Игра - не обман (Про роль "двойных посланий" в формировании синдрома Аспергера)
Наталья Гвелесиани
Форма: Эссе
Жанр: Размышления Объём: 13393 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Наталья ГВЕЛЕСИАНИ ИГРА - НЕ ОБМАН (Про роль "двойных посланий" в формировании синдрома Аспергера) Что такое "двойные послания"? В популярных сетевых статьях можно прочитать: "Порой в общении возникает путаница между тем, что собеседник сообщает буквально, тем, что он имеет в виду на самом деле, и тем, что он желает донести. В результате мы можем оказаться в дезориентирующем потоке противоречивых сигналов, а попытка к ним приспособиться приводит к странным психическим сдвигам. Ключ к пониманию Концепция «двойного послания» возникла в 1950-х годах, когда известный англоамериканский ученый-полимат Грегори Бейтсон вместе со своими коллегами, психиатром Доном Д. Джексоном и психотерапевтами Джоном Уиклендом и Джеем Хейли, начал исследовать проблемы логических искажений при коммуникации. Рассуждения Бейсона основывались на том, что в человеческом общении правильная логическая классификация аргументов постоянно нарушается, что и приводит к недопониманию. Ведь разговаривая друг с другом, мы используем не только буквальные значения фраз, но и различные коммуникативные модусы: игру, фантазию, ритуал, метафору, юмор. Они создают разные контексты, в которых может быть истолковано сообщение. Если оба участника коммуникации интерпретируют контекст одинаково, они достигают взаимопонимания, но очень часто, к сожалению, этого не происходит. Кроме того, мы можем искусно симулировать эти модальные идентификаторы, выражая фальшивое дружелюбие или неискренне смеясь над чьей-то шуткой. Человек способен проделывать это и бессознательно, скрывая от самого себя настоящие эмоции и мотивы собственных поступков. Хейли подметил, что от здорового человека шизофреника отличают в том числе и серьезные проблемы с распознаванием коммуникативных модальностей: он не понимает, что имеют в виду другие люди и не знает, как правильно подать свои собственные сообщения, чтобы окружающие его поняли. Он может не распознать шутку или метафору или использовать их в неуместных ситуациях — словно у него начисто отсутствует ключ к пониманию контекстов. Бейтсон оказался первым человеком, предположившим, что этот «ключ» теряется не из–за разовой детской травмы, а в процессе приспособления к повторяющимся однотипным ситуациям". (Дарья Варламова - "Ловушка подтекста: что такое двойное послание" Про эту проблему постоянно говорят в группе "Люди с синдромом Аспергера" на сайте "В контакте". Причем, участники группы считают, что двойные послания лежат в основе культуры большинства людей и считаются ими само собой разумеющимися. Обычные люди в массе их даже не замечают - ни у себя, ни у окружающих. А вот люди с легкой формой аутизма как раз очень хорошо их замечают. Возможно, оттого, что когда-то были травмированы таким опытом. Причем, у них потом обнаруживается непонимание контекста, то есть метафор, иносказаний, шуток и т.д. Они склонны видеть только прямой смысл подаваемой информации, а контекст пропускать. Они как бы слепы к контексту. А некоторые - даже к контексту художественных произведений. Например, один парень написал в группе так: "С трудом понимаю художественную литературу. Если писатель хочет что-то сказать, то пусть говорит прямо". Такие люди предпочитают, чтобы им говоря что-то - одновременно кратко поясняли, что имеется ввиду. В общем, такие люди кажутся со стороны логиками в чистом виде (но это только кажущееся впечатление), которые, к тому же, не чувствуют невербальную информацию, особенно информацию этического толка(Но так ли это?). Даже у специалистов возникает впечатление, что они видят людей снаружи, не чувствуя того, что у них внутри. И им порой уже кажется, что внутри там ничего и нет. А может - что не исключено - они как раз очень хорошо чувствуют подсознание и его отличие от сознания у большинства людей и им просто сразу становится скучно - ведь поддерживать всеобщий самообман действительно не интересно?.. Кроме того, эту способность к интуитивному проникновению в подсознание невозможно доказать ни себе, ни окружающим, что становится источником тревожных сомнений и только усиливает чувство дезориентации. Так, Руди Симон пишет в своей книге "Аспи-девочки: Расширяя права и возможности женщин с синдромом Аспергера": "Когда кто-то улыбается и говорит одно, а мы на каком-то уровне ощущаем совершенно другое, это сбивает нас с толку, и нам хочется убежать. Часто это противоречит внешнему поведению людей и тому, что о них говорят другие, и это заставляет меня сомневаться в своей интуиции. Обычно оказывается, что интуиция была права". Во всяком случае, беду социума (лицемерие, фарисейство, двойные стандарты) аутичные люди чувствуют и видят очень хорошо. В этом смысле их можно сравнить с панками и фотографами- натуралистами. Видя эти двойные послания - они предпочитают огораживаться от людей (правда, причины аутистической отгороженности не только в этом). Они вынуждены в целях самозащиты отключаться от восприятия того, что транслируют друг другу люди на невербальном уровне общения. Видимо, иначе невозможно - есть риск совсем заблудиться, потерять ориентацию среди противоречащих друг другу посланий. Возможно даже, что способность понимать контекст блокируется автоматически. Не отсутствие интуиции, а ее усиление в области понимания контекста общения и глубинных мотивов людей приводит... к защитной блокировке такого понимания! Это парадокс. Но аутизм, на мой взгляд, и есть парадокс. Это отнюдь не болезнь, а нарушение развития одаренного ребенка. Но на самом деле двойные послания будут всегда, пока у людей нет единства между словом и делом, между сознанием и бессознательным. А эта беда у всех людей в крови (наверное, это как-то связано с тем, что в Библии называется грехопадением). Мне думается, что двойные послания - это неправильно применяемая способность людей к развивающей Игре (которая одновременно и приятна, и невинна). Когда дети играют в игры - они ведь тоже допускают двойные послания. Например, ребенок говорит со смехом "Посмотри на меня, я - зайчик!". Он на самом деле человек, а делает вид, что он - зайчик. В данном случае он честно играет в роль, играет в кого-то другого, и всем наглядно видна разница между тем что есть, и тем чего нет. Аутисты, как и страдающие шизофренией - стремятся, огораживаясь от двойных посланий и связанной с ними нечестности, вовсе отказываться играть. Они хотят быть предельно честными. Но это-то и становится для них одним из камней преткновения! Желая быть предельно честными, они отказываются от игровой стороны жизни. А детям, да и взрослым, Игра (ведь она еще и развивающая, да что там говорить - это есть опыт живой Жизни, сам ее процесс) необходима как воздух. В этом смысле про перфекционистскую жажду совершенства у этих людей можно образно сказать так: они хотят быть святее Папы римского (разумеется, бессознательно). На мой взгляд, надо предлагать таким детям (да и взрослым людям с синдромом Аспергера, поскольку они и во взрослом возрасте все еще остаются в психологическом смысле детьми) - представлять себя участниками честной и невинной игры, где двойные послания - необходимый органический элемент и идут во всех смыслах только на пользу. Предложить, например, практиковать игру в прятки. А еще лучше: самим включиться с ними в такую игру, чтобы ребенок или взрослый мог учиться ее течению, подражая невинно резвящемуся с ним взрослому. Тогда его не будут пугать двойные стандарты (разница между лицом и маской), ведь за игрой в данном случае не стоят манипуляции. Напротив, она становится одним из прекраснейших способом общения в любви. Надо заметить, что некоторые из детей-аутистов, когда их никто не видит, умеют отдаваться игровой деятельности. Возможно, что именно в силу того, что чувствуют в такие минуты, что - никого не обманывают. (К примеру, одна маленькая девочка охотно играла только с слепым мальчиком, поскольку тот не видел ее игры). Так "разрешите" им - играя в прятки - честно и по правилам - "обманывать" вас!.. И - не почитать то за обман... Очень хороша в этом смысле вальдорфская педагогика, где игра является необходимейшим органическим элементом всего педагогического процесса. Аналогично - работают гуманная педагогика Ш. А. Амонашвили и педагогика В. П. Крапивина. Да и вообще - любая настоящая педагогика только так и работает. А педагогами должны быть все родители, раз уж у них есть дети. Взрослым же людям с синдромом Аспергера - на мой взгляд, может помочь знакомство с культурой хиппи, а также культурой ролевиков (с лучшими ее традициями). Ведь хиппи и, например, поклонники творчества Р. Р. Толкина продолжают играть и во взрослом возрасте. Следует обязательно иметь виду, что ребенок в первые годы своей жизни развивается совсем не так, как взрослый. По мнению основателя вальдорфской педагогики Р. Штайнера, в первое семилетие он просто не понимает большинства вербальных посланий, которые к нему адресуют взрослые. В книге "Вальдорфский детский сад " В.Загвоздник пишет: "По привычке, взрослые переносят свой образ мыслей и поведения на ребенка. Для взрослого человека естественно, что он побуждается к деятельности через понятие, представление или чувство. Волевой акт — это последнее звено в цепи. "...Если, например, мы хотим побудить кого-то оказать гуманитарную помощь, то мы опираемся сначала на понятия о добре, которые имеют люди, затем рассказываем о ситуации бедствия в каком-либо регионе, как люди страдают и т. д. На основе этих представлений формируется воля, которая может перейти в волевой акт, действие. ...В мире взрослых это настолько естественно, что трудно представить, что может быть иначе. Однако, мы забываем при этом, что «наши понятия — суть, результат многолетнего опыта, благодаря которому "...они получили для нас значение так, что они могут выступить в качестве побуждения к действию. У ребенка, однако, опыт, лежащий в основе понятия, отсутствует, и поэтому понятие для ребенка обладает лишь очень незначительной мотивирующей силой. Однажды я слышала, как одна маленькая девочка сказала: «А как выглядит хорошая девочка, она блондинка?» Миллионы детей растут сегодня в атмосфере поучений и запретов, наказаний и поощрений. При этом полностью упускается из вида, что маленькие дети не действуют на основе понятий. Их побуждения настолько тесно связаны с чувственными впечатлениями, которые они воспринимают из окружения или из телесных процессов (голод и жажда), что для ребенка требования, чтобы он поступал на основе вспоминаемых им правил и запретов, означают непосильную ношу!» — пишет Э. Грюнелиус. ...Если бы у нас не было других возможностей побуждать ребенка к деятельности, кроме вербального обращения к сознанию ребенка, то есть через понятия и представления, то воспитание ребенка этого возраста без авторитарного давления было бы невозможным. Однако, наблюдения за детьми показывают, что характерная для деятельности взрослых последовательность — от понятия и представления, через чувства к волевому акту — протекает у ребенка наоборот. Ребенок с совершенным самозабвением может наблюдать деятельность какого-либо взрослого, например, ремесленника или врача, а потом, спустя некоторое время, с точностью до деталей воспроизводит ее в игре (так называемое отсроченное подражание по Пиаже). «Наблюдение ребенка не было пассивным присутствием, но очень активным процессом... Редко дети говорят взрослому о том, как они учатся. Но однажды одна девочка поразила меня, сказав: „Я теперь сама могу завязывать шнурки на ботинках. И знаешь, как я этому научилась? Я смотрела на свою сестру. "...Если я чему-то хочу научиться, то мне не нужно объяснять. Я просто смотрю и затем умею это“» (Э. Грюнелиус). .............................................................................. Э. Грюнелиус описывает далее этот процесс научения у ребенка как полярный процессу волевого акта у взрослого. Первая фаза — сопереживание действия, при котором происходит прямое, непосредственное воздействие на волю; вторая фаза — воспроизведение действия в игре, при котором происходит наполнение действия эмоциональным содержанием, чувством; третья фаза — пробуждение познавательного интереса к действию, появление вопросов о нем, вступление наблюдаемого в сознание, что в конечном счете ведет к представлениям и понятиям. «Этот обратный порядок дает нам ключ для воспитания в возрасте дошкольного детства». ................................................................................ Маленький ребенок в первом семилетии — это единый орган чувств. Мир вливается в него, как звуки вливаются в ухо. Воспитатель всегда должен помнить о той ответственности, которую он берет на себя, входя в детский сад. Каждое слово, каждое движение откладывают отпечаток на душу и тело ребенка...." (В. Загвоздкин - "Вальдорфский детский сад". Видимо поэт и философ М. Волошин был глубоко прав, когда написал, возможно, совсем по другому случаю и поводу: Обманите меня... но совсем, навсегда... Чтоб не думать зачем, чтоб не помнить когда... Чтоб поверить обману свободно, без дум, Чтоб за кем-то идти в темноте наобум... И не знать, кто пришел, кто глаза завязал, Кто ведет лабиринтом неведомых зал, Чье дыханье порою горит на щеке, Кто сжимает мне руку так крепко в руке... А очнувшись, увидеть лишь ночь и туман... Обманите и сами поверьте в обман. (М. Волошин - "Обманите меня" ) Автор эссе - Н. Гвелесиани © Наталья Гвелесиани, 2015 Дата публикации: 21.04.2015 10:35:12 Просмотров: 1873 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |