Шёлковый путь.
Станислав Ефимов
Форма: Роман
Жанр: Фантастика Объём: 159249 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Мираж попал в Зону по своей собственной воле, прельщённый богатствами, что таит в себе недружелюбная земля. Но вот зачем он вернулся во второй раз? Тайна, которую он скрывает ужасна и реальна, она не развод, не миф, как он думал. За всем этим стоит Казначей - тёмный лидер не менее тёмной организации. Сможет ли Мираж разобраться с проблемами и вернуться домой? Шёлковый Путь. Пролог. Вам наверняка знакомо чувство, когда адреналин зашкаливает в крови, правда? Чувство крайнего возбуждения, вызванное страхом, волнительным соревнованием, или… здесь может быть слишком много вариантов, и нет смысла все их перечислять. Важно лишь то, что каждый из нас когда – то познакомился впервые с гормоном, вырабатываемым нашими надпочечниками. У любого человека адреналин в крови находиться постоянно, в тех или иных количествах. В экстремальных ситуациях его приток резко увеличивается, иногда помогая нам справиться с проблемой, иногда усугубляя её. Это нормально, абсолютно закономерно и справедливо. Выработка разнообразных гормонов применима не только к гневу, страху или боли, а к любому другому человеческому состоянию. На мой взгляд, несправедливо, но всё так же закономерно - другое. То, что с течением времени, по мере накопления личного опыта, знаний о мире и пройдя через большое количество жизненных ситуаций, наши чувства и эмоции притупляются, окутывая нас чёрствым коконом. То, что раньше дарило восторг, теперь даёт лишь слабую улыбку на лице. То, перед чем мы когда-то в ужасе трепетали, сейчас лишь заставит немного вздрогнуть, не более того. И то, что мы раньше делали в удовольствие, не несёт той энергии и удовлетворения, ведь это всё уже было, пусть и не полностью идентично. Всё со временем блекнет, словно умирающая звезда. Но перед тем как окончательно погаснуть, надо как следует вспыхнуть, не так ли? Многие люди по ходу вращения жизненного колеса осознают, что нужно что-то менять, что пора наполнить новыми красками свой путь, обесцвеченный рутиной будней. Но не все решаются на это, а, даже если и решились, то выбирают сомнительные способы. В большинстве случаев. Кто-то, махнув на всё рукой, бодрой походкой отправляется в бары - кабаки, веселиться и кутить, что есть мочи. И, одурманенные, отупевшие и покорные винным парам, считаю, что краски возвращены. Если не все, то часть из них, наверняка. На какое-то время. Это действительно так, но лишь до выхода этилового яда из мозгов. А потом… ну, наверное, сами знаете. Другие выбирают более изысканный, как им кажется, способ. Они встают на сомнительную сторону психотропных и наркотических веществ, чтобы, как они говорят: « расширить границы своего сознания, понять своё место во вселенной …», и всё в этом духе. И очень удивляются потом, когда до них доходит, что сидят они на жестокой системе, выход из которой также далёк, как и истинная цель их наркотических поисков – жизненные краски и неподдельные эмоции. Поздно, ребята, поздно. Третьи, те, что побогаче, выбирают другую дорожку к заветным, но давно забытым переживания. Пинком открывая двери игорных заведений, эти люди с головой окунаются в водоворот событий и часы пролетают словно минуты. И это неудивительно, так как игра даёт очень неплохой суррогат эмоций, который можно ошибочно принять за долгожданные, заплутавшие, и наконец-то вернувшиеся краски. Тягу к жизни. Наиболее заметна и ясна эта тяга тогда, когда проиграно всё, что можно проиграть, и даже то, чего проигрывать не следовало. Когда, ты понимаешь, что всё это с собой, что ты не проснёшься, не отмахнёшься от кошмара. Что пистолет, прижатый ко лбу, не игрушечный. И что парням, держащим его, совершенно плевать на тебя и твою жизнь. Вот это у людей приключения, да? Краски возвращены? Несомненно. Но какой ценой. У Миража всё начиналось, как и у остальных. Первая драка, первый поцелуй, первая близость с девушкой, первые шаги становления его как мужчины и как личности. И всё это вызывало приток адреналина кровь. Заправляло собой двигатель жизни, чтобы человек мог переть словно танк, к новым свершениям. Но, как все люди, он начал замечать, что всё постепенно стало блекнуть, безвозвратно унося с собой нечто важное, саму суть Жизни. Его подсознание буквально кричало об этом, но Мираж не хотел пока прислушиваться к нему. Он лишь остро ощущал, что нужно как-то встряхнуться и по - новому посмотреть на раскинувшийся мир. Даже в Зону Отчуждения он попал не по этой причине, не по зову души, заваленной пыльными мешками бытовухи, вовсе не поэтому. Всё гораздо проще. Деньги. Любой человек в две тысячи пятнадцатом знал, или хотя бы догадывался, что Зона=деньги. А Миражу финансы были нужны в большом количестве. Как- никак, женатый человек. Негоже, чтобы красавица жена нуждалась. И парню пришла мысль обогатиться за счёт добычи и продажи аномальных образований, так называемых артефактов, обладающих разнообразными полезными, а порой даже фантастическими свойствами. Попасть в Зону, к его удивлению, не составило труда. Позже он понял, почему. Так он оказался на территории, про которую ходили самые невероятные слухи. Будто бы там мёртвые встают из могил и ходят, подобно живым, или, говорили, что люди там погибают от облучения радиацией за пару месяце, а если не погибают, то становятся сказочно богатыми, ведь артефактов там, словно листьев на берёзе. Кое - что из всех этих сплетен было правдой, кое - что нет, но сталкер Мираж точно знал: жизненных красок и эмоций он получил сполна. На десяток лет вперёд. Но эти краски были исполнены в тёмных, зловещих тонах, не имеющие ничего общего с яркими мечтами людей. И если бы вы спросили у него « Ну как? Ты получил свой адреналин, вернул стимул к жизни?», то он бы ничего не ответил, но смотрел бы на вас непонятным, нагнетающим тревогу взглядом. Глава 1. Грицко и Пахомыч. Если разобраться, то первая Зона Отчуждения образовалась не в две тысячи шестом, как думаю сейчас некоторые не слишком образованные люди, а в апреле восемьдесят шестого года. Рвануло тогда знатно, Чернобыльская атомная электростанция, а точнее, её четвёртый энергоблок превратил прекрасную землю Украины в радиоактивное, смертельно опасное и непригодное для жизни место. Людей эвакуировали, даже попытались, насколько возможно, ликвидировать последствия катастрофы, замуровали в бетонном саркофаге злосчастный энергоблок, но Чернобыль, Припять и тридцать километров во все стороны вернуть было нельзя. Осталось только понавешать знаков, предупреждающих об опасности, обнести колючей проволокой периметр и не пускать за него туристов, которых находилось множество, желающих посмотреть на мёртвые земли своими глазами. Все эти меры приняли и зажили дальше, как ни в чём не бывало. До две тысячи шестого. Когда грянула Вторая Катастрофа, никто и подумать не мог, что первая окажется всего лишь невинной прелюдией, досадным недоразумением по сравнению с чудовищными последствиями Второго Взрыва. И эти последствия были, в не всяких, сомнений мирового значения, хотя не вышли за границы уже существующей Зоны. О причинах бедствия никто не знал, или не хотели афишировать. Тем не менее, факта это не отменяло – появилась та Зона, которой мы теперь её знаем. Архиопасное, но манящее место, сулящее громкие научные открытия учёным всех мастей и профилей, баснословные деньги тем смельчакам, которые, наплевав на заградительные военные кордоны и рискующие никогда не вернуться назад, летели, словно мотыльки на огонёк, в объятия Зоны Отчуждения. Сначала большого ажиотажа Второй Взрыв не вызвал. Подумаешь, ещё раз бахнула ЧАЭС. Эка невидаль. Замуровать, оградить, запретить. Но когда один из пробравшихся в Зону показал видеозапись, сделанную на телефон, стало ясно, что эта Зона не имеет ничего общего с той, что была раньше. Аномалия. Камера зафиксировала непонятное диво: автор записи осторожно подходит к клубку красивых переливающихся искр, расположенных прямо на траве. Восхищается таким зрелищем, комментирует. Потом ради эксперимента бросает ржавую железку, которую нашёл рядом, в непонятный клубок. И с благоговейным трепетом наблюдает, как происходит разрядка аномалии, которую в будущем окрестили «электра». Запись облетела интернет в мгновение ока. Сначала резонанса не вызвала – посчитали за очередной монтаж. Но записи появлялись всё новые и новые. Толпы людей стали пробираться за Периметр, игнорируя просьбы властей держаться подальше от неизученного феномена новой Зоны. Тогда военные, охранявшие наиболее распространённые входы-выходы, ещё не стреляли на поражение, и не ставили спаренные пулемёты на вышках, да и вышек ещё не было и в помине. Приток любопытных иссяк также внезапно, как и начался. Потому что назад вернулись немногие. Очень немногие. А некоторые возвращались со странными штуками, напоминающие обломки камней, размером с кулак или чуть больше. Разноцветные, переливающиеся. Тогда никто и подумать не мог, что эти камни всполошат всю мировую общественность. Все государства, начина от сверхдержав, заканчивая лилипутами, проявляли интерес к аномальным образованиям. Ведь эти камни были ничем иным, как артефактами, перевернувшими с ног на голову науку. Туристы и стали сталкерами-первопроходцами, на своей шкуре узнавшие, что Зона ничего просто так не отдаст. За всё надо платить. И они платили. Своими жизнями или здоровьем. Артефакты не падали с небес, а порождали их те самые «электры», «карусели», «ведьмины студни», «холодцы» и другие ловушки, что расплодились на изуродованной земле Чернобыля. И все эти ловушки сталкеры открыли лично, и названия дали тоже они. Это стоило большого количества загубленных жизней, но риск был вполне оправдан. Когда учёные разобрались с первым артефактом, вынесенным за Периметр, то тут же выросли дозорные вышки вокруг Зоны, с пресловутыми спаренными пулемётами. И колючая проволока теперь была не просто декорацией, не протянута «чтоб была», а эффективным средством борьбы с представителями новой модной профессией – охотниками за артефактами. Ещё бы, триста восемьдесят вольт напряжения, это серьёзно. А всё потому, что первый исследованный артефакт даровал слух человеку, который родился глухим. Маленькому сыну одного из учёных, разбирающих и выявляющих свойства странного образования. Взяв в руки красивый камешек, пока отец не видит, он вдруг закричал, а когда обеспокоенный родитель спросил у него, что он натворил, тот ответил испуганным голосом « Ничего, пап, просто я услышал машину за окном, как же громко она гудит». Счастливый отец назвал артефакт каким-то непроизносимым латинским словом, отхватил премию, и продолжал научные изыскания. Мир содрогнулся. От страха перед чудом и сумасшедшими перспективами. Это был первый шажок человечества в новую эпоху. Первый, но не последний. Всё только начиналось. Европа, Украина, и, конечно Россия с Америкой, начали лихорадочно снаряжать экспедиции внутрь Зоны, наивно полагая, что соберут целые мешки всяческих полезных и дорогих штучек. Не приняли во внимание того, что туристы-то гибли, находясь в Зоне. Не все, но многие. Власти угрохали совершенно неприличное количество денег на организацию этого похода, но как оказалось, всё зря. Из нескольких сотен солдат и учёных вернулись десятки. Десятки! Потому что нельзя давать жадности брать верх над собой, когда дело касается такого, чего мы сами не понимаем. Некоторые из людей, входивших в состав экспедиций НАТО и России, погибли в аномалиях. Про аномалии уже знали, но спастись от них не сумели. Знаний не хватило. Но больший переполох произвели заявления выживших счастливцев, которые утверждали, что коварные ловушки, бьющие током, жарящие огнём, выворачивающее на изнанку и выжимающие человека, словно мокрую тряпку, были не самым страшным явлением. В Зоне Отчуждения появились невиданные ранее формы жизни. Жуткие твари, звери, и зверолюди, могущественные и непобедимые. Появились мгновенно, и это нельзя было списать на мутацию, вызванную радиоактивным излучением. Слишком быстро, ни один мутаген не обладает такой скоростью развития. Один из солдат, вернувшийся совершенно седым из экспедиции, с дрожью в голосе рассказывал о том, что своими глазами видел существо, похожее на человека, но человеком не являющееся. Он говорил, что ОНО заставило его сослуживцев перестрелять друг друга, словно они были кровные враги. Четыре абсолютно вменяемых мужчины за секунды изрешетили себя пулями, а рассказчика этой невероятной истории существо пощадило. Швырнуло на землю, и, не обращая внимания на перепуганного солдата, медленно побрело прочь. Самое немыслимое было то, что непонятная тварь даже близко не подходила к воинам. Всё было сделано на расстоянии, она пальцем не пошевелила. Это был Контролёр собственной персоной. Но тогда его так ещё не называли. После возвращения жалких остатков экспедиции, мировые державы единогласно, на внеочередном совещании, пришли к решению: никого не впускать, никого не выпускать, пока официальные власти и наука не разберутся во всей этой мистике. Никого не впускать из гражданского населения, естественно. Забегая вперёд, следует отметить, что до сих пор не разобрались. Так и появилась, «китайская стена», как незатейливо прозвали сталкеры бетонное заграждение, возведённое в кратчайшие сроки вокруг Зоны. Вышки, солдаты, оружие. Но её построили недостаточно быстро. Отчаянным людям было плевать на то, что Зона – смерть и ужас, они смотрели на вещи с другого ракурса. Зона, по их мнению, представляла собой источник моментального обогащения. И они были правы. Пока возводили защитные постройки, на аномальную территорию успело просочиться большое количество русских, украинцев, европейцев, жаждущих обогатиться. Многие из них погибли, некоторые выжили и не понаслышке знали, что такое контролёр, снорк, или ядовитые клопы Зоны, от укуса которых человек разбухал, словно от водянки, и умирал за пару часов в безумном бреду. Да и чего греха таить, возведение каких бы ни было сооружений, никогда никого не останавливало. Даже после того, как пулемёты стали стрекотать, а колючка шарахать электричеством, люди находили способы попасть в Зону. Каждый по- своему. Солдаты, охраняющие подходы, странным образом стали присматривать себе домики у морей и машины представительского класса. С чего бы это? Сорвиголовы, ползающие на брюхе под аномалиями в поисках артефактов, называли себя сталкерами. Где есть артефакты, там есть и люди, желающие купить их, и также люди, желающие отобрать их силой. Так в Зоне появились перекупщики и бандиты, мечтающие обчистить незадачливого охотника. Последним это не понравилось. Оружия в Зоне хватало со времён военной экспедиции. Сталкеры узнали, что такое убить себе подобного. Вынужденная мера. Так в Зону стали прибывать боеприпасы и более смертоносное вооружение, помогающее поставить на место отморозков и местных богомерзких чудищ, которые тогда встречались достаточно редко. Лишь по ночам можно было услышать хриплый вой псевдособаки или заметить бегущего между аномалий кровососа. Власти, разумеется, не могли с эти ничего сделать, да и не стремились, если честно. Не надо семи пядей во лбу, чтобы догадаться почему. Артефакты науке и армии нужны? Нужны. Сами поменяете мягкое кресло и минетчицу секретаршу на кислотные дожди и отравленный воздух Зоны? Нет? Ваши солдаты гибнут в аномалиях? Гибнут. Ваши учёные мужи хотят получать образцы для исследований, дабы продвигать науку и зарабатывать себе и вам бабло? Хотят. Так что не вставляйте палки в колёса. Делали вид, конечно, что работают. В новостях не раз показывали, как доблестные вояки или предотвратили попытку проникновения, или пристрелили «незаконный элемент». Незаконным элементом можно было стать, просто проходя рядом с Периметром. Торговля процветала, перекупщики обосновывались в разных уголках заражённой земли, к которым был доступ. Новые свойства артефактов и новые расценки, заставляли людей рисковать жизнями, несмотря на всё новые изощрённые попытки Зоны превратить их в обед для мутанта или в ходячий труп. Да, да. Ходячие трупы - правда. Никого из сталкеров не удивишь историей про очередного зомби, слоняющегося по Янтарю, или в Припяти. Постепенно в Зоне начали сколачиваться группы людей по интересам, впоследствии разрастаясь в целые группировки, делившие сферы влияния. У каждой такой организации были свои каналы по поставке оружия и медикаментов, свои скупщики, врачи, оружейники, бармены и бары, где сталкеры отдыхали после вылазок за единственной целью их пребывания здесь – чудесными, дорогущими камнями. Грицко и Пахомыч как раз были представителями одной из таких группировок. Напарники не разлей вода. Хотя одному только-только исполнилось двадцать, а второй вскоре собирался отмечать юбилей – шестьдесят лет. Для чего заранее затарился всем необходимым для праздника и пребывал в прекрасном расположении духа. Да еще и с задания живыми и невредимыми возвращаются. А завтра их ждёт пир в честь компанейского Пахомыча. Его уважали и не отказались бы выпить за здоровье сталкера, да и косячок выкурить, если найдётся. Впрочем, косячки у свободных находились регулярно. Но взгляд старика едва заметно мрачнел, когда он натыкался им на спину друга. Точнее, на его рюкзак. - Эх, молодо-зелено, как годы летят! – Восклицал Пахомыч, резво перебирая ногами по пыльной земле. Кричать в Зоне не рекомендовалось, но старый сталкер знал, что можно и нельзя лучше других. Заматерел за пять лет пребывания. Грицко не ответил. Вопрос был явно риторический. Летят и летят, Зона с ними. До базы бы добраться, и отдохнуть наконец-то. Тяжёлая вышла ходка. Пришлось парню поползать на животе, ощущая нависшую угрозу. «Резак» - очень опасная штука. Пахомыч словно мысли читал: - Друг, давай, тормози коней, привал. Грицко, приехавший покорять Зону из украинской столицы, остановился, как вкопанный. Пахомыч, следуя по пятам, также прирос к земле. - Что? – тихо спросил он. Грицко осматривал пятачок земли, раскинувшийся на их пути. - Показалось. Да и детектор молчит. – Ответил парень, следя за дисплеем «ДА – 7У». - Лучше перебздеть, чем недобздеть. – Одобрил Пахомыч, и с видимым наслаждением сбросил тяжёлый рюкзак на землю. - Сейчас костерок разведём, погреемся. - До базы не так далеко, Пахма. Я думал так, посидеть пару минут и вперёд. – Грицко тоже положил рюкзак и автомат рядом с собой. Радар, где он находились, парень недолюбливал. - А мы и недолго, молодо-зелено. Но костёр нужен, я замёрз. Доживешь до моих лет, поймёшь. – Сварливо ответил Пахомыч, деловито подтаскивая куски древесины и травы в центр их импровизированного лагеря. – И потом, тушёнку жрать холодной я не хочу! Грицко не стал спорить и помог старику соорудить костёр, не забывая поглядывать по сторонам. - Вот сейчас кинется кровосос из-за спины, и всё – гуд бай, Пахомыч. - Подначивал старика Грицко. - Не кинется. Нет их здесь. Здесь вообще никого нет. – Ответил напарник, чиркая обыкновенными спичками. Зажигалок на основе «бенгальского огня» Пахомыч не признавал. - Откуда знаешь? – Лениво спросил Грицко, наблюдая, как костёр наливается силой, даря тепло и уют. - Чувствую.- Ответил Пахомыч, подкладывая хворост в огонь. - Скоро ночь. Ночью то здесь смерть на каждом углу. Не мутанты даже, не аномалии, а хрен знает что. – Продолжал старик, потирая озябшие ладони. Осень в Зоне очень неприятная, не то, что в его родной Полтаве. – А пока безопасно. Мы сейчас немножко посидим, консервов вскроем, перекурим, да и по коням. Ты не думай, что спятил старик. Знаю, что говорю. Побудь здесь с моё, сам таким же станешь. Грицко кивнул. Опять начинается. « Душа Зоны», « Зона разумна», « Чувствую Зону». Много здесь таких, кто чувствовал её. И что? Разметали аномалии, сожрали мутанты, этих чувствительных. Костерок горел, создавая благодушную атмосферу, которая дорогого стоила на враждебной земле. Но не нужно давать видимой безопасности обмануть себя. Это Зона, а не парк отдыха. Никто не защитит, не обезопасит, кроме тебя самого, да ещё верного друга, которого пойди ещё найди. Такого, чтоб не подставил под аномалию, и не пырнул сзади ножом, когда дело дойдёт до делёжки хабара, то есть артефактов. Да еще и ночь приближалась. Грицко ни за что не согласился бы на такое безрассудство - жечь костры посреди Радара ночью. Да и сейчас не очень хотел, но старику перечить себе дороже. Он заставит поверить, что чёрное – белое, да так, что и не покроешь. До места, где базировалась их группировка, оставалось пару километров, но это по зоновским мерка было в вполне себе среднее расстояние. Должны успеть дойти до своих соратников опередив наступления темноты. Да, прав Пахомыч, нет здесь никого. Когда вырубили Выжигатель мозгов, превращавший бродяг сталкеров в бездумные овощи, тогда-то мутанты и покинули эти места. Наверное, пищи стало маловато. Вот аномалий было – мама не горюй, а они не по нутру ни людям, ни тварям Зоны. Самое радостное для сталкеров было то, что « монолитовцы» убрались подальше. «Монолит» – группировка, состоящая из сектантов фанатиков, верящих что внутри ЧАЭС расположился огромный булыжник, исполняющий желания, покинула Радар и переместилась дальше. В Припять, поближе к своему обожаемому камню, который никто из них ни разу не видел. Говорят, что члены «Монолита» были зомбированы. Похоже на правду. Как ещё объяснить то, что они, презрев инстинкты, могли идти вдвоём на толпу, вопя свои сектантские кричалки абсолютно безжизненным, равнодушным голосом: « Слава Монолиту», « Смерть неверным», « Мы знаем истину, Он нас не оставит», и тому подобный религиозный бред. Иногда их брали в плен, но допросить так никому и не удалось. Монолитовцы, помещённые в камеру на базе « Долга», лихо разбегались и таранили стены, расшибая себе головы. Когда случаи повторились, то их стали сажать в клетки, где не было простора для лишения себя жизни. Но предприимчивые фанатики и тут не оплошали, не подвели своё божество. Втихаря откусывали себе язык и умирали от потери крови. А один так и вовсе исхитрился и просто перестал дышать, ломая все представления о психике человека. Их давно не было видно на Радаре, и разведчики « Свободы», регулярно совершающие вылазки к Выжигателю Мозгов, не обнаружили следов их возвращения. К радости всех людей в Зоне, без исключения. Теперь это была практически безжизненная, покрытая аномалиями земля, куда мало кто совался, несмотря на наличие дорогих артефактов. Просто, чтобы не навернуться там, необходимо было иметь внушительный опыт и экипировку. И то, и другое у Грицко и Пахомыча было. - Я вот что разумею, парень. – Старик сноровисто вытащил из костра разогретую банку тушёнки. Его любимой, говяжьей. – Кому понадобился тот камень, который ты сегодня из «резака» вытащил? Грицко уже открыл свою банку и сосредоточенно жевал. Ох и натерпелся он сегодня от этого «резака», будь он проклят, сукин сын. Парню было абсолютно плевать, кому этот необычный артефакт понадобился. Денег за него обещали отвалить порядочно, и это было главное. - Откуда мне знать, Пахма? - То – то и оно. – Пахомыч, судя по всему, оседлал любимого конька.- Чёрный, он как ночь, и неизвестный. Чтобы так башлять за не изученный артефакт? Грицко откусил богатырский кусок от галеты: - Ничего удивительного. – Возразил он. – Как раз за неизвестные башляют неслабо, тебе ли не знать? Пахомыч досадливо крякнул, обнаружив, что жира в банке больше, чем питательного мяса. - Так-то оно так. Но сумма слишком уж сказочная. – Сталкер почесал внушительную чёрную бороду, которой очень гордился. – Те ребята, заказавшие его, знали точно, где эта дрянь лежит. Артефакт неизвестный, получается, первый в своём роде, а они знали, где его искать. – Пахомыч посмотрел на друга, ожидая реакции, но, так и не дождавшись, продолжил. – Значит, можно предположить, что не такой уж он и неизвестный. Описание дали, место, где искать, чуть ли не пальцем ткнули. - Пахомыч, дай лучше сигарету. – Устало сказал Грицко, понимая, что Деда, как иногда называли его « свободовцы», понесло. И слушать его легче всего с табаком в зубах. Тот передал «беломор». Грицко не очень любил термоядерный вкус этих папирос, но свои кончились. - Этот камень как будто злом пропитан, понимаешь? – Пахомыч поднялся, подложил дров в костёр. Осмотрелся. Вокруг было тихо. Лишь каркали вдалеке вороны, единственные в Зоне птицы. Пахло озоном, из-за электр, находившихся неподалёку. – И когда я его в руку сегодня взял, то сразу бросить захотелось. Это не к добру. Грицко вздохнул, расправил широкие плечи. Рыжий и голубоглазый, чисто славянского облика, этот парень пришёл в Зону год назад, сразу после армии. Вступил в « Свободу», где и подружился с Пахомычем, когда тот разнёс башку кровососу, нависшего над перепуганным новичком Грицко. Благодарность переросла в настоящую дружбу, и они вдвоём представляли собой хороший тандем. Молодость, сила и выносливость парня, не обделённого развитым чутьём, плюс опыт и глубокое знание Зоны, да ещё и острый ум Пахомыча. Их совместные охоты за хабаром приносили неплохие деньги, часть из которых, разумеется, шла в общий бюджет группировки. Они были славной командой и безоговорочно доверяли друг другу, но до чего же иногда Дед надоедал своими россказнями. Будучи от природы прагматиком, молодой сталкер не верил ни в какое « сознание Зоны». Он видел лишь изуродованную землю его родной страны, которую населяли непонятные существа и, которая давала шанс парням вроде него заработать копейку-другую. Вот и вся мистика. А о причинах пусть учёные лбы думают, им за это деньги платят. - Я ведь не ради красного словца говорил про то, что чувствую Зону. – Пахомыч тоже закурил, с удовольствием затягиваясь поглубже. Пробирает табачок, ничего не скажешь. – Не я один такой, Грицко. Многие так умеют, а был даже такой, который Зону не просто уважал и понимал, а можно сказать, молился ей. Грицко усмехнулся, хрустнул затёкшей шеей: - Как фанатики, что ли? Пахомыч от такого сравнения чуть не закашлялся: - Да ты что? Нет. Эти то, сектанты недобитые, не Зоне молились, а камню хрен знает какому. Лбы себе расшибали, идиоты, а сами его и близко не видели. – Распалялся Пахомыч. «Монолит» и всю их братию сталкер просто ненавидел. - Да и Хомут, он не то что бы молился, медитировал, что ли. – Пахомыч сбавил обороты и успокоился. - Ты о нём и не слышал, наверное. Давно это было. Грицко отрицательно покачал головой, попросил ещё одну «беломорину», и понял, что сейчас он восполнит пробел знаний о медитирующем сталкере Хомуте. Время позволяло, можно устроиться удобнее, и слушать Пахомыча. Не забывая следить за обстановкой на недружелюбной земле. - Хомут тогда в «Долге» состоял. И был не самым последним, скажу я тебе. – Пахомыч докурил, бросил бычок в костёр. – На хорошем счету у начальства. - Начальство. – Пренебрежительно прошептал Грицко. « Свобода», в рядах которой состояли Дед с Грицко и « Долг» были, что называется, на ножах, ведя кровопролитную войну. Войну идеологий. «Свобода» видела в Зоне неиссякаемый источник знаний и требовала, чтобы людям открыли все её тайны, а не вешали лапшу на уши людям посредством СМИ. Её члены не видели ничего зазорного в том, чтобы использовать возможности Чернобыля и его окрестностей, как для мировой науки, так и для личного обогащения. Как и не видели никакого смысла вести с Зоной войну, а призывали всех « здравых бродяг» научиться сосуществовать с ней. Поэтому в « Свободу» вступали многие сталкеры, которым надоело быть битыми и ограбленными местными братками, расплодившимся, словно грибы после дождя. Когда за тобой стоит такая организация, как « Свобода», то уверенности явно прибавляется. Начальства, как такого, у « свободных» не было. Лукаш – основатель группировки, координировал поставку товаров из-за Периметра, вывоз артефактов, перечисления денег на счета в банках, и самые важные решения, когда дело касалось всех «свободовцев», принимал тоже он, согласовывая его с самими уважаемыми людьми своего клана. Но он никогда не лез в личные дела, никогда не говорил, кому с кем идти на ту, или иную вылазку, не требовал выполнения каких бы то ни было правил поведения, исключая общечеловеческие нормы: не воруй, не убивай, не подставь, помоги. Никаких побудок по утрам и докладов о проведённом дне. Рай для рядового сталкера. И совсем другая ситуация была на заводе Росток, где базировалась группировка «Долг». Это была организация с ярко выраженными военными замашками и железной дисциплиной. У людей там присутствовали звания, которые они получали от лидера группировки – генерала Воронина, за те, или иные заслуги. Кстати, Воронин был самым настоящим генералом, а не самовольно присвоившим себе высокий чин. Правда, в отставке. Когда он только основывал «Долг», то и не думал, что всё так широко развернётся. А в итоге он и его парни стали едва ли не самой могущественной силой в Зоне Отчуждения. Для этого потребовалось много времени, но, в конце концов « Долговцы» стали теми, кто они есть: опытными охотниками на мутантов и ярыми агитаторами идеи уничтожения Зоны, не жалеющими сил для достижения этих целей. « Сталкер, защити мир от Зоны. Вступи в «Долг» - гласил их основной лозунг. Они ненавидели Зону, но вынуждены были оставаться на её территории, чтобы по мере сил бороться с ней, убивая её порождения. Полезное дело, как считали многие сталкеры. Но на предложения вступить в ряды группировки, многие из них отвечали отказом. Потому что «долговцы» так же были против того, чтобы наживаться на артефактах и вывозить их за пределы Зоны. С этим трудно было согласиться парням, которые находились здесь только из-за денег, в большинстве своём. Но оставшееся меньшинство мало-помалу примыкало к «Долгу», формируя костяк организации. Они брали не количеством, как « Свобода», а качеством, подтверждая свою силу в стычках с людьми Лукаша. Вспыхивали конфликты регулярно, порой унося жизни с той и другой стороны. Открытой войны никогда не было, не в силу какого-то гуманизма, нет. На масштабные действия ни Воронин, ни Лукаш не решались, понимая, что в этом пока нет никакого резона. В той войне могли погибнуть очень многие, втянув в неё одиночек и бандитов. Если бы в Зоне началось нечто подобное, плохо было бы всем. И сталкерам, и торговцам, и науке. Конечно, молодые и горячие парни жаждали стереть врагов с лица Зоны, не задумываясь о последствиях. Грицко входил в их число, и Пахомыч осуждал его за такие помыслы. Война никому не нужна. - Ну и что там с Хомутом? – без особого интереса поторопил рассказчика Грицко. – Пахомыч, ау. Дед вздрогнул, оторвался от размышлений по поводу войн и смертей. Осмотрелся. Вокруг никого не было. Лишь поля аномалий, видневшихся там и тут, жухлая трава, и пыльная земля Зоны. Небольшие лесочки, прореженные опушками, на одной из которых и горел их костёр. Вдалеке виднелись очертания дозорных вышек. База « Свободы». - Так вот. – Продолжил он. – Хомут был поначалу дисциплинированным, исполнительным долговцем, мечта командира. Грицко тихонько усмехнулся. Надо же, мечта командира. К дисциплине и подчинению он испытывал ничуть не меньшее презрение, чем Пахомыч к «монолитовцам». Ещё с армии. - Ходил в рейды по зачистке территорий от мутантов. Побывал и на Агропроме, и в Тёмной Долине бил бюреров. Даже отличился в бою с изломом. Угрохал один на один, представляешь? – Сталкер не отрывал взгляда от костра, как будто он был его собеседником. Такая уж у него была привычка, не смотреть в глаза, когда говорил о чём-то для него важном. - Силён, чертяка. – Совершенно искренне одобрил Грицко, поднося бинокль к глазам, высматривая опасности. Тишина да благодать. Никого. - Но однажды случилась с парнем беда. Ужас просто. – Деда невольно передёрнуло. – На Янтаре, помнишь, раньше контролёры часто встречались? Парень кивнул, поднялся с рюкзака, на котором сидел, отошёл недалеко от уютного костра. Насобирал охапку дров, что смог найти поблизости, и накормил древесиной огонь. - Контролёры теперь на Янтаре редкость. – Грицко снова уселся напротив Пахомыча. - Но тогда-то, ей богу, прохода не давали, телепаты, мать их. – Подхватил Дед, возвращаясь к разговору. – Сахаров, пусть ему хорошо лежится, попросил Воронина прислать ребят для охоты за мутантами. Тот не отказал в помощи, он с Сахаровым был на короткой ноге. Прислал парней, с Хомутом во главе. Он к тому времени доказал, что может командовать группой. - Вверх по службе, да? Храбрый истребитель всего живого. – Грицко не любил «долговцев», а чем выше звания, тем больше фанатизма в их глазах. - Угу.- Кивнул Дед. – Один из контролёров сумел застать врасплох его группу на подходе к Янтарю. Взялся за всех сразу, за всех пятерых. Троим пожёг мозги и остальных бы покалечил, но к учёным в лагерь тогда, на счастье долговцев, пожаловал Зверобой. Сахаров не только Воронина просил грохнуть мутантов. - Крутой парень. – Кивнул Грицко. Зверобоя он знал и уважал. - Это верно. – Согласился Пахомыч. – Положил он контролёра, нашпиговал дробью по - самое не могу. Мелок, он и сейчас в «Долге», валялся в луже и дёргался. Нормальное состояние после атаки. Трое других спеклись, как пирожки. А вот Хомут стоял, будто в ступоре. Даже автомат с земли не поднял. - Зомбировался? – Спросил Грицко. - В том то и дело, что нет. – Пахомыч покачал головой. – Зверобой тогда ему вколол чего-то, Хомут зашевелился. Глазищами вертит, но молчит. Отвели к Сахарову. Он тоже пытался по-научному Хомута в чувство привести, но ничего не получалось. Зверобой рассказывал, что Сахарова больше всего удивил взгляд «долговца». Да сам он таких глаз до этого не видал. - Позеленели, что ли? – Грицко слышал от кого-то, что после пси-атаки у некоторых зеленеют глаза. Полностью. - Нет. Я уже и не помню, в чём там дело было, да это и не суть. – Сталкер почесал ладонь. Не иначе, к деньгам. За чёрный камень. - А в чём суть? – Парень невольно заинтересовался. - Отошёл парень от конролёровых пыток. Два дня отходил. Ни с кем не разговаривал. В бункере у учёных отлёживался. А после ушёл на Росток. И первое, что сделал, так это из «Долга» ушёл. - Да ладно?- Удивился Грицко. - Ага. – Кивнул Дед. – Невиданное для того времени это дело было, чтобы из группировки уходить. Но Хомут снарягу сдал, КПК сдал. Вообще всё сдал, представляешь? Только одежду и оставил. Ни Воронин, ни Пашутин, никто его разубедить не смог, а Хомут ещё и не объяснил ничего. Так он и стал одиночкой. - Интересно, что там ему контролёр показал? – Грицко посмотрел на Пахомыча. - Не рассказывал Хомут об этом никому. – Дед поворошил костёр. Дрова, который принёс Грицко, кончались. Скоро нужно было идти. – «Долг» сначала подумал, что он сам мутантом стал, раз так странно себя ведёт. Ты сам знаешь, им дай только повод пострелять. - Это точно. - Хомут не был мутантом, но после того случая нелюдимым стал. Подолгу в Зоне пропадал. Бывало, сутки, двое не было в баре на заводе. Приходил, брал консервы, иногда водку, но ни разу патроны или ствол. У него нож только висел армейский. Я думаю, чтоб консервы вскрывать. – Пахомыч кивнул, будто разговаривал сам собой. - Постой, так он в Зону без оружия ходил? – Изумился Грицко. Пренебрежение к истории сменилось неподдельным интересом. - Да. – Подтвердил Дед.- Может, где-то в Зоне оно было припрятано, но на людях со стволом его никто не видел. - «Долгу», наверное, это не понравилось. – Догадался Грицко. - Ещё как. – Согласился Пахомыч. – Где это видано: от группировки откололся, да ещё и по Зоне шастает, словно шаман. Воронин отдал приказ проследить за парнем. Мало ли что. Снова у него, видать, сомнения возникли: не мутант ли парень? - Проследили? - А то. – Дед помрачнел. – «Долговцы», ходившие присматривать за Хомутом, рассказали, что он сидел в Тёмной Долине и медитировал. Ну, как йоги эти, худющие. Посреди аномалий. Ноги сложил, руки развёл и покачивается. - Псих.- Вынес вердикт Грицко. - Не скажи. Каждому своё. – Задумчиво откликнулся Дед. – Шпионы эти, доложили Воронину. А тот дал отмашку, чтоб грохнули Хомута. Грицко недоверчиво посмотрел на собеседника: - За то, что он сидел и медитировал? Да мало ли, какие у него тараканы в голове. Пахомыч крякнул, посмотрел за спину друга. В сторону базы. - Нет, не только за это. «Долговцы» видели, что пока Хомут сидел и раскачивался, как болванчик, рядом с ним находился псевдопёс. Не убить его хотел, а подвывал сталкеру. Словно обычный, домашний кобель. - Н-да.- Протянул Грицко.- Этого «долгу» достаточно. Повод убойный. Человек и мутант мирно сосуществуют. - Да.- Дед хитро посмотрел на парня. – Но ничего у них не вышло. - Почему? – Удивился Грицко. Долговцы добивались успеха в делах и посложнее этого. - А потому, что когда к нему пришли трое палачей… – Начал Пахомыч, но Грицко перебил его: - Подожди, что вот так всё просто? – Неожиданно взорвался парень. – Пришли палачи, так и так, Хомут, убивать тебя будем. А сталкеры что? Или они втихушку это собирались сделать? - Не кричи. Не на курорте с девочками.– Фыркнул на него Дед и продолжил.- Нет. Объяснили бродягам, что парень уже не тот, что раньше. Может, и не человек вовсе. – Вздохнул Пахомыч. В этот момент он действительно выглядел на свои шестьдесят.- И знаешь, что? Они спокойно это восприняли. - Как спокойно? Не понимаю, как спокойно-то? – Грицко не на шутку разошёлся. – Хомут что-нибудь плохое сделал, западло какое-нибудь? - Он ни с кем не ходил в Зону, да и в Баре не тёрся. – Покачал головой Пахомыч.- Всё дело в зависти, молодо-зелено. И в страхе ещё. - Причём здесь это? – Не понял парень - А при всём! – Пахомыч погладил бороду. – Боялись его, дружище. Они, понимаешь, пистолетами, гранатами обвешаются, бинтов и патронов позапихивают в карманы, а всё равно идут в Зону, как в последний раз. Потому что враги ей. А Хомут, раз без оружия ходит, да и живой к тому же, получается, что друг Зоны. А значит – враг для них. Пусть и не такой, как кровосос, не явный. Грицко молчал. Пахомыч вдохнул воздух Зоны, пахнущий самым настоящим мармеладом. Аномалия. По счастью, безвредная. Периодически такое бывает у Радара. Никто не знал почему. Озоновый запах электр уступил аромату сладости, окуная куда-то в глубину сознания. К беззаботности. - Не привыкнуть к такому, да? – Дед поднялся и расправил плечи. – Ладно, хоть не опасно. В этот раз клубника, что ли. - Когда «долговцы» пришли, спиной парня развернули, да затворы передёрнули, Хомута спасли. Ни за мильон не догадаешься кто. – Пахомыч лукаво посмотрел на друга. Грицко мрачно ответил: - Собака его? Дед выдержал эффектную паузу: - Нет. Собаку первой пристрелили. Его спасла химера. Парень, казалось, не был удивлён. - Серьёзно? - Ага. Покрошила «долговцев», в количестве двух штук, и ускакала куда-то. Может, совпадение, конечно. Не спасала она никого, есть и такой вариант. Но Хомута не тронула, и с тех пор его никто не видел. – Закончил историю Дед. Молодой «свободовец» снова потерял интерес к Хомуту и его чудесному спасению. Этот рассказ нагнал на парня странное щемящее чувство, засевшее, словно заноза, где-то внутри. Он не мог привыкнуть за время, проведённое здесь, что смерть на каждом шагу. Не мутанты, не ужасные природные катаклизмы и аномалии были убийцами с чемпионскими титулами. Человек человеку волк, и в Зоне это было особенно заметно. Самый страшный и жестокий зверь не притаился за кустом. Он сидит внутри каждого, терпеливо ожидая, когда его спустят с поводка. - Где он сейчас, что с ним, неизвестно. – Задумчиво сказал Пахомыч. – Хотел бы я знать. Парень понял что-то важное. Он чувствовал. Грицко, оторвавшись от безрадостных мыслей, сказал: - Откуда ты знаешь, что всё так и было? Дед ухмыльнулся: - «Долговец». Один из тех, кто спасся от химеры. Сам не видел, но представляю, как он визжал, пока бежал к заводу. Грицко заметно удивился: - Как так? Беседовал за рюмочкой? Разговор по душам? - По душам, а как же. – Согласился напарник. – Только не за рюмкой, а с помощью вот этой красавицы. – Пахомыч хлопнул себя по кобуре, где покоилась его «беретта». Грицко покачал головой и тоже встал на ноги. Пора было идти. - Видно, нужен был тебе Хомут действительно сильно, раз ты «долговца» пытал. Пахомыч важно кивнул: - Да. И не пытал я его. Даже пальцем не тронул. Он пистолет у носа увидал, и рассказал всё. - Какой смельчак, да?- Грицко закинул рюкзак за спину. Пахомыч затушил костёр. Посмотрел в глаза другу: - Грицко, может ну его, камень этот. Пошлём куда подальше? Парня не удивил вопрос. Наверное, к этому Дед и подводил, рассказывая про Хомута. - А с Барбитуратом что ты сделаешь? Тоже пошлёшь? Как ответишь на вопрос, почему не принесли? Пахомыч ответил: - Не нашли. Что тут непонятного. А деньги – дело наживное, молодо-зелено. Простой ответ Пахомыча обескуражил »свободовца». Более того, он его разозлил. Сказалось нервное напряжение, накопившееся за сегодняшний день. - Да брось ты! Не нашли. Детский сад, штаны на лямках. Сам же говорил, пальцем ткнули на карте. Это объяснение не устроит никого. А раз так, то ничего хорошего не выйдет. К бабке не ходи. – Вспылил парень.- И столько денег коту под хвост. Если бы сам под «резаком» ползал, то я на тебя посмотрел, как бы ты его выкинул. – Он в сердцах стащил рюкзак со спины и швырнул на землю.- Вот так, да? Пол лимона – на! Потому что тебе не нравиться твоё предчувствие? Друг, не надо этого! Хомут, медитации, к чёрту всё. Я домой хочу. Чем раньше, тем лучше. И эта штука - Грицко мотнул головой в сторону рюкзака, - мне нужна. Я её добывал, мне и решать, что с ней делать! Пахомыч смотрел на Грицко, понимая, что убедить его не получиться. Сильно же он разнервничался. Видно, важно для него была эта ходка. Но попытаться стоило. Чувство неотвратимых перемен преследовало Пахомыча с тех пор, как подписался на задание. Не хотел старик его выполнять, но и Грицко одного на Радар пускать тоже не хотел. А тот бы пошёл, как пить дать. Вон как разоряется. Молодой сталкер был уже мысленно далеко. Дома. Он не сказал Деду, что больше не собирается рисковать жизнью. Хватит, себе денег заработал и на хлеб, и на масло. Камень выбросить, щас! Если его продать, то и на икру поверх маслица останется. Старик отвернулся, глядя на север. На высокие антенны Радара. Из недр его подземных бункеров они вытащили артефакт. Самое плохое, что Грицко абсолютно прав. Барбитурат, конечно, парень дружелюбный, даже выручал пару раз. Но он связался с непростыми ребятами, для которых и пообещал достать камень. Если они его не получат, то Барбитурат спросит со « Свободы». Проблемы. Будут большие проблемы. И у напарников, и у Лукаша. Единственным оправданием провала могла послужить лишь смерть. - Помоги!!! – Услышал Пахомыч и без промедления обернулся, автоматически расстёгивая кобуру. Может, слепой пёс? Но то, что заставило Грицко отчаянно кричать, не было мутантом. Парня засасывала земля. На месте, где он только что стоял совершенно спокойно, образовалась самая настоящая «зыбь». Аномалия, напоминающая зыбучие пески. Она методично поглощала сталкера, образовав вокруг него болота из земли, которая неизменно становилась чем-то вроде тягучей жидкости при активности аномалии. Как всё это может быть, Пахомыч не знал. Никогда раньше «зыбь» не возникала на его глазах. Не говоря лишних слов, Дед вцепился в парня. Сейчас нужно только одно: не отпускать Грицко, уже по пояс увязшего во внезапно появившейся «зыби». - Пахма! – Грицко умоляюще смотрел на друга, понимая, что его опыт тут не поможет. Нужна была сила, которой у Пахомыча не было. Юбилей. Старик тянул за руки, опасаясь оторвать их, но земля неохотно отпускала парня. Пот выступил на морщинистом лице Деда, застилая глаза, но он упрямо пытался отвоевать друга у пришедшей в движение стихии. Грицко молчал, скованный страхом. - Сучья мерзость. – Прошептал Пахомыч, когда почувствовал, что кто-то словно дёрнул снизу. За ноги Грицко. Тот закричал от боли и начал извиваться, словно червь, насаженный на крючок. - Дед! – Крикнул сталкер, не узнавая своего голоса. – Тащи! Пожалуйста! Пахомыч видел, что не справляется: слишком мало сил оставалось в старческих руках. Ещё миг и парень скроется в земле, обволакивающей его. - Не хочу так! – вдруг прохрипел Грицко, когда аномалия вырвала его из рук Пахомыча. Сталкер видел, полными ужаса глазами, как парень исчез в земле, словно в пасти у ненасытного зверя. И тишина. Гнетущая, ненормальная тишина осталась с Пахомычем, сидящим на земле. Его руки предательски дрожали, ведь после своего злодейства «зыбь» исчезла, словно и не бывало. Чистая, твёрдая земля. Такого старик ещё не видел никогда. - Не удержал. – Шепнул Пахомыч, прокручивая в голове смерть друга. «Свободовец» унял дрожь, поднялся на ноги и осторожно подошёл к роковому месту. Ничего. Ни следа. Потушенный костёр, опустевшие банки тушёнки, электры, тихо трещащие своими молниями. И рюкзак. Потрёпанный, переживший не одно приключение и своего обладателя – молодого сталкера Грицко. Рюкзак. Пахомыч осторожно подобрал его, обдумывая что-то своё. По тому, как он теребил баул в руках, было видно, что внутри сталкера идёт борьба. Ещё раз посмотрел назад, и припустился бежать, насколько позволяли старые кости, наплевав на неписаное правило – в Зоне бегать нельзя. Рюкзак с чёрным камнем был заброшен за спину, а по щеке катилась влага, непривычно обжигая лицо Пахомыча. Грицко был ему как сын. Глава 2 . « Начало» Интересно, почему все бармены постоянно протирают и без того чистые стаканы? Методично ёрзают тряпочкой по стеклу, дышат на него, и снова ёрзают. Ритуал, может быть? Или опознавательный символ мол, смотрите, я настоящий спец и тряпка у меня хлопковая. А у вас нет? Ну, что ж… Кунжут никогда не задумывался, зачем он нещадно натирает свои бокалы и рюмки. Просто нравилось. И точка. Бар «Начало», где заправлял Кунжут, находился неподалёку от Военного Кордона – пропускного пункта в Зону для научных экспедиций и важных шишек от правительства. Последние иногда изъявляли желание глянуть на запретные земли, но, едва увидев вдалеке стадо взбешённых мутировавших кабанов, тотчас находили предлог, чтобы побыстрее смыться. Полкилометра от КПП военных – это вам не шутки. Нужно было соблюдать осторожность, ведь несмотря на регулярную «помощь», направляемую в карман командира поста – капитана Рукомойко, никто не мог поручиться, что вояки при желании не могут не разнести к чертям собачьим заведение Кунжута. Вместе с ним, его помощниками и посетителями-сталкерами. Сколько денег и сил ушло у молодого предприимчивого парня на превращение бывшего недостроенного здания школы в чудесный уголок роскоши, никто не знал и не лез с расспросами. Роскошным «Начало» было только по меркам Зоны, разумеется. Всё необходимое, и даже сверх того, Кунжут и Мужик – совладелец бизнеса, могли предоставить сталкерам. Лекарства – бога ради, ночлег – пожалуйста, пищу и охрану – извольте. И всё по умеренной цене. Но самым замечательным в баре «Начало» было то, в его стенах скупали артефакты, что и являлось первопричиной возникновения этого места. Кунжут с Мужиком брали всё, пусть даже совсем пустяковые вещицы вроде «искр» или «шашки», не обладающими какими либо выдающимися свойствами. За то каждый новичок на Кордоне знал: Мужик и Кунжут примут даже недорогие штучки, от которых воротит нос Шкварка, Талиб, и другие торгаши в Зоне отчуждения. В этом был свой коммерческий интерес владельцев «Начала». Не в прибыли дело, её почти не было после отправки дешёвых артефактов на Большую Землю коллекционерам. Просто новички, ставшие после экзамена Зоны неплохими сталкерами, не забывали, что Кунжут относился к ним, зелёным салагам, с пониманием. Поднабравшись опыта, шрамов и ожогов, они чаще всего приносили самые востребованные камни именно в «Начало», принося Кунжуту и его напарнику приличный доход. В плане выбора алкоголя и пищи «Начало» мог претендовать на первое место среди всех сталкерских точек отдыха. Сказывалось близость от Периметра и прикормленный капитан Рукомойко. Конечно, перепелов, фазанов и ликёров французского разлива ожидать от бара не приходилось, но виски, ром, коньяк и конечно, вкусное черниговское присутствовали постоянно. Также как консервы, картофель, гречка, некоторые фрукты и свежее мясо и иногда даже рыба – особенный дефицит в Зоне. Первый раз очутившись в « Начале», сталкеры сразу оценивали уют и приятную обстановку, не свойственные Чернобылю . Ни протекающей крыши, ни пыльных столов и грязных полов, так как в штате бара был уборщик – старый Пупок, спившийся здесь же. Чего стоила только первоклассная, отполированная барная стойка – гордость владельцев. Как они утверждали, она была сделана из какой-то особой породы особого кедра и очень ей гордились. И, конечно же, оружие. Его в подсобке у запасливого Кунжута было, что грибов в лукошке. Много, разное, и опять же, по вполне реальной цене. Как и боеприпасы к нему: большое количество, разные калибры, красота! Словно супермаркет с игрушками, правда для подросших, бородатых, часто пьяных и не обременённых церемониями детей. Если вам необходим достойный ствол и пригоршня патронов к нему, и, может быть, гранаты, то смело подходите к парню, одетому в синие джинсы и модные кроссовки. Он чаще всего стоит за барной стойкой. Не смотрите, что он совсем пацан, что волосы у него всегда взъерошены, взгляд ироничен, как и его речь, а при себе у молодого человека имеется здоровенный нож, висящий на бедре. Это Кунжут. Тот, кто вам нужен. Один из посетителей бара уже испробовал вкусного коньяка, сидя за столиком в углу. Сталкер Мех пребывал нынче в плохом, просто отвратительном настроении и пытался поднять его с помощью алкоголя. Нетрудно догадаться, что попытка не увенчалась успехом. Мех ещё больше погружался в пучину злости. Как же так могло получиться, что новичок приструнил ветерана? Практически в двух шагах отсюда, на Свалке, был обнаружен достаточно редкий артефакт. Пусть и не шибко дорогой, но всё же очень не помешал бы сейчас Меху. Да и вообще никому бы не помешал. Наводку дал Мужик, пообещав неплохое вознаграждение, если принести камень в срок. Сурово супя брови, он указал на карте, в каком квадрате Свалки лежит интересующий его « Ком». Обыкновенная с виду земляная грязь с корнями, полностью оправдывающее своё название. Но только простой клубок чернозёма не мог изменять количество зубов в черепушке человека, выращивая выбитые и сгнившие зубы, а « Ком» - запросто. Надо было только разодрать его на маленькие кусочки, и засунуть один из них в рот. Никакую обработку артефакта, в том числе санитарную, проводить было нельзя. Это меняло эффект на противоположный, и зубы выпадали, словно молочные. Далее оставалось подождать примерно полчаса, преодолевая ежеминутное желание выплюнуть эту мерзость, и новый зуб готов. Как в сказке, честное слово! « Ком» - гроза и кошмар для стоматологов. Мужик своеобразно вёл дела. Он не подзывал сталкера, в котором был уверен, не нашёптывал детали предстоящей работы, как, допустим, Шкварка – конкурент в Тёмной Долине, а подходил в большой карте Чернобыля и окрестных земель и громко говорил, что ему нужно то - то и то - то, и лежит оно там, куда он покажет.. С одной стороны – хорошо, с другой, конечно, плохо. Конкуренция возрастала, и шансы на присвоение себе хабара падали. Мех упустил свой шанс, так как был занят починкой одежды – не повезло сталкеру и он наткнулся на «жгучий пух», который оставил множество дыр на комбинезоне. Ворох пушинок принёс собой порывистый ветер с сумрачных земель Тёмной Долины. Сталкер не успел привести броню в порядок. И пока опытный ветеран Мех раскачивался, новичок, имени которого даже никто не знал, гордо вывалил перед Мужиком ценную бирюльку. Тот, недолго думая, отслюнявил ему своей огромной пятернёй объёмистую пачку купюр не самого малого достоинства. Счастливый сталкер ушёл из бара, сопровождаемый недобрым взглядом Меха, поглощающего коньяк. Костюм штопать он закончил как раз перед тем, как сделка у Мужика с новичком состоялась. - Отдай иголки, бродяга. – Голос охранника прозвучал где-то в глубине пьяного мозга сталкера. – Больше не нужны же. И вообще, свои иметь надо. - Трицепс, друг. – Ответил Мех, прищурившись на исполинского человека - гору. – Вот как этот недомерок не загнулся на Свалке,а? Там же для него – абзац! Он в спортивках был, как на пробежке, бл..ть, чеснослово.- Язык понемногу отвергал власть хозяина. - Новичкам везёт. – Прогудел Трицепс, осторожно принимая из рук сталкера ценный предмет – большую цыганскую иголку. - А жена у меня в Грецию теперь как поедет, а? На их везении? – Мех возмутился спокойствию Трицепса. - А чё ты бухать с утра начал? – Трицепс неодобрительно посмотрел на сталкера.- Шил бы костюмчик. Игла у тебя была? Материалы были? А ты решил совместить, да? Приятное с полезным, друганя. Уже нажрался, как кровосос, и виноватых найти хочешь. - Да иди ты. – Беззлобно ответил Мех и вышибала покорно поплёлся к своему месту у входа в бар. Клиент всегда прав. - Кинет она меня, как пить дать, кинет. – Сталкер вернулся к коньяку. – Мало того, что дома никогда нет, так ещё с долбаной Грецией пролетела. Греция… устрицы и шубы. - С кем ведёт беседу достопочтенный сударь?- Кунжут, спустившись со второго, спального этажа, задержался у столика пьяного Меха. - Дашь денег на Грецию? – вместо ответа спросил сталкер. – Я отдам с первой ходки. Кунжут сделал очень задумчивое лицо, немного подождал и ответил: - Сколько надо? - «Ком» за сколько сегодня идёт? – Слегка заплетающимся языком молвил Мех. Хозяин «Начала» осмотрел своё заведение. Народу немного. Мужик стоит за барной стойкой, терпеливо объясняя какому-то парню, что мяса сегодня нет, и не будет. В противоположном от столика Меха углу устроились пара сталкеров, отдыхающих после ходки. Трицепс и Бицепс несут службу. Пупок храпит наверху, выполнив свой долг уборщика, протерев и вымыв всё что можно, не забыв наградить себя за труды. Кунжут уселся напротив сталкера и подкурил сигарету. - Значит так, добытчик Мех.- Начал парень, со вкусом затягиваясь. – «Ком» нынче стоит четыре тысячи у.е. Насколько я соображаю в ценах на Большухе, этого вполне хватит на Грецию. Но артефакта у тебя нет, правда? Сталкер понуро кивнул: - Правда. - Но тебя нужна сумма, равная цене «кома», правильно? – Кунжут стряхнул пепел. - Да. Примерно. – Как-то виновато сказал Мех и почесал нос, больше напоминающий клюв. - Не знаю, не знаю. Сумма достаточно неплоха. Она объёмистая такая. Ты греческий знаешь? – Неожиданно спросил бармен, весело смотря на сталкера. Мех с подозрением глянул на Кунжута и ответил: - Нет. - А на хрен тебе Греция? – Кунжут легонько ткнул кулаком в плечо обескураженного сталкера. – Там, в Греции, все говорят по-гречески. Чем Зона не Греция?- Невпопад спросил бармен. Мех раздул ноздри, словно бык. Он не понимал, почему Кунжут всегда так заковыристо беседует со всеми, используя свои непонятные вопросы и непривычные простому люду словечки. И пьяного парня начало это злить. - Так и скажи, что не дашь бабла? – Исподлобья прогнусавил Мех, снова прикладываясь к бокалу с алкоголем. – Тянешь кота за причиндалы. Мне эти греки не нужны. Вот вообще никак! – Сталкер резко опустил ладонь на край стола. – Но Лидке - нужны. Кунжут докурил и раздавил окурок в пепельнице, стоявшей на каждом столике в баре. - Раз Лидке нужны, тогда уговорил. Хотя не знаю, кто такая Лидка, и знать не хочу. – Поспешно закончил парень глядя на открывающийся рот сталкера. Кунжут отхлебнул коньяка Меха, выдохнул. - Во что тебе нужно, чтобы не гневить Лидку. Идёшь на живописную Свалку, там недавно была перестрелка. – Начал Кунжут, снова закуривая. - Там всё время стреляют. – Кивнул Мех и удостоился сурового взгляда бармена. - Не перебивай. Рядом с Заброшенным Депо, недалеко от поста «Долга», была перестрелка. Надо сходить туда, провести расследование на наличие выживших, хотя «долговцы» уверяли, что все померли. Но нужно это проверить. Если найдешь кого живого, тащи сюда. Даже если живыми там и не пахнет, сними компы с мертвецов. И будет тебе и Лидке счастье. – Предложил Кунжут. - Как я тебе их притащу? – Спросил Мех, в душе уже согласившись. Что-то здесь неспроста, но лучше не вдаваться в подробности. - Я не могу пройти твой путь за тебя, сталкер Мех. – Загробным голосом ответил Кунжут. – Но никто не запрещает тебе найти молчаливого помощника. Как никто не мешает тебе утаить от него сумму вознаграждения и назначить свою. Мех улыбнулся. Кажется, жизнь снова мелькнула перед ним во всей своей красе. - Понял. Всё понял. Где конкретно их искать? – спросил он, снова потянувшись за бокалом. Обнаружив, что он пуст, сталкер не расстроился. - Правильно. – Сказал Кунжут, посмотрев по сторонам. Что-то охотник задерживается. – Бухать не следует, брат. Координаты тебе скину на наладонник. - По рукам. – Ответил Мех и прошёлся глазами по КПК. Так. Отлично. - Любого живого человека нужно принести сюда. – Повторил Кунжут, поднимаясь со стула. - А откуда ты знаешь, что там вообще живые есть? – Осведомился Мех.- «Долговцы» же сказали… - «Долг» говорит то, что им нужно говорить. – Перебил парень, направляясь к барной стойке. – Ищи, и труды твои будут вознаграждены, сталкер. « Как же он разговаривает-то! » - Думал Мех, глядя вслед бармену. Пора было идти зарабатывать на Грецию. В здание бара вошёл сталкер. Высокого роста, широкоплечий мужчина. И удивительно было не то, что у него длинные волосы, собранные в хвост. Это в Зоне редкость, потому как просто непрактично. На Меха произвёл впечатление комбинезон сталкера: настолько он был неказист, беден и разодран. Да и сам обладатель комбеза производил впечатление отребья, какого хватало во всех уголках Земли. Мутный взгляд, неуверенная, будто прогибающаяся походка. За плечом виднелся матерчатый чехол. Возможно, в нём покоилось оружие. Ещё не отрезвевший Мех внимательно наблюдал, как оборванец с достоинством пересекает зал бара и направляется прямиком к Кунжуту. Кунжут, завидев сталкера, расплылся в улыбке и вышел навстречу: - Как жизнь, непревзойдённый убивец алчных чудищ? Мех, услышавший это, только покачал головой и бодрым шагом отправился на Свалку. - Только с охоты, друг. Жрать хочу, почти как пить. – Ответил убивец чудищ, усаживаясь на стул возле стойки. - Это решаемая проблема, дорогой гость. – Кунжут перепрыгнул на ту сторону стойки и незамедлительно налил Зверобою пива в гранёный стакан, сноровисто открыл консервированного мяса с кашей, пачку галет, и пододвинул всё это под нос сталкера. «Он на стимуляторах, что ли? Всегда такой шебутной» - Думал Зверобой, с благодарностью принимаю пищу и питье. Мужик, который вышел из подсобки позади полок с алкоголем, тяжёлой поступью направился к Зверобою. - Тяжело было? – пробасил он, протягивая руку жующему кашу сталкеру. - Нет. Только подрали малость, а так – всё хорошо. – Ответил Зверобой, кривя душой. Хорошо у него дела не обстояли уже очень давно. - Заживёт. – Кивнул Мужик и поспешил к столику посреди бара, где зрел конфликт. Трицепс и Бицепс разнимали толкающихся сталкеров, выпивших сверх меры. - «Свободные». – Негромко сказал Кунжут, глядя, как Мужик читает им нотации, а они смирно стоят, смотря в пол, словно школьники. Владелец бара был скор на расправу. – Даже со своими отношения выясняют. «Долга» им мало. Парень посмотрел на уплетающего еду Зверобоя. - В чехле винтовка? – Спросил он у охотника. Тот помотал головой в знак согласия. - Мне придётся доплатить ему за артефакт. Сам понимаешь, обмен получается не равный. – Кунжут в который раз закурил, достав зажигалку пожелтевшими так рано пальцами. - Я тебе благодарен друг. – Ответил Зверобой, закончив есть и аккуратно отставив банку. – Отдам при возможности. Мне очень нужен « След». Кунжут затянулся и сказал: - Не вопрос, если бы не ты, твари бы унесли намного больше жизней. Так что отдавать мне ничего не надо. Можешь считать, что это тебе от благодарного населения Зоны. Зверобой не стал протестовать. Поправил чехол на плече и посмотрел на Кунжута. Пригубил «черниговского». - Хорошо. Мужик, уладив конфликт «свободовцев», поднялся наверх. Второй этаж недостроенной школы был излюбленным местом Мужика. - Друг, через минут десять спустись, мне отойти нужно будет. А то парни тут всё разнесут. – Кунжут негромко окликнул напарника. Тот обернулся и кивнул, продолжая подниматься. Бармен снова вдохнул ядовитого дыма. Когда-нибудь он его погубит, он и сам это знал. Слишком много сигарет для столь молодого возраста. Мысли Кунжута оборвал скрип старой двери. В бар быстрым шагом вошёл сталкер, одетый в самый обыкновенный комбинезон, который предпочитали в Зоне многие: соотношение цены и качества было выше всяких похвал. Остановившись недалеко от входа, новоявленный посетитель окинул намётанным взглядом окружающих. Голубые глаза лихорадочно блестели. Кунжут тоже заметил вошедшего и махнул рукой. « Явился. Явился всё-таки. Не ты ли плакался о доме всего лишь пару месяцев назад» - Думал Кунжут и вышел навстречу. Зверобой развернулся на стуле и посмотрел на голубоглазого сталкера. Нет, вроде не знаком. Светло-русые волосы, среднего роста. Шрам на губе, идущий к подбородку, еле заметный. Зато рубец на щеке невозможно было не заметить: не очень большой, но широкий, рваный какой-то. И, судя по всему, был вручён Зоной недавно. Сталкер приблизился к Кунжуту и остановился, оглядывая старого друга. - Привет – омлет. – Выдал Кунжут, а гость чуть слышно вздохнул. Этого голоса ему не хватало на Большой Земле. - Здравствуй, братан. – Ответил он, приобняв бармена. Кунжут отстранился от сталкера, и направился в свою подсобку. Приоткрыл дверь, шутливо поклонился, приглашая войти. - Господа бродяги, соизвольте переместиться в пространстве. Зверобой слез со стула, неловко припал на левую ногу и протянул руку сталкеру: - Зверобой. Будем знакомы. – Приветливо сказал он, глядя в ледяные глаза гостя Кунжута. - Мираж. – Представился тот, крепко пожал руку главному охотнику Зоны. Оба парня вошли в подсобку, размышляя каждый о своём, а Кунжут прикрыл плотнее дверь. Внутри стоял стол, уже заранее приготовленный Кунжутом к встрече дорогих гостей. Бутылка водки, огурчики, хлеб и тушёнка. Да ещё пепельница для вечно смолящего бармена. Чего только не было в святая святых рачительного Кунжута. Тут тебе и стволы на любой вкус и размер, медицинские препараты всех мастей, заботливо разложенные Мужиком по пластиковым ящичкам, ножи и портативные компьютеры, пока ещё чистые от данных, ждущие своих владельцев-новичков. И прочее, прочее, прочее. Всё это добро аккуратно разместилось на трёхъярусных стеллажах, стоящих у стен подсобки, образуя собой этакую стену по периметру комнаты. А посредине удобно умостился стол с тремя стульями. Скатерти, правда, не было. Ну да ладно. Зверобой, опустившись на стул и равнодушно поглядывая на водку и угощение, с любопытством осматривал полки с товарами « Начала». - Да, Кунжут. Широко развернулся, нечего сказать. – Восхищённо проговорил охотник, глядя на дорогую его сердцу картечь. Она была расставлена в коробках на нижней полке. - Полностью согласен, уважаемый Зверобой. – Ответил парень, усаживаясь рядом и, разумеется, закуривая сигарету.- И здесь ещё не всё. - Ты курить, как вижу, не бросил. – Спокойно произнёс Мираж, сидящий напротив Зверобоя. – Завязывай, братан. - Яволь, майн либен фюррер! – Отчеканил Кунжут, глядя в глаза сталкеру. – Но, потом. А сейчас, - он азартно потёр ладони, - выпьем за удачу, девчат и за нажористый хабар. Зверобой улыбнулся. Ему нравилось общество Кунжута. Какой-то он был странный, изъяснялся, словно на сцене, перед публикой. Но в тоже время в нём была вся непосредственность жизни, всё-то, что многие здесь давно потеряли, ковыряя Зону в поисках богатства. - На самом деле, можно. – Кивнул охотник. – Разве что, немного. - Наливаю, не проливаю. – Кунжут плеснул грамм по пятьдесят в стаканы сталкерам. Подумав, налил и себе. - За людей. – Неожиданно выдал тост Зверобой, опрокинул рюмку, закусил огурцом, подцепив его пальцами с тарелки. Вилок нигде не было видно. - Ладно. Поддерживаю. – Серьёзно сказал Кунжут и тоже влил в себя водку. Паршивая она сегодня. Не то, что поставка на прошлой неделе. Мираж молча выпил, также подцепил огурец. Вкусный, словно домашний. Глядя на Миража, вам и в голову не придёт упрекнуть его в чём-то плохом, даже если он прикончит топором человека у вас на глазах. Можно поверить, что человек этот сам кинулся на топор, совершив изысканное самоубийство. И дело не в красноречии, просто глядя в глаза сталкеру, понимаешь, что лучше бы не сомневаться в его словах. А если и не поверить, то сделать вид, что его доводы очень убедительны и отбросить все сомнения. В Мираже порой читалось просто зверское отчаянье, которое незнакомый человек мог принять за тихую агрессию, злобу. Но Кунжут, в данный момент наблюдавший именно эти эмоции на лице друга, всё понимал. Не знал, что именно происходило последнее время с Миражом, долго не виделись, но понимал его состояние. Так, дело лучше не откладывать в долгий ящик. - Брат, доставай бирюльку. – Кунжут сцепил руки в замок, поставил локти на стол и положил подбородок сверху. – И винтовку, Зверобой. Охотник начал неторопливо расстёгивать чехол. Вскоре на рассмотрение парней появилась красавица-винтовка СВД. Зверобой положил оружие на край стола, нетерпеливо глядя на Миража, который копошился в своём рюкзаке. Наконец, сталкер вынул под свет тусклой лампочки артефакт. Его можно не опасаясь переносить безо всякой защиты и трогать руками. Мираж осторожно взял ярко-жёлтый камень, как будто освещаемый изнутри, и положил рядом с собой, наблюдая за игрой света. Красиво, что и говорить. Кунжут, которому доводилось видеть «След» не один раз в силу деятельности скупщика, не проявил интерес. Поэтому, оторвав голову от рук, и снова закурил. Иногда ему казалось, что дым разорвёт его лёгкие и швырнёт Жизнь в подножью Смерти. Зверобой же совершенно иначе смотрел на редкий и дорогой артефакт. В его взгляде было не только здоровое любопытство, в карих глазах охотника на мутантов совершенно отчётливо сквозила Надежда. Большая, всеобъемлющая, одурманивающая Надежда, зажегшая огонёк в душе. - Это он? – Тихо спросил длинноволосый охотник. Раньше видеть вживую чудесный камень ему не приходилось. – Красивый. - Он самый. – Подтвердил Мираж, глядя на Зверобоя, словно воспрянувшего духом. – Классная вещь. Полезная. - Необходимая. – Сорвалось с языка у сталкера и он едва уловимо вздохнул. – Можно взять в руки? - Конечно. Осматривай, облизывай, делай что хочешь. – Мираж тронул шрам на щеке, оставленный «следом». Нет добра без худа. Кунжут тем временем налил по второй и покосился на СВД. - Доверяй, но проверяй. – Громко сказал Кунжут и взял винтовку в руки. Зверобой тем временем осматривал и вертел «След», словно выявляя китайскую подделку. Казалось, он вообще ничего не слышал. Мираж же принялся за еду, оставив сталкеров заниматься своими делами. Парню необходимо было подкрепиться, чтобы успокоить желудок после сегодняшних приключений. Кунжут разбирается в оружии, ему можно доверять. Да и обманывать Зверобой вряд ли станет: глупо тащить на сделку заведомо негодный товар. Бармен осмотрел ствольную коробку, приклад, магазин. Конечно, такой поверхностный осмотр не мог дать ответа о состоянии СВД. Но, надо сказать, что парень делал это для очистки совести. В Зверобое он не сомневался. - Всё в высшей степени замечательно. – Вынес вердикт Кунжут, отставляя оружие. Зверобой тоже оставил в покое артефакт и смотрел на Миража, который раздобыл таки где-то вилку и уплетал тушёнку вприкуску с галетой. - Обмен состоится, если у сторон не возникло дополнительных вопросов. – Объявил бармен, достав из кармана лёгкой ветровки деньги, классическим образом перетянутые резинкой. Хлёстко положив пачку на стол, Кунжут выжидающе посмотрел на сталкеров. Мираж отставил пустую банку, глянул на деньги. - У меня вопросов нет. – Сказал Мираж, сверля взглядом стопку купюр. Деньги, деньги-денежки. – Раз винтовка в порядке, то Зверобой может забирать камень. Охотник при этих словах вздрогнул, взял « След» и бережно прикрепил к поясу. - Спасибо, бродяги. – С чувством молвил сталкер. – Мираж, тебе особенно. Понятно же, что артефакт стоит дороже и … - И посему, я доплачу за него. – Торжественно перебил Кунжут, пододвигая достаточно толстую пачку к руке Миража. Тот не прикоснулся к ней. - Не бери в голову, тебе, видно, он очень нужен. Для хорошего человека не жалко. Тем более, что я остался при своём. – Мираж щёлкнул пальцем по деньгам, лежащим у руки. - Ура, ура, ура.- Монотонно сказал Кунжут, уже подняв стакан с огненной водой. – Осушим же наши кубки за договор купли-продажи. Сталкеры не заставили себя долго ждать и осушили кубки, закусив всё теми же огурчиками, перебивающих вкус не самой лучшей водки. Зверобой, после второй порции алкоголя повеселел. Надежда в виде камня, висящего на поясе, и крепкий градус положительно сказались на настроении. Чего нельзя было сказать о Мираже. Винтовку он уже осмотрел лично, и, получив от благодарного охотника чехол, спрятал её подальше. Его глаза были зеркальным отражением глаз Зверобоя. Если заглянуть в них поглубже, то ничего похожего на Надежду в них не было. Кунжут же веселил Зверобоя, рассказывая про то, как однажды кабан-мутант застукал его в тот момент, когда парень решил справить большую нужду. - Ты прикинь, не дал закончить, так и пришлось, со спущенными штанами, его убивать. Дробовик под рукой был. Под жопой, точнее. – Вещал бармен, размахивая сигаретой. Зверобой улыбался, хотя бросал взгляды на молчащего Миража. Глядя в лицо сталкера, охотник силился вспомнить, где он его видел. « Вроде бы, знаком. А точно! – память услужливо предоставила полузабытые сведения. – Он раньше с Барбитуратом ходил. Потом в одиночки подался. Я ж его видел у Сахарова пару месяцев назад». Зверобой вспомнил, как Мираж о чём-то шептался с учёным, пока охотник отдыхал в бункере исследователей Зоны. Давно это было, но сталкер запомнил лицо Миража, когда то выходил из кабинета Сахарова. Словно одержимый, он пулей вылетел из уютного бункера, каменное выражение на физиономии сталкера не мог сокрушить крик Сахарова, орущего что-то вдогонку. Кунжут, закончив своё повествование, перевёл дух и глянул на друга. « Что ты здесь делаешь, братан? Почему ты снова здесь?». - Ещё раз спасибо, парни, я не забуду вам такое. Вы меня просто спасли. – Зверобой поднялся со стула, поправил кобуру с пистолетом на поясе, наткнувшись взглядом на « След». Ободрённый увиденным, сталкер улыбнулся. - Как, ты уже валишь? – Кунжут попытался встать, но бросил это дело. – А отметить? А отдохнуть с дороги, ты же вроде кровососа сегодня валил. « То-то выглядит парень словно зомби». – Подумал Мираж, протягивая руку нетерпеливому Зверобою: - Не видишь, человеку идти надо. Бывай. Благодарю за гостинец. – Мираж мотнул головой в сторону СВД, прислонённой к ножке стола. - И ты бывай, друг. Кунжут – счастливо. – Ответил охотник, пожал руку бармену и поспешно покинул подсобку, словно наскипидаренный. - Ты хоть броньку-то оставь великому мастеру Мужику, он её в достойный вид приведёт. – Крикнул владелец «Начала» вдогонку, но Зверобой уже покинул сталкеров и окрепшим шагом шествовал к выходу. От его нерешительной походки не осталось и следа. Теперь это был уверенный в себе на все сто, уже немолодой мужчина, способный горы свернуть, но сделать всё возможное для достижения цели. «След» - очень хороший козырь в игре, которую затеял Зверобой. Уходя, он улыбался. Кунжут с Миражом остались одни за столом, и молодой парень с чувством взялся за початую бутылку водки, разлил по стаканам, глядя на друга. - Два месяца. – Начал бармен. – Два месяца тебя не было. Не прошло и двух дней, как ты уже вляпался, брат. Мираж тряхнул головой. Вид Кунжута, разглагольствующего о времени, напомнил ему о недавних событиях, непонятно почему. - Что там случилось? – Парень взялся за огурец. – Там, откуда ты отправил мне сообщение? - Не могу тебе рассказать, братан. – Мираж покачал русой головой. - Не можешь? - Какими-бы друзьями мы не были. – Сталкер кивнул. - Ладно. – Кунжут выпил водку, не предлагая к нему присоединиться. Захрустел огурцом, жмурясь. - Ты знаешь, что на некоторых КПК теперь есть такая штука, которая показывает местонахождение его обладателя? – Бармен потянулся за сигаретой под неодобрительный взгляд Миража. - Нет, не знаю. На моём тоже? – Сталкер хлебнул водки, самую малость. - Нет, нет. - Поспешил ответить парень.- Я пихаю маяки в последние партии компов. На старых их нет. - Ты пихаешь? – Удивился сталкер. - Ага. Развлекаюсь, как могу, брат. Иногда очень полезно, вот как сейчас, например. - Не буду вдаваться в подробности, но на Свалке, где недавно была перестрелка, согласно моим данным, сейчас лежит и помирает сталкер. Кто он, я не знаю. Шифры у него будь здоров. Ничего, кроме того, что человек жив, не видно. Крутой парень, наверное. И скрытный. – Уважительно сказал Кунжут, гася в пепельнице окурок. Мираж молча слушал, изредка прикрывая от усталости глаза. - Так вот, этот GPS показывает, что он жив. Пока ещё. Скоро помрёт, видимо, раз «долговцы» не смогли отличить его от трупа. – Кунжут взглянул на сталкера совершенно серьёзно. - «Долговцы»? – Мираж не смог скрыть своего волнения. Выдали глаза. - Именно, братан. – Кунжут качнул головой. – И знаешь, они спрашивали тебя, Мираж. Тыкали мне под нос КПК, снятого с одного из участника перестрелки, мёртвого. КПК Опуса, как они сказали. Мираж уткнулся злобным взглядом в стол. Надо было самому уничтожить компьютеры. Но не было времени. - И что там в этом КПК? – Мираж допил водку в стакане, а Кунжут незамедлительно наполнил его снова. - Не знаю, мне не дали его в руки. Пашутин, с ним ещё трое, все с «грозами», и очень серьёзные. Из чего я сделал вывод, что ты им нужен в связи с убийствами на Свалке. Мираж всё больше чувствовал, что добром это всё не кончится. Пашутин неприятный тип. - Кто-то кроме тебя занимается подобным? Пихают маяки в КПК? – Сталкер поигрывал стаканом, напряжённо размышляя. - Без понятия. Может, кто-то и занимается. Главное, что я отправил на Свалку одного бродягу, указав координаты того человечка. И сейчас, – Кунжут сверился с часами от «Радо» - он должен подходить к Депо, если никого по дороге не встретил. Мираж погладил себя по голове, приминая волосы к черепу. Молодец, Кунжут, шпион-диверсант. - Он найдёт этого сталкера. И принесёт сюда, если тот будет жив к его приходу. Мираж вперил взгляд в друга: - Принесёт сюда? А зачем? Кунжут, прищурив глаз, посмотрел на сталкера: - Как зачем, брат? Если ты ещё не понял, «долговцы», светлые головы, хотят связать КПК Опуса с тобой. Так? Мираж согласно мотнул головой: - Да. Прости, Кунжут, я сегодня туго соображаю. - Видно. – Кивнул бармен. – Они сказали, что Опус был участником бойни на Свалке. Один из пяти трупов, как они думали. Но мы-то знаем, что трупов там четыре. – Кунжут задорно посмотрел на друга. – Кстати, откуда новый шрам? « След» вылечил? Подлый камень. Мираж отмахнулся: - «След». Тушканы напали. Прыгнула одна крыса на лицо, еле отбился. Вёрткие твари. - Дробь. – Кунжут наставительно поднял палец. – Исключительно дробь на супостатов надобно использовать. Как говорит Зверобой: « Для каждой твари свой калибр». Мираж опьянел. Это было видно и по глазам, и по лицу. Но не разомлел, как это бывает, когда выпьешь крепкого с хорошим другом. А лишь смотрел, на Кунжута, постепенно уплывая в мыслях. Слова доносились эхом, обрывисто. - Короче так. – Бармен заговорил громче, видя, что собеседник не слишком внимательно слушает. – То, что ты там был, мне совершенно ясно. Я хочу помочь тебе, братан. Как думаешь, тот, кто выжил, друг тебе, или враг? Мираж встрепенулся. Он начал понемногу понимать, что от него хочет Кунжут. - Где именно лежит тот сталкер? Молодой парень отошёл от стола, залез на нижнюю полку одного из стеллажей, и достал сверху КПК. Активировав его, он прочитал собственные метки и ответил: - Впереди Депо, согласно маячку, западнее, примерно метров пятьдесят от основных ворот, среди радиоактивного железа. – Выдал отчёт Кунжут и перевёл взгляд на друга. Мираж не сразу ответил. Но понимал, что молчанием ничего не добьёшься. Нужно раскрывать карты. - Друг. Там друг. Кунжут, словно ожидая такого ответа, несколько раз качнул головой: - Я отправил туда Меха. И, - Кунжут снова глянул на КПК – судя по всему, он уже достиг места назначения. Встаёт вопрос. – Парень уселся обратно за стол и налил остатки водки в стаканы. Мираж внимательно слушал. - Если это друг, то что делать Меху? Притащить его сюда, или же пройти мимо, руководствуясь моими новыми указаниями? – Кунжут поднял стакан, махнул им, и опустошил. Миражу поначалу пришло в голову, что Меху следует незамедлительно валить со Свалки, оставив раненого сталкера умирать. Но, представляя, зачем приходили «долговцы», тыча в Кунжута КПК Опуса, принял правильное решение. - Братан, пусть тащит сюда. Если Пашутин с дуболомами снова нагрянет, то у нас будет прикрытие, у меня, то есть. – Мираж облегчённо выдохнул. - Что-за прикрытие? Ты о чём? – Валял ваньку Кунжут, впившись смеющимися глазами на старого друга. Мираж не ответил, так как хрустел огурцом. И отвечать не собирался. - Ладно, проехали. – Бармен снова закурил, чиркая зажигалкой. - Когда он его принесёт? – Сталкер смотрел на друга, и пьяная пелена закрывала глаза, снова ввергая в отчаянье, которое сопровождало Миража всё чаще. Кунжут, со смаком затянувшись, закашлялся. Мираж не раз и не два говорил, что друг завязывал с табаком, но тот не слушал доброго совета. - Если никого не встретит, то, я думаю, за часик обернётся. Мираж встал с облезлого, драного стула и стал не торопясь прохаживаться вокруг стола. Кунжут вертел головой, но ему это быстро надоело. Ухватив за рукав комбинезона, он силой усадил друга на законное место на стуле и навис над ним, словно длань правосудия: - Успокойся. Уверенный голос друга привёл в чувство Миража. Он вызывающе посмотрел на Кунжута. - За-вя-зы-вай. – Тихо, по слогам произнёс бармен. – Пока не поздно, завязывай. И про шрам мне не заливай, если бы тушкан тебе в морду вцепился, то никакой «След» бы не помог. Сожрал бы тебе мутант кожу вместе с глазами. Мираж молчал, и злоба постепенно наполняла его душу. Он понимал, что Кунжут со своими маячками и незаконным шпионажем за сталкерами ощутимо помог ему в конфликте с «Долгом, который непременно состоится, не сегодня, так завтра. Опус. Если они свяжут одно с другим, то быть беде. И сейчас как нельзя кстати, если Мех принесёт сталкера со Свалки. Бедолага будет в случае чего очень полезен. Кунжут отошёл от сталкера и уселся напротив, смотря не то осуждающе, не то устало. Мираж не мог быть ему неблагодарным, но то, о чём просил друг, было невыполнимо. Не мог он завязать. Не получится. « Кунжут, Кунжут. А может, рассказать тебе, братан, каково всё-это? В подробностях, не утаивая ничего. Да ты просто не поверишь. Сидишь передо мной, ожидая благодарности, да ещё и нотации читаешь» Бармен, уловив настроение сталкера, не стал давить дальше. Писк наладонника прервал молчание. - Это Мех. Пишет, что нашёл израненного парня. Бородатого. Чеченец, вроде. Мираж прикрыл глаза и сглотнул. -Знакомо описание? – Кунжут оторвал взгляд от КПК. Мираж кивнул. - Значит, он несёт его сюда, правильно? - Да. Подтвердив изначальные указания, Кунжут нетвёрдой походкой отправился из подсобки, бросив другу: - Брат. Ты же знаешь меня. Если бы не ты, то мы бы так с тобой не сидели. Но когда-нибудь ни я, ни кто-либо другой, не сможет тебе помочь. – Парень говорил очень серьёзно, держа руку на двери, ведущей в бар. Мираж тоже поднялся, взял рюкзак, винтовку и подошёл вплотную к другу. - Спасибо. Очень здорово, и ты, молодец, и Мех, и маячки твои. Но я не могу вот так всё бросить. - Да ты чуть ли не в соплях-слезах здесь, вот в этой самой комнате говорил про дом! – Кунжут вспылил, прикрыв дверь, которую уже начал было открывать. – А теперь снова! Какого хрена ты в Зоне забыл? «Долгоцы», конечно, мне ничего не докладывали. Но у тебя, похоже, начинаются большие проблемы. Зачем ты вернулся? Мираж не отрываясь смотрел на друга. - Говоришь, не докладывали.- Задумчиво произнёс Мираж, не спеша отодвигая от двери щуплого Кунжута. - Нет, конечно, это ж «Долг» - Последнее слово парень произнёс с излишним пафосом.- Стой, ты куда? - Наверх. Буду ночевать сегодня в вашем достойнейшем заведении. Номер люкс, пожалуйста, виски и доступных женщин.- Ответил Мираж, и подмигнул. Это подмигивание было больше похоже на нервный тик. Хотя, может это он и был. Кунжут окинул взглядом Миража с ног до головы. Будто в последний раз видит. - Ладно. Мех принесёт сталкера, а мы с Мужиком ему сдохнуть не дадим. Думаю, что завтра сюда снова явятся «долговцы». Будем готовы к расспросу с пристрастием. – Молвил бармен, снова закуривая. Мираж с благодарностью приобнял Кунжута и отправился наверх, в дальнюю комнату на втором этаже, где этот сумасшедший день бы закончился. Глава 3. «Долг». - Вставай, сокол, вставай! – Крикнули в самое ухо. Медленно открыл глаза. Голова не болела, это хорошо. Плохо то, что разбудил меня никто иной, как старший лейтенант Пашутин, собственной персоной. Видно, заночевали он недалеко. Интересно, сколько сейчас время? Поднялся с кровати нарочито расслабленно. Быстро оделся, благо, что надевать надо было только ботинки. Глянул на «долговца» - Здравствуй Мираж - заулыбался тот. Ага, конечно. Благодаря мне ты на новые погоны надеешься, да и на премию. Вот и лыбишься, паскуда. - Здравствуй, лейтенант.- Сказал я голосом уверенного на все сто в себе человека. Хотя уверенности в помине не было. Позади Пашутина стояло ещё три молодца. Все из себя грозные, автоматы навороченные на ремнях висят. Всё, как и говорил Кунжут. Старлей сразу перешёл к делу. Такой он был человек. Прямой, несгибаемый, как стрела. Но фанатик, и очень жестокий, когда требовала ситуация. - Мне пока что нет дела, зачем ты вернулся, Мираж. Подчёркиваю – пока. Мне важно, знакомы ли тебе имена Цинк, Кавказ и Опус?- Спросил Пашутин, копаясь в своём КПК. Приехали. Надо было выкручиваться. - Ты по какому праву допрос устраиваешь?- Картинно возмутился я.- Не успел глаза продрать, а ты мне под нос КПК тычешь и смотришь так, будто я тебе миллион должен. Старлей переменился в лице. Если раньше его улыбка была механической, ни о чём не говорящей, то теперь это скорее напоминало оскал химеры. Хищника, которого я никогда в жизни не видел вживую и не хотел видеть. Наверно, у нее была именно такая ухмылка. Жестокая, полубезумная, с пренебрежением к противнику. - На том основании, что я долговец!- воскликнул Пашутин. - И что? А я - вольный сталкер. - Тогда объясни мне, вольный сталкер, что делают твои данные в КПК наёмника Опуса.- И он торжествующе уставился на меня. « Не выдать! Никак себя не выдать!» - Словно заклятье проносилось в голове. - В этом всё дело, значит… знаешь, старлей, если у всякой мрази на наладоннике мои данные, то это не значит, что можно вот так вести разговор, с оружием наперевес.- Я косо посмотрел на дуболомов, вооружённых грозами. - Сталкер Мираж, ты обвиняешься в связях с наёмниками! Знаешь, почему? Я как завороженный смотрел в дуло детища тульских оружейников и не мог вымолвить ни слова. А старлей продолжил, не снимая меня с мушки: - Я тебе объясню, почему. В одном из КПК этих ублюдков есть часть вашей переписки. Пашутин свободной рукой кинул мне портативный компьютер. КПК Опуса. Это точно. Возможно, это долговцы и устроили засаду. Я углубился в чтение. « - Только смотри, чтобы до Миража ничего не дошло. А то труба. - Понял, сделаем братишке сюрприз! - Ещё какой! Отбой». Я отрешённо смотрел на запись в компе. Это конечно не доказательство вины, но очень и очень нехорошо, что моё имя упоминается здесь. Да как она вообще сохранилась, если должна автоматически удаляться. И какой сюрприз? - Убедился?- участливо поинтересовался Пашутин.- Братишка, мать твою! А теперь пошёл! - А с чего ты взял, что эти парни наёмники? Они что, исповедовались перед тобой. Или у них на шмотках написано: «Опус. Группировка Наёмники»?– Агрессия опутывала разум, понимающий плачевность ситуации. Пашутин шутки не поддержал: - Данные в КПК Опуса мы смогли взломать, и там были улики, подтверждающие его причастность к убийцам. Чёрным по белому там описано, где лежит хабар сталкера по прозвищу Кадило. А его недавно на Агропроме превратили в кровавый фарш. В друзьях Опус с Кадилом никогда не ходили. Следовательно, Опус мог оказаться убийцей. А судя по его экипировке, на бандита-наркомана он не похож. Значит – наёмник. – С каменным лицом выдал старлей, не меняя интонации. - Притянуто за уши. Тут могло быть вообще что угодно. Личные счёты, например. - Но ты-то в переписке есть? – Пашутин стволом «грозы» приказал подняться. – С тобой-то нужно всё выяснить. Вот мы и выясним. Придём на Росток и во всём разберёмся. Как, что и зачем. Я медленно встал, понимая, что любое опрометчивое движение может ускорить мне свидание со свинцовой подругой. - Фальсификация.- Как можно более спокойно сказал я.- Сам подумай, если я наёмник, и они наёмники, зачем нам пользоваться настоящими именами? Это ведь глупо. Всё равно, что повесить мишень на шею. Неужели ты думаешь, что убийцы, которых ищет вся Зона, такие дебилы? И потом, фраза выхвачена с контекста, мало ли что они имели в виду под своим сюрпризом? Старлей неприязненно посмотрел на меня: - Я не знаю, что и как там у вас делается. Дебилы вы или нет. Основания для взятия под стражу у меня есть? Есть. Не с меня за это спросят, друг, а с тебя, ели подозрения оправдаются. Я понял, что на месте уже не выкручусь. Долговец, скорее всего, соображает, что его доводы звучат натянуто, но у их долбаной секты солдафонов имеется на меня зуб за прошлые дела. Сейчас под стволами трёх «гроз», отволокут к заводу Росток, в уютный подвальчик, на растерзание генералу Воронину. А уж этот бывший КГБшник вытянет из меня все жилы вместе с информацией. Хреново. Исключительно хреново. - Ты сам пойдёшь или тебе допинг прописать?- Нервно вопросил старлей. Словно маленький тайфун, в комнату ворвался Кунжут, бледный, как сербский упырь, то ли из-за похмелья, то ли из-за нервов. - Здоровеньки булы усем! – провозгласил бармен. Старлей покосился на него, буркнул нечто невразумительное и отвернулся. Его подчинённые рассеянно кивнули. Кунжут сел прямо на тумбочку, достал пачку сигарет, долго вытаскивал непослушными пальцами сигарету. Да, всё – таки похмелье. Затянувшись как следует, парень выпустил дым и начал свою речь: - Вчера ночью.- Он зачем-то сверился с часами от «Радо». На хрен они ему нужны в Зоне, никто не знал. Но точно не для понтов. Он никогда с ними не расставался и очень заботился.- Мои хлопцы возвращались с рейда и приволокли некого человека, очень раненого и бородатого. Я с Мужиком отпоил его чудо снадобьями, и он ожил!- Пафосно закончил Кунжут, размахивая сигаретой. Я мысленно содрогнулся. Надеюсь, что только мысленно. Пашутин выпрямился во весь рост и наконец-то опустил ствол. Чудесно! - А с чего бы вам его отпаивать, а? Лекарства на него переводить, тащить на своём горбу?- Старлей прищурился, как огромный кот на солнце.- Что же сразу не добили? Кунжут очень внимательно посмотрел на него и слез с тумбочки. Всё его балагурство, пафос и непринуждённость испарились без следа. - А не добили его потому, что живой наёмник - это кладезь информации. То, что он именно наёмник, у меня сомнений нет. Хабар он никогда не приносил никому из моих знакомых, я проверял. Но живёт в достатке, одна броня до хрена стоит. Не знаю, как тебе, а мне лично безумно интересно узнать как можно больше об их таинственной организации. Быть первооткрывателем дислокации врага, командир. – С совершенно серьёзным лицо сказал бармен, но глаза его смеялись. Я стоял, как громом поражённый. Кунжут, мать твою, что же ты делаешь? Ты же мне могилу копаешь. На совесть, глубокую. - И заодно насчёт этого воина проясните всё.- Бармен небрежно ткнул пальцем в мою сторону, игнорирую мой гипнотизирующий взгляд. Пашутин выслушал и ответил: - Мы подумали, что он умер. Когда наш квад наткнулся на него, он уже остывать начал. Мы проверяли, он нам тоже живым бы пригодился. - Он не остывать начал, старлей. Из него просто столько крови вытекло, что оставшегося количества не хватило, чтобы поддерживать нормальную температуру тела.- Отчеканил Кунжут, направляясь в сторону выхода. «Бред, какой бред. » - Подумал я, но долговец повёлся. - Где он?- Последовал вопрос. - В моей подсобке. Прошу, господа, и ты, сталкер, тоже пойдём. К Кунжуту вернулась его привычная манера вести беседу. Мы чинно проследовали вниз по лестнице. Впереди, словно командир, Кунжут с улыбкой до ушей. Позади него старлей, тоже с улыбкой, но вымученной, следом я, и сзади два автоматчика долга. Нечасто сталкерам в баре «Начало» удавалось видеть подобную картину. Миража нисколько не волновали любопытствующие взгляды. Его волновало, что скажет Кавказ, когда увидит хорошо знакомое лицо. И как не выдать своего волнения, глядя ему в глаза. Кунжут толкнул дверь подсобки, и первое, что увидел Мираж, было изувеченное тело, одетое в дорогой, надёжный, как танк, бронекостюм западного производства. Такую одежду могли позволить себе немногие в Зоне, и обладание таким комбинезоном косвенно указывало либо на большой авторитет обладателя, и как следствие, достаток, либо на то, что он совсем непрост. Действительно, откуда у молодого чеченца-одиночки защита, стоящая неприличную сумму. Кавказ лежал на том самом столе, где минувшей ночью сталкеры пили горькую. Вокруг наёмника, словно наседка, хлопотал компаньон Кунжута. Мужик то давал ему воды, то вытирал кровь, сочащуюся из носа и ушей. Странно наблюдать за тем, как кто-то заботится о наёмнике. Но Кавказ был нужен. Чтобы отмазать славного парня Миража. Бармен подошёл к Кавказу, остальные сгрудились вокруг стола. Наёмник не открывал глаз, но дышал, прерывисто, с хрипом. Ещё несколько минут и говорить будет не с кем. - Проснись, человек!- Кунжут легонько потряс его за плечо. Глаза на бородатом лице с видимым усилием открылись. Безучастно пробежались по лицам людей, лишь на долю секунды задержавшись на Мираже, сзади которого располагался долговец. Его руки слегка подрагивали на стволе «грозы». Мираж застыл с каменным лицом. Вот он, момент истины! Кавказ приподнялся на локтях, и Пашутин сразу взял быка за рога: - Ты наёмник, сука? - Кто это?- прорычал он, тыча стволом автомата в сторону Миража. Наёмник уставился на сталкера. Долговцу это не понравилось. Он подскочил к раненому и тряхнул за грудки комбеза. Тот застонал. - Не думать! Отвечай, кто это?! Кавказ сплюнул кровь и прохрипел: - Это Мираж. Пашутин удовлетворённо посмотрел на обладателя названного имени. - Он тебя знает, дружище. А можно подробнее? Какое место он занимает в вашей группировке? - Снова обратился он к чеченцу. Тот выдохнул воздух и ответил: - Он жертва… Заказ. Все присутствующие с удивлением оглянулись на Миража, стоящего с непроницаемым лицом. Первым опомнился, как всегда, Кунжут. - Это он жертва, ты ничего не путаешь? «Да что с тобой? Зачем ты меня топишь?»- лихорадочно думал Мираж. Кавказ закрыл глаза и ответил: -Если на полпути к Аллаху глаза не врут мне, то это Мираж. Четвертая жертва. Долговцы хранили угрюмое молчание. Пашутин наконец-то отошёл от наёмника и крикнул: - Если он четвёртый, то кто ещё трое? Отвечай, падаль, или я тебя в «студень» брошу! -Барбитурат, Мошна, Крым.- Выдавил из себя наёмник. Все присутствующие посмотрели на Миража. Названные сталкеры были убиты вчера и когда-то давно ходили с ним одной группой. Барбитурат - старший, Мошна-природник, Крым и Мираж - стрелки. Единственный выживший из этой группы молчал. Молчали и все остальные. Кавказ что-то хрипел, но до этого уже не было никому дела. Во всяком случае, вида никто не показывал. Пашутин сопел, как чайник, и сталкер усмехнулся про себя. Не получилось у «Долга» повесить на него, как говорится, расстрельную статью. Он - жертва. Хотя у Миража оставались вопросы насчёт переписки Опуса и Цинка. Жертва то он жертва. Кавказ, понимая, что скоро умрёт, не стал тащить с собой собрата по ремеслу, или же действительно в группировке творятся тёмные дела, более тёмные, чем обычно. Его хотели убрать? Бессмыслица. Зачем? Ответы нужно непременно найти, пока же можно торжествовать победу. Потопчет землю ещё немного. - Ты всё понял, старлей?- Мираж повернулся к нему лицом.- Вот тебе и «сюрприз», который они готовили. Вот тебе и расшифровка переписки. Крыма, Барбитурата и Мошну убили на Свалке, это ни для кого не секрет. Наверное, скоро возьмутся за меня. Возможно, мы кому-то здорово не угодили, во времена прошлых вылазок. Воины «Долга» давно убрали руки с оружия и приняли непринуждённые позы. Лишь Пашутин держал руки на цевье, недовольным взглядом уставившись куда-то мимо Миража. Будто хотел проникнуть в душу и вывернуть все тёмные углы наизнанку. - Что с нерусским делать будем?- осведомился Мужик, ни к кому конкретно не обращаясь Кунжут пренебрежительно махнул рукой. - Кликни наших молодцев, пусть закопают где-нибудь, или , там, собакам отдайте. Мужик наклонился к груди неподвижно лежащего Кавказа. - Он жив ещё. Мотор тикает. Странно, организм у чурбана просто охренеть. Разрывные пули, а за жизнь всё равно цепляется. И осколки ещё… « Разрывные. Так-так. Не ошибся тогда Кавказ».- Подумал Мираж, делая пометку у себя в голове. К Пашутину наконец-то вернулся дар речи: - Извини, брат. За причинённые неудобства с нас причитается. Можешь пойти с нами на базу. Там с тобой рассчитаются. Кунжут широко улыбнулся чему-то своему, а Мираж возмутился такой наглости. Совсем за дурака держат, что - ли? Предлагают добровольно идти в лапы Воронина.- Не кидайтесь на людей при любом предлоге.- Ответил Мираж, глядя на Кавказа. Пашутин снова засопел: - «Долг» в долгу не любит оставаться. Ты подумай. Если, что, заходи. Будем ждать. Последняя фраза прозвучала настолько двусмысленно, что Миража передёрнуло. Старлей тем временем продолжал: - Кунжут, насчёт того, чтобы закопать ублюдка. Что-то я не понял. Ты ведь хотел побольше узнать об их таинственной организации. Парень не растерялся и ответил, поймав попутно внимательный взгляд Миража: - Он уже почти труп. Дальнейшие расспросы только ускорят его отход в Валгалу. Поэтому не считаю целесообразным дальше держать его здесь. Но нас чёт закопать, погорячился.- Кунжут снова вытащил сигарету из пачки, понюхал, и, печально вздохнув, положил обратно.- Можно дать ему лекарства, дать отлежаться, но всё равно сдохнет. Все подходящие препараты у меня кончились. Единственный выход для нас вытянуть из него что-то полезное, доставить до ближайшего места с достойными лекарствами и уже после продолжать расспросы. Пашутин внимательно выслушал его и согласно кивнул: - Ты прав. Ну-ка, взяли.- Скомандовал он своим. Те послушно схватили наёмника, взвалили на плечи как можно осторожнее, и направились к выходу. Мираж смотрел им вслед, уже понимая, что ему придётся сделать в ближайшем будущем. - До скорой встречи, бродяги.- Напоследок проронил старлей. Кунжут всё-таки закурил, и с шумом выпустил дым из лёгких: - Ты дай знать, в случае удачи. Поможем всем, чем сможем. - Непременно.- Буркнул Пашутин, одарил недобрым взглядом Миража и Кунжута, и вышел вон. Мужик вытер со стола, на котором лежал обречённый наёмник, взял с собой тряпки, пропитанные кровью и потом, и тоже удалился из подсобки. Мираж и бармен остались вдвоём. Сталкер в задумчивости опустился на стул. - Налей - Попросил он. Кунжут с готовность выполнил его просьбу. Выпив залпом, и даже не подумав закусить, Мираж понял, что начинает успокаиваться. Вот это был волосок! Даже не волосок, паутинка. Бармен снова закурил « Парламент», за что удостоился осуждающего взгляда наёмника: - Ты до хера куришь. Сколько раз тебе говорить. Парень лишь отмахнулся: - Плевать. Ты бы видел своё лицо, когда я предложил долговцам устроить допрос с пристрастием этому бородачу.- Кунжут ухмыльнулся, налил себе и сталкеру. Мираж уже мысленно был за пределами комнаты. В пути. Кунжута слегка повело из-за выпитого. - Но пойми, брат.- Он чуть подался вперёд.- По - другому никак, иначе бы они тебя уволокли на вполне законных основаниях. Мех притащил его ночью, задержали в пути мутанты. Он тебя спас. Мираж поднялся со стула. Сосредоточенность и злоба на подлые обстоятельства мелькали в голубых глазах. - Я сначала чуть не запаниковал, друг. Как он вообще жив остался. Было страшно, даже очень. Кунжут улыбнулся: - Но виду не подал. Хотя сейчас ты сама невозмутимость. Мираж крепко пожал парню руку, глядя в глаза. - Спасибо. Кунжут пожал плечами. - Сочтёмся, как говорил сегодня Пашутин. Сталкер направился к выходу. - Ты подожди немного. – Окликнул его Кунжут. Мираж кивнул и направился наверх, за рюкзаком, и, что самое важное, за СВД. Глава 4. Встреча. Зона встретила Миража недружелюбно, впрочем, как и всегда. Не успел он пройти и сотни шагов по направлению к Свалке, как из кустов кинулась слепая собака. К счастью, она была одна, и сталкеру хватило трёх выстрелов из «глока», чтобы отправить её в собачий рай. Аминь. « Рановато земля огрызается. Обычно, раньше двухсотого шага не трогает.- Думал Мираж, обрезая псине хвост.- Хотя, обычно - необычно понятие относительное. Особенно здесь. А ещё до Долины пилить». В это самое время, севернее от него, три здоровенных парня несли бородатого кавказца, изредка подстрекаемые своим командиром. Главный, идущий немного впереди, с любопытством рассматривал маленькую капсулу. Эту капсулу, бородатый, не ранее, чем минуту назад, попытался тихонько засунуть себе в рот. Не получилось. Заметили и отобрали. Старлей ухмыльнулся и бросил пилюлю на землю. За неё тут же начали сражаться два жука непонятной наружности. « Жрите, твари.- Подумал Пашутин.- Подарочек то с сюрпризом». Он подошёл к израненному Кавказцу и прошептал: - А ты не умирай. Скоро тебя вылечат.- И снова пошёл впереди небольшой группы, чувствуя, что повышения не избежать. Мираж же чувствовал совсем другое. А именно, что кольцо вокруг него медленно, но неотступно сужается. Надо найти в нём брешь или всё пропало. « Долг» так просто не отцепится. Пашутин может сколько угодно извинятся и предлагать хабар, эти слова для недоумков. Они будут копать до последнего, и очень хорошо, что недавно наёмники стали вшивать себе в экипировку небольшую капсулу с цианидом. На самый крайний случай. « Яд - удобная и полезная вещь для всех нас» - Говорил Казначей, раздавая цианид. Вот и пригодился. Если, конечно, Кавказу позволят им воспользоваться. К слову, вышеупомянутый кавказец был сейчас на грани жизни и смерти. Ра стрясли по дороге. Остановившись у бывшего блокпоста военных, представляющего собой несколько укреплений и мешков с песком. Пашутин распорядился: - Хана. Не донесём. Коли препарат.- И кинул молодому долговцу пластиковую ампулу. Тот сноровисто наполнил шприц и ввёл жидкость прямо через одежду. Сталкер застонал. - Готово.- Заявил новоявленный медбрат, пряча остатки лекарства в карман. Клён, а именно так его звали, почувствовал, что его вестибулярный аппарат даёт сбой. Он неуверенно попятился назад и окинул бессмысленным взглядом окружающих. - Ты что, нормально?- Толкнул его легонько в бок товарищ, куривший рядом. От толчка тот вдруг резко сел на ящик, валявшийся сзади. Все удивлённо посмотрели на него, улавливая пока не сформировавшуюся опасность. - Мужики,- так же тихо спросил Клён - вы ничего не ощущаете? В голове не шумит? - Нет - Откликнулся командир, внимательно оглядывая окрестность. И вдруг всё поплыло у него перед глазами, зарябило, будто в ненастроенном телевизоре. Это могло означать только одно. - Контролёр!!! – Заорал Пашутин, тряся головой, стараясь отогнать наваждение. -Где он? Кто его видит?! – Отчаянно крикнул старлей, пытаясь нащупать непослушными пальцами спусковую скобу «грозы». Но осязание отсутствовало напрочь. Ещё совсем немного времени и собственные мысли он больше никогда не услышит. Пашутин вдруг упал, не в силах стоять, и закрыл лицо руками. Боль поглощала большую часть разума. Его подчинённые корчились в разных позах рядом с ним. Превозмогая ментальную пытку, старлей открыл глаза и совершенно случайно увидел злобную тварь. На мосту, в вагоне железнодорожного состава. В вагоне, который не падал, вопреки всем законам физики. Бездонные, словно омут, глаза контролёра притягивали взгляд, но Пашутин знал, что эти два окуляра – сама смерть. Даже хуже. Нежизнь. Вид врага придал долговцу сил, и, несмотря на адскую боль, он смог сорвать автомат с плеча. Верная, смертоносная гроза, всегда с гранатой в подствольнике. Пригодилась привычка. Но надо ещё прицелиться и нажать на спуск, отправив гранату в первый и последний смертоносный полёт. Эти, казалось бы, несложные операции для опытного воина, становились практически невозможными при манипуляциях контролёра. Но Пашутин недаром воевал два года в Чечне. Стремление жить, во что бы то ни стало, ответственность за людей, одному из которых только-только исполнилось двадцать, помогли сделать более - менее прицельный выстрел. С негромким хлопком «ВОГ-25» вылетел из гнезда, описал дугу и разлетелся осколками, ударившись в левую часть проёма вагона. « Не попал!».- Сокрушённо подумал старлей, целившийся непосредственно в нутро вагона. Он знал, что на повторный выстрел у него не хватит ни сил, не времени. Гипнотическая тварь, в ответ на провокацию, сразу перестанет играть с ними. Просто выжжет мозги нахрен, и все дела. Финита ля комедия. Но командир отряда «долга» ошибался. Граната, несмотря на то, что не достигла цели, всё же угостила контролёра изрядным количеством осколков. Пронзительно взвизгнув, тварь заметно ослабила силу своего внушения. Мир перестал вдруг вращаться, но через пару секунд снова начал, нет так сильно, и даже, осторожно. Пашутин сфокусировал взгляд и понял, что на этот раз его трясёт Дембель. - Командир! Валим, пока он не очухался. Зацепил ты его, нужно уходить. Старлей резко вскочил и тотчас пожалел об этом. Снова стало мутить. Дембель и Хот-дог уже схватили Кавказа и ждали команды от старшего к отступлению, а точнее, к бегству. « На нерусского тварь не обратила внимания. Посчитала трупом. Повезло, всё-таки». - Окинул Пашутин взглядом местность, и только сейчас заметил, что самый молодой из их команды лежит без движения. Хот-дог поймал взгляд командира. - Готов, я проверял. Сожжён подчистую. Жалко парня, чертовски жалко. Не пожил ещё. В какой-то момент Пашутина посетила мысль снова шандарахнуть по вагону из подствольника. Но он тут же отбросил её. Все твари Зоны исключительно живучи. Начиная с ворон, заканчивая легендарной химерой. И если контролёра потревожить сейчас снова, то он, агонизируя, создаст очень неплохие проблемы. - Двести метров направо марш-бросок, я с детектром впереди. Переберёмся через насыпь и продолжим путь до Ростока. Парни долго ждать не заставили, и снова взвалив на себя наёмника, которому стало полегче после приёма лекарства, устремились вперёд. Перебрались через насыпь с железной дорогой, перевели дух. - Отлично, отлично.- Задумчиво проговорил старлей, глядя на фигурку в костюме « Долга». - Эх, Клён.- Вздохнул Хот-дог. Пашутин посмотрел на него и решительно махнул рукой: - Вперёд, хлопцы. До базы далеко. И, Дембель, кинь в сеть сообщение, что на Кордоне завёлся контролёр. « Аларм!!! Контролёр. Обнаружен в вагоне, на мосте. Кордон». Мираж удивлённо вылупился на свой наладонник. Контролёр на Кордоне. Это то же самое, что минобороны России у Четвёртого энергоблока. Практически невозможно, как бы он не хотел. Контролёр тварь опасная. Но столь же и труслива. Она любит темноту заброшенных строений и непролазные лесополосы, но никак не может любить Кордон, где практически негде спрятаться, да к тому же периодически рыскают натовские и российские патрули. Для контролёра это, мягко говоря, неприемлемо. Однажды учёным, в их алчные до громогласных открытий руки, попал живой и лишь слегка помятый, «homo …..», то есть контролёр. Как это удалось сделать, и сколько это стоило, история умалчивает. Светилы науки чуть с ума не сошли. С пеной у рта спорили, какие эксперименты ставить над живой тварью, впервые за четыре года попавшей в их гестаповские объятья. И стоит отдать им должное, кое-что узнали. Благодаря их исследованиям, местные умельцы научились собирать приборы, помогающие бороться с ментальными атаками контролёра. Очень громоздкие, пока что, но шаг был сделан, и через пару лет можно было видеть некоторых счастливцев, щеголяющий в небольшом шлеме. Стоил он очень дорого, но и помогал соответственно. Правда , владея таким чудесным прибором, стоило опасаться получить пулю в сердце, выпущенной мародёром из засады. Но ребята, сумевшие приобрести « пси-страж», были очень непростые и вполне могли за себя постоять. После изобретения шлема и пары штучек попроще, вроде таблеток от хронической мигрени, учёные пришли к выводу, что мировой науке безумно интересно узнать, а что же будет с «homo ….», если его оторвать от естественной среды обитания, и попытаться адаптировать к обыкновенным, не аномальным условиям. С этой целью пригнали взвод вояк, в качества эскорта для халатов, накинули на ошалевшего контролёра обыкновенный холщёвый мешок, чтобы он не вздумал буянить, и отправились прямиком к границе Зоны, к колючке. Несчастная тварь ни за какие коврижки не хотела идти к ограждению, поэтому пришлось воякам подталкивать её путём избиения и нецензурной брани. Брань, контролёр, скорее всего, не понимал, но из-за тумаков нехотя поплёлся вперёд. Однако метров за двести до проволоки он начал ещё сильнее упрямиться, за сто жалобно и жутко скулить, а за пятьдесят и вовсе рухнул замертво. Как потом выяснилось, у грозного мутанта банально отказало сердце. Остановилось от испуга. «Халаты» долго сожалели по поводу утраты такого, без сомнения, ценного предмета изучения. А Кордон это, что называется, «предбанник» Зоны. Зашёл на его территорию, осмотрелся, приобрёл себе «веник» - автомат, и вперёд, в пекло, то бишь, в Зону. И Мираж никак не мог сообразить, что могло заставить контролёра пустится в путешествие: « Жаждет новых впечатлений? Берёт от жизни всё, мать его. Или эволюционирует, падаль? И Кордон ему уже нипочём. Вот весело будет, если он за Периметр сунется».- Размышлял сталкер, поднимаясь на небольшой холмик, с которого открывался вид на брошенный блокпост, и, соответственно, на вагон, в котором затаился мутант. Мираж внимательно осмотрел всё вокруг и осторожно растянулся на холме, благодаря цвету костюма сливаясь с землёй. Поднёс к глазам бинокль, и, настроив его, изучил территорию блокпоста. « Так. Вон и труп. Наверное, он и отстреливался. Но он был не один, ведь кто-то кинул в сеть сообщение.- Размышлял Мираж, поводя биноклем.- Ого! Да это ж «долговец». Сталкер отметил, что сожаления по поводу смерти человека у него поубавилось. Казалось бы, откуда у такого как он, вообще сожаление к потере чужой жизни. Но нет. Было. « Хорошо, что это долговец. Не люблю я их».- Спокойно рассуждал Мираж, сфокусировав бинокль на проёме вагона. Он выжидал так, наверное, пару - тройку минут, не забывая вслушиваться в окружающие звуки. Но ничего не говорило об опасности, и так же ничего не дало наблюдение за мостом и вагоном. « Затаился, уродец. Но «долговцы» написали, что ты внутри, крыса большеголовая. Я подожду». Мираж опустил бинокль и взялся за чехол, лежавший рядом. Быстрыми, профессиональными движениями привёл винтовку в боевую готовность и устроившись поудобнее, прильнул к окуляру оптического прицела. «Так-так, сейчас-сейчас.» - бормотал сталкер, настраивая «ПО-4х34». Закончив приготовления, сталкер принялся выжидать. « Если ты там, и не подох от пальбы дуболомов, то всё равно вылезешь».- Здраво рассуждал Мираж. Ноги и руки начали уже потихоньку затекать, когда контролёр явил свой лик миру. Непропорциональная лысая голова с тонкими губами и огромными глазищами показалась в проёме. Видно, вышел на разведку. « Что это у него на башке? Кровь! А вон и рана. Молодцы ребята, хоть на что-то годятся».- С этими мыслями сталкер внимательней прицелился, задержал дыхание, и на четвёртом ударе сердца нажал на спуск. СВД издала сухой, хлёсткий звук, выплёвывая патрон. Через прицел Мираж отчётливо видел, как чудище рухнуло безжизненной массой вглубь вагона. Свидание со свинцовой подругой у контролёра состоялось на ура. Совет да любовь. « Вот и всё. Допрыгался».- Пронеслось в голове Миража. Еще раз осмотревшись, он медленно двинулся к мосту, закинув за плечо снайперку, а чехол от неё затолкал в рюкзак. Он пока не понадобиться. Здравствуй, Зона. Вынув пистолет, сталкер приблизился к трупу долговца. Взглянул на молодое лицо. Под губой только-только начал пробиваться лёгкий пушок. « Сколько же тебе лет, чудо? И зачем тебя вообще сюда понесло?»- Размышлял Мираж, всматриваясь внимательней, словно на экспонат диковинной выставки. Он много раз уже замечал, как смерть меняет облик человека. Заостряет скулы и нос, придаёт фигуре выражение мешка. Покойник открыл глаза и промычал: - Кам… ан!! Мираж подпрыгнул от неожиданности. Но в ту же секунду успокоился и навёл пистолет на голову лежачего. - Всё ясно. Ты же зомби, парень. Кто бы мог подумать, да?- Молвил Мираж, собираясь оборвать нежизнь парня. Но не выстрелил. После смерти контролёра все, кого он подчинил своей воле, либо умирали вместе с ним, либо разбредались по Зоне. С выжженными мозгами, дикие, злобные, ничего не соображающие, ведомые инстинктами. Это ещё ничего, но дальше вступал в силу один из необъяснимых феноменов Зоны. Со временем химические процессы в их организмах сводились на нет, и они в буквальном смысле превращались в ходячих мертвецов. Сердце не билось, лёгкие не дышали, мозговые клетки отмирали. И убить их становилось чертовски трудно. Только в голову, с небольшого расстояния, это чтоб наверняка. Те же изменения случались с теми, кто испытал на себе действия Выжигателя мозгов, непонятного излучения, действующее и по сей день у Янтарного озера, и терроризировавшего когда-то Радар. Почему так происходило, не могли объяснить ни старожилы Зоны, ни умнейшие доктора наук. Учёные, правда, пытались объяснить это какими-то ими же изобретёнными терминами, но факт остаётся фактом: никто не знал, как и почему происходит этот процесс. Миражу приходилось стрелять в упор в этих несчастных, когда они корчились на земле, ухая и завывая. Но глаза! Глаза ходячих мертвецов всегда были пусты и бессмысленны. И когда твари атаковали, плевать кого, главное, чтобы теплокровное, и когда им стреляли в голову, и когда они пожирали живьём визжащую слепую собаку. Взгляд молодого долговца выражал бурю чувств под дулом пистолета. Желание жить, страх, растерянность… Да чего там только не было, в этих глазах! Они не могли принадлежать сумасшедшему с выжженными мозгами. - Кар… кар…- Снова взревел долговец. Мираж убрал пистолет. Присел возле распростёртого парня. - Кар… Кар…ман!- Выговорил он наконец. Мираж всё понял, и, сноровисто обыскав одежду, извлёк из кармана штанов пластиковый пузырёк , на дне которого плавало немного янтарной жидкости. Мираж понял, что это за препарат раньше, чем увидел этикетку. На секунду задумался, глядя на долговца. Стоит ли? Стоит. - «Атродиксил».- Прочитал сталкер.- Ну, доблестный воин «Долга», с такой приправой, может и оклемаешься. - Шп… Шпр...- Снова попытался говорить парень. - Ты лежи, лежи. Мираж вытащил из соседнего кармана шприц, наполним атродиксилом и ввёл его в тело долговца прямо через одежду. Тот застонал. Мираж не обратил никакого внимания на его стон. Он уселся на ящик, и стал ждать, когда инъекция подействует на молодой организм. « Любопытно, откуда у юного, а значит, не авторитетного долговца, атродиксил. Хотя, Кунжут вон, тоже малолетний, а авторитета на пятьдесят. Но откуда, всё-таки».- Размышлял сталкер. - Спасибо.- Донеслось вдруг со стороны, где лежал раненый. Мираж удивлённо повернул голову на звук. «Быстро же он».- Подумал сталкер и сказал: - Ты встать сможешь, или только говорить пока научился? Опёршись на локти, паренёк неуверенно встал и повернулся лицом к своему спасителю. Миражу представилась возможность рассмотреть его более подробно и в стоячем положении. На вид, наверное, лет восемнадцать. Совсем пацан. Тёмно-русые волосы, карие глаза. Начинающая грубеть под воздействием Зоны кожа. Шрамов пока нигде не видно. Сильное, волевое лицо, смотрящее с вызовом всему поганому отребью этих земель с помощью карих глаз. Среднего роста, в плечах широк, да и неприятная Миражу форма сидела на нём ладно. Ему бы девок охмурять, а не по Зоне ползать. Ладно бы, за деньги большие ползал, так нет же, за идею. Долг, мать его. В общем, после визуального осмотра мнение о парне сложилось положительное. - Тебе сколько лет, друг?- Озвучил Мираж мучивший его вопрос. Долговец ответил, подойдя ближе и протягивая ладонь: - На той неделе было двадцать. Стало быть, двадцать и неделя. Я - Клён. « Двадцать и неделя! Это ж надо. До чего «Долг» со своей дисциплиной дошёл».- Мелькнула мысль и сталкера, и он ответил на рукопожатие. - Сам представляться не буду, сегодня виделись. Послушай, Клён.- Молвил Мираж, усаживаясь поудобнее. - А что же это Пашутин тебя бросил, а? Не по- товарищески это. Разве нет? - Они подумали, что контролёр мне мозги пожёг, что неудивительно. Я сам так и подумал. Жуткое ощущение, даже описывать не возьмусь. Бросили здесь, хотя, по всем уставам и правилам, должны были добить. Чтобы не ходил по Зоне полутрупом.- Ответил Клён, отряхивая форму. - Ослушаться устава иногда очень здорово, правда ведь?- Мираж дружелюбно подмигнул долговцу, попутно соображая, что нужно поторапливаться и нагнать Кавказа. Сталкер обернулся к рюкзаку и аккуратно затолкал шприц во внутренний карман. - Клён, ответь мне на два вопроса, как спасителю. Что бы вы сделали со мной на Ростоке, и откуда у рядового бойца «Долга» атродикслил? Если б не эта дрянь, твой организм не справился.- Заключил сталкер и оторвал взгляд от рюкзака. Первое, что он увидел, была «Гроза», протянутая на ремне. - «Долг» в долгу не любит оставаться, держи. Это тебе за то, что не убил. Мираж ещё раз окинул взглядом парня. Он определённо ему нравился. А с каким достоинством протягивал оружие. Ни собачьей благодарности, ни лишних слов. Воин прекрасно понимал, что не будь здесь Миража, то это конец. Неизвестно какой ещё кстати. Собачьи клыки или бандитский плен, с мучительной смертью, потому что они - то уж точно не стали бы колоть его атродиксилом. Ножами, это да, это можно. Кроме того, у Миража, после сегодняшнего инцидента наверняка сложилось о долговцах не слишком приятное впечатление, но вместо того, чтобы пристрелить Клёна, он его спас. Именно поэтому « За то, что не убил». - А сам - то ты с чем останешься, воин?- Заинтересованно спросил Мираж. Он понимал, что такое «Гроза», какая эта мощь в бою. Но он так же понимал, какие дорогие припасы жрёт эта машинка калибра 9 x 39. У него самого было недавно оружие, поедающее теже самые патроны. Хотя… есть тут один торгаш в Тёмной Долине, который не отказался бы купить эту смерть, исполненную в металле. Но тащить её на себе не хотелось. Оружие и своё есть. - С чем останешься, говорю?- Повторил Мираж. Долговец в ответ выдернул из кобуры пистолет системы Вальтера. Сталкеру показалось, что оружие было извлечено из своих ножен лишь для одного. Для убийства. Настолько отточено это было сделано. Секундное наваждение посетило разум парня. Миражу вдруг привиделось, как палец Клёна обхватывает спусковую скобу пистолета и уверенно стреляет в голову наёмнику. А на могиле, если она ещё будет, ни одного увядшего букета, не говоря уже о каком либо надгробье. А если бы оно и было, то там непременно бы красовалась надпись: « Мираж. Убийца. Предатель». Тряхнув головой, отгоняя подальше непонятные образы и мысли, сталкер посмотрел на пистолет: - О! Парабеллум. Уважаю. А если кровосос? Его с «вальтера» не завалишь. - Можно и с «вальтера».- Широко улыбнулся парень. Не принято здесь так улыбаться. - Ты так думаешь?- Нарочито небрежно спросил Мираж. - Я знаю.- Коротко ответил Клён. « А парень непрост. И, похоже, не бравирует, правда знает». Видя, что его собеседник замолчал, клён положил «грозу» рядом с ним и уселся на соседний ящик. - Кровосос, конечно, махина страшная. Но если не поддаваться страху и стрелять в нужные места, то пистолетной обоймы вполне хватит. - Ага - Согласился Мираж, косясь на «грозу».- Щупальца, глаза и копчик. Знаем, проходили. Но туда ещё попасть надо. - Я попаду.- Возразил долговец.- Не в первой. - Может и так, но автомат я не возьму.- Решительно сказал Мираж, отодвигая оружие. Разговор начал ему надоедать, так как Кавказа несли всё дальше, и надо было спешить. Пора было переводить беседу в нужное русло. - Ладно, сочтёмся.- Махнул рукой Мираж и поднялся с ветхого ящика. Осмотрел местность. Ни зверей, ни людей. - А сочтёмся мы с тобой информацией. – Мираж пристально посмотрел на парня холодным взором, проникая всё глубже через молодое зеркало души. Клён не отвёл взгляд, лишь кивнул. - Куда повели чеченца, откуда у тебя атродиксил, стоящий много-много денег, и что бы вы сделали со мной? – Наёмник напрягся, задав свой вопрос, ведь он увидел, как Клён плотнее сжал губы. Это могло означать что угодно. Спас жизнь, не спас, «Долг» долги не забывает, всё это не так важно, когда человек, которого хотели взять тёпленьким, пытается выведать у тебя секретную, по сути, информацию. Долговец не мог не понимать, что с матёрым сталкером одному в открытой Зоне ему не справиться ни при каких раскладах, кроме того, что тотчас продырявить ему башку. Но и это маловероятно. Рука Миража уже лежала на пистолете. - Что замолчал, должник?- Заинтересованно спросил Мираж, сделав недвусмысленное ударение на последнем слове. « Время, время мать твою! Мясной мешок с координатами уносят всё дальше и дальше. С координатами и вашей смертью».- Просто кричал разум и Мираж уже всерьёз начал подумывать, что их с Клёном игра в гляделки, закончиться плохой пародией на американские вестерны, где герои выхватываю пистолеты, и нещадно палят друг в друга в упор, но чудесным образом не попадают в цель. Их вестерн закончился бы куда менее зрелищно. Промахнуться с метра в реальной жизни достаточно проблематично, если ты постоянно имеешь дело с оружием. Но долговец не разделял мыслей Миража. - Атродиксил остался у меня после того, как я вколол большую часть содержимого ампулы ублюдку наёмнику - отчеканил Клён, смотря куда-то мимо собеседника. Мираж ухмыльнулся краем рта и спокойно продолжил расспрос: - А что сразу не вкололи, у Кунжута? Зачем тащить на себе? Клён ответил: - У нас его там не было. Тайник с препаратом находился в тракторе. – Он мотнул головой в сторону ржавого агрегата, стоявшего рядом. - Понятно. – Усмехнулся сталкер. Долговец молчал. - Куда ваш отряд вёл его?- Рукоять пистолета уже стала тёплой от контакта с ладонью. Клён не стал строить из себя героя и ответил, казалось бы, не понимая, что сдаёт своих. Но он прекрасно всё понимал... как понимал и то, что всё рассказывали про этого голубоглазого парня – правда. Холодные, бездонные глаза, не сулящие Клёну ничего хорошего. - В лагерь на краю Свалки, к блокпосту у шлагбаума.- И, опережая последний вопрос Миража, дополнил.- А тебя бы отвели на Росток, к генералу. Ты ведь не раненый. Мираж, услышав о пункте назначения живого груза, о котором, по правде говоря, он и сам догадывался, на секунду закрыл глаза, так как принятое решение было ему не по душе. Парню жить бы и жить. Вся эта лирика о «грозе», слова и улыбки. Всё это испарилось, как только информация была получена, и разум дал команду, не считаясь с чувствами, спрятавшимися где-то глубоко внутри. Прятать их с каждым разом становилось всё сложнее. Клён, казалось бы, даже удивился, когда рука сталкера вскинулась раньше его руки, долговец обладал отменной реакцией, но атака контролёра не прошла даром, и наложила отпечаток на мышечные рефлексы. « Глок» легко дёрнулся в натренированной кисти Миража, отправляя пулю точно в голову молодому парню. Тот громко всхлипнул и упал на радиоактивную землю Зоны, пополнив ряды сгинувших без вести. Все смерти в Зоне официально переквалифицировались на пропажу человека. Был, и нету. Мираж не стал забирать у трупа ничего из амуниции, оставив это дело вездесущим мародёрам, просто тащить было не с руки. Окинул взглядом окрестности, и, убедившись, что никто не видел убийства, круто развернулся и зашагал в сторону Свалки, попутно размышляя о молодости, смерти и предстоящем деле, которое объединяло и первое и второе, ведь Кавказу было всего двадцать три года, если сталкеру не изменяла память. Глава 5. Флинт и гвардия. Удаляясь от блокпоста под мостом, осматривая просторы Зоны, Мираж думал над тем, как далеко ушли долговцы с раненым Кавказом. Учитывая, что аккурат за мостом по прямой идти уже было невозможно, о чём однозначно говорили разбросанные по местности аномальные поля, группа во главе со старлеем вряд ли успела сильно оторваться. « Не больше километра, уверен. Но вот сколько это в минутах?»- Ворчал про себя Мираж. Было очень тихо. Твари Зоны как будто дали людям передышку перед ужасающим всплеском агрессии. Сталкеры тоже не мозолили глаза. Но на Кордоне их всегда было маловато. Во-первых – патрули. Нет – нет, но проскакивали на джипах, пугая местных бродяг. Во-вторых, тут было абсолютно нечего делать уважающему себя сталкеру. Стоящие артефакты здесь находили, наверное, пару лет назад. Слева от тропинки, по которой шёл Мираж, глядя то на землю, то на детектор аномалий, росли пышные кусты непонятной растительности, служившие отличным местом для засады мародёра или гнусной твари Зоны. Сталкер, увлечённый обнаружением смертельных ловушек , и их последующим обходом, лишь в последний миг услышал тихий шорох в кустарнике. Он выхватил «глок», и, не размышляя, всадил туда половину обоймы. Из недр растительности с диким визгом выскочила напуганная, и явно обиженная псевдоплоть, лишённая вкусного мяса в лице Миража. Подпрыгивая, словно уродливый мячик на своих ножках – спичках, она ускакала в сторону разрушенной фермы, чтобы отлежаться и поискать более сговорчивую добычу. Мираж спрятал пистолет в кобуру, глядя вслед убегающему мутанту. « А если бы я спиной к кустам стоял и шороха не услышал?» - запоздало подумал он. Сталкер содрогнулся, представив, как из листвы выныривает зазубренная, острейшая конечность псевдоплоти. Взрезает комбинезон, кожу, мышцы и перерубает позвоночник, а потом, с чавканьем, бросается пожирать ещё живого, но парализованного и совершенно беспомощного человека. Мираж продолжил свой путь к Свалке, вихляя среди аномальных полей, словно крейсер между минами. Скорость движения его была, конечно, не очень быстрой. « Одно радует : долгари, наверное, двигаются не быстрее моего, да ещё и с Кавказом в придачу. – Размышлял сталкер, наблюдая за показаниями детектора, и держа ухо востро. За полчаса утомительного передвижения по аномальному полю, он прошёл метров двести. Недовольный этим, Мираж всматривался в дисплей детектора, надеясь рассмотреть более менее безопасный коридор, ведущий напрямую в нужном ему направлению. Наконец, его поиски дали желанный результат. Справа, а именно направо и нужно было идти, чтобы вывернуть курс на Свалку, очень тесно друг к другу расположились две «жарки». «Аномалия « жарка» - это огненный столб оранжево – красного пламени, имеющий температуру примерно три тысячи градусов, в активном состоянии достигающий до пяти метров в высоту, в зависимости от размера». В пассивном состоянии, её можно было разглядеть лишь по неровному дрожанию воздуха перед ловушкой. Благодаря этой аномалии, звери Зоны Отчуждения иногда получали редкое лакомство под названием « Человек жареный», и готов поспорить, оно пришлось им по вкусу. Именно перед такой вот свечкой остановился в задумчивости Мираж. Просмотрев по КПК карту полей и ещё раз сверившись с детектором, он принял решение идти между аномалиями. Если удастся проскочить опасный участок, то, помимо выравнивая курса на Свалку, он также находил выход из лабиринта аномалий. После «жарок» тянулась чистая земля, метров примерно пятьсот, изредка изуродованная локальными очагами радиации и разрозненными «электрами». « Ширина, наверное, сантиметров шестьдесят – размышлял Мираж, вплотную подойдя к коридору. – Если боком, то должно получиться. А если с рюкзаком? Нет, не выйдет». Аккуратно разместив рюкзак на земле посреди входа в коридор, Мираж начал бесстрашно протискиваться между аномалиями. Даже в неактивном состоянии они причиняли массу неудобств. Сталкер почувствовал, как нагрелась кожа на лице и одежда запылала жаром. Нос же вообще жгло невыносимо, и Мираж подумал, как было бы глупо умереть от того, что не смог пересилить инстинкт и дёрнул руку по направлению к носу. Заставив отступить боль в, Мираж сделал ещё три шага, и благополучно пересёк смертельный коридор ничего себе не опалив, не спалив, совершенно невредимым. Оставшийся по ту сторону рюкзак сиротливо лежал на земле, ожидая, когда кто-нибудь его подберёт. Сталкер стянул с себя СВД, лёг на землю и попытался зацепиться стволом за лямку рюкзака. Только потом он понял, как это было безрассудно, ведь можно было лишиться и рюкзака и винтовки, огонь охотно принял бы и то, и другое. Со второй попытки Мираж ухватил стволом рюкзак. Осторожно подтягивая его к себе, увлечённый работой, сталкер не заметил, как над головой стали сгущаться тучи. В самом прямом смысле. Неумолимо темнело, а это в Зоне могло означать лишь одно. Но Мираж не замечал этого. Последний плавный рывок и рюкзак в руках. Абсолютно довольный результатом, сталкер выпрямился во весь рост. Тревога мелькнула на его лице, когда он посмотрел на небо. - Нет, нет. Рано же ещё.- Шепнул он, закидывая за спину рюкзак и винтовку. « Вот почему так тихо».- Запоздало догадался Мираж, выбирая направление для сумасшедшего бега. Бегать по Зоне крайне не рекомендуется, но только не в этом случае. Стоит заметить, что сталкеру крупно повезло, что катаклизм застал его на Кордоне, который он знал великолепно, а не, например, на Янтарном озере. Там бы у него возникли куда большие трудности. Он быстро определился с направлением, выбрав конечным пунктом землянку метров за сто от него. Это убежище ещё первопроходцы-сталкеры соорудили много лет назад, и Миражу приходилось несколько раз пользоваться услугами достаточно просторного, и, что самое на данный момент главное, ГЛУБОКОГО подземелья. Иногда там ждал сюрприз в виде стайки мародёров или ещё каких-нибудь тварей, но выбирать не приходилось. Мираж со спринтерской скоростью сорвался с места и в этот самый момент раздался резкий, пронзительный свист, и ветер феноменальной силы, едва не сбивающий беглеца с ног, ударил с севера. С ЧАЭС. Из самого ада. Если бы вы попытались убедить бродяг в баре, что ЧАЭС не есть ад на Земле, то они рассмеялись бы вам в лицо, искренне сочувствуя по части жизненного опыта. Именно этот ветер с преисподней придавал сил и скорости Миражу, скачущему словно зайцу. Он ловко огибал небольшие группы аномалий, молясь всем известным богам, чтобы не вляпаться в какую-нибудь невидимую дрянь, хотя являлся самым типичным атеистом. Но пустые мольбы не шибко помогали, и он с ужасом подумал, что может не добежать. Краем глаза он заметил впереди, метров за пятьсот, из-за высокой кипы старых бетонных плит, выбежала группа людей и стремительно помчалась по направлению к Дому. Дом - это небольшое строение с разбитыми окнами, обветшалыми стенами, ржавым шлагбаумом, но зато с очень добротным, надёжным подвалом. Старый КПП. Эта постройка являлась негласной границей между Свалкой и Кордоном. « Старлей. Как пить дать старлей и остальные дуболомы. Чтоб вы сдохли!» - Яростно думал Мираж, на полном ходу оббегая очередной ловушку. Пока продолжался этот бег с препятствиями, ветер стал ещё стремительней, вороны в небе сталкивались головами и падали вниз, усыпая своими трупами измученную землю. Землю, которая уже начинала потихоньку дрожать, готовясь к самому необъяснимому и страшному локальному катаклизму на Земле – Выбросу. Мираж с паникой почувствовал, как под ногами вибрирует почва, и что времени у него не более минуты – двух. До спасительной землянки оставалось метров двадцать. Издалека увидев, что убежище обзавелось дверью, сталкер даже обрадовался. Видно, бродяги её установили на случай, если очередная богомерзкая тварь сунется в землянку. Но, как оказалось, зря радовался. У самого входа, прямо напротив новоявленной двери, уютно расположилась огромная « электра», тем самым загораживая путь к заветному спасению. - Твою мать!!! – Заорал Мираж, в растерянности застывший у аномалии. – Угораздило же! Для тех, кто никогда дел с коварной « электрой» не имел, стоит немного рассказать про это чудо Зоны. Аномалия « Электра» - это такие молнии, целый моток молний в миниатюре. Небольшого размера, сине – голубые или ярко – фиолетовые, переливающиеся на земле, с характерным запахом озона. Диаметр варьируется от нескольких сантиметров до нескольких метров. Если кинуть в нутро аномалии какой-нибудь предмет, то из спокойного, мирного облака она превратиться в фонтан, сноп искр, вспышек, молний. Это очень впечатляет и завораживает, но это и столь же опасно. Ведь эти шустрые вспышки могут в мгновении ока оставить от человека лишь горсть пепла. Но было одно утешение: чтобы накопить новый заряд после разряда, аномалии нужно было от одной до двух секунд, в зависимости от величины « электры». Чем с радостью и пользовались сталкеры, швыряя в неё болты и вообще всё, что под руку попадётся. Но для Миража этот метод не сработает, к сожалению. Можно, конечно, кинуть болт, дав возможность «электре» разрядиться. И быстро юркнуть в нору, пока есть время. Но дверь! Теперь она может стать его убийцей. « Если её изнутри подпёрли, то мне каюк. Даже если не подпёрли. Вон, какая массивная дура, могу просто не успеть открыть. Сука-аномалия наберёт заряд за секунду. Не успеть».- Лихорадочно метались мысли в голове у без минуты покойника. Мираж, сжимая в руке болт, топтался перед аномалией, которая вероломно препятствовала его спасению и не знал, что бы такого сделать, чтобы не сдохнуть. И ничего не придумал, кроме того как отчаянно завопить : - Бродяги!! Откройте! Есть там кто?! Никто ему не ответил, а дрожь земли тем временем усилилась - БРОДЯГИ!!!! – во все лёгкие гаркнул Мираж, занося руку для броска болта. Будь что будет. Авось не заперта. Неожиданно дверь землянки распахнулась и тёмном проёме показалось человеческое лицо. Мираж, не рассчитывающий уже на помощь, замер с болтом в руке. - Что стоишь, дурень? Кидай его уже! – крикнул салкер, отстраняясь от входа. Опомнившись, Мираж швырнул железо в жадные объятия аномалии. С радостью смертоносные молнии приняли подарок, и, разрядившись на нём, дали парню так необходимые ему секунды. Словно гепард сталкер кинулся к входу и кубарем скатился внутрь, почувствовав в спину небольшой удар. Всё-таки достала его электра, но ничего, изоляция костюма справилась. Спаситель захлопнул деревянную дверь и схватил Миража, помогая ему подняться. - Бежим ниже, тут сейчас такое начнётся! « А то я без тебя не знаю».- Сварливо подумал Мираж, ещё не отошедший от стресса. Они устремились глубже под землю. Землянкой убежище можно было назвать весьма условно, так как оно имело порядочную глубину и несколько разветвлённых коридоров, превращая подземелье в небольшой лабиринт. Сделано это было для того, чтобы как можно большее количество народа могло переждать здесь Выброс или непогоду. Казалось бы, что сталкерам непогода? Но кислотные дожди в Зоне пока никто не отменял. Парни неплохо знали все эти подземные закутки и стремительно пробирались глубже и глубже. Спустя некоторое время зашли в довольно просторную комнату, у стен которой сидело ещё двое бродяг. « И как они только услышали».- Удивлённо подумал Мираж. В подземелье было относительно светло. Мрак разгонял небольшой костерок разложенный посредине помещения. « Воздух жрёт, но без него здесь околеешь».- Одобрил сталкер действия аборигенов. Бродяга, спасший Миража, устало прислонился к стене рядом с остальными. - Спасибо, брат. – Искренне сказал сталкер. – Если бы не ты – труба. Тот лишь махнул рукой. Он не стал требовать от Миража плату за спасение хабаром. Когда выручаешь бродягу от расправы бандитов, от пули, от зверя, - тогда, да. Изволь, дружище, поделиться с благодетелем имуществом. Но если имеешь возможность спасти человека от Выброса, и не используешь эту возможность, если тебе самому нет прямой угрозы, то это в сталкерских кругах считается таким кощунством, что, если об этом узнает весь честной народ, то мало не покажется. И требовать плату за спасение такое же кощунство. Человек сам предложит, если есть чем поделиться. Проверено. - Мираж. – Представился сталкер и в тот же самый момент земля задрожала так, что у него возникли сомнения начёт надёжности сводов землянки. Как бы не рухнуло. Неимоверный гул, идущий, казалось, со всех сторон света, то нарастал, то исчезал вовсе. Через пару минут первая, самая убийственная и молниеносная фаза катаклизма пошла на убыль. Теперь лишь негромкий, тяжёлый гул, шёл как - будто из-под самой земли, да и сотрясалась она уже не так часто и сильно. Мираж, переждавший в своё время не один выброс по разным норам и подвалам, знал, что, несмотря на явные признаки спада угрозы, ближайшее время нельзя выходить под открытое небо. Это только кажется, что опасность миновала, но нет. Долго еще Зона будет священнодействовать, создавая новые удивительные артефакты, опасные аномалии и отвратительных, злобных тварей. Так что, есть время побеседовать. - Флинт. – Неожиданно представился один из парней. – Тот, что со сломанным носом – Лео, а спас тебя Бурундук. Лео исподлобья глянул на незнакомца, протянутую руку Миража проигнорировал, и, наткнувшись на ледяные глаза оскорблённого сталкера, разрядил обстановку: - И тебе привет, бродяга. Не обессудь, но я руки не подаю. Был как – то прецедент. Может, позже расскажу. – Дружелюбно сказал сталкер и Мираж понимающе кивнул. « Наверняка излом. Или ещё что похуже».- Строил он догадки, протягивая руку Бурундуку. Тот не стал ничего говорить, просто пожал и натянуто улыбнулся. « Видок у них, конечно». – Подумал Мираж, всматриваясь в товарищей по землянке. Все трое были бледны и осунулись, словно трупы. Выходит, истощение. А истощение бывает двух видов : аномальное, или из-за пустого желудка. - Бродяги.- Прервал сталкер затянувшееся молчание. – Как думаете, сколько ещё наверху будет бушевать? Флинт, бывший у них, видимо, за старшего, неопределённо пожал плечами: - Если как обычно, то не менее часа, а так, хрен его знает. Мираж кивнул, так как не ждал другого ответа, затем нарочито азартно потёр ладони, привлекая внимание флегматичного Бурундука и осторожного Лео. - Так. Значит, у нас есть время набить брюхо тем, что Зона послала. – Воскликнул Мираж, ослабляя удавку на своём многострадальном рюкзаке. Любой бродяга, услышав о возможности поесть на халяву, мигом оживился бы, но Флинт и остальные лишь кивнули, то ли одобряя такую идею, то ли просто показывая, что его слова услышаны. « Да. Ребята определённо себе на уме. Молчаливые какие-то. Хотя этим здесь никого не удивишь. Молчание – очень полезный навык. Но вот то, что их не воодушевило моё предложение, это действительно странно». – Размышлял Мираж о своих новых знакомых. Включив фонарик у себя на лбу, Мираж начал неторопливо рыться в своём добре Чего только не было в походном рюкзаке бывалого сталкера. Батарейки для вышеупомянутого фонарика и детектора, армейская аптечка с очень нужными пилюлями, толстые прорезиненные перчатки, чтобы удобнее было бирюльки из подозрительных мест доставать, коробка патронов для «глока» и «СВД», граната РГД – 5, которую Мираж забыл повесить на пояс, и ещё множество всяческих полезных в Зоне мелочей. - Угощаемся парни, не стесняемся.- Сказал Мираж, вытаскивая на свет божий две небольшие пластиковые тарелки. Их содержимое было плотно перетянуто пищевой плёнкой. Кунжут постарался. Флинт подался вперёд, не веря своим глазам и носу. - Мужики, это шашлык, будь я неладен! Бурундук и Лео тотчас оторвали спины от стены, принюхались и присмотрелись. - Точно шашлык! И много! Я его вкус уже забыл. – Восхитился Бурундук и замолчал в предвкушении пиршества. Один только Лео осведомился: - А мясцо-то не местное, надеюсь? Мираж, методично сдиравший плёнку, поднял на него взгляд. - Я не стал бы таскать с собой радиоактивное мясо. Лео, удовлетворённый этим ответом, успокоился, лишь добавил: - Шикуешь, бродяга. - Красиво жить не запретишь.- Улыбнулся Мираж и передал чудесно пахнущее мясо сталкерам.- Пардон, месье, но вилок нет.- Он шутливо развёл руками, и тут его накрыло с головой, снова нагоняя неуловимые мысли и видения. Наверное, из-за Выброса. Его Мир. Действительно его, где есть любовь и тонус поддерживать её пламя, бросая поленья из заботы и внимательности. Мир , в каких то нескольких тысячах километров от этой убогой землянки и не менее убогой земли. Где дождь – это безобидное природное явление, часть фотосинтеза, и красивое зрелище, а не убийственная дрянь, которой поливает измученного человека капризная садистка Зона. А пух, летящий в июле с деревьев – всего лишь пух, летящий с деревьев, по приземлению доставляющий радость детям, которые любят его поджигать и смотреть, как огонь захватывает всё новые и новые пушинки. В Зоне тоже есть пух. Жгучий. Представьте, что будет, если скрестить обжигающий, ядовитый эффект какой-нибудь кислоты и тополиные пушинки. Представили? Вот это и есть Жгучий пух. Очередная гнусная аномалия. Греет солнце, не печёт, а именно греет, нежно обволакивая сознание, ветерок треплет волосы и освежает тело, забираясь куда-то в душу, и теребя за её струны, окутывает ощущением безмятежности и радости от того что он, Мираж, вообще существует. Может ходить, смеяться, любить и приносить пользу и посильную помощь этому миру. Людям. Он заходит к себе домой, в радостном предвкушении от встречи с любимой. У него в руках цветы. Небольшой букетик, но зато её любимые. Дверь не заперта. Значит она уже дома. Нужно тихо подойти и обнять её сзади, сунув букет под нос, чтобы дивный запах цветов обескуражил её, смешав в единый коктейль лёгкий испуг и радость от встречи с сюрпризом. Вот она. Сидит на стуле. Спиной к двери. Всё по плану. Мираж подходит, сдерживая улыбку, но не успевает осуществить свой хитрый замысел. Она поворачивается к нему лицом, что-то заподозрив. Фраза: « Привет, заметила всё-таки.» , застывает в горле, улыбка, так и не закрепившись на лице, сменяется сначала недоверие и затем ужасом, а букет бережно транспортируемый до дома, падает на землю. - Долго тебя не было, дорогой.- Говорит она, едва уловимо улыбаясь. Волосы, как всегда, первоклассно причёсаны и уложены, домашняя рубашка Миража, которая так ей идёт, занимает законное место на её теле. Голос чуть осуждающий, да и только. И всё бы ничего, если бы точно посредине лба у неё не было безобразного отверстия, из которого сочилась кровь. Жуткого пулевого отверстия. И Мираж не может вымолвить ни слова, лишь, словно рыба, открывает и закрывает рот, не понимая, как это всё вообще может быть. - « Коллеги по цеху». – Продолжила она как ни в чём не бывало, не меняя тона и позы. – Какое дурацкое выражение. Он так и сказал. Твой коллега по цеху получит неплохую сумму за меня. Ты тоже так? Цветочки кровавые, да! – Неожиданно гаркнула она и кровь из головы полилась чуть сильнее. - Я.. Как? – Мираж никак не мог прийти в себя, сообразить, ухватить суть происходящего. - И знаешь что, Илюша? – Проникновенно, словно выбалтывая секретные сведения, поделилась она.- Он поедет в Венгрию. С семьей. Я знаю это, поверь. В Венгрию! Будапешт и колбаски. Кровь… И колбаски.- Жутко засмеялась она, запрокинув мёртвую голову.- Колбаски. С кровью, представляешь, коллега по цеху. А смысл? Может шашлык? И без вилок справимся, не привыкать. Удружил, брат.- Совсем не к месту закончила она, склонив голову набок. - Какие вилки, какие колбаски? ЧТО БЛЯДЬ ТВОРИТЬСЯ, СУКА!!! – Взревел Мираж, прислоняясь к стене и закрывая глаза. … - Ты с ума съехал, брат? – Флинт обеспокоенно склонился над вжавшимся в стену сталкерам.- Я говорю, и без вилок справимся. А про колбаски ничего не знаю. - Да кроет парня, вы что не видите. – Со знанием дела вымолвил Лео. - Оставь на пару минут, очухается. Мираж обвёл взглядом землянку и выдохнул. Приехали… Только глюков ему ещё не хватало. - Выброс. Это из-за Выброса.- Сказал он, нашаривая в кармане комбинезона флягу непослушными руками. - Да, бывает. – Бурундук, уже схомячив не один кусок мяса, заботливо протянул тарелку бледному сталкеру. Мираж во время выброса есть ничего никогда не хотел, а теперь уже и подавно. Но взял кусок, положил в рот и автоматически начал жевать. Отвинтив крышечку у фляги, хлебнул, быстро проглотил и передал её Бурундуку. - А шашлык хорош. – Задумчиво сказал Лео, снова приваливаясь к стене.- Всё хорошо. Всё хорошо к месту. И ко времени тоже. – Пробормотал он, а Флинт, пережёвывая вкусное мясо, важно кивнул головой. Мираж уже хотел уточнить, что он имеет в виду, но взгляд его наткнулся на Бурундука, который с недоверием принюхивался к фляге. Уловив немой вопрос Миража, сталкер сказал: - Дружище, по-моему, это пить нельзя. Твоё пойло провоняло травой. Аномальщина. Флинт, перестав жевать, выхватил сосуд из рук сомневающегося Бурундука. Понюхал, цокнул языком и приложился, сделав богатырский глоток. Мираж даже немного удивился, как можно такой крепкий напиток пить такими большими глотками. Профессионал! - Ух! Пробрало. Уважил. Давно его не пил. – Флинт отдал флягу назад Бурундуку, который протянул руку. Раз смог старший, то и он, Бурундук сможет. Передавая ёмкость, Флинт передразнил сталкера: - Травой провоняло! Деревня! Это абсент. Древний и благородный напиток. - Никогда не пил. – Озвучил очевидный факт Бурундук и тоже прилично приложился. Лео тем временем лениво вставил своё веское слово: - Благородный напиток, придуманный то ли во Франции, то ли в Швейцарии. – С видом знатока начал он. – Его очень уважал Сальвадор Дали. Есть сведения, что он приводит к галлюцинациям и помешательству. – Лео недвусмысленно посмотрел на Миража. Сталкер хотел ответить, но его прервал Бурундук, явно не рассчитавший своих сил. Он закашлялся и хватал ртом воздух, совсем как Мираж в своём бреду, увидевший мёртвую, но говорящую возлюбленную. - Слабак. – Сказал Флинт и, получив отказ от Лео, вернул абсент владельцу. Мираж положил флягу обратно в карман, и встретился с внимательным взглядом Лео. - Смешные мы.- Промолвил он, устраиваясь поудобнее. – Были и будем такими. Бурундук прекратил кашлять. Прислонился к стене рядом с товарищами. Все трое сейчас сидели напротив Миража, создавая иллюзорное деление на своих и чужих. - В каком смысле? – Мрачно спросил Мираж. Ему не давало покоя видение, и то, что скоро придётся снова пускаться в путь, который неизвестно чем закончится. Лео вальяжно махнул рукой: - Да так. Обрывки мыслей вслух. Рассказать тебе, почему я не подаю руки при встрече? – Внезапно спросил сталкер, подбрасывая небольшое поленце в костёр. « Где он его только взял». – Устало подумал Мираж, разомлевший от тепла. Дров вокруг видно не было. - Расскажи, – ответил он, борясь с сонливостью. Землю хорошенько тряхнуло. Это значило, что и вторая фаза катаклизма скоро подойдёт к концу. Сонливость Миража немного отступила, и он приготовился слушать историю Лео. - Было это не так давно, пару месяцев назад. Мы вообще, с парнями по « янтарному» ходоки, а там, как знаешь, мертвечины не упокоенной достаточно много. Мираж утвердительно кивнул, подкладывая под спину рюкзак. И то правда, на озере « Янтарное» мертвечины и впрямь хватает. - Мы успешно добыли интересные нам вещицы, завалили пару тварей, собак, кажется, и собрались к Невеже, сбыть так, сказать. – Продолжил Лео, протягивая руки к огню. Мираж снова кивнул. Так. Невежа. Что-то знакомое. - Идём мы, никого не трогаем, и вдруг, из кустов мертвечина прётся. Как я уже сказал, ходячими трупами никого не удивишь. Да и один он был, признаков враждебности не проявлял. Решили не тратить патроны и отошли чуть в сторону, чтобы, так сказать, разминуться мирно. Флинт ухмыльнулся, а Бурундук тоскливо посмотрел на остатки шашлыка, но есть не стал. - А только потом заметили: да ведь он улыбается! Широкой и чистой улыбкой. Всем своим гнилым ртом, ты представляешь? – воскликнул Лео, бросив взгляд на заинтересованного Миража. - А то. – Откликнулся он. - Мне Флинт тогда в шутку говорит: « Иди, поздоровайся, тебе же лыбится». Не очень смешная шутка, а дальше вообще не смешно. – Сказал Лео, посмотрев на мгновенье на потолок.- Он начал приближаться. Мы стволы вскинули. Если что, мигом бы нашпиговали, как поросёнка яблоками. Мертвец это всё увидел. Остановился. И ты знаешь, - Лео на секунду замялся, подбирая слова.- Такое разочарование на лице, такое человеческое, от того что на него оружие направили. Он стоит метрах в пяти, сосредоточенно так смотрит. Прямо на меня, и такими глазами, точнее одним глазом, который не сгнил, словно хочет сказать, мол, от кого, а от тебя, Лео, я такого не ожидал. - А дальше что было? – Мираж поторопил рассказчика. - А дальше? – Лео вздохнул. – Дальше он на шаг отступил и говорит, с интонацией оскорблённого до глубины души человека. Обыкновенным, ЖИВЫМ голосом. Я сказал, что он до этого только завывал и рычал? – Осведомился Лео, обращаясь ко всем. – А тут чистая русская речь. - Так что он сказал-то? – Миража и впрямь увлёк этот рассказ. Лео попросил флягу, и когда получил её от сгорающего от любопытства Миража, хлебнул, и, наконец, выговорил: - «От кого, а от тебя, Миша, я такого не ожидал. Пистолетом тыкать. А я же тебе вот этими самыми руками твои руки пожимал». И стоит, смотрит на свои обрубки гнилые, никак насмотреться не может. Фаланги пальцев на левой руке нет, с правой руки вся кожа почти слезла. Представляешь? Мираж молчал. Действительно, жутко. - Я стою, ничего понять не могу, стрелять не могу, парни тоже в ступоре. А он развернулся спиной… - А тебя Миша зовут. – Невпопад спросил Мираж. - Да.- Коротко ответил Лео и продолжил.- Спиной развернулся, голову повернул к нам и говорит: - Иди ты на х..й, Миша. Сосед, бл..дь! Флинт и Бурундук переглянулись, видимо, вспоминая пережитое. - Я первым опомнился. – Сказал Лео, снова прихлёбывая абсент, который вызывает галлюцинации и помешательство. – Кричу, чтоб остановился, даже в воздух пальнул. Флинт мне орёт, что, мол, я идиот такой, патроны зря трачу, а зомби повернулся, и ничего человеческого в нём уже не было. Начал рычать бормотать что-то бессвязное и на меня прёт, руки свои уродские тянет. Я и разнёс ему с калаша голову. Мираж смотрел на костёр, непроизвольно проводя аналогию со своим видением и услышанным. Лео тем временем, дополнил историю: - Завалил я его, подошёл поближе. И в голове одно: не то, что тварь складно говорила и выглядела совсем как человек, ну, позы, мимика, интонации, а откуда она знает моё имя? Мираж помотал головой, соглашаясь. Так и есть, можно хоть всю жизнь ходить по Зоне с верным напарником, но ничего о нём, кроме клички, не знать. А уж имени и подавно. Имя человека – вещь интимная. - Я вгляделся в лицо твари. И тогда я действительно выглядел не лучше тебя, парень. Потому что наконец-то узнал мертвого. Помнишь, Флинт пошутил, чтоб я подошёл поздороваться, мне, мол, улыбаются? Шутка, хоть и не смешная, но оказалась пророческой. Это был мой сосед, понимаешь? Сосед с Большой земли, с моего родного города. Мираж молчал. Он вообще пожалел, что согласился слушать всё это. - Только он выглядел лет на двадцать моложе, чем должен быть, потому я его и не узнал. То есть, он выглядел так, как выглядел тогда, когда я ещё жил в родных краях. Как в детстве, в общем. И действительно, руку мне пожимал, конфетами угощал, и называл соседом. А я ему башку снёс. – Закончил, казалось бы, Лео. Все молчали. Лишь костёр тихонько потрескивал, да Бурундук почесал усы. - И с тех пор не могу я людям руки жать. Как увижу, что ко мне клешня тянется, так мигом ту встречу вспоминаю и не по себе становиться. Думаю, что скоро пройдёт. Надеюсь, по крайней мере. Затянувшаяся тишина была прервана Миражем: - Парни, а как вы меня вообще услышали на такой глубине? Бурундук охотно начал объяснять: - Везучий ты, сталкер. Когда до выброса всего ничего осталось, я специально пошёл проверить: нет ли кого, кто войти не может? Вот на тебя и наткнулся. Миражу данное объяснение показалось каким-то натянутым и странным, но он был рад и ему: всё лучше, чем про соседей-зомби слушать. - Да. Повезло. – Согласился сталкер. – Я уже думал, всё, приплыл. И сообщений на КПК о нём не падало. - Так он незапланированный же был. Он через раз такой. – Заметил Флинт, закуривая непонятно откуда взявшуюся сигарету. - Что верно, то верно. – Подхватил Бурундук, подбираясь к тарелке с остатками мяса. « Ему не Бурундуком надо быть, а хомяком». – Думал Мираж, наблюдая за ним, а вслух сказал: - Ну, не скажи. Минут за пять, десять, инфа всё равно приходит. Флинт неопределённо хмыкнул, затягиваясь поглубже: - Хрен его знает, сбой сети из-за вибрации каких-то там полей, или что там «халаты» говорят? Лео, молчавший с того момента, как закончил свой рассказ, буркнул: - Из-за этих сбоев мы и погорели. Мираж не придал значения его словам. А надо было: ведь не « чуть», а «погорели». Всем расхотелось говорить, наверное, сказывалось нервное сидение, словно крысы, в земле, над которой разыгралась Зона, совершая свой естественный отбор. Тем не менее, мысли Миража роились словно пчёлы. И чем больше он думал, тем сильнее опасение, а потом уже и реальное чувство опасности овладевало им. « Определённо странные ребята. Шашлыку обрадовались, словно манне небесной, один про абсент ничего не слышал. Понятно, что мясо и пойло в этих местах не из дешевых и распространённых, но имена то у парней знакомые, особенно Флинт. Кажется, преуспевающий бродяга, бомбит « Янтарь» со своими, а на той земле бирюльки вкусные водятся. Так что же они тогда? Строят из себя простаков? А зачем?». – Думал сталкер, внимательнее оглядывая своих новых знакомых. Бурундук был обладателем пышных щёк и не менее пышных усов, несмотря на свою молодость. Наверное, считает, что растительность на лице придаёт ему солидности. Грузный парень, походящий на сонного медведя. Глаза ясные, добрые. Не любит Зона такие глаза, и, быстро показывает: быть добрым и честным, вовсе не означает, что ты дольше останешься живым. Лео же ничем особенным не выделялся, кроме сломанного носа. Самая заурядная внешность. Увидел и забыл. Брюнет. Флинт – лидер. Самый степенный и старший, лет сорока. У него глаза были зелёные, при рыжем цвете волос, такой шевелюры средней густоты. Экзотично. Ни дать, ни взять, вылитый ирландец. Сходство дополняло то, что он мог пить абсент, словно воду. Вдобавок ко всему, колорита добавлял шрам, расположенный на лбу, идущий точно до левого века. Широкий, неровный шрам. « Кровосос». – Уверенно подумал Мираж и окинул взглядом их амуницию. «Ни калашей, ни ПМ-ов, только на бедре у Лео красовался « Полковник Боуин». Шаманы? Да нет, бред какой. Они бы тогда янтарь не потрошили. Попробуй, докажи псевдогиганту, что ты неимоверно крут, имея лишь «полковника». - Мужики,- осторожно начал Мираж, - а автоматы-пистолеты ваши где? Если сюда ворвётся какая-нибудь тварь, обезумевшая от Выброса, я с одним глоком не справлюсь. Флинт, которому и был адресован вопрос, шумно выпустил дым, затушил окурок о землю. - Когда сюда ломились, пришлось бросить, не то не добежали бы. Рейд получился очень тяжёлым. И артефакты, и стволы, и снарягу – всё побросали. Жизнь дороже. Но здесь недалеко, найдём. - Ну, так. – Согласился Мираж, ни на грамм не веря собеседнику. – Выброс – самый надёжный сторож. Флинт ухмыльнулся. Лео с задумчивым видом смотрел на догорающий костёр, а Бурундук бормотал себе под нос про какие - то кости. - А тебе не всё равно, а? – Лениво осведомился Флинт, не поворачивая головы. - Нет. – Буркнул Бурундук. - А зря. Мираж удивлённо спросил: - Он про что? Флинт ответил, снова ухмыльнувшись краем рта: - Он про кости. - Какие кости? Бурундук махнул рукой: - Да так, о своём. Мыслил вслух. Есть у меня такая привычка. А же раньше один ходил. Бывало, по трое суток человека не видел. Мираж смутно, на уровне подсознания чувствовал, что что-то не так, как должно быть. « Кости… Стоп-стоп! Во что странно. Зона с ним, с оружием. Может, действительно побросали. Но комбезы! Незнакомые. То есть, смутно знакомые. Откуда они у них сейчас, ведь пару лет назад их сняли с потока? Ладно бы старые, штопаные, так ведь нет. Грязные, это да. Но новенькие, сразу видно. Не может быть!» - Паника потихоньку начинала свой торжественный путь от закоулков разума до всей нервной системы. « Мать твою! Лео говорил, что не так давно они хотели сбыть товар Невеже!» - Мираж покрылся испариной, вспомнив, наконец- то, как называли ребят, сидевших с ним под землёй. Как вспомнил и то, что Невежа погиб два года назад, поймав пулю очередного отморозка-мародёра. Мираж теперь во все глаза смотрел на «Флинта и Гвардию», держа руку на кобуре. «Флинт и Гвардия». Так их называли. Флинт, увидев в глазах сталкера страх, окинул взглядом землянку. Зачем-то тронул шрам на щеке. Посмотрел на шашлык. Потом на одеревеневшего Миража. - Идём. Благодарим за угощение, друг. А нам пора. Проходя мимо затихшего в ужасе сталкера, парни одаривали его бессмысленными, пустыми, нечеловеческими взглядами, помогая страху всё крепче и крепче пульсировать в сердце. Бурундук, склонившись над Миражём, задал неожиданный вопрос: - Можно я шашлык заберу? Сталкер лишь кивнул, не в силах говорить. Слыша их удаляющиеся шаги, Мираж пытался совладать с собой, и, в конце концов, встал на ноги и направился вслед. К выходу. Он был уверен, что троицы уже нет в землянке. Пару секунд сталкер испытывал острое чувство свернуться в калачик и уткнуться лицом в верный рюкзак. Словно он не был безжалостным Миражём, получивший прозвище за умение сделать так, что он, вроде, и был, а, вроде, его и не было в том или ином месте. А был маленьким мальчиком Ильей, которого напугал подвыпивший отец. Именно такие моменты пережил, и продолжал переживать в меньшей степени и сейчас, бродяга Мираж, словно в полусне двигаясь к выходу. Ужас и Выброс, сочетание совместимое даже очень, но отключающее способность трезво мыслить. Нас ведь всегда пугает невозможность происходящего. Того, что не вписывается в общие каноны и правила. В Зоне это выраженно менее заметно, как - никак, аномальная территория. И Миража вогнало в ступор именно вышеописанное: эти гулкие шаги по холодной земле. Шаги давно умерших людей. Мираж не мог сейчас рассуждать трезво, просто хотел выбраться из этого мрачного места. Обуянный пережитым мозг не мог сообразить, что это Флинту пора на выход, а Миражу, и всем, в ком ещё пульсирует кровь, пока рано покидать безопасное убежище. Выброс не утих. Сталкер упорно пробирался к выходу, игнорируя попытки разума отговорить от опасного путешествия, пока слабый свет не забрезжил за следующим поворотом. Он просачивался в щель двери. Мираж остановился, глядя на сталкеров. Он не ожидал, что они ещё здесь. Ближе всех к нему стоял Бурундук, в образ которого никак не вписывалась пластиковая тарелка с остатками шашлыка. Посредине в нетерпении топтался Лео, поглядывая на часы. « Откуда? Зачем? Зачем ты на них смотришь?» - Отрешённо подумал Мираж. У самой двери стоял Флинт. Стоял истуканом, как вдруг порывисто схватился за дверь. Лео с Бурундуком заметно оживились, и, когда рука старшего поползла к прибитому к двери бруску, этакой ручке, с Миража наконец сошло оцепенение. Всё-таки, психологическая подготовка в лагере Казначея пусть и не сразу, но сработала. Сталкер сообразил, что выброс затих, но не прекратил своего безжалостного воздействия. И дрожь земли, возникшая секундой позже, подтвердила это. - Не трогай. Не открывай. – Негромко сказал Мираж, вытаскивая из кобуры пистолет. В глазах рябило, кисть слегка дрожала. « Ещё чуть-чуть и мозги превратятся в кашу». – Думал сталкер, стараясь сохранить хладнокровие. Бурундук, стоявший ближе всего, обернулся лицом. Безразлично посмотрел на глок, зажатый в руке, и спокойно повернулся назад, обронив: - Не дури, сталкер. Иди назад, заройся поглубже, и сиди, пока всё не кончиться. Мираж и сам рад бы зарыться поглубже, но чувствовал, что уже не дойдёт. Боль в голове постепенно усиливалась, сознание путалось. - Ребят, вы мне больше живыми нравитесь, но если откроете дверь, то я вам нахрен головы передырявлю. – Пригрозил Мираж, направляя ствол на затылок Бурундука. Флинт, оторвавшись от двери, удивлённо посмотрел на взвинченного человека с оружием, и негромко сказал: - Поверь, братан, мы себе живыми тоже больше нравились. Всё! Было озвучено вслух. Догадка подтвердилась в полной мере, и Мираж не стал больше раздумывать. Пуля вошла Флинту точно в лоб, стрелял Мираж отменно. Даже боль от выброса не смогла похитить мастерство. Чёртовы зомби! Лео и Бурундуку также достались свои свинцовые пилюли в затылки. Но никто из них не упал, ничьи мозги не окропили своды землянки. На лбу у Флинта не было и намёка на ранение, словно в него стреляли не из пистолета с мощным патроном, а из детского пугача. Бурундук даже не повернул головы, а Лео осуждающе вздохнул. Глядя в глаза ошеломлённому сталкеру, лидер гвардии распахнул дверь. - Стоять, бл..дь!!! – В отчаянье крикнул Мираж и схватил за плечо Бурундука. Тот обернулся, и сталкер попятился назад, споткнулся, и остался сидеть на земле, открыв рот от изумления. На смену доброму, усатому лицу пришло нечто жуткое. А именно, голый череп, прятавшийся под сталкерским капюшоном . Разбитый в нескольких местах, кое-где покрытый ужасными чёрными пятнами. И самое удивительно было даже не то, что в глубине пустых глазниц полыхало жёлтое свечение, а то, что никакого трупного запаха не было и в помине. Чистенький такой труп-скелет, упакованный в полевой комбинезон. Бывший когда-то сталкером Бурундуком, сгинувшим здесь два года назад. Те же изменения коснулись Флинта и Лео. Жёлтый блеск мёртвых глазниц внимательно светил прямо на Миража. А Мираж, в свою очередь, смотрел уже не на тварей, которых он угощал шашлыком, а на пространство за дверью. Она была нараспашку, и Мираж, в первый и последний раз, как он думал, имел возможность наблюдать Его Величество Выброс. Рябиновые тучи хаотично перемещались по небу, то взмывая вверх, то нависая, как будто, над самой головой. От земли шёл натуральный, ледяной пар, в клубах которого резвились миниатюрные неоновые молнии. Земля гудела и дрожала, словно агонизируя. Сталкер мог видеть то, что живые никогда не видели. Он закрыл уши руками, так как гул стал невыносим. Флинт, оттолкнув извивающегося от боли Миража, высунул свой голый череп наружу, гаркнул, что есть силы утробным, потусторонним голосом: - Ну что, сука, повторим?! С этими словами он стремительно шагнул под сходящее с ума небо Зоны. « Гвардия» последовала за ним с глухим, обречённым рычание, чтобы секундой позже вспыхнуть, словно небольшие умирающие звёзды, растворяясь в кроваво-красном мареве Выброса. Мираж уже ничего этого не видел, так как провалился в пустоту, которую он посчитал смертью. © Станислав Ефимов, 2014 Дата публикации: 26.06.2014 12:22:03 Просмотров: 2153 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииЮлия Чиж [2014-06-27 12:03:16]
я это уже где-то когда-то читала, судя по началу...
что помню: люди стремились к неизвестному артефакту, который исполнял желания. оказалось, что и нет никакого артефакта, а есть маяки инопланетян с хитрым механизмом обеспечения нуждающихся членов экспедиции на Землю в необходимом для выполнения миссии. и один из пришельцев ходит всё повествование с местным мужиком, влипая в схватки с зомби и прочими порождениями так называемой зоны отчуждения, схлёстываясь в драках то с животными, то с военными, то с "хозяевами" группировок. два маяка пришелец уничтожил сам, третий - в итоге - вместе со сталкером. вот только не уверена, что автор - вы. но и утверждать, что не вы - тоже не рискну. потому что не помню где именно и в каком варианте (бумажном или электронном) читала. Ответить Станислав Ефимов [2014-06-27 13:33:51]
Юлия, дело в том, что по миру Сталкер написано достаточно много книги,так как этот мир является чем-то вроде франшизи в литературе. Ту книгу, про которую Вы упомянули, я тоже читал. Не помню названия, но пришельца там звали Сенатор. Общее с моим произведением и той книгой только то, что действие происходит в мире Сталкера. Юлия Чиж [2014-06-27 18:28:36]
понятно.
|