Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Потому что

Нил Аду

Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни
Объём: 10126 знаков с пробелами
Раздел: "Практически всерьёз"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


— Поужинаешь, сынок?

— Нет, мам, некогда. Мне ещё на кладбище. Насчёт памятника договориться.

Вот-вот! Как на могилку к отцу съездить, так не дозовёшься. А к этой…

Юлия Матвеевна взяла тряпку и принялась протирать и без того чистый кухонный стол. Не хотела, чтобы сын заметил ее недовольство. Ему и так не сладко пришлось. Только-только отходить начинает. Да и к покойнице она, наверное, зря Алешку приревновала. Всё ж таки Клавдия, царствие ей небесное, ему женой приходилась. Уж какой-никакой, а женой.

Так-то оно так, но все равно судьба с ее старшим сыном обошлась несправедливо. Всем хорош Алешка – умный, серьезный, заботливый, непьющий. У себя на заводе до главного технолога дослужился. А вот с личной жизнью у него не заладилось. Сошёлся с женщиной много старше себя. Может, и счастливо они жили, да недолго. Здоровья Клавдия оказалась не великого. Потому и детишек завести так и не решились. А без детей какое счастье?

Вот, пожалуйста, младший – Андрюшка – уж каким шалопаем рос, а как женился, как дочка родилась, другим человеком стал. Остепенился, словно поумнел даже и выпивает теперь редко и понемногу. Хоть и достатка особого в его доме нет, а по глазам видно – счастлив человек. Да и как тут не осчастливишься, если рядом такое солнышко светит – Настенька, внученька, кровинушка!

Пока Юлия Матвеевна размышляла, сын принёс из прихожей объемистую сумку и принялся выгружать на стол деликатесы – кусок буженины, нарезку красной рыбы, апельсины, бананы, баночку икры, ещё какие-то свертки.

— Куда ж столько, сынок? – запричитала хозяйка. – Ты же знаешь, мне доктора всё это запрещают.

Алексей внимательно осмотрел сумку – не забыл ли чего – а затем с напускной строгостью поглядел на мать.

— Это помногу запрещают, а по чуть-чуть – можно.

— Так ведь денег-то каких стоит, - не сдавалась Юлия Матвеевна.

— Никаких не стоит, - всё так же серьёзно ответил сын. – В магазине акция – покупаешь что-нибудь, а тебе ещё столько же в подарок дают. Это для себя я за деньги еду покупал, а твоё – бесплатно досталось.

Она не нашла, что возразить, и вздохнув, начала перекладывать продукты в холодильник. Кто его знает, правду говорит сын, или просто пытается успокоить мать. Знает, не привыкла она быть нахлебницей. Уже выйдя на пенсию, Юлия Матвеевна продолжала работать, продавала возле метро газеты. Да только надолго ее не хватило. Стаей налетели болезни – сердце, ноги, желудок. Какая уж тут работа, если каждую минуту рискуешь в больницу загреметь? После очередной госпитализации врачи строго-настрого приказали сидеть дома, о работе забыть, тяжести не носить и не волноваться. А как за детей не волноваться, про то и сами доктора объяснить не умели.

Вот и неспокойно на душе у Юлии Матвеевны. Как справится Алешка со своим горем? Не сорвется ли опять Андрюшка? Не заболеет ли Настенька? Вот из-за чего щемит сердце, и тут уж никакие таблетки не помогут. Но она держится. И помощи не просит. Наоборот, со своей скромной пенсии пытается выкроить что-нибудь на гостинцы внучке. Потому что для кого ещё жить на свете? Только ради них… непутевых… любимых…



Приходя домой с работы, Юлия Матвеевна первым делом направлялась в ванную комнату, а уже оттуда, словно фокусник, появлялась с чем-нибудь вкусненьким. Палкой сервелата или куском ветчины. Супруг, Глеб Александрович, при ее появлении привычно ворчал:

— Опять воруешь, Матвеевна? И не стыдно тебе? Да неужели мы с тобой мало зарабатываем, чтобы жить честно?

— Ага, зарабатываем, - отзывалась жена. – Полный карман этих бумажек, да толку от них никакого. Ты когда такую колбасу последний раз в магазине видел?

И она победоносно проводила добычей перед носом мужа.

— Это тебе, честному, за трёшку в любом шалмане чекушку поднесут. А детей водкой не накормишь.

Такие разговоры с незначительными вариациями повторялись уже не один десяток раз. В последнее время супруги даже сыновей стесняться перестали. Может, именно для детей и разыгрывалось это представление. Пусть слушают, на ещё не пробившиеся усы наматывают. Не маленькие уже, пора представлять, в каком мире живут.

— Так ты, значит, о детях беспокоишься? – Глеб Александрович всегда горячился, когда жена упрекала его выпивкой. – Подумала бы лучше, что с ними будет, если тебя поймают! Сама же рассказывала: Людку твою недавно уволили, а на Витьку Постникова вообще дело завели.

— Дураки они, потому и попались. Говорила я Витьке: не зарывайся! А он мне все пел, что дочка у него замуж выходит. Надо, мол, свадьбу как положено справить. Вот и справил.

— А ты, стало быть, умная, осторожная? Ну-ну!

И муж, безнадежно махнув рукой, отправлялся курить на лестничную площадку, а Юлия Матвеевна торжественно укладывала колбасу в холодильник. Нет, сама она без дефицита этого обошлась бы. Всякого по молодости натерпелась, и ничего – жива. Но хочется, чтобы хоть дети пожили по-человечески.

Только и муж тоже в чем-то прав. Недешево эта колбаса ей достается. Лютует начальство у них на мясокомбинате, обэхаэсэсники по заводу так и шастают, охрана чуть ли не каждые полгода меняется. Только к одним привыкнешь, глядь, уже новенькие на вахте стоят. И тогда неделю, а то и две, пронести что-нибудь через проходную даже и не пытайся. Хоть в сумке, хоть на теле, под нижним бельём. Общупают, как на сеновале. А ты терпи и людей изучай. Кто-то на совестливость ловится. Хлестанёшь его трехэтажным русским словом, да с такими прибаутками, что после, как только тебя заметит, лицо у него сразу астраханским арбузом наливается, и руки сами собой за спину прячутся. И все, проход свободен. Других через жадность пробивать нужно. Это дольше, зато и надежней. Встречаются и такие броненосцы, что ничем их не взять. Значит, просто пережди его смену, не дергайся. Как раз нетерпеливые в основном и попадаются.

Но только не сама Юлия Матвеевна. Врете – не возьмете! Потому что и не такие поймать пытались…



За неделю до того, как немцы заняли городок, Юльке Шубиной исполнилось пять лет. Но она привыкла считать себя взрослой. Отец, Матвей Ильич, чуть ли не с первых дней войны ушел на фронт. Брату Мишке ещё и трех не было, а младшая Варька и вовсе едва только соску выплюнула. Если не Юлька, кто другой матери поможет?

И она помогала – присматривала за младшими, прибирала в доме, мыла посуду, а поутру выгоняла корову Милку на пастбище. Правда, в доме теперь обосновались немцы. Там же осталась и посуда. А сами Шубины приютились в сарае, рядом с хлевом. Да и к корове теперь маму подпускают только на время дойки. Не признает Милка чужих рук. А все молоко немцы потом забирают себе. Ну, почти всё. Варьке же без него никак нельзя, вот мама и придумала хитрость. Немцы следят только за входом в хлев, а Юлька с маленькой фляжкой проползает в него с задворок, через лоток, по которому помои вытекают. Назад, конечно, выбирается вся перемазанная, но зато с полной флягой молока. А платье потом и отстирать можно – мама умеет варить мыло и даже соседям его на хлеб обменивает. Вот только и у соседей хлеб бывает не часто.

А спрятаться от сторожей – плевое дело. Трава во дворе у Шубиных высоченная, на голову выше Юльки. А скосить ее не разрешают. Мама говорит, это для того, чтобы не было видно, как немцы по нужде ходят. Их же в доме много поселилось, штаб там какой-то. А отхожий чулан только один, на всех не хватает. И немецких «мин» во дворе уж всяко не меньше, чем коровьих лепешек. Так в блестящих лаковых сапогах по говняшкам и бегают. Часто. Видать, их-то самих неплохо кормят.

Раз в несколько дней к дому подъезжает большая крытая брезентом машина. И из неё выносят коробки со всякими вкусными вещами. Один из немцев, который командует грузчиками – высокий, в синем мундире – не раз уже Юльку от машины отгонял. Но она все равно подсматривала, из травы. И вот однажды синего зачем-то позвали в дом, и разгрузка продолжалась без него. Вдруг шофер, маленький неказистый дядька, поманил пальцем девчушку к себе и подмигнул ей. Юлька немцев не то чтобы не боялась, но привыкла. И подошла. А шофер вытащил из кабины буханку хлеба, банку сгущенного молока и плитку шоколада, высыпал все это богатство прямо в подол ее платьица и опять махнул рукой. Беги, мол, отсюда.

Шубины – народ смекалистый, им два раза повторять не нужно. Юлька хоть и опешила от нежданного счастья, но пулей шмыгнула обратно в заросли. Хотела рассмотреть добычу, но тут за спиной раздался громкий сердитый голос синего. Добрый дядька хотел что-то ответить, но тот недослушал. Размахнулся и ударил шофера кулаком по лицу. Потом повалил на землю и долго ещё пинал блестящими лаковыми сапогами.

Спрятавшись за навозной кучей, Юлька с ужасом наблюдала за этой картиной. Она догадалась, что синий злится потому, что видел, как шофер что-то ей передал. Девочке захотелось убежать куда-нибудь подальше, но она боялась, что ее поймают. Если немцам своих не жалко, что же тогда они с ней сделают? А главное – подарок наверняка отберут. Нет, нужно лежать здесь и не высовываться. И спрятать куда-то свое богатство. Но куда?

Думала Юлька недолго. Кулачком продавила засохшую корку навозной кучи и запихнула внутрь сначала хлеб, затем банку и шоколад. Аккуратно замазала дырку, и сверху набросала соломы, чтобы не так заметно было. А потом тихо, ползком выбралась со двора на улицу.

Только вечером девочка рассказала обо всем матери, и они, дождавшись темноты, вместе отправились на поиски тайника. Не сразу, но нашли и без особых приключений принесли добычу домой. Мама долго вытирала буханку чистой мокрой тряпкой, и когда отрезала Юльке горбушку, та почти не пахла навозом. А сгущенке и вовсе ничего не сделалось. Потому что она же была в железной банке.



Юлия Матвеевна вздрогнула от телефонного звонка. Обернулась к окну – надо же, стемнело уже, а казалось, сын только что ушел. Потом дотянулась до трубки. Отвечала рассеяно, односложно, ещё не освободившись от груза воспоминаний: да, конечно, да, буду ждать, целую. Закончив разговор, с усилием поднялась со стула и побрела на кухню. Хорошо бы пирог с повидлом испечь. Это младший сын звонил. Обещал завтра в гости заехать, вместе с Настенькой. Надо же внучку домашним побаловать.




© Нил Аду, 2008
Дата публикации: 2008-08-25 10:53:25
Просмотров: 1607

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 93 число 57: