Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Alex Lecker
Михаил Белозёров



Русская "нежена"

Ольга Белоус

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 46410 знаков с пробелами
Раздел: "Уж замуж за рубеж"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Русская не жена
I
Жизнь проста и безыскусна. Почему женщины так стремятся всё усложнять? Сначала Донна, теперь Алла…. С Донной было проще. У неё была своя жизнь, свои интересы. Они решали, когда и кому быть с детьми или готовить ужин. Но потом у Донны начал портиться характер. Она скандалила, требовала, чтобы он увеличил свою долю в семейном бюджете. На все выходные исчезала из дома, оставив его с дочерьми. И категорически отказывалась ездить с ним на ферму. Она не хотела оставаться дома с младшей девочкой, когда он забирал на охоту или рыбалку старших. Линда, несмотря на то, что ещё мала, но стреляет довольно метко. Однажды она подстрелила мышь. Вот визгу было! Она даже собиралась засушить свою первую добычу. С трудом отговорили. А у Сю явный талант. Девочка работает с арбалетом, словно родилась со стрелой, а не с серебряной ложечкой во рту. Сара ещё совсем маленькая. Подрастёт, тогда он тоже возьмёт её с собой.
С Донной они часто ссорились. А впрочем, всё это не имеет большого значения. Дети есть дети. У него три славные девчушки.... Сейчас, когда он привозит их в дом, где живёт с Аллой, они устраивают целые баталии. В прошлое воскресенье задумали играть в догонялки и носились по всему дому, как сумасшедшие. Он и сам был готов носиться вместе с ними. А Сю умудрилась перевернуть шкатулку с косметикой Аллы и наступить на карандаш, который почему-то сломался. Алла злилась… Но недолго. Сю очень ловкая девочка, а тут вдруг так неуклюже зацепила столик. А ведь и впрямь интересно получается. В прошлый раз она попросила примерить солнцезащитные очки. И через две секунды стояла, держа в руках отломанную дужку. Сю так переживала, просила прощения. Каждый раз, когда малышки приходят в гости, что-нибудь из Аллиных вещей обязательно пострадает. Удивительное совпадение.
- Пап, лови! – мяч полетел быстро и неожиданно. Пытаясь поймать мяч, он извернулся, но неудачно. И в результате они разбили две статуэтки. Одну столкнул он сам, а вторая была сбита мячом. Это были фарфоровые пастух и пастушка, которые Алла привезла с собой. Даже ему стало жаль эти симпатичные фигурки. Хотя он не понимает её глупое пристрастие к подобным вещам. Алла тогда долго плакала…. Потом…. Потом она сказала, чтобы он больше не привозил их всех вместе. Они долго спорили. Он кричал, с трудом сдерживаясь, чтобы не ударить. Но всё-таки… ему пришлось согласиться с ней.
Донна и Алла…. Какие же они разные. Донна своевольная, слова не пропустит. Всегда одета небрежно, с наспех заколотыми волосами и без какого-либо намёка на косметику. И Алла – мягкая и сдержанная, подтянутая, идеально причёсанная, с лёгким макияжем и в безупречно подобранной одежде.
С Донной они ругались постоянно. Но Донна… Она понятная, своя…. В то время как Алла…
Это странно. Он живет с Аллой уже довольно давно. Видел её сонной, неумытой, уставшей. Но она не становится близкой. Модель из глянцевого журнала. Красивая и… чужая.

***
… Росс аккуратно раскатывал кабель, продолжая думать о своём. Сегодня работа была чисто механической. Завтра начнут подключать оборудование, завтра посторонним мыслям места не будет.
- Эй, Росс, пойдем пить пиво? Всего пару часов осталось. – Черноволосый смуглый Майк, верный друг и напарник, выключил дрель и стал протаскивать провода в отверстия.
Росс отвлекся от своих мыслей. Высокий, рыжеволосый с белой кожей, доставлявшей ему массу проблем под пронзительным солнцем, рядом с гибким и подвижным Майком он выглядел, как бизон. И как бизон был силен и неуправляем.
- Не знаю. Сегодня у Аллы день рождения. Я пока не решил, может, домой поеду.
- Ты серьёзно? Ну, как знаешь. Кстати, как твоя русская? Передай мне пассатижи….
Росс протянул ему инструмент и продолжил свою работу.
Он вспоминал, как они познакомились…

***
…В тренажерном зале. Она была моложе его лет на пятнадцать. Эта гибкая красавица, похожая на испанку, сразу привлекла его внимание.
Сначала просто оставались после занятий в кафе при спортивном центе поболтать и выпить по чашке кофе. Потом стали встречаться в другие дни. Их тянуло друг к другу всё больше и больше. В выходные, если Росс не брал дочерей, они вместе ехали на природу. Алла иногда рисовала, а он бродил по окрестностям или рыбачил. Росс показывал ей новые и необычные места, а однажды взял на охоту. Алла радовалась как ребенок, когда впервые в жизни разводила костёр. Он готовил в котелке жаркое, а она сидела рядом, притихшая и удивительно настоящая - частичка этого таинственного вечера. Костёр жил своей жизнью, очерчивая мерцающий круг. Там они чувствовали себя уютно и безопасно. А тёмная громада буша шептала свои истории. Алла очень внимательно слушала, когда Росс рассказывал ей о повадках и привычках оленей и кабанов. Училась заряжать ружьё, ставить палатку. Смешно хватала крючок, натягивая тетиву арбалета. Ему казалось, что вдруг он встретил человека, который разделяет его страсть….
Потом она рассказывала ему о своей стране - Украине. Это очень далеко. Он даже ездил туда вместе с ней, встретился с её родителями. Отец Аллы тоже оказался заядлым рыбаком, так что им было о чём помолчать. Интересный мужик. И впрямь знает толк в рыбалке. Они ходили на щуку и сома. Совсем другие приёмы, чем на морскую рыбу или на форель, но Россу понравилось. Её родители почему-то очень переживали, что они не оформляют официальный брак. Какой брак?! Он не собирается разводиться с Донной. Незачем давать ей повод выходить снова замуж и приводить нового отца его дочерям. А с Аллой им и так неплохо. В принципе, неплохо….
Хотя она всё делает по-другому, странно, нелепо. Даже готовит непривычно. Однажды сварила какое-то дикое желе с мясом. И ела это с горчицей, явно получая удовольствие. Предлагала ему попробовать…. Но как можно было проглотить эту гадость? Бр-р-р…
Почему он думает об этом? Почему она вмешивается в его мысли? Что ей нужно? И почему она ведет себя так, будто ждёт от него что-то? Он будет делать только то, что ему нравится. Это его жизнь и если она не понимает простых вещей, то пусть учится.
Глаза его сузились, словно внутренний яркий огонь ослепил на мгновение.

- А, чёрт! – отрезая кабель, он неловко дернул нож и сильно порезал руку. Кровь закапала прямо на инструменты.
- Что случилось? – не оглядываясь, спросил Майк.
- Порезался. Дай бинт. – Он прижал рану, пока напарник бегал за аптечкой.
Перевязав рану, взялся за кабель.
- Чего домой не идешь? Сходи к врачу, пусть обработает. Думаю, пару дней можешь не выходить на работу.
- Не хочу. Не хочу снова разбираться с Аллой. Не хочу слушать эти бесконечные упрёки и разбираться с её переживаниями. Почему я должен обсуждать её проблемы?
- Опять проблемы? Знаешь, почему я не женюсь? Я никак не могу найти женщину, которая хотела бы разговаривать со мной о своих проблемах и слушать о моих. А вы с Аллой можете. Ты как-то говорил мне….
- Можем. Но я ничего не могу понять. Вместо того чтобы обсуждать какие-то реальные вещи, она вдруг начинает рассказывать о своих мечтах. Никогда не скажет прямо, что нужно. Требует, чтобы я догадывался, чего она хочет. Однажды вдруг пожаловалась, что я никогда не дарил ей цветы. Какие цветы? У нас что, свадьба или похороны?
Сквозь бинт на руке начала проступать кровь. Росс сердито взял новый бинт и просто намотал поверх напитавшегося кровью. Майк слушал не перебивая. Его тоже волновали проблемы семейных отношений, которых до сих пор не было. Майк немножко завидовал приятелю. У него были подружки, которые и слышать не желали о совместной жизни. А хотелось нормальную семью.
- Вчера сказал ей, что не хочу больше детей. – Продолжал Росс. - У меня уже трое и я должен о них позаботиться. Кстати, у Донны тоже свои планы на жизнь, она не сильно рвётся все выходные сидеть с дочерьми. Алла перестала со мной разговаривать. А-а, пусть сама решает. В конце концов, она взрослый человек. Хочет рожать – это её дело.
- Она беременна? – Майк словно примерил это слово, подумав, а что бы он почувствовал в подобной ситуации. Да, наверное, порадовался бы.
- Да, вчера узнал. Ну, что я в ладоши должен хлопать?
- Но у неё-то детей нет. Женщины хотят иметь своих. Хотя и мужчины тоже. – Майк про себя вздохнул. – Так что, пойдёшь домой?
- Нет. Закончим работу, пойдём, попьём пива. Я вчера весь вечер объяснял Сю, как решить задачку, потом Линда минут двадцать рассказывала мне про своего мальчика. Как тебе нравится? В девять лет у неё уже есть бойфренд.
- Хорошо бы, чтобы он был у неё в девятнадцать.
- Наверное, но меня это уже не касается.
***
Когда Росс подъехал к дому, который они арендовали вместе с Аллой, окна ярко светились, и оттуда доносился звонкий смех и музыка. Значит, она всё-таки позвала своих приятельниц. Ладно, будем надеяться, что там хотя бы есть Лариса с Мэтью. По крайней мере, можно будет поговорить с кем-то.
Мэтта не было. Лариса явилась одна, но за столом сидела ещё какая-то незнакомая женщина со спутником. Судя по всему, он тоже русский. Вскочил, чуть ли не рванул оббежать вокруг стола. Можно подумать, что Россу это знакомство интересно, поэтому он отвернулся, скрывая вновь разгорающееся раздражение.
Хотелось есть. Они посидели с Майком в пабе, но только пили пиво, а ланч был давно. Поэтому Росс подошел к шкафу, взял свою тарелку и чашку с отбитой ручкой и сел за стол. Алла молчала. Но Лариса на правах постоянной подруге протянула ему бокал. Опять эти фокусы. Росс терпеть не мог всех этих хрусталей и тонких тарелок. Тяжелая керамическая чашка была тёплой сама по себе, она грела руки и желудок. А тарелка, даже надколотая, всегда выглядела аппетитно с любой едой. Не то, что эти холодные тонкие изделия, словно насмехающиеся над теплом и уютом. На ферме его родителей пользовались только тяжелой керамической посудой, и он не собирался менять своих привычек.
Молча, налил себе вина в чашку и выпил.
- Росс, ты почему опоздал? А что это у тебя с рукой? – Лариса тарахтела, не останавливаясь. – С тебя тост. У твоей жены сегодня день рождения, а ты где-то бродишь! Кстати, познакомься: это – Марина, а это – её муж.
- Игорь, - представился мужчина. Росс назвал своё имя и вежливо кивнул. Посмотрел на Аллу. Она кусала губы, и казалось, вот-вот расплачется. Ему не хотелось сцен, поэтому он постарался расслабиться.
- Порезался на работе. – Сказал он Ларисе. – А где Мэтт?
- Не смог прийти. – Коротко ответила Лариса и повернулась к Марине, заговорив о чём-то.
Росс знал, что у Мэтта тоже не всё ладно с Ларисой. Они вместе уже довольно давно. У Ларисы пятнадцатилетний сын, который живёт вместе с ними. А у Мэтта двое сыновей, но они с Кэрол, его первой женой.
Гости продолжили говорить о чём-то, мешая русскую и английскую речь. Росса раздражали эти люди. Они живут в его стране не первый год, но так и не научились говорить на нормальном языке. И ладно бы только акцент, но ведь «лепят» всё подряд, как будто никогда не слышали правильной речи. Когда говорит турист на ломаном языке – он турист, что с него возьмёшь. Но эти люди живут здесь по многу лет, а продолжают болтать между собой на своём русском. Почему? Они не в состоянии нормально разговаривать? Для них открыта масса курсов, на которые идут деньги налогоплательщиков, пусть учатся, чёрт бы их побрал!
- Ну, что, переходим к десерту? – громко спросила именинница. - Девчонки, давайте, убирайте на столе и готовьте чай и кофе. Я сейчас вернусь. – И она поспешно вышла.
- Чёрт, три раза чёрт. – Выругался про себя Росс. - Опять пошла рыдать. Ну, что ей не так. У неё гости, он нормально держится, сел за стол, разговаривает. Надо было прийти позже. Или не приходить вообще. Что они здесь делают? Почему он всё это терпит? В конце концов, это – его дом. Ах, да. У Аллы день рождения. Как же это всё надоело… Ни одного нормального человека….
Пока подружки накрывали на стол, Росс вышел во двор. Было светло, только девять часов. Возле стены стоял на прицепе катер, готовый в любой момент отправиться к морю. Там, в прибрежные воды зашли акулы. Они любят тёплую воду. У спасателей добавилось работы. Люди вечно встряют куда не надо. Росс не очень любил январь. В отличие от акул, форель предпочитает холодную воду и уходит на глубину, подальше. Река прогревается ещё быстрее, чем океан. Поэтому лучше идти на морскую рыбалку. Но форель – это отдельное искусство….
Ему не хотелось возвращаться в дом. Он снова вспомнил вчерашний вечер….
***
…Алла устроила романтический ужин. Нарезала каких-то странных не очень съедобных салатов и испортила сёмгу, засунув её в духовку вместе с апельсинами и странно пахнущей травой. Снова утащила все его вещи в шкаф, и сегодня утром он должен был потратить лишних пятнадцать минут на сборы.…
Его партнёр удивительно красивая женщина. Смуглая, с длинными вьющимися черными волосами и блестящими глазами. Гибкая, как змейка, но горячая, словно костёр. Вчера она была особенно хороша. Даже ужинать не хотелось, а…. Но потом, она попросила его налить вина и, спрятавшись за бокалом, произнесла слова, которые разрушили всё очарование вечера:
- У нас будет ребёнок…
Он даже не понял сразу, какой ребёнок, ведь всё и так хорошо.
- Ребёнок…. Алла, зачем? У меня есть трое детей. Зачем мне ещё один ребёнок?
Росс говорил медленно, спокойно, вдумчиво, стараясь, чтобы она поняла. А она смотрела, вслушивалась в его слова, словно он говорил на незнакомом языке, и будто не слышала его. Потом вдруг вспыхнула и ушла в спальню. Бросила подушку ему на диван и вечер был безнадёжно испорчен.
Он слышал, что она долго не ложилась спать, всё ходила по комнате. Словно пантера в клетке….
***
…На полу валялись растерзанные орхидеи. Те самые, из которых она сделала свои украшения…. Звёзды небрежно перемигивались на черном небе, а луна, заглядывая в темную комнату, недружелюбно смотрела на неубранный стол с остатками неудавшегося пиршества. На спящего Росса и ту странную женщину, которая металась из угла в угол и твердила одно и то же.
- Почему? Почему так? Почему?! – задавала она вопрос, будто и в самом деле надеясь на то, что существует ответ. Что вдруг кто-то придет и всё объяснит. Выпишет рецепт или сделает прививку и всё встанет на свои места. И Росс всё поймет…
***
Вскоре, пошумев ещё немного, гости разошлись.


II
Солнце уже собиралось укладываться спать, но пока ласково гладило лица и спины сидящих за столиками на площадке у бара. Кто-то заказывал себе полномерный ужин. А Росс и Майк просто взяли по бокалу пива и сейчас неспешно потягивали его. Весь день они подключали станки новой линии, а когда прибыли наладчики, оказалось, что не хватает соединительных проводов. Поэтому завтра придётся часть работы переделывать. Но это будет завтра, а сейчас они просто пили пиво, перебрасываясь отдельными словами.
- Как там твой малыш? Скоро на охоту пойдёт? – Улыбнулся Майк.
- Скоро, лет через восемь. А сейчас в доме филиал госпиталя или скорее лаборатория с повышенными требованиями обеспыливания поверхностей. – Росс поморщился. Стремление Аллы держать всё в стерильной чистоте переходило в какую-то манию. Она целыми днями убирала, мыла и требовала не подходить к ребенку, пока он не переоделся после работы.
- Знаешь, мне иногда кажется, что я живу не в доме, а в музее. Ребёнок должен расти в нормальных условиях, бегать зимой босиком по лужам, есть фрукты с дерева и овощи в грядки, привыкая к окружающей среде. Он должен простужаться, чтобы стать сильным и здоровым. Но Алла не только моет и чистит всю окружающую территорию, она умудряется гладить его одежду и постель.
- Да, ты что? В самом деле? – Майк едва не поперхнулся пивом. – Это же какие счета приходят за пользование электричеством?
- А-а, я уже молчу. Пусть. Если ей это нравится…
- И то верно. А как твои дочери к нему относятся? – Майк отогнал воробья, который нагло пристроился на краю столика и начал подбираться к тарелке.
- Нормально. У Линды ярко выраженный инстинкт материнства, она нянчится с ним, не хуже Аллы. А Сара считает, что это такая замечательная живая кукла… - Росс замолчал. Он вспомнил, как однажды, услышав плач Дерека, зашёл в комнату. Там была Сю. Она корчила злые рожи, и затем ударила мальчика. Дереку было только три месяца…
- Ты говорил, что собираешься искать дом. Уже решили, в каком районе? – Майк всё ещё находился в поиске спутницы жизни, хотя наконец-то, у него появилась постоянная подружка. Поэтому поиск подходящего жилья его тоже живо интересовал.
- Да, Алла хочет, чтобы мы купили дом. Сейчас банк даёт займы под невысокий процент.
Росс не был уверен, что нужно покупать собственное жильё. Зачем? Сейчас все вопросы решает собственник дома, который они арендуют. В своём доме все проблемы лягут на его плечи. Он многое умел делать и работал с удовольствием. Но одно дело, когда за это платят деньги. А кто заплатит тебе за то, что ты меняешь проводку у себя? Или ремонтируешь протекающую крышу? А, кроме того, дом привязывает. Его можно продать в любое время, но придется делать ремонт, кому нужны эти хлопоты? В глубине души Росс надеялся когда-нибудь вернуться на ферму. Жить там. Отец стареет, ему всё труднее вести хозяйство. Приходится нанимать менеджера и работников перегонять стадо, развозить воду коровам, чистить загоны для скота, объезжать территорию….
Росс зажмурился. Он увидел зеленые склоны, на которых бродил их скот. У родителей большая ферма - сотни акров роскошных пастбищ. Август в этом году был очень холодный. Но овцам безразлично, в это время они приносят приплод. Много ягнят погибло, их вывозили машинами. На ферме подсчитывали убытки. А сейчас там хорошо. Лето в этом году замечательное - всё время идут дожди. Трава не сохнет - много корма для овец…. И ему показалось, что запахло свежестью скошенной травы, тёплым парным молоком…. Хотелось туда, в пасторальную тишину и неспешную, полную разумной и простой работы жизнь. Суета огромного города, которая вначале казалась столь интересной и важной, начинала раздражать своей бессмысленностью. Когда-нибудь он обязательно вернётся домой. На ферму. Но не сейчас, не сейчас... Город кружил и засасывал, словно воронка торнадо.
***
…Алла настаивает на покупке дома. Может быть… Они уже столько посмотрели, а выбрать не могут….

- Ты знаешь, а мне здесь нравится, – он подошел к мутному стеклу, затянутому паутиной снаружи. Там за окном деревья подступали прямо к стенам дома, гладили огромными жадными ветвями крышу, словно пытаясь спрятать это неразумное детище, возведенное людьми.
Дом был пуст, хозяева, выставившие его на продажу, съехали, и он казался мрачным и заброшенным. Несмотря на то, что посреди спальни стоял осушитель воздуха, здесь было сыро и пахло плесенью. Где-то там светило солнце, но эта комната будто прятала тайну, постыдную тайну. Казалось, в ней кто-то умер, и дыхание смерти дрожит в тёмных углах. Она странно гармонировала с его внутренним состоянием. Звала, обещая темноту покоя.
- Пойдём отсюда, - Алла обхватила руками себя за плечи, - у меня такое чувство, как будто здесь покойник спрятан. Ужас. Пойдем скорее. – И она заспешила к выходу. А Россу не хотелось уходить. Он помедлил ещё несколько минут, всматриваясь в громаду буша за окном.
- Мэм, вы только посмотрите, какой прекрасный вид! – Агент, у которого этот дом «висел» уже больше года, почуял, что Россу понравилось здесь. Теперь бы «укатать» дамочку. – Отсюда чудный вид на залив. Разрешите вам показать. Прошу, пожалуйста.
- Где? – оживился Росс.
- Вот, пройдем на кухню. Ведь на кухне мы проводим массу времени, не так ли, мэм? – агент важно и с достоинством провёл их на кухню.
- И где же вид? – недоуменно спросила Алла, глядя в окно, выходящее на узкую улочку.
- Да вот же, - агент показал на верхний левый угол окна. Привстав на цыпочки, Алла посмотрела вверх. Там, над улицей, в просветах между деревьями мелькнула полоска голубой воды, весело блестевшая под солнечными лучами.
- И впрямь, чудный вид. Только боюсь, что у меня не будет много времени им любоваться. Спасибо. – И она легко заскользила по ступенькам к выходу. Росс недовольно пошел за ней.


- Алла, мне нравится этот дом. Я думаю, что он нам подходит. – Они ехали по тихому району, где почти не было машин.
- А мне – нет. Он мрачный и сырой. У меня там было такое ощущение, будто кто-то повесился или хотят повесить меня. Ужас! – Она вела машину спокойно, только крепко держалась за руль.
- Это добротный старый дом, построенный из кедра. Он простоял уже шестьдесят лет, и будет стоять ещё сто. А чтобы не было сыро, можно использовать осушители воздуха. – Росс хотел убедить её. Этот дом был… зовущий.
- Росс, там мрачно, сыро, холодно. А ведь сейчас лето. Но туда не заглядывает солнце, судя по всему, никогда. А что будет зимой, когда пойдут дожди? Я там замерзну, а Дерек будет вечно болеть. Нет, не хочу.
- Не понимаю. В твоей стране бывают морозы до тридцати градусов, а ты замерзаешь здесь, где морозов нет совсем. Даже в самые холодные ночи температура в спальне не бывает меньше семи тепла. Ну, если ты так хочешь, поставим кондиционер. Большой дом, красивое тихое место. И вид замечательный.
- Ага, особенно вид. Ты полагаешь, что я буду регулярно вставать на цыпочки и изворачиваться, чтобы на него любоваться? Я не понимаю, как можно так строить дома. Да, в моей стране действительно бывают сильные морозы. Но дома там тёплые, с центральным отоплением, с двойным, а то и с тройным остеклением. А это – не дом, а палатка в лесу. Тонкие доски и ни намёка на гидро- или теплоизоляцию. – Она не понимала, как Росс не видит столь очевидных недостатков.
- Да, в конце концов, холодно бывает всего несколько недель. Вы привыкли тратить деньги на ерунду, на роскошь. А у нас всё разумно, без излишеств. – Он уже начинал злиться. Она всё видит не так, всё по-другому.
- Излишеств? Тепло – это роскошь? Это, прежде всего здоровье, это – качество жизни. Неужели тебе нравится мёрзнуть?
- Я же сказал, поставим кондиционер.
- Нет, Росс, я не смогу жить в этом доме. И не хочу.

Так они тогда и не купили тот дом. Дом, который был ему созвучен…


-… Ну, что, до завтра? – услышал он.
- Да, Майк, увидимся.
***
Алла билась словно чайка, завязшая в нефтяной плёнке – ни взлететь, ни нырнуть.

… - Перестань разговаривать с ребёнком на русском языке! Я ничего не понимаю! – Алла была изумлена: не одно так другое.
- А я и не разговариваю на русском, мы с ним учим украинский язык. – Она попыталась перевести разговор в шутку.
- Не прикидывайся дурочкой, я хочу понимать, что говорит мой сын. Я не знаю твой язык и не собираюсь его изучать. – Росс, как обычно начинал «заводиться с пол-оборота».
- Объясни мне, почему мой сын не должен знать мой родной язык. Что здесь плохого?
- Незачем. Пусть говорит, как все нормальные люди – на английском.
- Росс, чем больше языков знает человек – тем лучше, не правда ли? В жизни ему только пригодится.
- Не знаю, пригодится или нет. Но я хочу понимать всё, что говорит мой сын. Он живёт в этой стране и должен говорить на своём языке.
- Но я считаю, что знание моего родного языка ему не повредит. Это и его язык тоже. Тем более что по-английски он всё равно говорит лучше…

Алле было грустно. Действительно, сын говорит на другом языке. Английский - его родной. Но запретить ему учить её язык? И здесь тоже придётся изворачиваться, убеждать, доказывать… Почему всё так нелепо? Ну, почему нужно доказывать очевидные вещи? Неужели они так и не научатся понимать друг друга?

III
…Разве может быть что-то лучше жизни в полном согласии с природой? Удивительно, что Алла этого не понимает. Человек придумывает себе тысячу проблем, а потом мучительно пытается их решать. То, что его сын страдает эпилепсией, это ведь тоже проблемы цивилизации. Мир удивительно прекрасен в своей первозданности. Можно жить, пользуясь дарами природы и не пытаться заработать все деньги. Денег не нужно много. Нужна свобода и чистота.
- Послушай, Алла, у меня отличная идея. Что мы молимся на эти магазины? А знаешь, давай поживём месяц нормальной жизнью…
- Нормальной? Это как?– Алла подняла голову от своего рукоделия. Дерек уже спал, и она плела какую-то странную разноцветную вещицу – мандалу. Одна из них уже устроилась в спальне сына. На стенах висели её картины. Кофейный столик был накрыт кружевной салфеткой, которую она сплела, а сейчас – новое увлечение – мандала. В доме было много безделушек, сделанных её руками. - Что сейчас у нас ненормально?
- Ну, как же ты не понимаешь, - глаза Росса лихорадочно блестели, и слова не поспевали за мыслью, - мы стали рабами супермаркетов. Мы же одного дня не можем прожить, чтобы не сходить в магазин. Ты вечно сидишь с подружками в кафе. А есть настоящая жизнь, натуральная. Почти такая же, как на ферме. Давай месяц поживём без покупок, без этих дурацких запасов… Будем есть только то, что сами вырастим или добудем.
- Ты думаешь, это хорошая идея? – Алла недоверчиво смотрела на него. Она отложила в сторону своё рукоделие.
- Конечно! Посуди сама. Мы будем питаться мясом только тех животных, что я подстрелю на охоте и есть пойманную мной рыбу. Овощи – с нашей грядки. Скоро лето, уже созревают кабачки, помидоры, подрастает морковь. У нас много клубники, десять кустов – там полно ягод… - Росс говорил страстно, горячо. Ему очень хотелось, чтобы она поняла, поддержала. Но, судя по всему, эта женщина не приветствовала его идею.
- Ну, что ты на меня смотришь, как на больного? Ты опять ничего не понимаешь, тебе не нравится нормальная жизнь. – Он уже не сдерживался, голос срывался, а кулаки сжимались от злости. – Тебе бы только носится по магазинам, и покупать всякую дрянь. Ты же даже продукты не можешь выбрать по-человечески. А потом готовишь какие-то несъедобные супы…
Алла снова вернулась к своему плетению. – Если хочешь, можешь ставить такой эксперимент. Я и Дерек будем питаться так, как я считаю нужным.

***

Так они ни до чего и не договорились. Но он проживёт этот месяц в полной гармонии с природой. Это будет настоящая жизнь. Без глупых поездок в магазины. Природа даёт всё, но люди разучились этим пользоваться. Ему хватит того, что даёт земля. И охота.
Этого достаточно, чтобы просто жить и радоваться жизни. Жаль, что Алла не понимает. А Дерек слишком мал…. Ничего, когда сын подрастёт, он тоже станет охотиться. Настоящий мужчина должен уметь добывать еду не в супермаркете.
Дерек…. С ним много хлопот. Алла неправа. Не нужно мешать природе. Врачи уверяют, что это всё излечимо. А если нет… В природе существует естественный отбор. Если ягнёнок не может встать, чтобы сосать матку – он умрёт. Родится более сильный. Люди мудрят там, где нужно дать волю природе. Она не понимает… И мешает. В её мире всё подчинено интересам мальчика. Он должен расти мужчиной, а растёт, словно цветок в теплице….
***
Росс собирался на охоту. Вытащил из-под груды одежды рюкзак, брошенный с прошлого раза в угол. Разыскал свой дождевик…. В его комнате хранилось всё, что нужно для жизни: охотничий защитный костюм, болотные сапоги, теплая одежда. В углу стоял сейф с оружием. Удочки запасные, старые и поломанные, также были здесь. Рабочие, которыми были в ходу, он обычно держал на катере. Это была его комната. Здесь не было никакой мебели, только то, что нужно для жизни. Эту комнатку он отвоевал после долгих споров и скандалов. Теперь Алла только требует, чтобы комната была закрыта. Ей не нравится то, как он хранит свои вещи. А, это не библиотека, он достаточно уступает ей в её прихотях. Хочет закрывать комнату – пусть закрывает, лишь бы больше не приставала к нему со своими странными фантазиями и попытками организовать то, что принадлежит лично ему. В конце концов, он хочет жить так, как ему удобно.
***
Лес… Прекрасные девственные джунгли. Он закипятил воду в котелке и заварил мятный чай. Чтобы поужинать, нужно подстрелить оленя или кабана. В рюкзаке лежали морковь и картофель, которые прихватил с собой. Был на ферме родителей, там и взял несколько штук с огорода.
Росс ориентировался в лесу лучше, чем в собственном доме. Ему были хорошо знакомы повадки оленей и другой живности. Прошлый отпуск он провел в лесном хозяйстве, помогая с отстрелом коз.
…Не стоит нарушать тихое дыхание леса громкими звуками. Неслышный полёт стрелы…. Удар! И огромный олень забился среди кустов. Довольный, удача с первого выстрела, - Росс подошел к оленю и, тихо шепнув: «прости, дружище!», - перерезал ему горло. Ловко освежевал тушу. Эту ночь он решил провести в лесу.
Уютное тепло дарил костёр, очерчивая живой круг таинственного огня, за которым угадывалась громада древнего леса. В котелке тушилось мясо дикого оленя, приправленное душистыми травами. Загадочно играл свои незатейливые мелодии сверчок. Где-то настойчиво мяукал опоссум и, казалось, что не существует больших городов с их вечной спешкой и суетой. Как было бы хорошо, если бы Алла смогла понять это и разделить с ним любовь к настоящей красоте жизни. Она тонко чувствует всё прекрасное…. Но не понимает…. Точнее, не хочет понять, что можно жить без излишков цивилизации…. Жаль…. Она славная женщина и хороший партнёр. Жаль… Их отношения всё чаще заходят в тупик. Вместо ягод и овощей она разводит цветы. Вместо рыбалки мчится на концерт или встречается с приятельницами. Вместо прогулки в лес моет и чистит дом. А потом жалуется, что устала, плохо спит, плачет….
И всё чаще они ссорятся из-за его дочерей… Точнее… Сю. Что-то там не в порядке. Сю ведет себя странно. Она перестала учиться, несколько раз не ночевала дома. Донна жалуется, что с ней нет никакого сладу. Впрочем, Донна снова нашла себе нового бойфренда и устраивает свою жизнь. Росс, наконец, согласился на развод, и теперь она требует, чтобы бывший муж чаще забирал дочерей. А Сю не хочет даже на охоту идти. Странно… Она всегда любила охоту. После того воскресенья, когда Сю приходила к ним в гости, Алла жаловалась, что не может найти своё кольцо. Причём здесь Сю? Девочка никогда в жизни не интересовалась драгоценностями…. В отличие от Аллы, которая обожает всякие побрякушки. Она не снимает с себя украшения, даже когда идёт загорать и плавать. Несколько дней назад они ездили на пляж. У неё с руки упал платиновый браслет, который стоит как половина мотоцикла. И обнаружилось пропажа только дома. Пришлось снова ехать в парк, искать. На том месте уже отдыхали другие люди, и начинался прилив. Безнадёжная ситуация. Алле повезло. Браслет нашли эти ребята. Если бы не они, то уже через час прилив унёс бы вещицу на долгие годы. Может быть, навсегда…. Прилив не шутит. Он такой же мощный, как жизнь. И как жизнь, неумолим….
…Наверное, нужно предложить Сю пожить с ними….
…Да, отличные дни, просто замечательная погода. Оленей в этом году много. Наверное, скоро их тоже будут отстреливать, как коз.… А через несколько дней можно съездить на Таупо…. На форель…. Удачная охота…. И Росс уснул.
IV
- Росс, я не хочу, чтобы ты приводил Сю в наш дом. – Алла стояла натянутая, словно тетива арбалета и разъяренная, будто подраненный кабан.
- Ты сошла с ума? – Росс растерялся в первую минуту. Он мог ожидать что угодно, но не такое заявление. Вернулся с охоты, привез оленину, предвкушая отличный ужин, а тут такое заявление….
В комнате всё разбросано, что совсем несвойственно Алле. Как будто что-то случилось….
- Вчера Сю явилась поздно вечером. Она искала тебя. А потом…. Потом стала кричать и требовать деньги…. На дозу…. У неё была ломка….
- Ты что-то путаешь. Если девочка была возбуждена, это ещё не означает…, - Росс хотел успокоить Аллу, и не принимал то, что она говорит. В конце концов, женщины часто недолюбливают друг друга. У них не сложился контакт с самого начала…. Но белая кожа на лице его зарозовела, а рыжие волосы вдруг отчаянно разлохматились.
- Она наркоманка, ты до сих пор этого не знал? Она орала здесь, кинулась на меня…. Проснулся Дерек, у него начался приступ…. У Дерека снова был приступ, ты можешь это понять или нет?!
Алла уже кричала, злые слёзы уродовали её лицо, оно стало мокрым и некрасивым. Росс отвёл глаза. Там, за окном цвела пахутакава…. Скоро Рождество…. Самый светлый и лучший праздник на земле. Праздник детства и подарков под ёлкой. Они поедут на ферму…. В это время не может быть ничего плохого….
- Давай перенесём разговор, - Росс старался говорить спокойно. – Мне нужно время во всём разобраться.
- Время? У тебя было мало времени понять, что происходит? - Аллу трясло от негодования. Её сын был в опасности. Мальчику нужен покой и нормальная обстановка. Она вспомнила, как испугался малыш вчерашних криков, как замер, а затем упал. Она делала все возможное и невозможное, чтобы вылечить его. Врачи говорили, что есть шанс. Но ребенку нужна спокойная стабильная атмосфера….
- Да, мне нужно время! Мне нужно много времени! – Росс взорвался, он побагровел и уже не выбирал слов.
- Ты, русская сука, идиотка, что ты понимаешь? Это у тебя один ребенок, а у меня ещё три дочери. И Сю – моя дочь. Это ты не смогла найти с ней общий язык. Это ты носишься со своими побрякушками и тряпками, вместо того, чтобы общаться с детьми. В конце концов, ты приходишься им мачехой и на тебе тоже есть ответственность за их воспитание.
- Ошибаешься, дорогой. – Голос Аллы вдруг стал на удивление спокойным, почти вкрадчивым. У детей бывает мачеха только в том случае, если они лишены родной матери. По разным причинам. А у твоих дочерей мать имеется – живая, здоровая и не сильно озабоченная их воспитанием. Зачем ей волноваться? Ты прекрасно справляешься с их проблемами. Разумеется, это очень правильно и благородно с твоей стороны заботиться о девочках. Так и должен поступать хороший отец. Но хорошая мать в первую очередь думает о своих детях. Что я и делаю. Тебе нужна моя помощь? Я не отказываюсь тебе помочь. Но это отнюдь не означает, что я пожертвую ради твоих дочерей своим сыном. Можешь в этом не сомневаться! И я избавлю его от эпилепсии.
Росс онемел от неожиданности. Он смотрел на эту женщину, с которой прожил почти семь лет и не понимал, что происходит.
Алла, Алла, которая плакала, не получив подарок на день рождения, а ещё громче рыдала, когда он принёс ей коврик в прихожую - сама же хотела! Алла, которая ужасалась, когда он бросил свои болотные сапоги на её вечерние туфли! Алла, которая отчаянно кричала, когда он разбил дурацкую хрустальную вазу, над которой она тряслась, как ненормальная. Которая плакала по поводу и без повода, просто потому, что ей было грустно... Которая жила в каком-то своём придуманном мире... Которая могла два часа примерять какую-нибудь одежду и никак не решалась на покупку, двадцать раз переспрашивая его или советуясь с приятельницей... Всегда мягкая, нежная и податливая, сейчас она стояла перед ним, спокойно глядя своими непроницаемыми чёрными глазами, и говорила так, что не верить ей было нельзя. Но речь шла не о путешествии, где они выбирали между фермой и поездкой на Бали. Они говорили о Сю, его любимой старшей дочери. И о Дереке, который был его сыном... И сыном Аллы...
Она была странно другой. Что-то изменилось. Что? Или кто? Алла? Или он её никогда не знал? Все их предыдущие скандалы всегда заканчивались слезами, а затем всё шло по-прежнему, и он продолжал жить, как привык, как считал нужным. А сейчас... Она вела себя, словно дикая самка, решившая до последнего защищать своего детеныша.
И он вдруг почувствовал себя так, будто подъехавшая пожарная машина окатила его из брандспойта.
- Алла, мы можем договориться... - начал он, но она прервала,
- Росс, остановись, мы прожили с тобой не один год вместе. Мы разные, мы очень разные. Я старалась понять тебя. Я соглашалась с тем, что меня раздражало и обижало. Я терпела вечный бардак в доме, твоё нежелание общаться с моими друзьями. Твои заляпанные футболки на моих вечеринках. Твою неизменную чашку с отбитой ручкой на праздничном столе. Я принимала твоё невнимание к моим чувствам и непонимание. Но мне казалось, что мы любили друг друга.
- Непонимание? Ты говоришь непонимание! - Росс снова побагровел. - Что ты несёшь? А что ты понимаешь, в конце концов? У меня была запарка на работе, два месяца я работал в Крайсчёрче после землетрясения, я делал важное и нужное дело. А ты? Ты закатила истерику, что не работает духовка. Можно подумать, что без духовки на кухне невозможно готовить. Ты вызвала службу и опозорила меня перед моим боссом. И ты говоришь о понимании? - Он, прижав руки к груди, словно боялся, что они сами, без спросу схватят Аллу за плечи и начнут трясти, резко шагнул к ней, задев кофейный столик, с которого, печально зазвенев, скатилась очередная хрустальная ваза, разбросав по дороге цветы и залив ковёр водой. Но оба этого не заметили.
- Ты вообще осознаешь, что ты сейчас говоришь? Ты хочешь поставить меня перед выбором между тобой и дочерью?
Алла вдруг улыбнулась. Спокойно, отстранённо.
- Нет. Я не заставляю тебя делать выбор. Но оставляю за собой это право. Я не забыла, что ты сказал мне по поводу моей беременности. Ты не хотел этого ребенка. Поэтому Дерек - это мой сын. Только мой. Но он любит тебя, и, я верю, ты - любишь его. Ему нужен отец. Но ещё больше ему нужен покой и нормальная атмосфера в доме. Если хочешь - можешь жить с нами. Но запомни, там, где живём мы с Дереком, не должно быть Сю. Независимо от того, кем она тебе приходится.
Не отвечай! Тебе нужно подумать. Иди. Я знаю, что тебе трудно думать в замкнутом пространстве. Иди, пройдись. Подумай. Я не тороплю тебя.
***
Росс понимал, что она права. Он боялся сорваться. Поэтому резко повернулся и вышел, почти выбежал, не отвечая за себя, хлопнув дверью.
Увидев его рыжую шевелюру, мелькнувшую за окном, Алла мягко опустилась в кресло. Она смотрела на цветы, лежащие на мокром ковре, и не видела их. Наркотики снова вошли в её дом. Несколько лет назад там, на Украине её любимый младший братишка умер от передозировки…. Теперь Сю. Бедная девочка…. Где, как она умудрилась попасть на тяжелые наркотики? Здесь в основном, покуривают травку, но Сю…. Бедняга Росс, он ещё не понял, какая беда вошла в его жизнь…. Нет. Перестать думать об этом. Всё. Жалость в сторону. Дерек – это главное! Она не станет жертвовать своим сыном. Алла решительно встала с кресла и занялась уборкой. Скоро ей ехать забирать мальчика из садика. В доме всё должно быть, как всегда. Чистота, мир, покой. Только покоя нет…. Что-то творится с Россом…
V
Росс шел быстро, почти бежал. Словно пытался догнать… Аллу? Сю?
Сю и наркотики? Этого не может быть, не должно быть… И Алла… Он уже привык к ней, к её странностям и капризам. И Дерек… Его сын…
Недоразумение. Вся эта канитель – сплошное недоразумение. Жизнь проста и безыскусна. Не нужно её усложнять… Всё должно идти заведённым порядком. Всё можно организовать правильно и поставить на свои места. Если даже девочка покурила травки…. Кто не баловался по молодости. Но ломка… Алла сказала – ломка. Кольцо. У неё пропало кольцо. - Этого не должно было произойти. В его жизни всё и всегда было просто. - Наркотики?
…Сю ненавидела Аллу, Росс знал об этом, девочка сама говорила ему. Она ненавидела её за то, что та была красива. За то, что Алла была успешна. Она ненавидела её за Росса, за Дерека. Просто за то, что та была русской. Она ревновала. Алла была чужой, укравшей его, Росса. И ей было всё равно, что отец продолжал заботиться о ней, что они вместе ходили на охоту, рыбалку… Сю приходила в их дом и была счастлива только тогда, когда ей удавалось довести Аллу до слёз. И он ничего не мог сделать. Донне было наплевать на все эти сложности, а Сю – нет. И вот сейчас – наркотики… Сложности, опять сложности. Неужели нельзя обойтись без этого? Почему они вьются вокруг него, словно водоросли в глубине? Оплетают. Оплетают. Тянут вниз. Туда, в тишину, в покой…

Росс резко остановился. Он обнаружил, что находится возле их торгового центра. Вокруг почему-то было много людей. Что они все здесь делают? Зачем эта суета?
За огромным прозрачным стеклом сидели люди. Они пили ароматный кофе, запах его выбирался наружу сквозь распахнутые двери. Люди разговаривали, смеялись… Неужели им нравится сидеть здесь? Вон, за тем столиком две молодые мамаши, а их малышня спит в колясках. И что? Что будет потом, когда они вырастут? Что-то, наверное, будет. А, впрочем, какая разница?
Он медленно повернулся и пошел назад. Возле тротуара валялась банка из-под пива. Росс машинально нагнулся и поднял её. Поискал глазами урну. По дороге подобрал ещё одну бумажку и выбросил это всё. Почему вокруг мусор? Раньше этого не было. Неужели так трудно бросить в урну? Забрать домой, в конце концов, и упаковать с домашним мусором, и машина вывезет на свалку. Почему они так поступают? В памяти всплыл один непонятный и неприятный эпизод. Там, у Аллы на родине. Они выходили из супермаркета. Впереди шла милая молодая женщина с мальчиком лет семи. Ребёнок развернул шоколадку и бросил обёртку прямо здесь же, у входа. Его мать промолчала, а Росс вопросительно глянул на Аллу. Она смутилась, но ничего не сказала. Тогда он поднял эту обёртку. Урна стояла рядом. А мать мальчика, повернувшись, что-то сказала. Резко, неприязненно. Росс не понял, но Алла взяла его под руку и они быстро ушли. А сейчас сюда приехало много иностранцев, и они ведут себя, как дикари. Бросают мусор, нарушают правила…. Неужели так трудно вести себя достойно. Зачем они здесь? Что им нужно? Они тоже создают проблемы…. Вокруг одни проблемы. Нет, хватит! Он устал, надоело. Всё надоело….

Вернувшись домой, Росс заперся в ванной. Он втиснулся в крошечное пространство между ванной и унитазом и застыл в странной неудобной позе. Глаза закрылись, ослепленные ярко-алым светом изнутри, а в голове, словно мрачные тёмные змеи сплетались странные, тяжелые мысли…

***

Алла строила с Дереком башню из кубиков, пытаясь понять, что происходить. Росс уже три часа сидит в ванной, и оттуда не слышно ни звука. Ужин был давно приготовлен. Она постучала в дверь, но не услышала ответ. Поужинала с сыном вдвоём. Дерек сегодня был радостный, рассказывал о том, как они ходили на море и он нашёл большую красивую раковину. Сам нашёл! Алла улыбалась, кивала сыну, и прислушивалась…. Скоро малыш отправился спать.

- Росс, ты в порядке? – Алла постучала в дверь. – Росс…
Он не отвечал. Алла снова постучала.
- Росс, иди, поешь, я приготовила оленину. Как ты любишь, с вином….
Дверь, распахнувшись, ударилась в стену.
- С вином? Ты всё испортила. Ты всё испортила, как всегда. Зачем ты вмешиваешься туда, куда тебя не просят? Зачем ты испортила мясо? Вино из супермаркета. Я не хочу ничего из супермаркета! - Росс кричал, задыхаясь от ярости. Тяжелый деревянный стул, случайно оказавшийся под рукой, пролетел через комнату и впечатался в огромную стеклянную дверь на веранду, зацепив по дороге светильник на потолке.

Алла не успела шелохнуться. Стул пролетел в нескольких сантиметрах от неё. Ещё чуть-чуть…
- Перед продажей дома придется менять ковровое покрытие. Стекло не вычистишь. – Эта мысль возникла из ниоткуда, словно пытаясь защитить её мозг от того, что произошло. – Странно, что не слышно Дерека. Неужели не проснулся? Хорошо. Это очень хорошо. За день набегался…
Она стояла так же неподвижно, пытаясь осознать, что происходит. У Росса и раньше бывали приступы буйства. Дыра в стенке гаража, пробитая его кулаком, до сих пор не закрыта. Но это… Что будет дальше? И что со всем этим делать?
Алла услышала, как хлопнула дверца автомобиля. Росс уехал…

***
Она проснулась рано. Привычная уютная комната была странно незнакомой. Ночной дождь и порывы ветра, не встретив преграды, легко обосновались в её доме, проникнув сквозь осыпавшееся стекло. Осколки его весело поблёскивали на мокром ковре. Повсюду лежали опавшие лепестки, сухие листочки и прочий сор, который так мило смотрится в саду и так больно в твоём уютном доме. Который перестал быть уютным….
Сегодня предстоит очень трудный день. Наверное, нужно идти в полицию. Писать заявление с просьбой о защите. Россу запретят приближаться к ним…. А как же Дерек? Он не поймёт…. Он хочет играть с папой, смотреть с ним телевизор, кататься на лодке. Он так мал…. Ему нельзя волноваться, расстраиваться. Разрешить свидания с сыном? А если снова…. Так, как вчера?
…Она собирала малыша, рассказывая ему о сильном шторме, который налетел ночью на их дом. Огромная ветка старого каури давно хотела постучать к ним в окно, и ветер помог ей оторваться от дерева и прилететь на веранду. Ветка была такая большая и неуклюжая, что пытаясь легонько стукнуть в окошко, не рассчитала своих сил и разбила стекло….
…Машины Росса возле дома не было.
Оставив ребёнка в садике и договорившись, что заберёт его завтра, она вернулась домой. В полицию решила пока не обращаться. Убирая разорённое гнездо, Алла пыталась найти решение. Позвонить в службу, пусть приедут, вставят стекло? Но в прошлый раз, когда она так и сделала, Росс устроил грандиозный скандал, обвиняя её в том, что Алла позорит его перед боссом. Хотя где босс, а где их домашние проблемы….
Она всё-таки позвонила в службу. Из компании ей ответили, что приедут завтра. А Росса всё не было…. Она набрала его номер - безрезультатно.
Зато ожил домашний телефон. Звонили из полиции….

***
…Росс ехал со скоростью пятьдесят километров в час. Так положено по правилам. Пятьдесят в городах, максимум сто – на трассе. Правила нужно соблюдать, что бы ни случилось. А события происходят стремительно…. Они влекут его, словно отлив. Подхватили и несут, несут… Куда? Да. Он поедет сейчас к Донне и выяснит, что происходит. Всё можно поставить на своё место и организовать. Он разберётся с этой глупой ерундой. И снова вернётся к природе. Туда… в лес….
Росс остановил машину у дома. В окнах было темно. Он нажал кнопку звонка. Снова… Снова… Снова… Дверь не открывали. Но через несколько минут подъехала полицейская машина.

…Его о чём-то спрашивали, а он отвечал. Донна вызвала полицию. Зачем? Он хотел поговорить с ней, разобраться, что происходит со старшей дочерью. А она вызвала полицию. Чушь какая-то, нонсенс!

…Вдруг появилась Алла. Что она здесь делает? Зачем?

Дома было темно и тихо. Он закрепил штору на разбитом окне, чтобы ночь не пробралась неожиданно. Он позовёт её. Или сам придет на встречу ночи…. Сам приготовил оленину. С травами и картофелем. Молча поужинали.
Росс всё делал спокойно, размеренно, словно не было вчерашней бури, не было ночи в полицейском участке. Он уже знал, как решить задачу и избавиться от проблем. Дождавшись, когда Алла уснёт, тихо встал и спустился в гараж….

***
… Аллу допрашивали много раз. Росс оставил записку: «Вы все этого хотели…». Расследование длилось несколько месяцев. Она читала показания Сю, которой уже исполнилось восемнадцать. Сю утверждала, что Алла целенаправленно доводила её отца до самоубийства. Правда, Донна этого не подтвердила. В конце концов, обвинение с неё сняли….


© Ольга Белоус, 2017
Дата публикации: 2017-01-07 11:03:02
Просмотров: 175

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 23 число 77: