Аквариум
Яна Ларина
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 6363 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
В.Г., светлой памяти… «For those who die along the way - timeless glory awaits» Я помню тот урок географии, ту записку мне, сложенную вчетверо из клочка тетрадного листа в клетку. Удивление. Открытие другой вселенной. «Я тебя люблю» - ярко-голубыми чернилами, безапелляционно, с подписью, с упорным, совсем не смущенным взглядом через несколько парт. Глаза в глаза. Искренность этих слов переливалась внутри меня калейдоскопом, бережно, солнечным зайчиком прыгала по сердцу, теребя его пружину… Невзаимно, ну и что с того? Первое чужое признание в любви запоминается навсегда. Даже когда безответно. Это запечатление первого чуда, связанного с твоим существованием в этом мире для кого-то. Я – его чудо. Он так решил. Автомобильные сполохи рвутся в вечернюю мглу. Все спешат, боятся задержаться, стремительно несутся навстречу… Но зачем? Можно остановиться, подумать, вспомнить что-то. Я сижу в машине и удивляюсь торопливости. Столпотворение. Обычная пробка. Не хочу жить с опережением. Подожду. Он спешил. Правда, поздно это дошло. У него была своя модель судьбы. Аквариум. «Знаешь, рыбы живут совсем мало, аквариумные. Но всё успевают! Влюб**ться, плодиться, есть и спать. Счастливые…» - он нёс мою школьную сумку, провожал домой. Сумерки скоропостижно соединили нас, двумя длинными тенями под уличным фонарем, сделали одним силуэтом, словно мы держались за руки. На самом деле просто так легли тени, почему-то чрезвычайно близко друг к другу, вплотную. Дома у него стоял огромный аквариум, похожий на добротный стеклянный комод, с толстыми стенами, на которых как будто нарисованы водоросли. Но если присмотреться, то можно различить там рыбок, замерших и созерцающих нас из своего идеального мира с чистой водой, едой по часам и по вкусу, нужным количеством нужного света, в общем, действительно имеющих всё то, чтоб не тратить время зря… «Им никого не надо искать, ну, в смысле самцам и самкам, испытывать любовью, страдать – всё под рукой. Кто рядом – тот рядом. Как всё просто, правда?» То ли это в нем говорила отверженность, из-за моей невзаимности чувств, и он придумал себе такой аквариумный мир и даже воплотил в жизнь. То ли он просто чувствовал, что ему болезнью столько же отведено, как и рыбам, и он успеет влюбиться в того, кто первым окажется рядом – в меня… Я его почти не слушала. Не нравилась такая философия с короткой аквариумной жизнью. Только теперь стало понятно, что ни один человек не был так откровенен со мной. В машине холодно. Я забыла включить обогрев. По радио звучит песня, и неожиданно в дискотечно-визгливых напевах слышится библейский текст и слова про смерть. Невольно возвращаюсь к мыслям о пробке. В свете фар я отчетливо различаю свою молоденькую учительницу по русскому языку, ту, что в начальных классах говорила нам вместо Правописание – Писание, мы маленькие первачки, в заляпанных красками и клеем фартуках, не противились и повторяли также, и лишь родители дома поправляли. Она не просто так произносила. Это не было оговоркой. Она тоже спешила, кармически избавлялась от того, чего не успеет. Учить буквам – это как учить молиться, складывать все правильно в слова, обрывать ненужное интонацией… Быть безграмотным или не уметь молиться – это как не иметь внутренней культуры, два абстрактных греха, разных, но очень близких одновременно. Однажды я пожаловалась ей на мальчишку из параллельного класса. Долговязого, ушастого, неожиданно, но регулярно делающего мне пакости, бонусом за равнодушие к нему. - Он отнимает портфель и высыпает всё из него. Прямо на пол. - Это хорошо. Ты ему нравишься, Аня, - честно и по-взрослому объяснила учительница. - Я злюсь. - Не злись. Хуже, когда наоборот. - Как наоборот? Она посмотрела удивленно близорукими глазами сквозь тонкую металлическую оправу очков, нервно провела рукой по мальчишескому ёжику своих волос, отложила карандаш в сторону и с трудом, как будто не хватало воздуха, произнесла: - У каждой женщины в жизни есть хоть один дневник умерщвления несчастливой любви. Это была взрослая мысль. Совсем не для маленькой девочки. Я и не поняла тогда. Просто запомнила. Да она и не мне говорила. Себе скорее. - И у Вас есть? Молчание в ответ. В том диалоге должна была прозвучать красивая реплика, финальная, но не прозвучала. Вместо этого я позже услышала другое. «Ушла из жизни». Слово-то какое дурацкое – ушла. Встала, вышла, захлопнула дверь, так что ли? Выброситься из окна – это не уйти, нет. «For those who die along the way - timeless glory awaits….» Такой вот был припев в той песне. Пробка. В соседней машине открыто окно и слышно, как женщина надрывается, спорит с сыном-крохой, озаренным и влюбленным вероятно в какую-то детскую штуковину. - Я тебя прошу, помолчи. Не сейчас! - Ну, купи мне, купи, купи, купи! Парень в черной Тойоте справа громко включил музыку, укрываясь от ожидания, коротая звуками нетерпение рвануть. Мой знакомый Л. укрывался словами. Он умел ими драться, а вот драться не умел совсем. Стеснялся защищаться кулаками. Горячий только в беседе, как подвижник. Задыхался от несправедливости, а задохнулся от ножа наркомана, который отобрал у него пачку сигарет и видеокассету из проката. Л. пытался что-то объяснять, но кому и зачем? Наркомана словами не исцелишь. Встретила его в парке как-то, не удержалась, спросила, уцепившись за момент в беседе: - Зачем ты споришь, когда можно и без этого обойтись? Он поднял на меня свои неброские серые глаза и словно мимоходом кинул: - Потому что ненавижу пошлость и банальность. Неимоверные запросы к окружающим, нелепое мужское лихачество. Сокурсник сказал мне, что Л. умер в троллейбусе по дороге в больницу. В агонии. Обошелся без скорой помощи, гордый до последнего, так и не позволивший пошлости победить. Наркоман угодил прямо в сердце. Иногда нужно соскочить с ломки принципов. Ради жизни. Он не смог. Мы всё стоим в этом дурацком заторе, как жертвенная процессия времени. Пусть это автомобильная пробка, пусть. Лишь бы не затор на пути туда…Им уже ничего не скажешь и не споешь «For those who die along the way- timeless glory awaits». Не услышат. Вечер плавит огнями мысли о прошлом, а детский голос рядом всё продолжает просить: - Мам, ну купи, купи мне, пожалуйста, аквариум! p/s «For those who die along the way- timeless glory awaits» (перевод): тех, кто умрет в пути, безвременная слава ожидает © Яна Ларина, 2009 Дата публикации: 09.06.2009 14:33:07 Просмотров: 2636 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииПрохор Майоров [2009-07-19 20:13:55]
Понравилось. Но мне не понятен рефрен английской фразы. И перевод Вы почему-то не дали.
С самыми лучшими пожеланиями, Прохор Майоров. Ответить Лана Борисова [2009-06-09 18:08:04]
аквариум как модель мира - не такая уж новая мысль, но у автора свой взгляд, не могу не оценить.
ответственность за маленькие жизни, осознание скоротечности, ценности момента, неизбежности развязки - все уместилось в короткую фразу: "они все успевают". по-другому уходят люди. недолюбив, недоспорив, недопоняв, недослушав. не придумав красивой финальной реплики. вынужденная пауза тоже напоминает чем-то взгляд из аквариума: спешить невозможно, есть время, чтобы взглянуть на тех, кто находится теперь по ту сторону стекла. очень понравилась мысль, но не фраза:"Учить буквам – это как учить молиться, складывать все правильно в слова, обрывать ненужное интонацией… Быть безграмотным или не уметь молиться – это как не иметь внутренней культуры, два абстрактных греха, разных, но очень близких одновременно." смутили некоторые слова: запечатление, сполохи, жить с опережением. авторское? спасибо. Ответить |