Шахарит. Рассказка к восьмому марта.
Рене Коэн
Форма: Рассказ
Жанр: Юмор и сатира Объём: 10916 знаков с пробелами Раздел: "О ком-то, о чём-то" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Шахарит* "Мужчины, а давайте, вы будете стирать, убирать,готовить, гладить... а мы вас - хотеть!" (неизв. мне автор) Начиная свой день с утренней молитвы, "шахарит", всякий благочестивый еврей произносит: "Спасибо тебе, Господи, что сотворил меня мужчиной!" - В самом деле так приятно - быть мужчиной? - Ася потыкала в мужнину мошонку. - Когда всю жизнь между ног болтается "это"? - Ну, оно не всегда болтается, - Лёня поскрёб бороду. - И вообще, разве это главное в мужчине? - А что в вас - главное? - Ася стащила с мужа галстук и нацепила на шею. - Мне идёт, правда? - Разве есть что-то, что тебе не идёт?! - вот всегда он так! Скажет два слова, после которых уже и говорить не о чем... Но Асе всё думалось и думалось, и ужасно хотелось проверить: как же это - быть мужчиной?! Хоть немножечко, самую капельку! И тут, в конце февраля, на невинный вопрос мужа - "что тебе подарить на восьмое марта?" - неожиданно для себя самой Ася ляпнула: - Вот ничего не дари! Хочу восьмого марта быть мужчиной! - Это как? - Лёня хитро прищурился. - Понятия не имею! Просто буду мужчиной - и всё! - По-моему, ты слегка поехала... Или от природы такая? Не то чтобы Лёня удивился - к Асе он относился снисходительно, как к невзрослеющему подростку. - Ну, будь, если хочется. А мне, я так понимаю, ты отводишь роль женщины? - Правильно понимаешь. Но не просто женщины, а почётную роль жены, матери и дочери! - Не многовато ли ролей? - брови мужа сдвинулись к лысине и застыли страдальчески изогнутыми вопросительными знаками. - В самый раз. Я-то ведь тоже буду и мужем, и отцом, и даже зятем! - Так что, даже цветы - не? - А какие ты предпочитаешь, дорогая? - Ну-ну, - обречённо хмыкнул муж... Восьмое марта выпало на пятницу. Ася, как и всегда, проснулась в семь, но вовремя вспомнила, что мужчине в выходной день вставать рано не приличествует. Спешить некуда, завтрак сегодня - не её забота. В девять мочевой пузырь стал молить о пощаде. Лёня на кухне читал газету. - С праздником, любимая! - Ася, улыбаясь, всучила ему цветочный горшок с лимонным деревцем. - Ох, нифига себе! - довольный муж потрогал ярко-жёлтые, величиной с перепелиное яйцо, лимоны.- Спасибо! Кажется, утро началось неплохо. - Где мой завтрак? - она старалась говорить, копируя мужнины интонации. - А что тебе приготовить? - Приготовить?! Это ж минимум через час будет готово (чья фразочка, узнаёшь?)! Нет уж, выпью кофе... с кусочком сыра... и буду ходить голодной! Чайник включи хоть! - делая вид, что обижена, Ася забрала газету и уселась в гостиной читать, почти силой удерживая себя в кресле, чтобы не вскочить и не начать по привычке жарить оладьи для закатывающих глаза от удовольствия при их поедании мужа и сыновей. - Вода закипела. Тебе сколько чего? - Как обычно, - она знала, знала! Это ей известно, как ему - "обычно"! - Две кофе, одну сахара? - Сахара пожалел? - С молоком? - Говорю же: как обычно! Сахара щедрый Лёня не пожалел, положил три. Кофе был холодным от молока. Сладкое и холодное пойло. Брр... - Ась, на рынок нужно? - Ты меня спрашиваешь?! - Ася поставила грязную посуду в раковину и... нет-нет, не мужское это занятие - мыть. - Тебе решать, дорогая! - и не только на рынок, но и стиральную машину загрузить, и развесить потом бельё... и приготовить обед и ужин на два дня для четверых, а во время готовки ещё и полы успеть протереть, и пыль... и стол праздничный накрыть, восьмое марта ведь! И подарки, предусмотрительно купленные ею, отнести маме и учительнице музыки. Обо всём этом муж пока счастливо не догадывался, а Ася не торопилась ему напоминать. Телефонные поздравления родственницам, знакомым и жёнам друзей она решила взять на себя: быть мужчиной - так до конца! Лёня позвонил с рынка минут через пятнадцать: - Тут картошка белая и красная. Мы какую едим? - Красную. - А красную крупную, среднюю или мелкую? - Среднюю... Следующий звонок раздался ещё минут через пять: - А помидоры круглые или длинные? Далее звонки следовали один за другим по мере Лёниного перемещения от прилавка к прилавку. Ася сжалилась над мужем и неторопливо продиктовала ему весь перечень продуктов и мест их покупки. Лёнина память не подвела, и он всего лишь пару раз после этого перезвонил, чтобы уточнить, что именно должно быть написано на банке с майонезом и какого цвета лучше яйца... До прихода мужа Ася успела обзвонить всех, кому полагалось настоятельно напомнить о торжестве в них женского начала именно в этот весенний день, и на вопрос: " А где же Лёнечка?" честно отвечала: "Сегодня я за него!" К тому времени, когда увешанный пакетами с покупками Лёня появился в дверях, Ася управилась со стиркой, вспомнив, что и муж пару раз по её просьбе нажимал на стиральной машине кнопку "Вкл." и даже изредка помогал ей развешивать бельё... Лёня на кухне вынимал содержимое пакетов. - Тебе помочь? - Ася смотрела на растущую гору продуктов на столе. - Сама справлюсь! - гордо ответил Лёня и показал жене язык. - Ну, как знаешь. - Ася на секунду пожалела о затеянном, представив, на что она обрекла несчастного мужа, но тут же спохватилась: а почему, собственно, несчастного?! А я-то сама?.. И в будни, и в праздники... Несчастная?! Ася высунула язык в ответ, схватила охапку газет и ушла в спальню. Читать не получалось. Асин мозг выхватывал из текста отдельные фразы и продолжал мысль в произвольном направлении: "Екатерина умерла накануне золотой свадьбы..." " Вот я умру накануне чего-нибудь, - думала Ася, - чем он детей кормить будет?! Нет уж, пусть учится... пока я жива." " На кухне - самодельная деревянная лавка..." "У нас тоже самодельная... Лёня сделал. На кухне. Интересно, а что он сейчас там делает?" Ася не выдержала. Крадучись, босиком, подобралась к кухне: Лёня стоял к ней спиной и крошил ножом какой-то овощ. На плите что-то варилось в кастрюле, булькало в казанке, чем-то вкусным пахло из духовки... " По-моему, я здесь лишняя!" - решила Ася, вернулась в спальню и прокричала оттуда: - Лёнчик, пойду-ка я тёщу поздравлю! И учительницу. - Пойди-пойди, родимый, - отозвался Лёня, - заодно и мусор вынеси, и свежим воздухом подыши. Недалеко от подъезда выгуливала карликового пинчера соседка. Способ, каким она втиснула телеса в спортивный костюм, размера на два меньший её толсто-пузатого тела, был достоин книги рекордов. - Дезенька, детка, ну, давай... пись-пись-пись... ааа... Сделай мамочке хорошо! У нас с тобой сегодня праздник! - увещевала собаку толстуха. -Дезя, с женским днём тебя! - Ася погладила бархатистую головку пинчера. - Удачно оправиться... У мамы Ася засиделась аж до полвторого. Засобиралась, заспешила домой - через час у старшего сына тренировка, нужно его разбудить, чтобы поесть успел. Но сын сам позвонил на мобильник: - Ма, чё тут у нас происходит?! С праздиком! Ты где? Вы что, поссорились? Почему папа на кухне? А Ромку будить? Ро-ма! Подъём! Мам, ты когда вернёшься? Ася расхохоталась. Проходивший мимо дядька остановился, заулыбался: - С праздником, девушка! Вы сегодня вечером свободны? - Какая я тебе девушка! - Ася вошла в роль и произнесла это грубым низким голосом. - Звыняйте, барышня! Не хотел вас обидеть, - дядька выматерился и зашагал прочь. - Мама? Кто там? Мама!!! У тебя всё в порядке? - сын почти кричал. - Гаррик, спокойно! Всё под контролем. Я приду через десять минут. Поешь пока. - Что есть? - Спроси у папы, он сегодня главный на кухне... Дети сидели за столом и с аппетитом уплетали свеже-купленные белые булки с маслом и голландским сыром, запивая чаем. Асе почему-то стало грустно. Как ребёнку, у которого забрали любимую игрушку и отдали другому. - Не наедайся, - сказала она Гаррику, - много теста перед нагрузкой, сам знаешь... С тренировки сын вернулся в четыре, к обеду. Ася приготовилась к последней "схватке" с мужем, которая обязательно произойдёт за столом: уж она-то знала наверняка. - К столу! - торжественно произнёс Лёня, внося в гостиную блюдо с большим куском мяса, источавшим аромат каких-то пряностей и приправ. Ася с детьми наперегонки бросились в комнату и... застыли, глядя на стол: такое можно увидеть на рекламных фотографиях ресторанных залов. Посередине - ваза с разноцветными тюльпанами в окружении маленьких и больших салатниц с салатами; блюдо с дымящимся ещё мясом, посудина с жареной картошкой, разные соленья, пиалы с прозрачным бульоном, селёдочница с розовыми ломтями лосося, бутылки с винами... И тарелки - из нарядного сервиза с салфетками, стоящими на них белыми парусами. - Ну, что же вы! Остывает ведь! - Лёня улыбался, явно кайфуя от реакции семейства. "Даа... Не ожидала я..." - Ася обошла стол вокруг, потрогала зачем-то скатерть и спросила: - Скатерть - самобранка? - Сама ты... бранка! - засмеялся Ромка. - Цыц! - чёртик в Асиной голове требовал давно задуманной мести. - Что ты будешь пить, Лёнечка? - Ася взяла со стола бутылку. - Красное сухое. - А может, белое? - Нет, красное, пожалуйста! - А может, коньяк? - Вино, Асенька, ви-но! - А может, водочку? Или бренди? А ещё у нас есть креплёное... и портвейн, и херес, и токай, и...- Ася принялась перечислять, вопросительно взглядывая на мужа после каждого названия, многочисленные вина, ликёры и прочие напитки, заполнившие разномастными и разновеликими бутылками обширный бар. Это и была её маленькая месть. Любое распитие спиртного всякий раз проходило по одному и тому же сценарию: Лёня интересовался, что предпочитает жена в этот холодный (жаркий) вечер в это время года и суток, Ася отвечала - мускат, и Лёня вдохновенно начинал предлагать всю коллекцию на выбор. После очередного предложения Ася повторяла: мускат. На перечисление уходило несколько минут, стол уставлялся вынутыми из бара бутылками, наконец, в Асину рюмку наливался мускат, и она с облегчением вздыхала... Чёртик успокоился. Ася разлила по бокалам вино, все выпили за её, женское, счастье, наелись до отвала и разбрелись кто куда: дети засели за компьютер, Ася залегла с книжкой, а Лёня, как и полагается хорошей хозяйке, - к раковине с грязной посудой. От ужина все дружно отказались. Лёня поставил на стол торт из кондитерской, они пили чай, много смеялись, день кончился... Субботним утром Ася проснулась в семь. Тихо, чтобы не разбудить Лёню, выскользнула из спальни, наскоро выпила горячего и в меру сладкого кофе, приготовила тесто и привычными движениями принялась наливать его ложкой на раскалённую сковороду. Оладьи получались круглыми, румяными, пахли ванилью и корицей. В дверях кухни появился Лёня. Втянув носом воздух, расплылся в довольной улыбке, обнял Асю, чмокнул её в щёку и, картинно вскинув руки, произнёс: - Спасибо тебе, Господи, что сотворил меня мужчиной! ____________________________________________ * шахарит - восход солнца"(ивр.); утренняя молитва. © Рене Коэн, 2011 Дата публикации: 04.03.2011 00:52:44 Просмотров: 2619 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииВлад Галущенко [2011-04-07 14:09:23]
Юрий Орлов [2011-03-05 00:51:59]
|