Невостребованный подарок
Наталия Кравченко
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 4052 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
В жизни Цветаевой деревья всегда были много больше, чем просто деревья. "Дерева вещая весть!", "Но если по дороге куст…", "Что нужно кусту от меня?", "Потому что лес – моя колыбель и могила – лес…" Подруга Цветаевой Т. Кванина рассказывала, как однажды – это было в 1940-м –Марина повела её через какие-то проходные дворы и закоулки, потом остановилась под тополем и сказала: "Ну вот. Здесь!" Был вечер. Горел уличный фонарь, светила луна, и листья от освещения были серебряными. От небольшого ветерка всё это вздрагивало, переливалось, блестело. Это было прекрасно! "Ну вот" , – опять повторила Марина Ивановна. В голосе её было удовлетворение: она сделала царский подарок. Я вспомнила об этом подарке, когда гуляла с Линдой до 1 Дачной и обратно. Не доходя до аптеки, мы сворачивали направо, где проходит улица Лесная, вернее, крохотный её проулок – метров 100, который обрывается крутым спуском на проезжую часть , а дальше отделен от продолжения улицы всякими трубами и строительными заграждениями. В этом уютном тупичке мы часто с Линдой гуляем. Он очень красив даже днем: по левую руку высотный дом, вдоль которого тесно растут прелестные березки с разветвленными тоненькими стволами и такими кудрявыми кронами, что я всякий раз вспоминаю берёзки Есенина, похожие на девушек. На середине переулочка взору открывается простоволосая красавица ива, полощущая своими длинными рукавами ветвей по земле. ("Простоволосые мои, мои трепещущие…" Потом цветаевская рябина. А дальше начинается настоящее чудо. Но это чудо можно наблюдать лишь вечером, когда зажгутся фонари. Над тополем в самом конце этой аллейки высится фонарь. Я не знаю, в чём тут секрет – в необычной ли окраске серебристого тополя или в освещении фонаря, но когда вступаешь в это световое пространство, ты как будто попадаешь в волшебное царство, в какую-то гофмановскую сказку. Игра света и тени на листьях, таинственные отблески на асфальте. Ты невольно замедляешь шаг, останавливаешься. Любуешься, запрокинув голову. "Таинственна ли жизнь ещё? Таинственна ещё…" (Кушнер). "Дайте тайну, хотя бы одну... Тайну худенькую, босую..." – взывал Евтушенко. Вот она, моя тайна, моя сказка, нежданная радость сердца. Видит ли ещё кто-нибудь это чудо, замечает ли? В этом тупичке редко бывают люди, разве что бомж какой-нибудь забредёт справить нужду, укрывшись за деревьями, да озабоченная мамаша завернёт с детской коляской. Но вряд ли они догадываются поднять глаза к этому фонарю. Меня распирало чувство единоличной владелицы царского состояния, хотелось поделиться с кем-то этим роскошным подарком судьбы и природы. Я вглядывалась в лица прохожих, перебирала в мыслях имена знакомых. "Кому? Кому повем печаль свою?" Печаль – ладно, но кому повем свою радость? Кто способен её оценить, воспринять, врастить в свою душу? Поздно вечером, задёргивая шторы в спальне, я вдруг увидела в окне этот венценосный тополь в бронзовом ореоле нависшего над ним фонаря. Он был довольно далеко от нас, но множество маленьких деревянных домишек не могли его загородить собой, и светящееся дерево возвышалось вдали, ещё более прекрасное и загадочное, чем вблизи. Я пыталась проникнуть в секрет этого волшебства и, кажется, поняла. Фонарь был неисправен: он не то что бы мигал, но, то, прижмурившись, приглушал освещение, то вдруг неожиданно вспыхивал, рассыпая снопы брызжущих искр цвета червонного золота, и в этот момент просто захватывало дух от неправдоподобной сказочной красоты. –Давид, – тормошила я мужа, – смотри скорей, какое чудо, вставай же, погляди на это волшебное дерево! ("Соня! Ну как можно спать!" – поймала я себя на знакомой интонации.) Давид не поддавался. – Ну почему я должен вставать? – отбивался он. – Я так удобно лёг, там холодно. Потом, завтра, утром… – Завтра утром не будет этого фонаря, этого чудного света. И потом, кто знает, что с нами будет завтра... Так этот подарок и остался никому не подаренным, никем не востребованным. "На кой мне черт душа твоя". А в результате и своя тоже. Эту строчку Лермонтова я бы поставила эпиграфом ко всему нашему времени. © Наталия Кравченко, 2010 Дата публикации: 14.11.2010 23:37:09 Просмотров: 2127 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |