Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Михаил Белозёров



Самый главный умывальник

Евгений Коростин

Форма: Эссе
Жанр: Ироническая проза
Объём: 12279 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


«Третий глаз»

– Ваше политическое кредо?
– Всегда! – восторженно ответил Полесов.
Цитата из романа "Двенадцать стульев" (1927 г.)


«Тпру, родимые!», – осадил лошадей бородатый возничий, туго натянув поводья, и пролётка, где на излюбленных местах красовались, не абы, кто, а «ловчие и стряпчие» святых страниц истории, как-то неловко и резко дернувшись, остановилась, перестав издавать совсем не мелодичные «скрипичные» партии. Спешить стало некуда. «Оставив не у дел творение, куда-то делось озарение». Другими словами, фиксирующий разметку и все придорожные видения некий фантом уровня выше среднего, в форме «потешного зайца», как попало прыгающего впереди, пропал бесследно. Просто, густая, как сажа безоттеночная тьма целиком поглотила его, и всё тут.
Забрало космоса разверзлось глубиной и потерянный взгляд всей честной компании, вдруг осмелел, ниткой тетивы вытянулся прямо вверх, всё ещё держа прицел на манящий к себе отблеск «путеводной звезды». Но она больше никому не подавала сигнала, тем более не желала поставлять «энергоносителей», в виде зайцев, лис, и тех, же кроликов, а всё таяла и таяла, пока не почила где-то в глубинах вселенской бездны, унося «розовые» планы на «красные сарафаны» и вышиванки с подсолнухами, в забвенье лет, в череду долгих непостижимых раздумью годин. А на душе уже ровным слоем лежал ещё тёплый пепел заживо сгоревшей мечты. Хорошо, это или плохо ли, но дело происходило на пороге реальности, где стыкуются оба мира, и естественно никакой материальной «ответственностью» пред землянами сия территория не обладает, а так, как у нас феноменам и явлениям «устойчивого прочтения» до сих пор так и не наладили, то и горевать было нечего. Однако минутная задержка «там», породила смутные времена и десятки безвозвратно потерянных лет на «нижней палубе», но об этом мало, кто догадывался, ещё меньше нашлось болтунов, потому как не имели при себе никакой диспозиции или простой, как три рубля, наглядной формулировки.

Из-за леса, из-за гор…

На каком-то этапе всеобщих преобразований мирового прогресса, интерес к отдельно взятому человеку, как личности пропал окончательно. Он стал выглядеть незатейливо и просто на фоне тех занимательных находок, что предложил нам уровень современной индустриализации. Пути к красоте, заметно, укоротились, и мы практически перестали зависеть от невзыскательных щедрот природного таланта. Теперь форма многословнее любого содержания, содержание уже более не холит, не лелеет форму, потому как она определяет конечный продукт всех щедрот, иначе говоря, отвечает за всё, и за «фармацевтику и химию» человеческих отношений тоже.
Если бы подобная оказия случилась, где на стороне, то могли списать на заграничное «варварство» и просто посочувствовать. Однако мыслимое ли дело, когда тебя за твоё же бдение, за страну «горение», грозят «в три шеи» гнать из «отчего дома». Действительно, за какие такие грехи попали под отчуждение? Как говорится, «без вины, виноватые», во всеобщей расхлябанности, инерции и несостоятельности. Никакие предательские послабления возраста, не идут в расчёт. И данная концепция могла пробить себе дорогу, если бы ответственность лежала на всех плечах одинаково, и под общий «гнёт» попали некоторые незасвеченные нигде, «тёмные людишки», чтобы получить свою порцию «соли юмора». Но по какой-такой прихоти природа их пощадила, не помешав «выгородиться», остаётся пока загадкой. Незаметные и мелкие снаружи и большим апломбом внутри, склочными союзами, кумовскими узами, внезапно выросли в процветающих «махровых дельцов», зафрахтовав для своих дел широченную нишу всенародной неосмотрительности. В архивах осталась лишь малосодержательная справка, что большинство получило отставку, так как высота плеча такого «товарища» оказалась недостаточна. В, общем и целом форменное «плоскостопие».

Авось, небось, и будем надеяться

В правду сказать, «излишество» нашей природы, её, так сказать авантюрная составляющая или исконная русская забава ловить двух зайцев одновременно, кому-то здорово пригодилась. Кажется, ещё недавно все жили до гениальности просто, и нас достаточно было только тронуть за плечо, чтобы разбудить настоящий вулкан доброты и какой-то по нынешним меркам, почти детской непосредственности. Один вид красивой открытки, мог подарить и дыхание моря, и пронзительный крик чайки. Соединить в одно отчётливое впечатление большой песчаный пляж, варёную кукурузу, сладкое фруктовое вино. Или зажигательные аккорды гитары, увлекали на всеобщее негромкое пение у костра. Городские фонтаны выбрасывали вверх и вкруг себя гирлянды переливчатой серебристой прохлады, и купались в этой роскошной ванне воды и света, не только друзья пернатые. Нарисованные от руки афиши, подчеркивали важность клумбы и близлежащей скамейки, и кроме новостной информации о фильме, несли в массы отнюдь не казённую красоту, а искусство художника, раскрывали самобытность его натуры. И её обсуждали стёжками, спорили асфальтовыми дорожками, передавали скверикам и расхожим зелёным дворикам.
Сквозь строй зелёной изобразительности парков негромко прорывались песенные звуки динамиков, кружились качели, гоняли воздух карусели. Кривые очереди за квасом и эскимо, нещадно томили солнце, и при этом беззаботно посмеивались и шутили. Село и деревня ещё больше изобиловали звуками и запахами живого присутствия. Здесь гармонии совершенно необязательно демонстрировать свою непосредственную природную связь и тождественность с человеком, она и так была понятна.
Что нам мешало не смиренно жить, полной грудью вдыхая целительный бальзам свободы или всецело тянуться к вечности, разделяя сердечности? Однако не вся людская масса сходилась в едином веселом кураже, используя великолепие, созерцая то или иное представление. В прослойке общества, в той или иной мере, в зависимости от знания, от «органов» и наказания орудовали старатели, и это было под присмотром и как-то особо не беспокоило. А то, что там ютились также и притворщики, тайные заговорщики, множащиеся на сорта трутней, даже не приходило в голову. Их отнюдь не тяготил всеобщий настрой, они на всеобщее заблуждение глазели крайне обескуражено. Такие несколько по-иному рисовали себе ситуацию, потому как признавали лишь прибыльное «трюкачество». Занятые своими безостановочными мыслерождениями и святыми побуждениями, мы не могли бы их выделить из толпы, а они всё более отдалялись, цинизмом и рационализмом наливались. А когда время позволило, из не совсем обычных зрителей, вышло немало разного рода устроителей, тогда «свобода выбора» и попала под ногу ненасытности слепой и тварной «серой личности».

Междустрочия

В борьбе добра со злом ни одна из сторон не могла взять верх окончательно, пока не вмешались третьи силы. Проще говоря, во всеобщее обращение было введено такое положение, что на малых тонкой природы ощущениях ничего не выстроишь, нужны габаритные колоритные формы, нужны абсолютно неподъёмные для разума вещи, нужны «гипертрасты», нужны контрасты. Исходники прошлых лет не дают нужной отчётливости и «продуктивности мысли», потому как мешает поработившая душу всеобщая зависимость или вредоносная практика гостов, стандартов, мер, тонкостей и правил. Сильно мешает целый ряд внедрённых в сознание «относительностей», мучителен для размаха её рук, плен старых давно отживших свой век представлений.
Когда между словом и делом достигли «непроходимой разницы», новаторство во всех сферах устройства жизни, приобрело поистине колоссальный размах и значение. Не заявляя себя со всей определенностью, эта стихия занялась везде прогрессировать, все, что ненужно утрировать, выдав на гора тысячу оттенков серого. Однако общее мнение до сих пор не находит следов прочтения, лишь только твердит: «Странные, однако, товарищи». Но и чесать затылки практику, тоже отменили.

Нет не стройка – перестройка

Они всё делали на «бис», всюду искали компромисс, и надо же, что-то этакое получилось. В преисподнюю никто не заглядывал, не звенел наковальней, мехами не баловал, и с музами воланчиком тоже не перебрасывался. Всё обновление происходило безобидно, по новым не «агрессивным» методикам, по которым работают все известные экспресс забегаловки. Здесь они вживую, по-настоящему имитируют: неприличное форсируют, сложное утрируют, складное слагают, неудобного избегают. Точно, таким образом, всюду, куда достигал взгляд, шкворчали и менялись мнения, кипели и варились настроения, тушились взгляды, коптились «лады». Обновлённое, заворожённое общим эгоизмом «Я» торжествовало и больше не упорствовало.
Поверив в преимущество ног, «сложили крылья», спрятали подальше от глаз все премудрости нездешнего опыта. Кто-то даже, этак недвусмысленно цитатно подытожил: «Самые реальные – это материальные», – и был понят, а уж обобществлять, материализовывать окружающее пространство не нужно ни кого просить прощения. Всю, как есть духовную утварь со всех близлежащих околиц, вместе с фонарями освободили от прилегающих к ним «проводов».
Сегодня никакими пытками не выпытаешь, где ещё можно найти «крылья», а без них сделать точную рекогносцировку местности и найти нужные «берега», нет никакой возможности. Но в действительности всё остаётся без изменений и, как есть неуловимо, безотносительно и неразличимо. Не совсем мираж, и не совсем наваждение, а «вертит» народом так, что только голова не отваливается. Ушли от веры в своё предназначение, но не отказались от провидения, по разным надобностям и ненадобностям «гонения»; слушаем вольнодумцев, смотрим на себялюбцев. И главное никто не ждёт, что морок рассеется, потому как не поленились, ухлопав на это дело много бетона и железа.
Раньше, хоть единичная «калеченая голова», мешала устроить счастливую жизнь, и её не надо было на показ демонстрировать, теперь «изменённый организм», изменами живущего общества тревожится по поводу самых подлых предательств и посягательств пятой колонны. Но болезнь неотступно следует за нами, грозя перерасти в раковую опухоль. Нам уже всё равно сколько, только бы получить, где стоящего, настоящего счастья, хотя бы в «прозе», хотя бы без великих начертательных истин, поймав прежний ритм бравурного марша.

Цена человеческой глупости

Так трудами мелко ли крупно «бандитствующего люда», человеческая природа потеряла свой бесценный творческий дар, свою независимость. Человек уже не чувствует себя венцом природы, его клич в «полноприводном мире» роскошных приобретений более несущественен. Сохраняются лишь контуры мироздания: силуэты вещей и предметов, обобщённые на уровне рефлекторного стереотипы восприятия, а глубоко и всесторонне осознанные мотивации тех или иных действий или поступков совершенно отсутствуют, потому как новаторами передовой жизни формализованы до предела. Скверно, конечно, признавать, но жизнь более не изобилует представлениями о природе вещей, предметов, явлений, её пульсации не очевидны. Незаметно оказались на обочине дороги жизни, в стороне от захватывающих дух процессов. Мысль перестала трудиться, набираясь в последовательности умных и обогащённых впечатлений, некому осудить её за «потаскушество» и тунеядство.
Долго ли коротко, но к чему стремились, к тому и пришли, примите «карликанство», как есть и распишитесь. Зачем нам искать по фасу и по профилю, универсалии извечных истин, когда лишь создавая «кадриковые расходники» (представления «однодневки»), можем бежать впереди планеты всей. И даже предосудительно и не логично на какой-то там «божественный промысел» пускать в ход весь ресурс, когда вся требуемая мобильность заключена в фрагментарном сознании насекомого. Неужели не очевидно, что в связи с всеобщими процессами мировой глобализации и унификации, крупные «мозговые центры» нам ни к чему. Сегодня, даже обычных размеров черепная коробка, становится её владельцу, собственно велика, там и держать-то нечего.


© Евгений Коростин, 2018
Дата публикации: 07.08.2018 15:21:23
Просмотров: 42

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 32 число 14: