Предатель
Джон Мили
Форма: Миниатюра
Жанр: Просто о жизни Объём: 6218 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Он - предатель? Хи-хи... Да, нет... нет. Кого он предал?.. в чем? или чему?.. Пред-а-тель... Пред "а". То есть – до алфавита... Вне языка, вне человечества, вне закона... Чушь! Отхлебнул из бутылки, поморщился, зачем-то подошел к зеркалу. Глаза не понравились... трусоватые. Выдавил, ощутив на кончиках пальцев холодную, сразу запотевавшую пятнами твердость. Чего ты боишься? Такая малость, и говорить-то не о чем. Почесал затылок... волосы влажноватые. От волнения, все-таки он волновался. Все, - сел на диван, обхватил голову руками. Будем разбираться: суд так суд! Откинулся на спинку, начал спокойным, очень уверенным внутренним голосом: - Граждане судьи, дамы и господа! И ты, моя милая, - кивок в сторону потерпевшей, - и ты, моя дорогая, - кивок в сторону потерпевшей. - Выдвинутое против меня обвинение считаю несостоятельным по причинам, излагаемым ниже. Способом защиты - адвокат! - выбираю нападение. – Прокурор... - Итак, обвиняемый, - голос прокурора жестокий металл, - в ночь с... на... происходит невероятное: попраны устои... мораль и нравственность... зигзагообразная трещина пролегла... по ту сторону... Доказанность вины несомненна. Заслушаем потерпевшую. Фамилия, имя, пол, род занятий... - В ту ночь... Он осматривает, ощупывает взглядом ее фигуру. Невзрачная фигурка: ножки коротковаты, потому высокие каблуки; короткая стрижка - сколько раз говорил: отращивай волосы; простое, сейчас неприступно-гордое ненавидящее лицо. - ... в ту ночь меня не было в городе. Он - подлый, подлый... - воспользовался. Я знала, знала... - Срывается. Воздетые руки, звенящий страдающий голос, уже на грани истерики. - Ну, ну, моя милая… тише, пожалуйста, тише, - он старался оставаться в порядке. - Не доводи себя, тебе вредно... - Нет! - доходит до визга, - не будет тише!.. Негодяй, предатель! - Падает в обморок. Он приводит ее в чувство, тихо гладит по волосам: милая, извини... прости, если сможешь... Отхлебывает из бутылки; оказывается, давно на ногах. Снова садится. - Вопрос к потерпевшей, - голос адвоката вкрадчив, одновременно, пружинист. - Вы сказали, что знали, имея в виду, видимо, то, что моего подзащитного нельзя оставлять одного. Как же... - Он не ребенок, здоровенный мужик... – Снова кричит... Агрессивность, напор. - Вы посмотрите, нет, вы посмотрите только... Сидит, ухмыляется... Актер!.. - Значит, - адвокат настаивает, - вы знали?.. да или нет? - Да, - потухает. И устало: - Я все про него знаю. - Вопросов больше не имею. Он довольно потирает руки: если ты знала, милая, так куда же собралась- ускакала? Сидела бы дома, надзирала. Да и потом, - вдруг раздражается, - все она про меня знает... Ха-ха, держи карман шире!.. Память мстительно подсказывает разное, он язвительно усмехается... Еще глоток. Голос прокурора: - В ходе расследования неопровержимо установлены многочисленные факты неблаговидного поведения подследственного, ныне подсудимого, в различных обстоятельствах его жизни. Факты подсудимый признал. Вопрос к потерпевшей: вы в курсе о чем идет речь? - Да, он рассказывал. Я прощала его, потому что любила... Милая, а сейчас? а сейчас, милая... не любишь?.. Сердце заколотилось, бросило в пот. С бутылкой в руке заходил по комнате. Этого еще не хватало: уж в ее-то любви был уверен всегда. Милая... - ... но сейчас, после его грязного предательства, отрекаюсь. Судите его и накажите по справедливости. Он застыл посреди комнаты, ошеломленный. Вот так, – мелькало в голове, - доигрался. Идиот! Но, как же... Нет, нет... без нее нельзя... - Милая, - обратился, - опомнись, ты что?.. Не предавал я, поверь... - «Предал, предал, предал, предал...» - стучало в мозгу. Со стоном бросился на диван, на секунду как отключился. - Потерпевшая, расскажите, как было дело... Она стояла, испуганно переминаясь с ноги на ногу. Облегающее платье. Крутые бедра, прямые, чуть полноватые ноги. В вырезе высокая грудь с выпирающими через ткань сосками. Нежная, очень белая кожа, кукольное лицо в пепельном ореоле волос. Его взгляд, автоматически, на груди… сосредоточился на сосках… И... Взвыло, напряглось, как всегда, захрипело, забулькало, мгновенно бросилось в голову. - Дорогая моя, любимая! Я хочу тебя… здесь, сейчас... Давай, я помогу тебе... Чертова молния!.. Боже мой, это плечо!.. О изгиб лебединый шеи!.. Курчавый запах подмышки... Скорее... скорей же... Дай впиться губами, зубами в розоватую мякоть, приникнуть, проникнуть... Дальше… глубже... еще, еще... А-а - ааа!.. Я лечу... дорогая моя, желанная!.. Еще ... А-аа!.. Лечу-у... Мягкая, слишком большая и толстая грудь лениво свисает набок, громадный, светло-коричневый сосок в синеватых прожилках. Живот в складках жира, неестественно белые - мертвецкие? - широко раздвинутые ноги. А там… что-то черное, мокрое, отвратительно-скользкое. Б-рр... Подавляя брезгливость: „дорогая... до встречи". - ... я объясняла уже... Он был пьян, и говорил о любви. Он говорил, что влюблен, описывал мою красоту. Его глаза блестели. Прижимался, обнимал за плечи. Большего я ему не позволила, тогда он затронул больное. Сказал, что хотел бы детей, и именно от меня. Знает, как я к ним отношусь, как хочу своих. Обещал жениться, зажить большой дружной семьей... - Потерпевшая, вы любили его? - Нет... до той нашей встречи. Но, сейчас... Ночью я не могу спать, днем не могу жить. Я не могу дышать без него... Подлец! Что ты сделал со мною?.. Он посмотрел на нее внимательно-холодно. Медленно подошел к буфету, достал и откупорил бутылку. Думал заискивающе: - Надо же, милая, и эта кукла туда же... Нет, милая, ты слышишь?! Дорогая нас любит... Мы пошлем ее, с ее сиськами, да?.. Безнадежная тишина. Больная голова и нервный тик в зеркале. - Суд удаляется... Подсудимый приговаривается... Обжалованию не... Он мылил веревку очень тщательно, как пропитывал ее мылом. Предатель? ах, предатель?!. Ладно... Милая стояла в любимой позе, прислонясь к стенке у подоконника; дорогая забралась в кресло с ногами. Наблюдали. - Милые мои... дорогие... - прозвучало тоскливо, неубедительно. На кухонной разделочной доске косо написал мелом: "смерть предателям!", засунул за брючный пояс. Приладил петлю, легко скользнул в нее головным прибором. Повесился. © Джон Мили, 2013 Дата публикации: 21.04.2013 20:10:12 Просмотров: 2161 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |