Мы с тобой одной крови...
Ольга Рязанцева
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 7212 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Воспоминания детства. - Орунтай, вставай , моя родненькая: машина ждать не будет. Голос матери вытаскивает меня из сонного царства. Я её слышу, но никак не могу открыть глаза, буквально скованные утренними сновидениями. Как было хорошо!!! Я легко бежала по весеннему полю, усеянному алыми маками, радуясь своей силе, ловкости. Вдруг – впереди широкий бурлящий от талых горных вод ручей! Не замедляя свой бег, я прыгнула что есть силы, оттолкнувшись от зеленого берега, и – полетела! Мимо меня несутся горы, реки, леса, облака. Вот я уже так высоко, что Земля превращается в школьный глобус. - Что я делаю?!! Надо вниз, домой! – успеваю подумать я. И вдруг стрелой полетела вниз! И тут меня буквально подхватывает на лету голос мамы. Я вздрогнула и проснулась, огляделась по сторонам и облегченно вздохнула: это сон! я дома! какое счастье! - Ой, мама, какой я сон видела, - чуть хрипловатым после сна голосом протянула я. - Только не рассказывай, я боюсь твоих снов,- ворчливо отвечает мама, - они сбываются потом! - Я летала очень высоко! – не унимаюсь я. - Значит, работать будешь много, - смеясь, разгадывает мой сон наша семейная гадалка. Я это знала и без сна! Каждое лето мы, четыре сестры, работали на ломке табака, который выращивал наш колхоз. Работа трудная, тяжелая, но другой не было, и мы каждый год зарабатывали себе на одежду и обувь к первому сентября. Вот и сегодня мама нас разбудила в пять часов утра, чтобы накормить и отправить на поле. Колхозная машина, подавая протяжные сигналы, вскоре поедет по улице, собирая молодежь на работу. На столе свежие лепешки, сливки, молочная каша, но едим мы только, чтобы не обидеть маму. Какой аппетит в такую рань?! Схватив кирзовую сумку с тормозком, натянув рабочие куртки, мы выбегаем из дома. На асфальтированной дороге, отчаянно сигналя, уже дожидается нас колхозный бортовой ЗИЛ. По пути на поле, окончательно проснувшись от прохладного утреннего ветерка, мы оживляемся, шутим, встречая своих друзей, любуемся окружающим пейзажем. Вокруг нас, куда ни кинь взор, простирается гряда тяньшанских гор. Наше село уютно примостилось в таласской долине. Под немой охраной синеватых гор с белоснежными вершинами нам спокойно и тепло. Вот и поле! Куда ни посмотришь – зеленое море зрелого табака. Мы облачаемся в синие выгоревшие на солнце халаты, туго повязываем платки, стараясь, чтобы ни одна волосинка не выглядывала из-под него. Иначе беда! Липкая поверхность табачных листьев тут же превратит их в проволоку, которую надо будет только отрезать: отмыть такие волосы практически невозможно. Мы занимаем по порядку грядки с высоким рослым табаком, и начинается ломка нижних самых спелых листьев. Неумолчный стрекот постепенно превращается в однообразную протяжную музыку. Наломав стопочку листьев, мы их откладываем сзади, чтобы потом, окончив работу, на обратном пути собрать их в большой пучок и отнести на место стоянки. Так мы работаем до обеда. В полдень солнце припекает, и работать становится опаснее: испарения табака начинают клонить в сон. К полудню меня разморило. Подложив под голову пучок табака, я улеглась между двух грядок и заснула. Вдруг сквозь сон слышу невнятный шорох! Я медленно открываю глаза и оглядываюсь. Над головой – уходящий в высь синего-синего неба огромный, в рост человека табак, верхушки которого украшают ветвистые букеты бело- розовых цветов. Я поневоле залюбовалась ими. Вдруг цветочки на моих глазах зашевелились, и между нежных лепестков появляется осторожная головка змеи! В ужасе я разглядела на толстом стебле табака светло-желтую спираль среднеазиатской гадюки! Я не могла ошибиться! Только у неё вдоль всей спины есть черный зигзагообразный рисунок! Только у неё кончик хвоста алеет как лепесток весеннего мака! Я окаменела! Что делать? Лихорадочно вспоминаю, что делать, если встретишь змею. Отец говорил, что змеи не нападают, если их не трогать, что надо остановиться и ждать, пока она уползет. Я закрываю глаза, стараюсь даже не дышать. Прошла бесконечная минута ожидания, в течение которой я отчетливо слышу приближающийся шорох. Тихо открываю глаза и вижу прямо перед глазами змеиную головку свесившейся со стебля гадюки. Крик застыл у меня в горле: не смог прорваться сквозь стиснутые зубы! Я отчетливо разглядела холодные, какие-то мертвые желтые глаза с черной полоской в центре. Из чуть приоткрытых губ стремительно появляется и исчезает тонкий раздвоенный язык. Она смотрит прямо мне в глаза! Я медленно, чтобы не испугать мою нежданную гостью, закрываю свои глаза. Кажется, что мое сердце слышит все табачное поле, весь мир! Память суетливо подсовывает слова из книги Киплинга «Маугли», которую накануне читал нам папа: «Мы с тобой одной крови - ты и я!» Чуть шевеля губами, я как молитву стала судорожно повторять эти слова: - Мы с тобой одной крови - ты и я, ты и я! – отчаянно шептала я, - уходи, я не обижаю тебя, я даже люблю тебя! Но ты уходи! Уходи! Я тебя не трону! Мы с тобой одной крови – ты и я, ты и я! Мы с тобой одной крови – ты и я! Я маленькая, мне всего одиннадцать лет! Я хочу жить! Клянусь: я никогда не обижу тебя и твоих сородичей! Уходи, прошу тебя! Казалось, что прошла целая вечность, обдав меня своим ужасным холодом! Я тихо открываю глаза и вижу ускользающий от меня изящный силуэт покидающей меня гадюки! Через минуту она исчезла в роскошных листьях табака. Всё! Я свободна! Но я не могу сдвинуться с места: ни ноги, ни руки не слушают меня. Не могу крикнуть, позвать на помощь. Гадюка как будто унесла с собою все мои жизненные силы. - Орунтай, Оляяяя! – слышится голос моей старшей сестры, - ты где? Пора собираться, скоро придет машина! Я хочу крикнуть: « Я здесь. Помогите мне!». Но язык как будто онемел. - Ольга! Ты где? – продолжает искать меня сестра. Её голос, то сердитый, то тревожный, раздается все ближе. Наконец шум табачных листьев раздался рядом. - Вот ты где! – сердито стала выговаривать сестра и вдруг осеклась, взглянув на меня.- Что с тобой? Что? Что ты молчишь? Что случилось? Она схватила мое безжизненное тело и стала его тормошить. Через минуту вокруг меня собрались еще две сестры. Больше я ничего не помню, я потеряла сознание. Очнулась уже в больнице. Вокруг меня заплаканная мама, папа, сестры, невдалеке топчется молчаливый брат. - Орунтай, моя кызым, - мягко заговорил отец, поглаживая меня по голове своей удивительно мягкой и чуткой ладонью. – Что с тобой случилось, расскажи папе. Слезы любви и жалости ко мне, светлые слезы тихо бежали по смуглым щекам. - Папа плачет! Папа плачет! – с ужасом пронеслось у меня в голове. Что-то во мне вздрогнуло, и это что-то вернуло мне силы говорить. - Папа, там была гадюка! – еле прошептала я, - она ушла, она не тронула меня! И эти первые слова как будто сняли с меня какую-то страшную тяжелую ношу. Глубоко вздохнув всей своей грудью, я горько разрыдалась в нежных мягких объятиях отца. Слезы неудержимым потоком лились у меня по щекам и прятались где-то на груди отца. И вместе с ними уходил из сердца страх перед чем-то страшным и неизведанным, перед тем, что люди называют смертью. Вдыхая ни с чем несравнимый запах отца, я опять вспомнила такие простые и такие мудрые слова: мы с тобой одной крови – ты и я! И впервые так ясно и так отчетливо поняла их истинный смысл. © Ольга Рязанцева, 2014 Дата публикации: 24.11.2014 21:24:02 Просмотров: 1930 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |