Марта Миата
Светлана Есиркегенова
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 12567 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Во всем виноват снегопад. Я не поэтесса, но и меня заворожили эти медленные мягкие хлопья. За ночь снег укрыл двор поблескивающим ковром. Мы выглядывали в узкое окошко, поочередно замирая от восхищения. Когда рассвет поднялся над крышами, из-под двери потек жуткий холод. Мне очень хотелось поразмяться, но приходилось терпеливо ждать. А Кэти задерживалась.. Мне подумалось, что она вертится перед зеркалом. Иногда я замечала, как она задумчиво рассматривает себя в моем боковом зеркальце. Интересно, какое зеркало стоит у нее дома. Тем временем становилось не на шутку холодно, я нетерпеливо замялась на своем месте. Ура, за дверью гаража метнулись тени! Прозрачный дымок, сонный двор… Раннее солнце будто подожгло шапку рыжих волос на голове Кэти. Она говорила по телефону и смеялась свободным смехом, пожалуй, слишком громким. Ее беззаботный смех взлетел под потолок разноцветными воздушными шариками, брызнул искрами и посыпался нам на спины. Утро начиналось превосходно. «Ну здравствуй, красавица! Замерзла? Ну ничего, сейчас согреемся,» - вот и сейчас она бросила взгляд в зеркальце. Мне хотелось фыркнуть, но в присутствии хозяйки приходилось вести себя прилично. Под капотом радостно заурчало мое пробуждающееся сердце. В добрый путь! Если вы заглянете в мои документы, сможете идентифицировать меня как спортивную машину марки Мазда, модель МХ5 (таких как я часто называют Миатами). Но Кэти, моя хозяйка и ближайшая подруга, называет меня исключительно Мартой, а иногда даже величает «дамой благородного происхождения». На самом деле без ложной скромности могу признать, что мне не за что обижаться на своего конструктора. Я небольшого роста, средней длины, и отнюдь не мучаюсь проблемой лишнего веса. Мои ушки-зеркальца аккуратны; корпус – изящный, словно летящий; фары искрятся; колеса несут меня весело и послушно. Кэти выкрасила меня в бордовый цвет, салон убрала мягким темно-синим велюром, словом, на славу постаралась, чтобы сотворить из меня настоящую красавицу. Я не очень много помню из того, что было до встречи с Кэти, единственным ярким моим воспоминанием является, пожалуй, автомобильная выставка, на которую меня и нескольких моих соседок отвезли почти сразу с завода. Припоминаю множество странных строений, стоек, фигур из стекла и светлой стали; девушку в ярко-синем костюме, увлеченно нахваливающую меня на разных языках; помню, как удивилась, впервые разглядев свое отражение в одной из зеркальных стенок… А потом появилась Кэти, худенькое двуногое создание с ярко-рыжей шевелюрой. Просто подошла ко мне, положила руку на капот и сказала: «Беру эту машину». Трудно, конечно, точно выразить, какие чувства это вызвало во мне, просто потому то мы, машины, конечно, не имеем человеческих эмоций. Но если бы я была человеком, то момент на выставке, когда я поняла, что именно эта рыжеволосая девушка будет теперь сидеть за моим рулем, - тот момент я бы назвала самым счастливым в жизни. Кэти – журналист, одна из «неуловимых», тех, кто обладают редким даром поспевать всегда и за всем. Во многом в этом ей помогаю я. Все-таки в этом мое основное предназначение. Конечно, в центре города как следует себя показать не удается, но довольно часто нам приходится совершать загородные поездки. Признаться, я подозреваю, что моя владелица не слишком чтит установленные правила, но я все-таки машина, а не дорожный инспектор. Мне не трудно развить скорость под 150 всего за несколько мгновений, и хочу вам сказать – не знаю удовольствия большего, чем этот почти беззвучный полет….. Снова начался снегопад, к обеду он усилился, перерос в легкую вьюгу. Вихри шалили, змеиными клубочками взвивались из-под колес, поземка выкладывала на дороге причудливые узоры. Мы выехали за город. В салоне было тепло, Кэти мурлыкала что-то себе под нос, пальцами правой руки рассеянно постукивала по рулю. Иногда она бросала задумчивый взгляд в зеркало, и в такие моменты мне начинало казаться, что внутри нее нарастает какое-то странное напряжение. Это было необычно, ново, никак не вязалось ни со снежным утром, ни с солнечным запахом кофе, будто капающим с ее волос. Если бы я могла пожать плечами, как иногда она сама делает… Но мы молча продолжали скользить по плавной заснеженной линии шоссе. Впрочем, вскоре остановились. Я с удивлением вглядывалась в окружающую меня местность, здесь мне не приходилось бывать. Аккуратная маленькая улочка, сплошь укрытая пушистыми еловыми ветками, двухэтажные домики – словно усаженные на грядку кустики земляники…. Стоп, откуда земляника… Зима… А ведь снег похож на сахар… Засахаренная земляника, ароматная, праздничная… Положительно, Кэти слишком часто оставляет радио включенным на литературной волне, отсюда и мои познания, может быть, и вовсе бесполезные для спортивной машины… Кэти посидела немного, вглядываясь в окна дома, около которого мы припарковались. Невыразимое чувство тревоги нарастало. Наконец, она решительно вышла, хлопнула дверцей (сильно, но все же не так бодро и весело как всегда) и почти бегом поднялась по ступенькам, ведущим к двери. Было не заперто, она повернула ручку и вошла, как-то необычно тихо… Мда, что же происходит. Радио привычно бормотало, но мне не хотелось его слушать. - И вот так всегда, мы стоим и ждем их, пока они решают свои проблемы, - скрипучий голос сзади. Я покосилась на зашторенные окна – никто меня сейчас не видел, и я позволила себе слегка развернуться. Сзади меня была небрежно припаркована старая Тойота. Одним глазом она почти ничего не видела перед собой, зато во втором еще пульсировали смутные отблески. Честно сказать, хотя Тойоты и являются моими соотечественницами, я их недолюбливаю – слишком уж они много о себе воображают. Но стоявшее передо мной четырехколесое явно пробегало не одну тысячу километров, повидало немало владельцев, словом, ко мне обратилась довольно пожилая дама, а я уважаю старших. Поэтому я почтительно промолчала, слегка развернув ушки. - Да-да, люди думают, что им известна преданность, гордятся своей человеческой дружбой… Они встречаются с себе подобными, расстаются с ними, ссорятся, мирятся, не оказываются рядом с кем-то в нужный момент, а потом доживают свою жизнь с чувством вины. Они утопают в своих бесконечных проблемах и никогда, никогда не видят того, кто остается с ними рядом…Кто всегда ждет их за дверью… - Моя хозяйка меня очень ценит, она заботлива и внимательна, - вежливо возразила я. - Да, такие встречаются, но редко, их искренность проверяется только временем… Впрочем, ты молода, и ты из миат – этих легкотелых весельчаков.… кх-кх! – Тойота закашлялась – Да, хорошо, если хозяева не забывают тебя неделями где-нибудь на этих ужасных стоянках и стройках и возле обшарпанных… кх-кх!!... домов… В этот момент где-то неподалеку хлопнула дверь, мне пришлось резко развернуться, и мы замерли, больше не проронив ни слова. Кэти задержалась надолго, начинало темнеть. Наконец, дверь почти беззвучно выпустила ее в морозный фиолетовый вечер. Будто невидящая, наощупь открыла дверцу и села внутрь. Я почувствовала, как она дрожит. Замерзнуть на улице она не успела, причина была в чем-то другом, но всем свом механическим нутром я поняла, что никогда этой причины не узнаю. Мы отъехали немного вперед и остановили под ветвистой сосной, почти укрывшись в ее белых пушистых лапах. Прошло несколько минут. Кэти не спускала глаз с зеркала заднего вида. Вскоре под чьими-то торопливыми шагами проскрипел снег. По улице почти пробежал человек в коричневом пальто и скрылся за поворотом. Кэти проводила его совершенно растерянным взглядом. А я его узнала. Конечно. Это был Михель. Парень в нелепом коричневом пальто, высокий, неуклюжий, он прихрамывал на левую ногу. Один раз мне пришлось терпеть его с своем салоне. Лично мне это не принесло никакого удовольствия, а вот Кэти, помню, была несказанно рада. Они торопливо и взволнованно говорили о чем-то, бесцельно и будто бесконечно кружили по городу, иногда останавливаясь возле маленьких кафе и магазинчиков. Впрочем, в тот вечер я не прислушивалась к их разговорам, мои мысли были заняты другими событиями. Накануне погибла Лайна….. Вечерами Кэти оставляет меня на крытой стоянке возле дома. Кроме меня там ночуют еще несколько машин. Летом нас помещают в открытые гаражи, зимой – в один большой закрытый. Мы остаемся запертыми на всю ночь и можем неторопливо общаться друг с другом. Из постоянных обитателей – немнгословный и сдержанный джип Инфинити Фабиан, старенькая добросердечная Ауди Аида, рисковый эгоист БМВ зед-третий Эдуард, рассеянный Митсубиси Эклипс Томас и еще Лайна. Я, кажется, уже говорила, что недолюбливаю Тойоты. Лайна же была объектом моей особой нелюбви. Впрочем, не только моей. Безусловно, эта Селика* черного цвета была очень хороша собой. И это не шло ей на пользу.. хмм… скорее, наоборот. Лайна воображала себя невесть чем, королевой стоянки, городской принцессой, прима-, мега- и супер- всем. Словом, тщеславное было четырехколесое, невероятно настырное и заносчивое. Постоянно приходилось слышать, что мы и в подшипники ей не годимся… Особенно гордилась Лайна своей «кошачьей грацией». Боюсь, никто из нас бы в полной мере не понял бы этого мудреного определения, если бы по ночам к нам не повадилась ходить дворовая кошка. Пушистая гибкая красавица, было невероятно наблюдать, как она повелевает своим телом, выгибаясь как душе угодно, протискиваясь в самые узкие щели. Лайна наблюдала за ней своими узкими прищуренными фарами и довольно урчала. Пожалуй, в ней действительно было нечто кошачье. Ее хозяином был мрачный, худой юноша, всегда одетый в темную одежду, распространяющий вокруг себя запах дорогих сигарет, денег, странных мыслей и беды. Он приходил на стоянку очень рано и уезжал молча, стремительно. Возвращались они всегда далеко за полночь, он оставлял Лайну в гараже и исчезал также тихо, словно тень. А в ту ночь они не вернулись совсем. Утром гараж был затоплен взволнованными голосами, хозяева сталкивались взглядами и начинали говорить, жестикулировать, покачивать головами. Мы притихли. Оказалось, вледелец Лайны был сыном известного в городе юриста. Говорили что-то про наркотики, плохую компанию, несчастную любовь... Ночью он вылетел с центрального моста прямо в реку. Лайну погубила черная вода, спящая под мостом. А нас погубил снегопад… Мы еще долго стояли в объятиях дремлющей сосны. Глаза у Кэти покраснели. Не знаю, кем был Михель и что для нее означал его бег по сонной зимней улице. Невольно мне вспомнился странный монолог старой Тойоты. Все же постепенно Кэти перестала дрожать и медленно вывела меня на дорогу, уже совсем темную. Снегопад превратился в сплошную завесу. Шоссе было пустынным. Заработали мои дворники, тугие конусы желтого света из моих фар пронзали зимнюю темень. Кэти отключила радио, мы ехали молча. Завораживающая зимняя сказка прервалась неожиданно. Впереди что-то метнулось – глупо, нелепо, наискось; с глухим тяжелым стуком я приняла на капот странный трепещущий предмет, ощутила удар в лобовое стекло, при этом одновременно ощущая, как Кэти неистово давит на педаль тормоза. Грохоты, скрипы, визг, напряжение моих тормозных колодок, высокий сдавленный крик Кэти – все это взвилось надо мной подобно ядерному грибу, а потом неожиданно стихло. Повисла жуткая тишина. Только через некоторое время в глубине этого безмолвия стал зарождаться какой-то невнятный звук, он быстро нарастал и становился громче. Отчаянно отплясывало полубезумный танец человеческое сердце. Кэти стрелой вылетела на заснеженное шоссе, и замелькало, замельтешило в упрямом свете фар – снег, ее спина в черном пальто, отлетающий голубой шарф, растрепанные волосы, вновь – снег, отчаянные взмахи рук, ее спина, снег, и вдруг – алые пятна…. И все это старательно засыпает упрямый снегопад….. Я понуро стояла на обочине. Кэти медленно села, не прикрыв дверцу. Губы ее странно кривились. Долгий гудок, словно протяжный вопль – она уронила голову на руль и разрыдалась: «Его не должно было там быть, не могло быть, откуда, почему???!!!!!!!» И вдруг сипло: «Марта, я убила человека…убила, понимаешь, убила навсегда, Марта, я его убила…..» Громкий, оглушительный шепот, непрекращающийся, невыносимый… Снег усиливался. В гаснущем свете моих разбитых фар стыли осколки, словно горсть безответных вопросов; словно напоминание о городах, в которых я никогда не бывала; словно злая насмешка над оборвавшейся жизнью… * Mazda МХ5 (Мiata) - один из популярных спортивных купе-кабриолетов от производителя Mazda, выпускается с 1989 г. * Селика (Toyota Celica) - спортивное купе от известного автопроизводителя Toyota Motor Company © Светлана Есиркегенова, 2009 Дата публикации: 16.01.2009 07:34:59 Просмотров: 2160 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |