Вы ещё не с нами? Зарегистрируйтесь!

Вы наш автор? Представьтесь:

Забыли пароль?





Славы искать не стану… (Сборник стихов 2006-2007)

Тимур Раджабов

Форма: Цикл стихов
Жанр: Поэзия (другие жанры)
Объём: 841 строк
Раздел: "Все произведения"

Понравилось произведение? Расскажите друзьям!

Рецензии и отзывы
Версия для печати


Я ни о чём не жалею, совсем не жалею...


В городе некоем, в доме напротив аллеи
Небо нелётное щупает свет фонаря
Я не хандрю - не болею, совсем не болею...
Воспоминания, словно ко дну якоря.

Юность замедлила ход, и, расстаться не в силах,
Расцеловала меня, к удивленью зевак.
Не причитала красавица, не голосила -
К щёчке прижав, прошептала загадочно так...

"Ты не грусти, - умоляла весёлая фея, -
Не забывай, впереди ещё множество встреч..."
Я ни о чём не жалею, совсем не жалею,
Только, прости, не клянусь, что не стану беречь

Память о встрече, что словно восход, мимолётна,
Необъяснимо остра, как любовь, безотчётна.




Сражаться? С кем? Ничьей не жажду крови...


Сражаться? С кем? Ничьей не жажду крови:
Свои пять литров во как достают...
С довеском тем - без рамок и условий.
С ума сойти! Привет, дружище "Брют"!

Возможно ли? Наверно, это - дикость,
Наверно, в гости к "Кащенке" пора -
Я в каждой деве вижу луноликость,
На опохмел не требуя с утра.

Наверно, я состарился безбожно,
Чего-то съел годков тому... лет пять
И что-то приоткрыл неосторожно,
Да побоялся настежь открывать.

На карте бессловесно-яркой ночи
Узрел бескомпромиссное "пора"
И потому, все девушки мне - "очень"
И голова не кружится с утра.



Кто роль свою сыграл, кто в ящик, сдуру...

Кто роль свою сыграл, кто в ящик, сдуру,
Кто славы восхотел, кто в сад ушёл...
Остерегайся рыцаря и гуру -
Пусть вывалят все козыри на стол.

До Цезаря Гекубе дела нету:
Суждён ему безвременный уют -
Предательства завистливую мету
Клинком на друге выцарапал Брут.

Хотел бы Юлий вспрянуть и продолжить?
Хотел бы Деций заговор сорвать?
Всё может быть... Лишь одного не может:
Не дай нам Бог предательство прощать.

Ножи на стол - давай без аллегорий:
Архангелов на белом свете нет,
И мало ли чертей на том заборе,
Заладившем своё "Да будет Свет!"



К лицу ли гордому рубаке...

К лицу ли гордому рубаке
Кусать от злобы удила?
Финты секирой после драки -
Для двухкопытного осла.

А жизнь шумит крутым замесом -
Размеренности руша строй,
Ступают пятки ахиллесов
На угли непокорных трой.

Не зная броду - верить всё же,
Что берег с виду только крут,
Что на земле не только рожи -
Объятья радостные ждут,

Что стать приютом для скитальца
Способен зАмок, а не ров,
Что веселей неандертальца
Нескучный самый из веков,

Что есть и Бог - не только Люце...
Не пишут "рыцарь" с буквы "эл"
И, помолившись, улыбнуться,
Идя на собственный расстрел.



Без меня ли, до меня ли...


Без меня ли, до меня ли,
Никуда ли, ниоткуда -
Мир вертелся и покуда,
Дружка дружку дни меняли,

Не гундося манифестно,
Не выкидывая стяга,
Светотенит тилитестно
Равноденствие-бродяга,

Тупоносым бандерлогом,
Лупоглазой барракудой,
Бьёт последнюю посуду,
Не раздумывая много.

Только понт хитрее сабли
И позволено не слишком
Налетать на те же грабли
Кораблям и кораблишкам.

Мудрецам и бармалеям -
Двусторонние медали,
Только зря меня "жалея"
Без меня меня меняли!




Я люблю тебя, слышишь, люблю!

Я люблю тебя, слышишь, люблю!
Моё счастье не предгрозовое,
Небо вспыхнуло звёздным конвоем,
Март на смену идёт февралю.
Я люблю тебя, слышишь, люблю!

Моё счастье не предгрозовое,
Словно раем земной пилигрим,
Восхищаться сложеньем твоим
И шептать твоё имя святое -
Моё счастье не предгрозовое.

Небо вспыхнуло звёздным конвоем,
И в смущенье зарделась луна:
Мы с тобою не пили вина,
Но в единстве растаяли двое...
Небо вспыхнуло звёздным конвоем.

Март на смену идёт февралю
И весна растворится в июне,
Но любовь не останется втуне,
Даже если стремится к нулю -
Март на смену идёт февралю.

Я люблю тебя, слышишь, люблю!
Даже если не стану любимым,
И в пустыне любви пилигримом,
Своё сердце напрасно спалю -
Я люблю тебя, слышишь, люблю!



Помирать всегда не поздно ...

"Лучше поздно, чем рана".
"Век живи, век учись, умным - помрёшь".

(В. Бродский).



Помирать всегда не поздно -
"Лучше поздно, чтоб не рана".
Смерть рубает, как баранов,
Словно ГРАДом в граде Грозном.
Ей, собаке - всюду бяки
Параллельны параллели:
Умирают ли емели
На печи - в своей постели,
Иль по воле командира
В чьём-то брюхе много дырок.
Не хотят питекантрОпы
Ни любви, ни даже мира
Знать, по хоженым, по тропам
(И к земле не стОит ухом)
Потаскает потаскаху
Майна-вира, майна-вира
По нью-йоркам и европам
По рублям, по лари, гривнам,
По долларам - автостопом
Помирать всегда противно -
Мудрецом ли, остолопом

Только Смерть оперативна...





Трагикомическое


Весна не даёт полномочий,
Апрель не даёт оснований:
У девочек юбки короче -
У мальчиков дырки в кармане.

Тепло на душе, да и телу
Зимы надоели лекала -
Простые, как промах Акелы,
Пустые, как радость шакала.

Не шатко, не валко, не гулко -
Не "строя хорошую мину",
Я вырулю из переулков -
Обыденных "минус на минус".

Играть - так играть что есть мочи -
Бывайте, границы и грани!
Не надо на то полномочий,
Не надо тому оснований.



Во времена царя Гороха...

Во времена царя Гороха
(Ни дать, ни взять - текущий век)
Угрюмство - участь кабыздоха:
Don”t worry, mister человек!
Тебя под дых, а ты - доволен,
Тебя под зад, а ты - "мерси"
Мудреной фразой обезболен:
"Не верь, не бойся, не проси!"
Но я боюсь - боюсь до смерти
Убогих истин лагерей,
Но верю и прошу: поверьте
Что жизнь возможна без затей:
Без проститутки-полумеры,
Пустопорожнего "добра",
Без обжирающейся "веры"
Что как История стара,
Без толстозадого обмана,
Без распальцовки "высших лиц":
Боюсь, прошу и верю рьяно
В реальность этих "небылиц!"





Если музыка...

Если музыка - больше, чем вой жреца,
если песня - не девка на подиуме,
и на землю не с тем приходим мы,
чтоб пить воду с её лица,

не понять наших дней отчаянных:
то ли клоуны, то ли монады мы -
мы в стишатах бренчим руладами,
словно ложки в стаканах чайных.

Не серчай друзья ваньки с таньками -
я и сам навиршИл с три короба,
мне такого сейчас коленкора бы,
чтоб катить отсель ванькой-встанькою,

ибо, музыка - больше, чем вой жреца,
ибо песня - не девка на подиуме,
ибо, всё же на землю приходим мы,
чтоб пить воду с её лица.




Человек человеку...

Там, на севере - свара,
здесь, на юге - резня.
Там не знают Омара -
здесь Пикассо - "мазня"

Эй, не хмурься, дружище,
хватит с нас пантомим -
мы ни дружбы не ищем,
ни вражды не хотим.

Человек человеку -
не улыбчивый клерк,
человек человеку -
не среда, не четверг,

ни длинней, ни короче -
Не "волчара", не "брат" -
Просто так, между прочим,
по хребтине приклад.




Робин Гуду Павловскому
(акростих)


Расчесать этот мир,
Обрюхатить нечаянным счастьем!
Босоножки печали
И вдруг - на беспечность калош.
Надпланетный эфир

Грозовой и весёлый отчасти ,
У бесснежья прогалин
Дурачится матушка-ложь:
Ухайдакать себя -

Пусть! Но ближнему съездить по харе!
Артемонство сих бяк -
Валтасару под нью-вавилон.
Лишь бы пёрло ништяк,
Отрывалась, неслась крыш-на-ххаре...
Вот же тоже приснится -
Сну общему, да в уни-сон
Кто там пел, да затих?
Осмотри этот круг “проходимцев”
Мы ведь тоже ”пройдём”,
Узнавая себя среди них...



И у поэтов бывают жёны...

И у поэтов бывают жёны
Ёлки моталки.
Падает Пушкин, Дантесом сражённый,
Что ж вы, наталки...

И Маяковский под строгим конвоем...
Брик или бричка -
Едет-скрипит и заходится воем
Жизнь-истеричка.

Как полиграфы, шуруем по клаве -
Ёмко и терпко,
Только поэзия - это не "Аве",
А иноверка,

Ибо, предложно, что боги предвечны,
Ибо, нелепо-
За пирамиды выплачивать нечем
Аменхотепам.

Эх, за историю рамок и правил,
Войн и войнишек
Только ленивый поэтов не славил -
Выродков нищих.

Брошу стихи, и вымыливать грОши
Стану ковбоем,
Только любимую славить не брошу -
Это святое.



Чего-то хочется такого...

Чего-то хочется такого,
Чтоб в добрых фей поверить снова,
Хотя бы в старую каргу -
Дрянную бабушку Ягу,
Поверить в неидиотизм
Прописанных судьбою клизм,
Поверить в то, что "добрый вечер",
Поверить в то, что "время лечит",
Поверить в три волшебных слова,
Что нету на земле другого.
Поверить только и вздохнуть,
Что веришь хоть во что-нибудь.



Словно султан, выбирая жену из многих...

Словно султан, выбирая жену из многих,
выискать рифму нА "параллелепипед" -
чтобы нежна, ну и дети - пора лепить ведь,
и да помогут строчкам рождённым боги.

Муза с улыбкой посмотрит мою тетрадку:
- "Эх, баламут... где отвага твоя и натиск?
"Нате!" былое - предстало покорным "нате-с".
Ну-ка не хныкать, и выше, дружок, сопатку!

Сказки учёных котов о крылатой дуре,
о неживом венке, балалайке-лире -
Муза у них и не пьёт, и совсем не курит,
и Олимпийцы отправлены петь на клирос.

Вынь бабл-гум изо рта и не вой позорно!
Вплавь, перебежками, рысью, галопом, юзом -
только вперёд, и - ты помнишь - "...от плевел зёрна".
Вечно твоя и навеки с тобою. Муза".





Ночные переговоры с Музой


- Что?! Опять с тоской острожной?!..
Ладно-ладно... заходи!
Ты, подруга, невозможна -
Колокольчик на груди!

А вчера была Принцесса,
Щебетала о цветах...
Ну и кто из нас повеса,
Хохотун и вертопрах?

С чем пожаловала снова?
Да сними ты эту медь -
Что топтаться, как корова,
Колокольчиком греметь!

- Извини, что разбудила,
Я сегодня не своя...
Одному тебе по силам
Спеть про дальние края.

Я сегодня заскучала,
Загрустила о былом
Ты поешь,Тимурчик, мало
И все больше о земном...

- Хочешь чтобы на писульки
Я свою растратил жизнь
И дудел в твои свистульки?!
Брысь, назойливая, брысь!

- Не гляди,Тимурчик волком,
Ты на басенки мастак -
Расскажу тебе я толком
Что, когда, зачем, и как...

- Слушай, чудище с Парнаса,
Мне совсем не до хи-хи
Не нашла другого часа -
"Песни, басни, да стихи"!

Я рифмач, а не лунатик.
Ты мне друг или суфлер?...
- Ладно, ладно, мой касатик,
Бесполезен этот спор.

Ты споешь еще о многом,
Будешь очень знаменит...
- Ну ступай же ради бога!
В голове уже звенит!



С новым...

С неба выкинул тучу
танцор-ураган
и созвездий бессчётных
согнал армаду -
по земле новогодит
декабрь-цыган
тридесятую пляску кряду.
Не беда если недруг
стоит у ворот -
к верной дружбе
порою приводит ругань...
В новый миг, новый час,
новый день, новый год
много хуже, когда
ни врага, ни друга.
Пьём до дна - до неведомых
самых глубин,
до потери ветрила,
руля, апломба -
пусть улыбки
отечественных коломбин
осчастливят
отечественных коломбо.
Говори-говори,
бородач-альбинос -
а куда бы мы делись
с подводных лодок -
будем счастливы, старый,
ага, не вопрос!
Хлопни рюмку с устатку,
продрог небось?
С новым, дедушко,
с Новым Годом!





Дом

Константину Кроитору


Не от печки - от радости пляши
жизнь - не жесть.
Я сегодня открытие совершил:
люди - есть!
О России я думал, рождаясь вкрик и всерьёз:
"Ау-уа!"
Это счастье моё,
это мама моя
меня родила!
Мы попробуем вновь, вперим взгляды ввысь,
и уйдём...
Самой звонкой окажется мысль:
Дом.




Прощание

А знаешь, разлука -
что море, что ветер сирокко -
ни холода слова,
ни жеста, ни всплеска упрёка.
Все реже и реже
бываю свободным и пьяным,
весёлым стаккато,
неспешным, тревожным пиано
свистают наверх,
обрубая концы и швартовы,
и - к берегу, к пристани,
к гавани, стало быть, новой.
Закат за рассветом,
рассвет за цветастым закатом -
ничто не забыто,
тем более - не виновато.


Письмо подруге

Не плачь о том, чего нельзя вернуть,
сверкнув квиточком.
Надеяться - не самый мягкий путь -
езда по кочкам.

Дано ли нам, смягчающим слова,
впадать в унынье?
Не прав твой друг? Возможно, ты права -
кого не клинит?

Не надо плакать... Ты прекрасна так...
не надо грусти...
Душа болит, а это добрый знак -
ещё отпустит...

Бывает, что за многие года,
за лета-вёсны
до смерти исчезаем навсегда
в бедламе косном,

А потому, наверно, я не прав,
и всё иначе:
давай, как пьяницы на брудершафт,
с тобой поплачем.



Утешение

Невесело траве на сенокосе:
Сентябрь её не любит горячо...
Когда-нибудь и к нам заглянет осень,
И, улыбнувшись, тронет за плечо.

Мечтами обезличенные годы,
Уйдут ко дну - уйдут в небытиё;
Ты влюбишься в безветрие свободы,
Забыв, как сон, несчастие своё.

Не верится цветам, таким игривым,
Таким свободным и таким живым,
Что даже солнце может быть фальшивым,
И через миг развеяться, как дым.

Мы чуда ждём, и смотрим всё на двери,
Как в грустные глаза плакучих ив...
Холодный ветер - сонная тетеря
Отшелестит излюбленный мотив,

И на круги своя вернётся странник,
И спросит: "Где избранница моя?
Ответьте! Это я - её избранник..."
И ты ответишь: "Здравствуй... Это я..."




Я азиат с фамилией индуса...


Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,
С раскосыми и жадными очами! ...
1918, Александр Блок


Я - азиат с фамилией индуса
И, стало быть, чутьем не обделен:
Где истина отпраздновала труса,
Кривя душой, брюссельствует "закон".

Который мир "второй", "четвертый", "третий"?
Который Рим на запасном пути?
Метелицей кружится по планете
Истерика, Главврач её прости.

Безумие... Здесь вольному - неволя.
Здесь разум был, да только вышел весь.
И во главе вселенского застолья
Гундосит о любви синьора Спесь.

Кому салют, кому под зад коленом,
По-джентельменски говоря, адью.
Слепая Фе* кривым своим безменом
Хватила и убийцу и судью.

Я - азиат с фамилией индуса.
Я - европеец с именем Тимур.
Вселенная - забавнейшая туса:
Шесть миллиардов типов и натур.

Выпрыгивай из своего салопа,
Указывая пальцем на Багдад,
Суди-ряди, красавица Европа,
Но Азия прекрасней во сто крат.


Фе - Фемида (богиня Правосудия)




Не рыдаешь - не смеёшься...

Если вечность тычет пальцем
В недовольную ухмылку,
Если мордой тычут власти
В заасфальченную гать -
Что разлука для скитальца!
Он любить умеет пылко -
Сопричастие к несчастью
В неумении прощать.

Не рыдаешь - не смеёшься -
Зубоскалишь, словно дьявол.
Кто всегда и всё прощает -
Не испытывал потерь.
Потерял - и сходит ложь вся -
С водопада в бездну сплавал
Из придуманного рая,
Из страны полутетерь.



МИЛИЦИОНЕРШЕ (объяснительная в любви)

Арестуйте меня за незнание правил и норм,
Но готов повторять, что любви неизвестны законы.
Вы прекрасны, миледи... Я, словно мальчишка влюблённый,
Вы прекрасны, синьора, как жаль, что не ваш я синьор.

Отведите меня в отделение для "чудаков",
Тех, кто путы любви называет "великое счастье".
Я неласковым взглядом смущён, и растерян отчасти
Потому непонятен мой слог и слегка бестолков.

Под мундиром казённым скрывается нежная грудь,
Бесподобные бёдра обтянуты форменной юбкой.
Эта строгость, миледи, я знаю, всего лишь скорлупка:
В "равнодушных" озёрах Титаник бы мог утонуть.

Арестуйте меня - я любовью за это воздам.
Жаль, что жизнь у меня лишь одна - я бы все посвятил Вам
Может, именно к НАМ расположены нынче светила.
Забирайте меня, лейтенант, полоните мадам.




Я проспал твою бессонницу...


Я проспал твою бессонницу,
Говоря с самим собой.
Ничего уже не вспомнится -
Я нисколечки не злой.

Торжествую, словно верую -
В Бога, в чёрта, в чёрт-те что -
В то, что жизнь бывает серою,
Но и белою зато.

Я проспал твою бессонницу,
Златоустая моя,
Ничего уже не вспомнится...
"Только ты, и только я...

Только мы, мой друг единственный -
Задыхался я во сне.
Нет другой на свете истины,
Кроме той, что "на коне".

Но в Тебя я верю-верую,
Даже если "на щите",
Даже если высшей мерою
Искромсают на кресте,

Даже если солнце клонится
От заката на восток...
Я проспал твою бессонницу,
Я тебя не уберёг.

Ничего уже не вспомнится,
Ничему уже не рад.
Злобным ворогам отстонется
То, как брёл я наугад,

Бесконечно, страстно веруя,
В Бога, в чёрта, в чёрт-те что -
В то, что жизнь бывает серою,
Но и белою зато.




Пустое...

И мочи нет, и дел невпроворот,
Случается и не такое:
Пришел на кладбище и вспомнил анекдот -
Пустое...

Мой друг крестился из последних сил -
В единого, мол, верим Бога...
И водку наравне со мною пил -
Пил много.

Едва-едва встаем из-за стола,
Друзья навек, и вот те нате -
Хихикает вослед из-за угла
Приятель.

Уместен ли суровый приговор -
Слезинка правды, море фальши,
Я помню сам что слава, что позор,
Что дальше.

И мочи нет, и дел невпроворот,
Случается и не такое:
Лежишь на кладбище и помнишь анекдот -
Пустое...



21-й век


Век - "очко". Везёт же людям!
Я - один из них
Голосит дергач-иуда,
Соловей притих.

Всё прекрасно и спокойно -
"Есть" у всех права.
В ЦДЛ - ведре помойном
Плещутся слова.

Петушится на арене
Постный модернист...
Где же Вы, Сергей Есенин -
"Пальцы в рот, да свист"!

Маяковского сюда бы -
Приуныла б тля,
Но "венчалась роза с жабой" -
Пуля и петля...

Век - очко... Ушли титаны,
Не родятся вновь...
Постоянны обезьяны -
"Кровь-любовь-морковь"

Я такой же современник,
Скромный имярек:
Славы хочется и денег -
Двадцать первый век.



Я ухожу, улетаю...

Спички надежды промокли,
Гаснет любви фитилёк
Многое в жизни я смог ли?
Знаю, что многое мог...

Холод грядущего ранит
Щедрым посулом измен.
Чайная роза в стакане,
Злое убожество стен.

Я увядаю, наверно,
Раз говорю о былом
Счастье моё эфемерно,
Очень реален облом.

Слышишь, моя дорогая,
Радостный крик журавлей?
Я ухожу, улетаю -
Ты обо мне не жалей...



Меня не будет...


Звонки и мысли... Цветы и фрукты... Слова и люди...
Кусочек мира привычно как-то шуршит в пакетах...
Закройте окна! Я ненавижу теперь рассветы!
Ведь в тех рассветах тебя не будет! Тебя не будет...

Зелёная Кошка

www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=127791



Меня не будет таким, как прежде - ничто не ранит:
Всего лишь призрак былой свободы, всего лишь эхо.
Вино в стакане - веселый лекарь - ему потеха:
Меня не будет таким, как прежде, меня не станет.

Словес кудлатых пустые звуки и клятвы хлебом,
Горячий норов брехливой суки - укусы в сердце.
Сними остуду с души наивной, чекушка с перцем,
Гнилые споры, молитва всуе, что пальцем в небо.

Всё очень просто: денёчек ясный - хоть с места в танец,
Ледок по вене - уют нездешний, а так - приятно.
Теперь до фени: поймут ли верно иль вновь превратно -
Меня не станет таким, как прежде, меня не станет.

Звонки и мысли, цветы и фрукты, слова и люди...
Сверкают пятки надежды глупой. С чего бы это?
Не будет ночи, не будет утра - ни тьмы, ни света -
Меня не будет, меня не будет, меня не будет...



Жизнь.


Равнодушные дни и случайные ночи,
И, неслышной походкой, дождь...
Я слыхал, будто ты влюблена в меня очень...
Ах, и сладкая эта ложь.

Кто-то спьяну решил "заболеть" до субботы,
И не спать до шести ноль-ноль,
У кого-то - потери, находки, заботы,
У кого-то - зубная боль,
У кого-то на кухне гудит батарея,
А сантехник - с утра вразнос,
У кого - гонорок, у кого - гонорея,
И кого-то мне жаль до слёз.
Для кого-то остаться собою - роскошь,
Для кого-то дороже чин,
Для кого-то важней одеваться броско -
И на всё муллиён причин...

Равнодушные дни и случайные ночи,
Вместо праздничных дней - среда.
Я люблю тебя, жизнь, я люблю тебя очень,
Но местами и не всегда.



Напиши мне письмо в озверевший от счастья июль...

Напиши мне письмо в озверевший от счастья июль
И поведай о том, что "любовь - это слово такое",
Что быльем поросло, не родившись, укрылось левкоем
И стоит за ценою, как виды видавший куркуль.

Улыбнись моему бестолковому, в общем, письму,
Я отвечу тебе: "Ты оставь эту грусть неземную.
Хочешь, я пропою шесть осанн и одну аллилуйю,
И седьмую бы спел, но, боюсь, это все ни к чему".

Маргарита моя, я отвечу тебе на вопрос -
Даже если без слов, даже если без ласк и улыбки,
В катакомбах любви невозможно пройти без ошибки,
Если это любовь, и тем более, если всерьёз.




Скоморохи, шуты-балагуры, предатели-твари...

Игорю Алексееву в ответ на стихотворение "Грузовые фургоны по крышу заляпаны грязью..." www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=95079


Скоморохи, шуты-балагуры, предатели-твари...
Самой шумной толпе одиночества не закричать.
По запарке смеются и даже грустят позапаре
И Надежда, и Вера, и Люба, и с улицы б**дь.

"Победи свои страхи!.." - кричал допотопный философ.
И продолжить хотел, да его утопили в дерьме -
Мол, не надо ответов - мы не задавали вопросов,
Из невидимых нитей сплетая своё макраме.

Мол, не царское дело - тачать для народа ботинки,
Не холопское право - плевать на ужимки господ,
Разукрашенных в перья, как сверхсовременные инки,
И довольных собою, как пастором верный приход.

Расчлени свою грусть, разбросай миллиард половинок -
Легче ветра, они разлетятся на ост и на вест.
Обними этот мир и люби, как Всевышнего инок,
И жену поцелуй, как целуют послушники крест.



Не проклинай имен и дат...

Не проклинай имен и дат,
Взирая вдаль из-под ладони -
Там над рекою ходят кони,
Грачи на родину спешат -
Не проклинай имен и дат.
Ты помнишь песенку, в ней пелось
О том, как молодость и смелость
Кромсали ледяной Кронштадт -
Не проклинай имен и дат...
Засесть в Сенате довелось?
Эх, зря глядишь ты исподлобья.
А хочешь крови, морда жлобья -
Единовкось единорось.
И в день, когда в кромешный ад
Рука бомжественной России
Усадит твой солидный зад,
Не вспоминай слова лихие,
Не проклинай имен и дат...




" Ушла на базу. Ключ у зама..."


" Ушла на базу. Ключ у зама.
Надежда Софьевна Кураж."...
Ты своенравна и упряма,
Но всё ты дашь, когда поддашь.

Чего уж там... Любить - не строить:
Облом... Облом... Ещё облом,
Но, если вспомнить участь Трои,
Мы замечтательно живём

Не верьте девочки амурам,
Чья кровь - сомнительный купаж:
Стрела Амура - та же дура,
Колчан - дурацкий патронташ.

Лишь миг - и рушатся устои,
Лишь взгляд - и сам себе чужой.
Чего уж там... Любить - не строить:
Ни трус не вечен, ни герой...

"Ушла на базу. Ключ у зама.
Судьба Паскудовна Цейтнот".
Спокойствие гиппопатама -
И будет всё наоборот:

Я стану верить в идеалы,
Возьму билет на боевик,
В котором увалень бывалый
Устроит мафии блицкриг.

А после - снова мелодрама:
Жена закусит удила,
И, как всегда, лишит "стограма"
Пил Пилорамовна Пила...

А я твердил "Любить - не строить"
Облом! Ещё один облом...
Но, вспоминая пламя Трои,
Мы замечтательно живём...



Твоя любовь - нет выше пьедестала!

(Диалог с Любимой. Терцины по образцу "Божественной Комедии" Данте Алигьери).


1. - Безумье - говорить с самим собой.
Где нам искать себя, моя синьора?
В стеклянной безделушке ли слепой -

4. - Пластинке серебра ли, мельхиора -
Не верь, любимый - лишь глаза в глаза:
В них отраженье грусти и задора,

7. - Безмолвный штиль и звонкая гроза,
И настроенья переменный ветер!
Нет! Зеркала не знают ни аза.

10.- Не верь остерегающей примете,
Что взгляд - обман, а зеркала - не лгут,
Что явь - хитро расставленные сети.

13.-"Здесь и сейчас" - любовь мою зовут.
Здесь и сейчас я вижу, мыслю, верю.
Не жалуюсь, и не клянусь, как Брут.

16.- Смерть предвещая загнанному зверю,
За маской дружбы прячет зло оскал.
Лишь в настоящем - будущего мера.

19.- И не в пустом безвременье зеркал
Мы голоса друг друга узнаём,
А не звенящий суетный кимвал.

22.- Иди ко мне, забудем обо всём:
Весна ли за окном, зима настала,
Июльский дождь, сентябрь-бурелом -

25. Твоя любовь - нет выше пьедестала!





Диптих: "Видеть любви торнадо...", "Милый, смешной, бесстыжий"

***
Видеть любви торнадо
в грозных очах богини -
это, наверно, странно,
и говорить смешно:
"Мне ли тебя не надо,
ветреная святыня,
только твоим не стану -
не про меня вино;
Только холсты - безумье,
только глазам нет веры,
Только творец никчёмен,
если творенье - ложь,
Если не я Везувий,
если не ты Венера*,
Если не наши стоны
бросят округу в дрожь...



***

Милый, смешной, бесстыжий...
Водишь по телу взглядом,
словно по ниве - небом,
красками по холсту.
Нет, мы не станем ближе -
не обещай, не надо:
сколько таких у Феба
девочек на версту?
Сколько горячих вздохов
уши твои ласкало,
сколько, скажи, офелий...
и по воде - круги...
Взгляды твои - лишь похоть...
Только и я... мечтала...
Только не надо трелей -
только не лги... не лги...


* В мифологии богиня Венера - жена бога Вулкана.



Московское небо слегка поседело...

Московское небо слегка поседело.
Ноябрь. Двенадцатый час.
Грустить далеко не веселое дело,
Поедем со мной на Кавказ!

В моем Дагестане и горе - не горе,
И камень - бесценный кристалл.
Зеленое море, зеленые горы,
Зеленые сосны у скал.

На миг оторвись от широкой натуры
Своих подмосковных полей,
Взгляни, как танцуют могучие туры
Под песни веселых людей.

Как встретит меня, словно юного бога,
Обычно суровый мой дед.
Старинным вином из янтарного рога -
За здравие тысячу лет.

Московское небо слегка поседело.
Ноябрь. Двенадцатый час.
И жизнь без тебя - невеселое дело.
Поедем со мной на Кавказ!




Славы искать не стану...


"Туша идёт на мясо.
Смелость идёт на рожон"
Евгений Евтушенко. "Черные Бандерильи"


Славы искать не стану -
Смысла не вижу в "бравах".
Сукины дети - "суки".
Блядская морда - "б**дь".
Да! Не уснуть вулкану,
Да! Не остынет лава -
Я - не актёр кабуки,
Легший в тени поспать.

Сиюминутных счастьев,
Предгрозовых свиданок,
Тридцать второго утра
Мнимый восход зачах.
Брат я лишь тем, кто братья -
Близок любой подранок,
Если не Чандрапутра
На боевых слонах.

Фигу любому чёрту!
Каши немало схавал.
Жизни окончил бурсу -
В людях собаку съел.
Если правей по борту
Ждёт-поджидает слава,
Значит, прямей по курсу -
Зависть, сиречь расстрел.



© Тимур Раджабов, 2009
Дата публикации: 03.02.2009 00:32:22
Просмотров: 2185

Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь.
Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель.

Ваше имя:

Ваш отзыв:

Для защиты от спама прибавьте к числу 23 число 19: