Знаев всё знает, или новый Мартин Иден романа Андрея Рубанова «Патриот»
Михаил Белозёров
Форма: Статья
Жанр: Литературная критика Объём: 4732 знаков с пробелами Раздел: "Рецензии" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Михаил Белозёров asanri@yandex.ru Знаев всё знает, или новый Мартин Иден романа Андрея Рубанова «Патриот» Критика О чём роман? Кто не верит в Россию, скатертью дорожка в Калифорнию топиться. Бездарный заказ либералов с претензий на большую литературу, мол, мы даже из говна, пардон, сделаем конфетку. Не получилось. Точнее, получилось всё наоборот. Бездарный текст, с чудовищный языком, словно дурно пахнущий перевод с немецкого. Здесь РЕШ уже перешла все границы разумного. Она хоть читала этот текст? Или решила дискредитировать себя окончательно и бесповоротно, полагаясь на всеядность читателя? Надо соответствовать званию «один из ведущих специалистов в области русской современной прозы». Неужели читатели такие дураки, что не вспомнят притчу о голом короле. Ан, нет, вспомнили. Мало того, говорили об этом автору. Андрей Рубанов молча держит глухую оборону, понимает, что вляпался, уж очень хотелось засветиться на небосклоне русской литературы и стать вне критики, типа заместителя командира разведбатальона клоуна Захара Прилепина, который, чтобы пробиться в литературе, прикинулся евреем – Евгением Лавлинским. Богата русская земля талантами. Совершенно очевидно, что Андрей Рубанов не мой писатель. Для меня текст сухой и плоский. Абсолютно не кинематографический – героев не видно, только – фамилии. Да и сама фамилия главного героя – совершенно не запоминающаяся. Откуда такая фамилия? Очень просто: авторская уловка, если всё время незатейливо напоминать читателю, что Знаев всё знает, то проблема с понятием правды в стране решается в пользу либералов. Этакий нейропрограммистский приём. Неназойливая критика строя и страны в целом. Здесь автор тоже не справился, потому что критика его убогая, называется предмет, но не раскрывается его содержание, выводов не делается. Некая литературная кастрация, сидящая в подкорке: и либералам угодить, и России не насолить. Такая половинчатость сказывается на восприятии текста. С языком автор явно не дотянул. Диалоги ужасные, выполнены топорно – можно было написать лучше, но не хватило таланта. Диалоги – не конёк автора, однако, он начал роман именно с них. Самая же большая ошибка – вялое начало. Автор явно набирает критическую массу ощущений, чтобы от нее оттолкнуться. И всё равно в диалогах появляются подпорки в виде авторских объяснений. Это классический ляпсус, когда автор еще не видит истории своего романа. Второе: запутанность во временах: то настоящее, то прошедшее. А с временем надо быть очень аккуратным. Время в тексте – не главный аргумент стиля, воздействие его на читателя минимально. Уж это надо было учитывать, но Андрей Рубанов об этом не знает. Поэтому нет жесткости конструкции: если уж выбрал настоящее, то надо и писать в настоящем времени, а выпадение из него воспринимается как шероховатость, то есть ошибка стиля. Звучание текста, как плохой перевод с немецкого. А ведь это русский и могучий. Такое ощущение, что автор взял первый попавшийся вариант звучания и принялся его насиловать и тянуть за собой. Писательство – это перебор всяческих вариантов. Мы видим далеко не оптимальный вариант, потому что текст заказной, а не веление души автора, который явно торопится – с плеч долой, из души вон. Отступления, которые должны были по замыслу автор носить характер объемности, не работают из-за того же самого времени и связки с предыдущими событиями, а самое страшное, что автор напрочь не чувствует времени, его знаков и координат. Поэтому отступления «не работают», здесь инстинкт писателя подвёл, а может, его и нет, этого инстинкта, а есть обычное ремесленничество. Самое главное, что завязка отнесена вглубь романа, и долгое и невнятное описание похоже на блуждание в тёмной комнате. Драматургии нет. Может, она появится потом? Я не знаю, я её не нашёл. Перелопатил ради неё полкниги – скучно. А потом сообразил, что завязка состоялась, когда Знаев разорился (не акцентировано). Многие бы так разорялись. А развязка, когда утопился – тоже не акцентировано. Автору в обоих случаях даже не хватило вдохновения «поднять» текст, сделать его ударным. Не прочувствовал, не уловил всё из-за того же характера заказного теста. Это называется ширпотребом и вполне вкладывается в процесс, который происходит с нашей литературой – графоманизации. К чему всё это? Заказ либеральной РЕШ на упадническую литературу, которая призывает не бороться в Донбассе, не бороться за Россию, не бороться за будущее, а удалиться в Калифорнию и утопиться, как Мартин Иден, разочарованный в жизни, вот суть романа Андрея Рубанова «Патриот». Патриот в данном случае – это ренегат в чистом виде. По поводу такие людей во время войны говорили: «Забейся в тёмный угол и застрелились». РЕШ – редакция Елены Шубиной, АСТ. © Михаил Белозёров, 2017 Дата публикации: 17.06.2017 18:57:51 Просмотров: 2535 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |