать за детьми и за больными, вести домашнее хозяйство, шить и прочим житейским премудростям, которые делали даже ту суровую жизнь уютной и радостной.

Господи, как же холодно было в это воскресенье. Правда, холодно было в помещениях, на улице светило солнышко и местное население предпочитало заниматься рукоделием на улице или на верандах домов. Не все так плохо, плетеные хижины существовали в самом начале поселения англичан в красавице Аотеароа (в переводе с маорийского это означает Страна Длинного Белого Облака), затем жители стали строить симпатичные деревянные домики, но в английских традициях, то есть, практически без отопления. Хотя, конечно, в домах побогаче были камины.

Оказывается, одного воскресенья для ознакомления с жизнью первых поселенцев отнюдь недостаточно. Нам была предоставлена возможность увидеть работу ремесленников, приготовление пищи и развлечения, то бишь, игры. На определенном этапе я вдруг стала испытывать некоторое чувство неловкости за свой «невписываемый» в сюжет внешний вид. Две аккуратные хозяюшки в белых крахмальных чепчиках чинно пряли пряжу на веранде уютного домика, возле которого угадывались цветы, вероятно, цветущие с сентября по май. Их соседки собрались на веранде другого дома и обменивались информацией по воспитанию детей. Причем объекты их беседы чинно сидели на руках мамы и бабушки и являли собой милых деток девятнадцатого столетия в полной мере. Совершенно современная коляска стояла спрятанная за углом и могла попасть в поле зрения только очень любопытному туристу. Но даже в этом раскладе, коляска могла прикинуться, что принадлежит какому-нибудь современному посетителю музея. Молодые и явно незамужние мисс упражнялись в изготовлении замечательной объемной аппликации, которой украшали почтовые открытки, или делали очаровательные сувениры. Кстати, все, что изготавливается в исторической деревне, вы можете купить здесь же в магазине.

Повосхищавшись работой кузнецов и полюбовавшись на плетение корзин, мы отправились на процедуру приготовления домашнего масла. Но тут вышел конкретный облом, поскольку масло решительно не желало взбиваться, невзирая на все усилия хозяек, читающих необходимый речитатив, и всех присутствующих детей, которые пытались это масло взбить из приготовленных сливок. И как вы думаете, почему мы остались без вкусного домашнего масла? Опять же, потому что было холодно. Но пока все участники процесса пытались получить столь желаемый и лакомый продукт, чтобы работа шла веселее, одна из хозяюшек развлекала публику историческими сведениями. Так, мы узнали, что доение коровы и взбивание масла было обязанностью детей. Нетрудно, но долго. Очень неожиданной была информация о том, как поощрялась самостоятельность молодых семей. Если молодой муж не мог обеспечить семье свой собственный дом и молодые жили с родителями, то спать им приходилось под кроватью свекрови. Как с моей точки зрения, так это очень неудобно не только для тех, кто под кроватью, но и на кровати тоже. Правда, ничего не попишешь, обычай есть обычай. Это я опять же к тому, что потревоженная психика в современных апартаментах может вздохнуть с облегчением, сейчас подобное обращение мало кому угрожает. Родители не согласятся.

Заглянув в поселковую лавку, где нам предложили (бесплатно!) попробовать выпекаемое здесь же домашнее печенье, мы направились к выходу, по дороге заглянув на мельницу, где за один доллар запустили мельничное колесо и полюбовались, как оно вертится.

Недалеко от выхода была славная лужайка, на которой стоит большой двухэтажный дом. Меня, человека, привыкшего к тому, что все более-менее приличные помещения на территории музеев (и не только) занимают исключительно слуги народа, получающие зарплату из налогов, которые мы платим, этот дом абсолютно не заинтересовал. Ну, действительно, красивый снаружи. Только там ведь наверняка современные помещения, занятые ордой взмыленных музейных работников. Я уж и мимо прошла. Но знающие люди меня завернули, поскольку это тоже оказался музейный экспонат. Этот дом, судя по всему, принадлежал какому-то английскому лорду. Надо признаться, глазу было где отдохнуть. Высокие, не менее трех метров потолки (стоит заметить, что в Новой Зеландии стандартная высота жилых помещений где-то 2.40-2.50 метра). Устланная ковром лестница, ведущая на второй этаж, где находятся спальни. Роскошная столовая, казалось, ожидает хозяев к ужину. Стол сервирован великолепным английским фарфором. За хозяйским креслом находится огромный камин. Задняя стенка камина обогревает небольшой кабинет хозяина. В кабинете – секретер для работы, деревянное кресло и на пять полок шкафчик для книг. Небольшая дверь из столовой выходит в узенький коридорчик, по которому вы попадете в комнату прислуги. Если рост служанки больше, чем метр сорок, то спать ей придется исключительно свернувшись калачиком, так как размер комнатенки не больше, чем метр сорок на метр двадцать. Там есть место для кровати (по длинной стороне), напротив комод, на комоде таз и кувшин для умывания, да керосиновая лампа. Все. Очень удобно. Не вставая с кровати, можно достать из комода все, чего душа пожелает. Эта комнатка так надежно упрятана в глубине дома, что в глаза не бросается и впечатления не портит. Справедливости ради стоит заметить, что размер комнаты для прислуги полностью соответствует размеру рабочего кабинета хозяина.

С другой стороны напротив столовой находится настоящая бальная зала. Все готово для танцев и даже за пианолой сидит исполнитель. В нашем конкретном случае это была маленькая девочка азиатского происхождения. Я закрываю глаза и представляю себе, как среди блеска свечей кружусь в упоительном вальсе. Ах! Музыка, комплименты, светские беседы, ухаживание потерявших голову поклонников, пожатие ручки украдкой….

Но вот бал закончен, и я отправляюсь в спальню. Чудная спаленка молодой девушки, размером где-то два с половиной на два с половиной. А что? Места для кровати и комода, на котором стоит кувшин для умывания, более, чем достаточно. Родительская спальня просто огромная. Не меньше чем три на два восемьдесят. Кстати, кроватки братишек стоят в комнатке, где только эти две кроватки и помещаются. Но, что это я о прозе жизни, да размере помещений. Я же только что после бала…. Итак, мысленно представляю себе все наиболее волнительные события этого вечера и вновь переживаю восторги и трепет, испытанные во время танцев. Разгоряченная признаниями поклонников, я не чувствую этот пронизывающий холод, который неразрывно сопутствует английским спальням богатых лордов. Кстати, хорошо нагретый булыжник, завернутый в специальную холстину и засунутый в кровать, слегка улучшает ситуацию, но не меняет ее кардинально.

Можно еще побродить, полюбоваться на конную жандармерию, пройтись с жителями поселения, посмотреть на работу столяра и рассмотреть, как делают глиняные трубки, но энергия начинает иссякать, и мы отправляемся к нашей машине времени.

Добравшись до нее, родимой, вытаскиваем оттуда баульчик с припасами и органично завершаем этот удивительный вояж на поляне, где стоит красивый стол с гранитной столешницей и удобные деревянные скамейки для таких, как мы путешественников в прошлое. Светит ласковое солнце и мы, наконец, начинаем согреваться. Холод остается в прошлом….


© Ольга Белоус, 2016
Дата публикации: 2016-05-26 09:18:44
Просмотров: 314

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 59 число 5: