Царица змей.
Ольга Рязанцева
Форма: Рассказ
Жанр: Сказка Объём: 7249 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Рассказы моего отца всегда были на грани фантастики. Судите сами. Зной. Немилосердное солнце плавит асфальт. Я выглядываю на дорогу: скоро на ней должен появиться отец. А вот и он! Идет не спеша, покачиваясь в разные стороны, глядя себе под ноги. Он очень устал. Пот струйками стекает по лицу, оставляя светлые полосы на круглом смуглом лице, блестит на чуть припухших веках, заглядывает в черные миндалевидные глаза, качается на длинных ресницах, потом срывается и падает на светлую рубашку. Он устало опускается на пенек в тени ветвистого карагача, корни которого омывает чистая хрустальная вода. Она спустилась со снежных горных вершин Алатау в Таласскую долину и бежит теперь мимо каждого дома вдоль улицы, радуя всех своей прохладой. Пока отец обмахивается фетровой шляпой с мягкими волнообразными краями, я принесла небольшой тазик с нагретой на солнце водой, разула отца и начала мыть его ноги. Мне нравилось приносить отцу радость и облегчение. Я знала, что как только я помою и оботру его натертые туфлями ноги, он бережно обеими руками обнимет мою голову и скорее понюхает, чем поцелует мою макушку, вдыхая мой запах и закрыв от удовольствия свои глаза. Мне хотелось хоть чем-то отплатить отцу его безмерную любовь к нам, своим восьми детям. Отец начал умываться в арыке, отфыркиваясь, с удовольствием бросая пригоршни чистой воды на разгоряченное лицо. Вдруг он отпрянул: в арыке мелькнуло гибкое черное тело небольшой змеи. Я схватила палку, но отец жестом показал, чтобы я ее не трогала. Он проводил её недолгим взглядом до тех пор, пока она не скрылась из вида, увлекаемая сильным течением арыка. -Отец, - сказала я, - почему Вы не дали мне убить змею, ведь она могла вас ужалить? - Нельзя трогать ничего, что создано Всевышним, - подумав, ответил он, -а то получится, как с бедным Анатаем. - А что с ним произошло? – нетерпеливо спросила я. - Вечером расскажу, Орунтай! А сейчас подавай чай. До вечера я считала минуты, ожидая отца с работы (он работал бухгалтером в нашем колхозе). Нарезала собранные яблоки для коровы, встретила ее из стада, просепарировала молоко, надоенное мамой. Когда солнце село и горы стали темно-фиолетовыми в лучах заката, я расстелила в саду под яблоней кошму, расстелила корпочо, набросала подушки и стала ждать отца. Рядом расположились мои сестры и братья, заинтригованные обещанием отца рассказать историю. Поужинали, начали пить чай из большого самовара, на верху которого красовался заварной чайник. Индийский чай с молоком, вприкуску с наватом и очередная история, рассказанная моим отцом –вот истинное счастье из воспоминаний о моем детстве! -Давно это было, - начал отец, прихлебывая ароматный чай из тонкой красивой пиалы. В конце нашей улицы, прямо перед степью, ведущей к гряде Тяньшанских гор, жил пастух Анатай. Рано утром он собирал всех коров с нашей улицы и до вечера пас их у подножья гор. Так было и в этот злополучный для него день. Коровы напаслись быстро: сочной молодой травы было вдоволь. Одна за другой они улеглись на отдых, медленно пережевывая свою жвачку. Анатай тоже решил сойти с уставшей лошади и пообедать на первом попавшем камне-валуне. Когда он подошел к нему, то невольно отпрянул: прямо на камне, блестя новенькой молодой кожицей, грелся клубок змей. Они подлезали друг под друга, пытаясь погреть свои брюшки на теплой шершавой поверхности камня. Испугавшись, Анатай, не раздумывая, схватил лежащий рядом камень и с силой швырнул его в клубок змей. Те кинулись врассыпную! Когда пастух откинул камень, то увидел, что убил он всего одну змейку, белую, с двумя бугорками на голове, остальные исчезли в зарослях весенней травы. Вечерело, пора гнать стадо домой. Коровы, сыто переваливаясь с ноги на ногу, медленно двинулись к видневшемуся невдалеке селу. Анатай, покрикивая на отбившихся коров, ехал сзади стада. Вдруг его внимание привлекла необычная форма рогов у коров! Когда он подъехал поближе, то увидел, что – о, ужас! – рога и копыта коров обвивали змеи! Черные, пестрые, желтоватые – они были повсюду! В ужасе Анатай стал сбивать камчой змей, коровы испугались, заревели и устремились к родному дому. В этот вечер хозяйки дотемна искали своих коров, проклиная нерадивого пастуха. Домой Анатай отыскался уже ночью: все искал убежавших хозяйских коров. Наскоро поужинав, он рассказал жене, что случилось. Она его успокоила тем, что весной змеи размножаются, поэтому и шалят. Немного успокоившись, он заснул на приготовленном на полу ложе, иногда вздрагивая от пережитого ужаса. Когда он проснулся, была кромешная ночь. Стрекот цикад доносился из открытой на ночь двери дома. Надо было посмотреть, есть ли трава у лошади: с вечера впопыхах забыл это сделать. Анатай поднялся, сделал шаг и вдруг услышал знакомое шипение. Казалось, прошла вечность, когда он дрожащими руками пытался зажечь поставленную в изголовье керосиновую лампу. Наконец тусклый свет озарил убогое жилище. Пастух огляделся, внутри все похолодело: вокруг него, образуя страшный круг, лежали змеи! Крик застрял в горле, Анатай смог только прошипеть, как змея: « Жена, смотри, смотри!». Увидев змей, Гульнара истошно закричала. Но их никто не слышал. Осторожно ступая, чтобы не наступить на них, они выбрались наружу, но змеи последовали за Анатаем! С тех пор, где бы ни появился злополучный пастух, змеи оказывались рядом. Он даже один раз уехал к сестре в Арчагул, но и там змеи нашли его. Возвращаться в село было нельзя: аксакалы попросили его не возвращаться в село: жители были все напуганы. В горести Анатай заплакал горькими слезами, пошел в мечеть и, помолившись, спросил муллу, что ему делать. Выслушал мулла историю бедного Анатая и сказал: - Ты убил царицу змей, пойди и похорони её, закутав в саван, прочитай над ней молитву, и змеи оставят тебя. Так и сделал бедный пастух. Он вернулся в село, пошел на то место, где он убил Царицу змей, нашел под камнем высохшее тело чудной змейки, обернул его в саван и, выкопав ямку, похоронил её, прочитав над ней погребальную молитву. Все это время змеи были рядом. А когда он закончил, они облепили холмик могилы да так и остались там, горестно спрятав свои головки в расщелинах между насыпанными сверху камешками. Отец закончил, было так тихо, что слышно было, как капает с носика самовара вода. Стрекот цикад буквально вливался в уши, очаровывая нас своим неумолчным, вездесущим звуком. Угревшись возле папы, ( ночи в Киргизии холодные!) мы не хотели расходиться. Рассказанная история была настолько реальна и фантастична в то же время, что поневоле верилось в то, что такое возможно. Сагын, мой старший брат, отчаянный хулиган, славился тем, что ловил в пруду змей, засовывал им кусок майки в открытую пасть и, когда они сжимали челюсти, выдергивал ядовитый зуб. Потом обезвреженную змею он засовывал себе за пазуху, высунув её голову в разрез рубахи. При виде этого ужаса девчонки визжали так, что он, ухмыляясь, затыкал себе уши. Брат тоже слушал рассказ отца, который поразил его до глубины души. А поразить его чем-то было нелегко: он ничего не боялся! Мы, опомнившись от услышанного, засыпали папу расспросами, а Сагын сидел и молчал, что-то обдумывая. А когда все собрались идти спать, брат, потупив очи долу, пробурчал: - Я больше никогда не буду мучить змей! Все засмеялись, а отец погладил сына по колючей вихрастой голове. © Ольга Рязанцева, 2014 Дата публикации: 25.02.2014 20:06:43 Просмотров: 1849 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |