Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Сергей Мерчанский



Кто кого

Светлана Беличенко

Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры)
Объём: 33668 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Это случилось в самом начале моей писательской карьеры — задолго до появления первых публикаций, издания сборников рассказов и всеобщего признания.
В солнечное субботнее утро я не был разбужен пением своих голосистых друзей с ветвистого дерева. Меня растревожил навязчивый, шумный хрюкающий голос телефонного звонка.
— Алло, кхе-кхе, — спросонья голос не сразу мне подчинился.
— Здравствуйте! Это ваша знакомая Ангелина, — ласково защебетала собеседница.
— Да-да, чем обязан? — искренне удивился я.
— Вы же хотите заработать? — сказала дама безапелляционным тоном и не дожидаясь моего ответа на поставленный вопрос продолжила: «И я могу очень даже Вам в этом посодействовать».
— Так-так...
Я усиленно напрягал извилины, пытаясь вспомнить, когда же и в чём я успел «проговориться» этой миловидной женщине, которую мельком видел в общей компании всего несколько раз. Я знал только, что работает она, по-видимому, в какой-то бухгалтерии, так как моим друзьям геологам в свободное от основной работы время она помогала именно в финансовой части организации геологических экспедиций. Итак, я знал её имя, приблизительный род занятий, примерный возраст, определённый на мой незатейливый взгляд и... больше я не знал о ней ничего. О моей работе, а тем более о моих желаниях мы с Ангелиной никогда не разговаривали. И я, признаться, никак не мог понять, откуда же у этой энергичной деятельной брюнетки имеется информация о тех мимолётных бизнес-идеях, которые когда-то мельком проскакивали в моей голове.
Хотел ли я заработать? — трудно сказать. Ведь в наше время практически все так или иначе стремятся именно к этому. Я был тогда нищим, никому не известным писателем, учительствующим время от времени (ведь надо же было на что-то жить, чтобы слагать в своё удовольствие искренние литературные мелодии), но не несчастным. Я не тяготился своей нищетой, хотя не чурался и примитивной, в глазах окружающих, работы вроде подметания улиц или мойки фасадов зданий. Иногда я мечтал открыть какое-нибудь своё дело, чтобы получать от него в равных долях удовольствие и небольшой стабильный доход. Надо сказать, что размышления о том, какое же дело могло соответствовать этому критерию, занимали мой ум достаточно длительное время. Бывало, я подскакивал до потолка от радости от одной только мысли, что очередная «гениальная» идея озарила моё утомлённое сознание. «Я нашёл! — наивно полагала моя дурная голова. — Я буду выпускать открытки с оригинальными текстами!» Однако, все мои идеи в дальнейшем обрекались на неминуемый провал. В память об этом у меня дома хранились остатки небольшой партии приглашений на торжества «с оригинальными текстами», «оригинальные» именные поздравления на праздники в виде стихотворений (стих для Анны, для Ирины, Елены, Михаила, Александра и т.д.), красивые свитки на специально состаренной бумаге, рассказывающие об истории имени или фамилии какого-либо человека, «оригинально» вручную оформленные родословные древа на ватманской бумаге и т.п. Несмотря на то, что цены я не гнул, чуть только превышая себестоимость материалов и немного накидывая за мои честные и добросовестные старания, «оригинальный» товар не пользовался спросом. Спросом пользовался дешёвый типографский ширпотреб с механическими, одинаковыми бездушными поздравлениями (а ля «все под одну гребёнку») и яркими ядовитыми картинками. Особенно популярны были типографские экземпляры с раскрученными героями телесериалов, мультфильмов и комиксов, к которым я лично относился с большим предубеждением. Так вот, вернёмся к разговору с Ангелиной. Она говорила так уверенно про бизнес, что я невольно испугался: эта женщина, казалось, знала всё. Она как будто прочитала мои самые сокровенные мысли. А ведь мысли эти по большей части жили внутри моей головы и не выпускались наружу. Ни с кем, ни с кем я не делился своими сокровенными тайнами, чаяниями, иногда даже не осознаваемыми мною самим и блуждающими где-то в закоулках моего внутреннего мира. Исключение составлял только мой приятель Андрей, который помогал мне распечатывать часть моей кустарной продукции на своём принтере. Он же в качестве художника консультировал меня по поводу оформления родословных древ. Но ведь он, кажется, с Ангелиной не был знаком. Впрочем, долгое ли дело познакомиться? А уж проговориться очаровательной даме! Наверное, Ангелина беседовала обо мне с моими приятелями. Или же эта обаятельная особа умела очень хорошо читать людей. Она прочитала во мне то, чего не знал даже я сам — мне НУЖНО заработать.
Но, вернёмся к разговору.
— Я понимаю, — сахарила Ангелина, — что многим людям сложно бизнес начать самим, с нуля. Именно поэтому я и мои коллеги готовы Вам помочь.
— Я? Но почему именно мне? Или вы не только мне, а многим людям помогаете? — удивлялся я.
— Конечно, нет! — отрезала Ангелина. — У нас есть персональное предложение именно для Вас!
«Мы», это «мы», произнесённое ей, меня немного напрягло. Интересно, сколько было их, этих «мы»? И что, все они знали о моих так тщательно скрываемых тайнах? И что же мне придётся делать для этой компании — писать тексты для буклетов, придумывать надписи на блокноты или тетради, сочинять рекламные слоганы? Я спросил:
— А что за бизнес? Могу я узнать поподробней?
— Конечно! — зашелестела шелками Ангелина. — Но это не телефонный разговор. Для того, чтобы обсудить детали, Вам нужно будет подъехать к нам на собеседование...
— Собеседование, — разочарованно повторил я, — ох, боюсь, не получится. Я ведь не ищу сейчас постоянную работу, так как очень ограничен во времени, — объяснил я, — да и мой опыт собеседований убеждает меня в том, что...
— Погодите-погодите. Этот бизнес тем и хорош, что совершенно не отнимет у Вас много времени, а доход позволит сделать внушительные накопления. А насчёт собеседования волноваться не стоит. Я уже представила Вас коллегам, как человека интересного, общительного и неординарного. Вы, именно Вы — обязательно пройдёте собеседование! — выхлопнула Ангелина.
— Ну, если так, — успокоился я.
Через несколько дней всё-таки одолеваемый какими-то смутными сомнениями я шёл навстречу новому этапу своей жизни. Наряжаться я особо не стал, ведь мои новые бизнес-партнёры, по словам Ангелины, уже были готовы принять меня в свои доброжелательные объятья.
Когда я зашёл в так называемый офис, много нового открылось для меня. Я заметил рекламные буклеты компании на дверях и практически сразу понял суть будущего предложения, но виду не показал. Ангелина познакомила меня с Александром, «товарищем по работе». Александр жестом пригласил меня присесть за стол. Я уставился на Ангелину, она незамедлительно кивнула с одобрением. Итак, я присел за уютный, среднего размера, стол со светло-серой столешницей из ламинированного ДСП, на котором лежала папка с бумагами и рекламные буклеты компании. Ангелина присела на маленький уютный диванчик с обивкой из светло-зелёного, травянистого кожзама, который находился в полутора метрах от стола. Оттуда она могла прекрасно слышать наш разговор и, вероятно, рассчитывала на то, чтобы вставлять свои комментарии в нужный момент. Я обратил внимание на стеллажи у окна. Все они были забиты образцами продукции компании. Я уже знал, какие фокусы мне могут быть предложены, так как когда-то меня уже приглашали на подобное мероприятие, но пока от представления не отказывался. Ведь это было бы невежливо с моей стороны — встать и уйти без объяснений от людей, которые твёрдо хотели мне помочь улучшить моё материальное положение; уйти от людей, которые выделили для встречи со мной своё драгоценное время...
— Для начала я хотел бы поговорить о Вас, — уверенно начал Александр. — Понимаете, прежде, чем сотрудничать с Вами, мы хотели бы быть уверенными в том, что Вы — деятельный, общительный, активный и целеустремлённый человек. А ещё — человек, который не бросает начатое на полпути и не сдаётся при первой же неудаче. Собственно говоря, мы не сомневаемся в этом, ведь Ангелина именно таким Вас и представила. Просто хотелось бы для начала пообщаться, познакомиться.
— Угу, — подыгрывал я.
— Так расскажите о себе!
Я глянул на Ангелину и она опять одобрительно кивнула.
— Ну, я. Я никогда не бросаю начатое и работу люблю. Вот, например, когда я работал дворником...
— Вы работали дворником? — удивился собеседник. Ангелина тоже удивилась, но всё же заставила себя снисходительно улыбнуться.
— Да. Так вот, я очень любил подметать. Метёшь, метёшь целый день, будто все горести и обеды из жизни выметаешь, — расходился я.
Долго я заставлял изумлённых слушателей воспринимать мои впечатления от низкой, по их невольному признанию, работы дворника, мойщика фасадов. Затем я перешёл к учительству и долго распылялся о проблемах современной педагогики, неблагодарных и непонимающих родителях, которые тоже вот (как и мои начинающие сходить с ума собеседники) «меряют всех по одёжке» и «только и думают, что о деньгах, совершенно не заботясь о знаниях детей, но непременно желая одного — высокооплачиваемой должности или деятельности для своего чада». Я, наверное, немало шокировал их тем, что говорил речи, которые не подобает говорить деятельному, общительному, активному и целеустремлённому бизнесмену. Это были разговоры еретика в среде неумолимо верующих в определённые устои людей. Это были убийственные слова, которые ниспровергали меня с пьедестала уважаемых в обществе людей. Я говорил не о деньгах, но во всём моём существе чувствовалось если не отвращение, то презрение к ним. Вы когда-нибудь видели бизнесмена, который не любит деньги или которому они не интересны? Именно таким странным человеком предстал я перед той аудиторией — человеком, который придя, чтобы заработать, всеми фибрами души пытается противостоять всему, что должно к этому «заработать» привести... Я был человеком-самоубийцей, человеком, самоуничтожающим и уничижающим свою репутацию, оскорбляющим самого себя. Но, клянусь своей жизнью, я был очень искренним! Я был тогда таким откровенным на людях, как никогда. Я закончил своё выступление разговорами о честности, совести и духовности, поясняя, что вот уже много лет (к сожалению, безуспешно) ищу точки соприкосновения этих трёх понятий с коммерческой сферой и той деятельностью, которой я мог бы заниматься в качестве бизнесмена. О, да! И я не прочь бы иметь такое дело, от которого всем было бы хорошо — и людям, которые бы пользовались результатами моего труда и мне, имеющему заработок, не ограничивающий мою свободу. Я был наивным ребёнком, мечтающим разбогатеть, выиграв в лотерею и помогать обездоленным. Я был полон сил и энергии для свершений и подвигов, но моим слушателям, наверное, казалось, что я говорил совсем не о бизнесе, и мои грядущие подвиги на благо человечества вовсе ни капельки их не вдохновляли.
Не без труда выслушав все мои тирады, Александр продолжил работать в установленном для него руководством компании режиме. Мне кажется, внутренне он уже подспудно чувствовал, что напрасно теряет со мной время, но регламент и «присмотр» Ангелины не позволяли ему распрощаться с соискателем просто так. Да и формального повода для того, чтобы немедленно выставить меня вон из помещения, не было абсолютно никакого. Ведь в общем-то, я не сказал ничего отвратительного или обидного для моего собеседника. Но если б вы знали, как неприятны бывают людям слова совершенно невинные на первый взгляд, но невольно обличающие их сущность, в тот момент, когда они сами начинают её осознавать!
— Вы очень интересно рассказывали, — похвалил меня Александр. — Мне кажется, что Вы сможете очень хорошо у нас работать. Доброжелательные люди всегда подкупают, и Вы — не исключение. — Он широко улыбнулся, глядя мне в глаза, тем самым заставив улыбнуться и меня. Затем мне была предложена небольшая анкета, в которой, я вам скажу, были и довольно каверзные откровенные вопросы. Они выглядели как будто бы вполне невинными, но по сути таковыми не являлись. Некоторые из них, можно сказать, были даже немного неприличными, так как усиленно вторгались в личное пространство. Эти вопросы были ловушкой, из которой было достаточно трудно выбраться порядочным человеком. Либо ты будешь жертвой, обманутым дурачком, либо неприятным грубияном, который обидел добрых и порядочных людей, желающих ему добра и бескорыстно предлагающих помощь. Такие схемы вовлечения новых членов в определённых коммерческих структурах были довольно распространёнными. Меня всегда поражало то, что подобные структуры, несмотря на дурную репутацию, никогда не исчезали, а продолжали развивать свою бурную деятельность: не в одном, так в другом месте. Видимо, это зло было настолько же неискоренимо, как доверчивость и глупость людей, с одной стороны, и алчность и хорошо прикрываемая системой аморальность, с другой. Когда я, наконец, заполнил анкету, вежливо отбрыкавшись от самых, на мой взгляд, бесцеремонных вопросов, например, о том, сколько денег я трачу в месяц на средства гигиены и т.п., наша милейшая беседа с Александром продолжилась. На некоторые мои ответы он глядел с удивлением и подозрением. Надо сказать, что я был молодцом и держался хорошо и очень естественно.
— Вы написали, что очень заботитесь о здоровье тела, пользуетесь кремами, шампунями, мылами и другими средствами гигиены, но при этом указали, что ничего не тратите на это за целый год. Как такое может быть? — спросил меня Александр.
— Всё очень просто, — начал я. — Я уже давно провожу эксперименты с травами и другими природными материалами. Полезно, например, полоскать рот ромашкой, а ванну принимать в отваре череды или мяты. Кстати, не менее полезно и волосы полоскать крапивным настоем. — Я говорил Александру чистейшую правду. Конечно, для людей, всерьёз увлечённых натуропатией, мои слова показались бы полнейшей банальщиной, но все эти сведения действительно были подтверждены мною на практике: я несколько раз купался в череде и любил полоскать полость рта ромашкой (особенно после недавно удалённого стоматологом флюса). К тому же, любил я и попариться в бане с натуральным берёзовым, дубовым или можжевеловым веничком. А уж крапиву как я любил! Летом у меня её был полный холодильник. Отчасти от безденежья, а отчасти из любви к природе я делал из крапивы салаты, отвары для полоскания головы, добавлял её в супы и овощное рагу. Обо всём этом я с удовольствием поведал и своему собеседнику, желая и его приобщить к природе и солидной экономии средств из своего кошелька. Ведь экономия — лучший друг бедняка!
— Ну, а мыло, крема, дезодоранты, Вы тоже сами делаете? — засмеялся Александр, давая понять, что моя попытка ускользнуть от ответа провалилась.
— Позвольте, кажется, у Вас в анкете все средства вместе написаны были. И вопрос: пользуюсь я или не пользуюсь. Вот так и знал, что нужно было вычеркнуть лишнее, чтобы Вас не путать. Простите. Кремами я действительно не пользуюсь, а средствами гигиены — пожалуйста. У меня свои средства гигиены.
— А мыло?
— Мыло — самое обычное. Одного кусочка надолго хватает. В мыле я не нуждаюсь.
— А средства для бритья?
— У меня ведь бородка, кхе-кхе-кхе, как Вы успели заметить — закудахтал я. — Я и усы, и бородищу свою подстригаю самыми обычными ножницами, вот в чём секрет. И быстро, и удобно, и экономия какая большая, — похвастался я своею изобретательностью, взглянув на немного недовольное, гладко выбритое лицо Александра.
— Вот-вот, Вы знаете. Наша компания... Позвольте теперь мне немного рассказать о нашей компании?
— Конечно.
— Наша компания «Чистый путь» производит замечательные, полностью из натуральных компонентов, косметические средства и средства гигиены. И они очень, очень экономичные! Концентрата стирального порошка вот в этой малюсенькой коробочке хватит на 30 и даже, если у Вас не очень загрязнённое бельё, на 35 постирок! — уверенно заявил Александр и показал мне эту легендарную коробочку со стиральным порошком, на логотипе которой блистала, как на цирковой арене, надпись с названием уже известной читателю торговой марки.
— И никакой химии? — недоверчиво полюбопытствовал я.
— Абсолютно никакой! Смотрите — порошок вообще без отдушки. Нет никакого химического запаха.
Я посмотрел на крупинки порошка из заветной коробочки. Он выглядел точно так же, как и другие стиральные порошки, когда-либо виденные мной, но, надо сказать, что порошок действительно не имел какого-либо ярко выраженного запаха.
— Великолепно! — сказал я. — Между мной и моим собеседником зажглась магическая искра симпатии и взаимопонимания.
— А знаете, я так понял, что Вы очень любите бывать на природе, знаете — этот порошок прекрасно отстирывает любые пятна — пепел от костра, пятна от травы, сока, кофе, чая и даже от шашлыка... Сейчас я Вам покажу... — собеседник повернулся в сторону Ангелины и жестом попросил её принести необходимый для демонстрации чудодейственных свойств порошка реквизит.
— Вы хотите, чтобы Я у Вас что-нибудь купил? — неожиданно выпалил я. — В этот момент я листал каталог товаров компании и с удивлением обнаруживал, что натуральные ингредиенты продукции имеют совсем неподобающую для них в моём представлении высокую стоимость.
Магия исчезла.
— Нет-нет. Это вовсе необязательно. Давайте, я Вам просто покажу... э-э-э... один эксперимент. Вы ведь увлекаетесь экспериментами?
Я кивнул.
С ловкостью опытного шулера собеседник раскидал карты. Уже через минуту он растирал чудо-порошок на тряпочке с пятном, которое он нанёс на чудо-тряпочку при мне же. Пятно исчезло у меня на глазах всего через несколько секунд, как порошок, как мне показалось, вступил в какую-то химическую реакцию с пятном. Чудо-порошок поработал на славу. И вообще всё здесь, в этих умелых руках хорошо обученного и натренированного фокусника, было чудо: чудо-крема, чудо-гели, чудо-пасты и чудо-витамины; чудо-женщины, чудо-мужчины, чудо-деньги и чудо-чудесная жизнь.
Демонстрация с исчезновением пятна меня нисколько не вдохновила, так как я уже видел подобную несколько лет назад, но всё же я сделал над собою усилие и как можно искренней похвалил замечательный чудо-продукт, над которым, вероятно, трудились такие же увлечённые своим делом люди, как и мой собеседник.
Дальнейший разговор о косметических средствах, которые расхваливал Александр, меня утомлял. Но ведь я и сам утомил Александра раньше, когда заставил его выслушивать мои патетические ораторские этюды, вполне искренние, но совершенно далёкие от его мировоззрения. В определённый момент я рассмеялся:
— Александр, миленький, я прошу прощения. Вы так много всяких средств мне показали, но ведь я мужчина. Мне нужен только кусок мыла да чистая рубаха и больше ничего.
— Ну, не скажите, — парировал он. — В современном мире даже мужчина должен хорошо выглядеть и следить за собой. — Его белозубая американская улыбка должна была служить доказательством правильности его слов и восприниматься синонимом успеха. — Вы, Вы же... учитель! — он, по-видимому, выбирал более подходящую для данной ситуации сферу моей деятельности из всех предложенных ранее вариантов.
— Да я не учитель, я — писатель, — возразил я, казалось, морально уничтожив собеседника.
— Но Вы же говорили... — растерянно начал он.
— Так писатель — это моё призвание, дело жизни, а работа — она бывает разная...
Я поделился с Александром своими творческими планами, рассказал, что мечтаю выпустить когда-нибудь книгу рассказов. Я разочаровал его тем, что опять говорил о совершенно ненужных вещах, заводя разговор в такое глубокое болото, из которого ему трудно было снова выбраться на блестящий, гладко выбритый асфальт красивой жизни — совершенно не такой жизни, о которой так нагло и беззастенчиво рассказывал я. Я посетовал на то, что хорошую литературу сейчас не печатают, её не уважают, ведь на извечной морали и доброте не сделаешь денег. Я говорил, как я мечтаю быть когда-нибудь пóнятым. Я говорил о том, что никогда не отступлю от намеченного пути, чего бы это мне ни стоило. Я говорил, по сути, о том, что мой удел — быть бедным отверженным художником до конца своих дней. Я говорил отвратительные вещи, я уверенно шёл к тому, чтобы ничего не зарабатывать...
Александр внимательно слушал и потихоньку складывал документы в папку.
— Погодите же! — очнулся я. — Так чем я могу быть вам полезен, для вашего бизнеса? — задал я наконец-то самый главный, давно уже мучивший меня вопрос.
— Видите ли, мы, разделяя ценности людей, уважающих природу и... качество... Мы предлагаем им попробовать продукцию компании «Чистый путь».
— Так всё-таки продавать?! — изумился я.
— Ну, почему продавать. Предлагать. К тому же, у Вас у самого будет продукция компании с приличной скидкой. Мы все: и я, и Ангелина, и другие — мы все пользуемся продукцией только нашей компании. — Александр искоса взглянул на Ангелину. Давно уже утомлённая, она вдруг оживилась и одобрительно кивнула.
Стоит ли говорить, что продукция компании даже и с большой скидкой была удивительно дорогой.
— А как же мне это... со скидкой... Получается, что мне всё равно нужно тогда что-нибудь у вас купить?
— Ну, никто ведь на Вас не давит, правда, Ангелина? — для порядка уточнил Александр.
— Ну, конечно, — поддержала его Ангелина.
— Скажите, а Вам понравилась продукция нашей компании? — он всё ещё надеялся сыграть свой спектакль гениально.
— Конечно.
— Значит, она хорошая, и Вы могли бы ею пользоваться?
— Отчего нет, — заявил я. — Можно попробовать. А потом — как пойдёт. Хотя я говорил Вам о том, что мне многого не нужно.
— Ну... мы Вас, конечно же, не заставляем прямо сейчас что-нибудь у нас покупать. Конечно, для начала нужно попробовать... У нас есть пробный набор гигиенических средств. Мы можем Вам его подарить.
— Как это мило с Вашей стороны! – обрадовался я. — Благодарю Вас, благодарю за такой щедрый подарок! — поспешил я с ответом на предложение Александра.
Собеседник смутился и стал лихорадочно оглядываться по сторонам. Ангелина лишь только развела руками.
— Сейчас, — сказал Александр и вскочил со стула, как бешеная курица вскакивает с насеста, если её неожиданно напугать резкими громкими хлопками. — Он оглядел стеклянные витрины, потом немного порылся для приличия в огромной хозяйственной сумке, забитой товарами компании «Чистый путь». Наконец, он сдался и резюмировал:
— К сожалению, сейчас пробных наборов здесь нет — все раздали. Вот только, — и он стал показывать уже порядком поднадоевшие мне имеющиеся в наличии товары, рассказывая о каждом из них так, как будто это были не товары, а его ребятишки, достижениями которых он чрезвычайно гордился. Когда, наконец, он успокоился, то пообещал, что они с Ангелиной обязательно съездят на днях в центральный офис компании, и затем Ангелина завезёт мне обещанный и желанный подарок в любое удобное для меня время прямо домой.
— Ну что, я, надеюсь, Вы с удовольствием будете пользоваться продукцией нашей компании и рекомендовать её своим знакомым! — сказал Александр.
— По мере возможности, конечно, буду, — ответил я. — Тем более, что у меня будут даже образцы, которые я смогу продемонстрировать всем людям, что будут в этом горячо заинтересованы.
На столе передо мною лежало два цветных каталога. Оба они имели красивые глянцевые обложки, печать была хорошего качества. Однако, один каталог был тоньше — там были представлены какие-то витамины, пищевые добавки, порошковые супы и быстрорастворимые чаи. За время беседы я почти полностью изучил его. Я пробежал глазами информацию о каждом демонстрируемом товаре и хорошенько проанализировал цену, по которой данный товар продавался. Второй же каталог был толстый, он был напечатан на более плотной бумаге. Его я не успел изучить, но приоткрыв, увидел кое-что для себя любопытное. Однако, прочитать заинтересовавшую меня статью я не мог — Александр всё время смотрел мне в глаза, когда говорил. Не мог же я нагло заняться чтением, игнорируя слова собеседника, обращённые непосредственно ко мне?! Я даже думал про себя, что следует, пожалуй, в конце беседы набраться смелости, чтобы выпросить у представителя компании этот толстый каталог хотя бы на время, чтобы хорошенько исследовать его и внимательно прочитать статью о том, что меня заинтересовало.
— У Вас, насколько я понимаю, обширный список знакомств, — продолжил, воодушевившись, Александр. Впрочем, его воодушевление теперь было похоже на некую сверхактивность, которую испытывают тяжело больные или умирающие люди перед смертью.
— Ну что Вы, — искренне заверил я его, — у меня совсем мало знакомых, у меня очень узкий круг общения. Вот и сейчас, я пытаюсь припомнить, кому бы я мог предложить витамины, посуду или гигиенические средства по столь высокой цене... и никого из моего близкого окружения не могу порекомендовать, ведь покупать кастрюлю за восемь тысяч рублей не станет ни один мой приятель. Это просто заоблачная цена для таких, как мы!
— Но ведь мы с Вами столько времени говорили о качестве! Вы сами в анкете написали, что качество для Вас — превыше всего! Идеальное соотношение цены и качества... э-э-э... достойное соотношение... вот главное кредо нашей компании! Компании с безупречной репутацией! А деньги... что деньги, ведь здоровье человека намного-намного важнее. Конечно, Вы можете купить и за двадцать рублей. Пожалуйста! И отравитесь ядами, которые убьют Вас. Свинец, цезий, тяжёлые металлы, радиация... Всё это продаётся среди дешёвых контрафактных товаров. Вы решаете сами! Ваш выбор — это Ваш выбор. Мы лишь только хотели помочь Вам сделать правильный выбор и сохранить здоровье. А Вы говорите про какие-то деньги! Как жаль! Как обидно! Ведь чтобы сделать наши товары не просто безопасными, а ещё и полезными, трудилась целая команда учёных, врачей, химиков, диетологов, экологов и пр. И наша цена на такой уникальный товар отнюдь не завышена. Наши товары даже помогают Вам экономить. Экономить в будущем, как и всё по-настоящему работающее на перспективу — сохранённые зубы помогут Вам экономить на стоматологах, здоровый желудок, кишечник и кожа — на лекарствах. Вот как, понимаете, а не так...
— Я абсолютно с Вами согласен! — заявил я как можно твёрже и искренней. Я чувствовал, что меня зажимают в моральные тиски. Такая напористость Александра не давала мне возможности оспорить его слова, не согласиться с ним или каким-либо образом подвергнуть сомнению «безупречную репутацию компании». Приём, что он использовал, знаком многим психологам и описан в литературе. Описан он и в так называемых «скриптах» — настойчивых рекомендациях, которые сотрудники компании, прошедшие обучение у более опытных коллег, должны соблюдать при работе с клиентами. На каждое «но» клиента и его попытку разобраться, у сотрудника уже имеется заготовленный ответ, который не даст возможности неподготовленному сопернику отстоять свою позицию, какой бы правильной она ни была. Это у них называется «работа с возражениями». Но я не возражал. Я молча терпеливо слушал его и наблюдал за его игрой. Какой же будет финал у этой дешёвой мыльной оперы, у этой псевдо-драмы с элементами трагикомедии? Я наблюдал за ним с ноющей болью, какая бывает в душе у настоящего театрала, когда-он покидает зал, разочарованный плохо сыгранной пьесой великого Островского или других потрясающих русских драматургов.
— Ну, слава Богу! — взбодрился Александр. — Я очень рад, что Вы, наконец, меня поняли.
— Вы правы, что деньги — это не столь важно, сколь важен человек, — резюмировал я, — ведь я и сам в начале нашего разговора говорил практически то же самое. Мне кажется, мы с Вами в общем-то говорим про одно и то же, только разными словами. И в этом есть близкое сходство наших с Вами позиций!
И я практически не соврал. Это сходство можно было найти в словах. Его забота о здоровье людей на словах равнялась и моей заботе. Его рассуждения об экономности ни в коей мере не были лишены рационального зерна, здравого смысла и совершенно нормальной человеческой логики. Я и сам всегда говорил, с удовольствием употребляя в пищу бесплатные лесные дары в виде свежих ягод, а также жаренных, пареных, солёных, сушёных и маринованных грибов, отваров трав и т.д., что на здоровье нельзя экономить, а то потом придётся тратиться на врачей и лекарства. Я и сам ни за что бы не хотел, чтобы люди травились цезием, ураном, ртутью или молибденом. Но наше сходство с Александром заканчивалось там, где начинался разговор о деньгах. Все мои идеи и заботы о людях всегда и везде распространялись абсолютно бесплатно. Я не заставлял людей доставать кошельки, залезать в долги или брать кредиты, чтобы, будучи подверженными этой мифической идее о сохранении здоровья, платить, платить и платить.
После последних, сказанных мною слов, занавес опустился, и вместе с ним опустилась и какая-то туманная завеса. Я ждал, что он скажет ещё, но говорить было уже не о чем. Мой друг и мой собеседник, а может быть, враг и противник, казалось, очень устал. Из молодого жеребца с блестящей лоснящейся кожей он превратился в хромого, со сбитыми подковами, плешивого, страдающего от блох и лишая, беззубого старого мерина, которого только и остаётся, что пристрелить. Он слишком много сил потратил на человека, который оставил в его душе маленькую, пока ещё не осознаваемую чревоточину. И, как мне кажется, при определённых обстоятельствах эта язва могла бы разрастись.
Я знал, что по плану он должен был дальше рассказать мне о рассро... простите, кредите, который можно было бы оформить прямо в офисе компании, и ву-а-ля — вы отправились бы домой с превосходной, наиуникальнейшей сковородкой за восемь тысяч рублей, набором средств для гигиены за 3,5 тысячи и долгом в размере не менее пятнадцати тысяч, который пришлось бы выплачивать частями в течении как минимум полугода. Хорошая забота о здоровье, надо вам сказать! Особенно у тех людей, которые живут на скромные доходы. Красивая и добротная сковородка, к сожалению, не может служить заменителем пищи, которую, за не имением средств, не на что будет купить, чтобы на этой самой сковородке готовить. Голодание, лечебное голодание! Но разве нужно покупать какие-то там чудо-сковородки, чтобы обеспечить себе лечебное голодание в нашем государстве?! Его превосходно можно получить и так, без всяких иностранных сковородок! Не обязательно даже при этом обращаться в заботливую компанию «Чистый путь», созданную, видимо, специально для того, чтобы простые люди не дай Бог не отъелись и не получили такого вредного и такого осуждаемого сегодня во всём мире заболевания, как ожирение.
Мой собеседник ничего не сказал о кредите. Тем более, что я случайно забыл свой паспорт (Ангелина по телефону обещала мне напомнить об этом звонком в день нашей встречи с Александром, но забыла). А ведь я сетовал ей, Ангелине, на мою забывчивость, и это было абсолютно честно с моей стороны. И если бы паспорт был сейчас со мной, то я так же честно сказал бы Александру, что неприемлю кредитов, рассрочек и любых других способов приёма денег в долг от кого бы то ни было. Ни под каким соусом, ни с каким маринадом не стал бы есть я этого блюда, так как однажды, по нечаянности, съел и отравился, попав затем в неудобное положение перед несколькими людьми, хотя вины моей в той давней ситуации не было никакой. Я честно сказал бы ему, что живу по средствам, и что средства эти не позволяют мне и вряд ли бы когда-либо мне позволили стать клиентом известной компании-благодетельницы. Возможно, я много ещё чего сказал бы ему, и количество мною сказанного зависело бы только от количества его терпения и готовности слушать мои искренние, но довольно длинные и порою утомительные хоралы.
Александр довольно холодно со мной попрощался. Однако «скрипт»! Предписание требовало от него оставаться доброжелательным, поэтому он одарил меня напоследок лицемерной, натянутой улыбкой. Он протянул мне тонкий каталог, чтобы я ещё раз внимательно изучил «пищевую продукцию компании», и я горячо его поблагодарил.
— Мы обязательно созвонимся, — закончил он. Его голос звучал так, как будто виноград превратился в изюм.
Итак, я вышел из офиса. Я наконец-то был на свободе. Ангелина спустилась проводить меня. Между нами не было прежнего взаимопонимания. Хлеб заплесневел. Яйцо протухло. Овощи превратились в гниль, а наглые прожорливые червяки доели последний съедобный гриб, оставив для человека только поляну раскрасневшихся от злобы мухоморов и бледных, как старуха-смерть, поганок.
Я много думал над тем, как я провёл те несколько часов своей жизни в компании Ангелины и Александра. Сначала мне было жаль их, ведь они, вероятно, тоже когда-нибудь попались на эту удочку: хорошо продуманную, настойчивую, не терпящую никаких возражений. Кто знает, насколько быстро бы отстала и от меня эта зараза на этот раз, если бы у меня не было предыдущего опыта общения с подобными структурами. Когда-то я и сам, ещё в юном возрасте, верил и в подобные бредовые речи, и в аргументы, граничащие с абсурдом, и в заверения, близкие к помешательству. Тогда я тоже по глупости своей рекомендовал подобные товары и даже пытался продавать. И я безумно рад только одному: заразная болезнь отстала от меня тогда довольно быстро, и я не успел, очень надеюсь, что не успел слишком сильно навредить своим тогдашним друзьям и знакомым как в психологическом, так и в финансовом плане.
Но на этот раз я был удовлетворён. Мой собеседник говорил, что над созданием товаров «Чистого пути» трудилась целая команда учёных, врачей, химиков, диетологов, экологов и пр. А чтобы написать один хороший рассказ, требуется всего лишь один хороший писатель, немного солнечного света, бумага и огрызок простого карандаша.
Никогда не связывайтесь с настоящими писателями! (А ведь я предупредил его, что пишу, хоть он этому, похоже, и не поверил). Настоящий писатель никогда не расходует минуты зря. Он из всего способен произвести рассказ. Даже из бесполезной, никчемной беседы с таким наивным жуликом, которым являлся мой тогдашний собеседник.

Нужно ли добавить напоследок, что я так и не был удостоен чести испытать на себе пробную версию гигиенических товаров компании «Чистый путь».

© Светлана Беличенко, 2017
Дата публикации: 06.08.2017 15:10:45
Просмотров: 293

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 24 число 81: