Статьи о музыке
Георг Альба
Форма: Очерк
Жанр: Литературная критика Объём: 69703 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
-1- 1Юрий Маркин Сборник статей о музыке. 1)Манифест нового времени. Я достаточно давно занимаюсь некой музыкальной алхимией: темы классической музыки «переплавляю» в джазовые, а джазовые — делаю темами симфонических произведений. Этот поиск «философского камня» меня очень увлекает, потому что моя натура двойственна: одна часть меня - практикующий джазовый музыкант, достаточно широко известный в узких кругах, вторая — тайно пишущий прелюдии, фуги, сонаты, симфонии, оперы и балеты. В силу жизненных обстоятельств (бросание консерватории) я потерял всякие контакты с миром академической музыки и функционирую как джазмен. С консерваторских времён меня преследует идея фикс, как некогда Гершвина («сделать из джаза Леди»), создать джазовыми средствами крупные, подобно академическим, музыкальные формы: 1сонаты, симфонии, оперы. Свою идею-мечту я претворил в жизнь, написав 8 симфоний для джаз оркестра, в которых принципиально импровизации солистов по преимуществу заменены разработками тематического материала, как это принято и в классических симфониях. К тому же, и дальше следуя -2- этому принципу, я создаю симфонии, состоящие из 4х частей: 1) сонатное аллегро, 2) адажио, 3) скерцо, 4) финал. Соответственно, использую и такие музыкальные формы, как сложную трёхчастную, рондо и ранее упоминавшееся сонатное аллегро. Протяжённость произведения разумеется значительно увеличивается, придавая ранее не свойственную джазу драматургию, но и создавая проблемы с исполнением. У нас привыкли к коротким пьесам (тема с импровизациями) и музыканты не желают излишне напрягаться, разучивая много текста. Да рамки рядового концерта или фестиваля не позволяют отдавать так много времени одному автору. Особенно это не по душе косно мыслящим мэтрам джаза. Молодёжь в этом смысле более податлива на новое. Благодаря молодому энтузиасту джаза саксофонисту Алексею Круглову и его «Круглому бэнду» была с успехом исполнена моя 2я симфония для джаз-оркестра, посвящённая памяти Ю.С. Саульского. 1я же симфония памяти О.Л.Лундстрема давно ждёт своего часа в закромах Академик-бэнда А.О.Кролла, обещавшего исполнить произведение. Теперь перейдём к оркестру симфоническому и написанию для него «джазовых» симфоний. Во первых. Я отказался от всяческих нововенских щтучек и прочих авангардистских ухищрений, сделав девизом призыв «Назад к Бетховену!» Что -3- остроумный критик Алексей Баташёв подкорректировал, сказав «Вперёд к Бетховену!», остающемуся и по сей день образцом мастерского симфонизма. Я также использую традиционную 4хчастность. Первая часть, как правило, сонатное аллегро, где вступают в единоборство главная и побочная партии, переплавленные из моих проверенных временем джазовых тем. Кстати, я сознательно отказался от излишества оркестровых красок и множества вспомогательных инструментов. Чайковский создавал свои симфонические шедевры, используя из ударных только литавры и тарелки. Я добавляю ещё треугольник, малый и большой барабаны. Подобные скупые средства, считаю, достаточными, чтобы создать убедительный драматургический костяк, не отвлекаясь на всякие свистульки и побрякушки, заменяющие порой у современных авторов содержание. Квази импровизационные моменты могут иметь место в ткани произведения. Например выписанные соло и флейты, и гобоя, и фагота, и прочих инструментов. Теперь о гармоническом языке. Как известно современная академическая музыка как-то прошла мимо гармони, даже отказалась от неё, заменив понятием плотность. В менее радикальных произведениях, не беря во внимание, атональность, алеаторику, сонорность и серийность, дальше -4- трезвучий не продвинулась. Даже Прокофьев, который сопоставлял трезвучия нестандартно, загрязняя их в определённых местах. Джаз, как известно, очень развил гармонию, применяя многотерцовые аккорды. Из классиков к подобному подошёл и Скрябин (в этом, пожалуй, единственная его заслуга, а не бредовость с цвето-музыкой, расплодившая шарлатанов). Но он не знал, что с этими аккордами делать и ушёл в сторону. В академической музыке гармония утратила свою красочность, а это ведь как краски в живописи. Я уж не говорю о ритме, где преобладает кавалерийская поступь и фанфарность меди. Я решил ввести в симфоническую ткань красочность джазовой гармонии, которой попросту не владеют композиторы не изучавшие джаз, а пользуются надоевшими, хоть и загрязнёнными трезвучиями. Я пока лишь являю собой «глас вопиющего в пустыне», поэтому ищу единомышленников в среде академических музыкантов (дирижёров, исполнителей, руководителей филармоний). Пора вернуть слушателю полноценную, истинно современную музыку, впитавшую в себя все новые веяния. Чтобы слушатели не аплодировали стадно, косясь на соседа (хлопает ли он?), ничего не понимая в том сумбуре, который звучит со сцены. Итак, за мной и за Бетховеном, который будучи далеко -5- отстоящим от нас по времени, есть истинный наш современник и учитель. Долой авангардистский бред, с его чёрными квадратами, убивающий искусство! 2)Как понимать серьёзную (академическую) музыку. Если сравнить восприятие подобной музыки с приёмом лекарства, то получается, что проглотив таблетку мы не думаем о том, как происходит процесс действия лекарства, а ждём результат. Так же и с этой музыкой. Прослушав симфонию и почувствовав утомление, считайте, что приняли не ту таблетку. Следует принимать другое лекарство. Но какое? Если симфонии не по душе, слушайте песни, попсу. Значит ваш организм не нуждается в этом «лекарстве». Если сравнивать музыкальное произведение с ювелирным украшением, то возникают возникают параллели. Так огранку и чистоту камня можно сравнить с оркестровым колоритом( нежное звучание или громкое, играют флейты или тромбоны, скрипки или трубы). Мастерство отделки украшения сравнимо с изобретательной инструментовкой (оркестровым нарядом) и виртуозной игрой музыкантов. Но это всё лишь внешняя сторона дела («одежда» произведения). А что там под «одеждой»? Это самое сложное для постижения. Ведь может и уродина так нарядиться, -6- что сойдёт за красотку. А это касается сущности произведения, его тематизма (мелодий). Если имеется яркая тема, то она блистает и в скромном оркестровом наряде. А пустоту и безликость не спасает никакой богатый наряд. К сожалению, большинство композиторов, получивших специальное образование,научились лишь шить одежды, оркестровые наряды, не умея, как правило, создать то, что нужно богато одеть. Музыкальная тема-идею равносильна афоризму или крылатой фразе, даже пословице или поговорке, известной всем и прошедшей порой сквозь века. Возьмём для примера хотя бы знаменитые библейские высказывания. Конечно подобное сравнение является большой натяжкой, хотя сказать что-то умное не запрещено никому. Да только мало тех, кто способен на это. Так и с композиторами. Мир знает создателей общепризнанных шедевров: Моцарта, Гайдна, Вивальди, Баха. Список гениальных творцов огромен. Но это классики и они не нуждаются в каких специальных «таблетках», улучшающих усвоение их творений. Другое дело, что частое принудительное навязывание слушателю классической музыки приводит к её отторжению. Ведь самый изысканный деликатес перестает таком быть от чрезмерного его употребления. Возникает пресыщенность, если есть чёрную икру ложками, и -7- пирожные,торты и конфеты килограммами. Но мы всё кружим вокруг да около. В чём же суть? А суть бывает разная. Профессионал в учебном заведении изучают, как и из чего создаётся музыка, формы, методы развития и т. д. Для любителя важно его воспитание: если в детстве учился музыке, но дальше не пошёл, то полученные знания всё-таки помогают стать гармоничной личностью. Можно начинать с песен, постепенно стараясь постичь и более сложные формы. Но в академической, в частности симфонической музыке, встречаются длинноты, кои иногда называют «божественными», когда даже и у благожелательно настроенного слушателя зевота разрывает рот. Тут уж уж ничего не попишешь. Авторы порой теряют чувство мера, нарушают все нормы восприятия и не щадят слушателя. Например слушать многочасовые оперы Вагнера не для слабонервных. Если скучно, не надо себя корить в непонимании, потому что во всём должно быть чувство меры. Если бы большая часть народонаселения рвалась на симфонии и оперы, то не возникли бы ни рок, ни поп, ни рэп. Это своего рода протест против скуки и навязывания окостенелых понятий. Поэтому не бойтесь своего внутреннего протестующего голоса и не уличайте себя в -8- невежестве, а выбирайте товар по вкусу. Недаром не стареет поговорка: «На вкус и цвет товарища нет». Так что музыку никак нельзя понимать. Это самый абстрактный вид искусства — вещь в себе. Картину можно посмотреть, книгу почитать, а с музыкой сложнее. Уши могут оценить уровень громкости звуков, их высоту, продолжительность, но перевести эти явления в зрительные или словесные образы не способны. Музыка это звуковой шифр, не поддающийся дешифровке. Хоть это и печально, но факт. Возможно с развитием технологий и удастся постичь эту тайну. Как известно, что и планеты имеют свои звуко-частотные характеристики. Вся Вселенная музыкальна. Но постижение музыкального таинства дело далёкого будущего, а пока затыкайте уши ватой или переключайте телевизионный канал. 3) Феномен Пьяцоллы. «Пьяцолла» по звучанию похоже на плацебо, пустышку, которая излечивает верящих в нею и страждущих. Так вот пресытившиеся как венской, так и не венской классикой, и очумевшие от авангарда, академические исполнители нашли своё плацебо в музыке Пьяцоллы. Тут вспоминается Ахматовское «если б вы знали из какого -9- сора растут порой цветы». Сообразительный Пьяцолла нашёл в мусоре банальных мотивов и гармоний популярного танца чудесный цветок, ставший его творческим лицом. Он насытил ткань своих опусов обилием синкопированных ритмов, что академистов, привыкших к кавалерийской ритмике классики, просто очаровало. Хитрец композитор и в гармонический язык добавил современной терпкости, и употребил даже сонорные эффекты, присущие передовой музыке, тем самым влюбив в себя по уши классиков. Кто только теперь не играет его музыку?Делаются переложения, как для большого оркестра, так и различных солистов. Я бы даже сказал, что Пьяцолла это своеобразный «джаз» для академистов. Вот как бывает: вместо того, чтобы идти по пути усложнения (в атональность, алеаторику и прочее передовое), он шагнул назад, к простоте и даже банальности, и в этом обрёл своё запоминающееся лицо. Почти что последовал моему призыву «Назад Бетховену!» Похожее явление произошло и в джазе. Весь мир подражал американцам, никак не приближаясь к ним по уровню. Да и джаз загнал себя в тупик, придя к фри-джазу и атональности. И вдруг в Бразилии появилось нечто простое и новое (опять шаг назад), но преломлявшее по своему достижения джаза, хотя бы в гармонии. Это явление называется «Bossa Nova”. В основном это песни, но есть и инструментальные образцы. Босса Нова молниеносно распространилась по свету. Элла Фитцжеральд даже запела эту музыку, но менее удачно, чем молодая бразильянка Аструд Жильберто. Теперь не -10- найти уголка планеты где бы не игрались Босса-новы и музыка Пьяцоллы. Эти примеры должны быть напутствием молодым композиторам, где искать себя. Настоящее положение,например, на композиторских факультетах консерваторий представляют печальную картину — учат новаторским достижениям, уводя от поисков в области нормальной музыки. И дипломированных композиторов выпускают пачками каждый год. И кому они нужны? Как правило их удел, если не работа редакторами издательств, то писание музыки к телесериалам или к кинофильмам. Симфонии и оперы сейчас трудно продвигать. В кино и на телевидении музыка должна быть доступной — непонятная заумь там не нужна. Приходится ломать себя, упрощаться, писать песни. Поэтому на телевидении и в кино промышляют музыкой порой случайные люди. Некогда бытовала шутка: «Имею хорошие клавиши, заказывайте музыку». Алексей Рыбников в своё время признавался, что после окончания консерватории, когда пустился в самостоятельное плавание, то испытал творческий кризис — какую музыку писать? Учили одному, а на практике требуется совсем другое. После долгих сомнений он выбрал путь эстрадной музыки и прикладной (фильмы , телеспектакли). Хотя в нём всё время напоминал о себе «серьёзный» композитор, в следствии чего он создал свой театр и писал симфонии, при этом мужественно заявлял, что предпочитает пользоваться музыкальными средствами 19 века. Он стал известным широкой публике своими -11- работами в кино и театре. Хотя в области симфонической музыки ничем оригинальным публику не порадовал. Но не будем судить строго, помня, что Арнольд Шёнберг на смертном одре заявил: «Многое ещё можно написать и в До-мажоре». 4) Об Опере. О чём бы написать. Наверное, о музыке. Например об опере. Как известно, это самый сложный музыкальный жанр. Тут тебе и литературная основа и музыка как главный элемент, и певцы, и режиссёр с дирижёром, и оркестр, и художники как по костюмам, так и создающие декорации. И театр со сценой нужен, и зрительный зал. Оперный репертуар огромен, но современные композиторы тоже пишут и не мало. Да вот только музыка их чаще всего не может сравниться с классикой. При том даже у маститых не получается того результаты, которого добились классики. В чём проблема? А в том, что современные творцы взяли обет ни коим образом не походить на классиков в смысле музыкального языка. Так порой изгоняется тональность ( не современно!), а также и арии героев. Если раньше в либретто предполагался стихотворный текст («Евгений Онегин», например), то сейчас всё больше пишут на текст прозаический, который сопротивляется плавному переложению на музыку. Стихи лучше доходят до слушателя, чем проза даже и при недостаточно ясной дикции исполнителей. Дикция это безжалостный бич, не -12- позволяющий слушателю понять содержание. И если зритель заранее не ознакомился с содержанием, то ему приходиться тужиться и напрягаться, чтобы понять о чём речь. Спасительным моментом служит бегущая на заднике строка, но чаще это касается опер на иностранном языке или кино-опер. У классиков имелся спасительный приём. Это речитативы, которые двух видов — с аккомпанементом и без ( так называемый «сухой»). Прямая прозаическая речь позволяла слушателю разобраться в содержании. В современных опереттах и мюзиклах также применяется этот приём. Теперь о яркости музыки опер. Как известно «Кармен» изобилует яркими темами, которые теснят одна другую, «Евгений Онегин» насыщен ярким мелодизмом. А «Князь Игорь»? Вагнер же больший упор делал на свой огромный оркестр, где происходило главное действо. Певцы как гвозди вбиты в оркестровую ткань и преодолевают большие трудности, стараясь перекричать бурю в оркестровой яме. Но таковой была доктрина великого мастера, которую он упорно внедрял, считая, что создаёт бесконечную мелодию. В действительности получалась бесконечная секвенция. Н вернёмся к произносимому со сцены тексту. Некоторые авторы как Стравинский писали на латинский текст («Царь Эдип»),сознательно заставляя слушателя внимать только музыке. Наш российский композитор, современный классик, супруг великой балерины, сподобился написать «хоровую» оперу, хотя хор всегда в опере присутствует. Но в данном случае хор главное действующее лицо, не считая солистов и скромного оркестра. Называется это «Боярыня Морозова» на древне-славянский -13- текст протопопа Аввакума. Мало того, что современный русский язык в опере мало понятен из-за плохой дикции солистов, то на древнеславянском это совершенно не воспринимается. Вообще многие современные оперы можно назвать «рэпом» под симфонический оркестр. Арий нет, одни выкрики. А уж если опус атонален как «Воццек» или «Лулу» Альбана Берга, то эстетически это вещи в себе и не дают слушателю ни лирики, ни кантилены. Помимо вышеназванных творйов назовём и тругих, где «рэп» главенствует. «Любовь к трём апельсинам» Прокофьева даёт яркий знаменитый марш, окруженный нескончаемым невыразительным месивом остального действия. «Война и Мир» тоже бы сильно проиграла, если Борис Покровский не настоял на том, чтобы ввести и вальс, ставший шедевром. Ария Кутузова тоже достаточно ярка, но вальс бесподобен. Остальные оперы Сергея Сергеевича скорей примеры графомании («Игрок», «Семён Котко», «Оюручение в монастыре»,»Огненный ангел», позорная «Повесть о настоящем человеке». Так что, господа композиторы, не убегайте слишком вперёд от не поспевающего за вами слушателя, а дайте ему хоть какую-то надежду, что он дорастёт, наконец, до заоблачных эстетических высот, куда вы забрались. Пощадите беднягу, сделайте послабление, и он своим признанием вас вознаградит. Побольше доступных мелодий! Берите пример с итальянской классической оперы, кода публика, покидая зал, напевала запомнившиеся и полюбовавшиеся арии. Между прочим, один русский император посылал провинившихся офицеров вместо гауптвахты на оперу в Большой театр, чтобы помучились. Для сегодняшнего поколения фактически -14- спас оперу и сделал её доступной, это англичанин Эндрю Ллойд Вебер. Его «Иисус-супер звезда»,«Кошки», «Волосы» и «Фантом оперы» всех радуют и делают огромные сборы. Побольше таких «фантомов», господа! 5)Что лучше — песня или опера? Песни все поют. Даже те у кого слуха нет. Особенно, когда выпьют. Песен неисчислимо много. Они и народные, и блатные, и и попса, и военных лет, и патриотические, и шуточные, и серьёзные. Выбирай на любой вкус. По сути опера это тоже песня, но очень большая. Или цикл песен, связанных одним сюжетом. Конечно оперу слушать тяжело. Часа три просидеть в зале, несмотря на антракты, не каждый выдержит. А песня звучит минут пять или около того. Это легко и приятно. Зачем же люди придумали эту гигантскую песню, называемую оперой. Всё началось с обычного спектакля, где только говорят. И началось в древней Греции. Давненько. Говорили и говорили бы себе, а то вдруг запели. Чем это вызвано? Не думаю, что только тем, что пение громче обычной речи. -15- Можно и орать. Что мы и наблюдаем в современном театре. Значит появилась какая-то эстетическая потребность в том, чтобы артисты запели. В драматическом театре актёры тоже поют песни или романсы. Но их голоса не те, что нужны в опере. Для оперы необходимы мощные, что называется «поставленные» голоса. Такому пению и голосам специально учат в консерваториях. И не каждого туда возьмут. Надо обладать природными данными. Но не будем забираться далеко в «чащу» этой темы. Не секрет, что некоторые песни стоят целой оперы. И это действительный факт, встречающийся в наше время. В 90е годы в Европе поставили оперу Шнитке «Жизнь с идиотом» на либретто Виктора Ерофеева. Главный герой — вождь мирового пролетариата. Для периода развенчания прошлого это было сенсацией, но для Запада. В России произведение, к счастью, не шло. Там нет нормальной музыки, а сплошной гротеск. Подобное произведение не так давно поставили и в Большом. Это «Внуки Розенталя» Леонида Десятникова на либретто одиозного писателя Сорокина. Там клонированы великие космозиторы-классики и превращены а бомжей. Что касается музыкальных достоинств, то звучат сплошные стилизации, сатира и гротеск. По поводу это опуса, консервативно настроенные граждане и даже Госдума выражали протест. Никакой -16- яркой, запоминающейся музыки там, разумеется, нет да такая задача и не ставилась авторами. Конечно, можно привести и факты из истории, когда самая популярная в мире опера «Кармен» на премьере провалилась, потому что высоконравстевенные граждане посчитали сюжет низким и недостойным сцены. Провалилась на премьере, как известно, и чеховская «Чайка», но по другим причинам. Говорят, что даже и «Волшебная флейта» великого Моцарта на премьере провалилась. Заподозрили автора в пропаганде массонства. В заключение нашего рассказа более весёлая история из жизни. Жена одного моего приятеля, ныне покойного, работала официанткой и часто приходила домой подвыпивши. Так вот как-то утром, войдя в дом с больной головой услышала, как радио орёт какую-то оперу. То была «Хованщина» Мусоргского. «Выключи эту дрянь!» - крикнула она мужу, - «Такую бодягу (выразились она более крепко) я сама могу сочинить!» Вот они каковы простые русские женщины. Не только коня на скаку или в горящую избу... но и «Хованщину», -17- если захотят могут сотворить, предварительно, кончно, опохмелившись. Сами выбирсйте, что вам лучше — опера или песня. 6).Почему Лев Толстой не верил в пятна на солнце, в медицину... и дирижирование? (шуточное эссе). Своеобразной личностью был этот великий писатель. Как и все, в молодости испытавшие множество пороков, в зрелости он стал образцом нравственности, порой граничившей с ханжеством. Непротивление злу и насилию, вегетарианство, познание тяжкого крестьянского труда («сено покосишь — попишешь стихи») - всё это характеризует классика. Стремление всем давать полезные советы увлекало писателя настолько, что даже стало мешать творчеству. Но мы слишком ударились в серьёзный тон. Пора, дорогой читатель,как говорится, сменить пластинку. Кстати, о пластинке. Голос писателя пытались увековечить с помощью появившегося в начале ХХ века звукозаписывающего устройства. Лев Николаевич очень испугался большого раструба, в который его просили что-то сказать, считая сие настоящей дьявольщиной. Хотя, кажется, его всё-таки удалось -18- уговорить, и голос сохранился для потомков. Но мы отвлеклись. Как же быть с пятнами? Да кто же и впрямь поверит, что на такое яркое светило кто-то наляпал пятна? Оно ведь тогда бы стало более тусклым. Придумают же эти учёные! Нет, чтобы подлететь к светилу и, если оно действительно заляпано, то протереть его лик чистой тряпкой. Человеки всей Земли спасибо учёным скажут. Ну, и с медициной вопрос ясен, потому что все болезни от грехов и непотребного образа жизни. Придумают же доктора! А ещё давали клятву Гипократа. Не навреди, мол ! Им главное, чтобы было побольше кого лечить. Вот Лев Николаич вёл правильный образ жизни, поэтому ничем серьёзным не болел (чиханье и кряхтенье не в счёт) и прожил достаточно долго. Только вот к концу программы немного стал того: решил отречься от написанного и вообще ушёл из дому куда глаза глядят. Теперь коснёмся главного. Дирижирования, будь оно не ладно. И что же делают полезного эти дирижёры? Махают себе руками как ветряные мельницы, а музыканты сами по себе играют, уткнувшись в ноты, лишь изредка косясь на «махальщика» (как бы от излишнего усердия тот не свалился со сцены в зал). Но это шутка, господа! Будем надеяться, что дирижёры за это на нас не обидятся. Великий писатель, названный вождём мирового пролетариата «глыбой и могучим человечищем», наверное, и не подозревал какую громадную предварительную работу проводят дирижёры на репетициях. Помимо элементарных вещей, как-то выявление и исправление не тех нот, проставление нюансов и штрихов, выяснение темпов, разучивание с оркестром особо неудобных -19- и сложных мест, каждый дирижёр по-своему трактует исполняемое произведение. Поэтому одна и та же симфония, увертюра или инструментальный концерт у каждого дирижёра звучит по разному. Известно, что оркестровые музыканты всегда испытывают нового дирижёра, специально, например, играя не те ноты. Услышит фальшь или нет? Если не услышит, то грош ему цена. Но, как правило в дирижёры идут люди с хорошим слухом, преимущественно с абсолютным. Случается, что опытные дирижёры порой «улучшают» авторское произведение, меняя инструментовку, если находят её не достаточно эффектной. Известен случай, когда знаменитый Артуро Тосканини по своему оркестровал какое-то произведение Клода Дебюсси, не посоветовавшись с автором. А тот на концерте ничего не заметил, решив, что столь блестящий оркестровый наряд его заслуга. Известен случай и из отечественной практики, когда наш Геннадий Рождественский что-то даже дописал в партитуре больного Альфреда Шнитке за что автор на дирижёра обиделся. Существуют различные манеры дирижирования (кто с палочкой, а кто и без неё). В давние времена дирижировали тяжёлым жезлом, стуча им об пол, отбивая такт. Кажется, композитор Люлли нечаянно вонзил себе это жезл в ногу отчего вскоре скончался. Ранее также дирижировали, стоя лицом к публике (уважение) и спиной к оркестру, что создавало проблемы для музыкантов. И только, говорят, революционер в музыке Рихард Вагнер это изменил, став спиной к залу и лицом к оркестрантам. Теперь нечто критическое напоследок. Сейчас, грубо говоря, дирижирует всяк, кому не лень. Был солистом- -20- инструменталистом (чаще скрипачом или альтистом) или играл на чём-нибудь ином в оркестре и вдруг, прельщённый лаврами дирижёра, уже стоит за пультом. Подобное поветрие наблюдается и в кино. Снимался, снимался и вдруг захотел сам снимать. И снимает, найдя спонсоров. Ещё кое-что забавное. Если в произведениях мировой музыкальной классики, как музыкантам, так просвещённым слушателям известна почти каждая нота, и любая фальшь или ошибки будут сразу заметны, то в опусах композиторов современных дело иное. Особенно в авангардных, где порой, играй что хочешь. Автор не заметит, а слушатель не знает как должно быть. Такое происходило в Большом Театре во время исполнения балетов одного известного композитора, чья супруга плясала под его не простую по музыкальному языку музыку. Вот уж оркестранты отводили душу, играя «от фонаря», когда автор не присутствовал на спектакле, а дирижёр делал вид, что непотребства не замечает. Другое дело в классике. Там не забалуешь. Музыка у всех на слуху, и нужно играть аккуратно. То, что написано в нотах... Вернёмся снова к дирижированию, но не к симфоническому, а в ином, более лёгком жанре. Например, в армии. Произошёл там одиозный случай. Один военный дирижёр на ответственном концерте весьма оконфузился. Встал за пульт. Оркестр замер. Заметим, что наш герой весьма дружил с Бахусом, отчего и пострадал. Дирижёр излишне энергично взмахнул руками и из внутренних карманов форменного кителя вылетели, блестя стеклом в свете софитов и прожекторов, две чекушки как два голубя у мастера-иллюзиониста. Кто не в курсе, разъясняем: чекушки или -21- четвертинки это маленькие бутылочки водки объёмом в четверть литра. Поэтому и «чекушки». От изменённого слова «четверть». Дирижёра разжаловали. Перед высоким начальством опозорился. Но он не пропал, а чудесным образом возник на музыкальном поприще снова, даже преуспев в карьере, Возглавил эстрадный оркестр на радио. Теперь он, учтя свой печальный опыт, стал махать менее эмоционально да и во внутренние карманы концертного костюма перестал класть ёмкости с алкоголем. Хотя происшествие случилось давно, но вспомнить всё равно приятно. На этом и закончим наше с потугой на юмор эссе, хотя кому-то, возможно, подобное смешным и не покажется, а вызовет благородный порыв возмущения. Но как любил петь Михаил Горбачёв, затеяв Перестройку: «Не корите меня, не браните...» 7) Ливерпульская четвёрка и другие. Эпиграфы: Очень хорошо помню силу магии, исходившей от всего, что было связано со словом «Битлз» в конце 60-х. В газетах ругали «пресловутых жучков», а в классе по рукам ходила, наверное, в десятый раз переснятая фотка с четырьмя лицами. Фотка была захватана, изломана, подклеена и состоянием своим напоминала старую икону. Где на ней Леннон, где Маккартни, понять было уже невозможно. Но это не имело значения. Как от старой иконы, от неё шла -22- сила, заставлявшая нас часами вглядываться в еле проступающие лица «Битлов». Андрей Макаревич. «... Сейчас мы более популярны, чем Иисус. Я не знаю, что исчезнет раньше: рок-н-ролл или христианство. Иисус был приемлемым, но его последователи были глупы и заурядны. Их искажения погубили для меня христианство». Джон Леннон. Они ворвались в музыкальный мир «стремительным домкратом», как писали, но не о них,кажется, Ильф и Петров. Им покорились и их признали кумирами. Теперь молодёжь «фанатела» от них. Ранее в мире господствовал джаз, но уже где-то вдалеке звучали голос и гитара великого Элвиса. Сначала они подражали ему, но вскоре обрели своё лицо и сотворили множество шедевров, которые пользуются любовью слушателей и поныне, по прошествии многих лет. Их музыка потеснила джаз и отобрала у него молодёжную аудиторию. Как правило, поклонники «Битлс» не любят джаз, а любители джаза отвечают им тем же. Но джазовые музыканты, стараясь идти в ногу со временем, включали в свой репертуар и музыку «ливерпульской четвёрки». Это делали даже такие приверженцы свинга как оркестр Каунта Бэйси (инструментальная фантазия на темы песен), Мейнарда Фергюсона и другие. Исполняли их песни и джазовые вокалисты. Но все эти попытки не давали полноценного продукта, потому что природа музыки британской группы -23- совсем иная, чем та, на которой основывается джаз. Хотя они тоже многое позаимствовали из джаза. Прежде всего — многие ритмические приёмы. Конечно гармоническая база совсем иная. Если в джазе это сложные многотерцовые и альтерированные аккорды, то у «четвёрки» - простые трезвучия, хотя порой не стандартно сопоставляемые. Корни этого явления в ирландской народной музыке. В этих «корнях» заключается отличие их музыки от отечественного рока. Хотя тоже опора на трезвучия, но всё же видны «ослиные уши» бардовских традиций, а то и неискоренимые рецедивы даже «утёсовщины». Если британский рок это англо-саксы, то европейский и российский - романские традиции. Потому и назвали «блатягу», хоть и с большой натяжкой, «шансоном», тем принизив значение французской песни. Поколения меняются, но музыка ливерпульцев и других групп продолжает жить и завоёвывать новых поклонников. Хотя очень больно и смешно видеть состарившихся рокеров, продолжающих прыгать на сцене с юношеским задором, что небезопасно для здоровья. В СССР тоже появилась лавина почитателей-подражателей. И если не получалось в художественном смысле приблизиться к кумирам, то во внешности (причёски и одежда) всё удавалось. Наиболее, конечно, преуспела «Машина времени», хотя по качеству музыки она до уровня мировых хитов ливерпульцев не дотягивает. Есть огромная популярность и масса фанатов, но всё же это продукт внутреннего потребления, а не экспортный товар. Как знак признания, богатые почитатели даже несколько лет назад открыли магазин электроники, назвав его «Машиной...» Украсили интерьер огромными -24- фотопортретами «московской четвёрки», но это не помогло и магазин прогорел. Теперь поговорим об указанных в названии статьи «других». К ним относится и жанр так называемой «рок-оперы». Опять же британец Эндрю Ллойд Вебер потряс мир своим «Джезус Крайс — супер стар». В СССР «отрыгнулось» без промедления «Орфеем и Эвридикой! А. Журбина. Но если музыка Ллойд Вебера известна и популярна во всём мире, то музыка из «Орфея...» никому неизвестна. Подобный опус есть и у А.Рыбникова. «Юнона и Авось». И хоть её возили на Запад, но мир она не потрясла, оставшись продуктом внутреннего потребления. Та же ситуация и в жанре песни. За исключением «Катюши» и «Подмосковных вечеров» вся остальная продукция многих авторов остаётся продуктом местного значения. Тут вам и Р. Паулс, и Д.Тухманов, и М. Дунаевский, и А. Зацепин, не говоря о «попсовиках». А там, за «бугром» и Гершвин, и Кол Портер, и Ирвинг Берлин, и Генри Манчини и многие другие известны всему цивилизованному миру, не замаранному «блатягой». В Европе тоже есть имена, хоть в их мало в сравнении со Штатами. Это француз Мишель Легран, создавший своего рода джазовую оперу «Шербурские зонтики» и несколько непростых , но ярких песен, многие из которых полюбились джазменам. Конечно, и Жозеф Косма, создавший «нетленку» «Осенние листья», ставшую джазовым стандартом. Да и Шарль Азнаур, представитель настоящего шансона, блеснул гениальной «Вечная любовь» (кф «Тегеран-43»). Чуть не забыл бразильца А.К.Жобима, подарившего миру Босса-Нову, подлинно оригинальный -25- продукт. Так что делайте вывод сами. В 19м веке русская музыка, начав с подражания Западу, сумела создать самобытную школу мирового значения. Почему же в 20м подобных высот достигли лишь в академическом жанре (Прокофьев, Шостакович, Хачатурян), а жанре рок-музыки и поп-музыки так и остались в ранге сэконд-хэнда. Наверное, здесь важную роль сыграла политика и общественный строй. Конечно, и серьёзная музыка, и живопись, и литература страдали от невежества правителей, но тем не менее в этих жанрах появились мастера мирового значения (Б.Пастернак, А.Солженицын, Э.Неизвестный). Почему же лёгкий жанр так и не сумел "выбиться в люди"? Наверное, у представителей этого жанра не столь силён был позыв к свободе и желание "выдавить из себя раба". Хотя были и "протестанты", такие как В.Цой, Б. Гребенщиков, Ю Шевчук и другие. Ответить на этот вопрос предлагаю читателям, так как различных мнений, думаю, будет не мало. 8) Об интервалах не складывающихся в музыку. В чём секрет рождения прекрасных, вечнозелёных мелодий? Всем известный «Чижик-пыжик» тоже шедевр. Ведь кому-то пришло в голову так сопоставить музыкальные интервалы (расстояние от ноты до ноты), что они создали простой, но запоминающийся образ. История музыки знает уникальный пример создания всего из 2х нот, интервала большой терции (соль, ми-бемоль), целого произведения. Имеется в виду, так называемая, «тема судьбы» Людвига Ван Бетховена. Но и в -26- наше время можем найти подобный пример. Это знаменитая тема Дюка Эллингона «Си джем блюз», состоящая тоже из 2х нот, образующих интервал кварты (соль. до). Обычно из подобных кратких попевок как из зерна произрастает благоуханный куст шедевра. Но таких примеров, увы, немного. В основном музыкальное произведение изобилует великим множеством интервалов. Если в песне их не так много, то в симфониях и операх целые галактики. Интервалы складываются не только в мелодии, если следуют по горизонтали, но и образуют аккорды (гармония), когда располагаются по вертикали. Сопоставление и соединение интервалов как по горизонтали, так и по вертикали, собственно и есть сочинение музыки. Способы сочинения двояки. Кто творит за клавиатурой, а кто в ней не нуждается, полагаясь на внутренний слух. По-видимому, Бетховен, будучи глухим, прибегал к помощи внутреннего слуха. Но без помощи инструмента сочиняли и другие композиторы. Так Сергей Прокофьев написал знаменитую «Классическую симфонию» у себя на даче в Сонцовке. Известно, что и Шостакович вынашивал внутри сознания свои симфонии. И только, когда сознавал, что произведение готово, садился за стол и писал начисто партитуру. Притом транспонируя инструменты в соответствующие тональности, чего не делал Прокофьев, записывая произведение в реальном звучании и поручая скучную работу транспонирования своему другу-рабу Петру Ламму, которому разумеется полностью доверял, как инструментовщику. Вот такие бывают случаи. Вернёмся к способам сочинения. В фильме «Большой вальс» Иоганн -27- Штраус слушает пение птичек, под впечатлением от их пения создаёт свои знаменитые вальсы. Я знаю и одного современного композитора, который не гнушался пением пернатых. Он в одном интервью говорил: «Я на даче записал на магнитофон пение соловья, пустил запись с заду наперёд и сделал это очередным своим опусом». Случай не типичный, но имеющий малое отношение к творчеству. А есть и такой. Помните слова известной песни: «Песню подобрал на гитаре я» и т. д. Так что можно и методом подбора. Обычно считается, что главным в сочинении является слух и предпочтительней абсолютный. Хотя опыт Бетховена это опровергает. Сочиняют не слухом, а мозгами, умом. Слухом только слушают и проверяют написанное. Так что не обладающие феноменальным слухом не отчаивайтесь. Напрягайте ум. Сочинительство схоже с изобретательством. Но комбинирование интервалами имеет и некую свою сверх реальную составляющую. То, что называют вдохновением. Хотя великий Чайковский и советовал не ждать прихода вдохновения, а садиться за стол или инструмент и работать. Но бывают случаи и довольно частые, что просидев целый день, так ничего путного и не высидишь. Поэтому музыка и полна серой и невыразительной продукцией, являющейся результатом подобного добросовестного высиживания. А все ярчайшие шедевры являются плодами вдохновения. Как ни печально сознавать, но большой процент серости имеет место и у великих. В музыке тональной интервалы имеют взаимные тяготения и разрешаются друг в друга. Поэтому в тональной музыке легче сложить интервалы в удобоваримую более или менее -28- яркую мелодию. Некто Арнольд Щёнберг своим волевым решением отменил тональность, и интервалы стали равноправными, не тяготеющими друг к другу. Соответственно и комбинации из них трудно осознать традиционному слуху, как мелодию. Отсюда и пошёл авангард. Что хочу, то и ворочу! От интервального климата зависит стиль произведения. Так интервалы на протяжении многих веков неизменны, а музыка разная. Тут и барокко, и классицизм, и романтизм, и импрессионизм, и мэйнстрим, и бибоп, и ладовый джаз, и фри-джаз. Вот сколько всего! А строительные камешки (интервалы) одни и те же. Прямо как в шахматах — клеточек 64, а комбинации безграничны. Так-что ищите и пытайтесь так соединить интервалы, чтобы они превратились не в какой-то «суповой набор», а в музыку. Мы забыли ещё о понятии талант, который и главенствует над всем процессом. Что такое талант требует отдельного рассмотрения. Он проявляется и в науке, и в живописи, и в литературе, и музыке. Талант бывает, как от природы, так и может быть взращен тщательным старанием. Известный пример в истории, как гадкий утёнок превратился в прекрасного лебедя. Дерзайте, не смотря на все преграды и препятствия, и стремитесь стать лебедем! 9) Не ту голову отрезали (шутка). Председатель МОССОЛИТА Берлиоз много дурного сделал подопечным ему писателям, за что в итоге и поплатился. Но живший намного раньше однофамилец по имени Гектор сочинил уйму серой, безликой музыки, признанной холуями -29- от искусства великой и никак не был наказан. Чего не коснись, хоть «Фантастическая симфония», «Хоть Гарольд в Италии» - сплошные траля-ля-ля, и ни одной яркой темы. Конечно, за подобное в те годы не казнили, да и трамваев ещё не было, хотя гильотина уже функционировала. Исписал он тонны бумаги, да и был любим благодарными исполнителями (играть удобно и вызывает овации). Хорошо и эффектно оркестровал, создавал драматические кульминации насыщал музыкальную ткань контрастами. Написал знаменитый «Трактат об оркестре» к сожалению мало актуальный в наши дни — так всё изменилось. Хотя изменения не столь скоры. Вот например муж балерины в 60е применял новаторский приём игру смычком по тарелке. Да и сейчас в последнем своём опусе применяет. Заметим, что рядовой слушатель динамические оттенки музыки принимает за её сущность. Для него быстро, медленно, ускорение, замедление, кресчендо и диминуэндо, и есть сам музыка, а не комбинация музыкальных интервалов, редко складывающаяся в яркую тему. А ведь тема как афоризм,как мудрая мысль, как библейское изречение, наконец. И не каждому дано сказать что-то мудрое и умное. Яркая мысль живёт века. Знаменитая мелодия Глюка из «Орфея и Эвридики» играется даже в подземных переходах, став хитом всех времён. Исполняется как соло, так и большим числом исполнителей. Замахнувшийся на «Эвридику» (рок- опера) наш соотечественник почему-то не создал ничего подобного, хотя тема обязывала. Гениальна и «Павана» Форе (известно исполнение трио Била -30- Эванса). Хотя более ничего равноценного автор не создал. Но и за это спасибо! Многие наши современники, так называемые «сурьёззные» композиторы войдут в историю своими полюбившимися народом песнями. Изведя килограммы бумаги на оперы и симфонии, они сподобились создать свои маленькие шедевры. Это и «Московские окна», это и «А снег идёт», и, конечно, хит всех времён «Не овцеводы мы, не скотники...» Написали хорошие песни и успокойтесь, не нужно больше изводить нотную бумагу и мучить исполнителей. Всё равно больше ничего путного не создадите, несмотря на свои звания, статусы, регалии и премии. Конечно массовое увлечение роком представляет скорей не музыкальную, психологическую проблему. Во первых это реакция на опостылевшую классику. Притом такое явление как джаз оказался сложен для поклонников рока. Они подстать миллионам любителей хоккея и футбола — тоже своего рода эпидемии. Есть ещё и бардовская песня, которая сама по себе скромнее перечисленного выше, но весьма бесцеремонно обращается с музыкой, считая её второстепенной подстилкой под часто удачное рифмоплётство. А попробуй-ка сунься к поэтам, не будучи причастным к их клану - заклюют! А за музыку никто заступится не может. Тем более, что она так доступна. Купил дешёвую семиструнку и брынчи. Я не касаюсь одиозного явления массовой культуры необоснованно названного «шансоном». Где французский шансон и где отечественная -31- блатяга. Характерно, что тюрьмы имеются во всех странах, но блатяги ни у кого нет. В Штатах есть стиль «кантри», но блатяги почему-то нет. Народ, наверное, иной. Что-то я разболтался. Завязываю. Не взыщите... 10) Долга ли жизнь джазовой импровизации? Вопрос не праздный и требует подробного освещения. Не так, чтобы долга, но уже пожила изрядно и всё, что могла, выразила. На мой взгляд она сейчас является тормозом развития музыкальной формы. Фактически джазовая импровизация сделала музыкальную форму наиболее примитивной (тема с вариациями). Она заменила собой разработку, свойственную академической музыки, тем самым лишив музыкальную форму драматургии и контрастности. Опять хочу сказать, что джаз должен иметь свои симфонии, а без разработки контрастных тем это невозможно. Поэтому следует вернуться к утраченному (разработка) естественно в контексте музыки для большого оркестра, а не малого состава. Автор предпринимал попытки решить эту проблему, сочиняя джазовые симфонии, которые подобно академическим должны быть четырёхчастны: первая часть — сонатное аллегро, вторая — что-то типа адажио, третья — скерцо(сложно-трёхчастная) и четвёртая -финал (рондо). Могут быть иные варианты, но сонатное аллегро обязательно, чего в джазе ещё не было. Разумеется композитор должен хорошо быть знаком, как с классическими формами, так и с -32- джазом. Автором создано восемь симфоний для джаз-оркестра, хотя подобное начинание не встретило поддержки джазовых исполнителей, привыкших к привычному варианту (тема с вариациями). Да и играть много написанного текста, а в разработке это неизбежно, лень. Кстати, и тональный план импровизационной музыки скучен. Многократное повторение «квадрата» (гармонической схемы) не несёт развития. Это напоминает народное музицирование, когда повторяется одно и то же. Правда, в стиле «фьюжн» и джаз-рок предпринимаются попытки разнообразить форму за счёт вставок и смен темпа, включением других элементов. Но в целом это ситуацию не меняет. Фактически импровизация завела музыку в тупик. Фри-джаз и так называемая «новая импровизационная музыка» не есть выход из создавшегося положения. Так что призываю коллег к джазовому симфонизму, хотя и понимаю, что не каждый джазмен настолько эрудирован, чтобы создать джазовую симфонию. Возможно мой призыв заинтересует новое поколение композиторов, имеющих академическое образование и практически знакомых с джазом. 11) Вы любите Брамса? По каналу «Культура» регулярно в предвечернее время передаются концерты академической музыки. Я -33- принуждаю себя по мере возможности слушать. Два культурных молодых человека, по-видимому музыковеды, комментируют звучащие произведения. Передают не только классику. Но и современную музыку. Но мы поговорим о Брамсе. Послушал его симфонии и инструментальные концерты. Вывод: серость, серость и серость! И великий Пётр Ильич (не путать с Владимиром Ильичом) тоже его терпеть не мог. Но вот Шуман почему-то хвалил, даже несмотря на то, что Брамс увивался за его женой Кларой Вик. А у нашего Тихона Хренникова супругу звали Клара Вакс. Но это так, к слову пришлось. Шуман до того, как спятить, сочинил достаточно много яркой музыки. Тут и «Карнавал» и фортепьянная токката, да и подлинный шедевр, знаменитые «Грёзы», звучавшие помимо шопеновской «Из-за угла» на похоронах советских лидеров и вождей. Но у него и серости тоже хватало. Например, концерты для фортепиано, к тому же плохо оркестрованные. Что же Шуман находил, вернее, за что даже восхищался Брамсом? Может потому, что сам плохо писал для оркестра? Всё может быть. Мне всегда жалко оркестрантов. Они бедные так воспитаны в музыкальных школах, училищах и консерваториях, что считают всё написанное композиторами непререкаемой ценностью, и мучаясь играют и играют. Дирижёров не жалко, у них есть свой корыстный интерес да и плясать и извиваться под музыку, махая руками, легче чем играть на инструментах. Кстати, Толстой, который Лев Николаевич, не верил в три вещи: в пятна на солнце, медицину и... дирижирование. Наверное, -34- у него имелись веские основания не верить. Станиславский тоже твердил по любому поводу «не верю». Но он нам сейчас не нужен. Конечно дирижёрам приходится разучивать с оркестром произведения, исправлять неверные ноты и темпы. В репетициях и заключена их основная полезная деятельность. А махать на концерте, когда музыканты, уткнувшись в ноты на тебя лишь изредка косятся одним глазом, есть награда за проведённую предварительную работу. Сейчас началось странное явление, подобно эпидемии, - все хотят дирижировать. Примеров масса, и не будем называть имена. Вы их сами знаете. Сначала играют на скрипках или на роялях, добиваются больших успехов и признания, а затем неожиданно смотришь, а он уже стоит перед оркестром и изображает ветряную мельницу. Хотя ведь искусству дирижирования долго учатся в специальном классе, а тут раз и в дамки, без всякого там мучения-учения. Талант прорезался. А с талантом шутки плохи. Теперь поговорим о светлых моментах в тяжёлой жизни оркестровых музыкантов. Они случаются при исполнении музыки современной. Известно, когда в Очень уж Большом Театре шли балеты мужа известной балерины или опера того же автора, то музыканты отводили душу. Играй как и что попало, потому что ни слушатель, ни -35- автор не замечают неверных нот в диссонантной ткани произведений. Играть классику дело ответственное. Фальшивые ноты даже и слушатель заметит. Вот так-то, господа. Что-то мы про Брамса забыли. Но продолжим о нём, хотя напрашивается созвучное Хармс. Но это, как говорится, из другой оперы. Да в общем-то больше про этого Брамса Хармса и сказать нечего. Ну, конечно, продолжатель традиций бетховенского симфонизма. Но у глухого ярких тем, разумеется, значительно больше. Совсем забыл, чем Брамс всё-таки любезен народу. Конечно знаменитыми «Венгерскими танцами». Это бесспорно шедевры и «порно» здесь не причём. Я думаю, нам пора завязывать с критикой Брамса и с писанием этого скандального повествования. Ожидайте нового объекта критики. 12) Контрасты Сергея Прокофьева. Признаюсь, что это мой любимый композитор и заочный учитель. Анализируя его творения я понял, как делается музыка. Он единственный из композиторов 20го века создал новый тип мелодизма. При наличии у него огромного количества шедевров, мастер, так же как другие композиторы, страдал недугом графомании, свидетельством чего являются опусы неяркие, тематически не интересные. Первая симфония -36- («Классическая») безусловный шедевр. Но вот сегодня послушал Вторую симфонию в исполнении Гергиева (фон Караяна) и оркестра Мариинского театра. Длилось произведение около сорока минут. Играли без пауз, что называется «не вынимая», из чего можно заключить, что симфония одночастная, хотя и содержит контрастные эпизоды. Музыка очень динамичная, но сквозь нагромождения созвучий и мелодических линий как сквозь толстую скорлупу яркий тематизм не проклёвывался. В оркестре использовались кастаньеты и ф-но, которые совершенно не были слышны. Вспомним и Вторую симфонию Рахманинова, которая на мой взгляд весьма невыразительна и не содержит, в отличии от других опусов мастера, яркого тематизма. Но вернёмся к Сергею Сергеевичу. Когда Стравинский потряс музыкальный мир «Весной священной», Прокофьев в качесте «нашего ответа Чемберлену» написал «Скифскую сюиту». Но ничего примечательного, кроме огромного состава оркестра, она в себе не несёт. У Стравинского сквозит национальный колорит, у Прокофьева -нейтральный формализм и ничего более. Зато балеты - подлинные шедевры. А вот с операми дело обстояло хуже. Сплошная мука для вокалистов. «Любовь к трём апельсинам» кроме знаменитого марша больше ничем не примечательна. «Игрок» и «Огненный ангел» ярчайшие примеры графомании. «Обручение в монастыре» тоже не блещет яркой музыкой. «Семён Котко» и «Повесть о настоящем человеке» образцы конъюнктуры и покорности судьбе (зачем вернулся?). «Война и мир» грандиозная по объёму без знаменитого Вальса сильно бы проиграла. Хотя -37- Вальс дописан по просьбе режиссёра Бориса Покровского. Причём композитор долго сопротивлялся, не желаю ничего добавлять в законченную партитуру. Ария Кутузова безусловна яркая и, конечно, «Вставайте, люди русские», заимствованные из музыки к фильму Эйзенштейна. Что касается инструментальных концертов, то тут не всё шедеврально. Конечно, Первый концерт, ярок своей первой частью. Остальные же, на мой непросвещённый взгляд, являются продолжением знаменитого «Наваждения» с испытанием прочности рояльных струн. Скрипичный концерт достаточно ярок местами, но графомания присутствует. А уж концерт-симфония для виолончели, по-моему какое-то атематичное недоразумение, несмотря на неумеренные восторги Ростроповича. Прокофьев отличался изысканностью вкуса и не терпел банальностей. Вот характерный пример. В его последнем балете «Каменный цветок» по сюжету есть «Цыганский танец». Композитор сочинял балет летом на даче, и когда писал «Цыганский танец», то плотно закрывал окна, чтобы соседи не услышали сомнительные звуки, хотя, конечно, никакой «Цыганочки» он не цитировал. Сейчас иные времена, и песня «Рюмка водки на столе» в исполнении «певца» Лепса, поющего для плебса, признана телезрителями лучшей. Характерно, что под новый 2000й год на канале НТВ культурная публика с упоением пела «Мурку». Хотелось предложить госдумцам сделать это гимном России, коль так нравится блатяга. Можно ещё и «А нам всё равно» Зацепина, что отражает отношение народа ко всему. А наш стеснительный Прокофьев на даче окна -38- закрывал. Да, времена изменились не в лучшую сторону. 13) Безобразие с трубой! Это надо же, чтобы человеку в голову пришла такая дурь : концерт для ф-но с оркестром и солирующей трубы? Какая же им двигала возвышенная идея? Рояль столь многообразен — это целый оркестр. И к чему ему - «пришей кобыле хвост» - эта торчащая как гвоздь из забора труба. Ан дело не так просто! Из этого странного опуса как из зародыша выклёвывается вся эстетическая платформа нашего автора. Любовь к галопам, аллюрам и прочим кавалерийским ритмам в быстрых темпах частей симфоний, неумение создавать полноценное сонатное аллегро (сам признавался Соллертинскому), да и политика, несмотря на все внутренние метания, занимала не последнее место (Повеселю дураков!) А полный зал дураков и рад — неоднократно приходиться бисировать. А уж исполнителям как нравится — колоти по чём зря! Далбай, далбай, далбай, чтобы струны звенели. Трубачу проще — фанфары это не джазом мучиться. Ради справедливости заметим, что «Праздничная увертюра» безусловная удача. В 80ё годы минувшего века, когда праздновался юбилей композитора и было издано всё собрание его сочинений(партитуры симфоний, опер, квартетов и пр.), проходил и фестиваль, посвящённый мастеру, а Большом зале консерватории. Автор этих строк посещал все концерты с партитурами в руках. Тогда и была исполнена 4я симфония, -39- написанная на огромный состав, и в своё время снятая автором с исполнения во избежании негативных последствий. Прослушав море музыки, пишущий эти строки, подивился грандиозности замыслов и их воплощений. Родилась мысль — как мастерски он может длить музыкальное время и сколько и каких для этого приёмов использует. Но не корите меня не броните! Чем значительней автор, тем значительней доля графомании в его творчестве. По видимому без этого нельзя, этого как связующий цемент при постройке кирпичного здания. Возьмём знаменитую 7ю симфонию. Удачно найденная тема балеро, которую тот же Соллертинский окрестил темой нашествия, сделала произведение значительным событием. Остальные части формально прилагаются, но яркости в себе не содержат, сколько бы не усердствовали музыковеды. То же случилось и с Равелем. Не сочини «Болеро», вряд ли бы его узнал мир несмотря на глыбы других сочинений. Тут и «Дитя и волшебство» и концерт для левой руки и прочие фортепианные опусы и знаменитая « Цыганка» для скрипки. Но вернёмся с чего начали. Рояль, в который труба вбивает железные гвозди, это какое-то недоразумение или издевательство (а мягче баловство). А дурак-слушатель и рад, что над ним глумятся и рад в восторге отбивать себе ладони. Лирическим опусом у автора считается романс из кинофильма «Овод». Очень уж полюбилась широким массами трудящихся. Но во первых это прикладная музыка и во вторых — стилизация на потребу дурному вкусу. Так что наш автор при всех своих невзгодах и получениях госпремий, был очень гибким и изворотливым, благодаря чему и выжил. К -40- тому же угодил и доблестным чекистам своей «Родина слышит, родина знает...» В конце жизни он сподобился написать и «Марш милиции», но не был оценен, потому что его перещеголял более молодой и проворный Марк Минков с его «Если где у нас когда честно жить не хочет...» Песенка стала истинным ментовским хитом! 14) Вам нравится Монк? Мне тоже нравился, когда я ничего не знал и не умел. Слушая его игру, думал: и я так могу. Вот как Питерсон недостижимо, а «кашпырять» как Монк вполне под силу. Долгие годы преподавая в Джазовой Студии импровизацию для пианистов, заметил, что первокурсникам, не отягощённым знаниями, легче играть «под Монка», чем в манере би-боп. Они постоянно исполняли «левые» ноты, демонстрирую свободную отсебятину. Постижение стиля би-боп для многих так и осталось недосягаемым, даже по завершения курса обучения. Так же объясняется и любовь публики к проявлениями авангарда в других жанрах искусства. Например, живопись абстракционистов вполне одобряется зрителями, считающими, что и они так смогут мазюкать. Под Рубенса, Веласкеса, Сурикова, Шишкина, Левитана и других мастеров-реалистов не получится — требуются годы труда. Но вернёмся к Монку. Конечно, среди созданных им 70ти тем многие безусловные шедевры. Это общепризнанный факт. Но вот манера игры на рояле, которую ценители считают гениально-оригинальной, вызывает много вопросов. Что -41- касается стиля, то мы имеем смесь страйд-пиано в левой руке (архаика) с новаторством в правой. Мелодический язык, хотя Монк и считается одним из основоположников би-бопа, весьма далёк от этого стиля. Пианизм тоже весьма проблематичен. Играет прямыми пальцами, будто его в детстве не учили правильной постановке. Но, конечно, постановка руки не главное. Главное — результат. Результат не всегда убедителен. Цепляние соседних нот, отсутствие виртуозности и пластики, не создаёт эффекта убедительного свинга. Как считал Эллингтон = «без свинга нет...».Хотя и у самого с эти делом не ахти несмотря на общепризнанное «корифейство». Особенно часто Монк цепляет соседние ноты в басах, промазывая левой рукой. Но и в правой часто задевает «соседей», что создаёт неряшливость и звуковую грязь, которую почитатели считают гениальностью и непохожестью на других. С точки зрения стиля тоже много нелепостей: мелодическое псевдо-бибоповское движение вдруг прерывается пассажем через всю клавиатуру (как правило, пассаж один и тот же во многих пьесах) как некое соревнование с Арт Тэйтумом, что смехотворно в силу своей не равноценности. В сольном альбоме, вышедшем в Париже, где Монк играет на рояле фирмы Плейель, он не может без ошибок сыграть свою знаменитую «Около полуночи», что даже с большой натяжкой трудно считать новаторством. Кстати, он не одинок в неточном исполнении мелодий джазовых стандартов, то ли от неряшливости, то ли от незнания. Хотя, понимаю, что беру на себя дерзость критиковать великих мастеров. Стоит ещё привести мысль о преобразовании своих недостатков в достоинства. Не в этом -42- ли хитрость авангарда и лженоваторства?Как известно, игравшие с Монком трубачи и саксофонисты не могли соответствовать стилистически манере лидера. Потому, что потратив годы на изучение джазового языка и стиля, не могли вдруг начать допускать нарочитые «ляпы», чтобы быть под стать гению за роялем. Впрочем это вопросов дискуссионный, и предвижу яростное возмущение несогласных. Поэтому приглашаю к обмену мнениями. 15) Как определить качество музыки? Как известно, качество продуктов питания определяется на вкус, а музыки — на слух. У кого слух плохой или вообще отсутствует (имеется в виду слух музыкальный), тому определять сложнее. Кстати, понятие вкуса также относится и к музыке. Под этим подразумевается воспитание, образование и общая культура. У кого вышеназванные понятия находятся на не очень высоко уровне,тому достаточно удовлетворить свои эстетические потребности в лучшем случае (как зло меньшее) «попсой», а в худшем — «блатягой». Так и вертится на языке рифма: ему трудно противостоять тяге к блатяге. В жанре эстрадной музыки, в частности в песенном жанре, есть масса образцов качественной продукции. Прежде всего это песни военных лет, когда создатели руководствовались не материальной выгодой, а чувством гражданского долга. Такие композиторы как Исаак Дунаевский, Никита Богословский, Борис Мокроусов, Соловьёв-Седой, Блантер и другие (трудно -43- всех перечислить) создали подлинные шедевры, так называемые «нетленки». Их произведения заслуженно признаны и любимы народом. В послевоенные годы и в наши дни многие композиторы создали массу шедевров. Любимы народом песни Пахмутовой, Бабаджаняна, Эшпая и многих других. В наши дни некие мальчики и девочки, в основном прибывшие в столицу из глубинки и ставшие выпускниками «фабрик звёзд», заполнили эфир ТВ и радиостанций своей продукцией. Они сочиняют и музыку, и слова, сами и поют, находя отклик и бурное признание в толпах себе подобных. К тому же очень любят деньги. За просто так ничего не сочиняют. Вершина их творческих мечтаний и устремлений приобрести недвижимость в Штатах и особняк на Рублёвке. Многим это удалось. Какие уж там «нетленки»? Главное «срубить бабло», как принято выражаться в их обществе. Соответственно вопрос о качестве продукции здесь не возникает. Но хватит о лёгком жанре. Поговорим о серьёзной, академической музыке, которую называют «классикой», хотя классикой произведения становятся по истечении многих лет. Академическая музыка (классика) в советское время преимущественно звучала по радио и ТВ, когда «давал дуба», кто-то из членов правительства. Памятно всем и назойливое «Лебединое озеро» как гимн ГКЧП. Теперь о недавно прослушанном концерте, посвящённом 85-летию знаменитого дирижёра Геннадию Николаевича Рождественского. Несмотря на солидный возраст он за пультом выглядит молодцом. То, что называется «ни в одном глазу». «Евонная» (как часто выражаются гости передачи Андрея Малахова «Пусть говорят») супруга Виктория Постникова играла Концерт Шостаковича для ф-но и трубы с -44- оркестром. Партию трубы исполнял знаменитый Тимофей Докшицер (запись 1985 года). Как известно, у академических трубачей эталоном игры является подражание скрипке (кантилена и вибрация). Уместно здесь напомнить один случай, когда Докшицер побывал на концерте американской джазовой звезды Фредди Хаббарда. Портреты обоих трубачей помещались на страницах специального журнала об игре на трубе, выходящего в Штатах. Так вот мнение об игре коллеги было кратким категоричным: «Ни одной живой ноты!» То, что считается в джазе достоинством, у академистов осуждается. Соответственно и достоинства академистов (например вибрация) осуждаются джазменами. Но вернёмся к музыке. Если я, будучи достаточно образованным музыкантом не только в джазе, но и в академическом жанре, осмелюсь высказать своё безапелляционное мнение, то предвижу гнев и возмущение многих, придерживающихся общепризнанных оценок, что уже не раз случалось по поводу моих высказываний. Общее впечатление: «нелепость на нелепости и нелепостью погоняет». Кстати это тот случай, когда комбинации множества интервалов не складываются в музыку (об этом ранее писал в своей статье, как и о данном концерте для ф-но с трубой). Партия рояля не окрашена ярким тематизмом, хотя и не без наличия известной бравурности. Ритм сплошь «кавалерийский» как у ф-но, так и у трубы. Если проводить параллель с использованием возможностей трубы в джазе, то здесь партия этого инструментам жалка и бедна. Далее в концерте прозвучала 5я симфония ленинградца Бориса Тищенко. Я терпеливо промучился 40 минут, но прослушал опус до конца, притом ранее это сочинение уже -45- слышал. Вот ужас-то где! Началось с заунывной каденции английского рожка, долгое занудство которого сменила каденция кларнета. Забегая вперёд, скажу — далее прозвучит каденция гобоя и флейты словно это не симфония, а инструментальный концерт. Диссонантные туттийные аккорды отделяли каденции друг от друга. Ничего похожего на яркий тематизм не наблюдалось. Чем писать «оригинальное» более продуктивно использовать фольклор, чтобы имела место некоторая узнаваемость, щадящая бедного и терпеливого слушателя. Стравинский в «Весне Священной» применил подобное и не прогадал. Здесь же долго длится гнетущая «совремёнка», немилосердная к слушателю. Шнитке тоже нашёл удобоваримый выход, чередуя банальную музыку, написанную к мультфильмам, с остервенелым авангардом, что находчивые критику назвали «полистилистикой». Тищенко тоже ближе к концу опуса сменил «ориентацию» (стилистику), и зазвучало нечто тональное гавотоподобное, но вполне банальное. Далее начальная попевка долго мусолится у разных инструментов, изображая разработку материала. Как нечто положительное можно отметь отличную инструментовку (пошив музыкальной одежды). Впрочем, этим владеют все выпускники композиторских отделений консерваторий. Всех научают хорошо шить музыкальную одежду, только неизвестно для кого. Стоит в заключении сказать и о дирижёре. Геннадий Николаевич большой «хитрован», знает всему цену, но делает вид, что... Не думаю, что он в восторге от большинства произведений новой музыки, но должность, как говорится, обязывает. Если не будет исполнять «передовое», то и на -46- Запад перестанут приглашать, а там ой какая хорошая публика. Кстати, о публике. В частности, о российской. Очень она мужественно и терпеливо выслушивает всё, что не предложат. И хоть бы кто-то кашлянул или хлопнул сиденьем кресла с досады. Нет и нет. Мучаются, но не сдаются. Да и критика теперь стала беззубой и благодушной. А раньше от критиков, как доставалось даже Чайковскому, казалось бы, очень понятному и человечному. Чего стоят лишь оценки генерала и композитора Цезаря Кюи. Почитайте на досуге. Получите удовольствие. 16) Нужны ли мастер-классы? Знаем, что любителем проводить подобные мероприятия был великий Ростропович. Он выхватывал у ученика виолончель зафигачивал на ней что-то невообразимо виртуозное и, не требуя повторить, начинал рассказывать смешные истории, байки и анекдоты. Обычно присутствовавшие зрители (урок обычно проводился в зале) покатывались со смеху, а маэстро, довольный произведённым эффектом, закрывал «лавочку». Помимо Мстислава Леопольдовича славились своими мастер-классами и Захар Брон, и Максим Венгеров, и Юрий Башмет. Кстати и у них рассказывание забавных весёлых историй тоже входило в часть учебного процесса. Но это в классике. А как дело объстоит в джазе? Расскажем и об этом. В 80х годах прощлого столетия посетили столицу два джазовых светила из США. То были знаменитые Чик Кориа и Гарри Бёртн. Они выступили в резиденции американского -47- посла, а затем и в Союзе композиторов. Вибрафонист провёл лекцию-концерт в Гнесинке, а потом согласился дать показательный урок-лекцию в Союзе композиторов. Мероприятие наметили на утро . Все очень волновались и старались не пропустить ожидавшуюся информацию из первых рук. Напечатали пригласительные, но желающих оказалось значительно больше. Снова, хоть и малый зал, битком! Я, счастливчик, проник в числе приглашенных. Предстояло сегодня стать посвященным в тайны джазовой импровизации (мы ведь здесь варимся в собственном соку и некому нам открыть глаза). Предстояло и нечто вроде знаменитого сеанса черной магии с последующим ее разоблачением, чего легкомысленно хотел конферансье Жорж Бенгальский. Чем это для него закончилось, мы знаем из романа Булгакова, но войдем в уютный зал. На сцене водрузили школьную доску, на которой заморский лектор мелом писал ноты, рисовал схемы и графики, иллюстрируя написанное на стоявшем поодаль виброфоне. Не случайно оказавшийся "в кустах" знаток английского, переводил, как мог, то и дело, ставя слушателей в тупик незнанием музыкальной терминологии. Но, несмотря на подобные мелкие трудности, аудитории вполне было понятно, о чем речь. А речь шла о давно известном из многих переводных самиздатовских школ и пособий: буквенное обозначение аккордов, гаммы, лады и их арпеджио - то есть все то, что называется "плясать от печки". Что же касается главного (как импровизировать), об этом - тишина! Так что никакого "разоблачения черной магии" не последовало, а посему пора -48- было отрывать голову наглому конферансье, но, увы, кота Бегемота, как назло, в зале не оказалось. Тем не менее, сеанс имел свое неординарное продолжение. Когда разочарованная публика стала нехотя подниматься с мест, меж рядов суетливо забегал композитор Борис Семеныч (внешностью - ну вылитый Бенгальский) и стал каждому, в том числе и мне, доверительно нежно шептать на ухо следующие проникновенные слова: - У нашей эстрадно-джазовой секции денег нет, поэтому отстегните, сколько можете (пять или десять рублей), чтобы мы сейчас, спустившись в ресторан, смогли угостить знаменитость(?!). Так что, читатель, все же разоблачение состоялось и, если не "черной магии", то чего-то другого, не очень светлого... 17) О музыке и звуковом фоне. Почему-то, когда по ТВ идёт разговор о современной академической музыке (в частности об авангарде), и она (он) звучит, то показывают даже не исполнителей, а картины природы или что-то подобное. Наверное, чтобы слушатель не скучал. Выходит, что подобная музыка» нуждается в видеоряде, становясь звуковым сопровождением (фоном) ему. Когда же звучит, например, симфония Чайковского, то подобный видеоряд не требуется - музыка не нуждается ни в каких «подпорках» для лучшего восприятия слушателем. Практика показывает, что слушание передовой музыки непременно требует подобной картинки из чего следует вывод, что -49- подобные произведения не являются Музыкой, а лишь звуковым фоном. Когда звучит Шнитке или ему подобные, то обязательно мы видим на экране пейзажи и слышим назойливо бубнящий голос комментатора, поясняющего, что автор хотел выразить своим произведением. Но оставим Шнитке и поговорим о других композиторах и их творениях. Когда произведение лишено яркого тематизма, а основано лишь на модных приёмах и оркестровых эффектах, то неподготовленный рядовой слушатель скучает и томится, сидя в зрительном зале. Понимаю, что на меня набросится стая возмущённых моим консерватизмом передовых музыковедов и критиков, но что делать — каждый имеет право иметь своё мнение. . К сожалению, у всех композиторов разных эпох и национальностей при наличии общепризнанных шедевров имеется и масса невыразительных, безликих опусов. Графомания как профессиональная болезнь присуща всем творцам. Большая часть их опусов является лишь звуковым фоном, а не Музыкой в высоком смысле этого понятия. Ожидая град упрёков и брани, осмелюсь всё же высказать своё мнение по поводу творений общепризнанных и великих мастеров. Прослушав все симфонии Малера и Брукнера, осмелюсь заявить, что они не имеют яркого тематизма, а лишь -50- демонстрируют мастерское владение оркестровкой (Малер более роскошен, Брукнер более скромен). Хорошо, что Брукнер начал сочинять лишь в 40 лет, а то бы число серой музыки значительно возросло. Но коснёмся и великих предшественников: сороковая симфония Моцарта безусловный шедевр, а сорок первая «Юпитер» серость. Не будем касаться Гайдна с его сотней симфоний. Миру известны лишь «Времена года», а остальное удел музейных полок. Недавно прослушав сюиту Рихарда Штрауса из его «Кавалера роз» пришёл к неутешительному выводу. Серость и безликость! Но мастер оркестровки как и большинство композиторов. Его опус с претенциозным названием «Так говорил Заратустра» свидетельствует о то, что Заратустра так банально не говорил. Другой Рихард, Вагнер, создал много шедевров. Чего стоит лишь «Полёт Валькирий» и вступление к Тангейзеру. Но его доктринёрство в подходе к музыке весьма болезненно для слушателя. Протяжённость опер совершенно не щадит зрителя. Кстати, он утверждал, что создал бесконечную мелодию. На самом же деле — бесконечные секвенции. Его гигантские полотна это симфонические экзерсисы с воткнутыми в них голосами певцов. Игорь Стравинский, попадая на Вагнера, срочно шёл в буфет есть сосиски. Хотя и сам не безгрешен, а вернее полностью лишён мелодического дара — нет ни одной темы. В начало «Весны Священной» использует народную попевку. «Русский танец» из Петрушки нельзя считать -51- значительной темой (отрезок гаммы вверх-вниз). Хотя он безусловно гениальный конструктивист и мастер оркестровки (уроки Римского-Корсакова многое дали). На этом, дорогой и благосклонный читатель, мы прервём наше вопиющее повествование, отложив продолжение до следующего прилива критиканства. © Георг Альба, 2017 Дата публикации: 17.07.2017 01:07:35 Просмотров: 1898 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииСветлана Беличенко [2017-07-17 23:31:49]
Интересно написано, особенно по части теории музыки - чувствуется хорошее владение автора этой темой. Идея с джазовыми симфониями, по-моему, очень оригинальная и заслуживает поддержки.
P.S. Всегда хотела послушать огромные оперы Вагнера от начала и до конца, но так руки и не дошли. Ответить |
|
Отзывы незарегистрированных читателейГеорг Альба [2017-07-17 23:41:47]
|