Полет наяву, как во сне
Олег Котляревский
Форма: Миниатюра
Жанр: Просто о жизни Объём: 8114 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Дождь начался засветло, и мы проснулись под частую дробь капель по подоконнику. Открыв глаза, ни ты, ни я не ощущаем той ясной свежести на душе, которая обычно появляется после мощного и радостного, словно Первый концерт Чайковского, неистового летнего ливня. Сегодняшний дождь, появившийся на свет в середине ноября, совершенно непохож на своего буйного старшего брата. Он сыпет скупо, мелкими, еле видимыми в лучах еще непотушенных фонарей каплями, и в этом ощущаются старческие черты, присущие этому осеннему ребенку, несмотря на его совсем молодой возраст. Переход ото сна к бодрствованию сегодня, как и всегда, заполнен рядом привычных действий, которые мы с тобой выполняем каждое утро. Смываем с лица остатки ночных снов, приводим себя в порядок и хотя бы слегка перекусываем в дополнение к любимой чашке горячего кофе. Все эти действия выполняются обычно на автомате и поэтому не требуют вмешательства разума, зато хорошо отвлекают от происходящего за стенами нашего дома. Но вот ты допила последний глоток, наша беседа внезапно оборвалась и тут же растворилась в тишине, заполненной перестуком дождя за окном. А вместе с ним в нашей кухне повеяло сырой прохладой, несмотря на робкое и скупое, как обычно, тепло батарей. Ты встаешь, зябко подернув плечами, подходишь к окну и замираешь. Ты стоишь спиной ко мне, но я по отражению в стекле вижу, что ты скрестила руки на груди, словно пыта-ешься защитить остатки душевного тепла от леденящего дыхания осеннего дождя, легко проникающего даже сквозь плотно закрытое окно. Я замечаю, как уголки твоих любимых мной губ грустно опустились при виде низких серых туч, ползающих неслышно по жирно блестящим крышам домов. Не вызывает прилива радости и вид совершенно лишенных цвета луж, раскиданных во дворе, по которым ветер гоняет мелкую рябь и срываемые с деревьев последние листья, напоминающие о лишь недавно сверкавшем солнечным светом и лазурью неба лете. Я встаю, подхожу и нежно касаюсь твоих по-женски податливых плеч. С удивлением чувствую внезапную дрожь, прокатившуюся быстрой волной по телу, словно ты была сейчас не здесь, где-то очень, очень далеко отсюда… - Не грусти, любимая, – говорю я. – Ты же знаешь, что этот дождь — не навсегда. Он пройдет. Он обязательно пройдет! - Я знаю… – почему-то шепчешь ты, хотя ни один из миллиардов людей, живущих на свете, не может нас сейчас услышать. Ну, если только очень любопытная соседка, да и то при наличии соответствующей техники. – Я знаю это умом. - А вот здесь… – ты касаешься рукой места на своей груди, где под тканью и кожей у тебя бьется сердце. – Здесь я чувствую, как эти ледяные тучи вытягивают из меня последние остатки тепла. И с горькой усмешкой добавляешь: - Ведь ты же не хочешь, наверное, чтобы я сейчас, на твоих глазах превратилась в Снежную королеву? - Нет, любимая! – говорю я, даже и не пытаясь скрыть охватившую меня нежность. – Осени не удастся остудить твою душу. Я согрею тебя! И солнце поможет мне. - Ты можешь разогнать вот эти тяжелые, словно свинец, тучи? – не с удивлением, а скорее с иронией спрашиваешь ты, заранее зная ответ. - Нет, – откликаюсь я, – этому я пока не научился. - Ну, тогда – тем же тоном говоришь ты – сейчас ты, наверное, бросишься к телефону заказывать билеты на самолет куда-нибудь в теплые страны, где еще не рвутся снаряды и не сбивают самолеты? - Родная моя, я слишком сильно люблю тебя, чтобы поставить под прицел террористов, захлебывающихся в своей ненависти к людям. - Да и зачем нам эти костыли в виде самолетов – продолжаю я. – Сейчас, прямо сейчас ты увидишь солнце! Только не бойся. Не бойся со мной ничего, слышишь? - Но тогда… – удивленно шепчешь ты. – Я ничего не понимаю… Как же мы сможем?! - Сможем! – уверенно говорю я, повернув тебя лицом к себе и глядя с любовью в твои глаза. – Ведь ты еще летаешь во сне? - Да, – смущенно, словно это вынуждает признаваться в чем-то постыдном, говоришь ты, отводя взгляд. – Но теперь очень редко. Очень. - Отлично! – говорю я. – Значит, у нас есть шанс. Крылья твоей души еще в силах под-нять тебя. - А теперь, родная, представь, что все это, – я провожу рукой вокруг нас – ты видишь во сне. - И тебя?! – спрашиваешь ты удивленно. - И меня тоже. Все. Будто ты не просыпалась и все еще спишь. - Зачем? – удивленно говоришь ты, недоуменно глядя на меня. - Потом ты все поймешь, любимая. Но так тебе на первый раз будет легче. А сейчас делай все так же, как и во снах, – отвечаю я. Ты поднимаешь ко мне свое лицо и робко заглядываешь в мои глаза, как бы проверяя, не шучу ли я. Увидев, что я произнес эти слова совершенно серьезно, ты тихо говоришь: - Я попробую, милый. Я постараюсь. Твои ресницы медленно прикрывают глаза, и некоторое время ты молчишь. Потом с твоих губ срывается радостное: - Любимый, кажется, у меня получилось! - Ты у меня молодец, славная моя женщина! – с любовью говорю я. – А теперь… дай мне твою руку. И расправляй свои крылья. Мы – взлетаем! Я ощущаю, как твои пальцы вздрагивают, когда мы медленно отрываемся от пола и плавно выплываем через оконное стекло в бесконечный, серый и тоскливый ноябрьский дождь. Ты вновь вздрагиваешь, уже всем хрупким телом, ощутив влажное и холодное дыхание Осени, наполненное запахом увядания и грусти. - Не бойся, любимая, – говорю я тебе. - А я уже и не боюсь, – отвечаешь ты. – Мне так нравится летать! Я страшно соскучилась по неповторимому, потрясающему чувству полета. И я всегда так жалела, просыпаясь утром, что его можно пережить лишь во сне. Мы поднимаемся над нашим домом, который на глазах уменьшается до размеров спи-чечной коробки, и входим в тучи. Промозглая, липкая сырость окутывает нас старой, застиранной тряпкой, словно пытаясь удержать в своих путах. Но мы неуклонно набираем высоту и наконец… Наверное, всем, кто взлетал на самолете в пасмурную погоду, знакомо ощущение свободы, счастья и света, захлестывающее душу при выходе лайнера из облаков. Попытайтесь же хотя бы представить себе, насколько сильнее и богаче это чувство, когда ты находишься вне металлической, наполненной гулом двигателей трубы с крыльями. Неизмеримо богаче и ярче! Я громко говорю тебе: - Любимая, посмотри вокруг! Ты поднимаешь ресницы и… невольно вскрикиваешь от непередаваемой словами голу-бизны чистого неба над головой, ярких, ласкающих теплом лучей солнца и ровного, бело-серого, без единого просвета, бесконечного поля облаков под ногами, раскинувшегося до горизонта. - Неужели только что были дождь, холод и грусть! – в удивлении, еще не веря глазам своим, восторженно говоришь ты, и слова твои легко и звонко рассыпаются по наполненному первозданной тишиной поднебесью. – А здесь… Какое это счастье! Любимый, какое это счастье! Легко и свободно, словно птицы, мы парим с тобой в бескрайней синеве, то забираясь в невероятные высоты, то скользя прямо над облаками, чуть ли не касаясь их. Ты громко, счастливо смеешься, осторожно и бережно трогая их, словно боясь испортить невероятно белоснежную чистоту. Всесильное внизу Время здесь теряет свою власть над нами, и мы перелетаем от одной гряды к другой, потеряв счет счастливым минутам. Но нельзя бесконечно оставаться нам за облаками, поскольку мы не птицы, а обычные земные люди. Да и птицы не могут без земли, ведь только на ней они могут выводить своих птенцов. Мы неохотно опускаемся, с грустью расставаясь с сияющим солнцем и бездонным небом. Вновь зябко поводя плечами, проходим сквозь темно-синюю массу туч и возвращаемся в нашу скромную квартиру. И вот ты вновь стоишь у окна, и мне кажется, будто ничего не изменилось: за стеклом мягко стучит все тот же дождь, выбивая свою бесконечную и грустную песню. Но когда ты поворачиваешь ко мне лицо, я вижу твои невероятные, потрясающие глаза, из которых льется небесная голубизна. И она стремительно наполняет наш дом радостью жизни, счастьем полета и чувством безграничной свободы. Глядя на тебя такую, обновленную, я неожиданно понимаю, что ты уже не та, которой была утром. Ты обрела крылья, не призрачные, а настоящие, а вместе с ними – и Свободу. Свободу быть собой. Ведь это ее свет преобразил твой такой знакомый и милый взгляд. И еще я сознаю, что еще больше люблю тебя! © Олег Котляревский, 2016 Дата публикации: 27.08.2016 07:35:22 Просмотров: 1649 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |