Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?



Авторы онлайн:
Михаил Белозёров



Соседи - Римские каникулы

Лилия Смоляр

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 11038 знаков с пробелами
Раздел: ""

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


'Римские каникулы' - так эмигранты иронично называли 'Итальянский период' ожидания разрешений на въезд в страну постоянного жительства.


Сквозь оконные ажурные занавеси, игриво переливаясь янтарными оттенками, заглядывал продолговатый медальон восходящего солнца. Его сверкающие лучики попадали на розовый атлас стёганого пухового одеяла. Оттуда весело отскакивали на мебель, стены, хрустальную изящную люстру со множеством огранённых подвесок и, уже с потолка, щекочущими ласковыми соломинками падали на лица спящей четы. Высокая перина обнимала мягким теплом, и так не хотелось расставаться с прекрасным миром грёз. Однако настойчивое подсознание безжалостно заставляло супругов проснуться и перенестись в реальность неприглядных будней ...

- Ёжик, пора вставать, уже сегодня. Иду варить кофе, - погладила мужа по руке Леночка и, выскочив из-под одеяла, торопливо засеменила в ванную комнату.

Через двадцать минут, при полном параде, хозяюшка зашла в кухню. Приготовить непритязательный завтрак - кофе с гренками - не проблема, только хорошо бы подать и сметану, но в Италии её не продавали. Магазинное нечто под названием "Панна" имело неприятный вид, пресный вкус, а серые пузыри на жирной поверхности напоминали мутные вздутия прокисшего молока. Было бы неоправданной лестью величать это 'сметаной'. Не смертельно, - не самое страшное испытание, подкарауливающее беженцев в незнакомом мире.

Длинная узкая кухня, отделанная тёмно-зелёным с нефритовыми разводами кафелем, неприветливо встречала квартирантку промозглой сыростью вот уже три месяца. Испарения во время приготовления еды оседали на холодных стенах и наперегонки стекали к плинтусам тоненькими струйками конденсата. Приходилось ежедневно протирать влажную облицовку во избежание плесени.

Ноябрь месяц - ветрено. Снаружи не так зябко, как в жутко холодной квартире. Ни кондиционера, ни отопления в каменном мешке под гламурным названием 'летняя вилла' не существовало изначально. В ней, наоборот, всё предусмотрели и обустроили для приятнейшего отдыха зажиточных хозяев в летнее время разгара купального сезона на берегу тёплого Средиземного моря: прекрасный-проклятый вид на нынешнее стылое безлюдное побережье, проклятые вентиляторы, огромная роскошная-проклятая лоджия, опоясывающая по периметру квартиры второго этажа. Проклятые эмигрантами сквозняки вонзались тянущим нытьём и тоской в души квартиросъёмщиков, ограничивая движение каждого сустава.

Местные бизнесмены сдавали напрокат газовые обогревательные баллоны. Тепла от них было - 'кот наплакал', а газ, вытекая из многочисленных щелей примитивной конструкции, отравлял лёгкие и больно щипал глаза. Впрочем, он быстро улетучивался. Можно было бы купить спиральный рефлектор. Но кто же имел средства оплачивать бешеные счета?
Счётчик был один на большую коммунальную квартиру или на два - три отдельных апартамента, и сцены разбирательств по поводу доли оплаты за электроэнергию каждым жильцом были не для слабонервных зрителей. Да нет, вне эмиграции подобного не понять. Это были не скандалы - это были настоящие Лас-Вегаские бои без правил. Победители баталий выигрывали лиры, трясучку головы и обеих рук - на ближайшие три месяца; лёгкое заикание - на ближайшую неделю. Всего лишь. Говорить о побеждённых нет смысла, поверьте на слово: им было не до Колизея.

А вот и глава семьи присел за кухонный столик, как раз вовремя. Горячий кофе ароматом и благостью напоминал о потерянном доме. В такие минуты супруги избегали смотреть в глаза друг другу - хотелось утаить навернувшиеся слёзы. Любой бы заплакал. Кто они? Две пылинки, растворившиеся и затерявшиеся в огромном Мире? Апатриды, спалившие позади себя мосты и не имевшие понятия о том, что их ждёт в будущем? Скорее, беженцы - люди, вынужденные спасаться от несправедливостей, завуалированных притеснений, предвзятого к ним отношения. Смельчаки, бросившиеся с утёса головой вниз ради спасения своих детей, ради лучшей доли для них, для себя. Эмигранты - большинство без средств к существованию, без родных, друзей, гражданства. Тогда, в Италии, они были никем. Нулём, рискнувшим своей жизнью во имя приобретения недостающей единицы, чтобы стать десяткой - гордой, независимой, достойной уважения значимостью. Беженцы из СССР, - люди, отдавшие последние деньги в казну страны по требованию органов Внутренних Дел за отказ от Советского гражданства, за свободу.

******

Не прошло и минуты с начала завтрака, как супруги услышали громкий мужской крик на плохом русском языке, направленный в сторону их лоджии:

- Эмма! Возвращайся домой, я говорю в последний раз! Он не твой муж! Я теперь твой муж, я люблю тебя! Если не вернёшься, заявлю в полицию, что ты меня обокрала! Верни бриллиантовое кольцо!

Лена и Оскар моментально 'прилипли' к окну. На тротуаре стоял итальянец: выше среднего роста, худощавый, в длинном пальто, брюках, заправленных в короткие кожаные сапожки. По-актёрски небрежно накинутый красный шарф элегантно контрастировал с чёрной шерстью приподнятого воротника. Тщательно уложенные волосы картинно развевались по плечам от влажного дуновения морского бриза.

Истерический женский голос из соседней квартиры моментально отреагировал на страстный призыв мужчины самым неожиданным образом:
- Сеня! Иди поговори с ним - с этим идиотом! Я так больше не могу! Сделай хоть что-нибудь. Пусть он заткнётся, наконец-то! Я покончу с собой - этим всё закончится! Или он, или я! Выбирай!

Через тонкую перегородку голоса отлично прослушивались, и оказалось, что подобный концерт итальянец устраивает не в первый раз.

- Ну, что ты от меня требуешь? Ты хочешь, чтобы я сейчас спустился, набил ему морду и сел в тюрьму? Может, ты намерена сама, с нашим кагалом, дождаться разрешения и без меня улететь в Австралию? Чем ты их кормить там будешь, безумная утопистка? Меньше надо было крутить задницей, когда мыла у него полы, - вяло ответил мужской тенор.

- Я крутила? Может, тебе нужно больше зарабатывать, чтобы жена-пианистка не махала здесь половыми тряпками?! - продолжало возмущаться колоратурное сопрано до тех пор, пока муж не ушёл на работу, нервно хлопнув дверью.

Соседи по лестничной клетке знали точно, в отличие от многих других эмигрантов, что едут на постоянное место жительства в Австралию. Их вызвала сестра 'безумной утопистки'. Ожидающие разрешения на въезд в страну со столицей Канберра не получали материального обеспечения для проживания в Италии - в отличие от выехавших из СССР по израильским вызовам. Однако, им разрешалось трудиться за официальную зарплату.
Сеня работал штукатуром в строительной бригаде. Его жена убирала квартиры зажиточных итальянцев. Двух зарплат впритык хватало на содержание пяти человек. Восемь месяцев они терпеливо ожидали разрешения на въезд. И, вдруг, случайный итальянец принялся издеваться над Эммой, угрожал заявить не неё в комиссариат. Шантажист и скряга хотел иметь бесплатную женщину, пользуясь бесправным положением эмигрантки. "Надо же, какой способ изобрёл, негодяй!", возмущалась про себя Леночка.

К полудню супруги вышли из дома. Как только за ними защёлкнулась металлическая калитка виллы, неизвестно откуда возник знакомый скандалист. Вежливо представился, объяснил, что утром заметил их в окне. Осветил в слезах и подробностях историю его любви к 'русской воровке'. Однако слушатели дали резкий отпор лживой, развесистой клюкве. "В случае суда против Эммы, я лично выступлю свидетельницей Вашего бандитского поведения", предупредила итальянца Лена. Сокрушённо вздыхая, 'умник' отчалил несолоно хлебавши, цокая металлическими подковками на каблуках. Экономный!

Гуляли возле моря, потом пошли к центральному фонтану. Позже кое-что купили в "Вонючке" - так эмигранты прозвали крошечный магазинчик сыров в центре Ладисполи. Заглянули в 'Очен кусно!' - гастроном с обширным ассортиментом продуктов. Каждого русского покупателя хозяйка - красивая стройная итальянка - приветствовала бодрым слоганом: "прахадите, очен кусно!". Если же бизнес-леди хотела поделиться с гостями магазина более глубокими идеями, русская продавщица вывешивала объявления в витрине, почти на русском языке.

Перечисленные выше торговые заведения входили в краткий список предпринимателей, желающих угодить эмигрантам, если не считать еженедельной ярмарки - 'раскладки'. В других магазинах 'русских' недолюбливали, мягко выражаясь. Однажды Лена столкнулась с объявлением на входной двери магазина открыток и канцелярских товаров: 'Русским вход воспрещён!'. За русскими не заржавело: хамство наказали, объявление исчезло на следующий же день. Зато огромные фашистские свастики, нарисованные смолой, ещё долго красовались на стенах и двери задрипанной лавочки.

******

На обратном пути к дому супруги встретили Эмму. Вид у неё был счастливый.

- У-р-ра!!! Мы получили разрешение! Бегу сообщить подружке! Когда Сенечка придёт с работы, скажите ему об этом, пожалуйста. Я могу немного задержаться. Ладно? - смеясь проверещала соседка, пробегая мимо.

В подъезде дома царил полумрак, тем не менее, было заметно, как сосед тяжело поднимался по мраморной лестнице. Его понурый внешний облик вызывал сочувствие. Оскар поравнялся с ним и тихо сказал:

- Привет, Сеня, вы сегодня получили разрешение на въезд в Австралию. В добрый час.

Парень побелел, не мог произнести ни слова и стал медленно оседать по перилам. Супруги подхватили его, помогли сесть на ступеньку.

- Что же Эмма мне сразу не позвонила на работу? Она дома?

- Она пошла к друзьям поделиться радостью, скоро вернётся.

- К 'друзьям' сразу побежала! Попрощаться!! Шалава! К своему итальянцу дёрнула, похоронило б их оргазмом! Эх, детей жалко, - он безнадёжно махнул рукой и пошёл домой.

Леночка растерянно взглянула на Оскара. "Ого! Я, кажется, всё поняла неправильно", подумала она про себя.

Через три дня раздался звонок в дверь. На пороге стояла эммочкина мама с купюрами в руках.

- Лена, возьмите эти деньги - они Ваши. Мы изредка пользовались лишним электричеством. Поймите, не осуждайте, у нас двое маленьких детей. Им нужно тепло, часто купаться, варить кашу. Извините нас. Не хочется с греха начинать новую жизнь.

Лена пригласила соседку в комнату:

- Заходите, пожалуйста. Конечно, мы знали об этом, входили в ваше положение. Я не взяла бы эти деньги в лучшие времена, но сейчас не откажусь. Мы не знаем как долго будем жить в Италии, в какой стране окажемся потом. Мне - под пятьдесят лет, муж - несколько старше. Пожилых никуда не хотят принимать. В Америке никого не имеем. И в таком подвешенном состоянии уже три месяца. Нервы у Оскара совсем растрепались. Мы очень рады за вас, счастливой дороги!

- Спасибо! Дай, Бог, чтобы вас приняла Америка! Будьте здоровы, удачи! - она с улыбкой вышла и мягко прикрыла за собой дверь.

© Лилия Смоляр, 2018
Дата публикации: 09.08.2018 06:55:57
Просмотров: 24

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 99 число 78: