А стихи - это то, что стихийно...
Наталия Кравченко
Форма: Цикл стихов
Жанр: Философская лирика Объём: 113 строк Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
*** Сорвалось с языка — не поймаешь, как какого-нибудь воробья. И сама потом не понимаешь, ну зачем это ляпнула я? Не сдержалась — и нет мне покоя. Буду впредь молчаливее рыб! А стихи — это нечто другое - помраченье, наитье, порыв... Будьте сдержанны в жизни цивильной, придержите любовь или злость. А стихи — это то, что стихийно. То, что с сердца сейчас сорвалось. *** Лебеди вы мои адские, мой лебединый стан: Рильке, Блаженный, Анненский, Хлебников, Мандельштам... До ваших перьев падкого, - взвившихся в небосклон, - вам от утёнка гадкого через века - поклон. Я обожаю каждого. Чувствую неба вкус. Как я всегда их жаждала, этих волшебных уз! И, захлебнувшись в лепете, пробую голосок... Белые мои лебеди, киньте перо с высот! *** Писать безудержу не лень же, но — говори — не говори - всегда слова на номер меньше, чем настоящее внутри. Ты прав, навеки прав был, Тютчев, мысль изречённая бледна. Как это мучит, мучит, мучит - невысказанное сполна. Слова — за пазухой лисёнком - мне душу раздирают в кровь. А если вырвется бесёнком - то вновь оно не в глаз, а в бровь. О слов безудержная нежность, неизречённость бытия! Несбыточность и неизбежность. А между ними — жизнь моя. *** Как бы жизнь ни точила резцов, суетнёю мышиной ни грызла, - я живу, улыбаясь в лицо тупорылого здравого смысла. Постигая секреты пружин, что владеют, незримые, вами, прищемила не палец, а жизнь, и теперь истекаю словами. Чтоб ими растапливать лёд, добавляя то соли, то перца, ускоряющих бег и полёт низкокрылого вашего сердца. Старые поэты У обречённых на старость поэтов нет утешенья терновых венцов, вздохов поклонников о недопетом, прерванном лезвием или свинцом, слёз сожалений толпы над могилой - ах, как он молод, как рано ушёл! Образ, легендой овеянный, - милый, ибо о мёртвых — всегда хорошо. Им так бессмертно средь мифов, сонетов, гибель во цвете — красна на миру... У обречённых на старость поэтов - участь забившейся крысы в нору. Им одиноко, бесславно, бессонно ночи свои коротать за столом. Призрак Альцгеймера и Паркинсона их караулит за каждым углом. Только они лишь остались на свете. Пишут и пишут дрожащей рукой... Быть им в ответе за всё на планете и защитить нас чеканной строкой. *** «Ты краски дал, что стали мне судьбою!» - воскликнул в небо некогда Шагал. Там с розовым мешалось голубое... И он шагнул в открывшийся прогал. И две души, что вырвались из мрака, взметнулись ввысь, соединясь в одно. Все тайны, что открылись взору мага, он перенёс тогда на полотно. И охрою окрашивались тучи, на лужах серебрился блеск зеркал... Как сказочно звучит, как сладко мучит волшебное созвучие: «Шагал»! Не красками рисунок тот, не тушью... Он был его посланием богам. О как бы так суметь пришпорить душу, чтобы влекло её вослед слогам по шпалам, бездорожью, безвоздушью - как он тогда в бессмертие шагал! *** Луна или жизнь на ущербе? О, только себе не соврать. И месяц, как маленький цербер, мою караулит тетрадь. Охота поплакаться Музе, но тщетно молю я: «Сезам...» Мы жаждем не истин – иллюзий, что нас вознесут к небесам. Но корчится в муках Россия, но где-то стучат топоры... Поэзии анестезия спасает меня до поры. © Наталия Кравченко, 2016 Дата публикации: 29.03.2016 18:28:24 Просмотров: 1494 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |