На окраине леса
Настя Сиз
Форма: Рассказ
Жанр: Проза (другие жанры) Объём: 12054 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Мы рождены, чтобы жить совместно, наше общество – свод камней, который обрушился бы, если бы один не поддержал другого Сенека На окраине леса жила старуха. Она была самой обыкновенной старухой на свете. Не толстой и не тонкой, не высокой и не низкой, не совсем уж здоровой и не совсем уж больной. Какая-то бесформенность виднелась во всех её чертах: и в худых руках с голубоватой сеткой вен, и в крючковатых пальцах, и в горбатом носе, и в тонких, вытянутых в одну нитку губах. Старуха жила в своем стареньком доме совсем одна. Со всех сторон его обступали высокие тысячелетние деревья, недалеко протекала маленькая речушка Варянка, на берегах которой росли целебные травы. Старуха иногда выходила в реке, чтобы поискать в густой траве затерявшиеся грибы, собрать коренья для своих мазей и микстур, и просто… Просто посидеть на берегу и послушать мелодичный шум воды. У женщины не было особых занятий. Она вставала рано-рано утром, еще когда на дворе стояла темнота и отблески первых лучей солнца едва были видны на каплях росы. Взяв два огромных ведра, она шла к реке и наполняла их до краев. Половина воды, естественно, расплескивалась, но старуха, казалось, не обращала на это внимания. Завтраком ей обычно служил ломоть хлеба – не всегда свежий, валенное мясо (Запас пятилетней давности) и крынка воды. Она не любила мыть посуду и делала это лишь из-за резкой необходимости. К примеру, когда из-за огромной грязной горы, покоившейся в углу комнаты, совершенно не из чего было есть. До обеда она обычно сидела на полу и перебирала банки. Банок было очень много, к тому же надписи на половине из них были начисто стерты, так что работы старухе хватало. Порой она находила какие-то старинные бумаги, свидетельства, записи, повествующие о событиях столетней давности. Тогда старуха чувствовала себя особенно счастливой. Можно было просидеть до вечера, читая, рассматривая и раскладывая по кучкам драгоценные бумажки. Её дом требовал ремонта. Крыша насквозь прогнила от времени, многочисленных дождей, ветра и других капризов природы… В щели дуло, и внутри царил нестерпимый холод. Но что могла она сделать? Она была немощным, старым и больным человеком. Она доживала свой век, смирившись с мелкими проблемами жизни, и не пытаясь что-то в ней изменить. А совсем недалеко, в нескольких километрах от дома старухи, стоял небольшой пень, обросший со всех сторон мхом. На этом самом пне сидели двое: мальчик и девочка. Мальчику, по-видимому, было лет десять, не больше. Девочке чуть меньше – около восьми лет. Они отчаянно ругались. Причем никто не хотел принять сторону другого. - Ты просто не понимаешь, о чем говоришь! Я лучше знаю, куда нам идти, и… - Мы заблудились, Карл. Это элементарно, - болтая ногами, заявила девочка со светлыми курчавыми волосами. - Нет, не заблудились. Я знаю эти места как свои пять пальцев! – взвыл мальчик, отчаянно комкая в руках какой-то листок бумаги. - Карл, а я есть хочу. Мальчик повернул к ней горящее лицо. - Настоящий путешественник должен переносить лишения со стойкостью воина! А ты не можешь продержаться без пищи и получаса! - Карл, это была все твоя идея. Ты виноват. Ты! – у девочки задрожала нижняя губа. Это было верным признаком того, что через секунду она горько-горько заплачет. Карл с ужасом вскочил с пня и стал бегать вокруг девочки, болтая какую-то чепуху и попутно пытаясь уверить её, что все нормально. Наконец это принесло некоторые успехи: он уговорил свою подругу встать и отправиться дальше. И сделать привал как можно скорее, у ближайшего населенного пункта. Так они и дошли до дома старухи. Остановившись перед покосившейся дверью, дети нерешительно переглянулись. Карл набрал в грудь побольше воздуха и, постаравшись придать своему голосу твердость, крикнул: «Хозяин!» Пару секунд ничего не происходило. Карл и Лиза (Так звали девочку) уже решали, уйти им или войти в дом без ведома и без стука, как скрипнула дверь, и на пороге показалась бледная фигура старой женщины. Выпучив свои и без того огромные зеленые глаза, она уставилась на пришельцев. А пришельцы, в свою очередь, - на неё. Первым заговорил Карл. - Приветствую… Прошу извинение за вторжение… Прошу принять и не обидеть. У старухи еще больше округлились глаза. Лиза смотрела на мальчика со смесью удивления и восхищения. Таких заумных и непонятных фраз она еще никогда от него не слышала. - Гр… Гр… Тры… Тры… Ты… Ты кро… Ты крро… Ты кто? – с трудом выдавила старуха. Из-за того, что она практически восемьдесят лет не говорила, даже сама с собой, её речь деформировалась и превратилась в непонятный набор звуков. - Путешественники. Издалека. Карл и Лиза, - четко произнес мальчик. Старуха подозрительно оглядела их с ног до головы. В её голове шли какие-то странные процессы. Мысли, сменяющие одна другую, огромный поток новой информации – все это произвело некоторую революцию в мозге старой женщины. Опять наступило молчание. - Поесть что-нибудь найдется? – внезапно раздался тоненький, но требовательный голосок девочки. - Дра….Да. Хрреб… Хреб. Хлеб, - автоматически ответила старуха. - Давайте, - по-хозяйски махнула рукой девчонка. Карл удивленно взглянул на Лизу. Он открывал в ней все новые качества. За столом устроились трое: Карл, Лиза и старуха. Дети вовсю уплетали всю снедь старухи, которую она вывалила на стол, удивляя хозяйку своим непомерным аппетитом. Сама она так никогда не ела. - Никогда не чувствовал себя таким голодным! – улыбался Карл. – Странное ощущение! - Гр-гр… На водрухе аппретит… - Да-да, прогулка – то, что надо! - Карл, потом нужно будет обсудить, куда пойдем дальше. - Не сейчас же! - Нельзя задерживать хозяйку! Помнишь правило: не больше часа у незнакомых, у знакомых – до трех? - Гр-гр… Мре не мершайте… - Нет-нет, мешаем. Нельзя ж занимать так много времени… Дела ведь у всех есть… - Но если хозяйки-то сами разрешают… - Так вот… Чаф-чаф… Неплохое мясо, между прочим… Как вас зовут-то? – щеки девочки непомерно раздулись от огромного куска мясного пирожка, который она умудрилась запихнуть к себе в рот. Старуха, казалось, была поставлена этим простым вопросом в тупик. Девочка перестал жевать. Карл положил на стол хлеб. Старуха, на лице которой впервые за столько лет появились какие-то эмоции, вновь сникла. В огромных зеленых глазах отразился испуг. Она резко встал из-за стола и, прошмякав что-то насчет ночлега, быстрыми семенящими шагами вынесла свое тельце в другую комнату. Громко хлопнула дверь. На пол упал отвалившийся кусок гнилой древесины. Ребята сидели за столом. Догорала свеча. Комната постепенно погружалась в полумрак. - Карл, ты… Ты о чем думаешь? – почему-то робко и неуверенно произнесла девочка. Мальчик нахмурился. - Ты не заметила ничего странного? Ей около девяноста лет, а она живет одна. Её дому, наверное, еще больше лет. Все вокруг медленно гниет и умирает. - Но… Почему? Как? - У меня есть догадки. Помнишь Третью Войну? - Только по рассказам. Меня ведь тогда еще не было на свете! Карл скривился. - Тысячи беженцев скрывались внутри Страны. Кому удалось, те смогли выехать за её пределы. Но это были единицы. Основная масса либо погибла, либо была обращена в принудительные работы, либо… - Либо? - Либо скрывалась в лесах, подальше от людских глаз. Лиза ахнула. - Ты хочешь сказать, что она… Но тогда получается, что ей было всего шестнадцать… Тогда… - Тогда Война все это объясняет. Она живет в одиночестве из-за страха быть узнанной. Она боится возвращаться в мир, потому что знает, что он её не пощадит. Семьдесят лет… Не видя ни одной живой души, не разговаривая, каждый день думая и надеясь… - Ужасно, - всхлипнула девочка. - Я не знаю, попадает ли она под юрисдикцию от 567 года, но… Пока мы не выясним это, нельзя давать ей знаков того, что мы знаем её тайну. - Мы ей поможем?! – глаза Лизы засияли. Она вся встрепенулась. Карл впервые за время их разговора улыбнулся. - Это у тебя в крови… «Помогать обездоленным и дарить им свет надежды.» - Это должен делать каждый из нас. Протянуть руку помощи тем, кто нуждается в ней, и не отворачиваться… Как бы не было больно на это смотреть, - серьезно ответила девочка. На несколько секунд на её лице проступили взрослые черты. Она приняла твердое решение. Луч солнечного света упал на лицо старухи, заставив её сморщиться, вздрогнуть и раскрыть глаза. Зевнув, она с трудом поднялась на постели и приняла вертикальное положение. И тут же поняла, что что-то изменилось вокруг. Почему-то больше не дул ветер из щелей. Не скрипели половицы. Не несло тошнотворным запахом гнилой древесины, грязи, пыли и сырости. Все вокруг как-будто обрело новую жизнь, второе дыхание. И все это произошло за одну ночь. Старуха опустила свои дрожащие ноги на пол. Закутавшись по привычке в теплый, продранный в некоторых местах халат, она, будто торопясь куда-то, быстро отворила дверь в столовую и… Застыла на месте. Прежде невзрачная, серая комната была залита солнечным светом. На столе, на этом старом, видевшим десятилетия столе появилась белоснежная скатерть. Полевые цветы в изящной вазе. Ягоды ярко-красного, фиолетового и синего цвета; яблоки, груши и еще что-то, что доселе она никогда не видывала; непонятно откуда взявшаяся картина на стене; распахнутые окна с занавесками… За столом сидели ужасно уставшие, но невероятные довольные дети. Лиза была одета в какой-то невероятный рабочий костюм; Карл с ног до головы был вымазан грязью, пылью и еще чем-то зеленым, но… Было видно, что старуху ждут уже давно. - Вы заспались… Солнце уже высоко! – звонко воскликнула Лиза. - Завтрак на столе, план в голове, а вещи - вдалеке, - скороговоркой проговорил Карл. - Что… Что… Что такое? Я не понимаю, - пробормотала старуха на чистейшем языке. Дети переглянулись. - Дела не ждут, вам нужно переодеться… Нельзя ж в таком рванье отправляться в путешествие! – Карл и Лиза взяли старуху под руки и повели в комнату. - Переодеться? Что? Путешествие? Решительно ничего не понимаю… Я… Тем временем Лиза открыла дверной шкаф и стала активно перебирать вещи, что-то целенаправленно выискивая. - Солнце уже высоко… - пропела она. - Так же высоко оно было в тот день, когда вы покинули форпост Акарпоус на севере Страны и бежали вместе с другими беженцами в леса Уйпи, - спокойно продолжил Карл, внимательно всматриваясь в расширившиеся глаза старухи. – И именно так вы отреагировали на предложение, а, точнее, приказ вашего друга и, по совместительству, командира восстания. Вы остались в лесу, надеясь, что это временная мера, но… - Вы застряли здесь на семьдесят лет. Вам не жалко этого времени? Времени, потерянного впустую? Растраченного на постоянный страх, боль… Унижение? – Лиза отряхнула пыль с льняного костюма свободного покроя. Старуха тяжело дышала. Она не знала, что ей делать: злиться, радоваться, плакать… - Многое произошло за это время, Йокохама Роуз, - старая женщина вздрогнула при звуке этого имени. Её имени. – Прежнее не забыто, но оно не карается со всей жестокостью прошлых годов. Ситуация такова, что нужна помощь некоторых лиц. Друзей, - горячо проговорил Карл. - Мы отправляемся в путешествие. Прямо сейчас. Оденьте вот это, - Лиза всунул в дрожащие руки старухи костюм. – Все необходимые вещи уже собраны. Остается только… - Как вы узнали? – прошелестело в воздухе. Карл и Лиза скромно улыбнулись. - За время уборки-очищения, которую мы стихийно затеяли, было найдено огромное количество ненужных и нужных вещей… Интересных документов и свидетельств, которые могут документально подтвердить то, что вы участвовали в восстании семьдесят лет назад и что вы, Йокохама, являлись ближайшей сподвижницей командира… - Нам наплевать. Это было давно. Сейчас – другое время. Так вы идете? – они уже стояли на пороге. - Я… Я не знаю… - робко, неуверенно, с нотками страха и надежды пролепетала старая женщина. - Вы все уже давно знаете, - внезапно просто сказала Лиза. - И не надо что-то объяснять. Люди должны помогать друг другу. © Настя Сиз, 2008 Дата публикации: 31.01.2008 14:59:33 Просмотров: 3373 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |