Александр Башлачев
Олег Котляревский
Форма: Эссе
Жанр: Литературная критика Объём: 5350 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Как стремительно летит время! Прошел двадцать один год с того дня, как Александр Башлачев ушел из жизни. И как переменчива, непостоянна и часто несправедлива судьба по отношению к талантливым людям. Кто-то становится неимоверно популярен при жизни, хотя вскоре его так же быстро и забывают. Кому-то судьба воздает лишь после смерти. Так почему-то чаще случается у нас, на Руси. И примеров тому достаточно. Но часть одаренных, талантливых, неординарных людей русских ни при жизни, ни за порогом ее не получают широкого признания. Хотя заслуживают этого, и не меньше других. И оттого, что творчество их остается невостребованным в нашем Отечестве, мы остаемся обделенными, мы обкрадываем себя. А образующуюся пустоту в наших душах заполняет все, что ни попадя, ибо природа, ТВ и шоу-бизнес не терпят пустоты. . Александр Башлачев родился 27 мая 1960 г. Обучаясь в Уральском университете на факультете журналистики, написал несколько песен для еще никому не известной свердловской группы "Наутилус Помпилиус". Затем работал корреспондентом череповецкой районной газеты и иногда писал тексты для местной группы "Рок-сентябрь". После того как "Рок-сентябрь" прекратил свое существование, Александр стал писать песни "для себя". А в 1984 году взял в руки гитару. Сменив благополучие журналиста на неустроенность, стал бродячим музыкантом. "Из города в город, из дома в дом, по квартирам чужих друзей..." Как и все смертные, Александр, конечно, нуждался в деньгах. Но все же выступал не там, где можно больше "сорвать", а там, куда звали близкие по духу люди. "Я человек поющий.- говорил он. - Есть человек поющий, рисующий, есть человек летающий, есть плавающий. А я поющий, с гитарой... Я, конечно, пою для себя, по помогает мне жить, по делает меня, я расту. Я не играю в залах, я не играю больших концертов, я играю тем, кто хочет меня слушать. Тот, кто зовет меня к себе домой, соберет двадцать, тридцать, пятьдесят человек, я играю... Понимаете, самое главное, когда человек скажет: "Ты спел, и мне хочется жить". За те несколько лет, что были отпущены судьбой, Александр написал всего около пятидесяти песен. Не так уж и много. Тем более что в 1986 году он дал своеобразный "обет молчания" и не исполнял больше новых песен, оставляя их на потом... Но и в тех, что Башлачев оставил нам, все же успел многое вы-сказать.. Как говорится, имеющий уши да услышит. Башлачева причисляют к рок-бардам, но рамки тесны для него, и эта классификация, скорее, условна. В первую очередь он — поэт. Потому что песни Александра ничего не теряют, когда читаешь их с листа. Потому что у него очень своеобразный поэтический язык, сочетающий трудносочетаемое. По¬тому что Башлачев как поэт говорил, и пел, и кричал нам о том, о чем мы либо боялись, либо стыдились говорить, либо забывали в повседневной суете. Его песни заставляют задуматься. О нас, о нашей жизни. У Башлачева мало, конечно, разудалого веселья, царящего сейчас в эфире и на сцене. Есть ирония, доходящая до сарказма, шутка с большой долей грусти и боль, временами переходящая в надрыв, до отчаяния. "Если мне плохо, и ко мне придет кто-то, кому тоже плохо, нам не станет от итого хорошо. Мне не станет хорошо от тою, что кому-то плохо. Мне — не станет. И поэтому нытик — он разрушает, не создает. Но раз он уже ноет, значит, у него уже болит, то он запоет в конце концов, своей болью запоет он. Потом — о радости, потому что когда человек начал петь песни, это был плач сначала". Но в отчаянии Башлачева нет, по-моему, безысходности. Потому, что в его песнях любви не меньше, чем боли. Любви к человеку. К нашей "загадочной" русской душе, такой непростой и не поддающейся однозначному определению. Стоит только послушать "Ванюшу", чтобы почувствовать это. Как будто предчувствуя, заглянув за край своей судьбы, Александр пел: "Я знаю, за¬чем иду по земле. Мне будет легко улетать". Мы уже никогда не узнаем, легко ли было Башлачеву, когда он отправлялся в свой последний полет, распахнув окно на восьмом этаже обычного ленинградского дома. Наверное, да, если он в это верил. И все же не дает покоя вопрос: Почему так рано?! Не плачьте, когда семь кругов беспокойного лада Пойдут по воде над прекрасной шальной головой. Короткую жизнь — семь кругов беспокойного лада Поэты идут — и уходят от нас на восьмой. Уходят. Но оставляют нам в строках, в песнях свои души, которые из поколения в поколение отзываются звоном колокольчиков в душах живущих, будя их, тревожа, волнуя, не давая заплыть жиром сытости, равнодушия, самодовольства. Помогая нам оставаться людьми. Как ветра осенние подметали плаху, Солнце шло сторонкою, да время стороной, И хотел я жить. И умирал, да сослепу,со страху, Потому что я не знал, что ты со мной. Как ветра осенние заметали небо, Плакали, тревожили облака. Я не знал, как жить, ведь я еще не выпек хлеба, А на губах не сохла капля молока. Как ветра осенние да подули ближе, Закружили голову и ну давай кружить, Ой-й-й да я сумел бы выжить, Если бы не было такой простой работы —жить. Как ветра осенние жали—не жалели рожь, Ведь тебя посеяли, чтоб ты пригодился, Ведь совсем неважно, отчего помрешь, Ведь куда важнее, для чего родился. Как ветра осенние уносят мое семя, Листья воскресения да с весточки — весны, Я хочу дожить, хочу увидеть время, Когда эти песни станут не нужны. © Олег Котляревский, 2009 Дата публикации: 14.12.2009 15:30:07 Просмотров: 2324 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииИлона Муравскене [2009-12-22 10:03:11]
Долго шли - зноем и морозами. Все снесли - и остались вольными. Жрали снег с кашею березовой. И росли вровень с колокольнями. Если плач - не жалели соли мы. Если пир - сахарного пряника. Звонари черными мозолями Рвали нерв медного динамика. Но с каждым днем времена меняются. Купола растеряли золото. Звонари по миру слоняются. Колокола сбиты и расколоты... Спасибо, Олег! Башлачев- это время. Я не успела узнать получше его творчество при жизни, но потом... Увы, но это факт, очень многие у нас становятся известными только после смерти. А при жизни- только в тени. За чьей- нибудь спиной. Прости нас, Сашбаш! Ответить Олег Котляревский [2009-12-22 14:57:39]
Спасибо, Илона!
Да, ты, конечно, права. И жаль, что и теперь Сашу, его творчество нельзя назвать известным, даже с большой натяжкой. Как принято сейчас говорить, он - не формат. Видимо, слишком умен и серьезен, по мнению шоу-бизнеса. с уважением |