Заметки на бегу
Николай Сундеев
Форма: Эссе
Жанр: Размышления Объём: 5925 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Называя кого-то поэтом, мы как бы подразумеваем, что он всегда пишет хорошие стихи, а на самом деле это не так: он пишет то лучше, то хуже, бывает – и попросту плохо. И, по сути, поэтом в полном смысле этого слова он является только в лучших своих вещах. Для кого я пишу эти торопливые заметки? Сам не знаю. В значительной мере, очевидно, для себя: напоминаю себе некоторые истины. Но если вдруг случится так, что эти заметки окажутся в чем-то небезынтересными и другим, буду очень рад. I. Жил-был поэт А. Писал – по-разному. И вот некоторое время назад я прочел ужасную, просто позорную его подборку в одном издании. Похоже, он уже перестал отличать в cвоих стихах настоящее от барахла. А ведь были когда-то у него неплохие стихи... Это драма человека, которому в жизни не встретился хороший редактор. Редактор нужен любому пишущему. Не обязательно он должен быть редактором по должности: это просто может быть человек с хорошим вкусом, который, к тому же, хорошо чувствует особенности именно данного конкретного автора. Это может быть друг, это может быть супруг (супруга), и с таким же успехом это может быть совершенно посторонний человек. Кому как повезет. Но без настоящего редактора – тяжко. Вот почему Фет писал Полонскому в таком духе: мнение одного знатока мне дороже мнения тысячи не знатоков. Это не значит, что ему не хотелось быть признанным читателями. Но для того, чтобы лучше разобраться в написанном, выбрать наиболее удачное, понять, в правильном ли направлении он движется, Фету нужен был знаток. Важно помнить при этом, что редактор и цензор – не синонимы. Первый – по части вкуса и чувства меры, второй – по части запрета или ограничения свободного самовыражения. Пушкин писал (цитаты под рукой нет, уж простите за грубый пересказ), что творческий процесс состоит из двух этапов. На первом ты должен излить и воплотить в слове весь жар своей души. А на втором – ты должен посмотреть на эту еще не остывшую лаву абсолютно холодным, отстраненным взором и убрать все лишнее, исправить то, что до конца не получилось. По моим наблюдениям, у многих пишущих людей с первым этапом все более или менее в порядке. Им удается войти в то состояние раскрепощенного творчества, когда все удается само собой и то, что накопилось в душе, свободно изливается на бумагу. Но, увы, в этом состоянии, как писала Белла Ахмадулина, «жар кофеина и азарт полночный легко принять за остроту ума». А когда наутро посмотришь на написанное, замечаешь вдруг, что не все в нем так хорошо, как представлялось... У каждого из нас есть свой внутренний редактор (не путать, опять-таки, с цензором). Если для того, чтобы довести написанное до ума, достаточно только его – прекрасно. Но практика показывает, что часто, очень часто авторам насущно необходим редактор внешний. Не формальный, понимающий, доброжелательный, но при этом – достаточно строгий. Если у вас его нет, его нужно найти – своего редактора. При этом нет гарантии, что не наткнешься на скверного: полного самомнения и ставящего себя выше автора, обладая, меж тем, дурным вкусом или тем, к чему лучше всего подходит определение антивкус. От такого редактора, способного принести вам много вреда, нужно держаться подальше. II. Называя кого-то поэтом, мы как бы подразумеваем, что он всегда пишет хорошие стихи, а на самом деле это не так: он пишет то лучше, то хуже, бывает – и попросту плохо. И, по сути, поэтом в полном смысле этого слова он является только в лучших своих вещах. Пушкин сказал, что драматурга нужно судить по его вершинам. Но это же можно отнести к поэтам, прозаикам и т.д. Из этого следует несколько вещей: 1) ничьим громким поэтическим именем не следует обольщаться, всякий раз нужно смотреть, а что он сейчас написал, этот прославленный мастер: не снизил ли он свою планку, остался ли в данном конкретном случае поэтом, а не рифмоплетом; 2) нужно стремиться к тому, чтобы оставить по себе как можно больше именно вершин, со всей возможной безжалостностью отсекая остальное; 3) нужно помнить, что всякий поэт есть фактически автор строго определенного количества настоящих, сильных стихотворений, только у одного их 20-25, у другого –30-40, а у третьего - 100; 4) любой росток настоящего поэтического творчества заслуживает внимания, одобрения и поддержки, потому что писать настоящее – очень трудно; 5) из двух книг двух равных по таланту авторов одна может представляться более сильной только из-за того, что поэт жестче, безжалостней к себе отбирал стихи для нее. Отбор чрезвычайно важен. Проблема того поэта А., с которого я начал эти заметки, именно в отборе. Ему уже много лет. Он написал много стихов. Но ни разу не выпускал книгу. А это опыт, который ничем заменить невозможно. Я некоторым знакомым, чуть утрируя, говорю: человек, которому двадцать пять, но который прошел через процесс выпуска своей книги в издательстве, в чем-то мудрее и опытнее человека, которому шестьдесят, но который книг не издавал. Выпуск книги, со всеми его этапами, как приятными, так и неприятными для автора, дает последнему возможность взглянуть на свой труд со стороны, чужими глазами. Увидеть реакцию других. Услышать замечания. Не обязательно со всем согласиться, но что-то из этого извлечь, намотать на ус. Он будет теперь строже относиться к написанному, взвешивать его на незримых весах. Он будет теперь яснее видеть свои плюсы и минусы. Он будет воспринимать свое творчество в некотором контексте, видеть «поле», на котором идет «игра». И велика вероятность, что он будет строже относиться к отбору своих стихов для публикации. Поэт А. этой школы не прошел. То, что в свое время ему не удавалось выпустить книгу, да и в периодике не особенно рвались его публиковать, развило в нем синдром непризнанного не то чтобы гения, но крупного явления в поэзии. А это привело к размыванию критериев: чуть ли не все написанное им стало казаться А. достойным самой высокой оценки. И вот он публикует все, выходящее из-под его пера, в полной уверенности, что эти стихи – прекрасны. Ему бы хорошего редактора. Ему бы желание и умение услышать чужое мнение... И тот же самый поэт А. выглядел бы в глазах читателей совсем по-другому. Гораздо лучше, чем сейчас. © Николай Сундеев, 2009 Дата публикации: 05.10.2009 00:52:05 Просмотров: 2047 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |