Счастье тебя ждет, милая
Елена Крючкова
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 4365 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Если, когда я стану пыльной старушкой, меня спросят: какой был самый счастливый день в твоей жизни – мне будет что ответить. Был ноябрь, черный и лысый. Я шла по мелкой улочке, не помню, куда именно – пусть в хлебный. Вся в грустных мыслях – конечно, о нем. Глаза у него были голубые, волосы – блестящие черные кудри, профиль – с размахом, а поклонниц, считая и меня, только в нашем институте – сотня. Брела я, не глядя по сторонам, вся в мыслях о том, как он на меня посмотрел, когда на прошлой неделе встретились в коридоре… К реальности меня вернул голос, спрашивающий, как пройти к поликлинике. Голос принадлежал приземистой цыганке, одетой с соблюдением всех растиражированных советским кинематографом стандартов. Пока я объясняла дорогу (идти здесь было два шага), она внимательно меня разгладывала, как коготками цепляя детали, особенно – сережки с брильянтами-осколочками, которые я сегодня в первый раз надела. - За твою доброту дай погадаю тебе, милая, - завела она медово, едва дослушав ответ на свой вопрос, и схватила меня за руку. Я попыталась вырваться – никогда не была я одной из тех дурочек, которые останавливаются возле цыган, чтобы узнать свою судьбу – да куда там… Цыганка, не мигая, смотрела мне в глаза и уже бормотала: - Вижу, милая, от несчастной любви страдала ты много… Из-за мужчины и сейчас страдаешь – правду сказала я? Я кивнула и перестала вырываться. - Ой как страдаешь – на руке твоей это написано. Но вижу – зря страдаешь, потому что жгучий брюнет тебя любит, милая. Вижу еще букву "а" в его имени, глаза вижу голубые. Красоту его вижу. Ох и любит он тебя, милая… Я хмыкнула и снова попыталась уйти. - Ой не рвись так, милая, не вру я! Зачем мне врать, сама подумай! Любит он тебя больше жизни, только порча на нем есть от соперницы твоей черноглазой. Держит она его сердце в кулаке, а оно к тебе одной рвется. - А вдруг правда?! – мелькнуло в моей влюбленной голове, и цыганка это, видно, заметила, потому что резко наклонилась к моему уху и зашептала (от нее пахло уксусом и грязным телом): - Могу я сделать так, что отпустит она его. И ничего тебе это не будет стоить, потому что вижу – хороший ты человек, - тут она вдруг дернула меня за волосы и у нее в руке остались два моих волоска. Она скосила глаза и яростно разорвала их в клочья. - Загадывай, - потребовала. Я старательно загадала, как ОН делает мне предложение. Цыганка наблюдала за мной и, в тот самый момент, когда в моем воображении я, качаясь на облаках, собиралась ответить "да", она зловеще добавила: - Только одно условие надо выполнить, милая, чтобы сбылось желание твое заветное. Нужно снять себя вещь золотую и отнести ее ночью на кладбище, и положить на могилу мужчины, который умер ровно тринадцать лет назад. Уйти потом нужно, и не оборачиваться, иначе умрешь страшной смертью. А вещь твоя сама к тебе вернется в тот самый день, когда желание твое сбудется. И не пугайся, милая, за доброту твою сделаю так, что и не надо будет тебе туда ходить, и желание твое исполнится. Могу помочь тебе, только вот серьги свои мне дай – не украду их, не бойся, мне чужого не надо, провалиться мне на этом самом месте. - Интересно, что дальше, - крутанулась в моей, абсолютно пустой в ту минуту, голове одна-единственная мысль, пока я снимала серьги (бабушкин подарок!) и протягивала их цыганке. Ты цапнула добычу грязненькой лапкой, зажала в кулаке, дунула в него и, побормотав, произнесла громко: - Вот и все, они уже на кладбище. – она помахала перед моим лицом пустой ладошкой в знак доказательства. – Иди домой, милая, и серьги твои сами к тебе вернутся. Иди, верь мне. Счастье ждет тебя, милая. И она зашла за угол дома, скрывшись быстрее, чем я успела что-то ей ответить. Еще некоторое время я стояла и смотрела на то место, где только что находилась цыганка. Радость наполняла меня. От этой радости я, кажется, даже качалась из стороны в сторону и постанывала. Мне аб-со-лют-но не было жалко сережек, которые украла цыганка – ни на миг я не поверила в сказочку с кладбищем. Но он любит меня – в это я поверила сразу и бесповоротно. Он меня любит. Черт с ними, с сережками – я к ним даже еще не привыкла, а для бабушки я придумаю какую-то историю. Я теперь все могу – ведь он любит меня. - Счастье ждет тебя, милая, - повторила я вслед за цыганкой и, улыбаясь от распиравших меня эмоций, пошла дальше – кажется, все-таки за хлебом. © Елена Крючкова, 2007 Дата публикации: 31.12.2007 19:09:17 Просмотров: 3028 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |