Бывшие деньги бывшей страны (преданным ностальгатерам посвящается)
Ара Багдасарян
Форма: Статья
Жанр: Историческая проза Объём: 10735 знаков с пробелами Раздел: "Статейки" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Раньше и еда была вкуснее, и трава зеленее, и уверенность в завтрашнем дне (то есть, надо понимать, в сегодняшнем) достигала алмазной твердости. По сравнению. с пятидесятыми годами в семидесятые жить было лучше, жизнь становилась все веселей... Говорят, ностальгия – одно из самых приятных занятий. Не знаю. Сам терпеть не могу. Ностальгия, уж извините, сильно смахивает на этакую духовную мастурбацию. Возможно, мне так только кажется. Возможно, у меня патология такая. Никогда не любил и сейчас не люблю прошлое. Точно – патология! Как же не либить? Ведь оно (прошлое) такое... Такое... Такое-растакое! Впрочем, большинству очень даже нравится вспоминать былое, большинство считает, что это сейчас – так себе и даже очень плохо, а раньше было совсем наоборот - очень даже хорошо. Раньше и еда была вкуснее, и трава зеленее, и уверенность в завтрашнем дне (то есть, надо понимать, в сегодняшнем) достигала алмазной твердости. Как можно не любить прошлое?! Патологический тип! Сначала история, которая подтолкнула к написанию нижеследующего текста. Недавно на остановке ко мне подошел средних лет человек и спросил, на какой транспорт сесть, чтоб доехать куда ему надо. Я ответил – штук пять номеров маршруток его могли довезти. Но, оказывается, у этого человека, кроме потребности в информации, имелась желание поностальгировать вслух. Видимо он давно ко мне присматривался и решил, что я – как раз то, что надо. «Эх, помнишь в советские времена?», - доверительно начал он, произнеся кодовые слова «советские» и «помнишь», - «Икарусы» чередой, один за другим подъезжали к остановкам! Вот хорошо-то было!» Я аж содрогнулся, вспомнив советских времен общественный транспорт. Уж что-что, а транспорт... Помним, помним, а как же! – пару раз на волосок от неминуемой гибели был, когда висел на подножке лопающегося от переизбытка пассажиров автобуса. Особенно зимой – чисто каскадерское удовольствие. В Ереване (да что там, на всем советском пространстве, кроме разве что Прибалтики) с общественным транспортом было невыносимо плохо всегда! А он (человек на остановке) с такой любовью вспоминает. Известно, не общественный транспорт помнит, а собственную молодость. Плюс нынешнюю несостоятельность. Что поделать? НОСТАЛЬГИЯ! Хотя, наверное, он и слово такого не знает. А ностальгирует взахлеб. А давайте мы и мы вспомним – для начала советские... деньги, наши серпастые-молоткастые-ильичево-кремлевские бумажные банкноты. Красивые такие, с безумной покупательной способностью. Поехали. 1 рубль (рупь): - 33 стакана газировки с сиропом. Еще и копейка останется – можно дополнительно выпить стакан газировки без сиропа! Граненные стаканы в автоматах – микробистые донельзя. Приличные граждане с собой имели пластмассовые стаканы «Привет из Ессентуков!». - 50 звонков из телефона-автомата. Конечно, не совсем так – в идеале 50, а в реале каждая вторая двушка бессовестно проглатывалась уличным таксофоном. Но штук 20-30 звонков – это вполне. Правда, этот самый рупь еще разменять надо было соответствующим образом – отдельная задачка. - 100 коробков спичек. Что верно, то верно. Спичек было много и дешево, а главное: а) спички были не в дефиците, б) спички детям не игрушка. Причем, спички входили в джентльменский набор запаса на все случаи жизни – еще соль, сахар и проч. Я знал человека в семидесятых, который пользовался спичками закупленными еще во время Второй мировой! - 2 буханки белого хлеба (по 900-1000 граммов!) Тоже верно. Да, хлеб чаще всего наличествовал! Правда, со зрелищами была определенная напряженка. Прямые трансляции съездов КПСС – не в счет. Это сейчас – зрелище, а тогда была постылая реальность с голубого экрана. Да и, если честно, и хлеб не всегда наличествовал. По столицам национальных республик – да, в магазинах Москвы и других крупных городов – тоже да, а в остальных местах – черт его знает. По-моему – ох, не всегда. - 7 пачек овальных сигарет «Прима». Точнее, безнадежно овальных. Поганое было курево. Махра – и та лучше. Капля никотина, выцеженная из «Примы» - оружие массового поражения! Не лошадь убьет, а табун лошадей! Разумеется, на фоне «Примы», «Аврора» - вне конкуренции. Это уже похоже на товар народного потребления. Имеется ввиду «Аврора» - не легендарный крейсер, и даже не древнегреческая богиня утренней зари, а сигареты без фильтра за 14 копеек. - Стоимость плохонького суточного койко-места «дикарем» в курортный сезон на юге. Когда говорим «койко-место», имеем ввиду койку с местом под ней. И больше ни-че-го! Даже отхожее место... Отошел - вот тебе и место. Да, за серьезные деньги можно было устроиться чуть ли ни с европейским комфортом. По советским, разумеется, меркам отдыха и вообще – стиля проживания. Серьезные деньги – это, например, три рубля в сутки. Кстати... Три рубля (трешка): - Обед в ресторане на одного. Ну, ресторан – это так называлась забегаловка-закусочная с плюшевыми шторами. Как бы то ни было, ресторан так ресторан. Но, естественно, днем и, разумеется, без алкоголя. Первое – суп, второе – биточки (жизнью битые) с макаронами, третье – компот из сухофруктов. Вечером – другое дело. Вечером биточки превращались в шницель, макароны в жареную картошку, а стол дополнительно украшало колбасное ассорти ( как то: колбаса докторская, буженина застарелая, сервелат вожделенный). Плюс водка, плюс лимонад «Буратино», минус компот из сухофруктов, плюс ВИА (вокально-инструментальный ансамбль) ресторанного пошиба – танцы-шманцы-прижиманцы, минус содержимое кошелька, минус позже содержимое желудка (если водку с пивом мешал), минус репутация честного социалистического труженика. Весело. - Хорошая книга. Дрянную книжонку можно было и за 10 копеек купить или на свалке подобрать (если находились таки извращенцы), а нехорошую книгу ни за какие деньги невозможно было достать. Более того, за нехорошую книгу обладатель мог загреметь на хороший срок. Так что, в тогдашних условиях, «хорошая книга» - не запрещенная, но чрезвычайно дефицитная литература. - Кукла или другая простенькая игрушка отечественного производства. Кукла, естественно, - не «Барби». Нечто максимально головастое, вроде как девочка или даже, прости Гсподи, девушка, но, конечно, даже без намеков на вторичные половые признаки. В Советском Союзе придумали третий пол – кукла. Другая простенькая игрушка – например, пластмассовая модель автомобиля «Москвич». Колеса крутятся, все остальное – одним куском. Впрочем, прототип модели был ненамного лучше. Разве что, кроме колес, еще и руль крутился. Со скрипом. - Пачка импортных сигарет. Перефразируя: дым не своего отечества нам особенно был сладок! Импортные сигареты курились не в обычном для курильщика режиме, а только в присутствии лиц противоположного пола. С целью... Понятно, с какой целью. Человеку, курящему импортные сигареты, казалось, что у него в руках тлеет не бумажный цилиндрик набитый засушенной травой, а выгорает сама купюра достоинством три рубля. Что поделаешь – эта цель оправдывала пущенные на ветер средства. Пять рублей (пятак): - Килограмм говяжьей вырезки на рынке или два кило в магазине. На рынке – да, в магазине - если, конечно, повезет. И не вырезку, а что попроще, с костями. И не мясо с костями, а кости с налетом мяса. - Бутылка водки с неплохой закуской. Либо водка за 3.62 и закуска на 1.38, либо водка за 4.12 и закуска на совсем уж хилые 88 копеек. Впрочем, понюхать обшлаг засаленного пиджака можно было совсем уж бесплатно. - Примерно месячная квартплата на семью. В эту сумму обходились и телефон, и электричество, и газ, и отопление, и даже плата за пользование радиоточкой (1 рубль в год!) – слушай гимн по утрам и пионерскую зорьку непосредственно после. В общем, сколько заплатил, столько же удовольствия и получил. Круглосуточно бубнящее радио именно на рупь в год и тянуло. - Килограмм очень хороших конфет. Московских! Кондитерской фабрики «Красный октябрь»!! Ооо!!! И «Бабаевская фабрика» - это было что-то! Говорят, раньше шоколад был настоящий, а теперь не то. Не знаю. Вообще-то, у так говорящих раньше вкусовые рецепторы были помоложе – помогали ощущать всю прелесть коричневого лакомства, а теперь рецепторы постарели, потеряли былую чувствительность. Наверное. Десять рублей (червонец): - Сумма, которую не стыдно занять до получки. Кстати, она же – о которой не стыдно напомнить занявшему. А вот что купить можно было... В общем, что-то из предыдущих наборов, но в двойном, тройном или десятикратном размерах. Например, десять тысяч коробков спичек... Хотя нет, кое что тянуло именно на червончик. Например... - Огромная палка дорогой кооперативной колбасы. Немногочисленные наши туристы рассказывали взахлеб о тридцати(30!) сортах колбасы в западных универсамах. В СССР колбаса существовала двух видов: та, которая иногда была в гастрономах, и та, которую можно было достать из под полы к Новому году за бешенные деньги. А 30 сортов – это казалось чисто капиталистическим извращением. Верный показатель загнивания и скорого обращения в прах. - Запас сигарет с фильтром на весь месяц. Разумеется, сигареты не фирменные, а отечественного производства. Тянем-потянем... Не будем живописать их качества. Двадцать пять рублей (четвертак): - Билет на самолет местных авиалиний. Местные авиалинии - это когда летишь вперемежку с мелким рогатым скотом на Ан-2, или (максимальный комфорт!) – на Як-40 (до того Ил-14) вперемежку с себеподобными бедолагами. - Кутеж «по полной программе» в ресторане. Во-первых, 25 р. хватало на одну кутящую единицу. Во-вторых, «полная программа» предполагалась не такой уж полной, но, впрочем, достаточно насыщенной. - Услуги дорогой путаны. No comment. Пятьдесят рублей (полтинник): - Подростковый велосипед. «Школьник» - да, «Орленок» - может быть, а «ХВЗ» (Харьковский велосипедный завод) за пятьдесят рублей – врешь, не купишь! Хотя, конечно, ХВЗ – не подростковый велосипед, а предназначен был для сельских почтальонов. - Маленькая пенсия. Маленькая – не маленькая, а как-то просуществовать было возможно. С трудом. Но можно. Но с большим трудом. Но... - Большая стипендия студента-отличника. Большая, конечно, но обычная стипендия была меньше всего на 10 рублей. Но и на нее можно было прожить. Но с еще большим трудом. Но... Сто рублей (стольник): - Билет на самолет в Москву (туда и обратно). Вообще-то из Еревана билет в один конец стоил 40 рублей (80 – туда-обратно), но чаще всего приходилось переплачивать. 20 (10х2) р. сверху – это минимум. - Месячная зарплата молодого инженера (точнее, оклад 120 р.) В некоторых учреждениях (которые – союзного подчинения) сразу 130 назначали. Между прочим, столько же стоили у спекулянтов дрянные подделки под джинсы ливанского, например, пошива. Ливанские джинсы – это уже чисто специфика АрмССР. - Хорошая пенсия. Ну да, хорошая. Относительно той же зарплаты в 120 деревянных рублей. P.S. Хотя... Все познается в сравнении. По сравнению. с пятидесятыми годами в семидесятые жить было лучше, жизнь становилась все веселей... Может нашим ностальгатерам веселья не хватает? © Ара Багдасарян, 2010 Дата публикации: 09.12.2010 11:24:28 Просмотров: 2534 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииВладислав Эстрайх [2010-12-10 09:38:06]
Прекрасно, спасибо ![]() Ответить Владислав Эстрайх [2010-12-10 13:21:30]
Эх, гуманизм... Гуманизм-то и стал причиной существования нынешних ностальгальтеров. Они - ещё (точнее, уже) самое безобидное последствие того, что их идейные предшественники чуть меньше 100 лет назад не болтались на берёзах да фонарях, где им и было место ![]() Ара Багдасарян [2010-12-10 13:51:08]
Наступление социалистического апокалипсиса на одной, отдельно взятой, территории - это естественное ответвление развития человеческой цивилизации. Увы. Нам не повезло - нам пришлось находится в этом месте в это время... А березки да фонари... Боюсь, не выход. Человеческий идиотизм ни чем не остановишь.
|