Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Олег Павловский



Дневник белой совы

Александр Кулев

Форма: Повесть
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 23671 знаков с пробелами
Раздел: "Повести и рассказы"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


В этом произведении я хотел бы познакомить читателя с природой нашей страны, используя занимательную форму рассказа о жизни животных. Надеюсь, что получился волнующий сюжет о «судьбе» прекрасной северной птицы; с большим количеством биологических фактов и идей, позволяющих добиться научности изложения, безусловной правды о природе. Повествование в прозе я сочетал со стихотворными фрагментами, играющими роль философского обобщения. При этом я сознательно избегал «очеловечивания» животных, которое, к сожалению, часто встречается в литературе о дикой природе и создает неправильное, иллюзорное представление о ней.




1. ЖИЗНЬ РЯДОМ С ЧЕЛОВЕКОМ

Около сетчатой стенки вольеры, на земле сидела крупная, плотного телосложения, почти белая птица с круглой головой и слегка прищуренными янтарно-желтыми глазами. Пронизывающий, интригующий взгляд невероятно красивых глаз был направлен на стоящего по другую сторону стенки вольеры человека. Мужчина внимательно рассматривал сидящую перед ним птицу. Он давно знал белых сов и не только по рассказам других людей, фильмам или книгам. Несколько лет назад Виктор (а именно так звали мужчину) принял участие в научной экспедиции на Таймырский полуостров — в суровый северный край, манящий к себе многих исследователей. До этого он никогда не был в арктической тундре и по своей наивности полагал, что там даже летом лежит сплошной толстый слой снега и что вокруг все и всегда уныло и пустынно. Как он ошибался! Стоя у вольеры с красивой белой птицей, Виктор вспоминал свои первые ощущения в тот момент, когда он вышел из маленького самолета почти в центре Таймырского полуострова, около небольшой реки, впадающей в озеро Таймыр.

Виктор осмотрелся и замер, пораженный новыми впечатлениями. Вокруг, вместо предполагаемого снежного и ледяного 'однообразия, он увидел яркую зелень трав, пестроту цветущих растений, быстро текущую речку и лишь на холмах, виднеющихся вдали, — большие шапки снега.

Совсем недалеко от самолета (метрах в 50—60) над зеленой и пестрой тундрой в бесшумном полете распахнула свои белоснежные крылья полярная сова — прекрасный символ самых северных территорий нашей страны. Виктору больше не пришлось побывать в арктической тундре, и, вероятно, поэтому первое по-настоящему яркое впечатление о ней сохранилось в его памяти на многие годы.
В то лето встреча Виктора с белой совой вскоре повторилась. На одном из холмов он нашел примитивное, расположенное на земле гнездо птицы, и в нем — трех маленьких, еще покрытых пухом птенцов. Из литературы Виктор знал о том, что, если пищи хватает, в гнезде полярной совы можно найти 7—14 (!) отложенных ею яиц.

Живые пушистые комочки испуганно таращились на Виктора, угрожающе щелкали клювами, шипели, а при попытках взять их в руки — падали на спину, вытягивали в сторону человека когтистые лапы и таким образом пытались защитить свою жизнь от предполагаемого ужасного хищника. Несмотря на отчаянное сопротивление совят, Виктор поймал одного из птенцов и принес в лагерь биологов-исследователей, стоящий на берегу небольшой реки. Виктор имел официальное разрешение на изъятие одной особи полярной совы из дикой природы и хотел во всех подробностях изучить поведение этой замечательной птицы в условиях неволи. Очаровательный, пушистый комочек оказался юной самкой. Жизнь полярных сов загадочна, поэтому Виктор назвал пойманного им птенца Тайной.

Через много лет, стоя у вольеры с взрослой полярной совой, Виктор вспоминал, как его маленький питомец — совенок Тайна — постепенно привыкал к своему хозяину — человеку, а также — к новой для него реальности — жизни в неволе. При появлении в непосредственной близости от себя Виктора сова дичилась все меньше и, наконец, совсем перестала шарахаться от него, испуганно замирать или агрессивно щелкать клювом. Очень скоро она привыкла брать корм — мясо лемминга — прямо из рук человека. Это, в общем-то, не удивительно: многие молодые животные быстро адаптируются к новой ситуации, в которую они попадают, иначе им трудно было бы выживать в изменяющихся условиях внешней среды.

В зоопарке, стоя у вольеры с совой, Виктор вспоминал, как он добывал корм для подрастающей Тайны. Делал он это своеобразным способом. Вместе с собакой, жившей в лагере биологов, Виктор уходил в тундру и искал там поселения леммингов. Найти их было совсем нетрудно, потому, что зверьки эти расплодились тем летом необычайно. Лемминги много времени проводят под землей, но собака, обладающая хорошим зрением и великолепным чутьем, легко находила отверстия, ведущие в норы грызунов, и начинала активно разрывать их. При этом она старательно разбрасывала землю в разные стороны передними лапами, засовывала нос в постепенно расширяющийся подземный ход, смешно пыхтя и чихая. Норы леммингов неглубокие, но сильно ветвящиеся под землей и, как правило, имеющие не одно отверстие, ведущее наружу.

Наблюдая за работающей собакой, Виктор стоял в стороне и внимательно следил за тем, что происходит вокруг. Иногда лемминг, нора которого уже была частично разрыта собакой, оказывал ей серьезное сопротивление. Грызун высовывал из норы голову с угрожающе открытым ртом, вооруженными острыми зубами, громко пищал, пытался укусить упрямого пса за нос. Но собака не отступала и в конце концов справлялась с активно защищающимся леммингом, отдавая потом добычу человеку.

Однако зверек вел себя агрессивно по отношению к собаке не всегда. Часто лемминг пытался спастись бегством через одно из запасных отверстий, ведущих из норы наружу, избегая таким образом схватки, Пес, увлеченный разрыванием норы, как правило, не замечал беглеца. Тогда наступала очередь Виктора показать свои «охотничьи» качества. Словно футбольный вратарь, в стремительном прыжке он бросался на мягкую, кочковатую, заросшую невысокой травой землю и руками в толстых перчатках (чтобы не быть укушенным) пытался накрыть быстро убегающего зверька. Часто это ему удавалось. Так, человек и собака в совместном труде и с некоторой долей опасности добывали корм, столь необходимый для подрастающего совенка.

Постоянно принимая корм из рук человека, Тайна очень привязалась к нему. Стоило ей увидеть Виктора, как птица сразу же начинала смешно ковылять в сторону хозяина или даже неуклюже бежала ему навстречу, по-своему, по совиному требуя очередной порции пищи.

Птенец быстро рос, линял и покрывался пестрым оперением, сочетающим в себе темно-бурый и белый цвета. Леммингов он теперь уже легко проглатывал целиком, и пищи ему нужно было все больше. Со временем совенок становил излишне навязчивым и норовил постоянно сопровождать Виктора во всех его перемещениях по дому или вблизи него.

Время шло. Закончилось лето, наступила осень. Птенец превратился в молодую сильную сову, при этом по-прежнему оставаясь совершенно ручной птицей. Как профессиональный биолог, Виктор хорошо знал, что птенец, выросший в неволе, в дальнейшем не сможет самостоятельно выжить в дикой природе и почти неминуемо погибнет. Как ответственный и порядочный человек, Виктор не считал возможным обрекать свою, по существу, уже домашнюю любимицу, на жестокое и губительное для нее столкновение с дикой природой. Однако судьба распорядилась иначе...

Днем Тайна обычно была в доме или же находилась на улице, но обязательно — рядом с Виктором и под его присмотром. В двухмесячном возрасте птица начала летать и легко могла оказаться вдали от дома. Поэтому во время прогулок с молодой совой Виктор внимательно следил за всеми ее перемещениями и, при необходимости, сразу же возвращал отлетевшую в сторону птицу поближе к дому.

Однажды, осенним вечером, готовясь ко сну, Виктор забыл проверить, где именно находится сова. Обычно на ночь он помещал ее в стоящий в комнате большой ящик с высокими стенками, который прикрывал сверху металлической сеткой. На этот раз уставший за день Виктор забыл посадить сову в ее обычное ночное жилище, и птица получила возможность самостоятельно, без должного внимания со стороны человека бродить по дому.

Ночью большая собака по кличке Карай, с непосредственным участием которой Виктор так успешно добывал леммингов для Тайны, надавив лапами на неплотно закрытую дверь, легко открыла ее и вышла на улицу. Она часто поступала таким образом, если дверь не запиралась на засов. Вскоре в открытую дверь своей неторопливой походкой вышла на улицу и молодая сова. Птица еще не знала, что она навсегда уходит из этого дома в жестокую неизвестность...

II. СНОВА В ДИКОЙ ПРИРОДЕ

Поначалу, оказавшись под открытым небом, в полном одиночестве, Тайна не испытала страха. Все вокруг было знакомым и привычным. Однако неожиданно пробежавшая рядом большая собака вспугнула молодую сову. Птица взмахнула крыльями и отправилась в свой первый самостоятельный полет. Тайна не осознавала того, что с каждой минутой она оказывается все дальше от привычного и уютного жилища людей, в котором ей было так сытно, спокойно и комфортно...

Что новый день готовит птице:
Опасность, радость иль беду?
Она способна защититься,
Иль добывать себе еду?

Она способна ли сразиться
За корм, потомство, жизнь свою;
В борьбе с врагами — утвердиться,
Или погибнуть в том бою?

У Тайны — совы, выращенной человеком, было очень мало шансов выжить в дикой природе. Однако, как показало время, она постаралась использовать их в полной мере. Прежде всего, птице надо было научиться успешно охотиться. К счастью, в последнее время Виктор частенько предлагал Тайне живых грызунов. Молодая сова сама ловила и убивала принесенных ей из тундры леммингов, осваивая таким образом приемы охоты. Виктор как будто предчувствовал, что приобретаемый таким образом опыт пригодится сове в дальнейшем. Возможно, именно этот опыт и спас Тайну от гибели в условиях дикой природы. Было и еще одно важное обстоятельство: сова обладала врожденным инстинктивным знанием, как надо вести себя при встрече с некрупным, шуршащим, роющимся, быстро бегающим существом (леммингом, полевкой или мышью).

Следовательно, молодая сова была внутренне готова к совершению всей необходимой последовательности охотничьих действий, которые могут обеспечить необходимый результат.

Первые попытки охотиться в дикой природе были неудачными: молодой птице еще не хватало точности, координации движений, быстроты реакции, смелости, характерной для белых сов. Однако голод брал свое и подталкивал сову к все более решительным и стремительным действиям. При этом росли осторожность и внимательность, повышавшие шансы птицы самой остаться целой и невредимой как во время охоты, так и после нее.

Добывая пищу, Тайна либо неслышно летала на небольшой высоте, высматривая кормящегося или пробегающего лемминга, либо (и это было гораздо чаще) сидела почти неподвижно на возвышении, медленно обозревая окрестности.

Шея у сов удивительно подвижная, гибкая и легко обеспечивает нужный кругозор. Кроме великолепного зрения, выслеживать грызунов Тайне помогал ее тонкий слух, помогавший различать даже неслышное человеку шуршание лемминга в густой траве. У сов есть особые приспособления, позволяющие хорошо слышать даже самые слабые звуки: кожные складки вокруг ушных отверстий, скрытые под оперением и поэтому незаметные наблюдателю.

Удивительно, но во время охоты Тайна летала практически бесшумно, несмотря на то, что имела двухкилограммовую массу тела и полутораметровый размах крыльев. Этому способствовало мягкое оперение, которое не издавало при соприкосновении с воздухом почти никаких звуков. Поэтому перед своей добычей сова появлялась совершенно неожиданно, словно привидение. Мелкая жертва, как правило, не успевала осознать происходящее и отреагировать на появление хищника. Мощные совиные лапы с длинными, острыми, изогнутыми когтями почти мгновенно убивали зверька или птицу. Эти лапы являлись столь совершенными орудиями убийства, что не заставляли жертву долго страдать. Мелкий грызун заглатывался Тайной целиком. Поэтому зимой на снегу, рядом с местом, где были пойманы лемминг или мышь, оставались лишь следы от крыльев совы, словно росчерк пера в дневнике, который писала сама птица...

В действиях Тайны во время охоты не было никакой преднамеренной жестокости. К нападению на других животных побуждал голод, а совсем не злоба, жадность, зависть, подлость или чувство мести, как это иногда бывает у человека. Впрочем, стоит ли вообще пытаться оправдывать хищную птицу, являющуюся органичной частью природы и живущей по ее законам?


Сова неслышно пролетит,
Взмахнув могучими крылами;
Грызун в последний раз пищит —
Он схвачен острыми когтями...

Да, птица сеет смерть, увы,
И так проводит дни и годы...
Сова и мыши — все равны
Перед законами природы...



III. СЕМЬЯ

Шло время. Наша героиня стала совсем взрослой птицей. Однажды весной на широких просторах тундры она повстречала немолодого, но все еще полного сил красавца — самца полярной совы. Его оперение было почти без темных пятен, что у птиц — представителей этого биологического вида — является признаком зрелости. Старые совы (в особенности самцы) становятся белоснежными, и уже поэтому красота их вряд ли поддается описанию.

Тайна и ее новый знакомый стали перемещаться и охотиться вместе. Образовалась дружная, стабильная пара, и вскоре птицы приступили к размножению.
Во второй половине мая Тайна обнаружила укромное, уютное, сухое место на склоне одного из холмов. Она устроила там простое, без всяких изысков, гнездо (в виде глубокой ямки в снегу) и отложила в него пять почти шаровидных белых яиц. Тайна очень ревностно относилась к своим материнским обязанностям. Более месяца именно она насиживала яйца. Ее «супруг» все это время отгонял от гнезда опасных хищников (например, песцов) и добывал корм для себя и Тайны.

Насиживание началось не с первого яйца, поэтому и вылупление птенцов не было одновременным. Первые из них появились уже в конце июня. Только что вылупившиеся из яиц птенцы белой совы казались совершенно беспомощными существами. Их ушные отверстия и глаза были еще закрыты. Однако уже через неделю после появления на свет маленькие совята начинали видеть и слышать. Глаза у птенцов были еще красивее, чем у их родителей. Взрослые белые совы при обилии света слегка прищуриваются, глаза же полярных совят широко открыты и кажутся круглыми. Видимо, удивительное сочетание интригующей глубины этих глаз с неторопливостью, внешней солидностью и величавостью взрослых птиц явилось причиной того, что совы давно уже считаются людьми символом мудрости и познания. Правда, многие биологи считают, что «мудрость» сов сильно преувеличена.

После вылупления из яиц первых птенцов Тайна начала вместе с отцом своих совят все чаще улетать на охоту. Во время отсутствия родителей старшие птенцы согревали своими телами младших братьев и сестер. Совятам нужна была нежная пища, которая легко переваривалась бы в их еще не окрепших организмах. Поэтому в гнездовое время родители добывали преимущественно леммингов; лишь иногда — белых куропаток, куликов, чаек. В другое время, и в особенности в местах зимних кочевок. Тайна успешно ловила зайцев, горностаев, белок, рябчиков, уток.

При кормлении недавно вылупившихся птенцов Тайна с помощью своего короткого крючковатого клюва с острыми режущими краями умело отделяла кусочки мяса от тела грызуна и подносила их к клюву того или иного птенца. Когда сова прикасалась своим клювом с кусочком тела лемминга к основанию клюва или к углу рта совенка, он сразу оживлялся и брал корм. Эту любопытную сцену можно было наблюдать у гнезда много раз в день, потому что поначалу охота была весьма успешной. Однако в дальнейшем удача перестала сопутствовать взрослым совам. Родителям все реже удавалось добывать пищу, а затем ситуация стала и совсем критической. Не вернулся с очередной охоты отец. Он стал жертвой человека, добывающего птиц и зверей для изготовления из них чучел. Крупная белоснежная сова после меткого выстрела охотника беспомощно раскинула свои крылья лежа на земле. Так не стало на свете еще одной отважной и прекрасной птицы, а совята остались без одного из своих родителей. С этого трагического дня все заботы и обязанности, связанные с выкармливанием и защитой птенцов, полностью легли на Тайну.

Корма для совят стало не хватать, и последствия этого не заставили себя долго ждать. Из пятерых птенцов удалось выжить только двоим. Уже через несколько недель после появления на свет выжившие птенцы покинули гнездо и, еще не умея летать, разбрелись в разные стороны. Затаиваясь в укромных местах, совята время от времени издавали призывные крики, по которым обладающая великолепным слухом Тайна их легко находила и кормила пойманными грызунами или другой добычей. Вскоре уже сильно выросшие птенцы стали осваивать воздух и в возрасте двух — двух с половиной месяцев научились неплохо летать. Молодые птицы постепенно становились все более самостоятельными, все чаще охотились в одиночку и во второй половине осени семья окончательно распалась. Так закончились в том году материнские заботы Тайны...

IУ. ЗИМНИЕ КОЧЕВКИ

Все ближе и ближе подступала очередная зима. Температура воздуха постепенно снижалась, а ветер становился все более холодным и пронизывающим. Происходящие в природе изменения Тайна ощущала всем телом, несмотря на то, что полярная сова великолепно приспособлена к жизни в суровых условиях севера.

Ее туловище покрыто очень густым оперением, поэтому оно менее продуваемо, чем у других сов. Подкарауливая добычу, Тайна еще могла часами находиться на каком-либо возвышении, со всех сторон обдуваемом холодным ветром, но делать это становилось все труднее. Иногда охотиться таким образом становилось совсем невыносимо, и тогда птица вынуждена была прятаться от разбушевавшейся стихии на подветренной стороне холма.

Жизнь совы осложнялась еще и тем, что толстый слой снега затруднял охоту на наземных животных. Потенциальных жертв было трудно обнаружить и сложно поймать, так как снежный покров служил для них неплохим укрытием. Стремясь повысить свои шансы в борьбе за выживание, Тайна совершенствовала охотничьи приемы и навыки. Она научилась летать очень быстро, и по стремительной манере атаковать зазевавшуюся жертву стала напоминать сокола.

Выслеживание добычи с вершины холма стало приносить мало пользы, и поэтому Тайне приходилось чередовать этот охотничий прием с поисковым полетом и выслеживанием возможной жертвы с воздуха. Голод заставил молодую сову нападать даже на такую крупную для нее добычу, как заяц-беляк. Это была совсем непростая задача, учитывая, что птица давно уже не питалась регулярно, а значит, сил у нее было меньше, чем в другое, не такое трудное время.

Однажды, заметив крупного зайца-беляка, Тайна начала стремительное преследование и вскоре настигла жертву. Сова села на спину зайца, мгновенно запустила свои острые, искривленные когти в тело жертвы, но борьба еще только началась... «Потерявший голову» от боли и страха, взрослый сильный заяц стремительно понесся напрямик, сквозь кустарник, по кочкам и ухабам, через сугробы. Тайне было несладко. Ветки хлестали сову по голове; тело птицы сотрясалось и подпрыгивало против своей воли; крылья сильно бились об острые куски льда. Лишь через 150—200 метров сове с большим трудом удалось одолеть упрямого косого, так настойчиво боровшегося за свою жизнь. Даже через час после окончания этой схватки Тайна все еще не могла приступить к трапезе — настолько она устала. Охота на таких крупных и сильных животных требовала от хищницы очень больших затрат энергии и была опасна для нее самой.
Голод и холод заставляли сову кочевать, постепенно перемещаться из тундры южнее, в зону хвойных и даже смешанных лесов, где Тайна все-таки предпочитала держаться открытых пространств. Иногда сове приходилось охотиться даже в окрестностях крупных городов. Тут ей время от времени удавалось подобрать какую-нибудь птицу, случайно налетевшую на телеграфные провода и покалеченную при этом столкновении.

Однажды Тайна заметила в лесу бурого подвижного зверя, которого раньше никогда не видела. Зверь, как показалось сове, был небольших размеров. Он быстро бегал по снегу и, видимо, тоже добывал себе пропитание. Это была молодая куница. Сова инстинктивно ощущала опасность, исходившую от незнакомого ей животного, и в иной ситуации, видимо, не рискнула бы на него напасть. Птица, однако, была очень голодна.

Тайна поступила, как обычно: стремительно атаковала жертву сверху и глубоко вонзила когти в спину зверя. Куница сначала скачками рванулась вперед, что заставило сову широко распахнуть крылья, балансируя ими в воздухе. Затем зверь неожиданно упал на бок, мгновенно повернулся и впился зубами в левое раскрытое крыло Тайны. Укус был очень болезненным. Защищаясь, сова извлекла свои когти из спины опасной жертвы и попыталась нанести ими удар в морду куницы. Зверь вовремя разжал челюсти и отпрянул. Через мгновение он стремительно прыгнул в сторону и словно растворился в морозном воздухе...

Скоротечная схватка закончилась. Но она не прошла для Тайны даром. Левое крыло сильно болело и почти не работало. Полет стал невозможен, а значит, и эффективная охота. Белые совы могут обходиться без корма гораздо дольше, чем многие другие птицы. Однако низкие зимние температуры приводят к тому, что тело совы, даже хорошо защищенное оперением, все-таки теряет много тепла. Восполнить эти теплопотери можно активным питанием, которое хищник добывал при успешной охоте. Травмированная Тайна была лишена такой возможности. К тому же, не имея способности летать, птица подвергалась опасности самой стать добычей более сильного и опасного хищника.

Совсем лишившуюся сил, умирающую от голода сову, лежащую на снегу недалеко от дороги, случайно нашли лыжники в один из воскресных дней февраля. Удивительно, что ее раньше обнаружили люди, а не крупный хищный зверь. Спортсмены не испугались большой птицы с крючковатым клювом и острыми когтями. А еще у этих молодых людей оказались отзывчивые и добрые сердца...

V. ПОСЛЕДНЯЯ ВСТРЕЧА

Виктор по-прежнему стоял у вольеры с белой совой в глубокой задумчивости. Он сам удивился тому, насколько свежи были его воспоминания о тундре, о молодой сове Тайне, о ее трогательной привязанности к человеку и роковой ошибке самого Виктора, которая привела к их расставанию. Все было как будто вчера, а на самом деле — много лет назад...

Неожиданно к Виктору подошел незнакомый ему мужчина и о чем-то спросил. Виктор был так погружен в воспоминания, что даже не сразу понял суть вопроса. Поэтому он ответил невпопад, чем вызвал удивление собеседника. Услышав голос Виктора, старая белоснежная сова, сидящая на дне вольеры, вдруг оживилась и сделала несколько быстрых шагов, максимально приблизившись к человеку. Эти шаги и весь облик обычно малоподвижной птицы выражали глубокое волнение. Однако Виктор не обратил внимания на это резкое и очень странное изменение в поведении совы. Вопрос проходившего мимо мужчины вывел его из состояния глубокой задумчивости. Виктор резко отвернулся от вольеры и быстро пошел к выходу из зоопарка. Это было похоже на попытку убежать от самого себя, от навязчивой и угнетающей его мысли о молодой ручной сове, которая когда-то по его вине, по его недосмотру оказалась одна в тундре и, безусловно, погибла, не вынеся жестокого столкновения с дикой природой. Виктор не мог простить себе ошибку, и теперь испытывал муки совести.

Старая полярная сова, сидящая в вольере, внимательно прислушивалась к почему - то казавшимся такими знакомыми шагам уходящего человека. В голове птицы все еще звучал до странности знакомый его голос...


Сова его проводит взглядом...
В последний раз? Никто не знает...
Вот прошлое как будто рядом,
Но вдруг куда-то ускользает...

Так и не разобравшись толком в своих ощущениях, сова тяжело взлетела на стоящий в углу вольеры пень, осторожно поправила крыло, когда-то травмированное в схватке с хищным зверем. Здесь, в зоопарке, конечно, никто не знал, что много лет назад в арктической тундре полуострова Таймыр ее звали Тайной...

© Александр Кулев, 2017
Дата публикации: 2017-04-04 04:47:38
Просмотров: 170

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 55 число 46:

    

Рецензии

Владислав Эстрайх [2017-04-05 20:10:30]
А ведь действительно: в большинстве произведений, где животные - главные действующие лица, они больше похожи на хвостатых или пернатых людей, чем на самих себя. А попробуй-ка опиши их настоящие драмы и приключения. Хорошее у Вас начинание, Александр, познавательное.

Если позволите совет, то обратил бы Ваше внимание на канцеляризмы. С учётом возраста основной целевой аудитории, возможно, стоило бы чуть смягчить язык. Например: "Когда сова прикасалась своим клювом с кусочком тела лемминга к основанию клюва или к углу рта конкретного совенка, он сразу оживлялся и брал корм. ...
Корма для совят стало систематически не хватать, и последствия этого не заставили себя долго ждать. Из пятерых птенцов удалось выжить только двоим. В данной ситуации это можно было считать удачей.
".

Ответить
Александр Кулев [2017-04-05 20:32:23]
Владислав, очень благодарен Вам за столь внимательное отношение к моему произведению, его позитивную оценку, а также - за ценные советы. То, о чем вы пишете в своих справедливых замечаниях, скорее всего, является не "канцеляризмами", а проявлением суховатого "научного стиля". Оно и понятно - за плечами у автора произведения около 170 научных и научно-методических печатных работ плюс кандидатская диссертация. Это, видимо, и проявилось. Совершенно согласен с Вами, что для стиля научно-художественного произведения (а именно к таковым я отношу "Дневник белой совы" им подобные) критикуемые Вами выражения действительно не очень подходят. Уже внес в текст соответствующие исправления и еще раз благодарю Вас за подсказку. Удачи Вам и новых творческих успехов! С уважением, Александр
Владислав Эстрайх [2017-04-05 20:54:37]
Спасибо и Вам, Александр.