Мост "над"Ватерлоо (роман-сказка).
Георг Альба
Форма: Роман
Жанр: Ироническая проза Объём: 149769 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Мост «через» Ватерлоо (роман-сказка). Георг Альба. Эпиграф: «Когда думаешь о людях плохо, они становятся лучше». (Великий ВВ). Оглавление. Гл 1 Две эфирные бабки и прочие хамы. ------- стр 3 Гл 2 О делах сугубо городских. -------- стр 6 Гл 3 Прямая линия. ------стр 10. Гл 4 Происшествие на Арбате. ------стр 11. Гл 5 Страшное ругательство и зелёнка. -----стр 17. Гл 6 Ночное видЕние. ------стр 18. Гл 7 Младогвардейцы. ------стр 22. Гл 8 Телепередача «Время вас накажет.» -----стр24. Гл 9 Воспоминание. -------стр.26. Гл 10 «Смерз» и тЯтр Бретмана. -----стр.30. Гл 11 Любимый поэт. ------- стр.38. Гл 12 Визит патриарха. ------ стр. 48 Гл 13 Очередной скандал пищу для размышлений дал. ---стр52 Гл 14 Зелёнка, моча и кал — оружие патриЁта. ----стр54 Гл 15 Google-center. -------стр57 Гл 16 Концерт в Крокус-Фокус-Сити. -----стр59 Гл 17 Телешоу «Стихия стиха». -----стр67 Гл 18 Прокисшее тесто протеста. -----стр73 Гл 19 Show must go. ------стр82 Гл 20 Пир идиотов. ------стр90 Гл 21 Бешеный принтер. ------стр92 Гл 22 Хреновация. -----стр95 Гл 23 Show must go (продолжение). -----стр101 Гл 24 Повторный визит. -------стр104 Гл 25 В Очень Прямом Эфире-кефире. -----стр107 Гл 26 Король Лир был ювелир. -----стр114 Гл 27 Всё про мост и «Боинг». ------119 Гл 28 «Бук» и Фейсбук.-----стр120 Гл 29 Поэты и не только.-------126 Гл 30 Аутодафе и освобождение-----130 Глава первая. Две эфирные бабки и прочие хамы. На радиостанции "Ухо тоски" по субботам в передаче "Человек из зомбоящика" забавляются две дамы, сомнительные во всех отношениях. Как-то зашёл разговор о трофейном фильме 40х годов, конечно прошлого века, "Мост Ватерлоо" и одна из них назвала фильм "Мостом через Ватерлоо". Подтвердила, что является типичной "образованкой" - знает много, но не точно. После этого заявления последовали звонки радиослушателей, уличившие даму в ошибке, в ответ на что осрамившаяся стала отнекиваться и валить на слушателей - мол, это кто-то из них сказал. Вот такая находчивая оказалась! Помимо подобных ляпов, вышеназванная мадам отличается безразмерной словоохотливостью - начнёт о чём-то говорить и не остановишь, несмотря на лимит времени и обещанные ответы на звонки слушателей (как правило, на это времени не остаётся). Немногие эфирные минуты сгорают в пустом многословии. Всё-таки журналисту не грех соблюдать чувство меры и как-то контролировать свой лавинообразный поток сознания (одно дело на бумаге изгаляться, другое - самолюбоваться в прямом эфире). Вторая ведущая отличается завидным мастерством в одёргивании неудобных дозвонившихся, в хамском затыкании их. Правда, в этом "искусстве" у неё есть солидные учителя-наставники: Ставропольский и их общий начальник Бренедиктов, не снимающий никогда свою клетчатую рубашку (ни в телевизионной студии, ни в Госдуме, ни летом, ни зимой, ни днём, ни ночью - свидетельство цельности натуры. Поэтому ему пальцы, когда он в эфире, в рот не суй - в миг оттяпает!) Приятное исключение из этой дружной радио-компашки представлял Серафим Вздоренко, который несмотря на свою угрожающую импозантность, весьма деликатен в эфире и ни то, что никогда не хамит, но даже часто занимается пусть и ироничным, но самоуничижением, что похвально (после своих давних телевизионных безобразий остепенился, исправился человек). Жаль, что давно на «Ухе» не работает... *** Об эрудиции одного известного режиссёра. А теперь посмотрим на голубой (геи не виноваты) экран всем известного ящика. Как-то в передаче альтиста-юмориста Юлия Паштета "Вокзал суеты" принимал участие этот известный одутловатый режиссёр с заплывшими от излишней улыбчивости глазками. Речь шла о воздействии музыки на человеческую душу. И в частности - о сочинении Гиви Канчели "Стикс", исполненном ансамблем Паштета и ему посвящённом. Режиссёр присутствовал на концерте и был в восхищении от музыки. Музыку-то он услышал, а вот название не усвоил, и назвал произведение в той передаче словечком "Сикс", подразумевая, наверное, английское числительное Six. Возможно, не будучи знатоком греческой мифологии, и не подозревая о наличии реки Стикс в царстве Плутона, по которой на лодке некто Харон перевозит души умерших на другой берег, в Ад. Режиссёр и услышал в названии более родное "шесть" (только по-аглицки). Хорошо ещё, что не "секс" послышалось! Тоже ведь близко по звучанию. "Ну перепутал и что? - спросит добродушный читатель этих строк. - С кем не бывает?" Оно, конечно, ничего страшного... Только вот режиссёр в присутствии исполнителя и ведущего передачи Паштета несколько раз твердил эту неправильность, а тот его ни разу не поправил, наверное, боясь обидеть. А в результате телезрители введены в заблуждение (ведь, наверняка, большая их часть не дружит с "Мифами Древней Греции", и получилось, как у Булгакова: "господин соврамши". Стоит ли вот так проявлять свою деликатность в ущерб правде? Кто же виноват, что режиссёр, как и многие бывшие советские люди, "образованец" (термин Александра Исаевича)? *** И о чём, господин автор, дальше у Вас пойдёт речь? - подумает беспокойный с детства читатель. Не волнуйся, дорогой! Сейчас мы всё объясним, как объясняет на том же «Ухе тоски» журналист Степан Бартоменко. (дальний родственник известной поэтессы Агнии Львовны Барто). Потерпите чуток. О чём бы речь ни шла, надо для порядка на дно терпения залечь, и гора, а то и голова - с плеч. Будем считать, что на первую главу мы наскребли, не утомляя читателя многословием, так что приступим ко второй. Глава вторая. О делах сугубо городских. «Я киоски уничтожил для удобства жителей, но аптеки приумножил и созвал целителей. А такси теперь вам - "Волги", чёрные с оленями. Ожидая их подолгу, встаньте на колени вы. Мы рекламой вас задушим, но вы не робейте, затыкайте ватой уши и посуду бейте. Денег нет, но вы держитесь крепко за правительство, с голоду костьми ложитесь, радуйтесь строительству! Лет до ста тебе желаем жить, Семён Сергеевич! Чтобы Кремль ты снёс желаем в этом тысячлетии! Вызовут овации ваши хреновации. Думали - несчастье, оказалось — счастье!» - пел хор кантату, посвящённую новому беспримерному мэру столицы (Ниццы?). Автор музыки, как догадывается смышлёный (ненавистник мышей) читатель, великий композитор Акакий Отступник. Он по-прежнему многогранно талантлив и плодовит, хоть и не Давид, о чём свидетельствует его новая, идущая в Очень Большом Тятре опера «Семечки», о любимых народом плодах подсолнечника в противовес (рухнул навес) «ихнему» попкорну, символу попсы и прочего разврата без возврата... Недавно и на «Ухе тоски» сварганили об этом талантище передачку в рубрике-рублике «Панегирик», увешанную множеством гирек славословия. Человек служил, не тужил и заслужил. И не завидуйте! Вам бы только семечки лузгать да мусорить шелухой, а он, «панимашь» (любимое словечко царя-демонократа) аж, войдя в раж и построив новый гараж, оперу зафигачил. Ну, чем ни гений, хоть и не Евгений! *** -Мы оленями заменим все трамваи и такси, и не будет промедленья, и отсрочки не проси, - заявил мэр на передаче Андрона Махалова «Пусть теребят ребят». Публика взволновалась, поделившись на тех, кто «за» и тех, кто «против». Атмосфера накалилась и запахло «Грозой» Островского, чей очень большой монумент, охраняемый ментами, громоздится возле Очень Малого Тятра на бывшей площади революционера из Свердловска. – -И Лужкова мы помянем, - продолжал в сердцах мэр-землемер, - плюнув с левого плеча. Где теперь его хоромы, что настроил сгоряча? – -А ваши где? - подколол какой-то саботажник, в прошлом высотник-монтажник. – - Мы деревьями украсим все московские бульвары, - продолжал возбудившийся градоначальник. - Все забудут про Чубайса и лихи дела Гайдара! – Упоминание имён ненавистных демонократов вызвало ропот одобрения. – -Плитку надо класть всласть, за всю масть! - крикнул какой-то тип с лицом дорожного рабочего, до всего охочего. – Город пе-ре-и-ме-ну-ем, - сказал по слогам мэр, - как желают москвичи. И не поминайте в суе красномордны кирпичи. – - Причём здесь кирпичи? - возник кто-то недовольный, хоть и подневольный. – - Когалымском станет город, - продолжил хозяин столицы, отчаянно жестикулируя, - и забудет стару стать! И не вспомнят, что был голод... - – - Жить там будет только знать, - кто-то добавил ехидно и спрятался за спину соседа. – Из-за кулис раздался бодрый хор: - И во всём величье встанет новый мэр во весь свой рост. Недовольных он «забанит» и построит новый мост. – - Имени Немцова или Кадырова? - опять подковырнул спрятавшийся за спину соседа. – Имени Подвального? - последовал гадкая реплика-вопрос как советский НАРКОМПРОС. – Мэр промолчал, но дама в первом ряду запела, крестясь: - За мощами Николая с ночи очередь стоит, а вдали собака лает, чей-то бюст мироточИт. – - Сегодня мэра ты ругаш, а завтра родину продашь, - заступились за градоначальника. – - Опять буянит эта Погромская, - раздался не патриотичный глас «вопиющего в пустыне» патриотично настроенных. – - Вернём Сталина в мавзолей Ленина и бассейн «Москва» на старое место! – -Это уж вы лишнего хватили про бассейн, - обиделся представить РПЦ и заплакал. – - Сколько не говори «дрова», теплей в квартирах не станет, - пустил кто-то лысый стрелу в коммунальную службу. – - Очень жаль поэта Блока! Не имел в сетИ он блога, - посетовал некто моложавый. – - Остряк-одиночка, держи рот на замочке! - отреагировал некто пожилой с усами а ля Будёный. – - Очень часто не рожай, нищету не умножай! Если муж такой активный, не жалей презервативы! - воскликнула пышнобюстная дама из комитета по правам ребёнка. – - Даже если антисемит сделает обрезание, он евреем не станет, - заметил гражданин с пейсами о наболевшем, давно в душе тлевшем. – Глава третья. Прямая линия. – -...гОните меня в отставку? - спросил печально император-царь, утирая алмазную легитимно-интимную слезу. - Хоть оставьте на пол ставке... – Журналисты переглянулись. «Какой неделикатный эпизод как сдавшийся в плен взвод». А неблагодарный народ продолжал слать едкие ЭсЭмЭск-эскимоски. – - И что же вам ещё нужно. И Крым ваш и Донбас наш! И Сирия скоро... Хотите теперь Аляску? – - Верим в Аляску как в сказку! - забормотал представитель какого-то отдалённого региона и, поперхнувшись своей дерзостью, закашлялся. - Неча емерихамцам там позволять своё оружие массового потребления мастырить. – -Правильно! - подхватило несколько отфильтрованных представителей народа. - Пора послать туда послАми наших «вежливых» людей в форме. – - Покорять Аляску надо в масках, - заметил,понизив голос, император-царь. - Это сколько же их надо пошить на всю армию? А касок сколько понадобится! И спросить не у кого... ШойгУ уехал в тайгу. – - Охотиться? - задали нескромный вопрос. – - Искать какой-то клад. Кажись, золото Врангеля, но мне не докладАл, хотя должен. Поставлю ему на вид!-Хорошо чтобы, найдя, клад , сделал бы вклад в экономику, а то, как говорит премьер-министр Медведкин: «Денех нет, но вы держитесь». А за что держаться не сказал. - Наверное, за поручни? Он ведь бывший капитан недавнего, но дальнего плавания, - блеснул осведомлённостью известный журналист малоизвестной газеты. - Когда с «Матильдой», наконец, покончим? - истошно прокричал худой гражданин неопределённой ориентации, с внешностью неисправимого правдолюбца. - Бедная Погромская одна надрывается. Надо помочь девушке в неравной борьбе. -Этот Учитель-мучитель многому нас научит, - раздался женский укоряющий голос. - Защитим от посягательств всяких учителей доблестное имя убиенного царя с «кровавым подбоем». От «учительской» клеветы его отмоем! _- You are worthy and narcissistic! - выкрикнул какой-то иностранный журналист, но последствия не последовали. -Правильно, граждане, - согласился покладистый Валентин Валентинович и нежной ладошкой дзюдоиста прикрыл пытавшийся зевнуть рот. – Глава четвёртая. Происшествие на Арбате. – Тёплый весенний вечер. Запах цветущей сирени, а не газа «Черёмуха», от которой балдеют мухи. Редкое московское тепло. Прохожие, друг на друга похожие, шастают по своим неотложным, во многом ложным, и налогом обложённым делам. Слышен высокий детский глас: – «Хоть смертью брата Гамлета родного Полна душа и всем нам надлежит Печалиться, а королевству в скорби Избороздить морщинами чело, Но ум настолько справился с природой, Что надо будет сдержаннее впредь Скорбеть о нем, себя не забывая. С тем и решили мы в супруги взять Сестру и ныне королеву наш Наследницу военных рубежей,[] Со смешанными чувствами печали И радости, с улыбкой и в слезах. При этом шаге мы не погнушались Содействием советников, во всем Нам давших одобренье. Всем спасибо. Второе. Королевич Фортинбрас, Не чтя нас ни во что и полагая, Что после смерти братниной у нас Развал в стране и все в разъединенье, Возомнил такое о своей звезде, Что надоел нам, требуя возврата Потерянных отцовых областей, Которые достал себе по праву Наш славный брат. Вот вкратце что о нем. Теперь о нас и сущности собранья. Тут нами извещается в письме Король норвежцев, дядя Фортинбраса. По дряхлости едва ли он слыхал О замыслах племянника. Мы просим Пресечь их в корне, так как войско сплошь Из подданных его и их содержат На счет казны. Письмо мы отдаем Вам, добрый Вольтиманд, и вам, Корнелий. Свезите старцу-королю поклон. Мы вам не расширяем полномочий. Держитесь в совещаньях с ним границ, Дозволенных статьями. Поезжайте. Готовность докажите быстротой». – -Бедный Йорик зашёл в арбатский дворик. Он достал пипиську и обписал киску. Киска как мяукнет, Йорик же как пукнет. Киска убежала. Стало киску жалко. – Подросток лет двенадцати, культурно-опрятного вида, в очёчках (не цыганёнок), раскланялся в ответ на бурные аплодисменты зевак и звон монет в кружке для подаяний. – To be or not to be. Кидайте мне рубли! – - Молодец, мальчик! Сам сочинил? - толстая тётя погладила чтеца по кудрявой головке. – - Нет, тёть! Это Шекспирт, который пил спирт. А водку не пил. Как пахнет она, не выносил,- зарделся пионерским галстуком юный чтец. – Я «Гамлета» читаю и деньги получаю. Читаю вам «ГамлЕта» не первое уж лето – - Ишь ты, какой умный. А ещё что-нибудь. – Малец не успел открыть рот, как был схвачен за шиворот внезапно вынырнувшим как из-под земли ментом. – - Почему попрошайничаешь? Где твои родители? Почему не в школе? – -А-а-а! Пусти, дядя!- завизжал отрок, трепеща как рыба на крючке. – - Оставьте ребёнка! - вступилась дама предпенсионного вида . - Чем он вам мешает? – - Незаконное предпринимательство! - закричал мент. - Пойдём в отделение! – Мальчишка, извернувшись, укусил блюстителя за палец. – -Ах ты, бл...! Сопротивление представителю правопорядка. – Мент сгрёб мальца и как злой паук Муху-Цокотуху поволок нарушителя в свою липкую ментовскую паутину. Толпа взревела, но отбивать никто не решился. – -Легенда о Гамлете, - заговорил начальник, со средней крупности звездой на погонах, пристально глядя на задержанного, - как мы видели, принадлежит глубокой древности: если действительно произошли события, описанные Саксоном Грамматиком, они, вероятно, относятся к IX веку. Но в шекспировском «Гамлете» мы находим множество деталей, относящихся к значительно более позднему времени. Ты, пацан, знал об этом? -Не, дядь, не знал. -А чего читаешь, не зная о чём? Хочешь умным показаться? -Хочу. Разве нельзя? - Хотеть, хоти, но слушай дальше: – Например, в трагедии упоминается пушечная пальба, а порох был изобретен лишь в XIV веке. Местом действия трагедии является находящийся в датском городке Эльсиноре (на берегу пролива, отделяющего Данию от Скандинавского полуострова) укрепленный замок, который был здесь построен лишь в XVI веке. Шекспир указывает, что Гамлет учился в Виттенберге (в Германии), а между тем университет в этом городе был основан также лишь в XVI веке (в 1502 году). Большинство бытовых и прочих деталей «Гамлета» принадлежит Англии эпохи Шекспира. Но главное – живой действительности эпохи Шекспира принадлежат описанные в трагедии люди, их мысли, чувства, отношения между ними. Под маской старины и чужеземных имен Шекспир показывал зрителям картину современного ему общества. – - Значит, всё враньё? – - Выходит. А ты не зная брода сунулся в воду и людям голову морочишь. Поэтому тебя и забрали. – -Больше не буду. – -То-то же... Родителей твоих вызовем. – -Не надо, дядь. Отец, как напьётся, так за ремень... А тут и подавно... – Кем работает? – На балалайке по трактирам и корпоративам поигрывает как Шариков. – - Кстати, сержант, тебя задержавший тоже Шариков. – - Он тоже создание профессора Преображенского? – -Ишь ты! «Собачье сердце» читал. Вот и декламировал бы вместо алкаша этого, Шекспирта. Жизнь-то собачья, - сказал лишнего майор и покраснел. – -В следующий раз обязательно... – - Иди домой, пока я добрый. А денежку твою заберём. – - Да подавитесь! – - Ишь ты, гадёныш. А ну брысь отсюда! Инцидент закончился ничьей: и мент- волк остался цел (хоть и не удел) и овечка-мальчик — сыт... Но выручку отобрали — ведь ментовская полиция, всегда много, но и бледнолицая, бедна до неприличия, хотя не лишена показного величия. В дальнейшем все СМИ долго верещали по поводу случившегося и даже сам Великий Андрон Махалов, поощряя юный талант в любви к классику, пригласил мальчишку на свою нестареющую, макси-рейтинговую программу «Пусть теребят ребят». Глава пятая. Страшное ругательство и зелёнка. . Ятага́н (тур. yatağan) — клинковое колюще-режущее и рубяще-режущее холодное оружие с длинным однолезвийным клинком, имеющим двойной изгиб; нечто среднее между саблей и тесаком. Форму клинка нельзя назвать уникальной, поскольку вогнутый клинок с заточкой на вогнутой стороне имели махайра, фальката, подсаадачный нож, кукри, тесак, но именно у ятагана клинок не расширяется к острию, а сохраняет одинаковую ширину, однако крайне редко встречались... Вопреки поговорке, что «блогер блогеру глаз не выклюет», нечто подобное всё же произошло. Злостный блогер Подвальный (фамилия такая, да и живёт он, скитаясь по подвалам), поссорился с менее злостным -Усман-Пашой, к тому же тайным хулигархом, торговцем анашой. Подвальный публично и лично уличил его в приверженности к незаконному промыслу. А также сделал героем своего фильма «Он вам не лимон, а апельсин», где уличал и во взяткодатии. Усман-Паша обиделся и вызвал Подвального на дуэль. Вид оружия выбирала оскорблённая сторона и выбрала ятаганы (турецкие сабли), а не европейские наганы, беспощадные как ураганы. Подвальный недоволен, но будучи безволен, смирился. Усман предлагал сразиться на Таганке, родственной ятаганам, но Подвальный закапризничал, и добрый Паша уступил. Поединок произошёл на Прекрасной площади возле Мавзоленина на глазах многочисленных прохожих и иностранных корреспондентов. Рефери - сам премьер-министр, герой фильма «... не лимон...), а секунданто и минуто-дантами (от Данте) - создатели фильма. Противники при последнем ударе башенных часов (полдень) стали сходиться. Подвальный с юности занимался фехтованием, хотя не на ятаганах, а на шпагах, поэтому чувствовал себя вполне уверенно несмотря на иную разновидность колющие-режущего средства. Он по-спортивному одет и прыгуч. Усман-Паша облачён в азиатский халат и грузен, да и старше раза в полтора-два. Сблизились и замахали кривыми саблями. Ловкий Подвальный вскоре выбил оружие из рук противника, и кривой «полумесяц» зазвенел по брусчатке. Запыхавшийся Усман-Паша неожиданно вынул из под халата стеклянную ёмкость зелёного цвета и со словами «тьфу на тебя» плеснул в лицо противника. Подвальный вскрикнул и схватился за глаз. Зелёнка угодила ему в правое око, ослепив. Вскоре все западные СМИ зашумели, о коварстве противника Подвального и о том, что обличитель коррупции срочно нуждается в лечении за границей, потому что на одной шестой части суши лишь мастерски освоили производство боевого отравляющего вещества под невинным названием «зелёнка», но противоядия от неё преднамеренно не выпускают. С тех пор, несмотря на усилия западных офтальмологов, бедняга перестал видеть правым глазом и теперь носит чёрную повязку как Кутузов, адмирал Нельсон, Моше Даян (его брат Анастас Микоян) или пират Флинт из «Острова сокровищ» СтивенсОна старого фасона. Глава шестая. Ночное видЕние Император проснулся от громкого лая любимого лабрадора Буцефала. На кого среди ночи? Спал один, недавно разведясь с женой и вызвав осуждение всех глав государств. Им ведь не объяснишь, что и так не высыпаюсь, а тут кто-то под боком ждёт ласки, внимания и... Достаточно с меня и оздоровительного дзюдо. Протёр глаза. Ночник осветил высокую сутулую фигуру мужчины с седой козлиной бородкой, в странном одеянии (халат, сапожки, на голове треуха). Что ли Сусанин? Но не пахнет водкой... Недавно был в Большом на опере этого... как его? Чьё «Славься» мой предшественник сделал гимном, а я отменил и по просьбам «трудящих» вернул «Союз нерушимый». – Вы Сусанин? - неуверенно спросил император, заметив у гостя и усы помимо бородёнки. – =Нет! Я Грозный! - топнул ногой призрак и заколебался всей фигурой как занавеска на ветру. Пёс, забившись под кровать, злобно рычал. – -Вы из города Грозный, из Чечни? - уточнил Валентин Валентинович, начиная возмущаться незваным визитёром, который, как известно, хуже татарина. Тем более в неурочное время. – -Я сам Грозный Иван Василич, твой предтеча и придуриваться неча! А татар я покорил! - он снова топнул, на сей раз подняв облачко пыли, от чего чихнули пёс и хозяин. – «Почему ковёр не пропылесосили? Сделаю втык. И как охрана пропустила этого ряженого?» - Крымских татар? – - Казанских! К тому же я не ряженый, но пищаль моя заряжена, - прочёл мысль гость и поймал в воздухе оружие, направив его на проснувшегося. – - Ну-ну, вы полегче, полегче! Что себе позволяете? - стал нервно искать под одеялом кнопку вызова охраны. – Твоим холопам бОшки поотрывал, - нагло заявил гость, опустив ствол. - К тебе с добром, а ты холуёв хочешь позвать. – Что вы от меня хотите? – Хочу совет дать. – - Значит, вы из Страны Советов,которой нету? Так и быть... Советуйте. – Гони своих стрельцов непутёвых и создай, как я, опричнину. – Так вы и вправду царь? - наконец уверовал император. - Значит, коллеги. Зачем опричнину? В чём причина? – В том, что тебя хочет свергнуть один молодой блогер. Подвальным кличут. – Откуда знаете? – У нас теперь тоже интернет есть. – Где у вас? – Где да где? В пиз... в небытие! – Ах, вон что! Спасибо, конечно, за совет. Вы присели бы... Может чая или кофе? – Нет, спасибочки! - сбитень у себя там попью. - Ну, покеда, Валюха. Бывай, не забывай! А я полетел, потомушто вспотел... Не успел император позвать слуг, как лёгкий вихрь закрутил ковёр, снова подняв облачко пыли, и видение исчезло. Лабрадор осмелев, потому что не лев, вылез из-под кровати и благодарно стал лизать руку хозяина, принимая его за избавителя. – «Да, давненько не обращался к врачам. Наверно, пора. Уже за шестьдесят, хоть и дзюдоист-эгоист». – Электронные часы на стене изображали 15.00. – «Хоть и привидение, а дело говорит. Надо создать ближний круг охраны, вместо этих дураков. С утра, немедля, займусь, а пока спать, спать, спать...» – Пёс улёгся рядом с хозяином и мгновенно уснул. Хозяину лезли в голову беспокойные мысли. «Как назвать новую службу? Не опричниками же? Люди не поймут...» – На этих словах заботливый Морфей, наконец, усыпил императора, и тот захрапел, присоединив свой храм к сопенью четвероногого друга. – Глава седьмая. Младогвардейцы-опричники. Новую службу, не в дружбу, создали в кратчайшие сроки. Начали с устава и закончили обмундированием и экипировкой. С виду очень впечатляло: красавцы все как на подбор — тридцать три богатыря и с ними дядька Черномор! Почти как в сказке Пушкина. Конечно, количество бойцов достигло 33х тысяч., но ничего, ничего... Опишем вкратце внешний вид. Форма чёрная как икра, бронежилеты, наколенники, наплечники, налокотниками, на ногах бронированные краги и берцы c перцом, на шпильках (маленькая слабость модельера Мудашкина). На головах круглые шлема с прозрачной, но не пробиваемой сферой, прикрывающей лицо. За что народ прозвал их «космонавтами». В руках ЛЗПД (ласковые резиновые палки-дубинки), сбоку пистолет в кобуре, наручники и наножники, дневной паёк, рация, противогаз, и газовые балончики, на все вкусы, тонкие металлические сети, чтобы набрасывать на несогласных и, наконец, волшебные щиты от нищеты, у которых с тыльной стороны лики апостолов (кулаком по столу), чтобы духовно на них опираться при неудачной операции... Хватит. Не будем выдавать все секреты. В помощь им ещё бронетранспортёры и водомёты, а также новое изобретение -генератор инфразвука. Когда его запускают людей охватывает паника. Система «Град- Ленинград» может применяться лишь в исключительных случаях. Город жалко. Так что «Но Пасаран» и враг не пройдёт, а комар носа не подточит. А если понадобится, то и танки с вертолётами подключатся. Но, а уж, если не помогут и автозАки, то на помощь придут палестинские казАки. Дали клятву на верность императору и с Богом! – Где бы опробываться, - нетерпеливо били копытами «младогвардейцы» как молодые жеребцы в стойле. – 25 марта и 16 июня, как донесла разведка, этот чёрт Подвальный хочет вывести своих блогеров на митинг протеста против прокисшего теста. Вот и лишите себя невинности, - пообещал император и заволновался от предвкушения грядущей мерзости. – «Я же не пользуюсь всеми этими гадкими гаджетами, нянчусь с внуками, занимаюсь дзюдо от нижнего и до верхнего «до» и ничего. Вот только лысею понемногу. Но, говорят, пользователи электроники лысеют мгновенно. Вон сколько молодёжи с лысыми бошками шастает. Правда, Медведкин тоже этими делами занимается, как и этот емерихамский царь Трам-пам-пам. Твитер-митер, понимаешь, какой-то... Шойгу вон тоже в этом деле не бельмеса, но зато знаток русского леса! Говорят, его патриоты-радетели подставили недавно, заставив на старосте лет штурмовать картонный Рейхстаг. Хорошо ещё, что не полез водружать флаг, а велел этим двум попсовым грузинам. Братьям Мармеладзе. Где теперь Кантарию взять? Помер давно. Этим попсовикам-массовикам ничего, а над ним потешался весь мир и Меркель обиделась...» – Устав от столь длительного мыслительного монолога, Валентин Валентинович сладко зевнул и погладил верного Буцефала. Но мысль не унималась: «Гитлер-гад отравил свою верную овчарку Блонди. Сам-то стреляйся, но зачем животное губить, сука шизофреническая. Никогда ему этого не прощу! Кстати и один известный режиссёр, снявший «Андрей с Рублёвки» поджигал коров, чтобы показать жестокость напавшего Батыя. Коровы бедные мычат, а он, урод, и рад. Во век не прощу, хоть он и умер молодым!» Буцевал прочитал мысль хозяина и радостно хвостом забушевал. «Надеюсь, меня ты не отравишь, мой повелитель?», - созрело в собачьей голове. Глава восьмая. Телепередача «Время вас накажет». - Госдеп нам гадит беспрерывно! Надежда на сближение наивна!! И новый «ихний» Трам-пам-пам не обещает счастья нам! - «отбомбился» гражданин с лоснящимся лицом морды. - Надежда Бабкина нам здесь поможет! Она и хорошо споёт, и матом всех обложит! - высказался неказистый тип с красной рожей. 1. А рыжий депутат Милонов, владелец многих миллионов, решил отныне он всех педиков, отдать на растерзанье медиков, - пожаловался некто подозрительно нетрадиционной ориентации. -Правильно! Вас надо лечить, если в сортире пока нельзя мочить, - раздалась неприятна реплика. -Очень яркая такая, эта дама Мировая. Всё ей просто как попить — то и это запретить, - заголосил правдолюбец Гойзман. – Активна депутат Зозулина! Что ни закон, то загогулина. И секс не нравится сей даме. Верна лишь одному Обаме, - отчеканил кто-то из демонократов. – Спорщики засмеялись в едином порыве и переключились на Шекспирта, мирно, без мордобоя, поделив роли. Подобное стали практиковать в поисках единения и примирения. Бернардо Кто здесь? Франциско Нет, сам ты кто, сначала отвечай. Бернардо Да здравствует король! Франциско Бернардо? Бернардо Он. Франциско Вы позаботились прийти в свой час. Бернардо Двенадцать бьет; поди поспи, Франциско. Франциско Спасибо, что сменили: я озяб, И на сердце тоска. Бернардо Как в карауле? Франциско Все, как мышь, притихло. Глава девятая. Воспоминание. Повернём оглобли времени назад, когда Украина ещё не была уверена в себе. Вот, что тогда сообщали СМИ: Газ ворует Украина и качает в сектор Газа, и ещё даёт грузинам в месяц по два раза. А Европа отдувайся - без тепла и оставайся. Не привыкли мёрзнуть там? Приезжайте греться к нам! Вам бы, европейским пАдлам, избалованным теплом, Ленинграда дать блокаду, наглый сбить апломб! Бедные дрожат щенки - то проделки ЮщенкИ! Ты ему, хоть газ в глаза, а он жмёт на тормоза. Тормозит движенье газа по трубе, что для Европы. Не сознался он ни разу, всех послал соседей в жопу! Штоль объелся сала он иль горилки обпился? Президент-хамелеон. Путин с ним замучился! Из себя выходит Путин. Бледен стал лицом и зол. Ющенко - второй Распутин, тот ещё козёл! Лишь Медведев стоек, сдержан. Голоса не повышает. Панике он не подвержен - имидж улучшает. Если б щас Богдан Хмельницкий вдруг внезапно ожил, Крым вернул бы он России, дружбу тем умножил. А пока хохлы творят неизвестно что, и на мове говорят, что они — ничто... Сбылось то, что хотел сделать добрый и щедрый Богдан, но не Титомир, а однофамилец популярного актёра Таганки-Поганки. Крым наш! Легкомысленно понадеялись, что и Трамп наш, но тот оказался неблагодарным и подвёл, а ведь Госдумцы даже шапманское на радостях пили, когда его избрали емерихамским царём, несмотря на очень «трудные и мучительные роды» избрания. Особенно надеялся и радовался господин Жирино (любитель играть в домино в Доме Кино), но сел в лужу, обрызгав коллег, инвалидов и калек. Многие патриотично настроенные для приличия, с манией величия, деятели культуры поддержали возвращение полуострова на родину предков (исправили бесшабашность кукурузника Микитки). И теперь за это Украина их к себе не пущает - ни на гастроли, ни родственников навестить. Особенно убивалась по этому поводу одиозная как база с воза (без комплексов) мадам Угорелик, обещая покончить с собой. Но хохлы оказались непреклонны и сняли её с поезда. Она грозилась обратится даже в ООН. И обратилась, а оттуда пришёл странный ответ в стихотворно-отвратной форме, казалось бы, не имеющий никакого отношения к самоуправству украинского царька Хорошенко: «Мирно какала макака, не мешая львам. Тут залаяла собака. Вот и нате вам! Львы услышали тот лай, испугались не на шутку. На троих хоть разливай иль зови на помощь... утку (?) Утка не боится львов, да и тигров не боится. На ветвях у ней альков - нежится там птица. А макака, всласть покакав, убежала по делам. Крокодил с тоски заквакал: - Заходи, макака, к нам! - Да зайду, милок! Не парься ты в своей болотной тине. Лучше честно мне признайся, что ты не резиновый. - Что же я, презерватив? - возмутился аллигатор и, дебаты прекратив, с горя тоже сел, покакал. - Ты засрёшь так всё болото, - говорит макака зло. Львы тем временем всем прайдом нападают на козлов. А козлы бодать умеют, крепят оборону, иногда со страху блеют и зовут... ворону(?). Та ворона здесь шериф и судья к тому же. Львов легонько усмирив, пьёт из грязной лужи. - Рассуди ты нас, подруга, - заблеял овцой козёл. - Мы всегда ведь друг за друга! Что пристал к нам лев-осёл? - Да не бойтесь вы их больше, - с ветки каркает карга. - Участь их, быть может, горше! В головах у них пурга! Мало бог ума львам дал - есть у них предел. Лев козла уж обглодал - вот козлов удел... Ах, оставим этих львов! Ну, их всех в болото! Им бы стадо дать коров - вот была б охота... А с макакой крокодил всё-таки сдружился. Он с женою-крокодильшей так и не ужился. Он макаке предложил сердце, хвост и челюсти, а она ему в ответ отдала все прелести! И пошло у них потомство, но ни то, ни это: с ветки прямо бух в болото и зимой, и летом. Вывелся особый вид земноводных тварей. Крокодил в болоте спит, а жена суп варит. "Макадил" по веткам бегал, а за ним - "крокАка". У них много общих дел: главное - покакать!» - Что они себе позволяют, эти оонцы-мудозвонцы? Я к ним, как к серьёзной организации, а они хохмят, уроды... «Макакой» меня оскорбили. Придётся жаловаться самому ЛГВ (Лучшему Голосу Вселенной) Кобзону. Он-то уж найдёт и на них, и на Хорошенку, управу-забаву! Глава десятая. «Смерз» и Тятр Бретмана. Была когда-то такая контора «Смерш» (Смерть шпионам, значит). Непотопляемый Володя Соловьёв с Ялдой замастырил передачку с похожим названием «Смерз» (Смотри мерзость). Передачка весьма популярна у телОзрителей и имеет высокий рейтинг. Как говорят телевизионщики - «смотрибельна», хоть для души и погибельна! А весьма популярный пышнотелый поэт Фима Пиков сварганил на эту темку поэмку, приводимую «за ручку(авто)» ниже. Соловьёв - герой эфира, дуэлянт, да и задира. В ринг бойцов он подбирает и со смеху умирает. Но затем, когда начнётся схватка, жарко разгораясь, он внезапно вдруг ворвётся, замечаньем охлаждая. Оппонентам он умело рта открыть не хочет дать. Пожурит кого за дело, Может даже пасть порвать! Нету щас тех дуэлянтов как Шандыбин. Класс не тот! Много новых пасквилянтов, но не любит их народ. Дамы тоже зачастили. Бьются в схватке - борт о борт. Даже выкидыши были, сделала одна аборт... Очень бойкая Драпеко речь заводит про аптеку, а Арбатова Мария вдруг страшнее стала Вия! Новодворская-девица коммуняк терпеть не может! Надоело кушать пиццу! Может, суши кто предложит? Сын юриста, мастер шоу, хоть кого заговорит. Только зря Звезда Давида у него во лбу горит. Коль российский патриот, то Звезда тебе ни в кайф. Возмутится вдруг народ и прогонит в Хайфу! Краснобайствует Барщевский, интеллектом блещет ярко. Мозг его не на бензине, а как трактор - на солярке! Актуальные проблемы у барьера обсуждают. А начальник напугает, то все сразу глухи, немы. - Польза есть от всех дискуссий, - говорит нам Соловьёв. - Даже Батько в Белоруси любит фильм "Андрей Рублёв". Ну, а с Киевом дела нынче в страшном тупике. Тимошенко в самолёте устремилася в пикЕ! Газ воруют! Это ж надо? Соловьёв, хоть ты вмешайся! Позови, штоль Хакамаду и Чубайсом не гнушайся! Если уж нельзя к барьеру, так к позорному столбу... Но рискуешь ты карьерой, можешь схлопотать по лбУ! Береги свой лоб, Володя, Соловей-разбойник наш! Коммунизма призрак бродит. Это точно не мираж! Вновь хотят все диктатуры да колбас за два двяносто, вместо "Джина" - политуру... Всё вернётся очень просто! Вот Проханов будет рад! Рейтинги его высоки! Снова будет Сталинград, диссидентам - снова сроки! *** А теперь, господа читатели, сквернословы и чинопочитатели, представим тятр Бретмана «Селикон». Даниил Бретман, всемирно известный режиссёр, поставил в своём тятре новую хрено-оперу великого кыпазытыра Егора Всмяткина, автора знаменитой «Шарманки с душою первой скрипки», «Жизнь за Шпицрутина-царя». Убухали на постановку уйму денег — новый министр культуры Вадим Невидимский подсуетился и денежкой помог. Художник сам Гурам Цинандали, хоть и стар, но ещё могёт. Как говорится в народе: «старая б**дь колеи не испортит». И не испортил! Танцы поставил тоже грузин, Оскар Аскаридзе, автор известных крылатых слов: «Сапоги, ведь, не котурны, но а смотрятся не дурно. Чьи-то я нашёл котурны на скамейке возле урны. Бросают люди некультурны свои котурны мимо урны». Теперь об исполнителях вокалистах. Главного героя поёт сам с усам (но не Бен Ладен, будь он не ладен!) превеликий Ёсь Давыдыч. Другой персонаж (правая рука и нога царя) в исполнении Тигра Львовича Блещенко. Послушаем фрагменты, хотя и без музыки, но музыка гениальная. Император: «Не ходите с геем в душ. Вам он мыться там не даст! Может вые**ть вас в уши. Гей — активный педераст. И в бассейне не купайтесь. Он и там пристанет к вам. И ему не улыбайтесь, Водки выпейте сто грамм». Министр нападения и обороны: «Пожары раньше я тушил. Не чаял в этом я души. И штормы усмирял бывало На море - все «девяты валы». Стихия покорялась мне, А видел радость лишь в вине. Меня боятся и вороны!. Теперь министр я обороны. Я защищу отчизну нашу. Надеюсь тоже, что и вашу.» И, наконец, хор о любимом поэте императора: «Любил ли Лермонтов ментов? А мамонтов любил? Из мамонтовых хвостов свои поэмы вил... Пока читатель возмущён вернёмся мы к ментам. Они тогда жандармами звАлись и повязать поэта рвАлись. Начальник "ихний" Бенкендорф, типичный инородец, узнав, что под Москвой есть торф, построил там заводец. К тому ж высок был ростом и здоров сей инородец Бенкендорф. Царю доклад он написал, как наш поэт с горы поссал. Царь возмутился сим кощунством: - Что скажут горцы и Шамиль, хоть и живёт он за сто миль? Жандармов щеф шептал царю: - Поэта надобно... того... - Чего "того"? -не понял царь да по столу рукою вдарь! - Поэта надо замочить, но не в сортире,на природе, под видом, что стреляем дичь, в лесу, не при народе. -Ты гений, светла голова! Хорошая пойдёт молва! Но было всё совсем иначе, чем то, что здесь мы вам х*ячим. Дуэль была, а не охота, (но в книжках рыться не охота) тем более - на дичь... Жандармов прибежала рота, на Бенкендорфа клич! Мартынов выстрелил да мимо, А Лермонтов ему попал в плечо. Им обуяла жажда мщенья, а чувство это горячо. Жандармы прятались в засаде, команды жадно ждя. Но только б не было дождя. Из ружей брызнуло огнём, взлетели шумно птичьи стаи. Поэт убит тем самым днём, и на Эльбрусе снег растаял.” Так что, дорогие читатели, царя почитатели, стремитесь в кассу пока билеты есть. Беспримерная премьера не за горами. Глава одиннадцатая. Любимый поэт. Валентин Валентиныч, придя с тренировки, заварил кофе, взял в руки книжку, сел на диван. Буцефал устроился в ногах. Вспомнил: «Да, хороший был фильм «Валентин и Валентина», душевный. Имя режиссёра запамятовал, ну и боХ с ним... почитаю-ка стихи мною, помимо Лермонтова, любимого тОлстого, хоть и не ТолстОго, Фимы Пикова». Полистал, нашёл нужное, отхлебнул кофе, прильнул. «Трагедия на мосту» (поэма) Крымский мост навис над гладью мутной городской реки. - Дружит он с какой-то б**дью, - - причитают старики. Старики, отец и мать, исстрадались по сыночку. Жизнь он любит прожигать... А ещё у них есть дочка. Дочка, скромная студентка, на занятья ходит часто. Дни и ночи понапрасну в дискотеках не проводит. Но причём здесь Крымский мост, коль затронули в начале? Рядом милицейский пост, а сотрудники в печали... Их товарищ смертью храбрых на посту погиб геройски. Он угонщика за жабры взял решительно, по-свойски! Отбуянил день погожий над июльскою столицей, и усталые днём рожи стали превращаться в лица. Наш герой пошёл с подругой вечерочком в Парк Культуры. Видом из себя понурый - не о чём трепаться с дурой. Им навстречу мент идёт: - Ваши документы? (Вот и первые клиенты). На девицу глаз кладёт. Парень говорит с испугу: - Дома паспорт я забыл. - Не тобой ли "Бентли" угнан? Где вчера ты ночью был? Спал я дома. Вот те крест! И подружка там была. - Вас двоих "посла" наружка, съёмку тщательно вела. - Да не крал я ваше "Бентли", не люблю и гаражи! И ваще, ты сам-то мент ли? Ну-ка, ксиву покажи! - Гражданин, вы как ведёте... с представителем порядка? Коль со мною не пройдёте - тотчас вызову наряд я! По соседству мост тот Крымский. Наш "угонщик" дёру дал. Будто выросли вдруг крылья, словно бы отец - Дедал! Мент ничуть не удивился и решил вязать подругу. - Отсосу тебе как другу, - предлагает вдруг девица. Ах, какой распад моральный у моста теперь творится. Предлагают секс оральный, старшине милиции (?!). В тот момент сестра с учёбы через мост домой-то шасть. А навстречу брат уёбывает, открывая ветру пасть. -Там за мной погоня, - - говорит сестре братан. - Щас меня менты догонят. Одолжи, сестра. наган! И сестра, что звать Варварой, не раздумывая, в миг, подаёт ему "Макаров", подавляя страха крик. Брат знаком лишь был с торпедой - под водой служил в войсках... Убегая, сбросил кеды, и остался лишь в носках. "Торпедист", взведя курок, вспомнил армии урок. Старшину поймал на мушку - пуля угодила в ушко. Рухнул он как люстра в зале. (Кто не мёртв, те уползали...) Именем героя назван пост - вот притом здесь этот мост! ПРИВОКЗАЛЬНЫЕ БАЙКИ. А у Курского вокзала одна баба вдруг сказал: - Чтобы кончился дефолт, надо затопить весь флот! - Ну, и скажешь ты, зараза, - отвечает ей подружка, - что и не доходит сразу. Ведь пойдут ко дну все пушки? - А что пушки-то тебе? Если б Пушкин утонул? - А он разве не утопший? Слышала - уже усопший... - Нет! Застрелян на дуэли. Кровью истекая, он сползал по ели, Ветки лишь хрустели, вороны взлетели. - Его жалко мне особо! Кто же приказал? Уж не сам ли горец Коба выстрел заказал? Аль эсэрка та Каплан, что стреляла в Ильича, а имела лучший план - саблею рубить с плеча? - Нет. То раньше было дело! Всё случилось при царе, при царе ещё Горохе, Ты, подруга, так не охай! - А, как звали-то царя? Николай или иначе? - говорит подруга плача. - Да забыла имя.,бля! Только тянем время зря... Мы оставим этих баб и пройдёмся по платформе. Стрелочник как баобаб, вон идут два чина в форме. Один будто генерал, а другой, как есть, полковник. Первый горд как минерал, а второй в душе - половник. Генерал бормочет хрень, и папаха набекрень. Видно, пьёт не первый день, и багаж тащить-то лень. А полковник потный, плотный, тащит жёлтый чемодан в окружении двух дам. Носит перстень с позолотой. Неужель такой хороший хоть и чином сам не низок? Тоже выпил на дорожку, а характером- подлиза. Дамы охают, вздыхают - побыстрей бы лечь на полку. Кавалеры не смущают - ведь от пьяных мало толку... - Вот и нам грозит дефолт, - вдруг заметила папаха. - Не один лишь только флот, но и нас разгонят на х**! «Да, правдиво пишет, подлец! Дерзко, смело... Надо к награде представить». Взял свой дорогущий смартфон, нашёл, позвонил. -Да, это я. Привет! Тут нужно одного хмыря наградить... Поэта. Зовут Ефим Пиков... Уж больно хорошие стишки крапАет. Советую почитать. Это посильнее Фауста Гёте будет... Чем наградить? Ну, хотя бы «За заслуги перед Отечеством» ... Какой степени? Думаю, с него и четвёртой хватит... Да, чуть не забыл. Как наши сыграли?.. Опять продули. Вот уроды! Наверное, пора тренера сменить и зарплаты урезать. Как считаешь? (…) Вот, вот. Тоже так думаю. Ну, ладно. Не буду утомлять! Бывай, покедова! Встал, подошёл к шкафу, достал толстую книгу в дорогом переплёте с золотым тиснением «Сам Маркус Вольф подарил, когда я на немецкой почте служил нелегалом-ямщиком». Раскрыл наугад, и нос зачесался, гад! Прильнул,снова уселся в кресло. Пополнел что-ли? Стало телу тесно... Скоро стану как Пиков. Не надо пивком злоупотреблять (в Баварии пристрастился) Ну-ка, ну-ка! Сравним с Пиковым. Плюнул на пальцы (детдомовская привычка как не гаснущая спичка), полистал, что даже устал... Фауст Так вот кто в пуделе сидел: Схоласт, в собаке сокровенный! Смешно! Мефистофель Привет мой вам, науки жрец почтенный! По вашей милости изрядно я вспотел. Фауст Как звать тебя? Мефистофель Вопрос довольно мелочной В устах того, кто слово презирает И, чуждый внешности пустой, Лишь в суть вещей глубокий взор вперяет. Фауст Чтоб узнать о вашем брате суть, На имя следует взглянуть. По специальности прозванье вам даётся: Дух злобы, демон лжи, коварства - как придётся. Так кто же ты? Мефистофель Часть вечной силы я, Всегда желавший зла, творившей лишь благое. Фауст Кудряво сказано; а проще - что такое? Мефистофель Я отрицаю всё - и в этом суть моя. Затем, что лишь на то, чтоб с громом провалиться, Годна вся эта дрянь, что на земле живёт. Не лучше ль было б им уж вовсе не родиться! Короче, всё, что злом ваш брат зовёт, - Стремленье разрушать, дела и мысли злые, Вот это всё - моя стихия. Фауст Ты мне сказал: 'я часть' но весь ты предо мной? Мефистофель Я скромно высказал лишь правду, без сомненья. Ведь это только вы мирок нелепый свой Считаете за всё, за центр всего творенья! А я - лишь части часть, которая была В начале всё той тьмы, что свет произвела, Надменный свет, что спорить стал с рожденья С могучей ночью, матерью творенья. Но всё ж ему не дорасти до нас! Что б он ни породил, всё это каждый раз Неразделимо связано с телами, Произошло от тел, прекрасно лишь в телах, В границах тел должно всегда остаться, И - право, кажется, недолго дожидаться - Он сам развалится с телами в тлен и прах. Император стал клевать носом, но борясь с сонливостью, понуждал себя вчитываться в великие строки, шля мысленно себе упрёки. Фауст Так вот твоё высокое значенье! Великое разрушить ты не мог, Тогда по мелочам ты начал разрушенье! Мефистофель Что делать! Да и тут старался я не впрок. Дрянное нечто, мир ничтожный, Соперник вечного Ничто, Стоит, не глядя ни на что, И вред выносит всевозможный: Бушует ли потоп, пожары, грозы, град - И море, и земля по-прежнему стоят. С породой глупою звериной и людскою Бороться иногда мне не хватает сил - Ведь скольких я уже сгубил, А жизнь течёт своей широкою рекою. Да, хоть с ума сойти, - всё в мире так ведётся, Что в воздухе, в воде и на сухом пути, В тепле и в холоде зародыш разовьётся, Один огонь ещё, спасибо, остаётся. А то б убежища, ей-богу, не найти! Фауст Так, силой мощной, животворной, Тебе враждебною влеком, Ты тщетно, демон непокорный, Ей угрожаешь кулаком! Другое лучше выдумай стремленье, Хаоса странное творенье! Мефистофель О том подумать сами мы хотим... Но после мы с тобой ещё поговорим. Теперь могу ль я удалиться? «Да уж больно заумно и многословно … Не то, что Пиков. У него лёгкость пера необыкновенная, хоть и не Дмитрий Быков. А Гёте ведь гением считают». Фауст К чему такой вопрос? Иди. Твоё знакомство пригодится: Когда захочешь, приходи. Не хочешь ли в окно - открытая дорога! Не то - в трубу ступай; не заперта и дверь. Мефистофель Нет, трудновато выйти мне теперь. Тут кое-что мешает мне немного: Волшебный знак у вашего порога. Фауст Так пентаграмма этому виной? Но как же, бес, пробрался ты за мной? Каким путем впросак попался? Мефистофель Изволили её вы плохо начертить, И промежуток в уголке остался, Там, у дверей, - и я свободно мог вскочить. Глаза неумолимо смыкались. Коварный Морфей затуманивал и сознание. В голову лезли непристойности («это какой-то п**дец»), но не сдавался чтец. Фауст Да, случай над тобой удачно посмеялся. Так ты мой пленник, стало быть? Вот удалось негаданно-нежданно! Мефистофель Не видел пудель этой штуки странной; Вскочил - и вмиг переменился вид, И выход был лукавому закрыт. Фауст Ступай в окно, не будет затруднений. Книга выпала из рук императора. Голова как недочитанная глава склонилась на грудь и раздалось умиротворяющее сопение. Буцефал умиленно посмотрел на хозяина, уткнулся мордой в лапы и тоже засопел. Пиков победил Гёте! Глава двенадцатая. Визит патриарха. -Плясать в церквах вприсядку и там же петь частушки - так раньше не решались весёлые подружки. Весь мир в восторге, в раже! Великий Бог поруган. А можно даже гаже Придумать бы подругам? Поддержкой "звёзд"взорвалась пресса: вот новые герои дня! В восторге дуры и повесы. Им надо б адова огня! Закончив свою краткую филиппику, господин Гундяев, с надеждой во взгляде посмотрел на императора. Вот, мол, что себе позволяет нОнешняя б**дская молодёжь. Как их обуздать, проклятых? -Не берите в голову, Ваше Преосвященство, - тихо сказал царь. - А ещё что новенького в вашем пастырском служении? - -Хотели бы, просить Ваше Величество возвертать нам Исаакий. Доколе ему быть музеем, туристическим вертепом и проходным двором? -Вернём, непременно вернём. Погодите немного... Хотите послушать восточную сказку, которую рассказал мне мой младший товарищ с Северного Кавказа? – - Охотно послушаю-с. – Император лукаво прищурился и озорной огонёк блеснул в его обычно как у сонной рыбы, тусклых глазах нелегала: «Бедуин жил один, поэтому часто попадал в беду, часто болел и метался в бреду. Также с трудом добывал еду. Был бедуин невезучим и удел его был сучьим. Решил бедуин изменить судьбу и объявил несчастьям войну! Пошёл в пустыню, взяв в дорогу лишь дыню. Решил голодать, чтобы твёрдым духом стать. – – Беду бедуину сулил голод, хотя и был он ещё молод. Возвратясь бедуин, стал пить много вин. Дорвался,но спиться не боялся. Он похудел, но помолодел, сидя в песках без дел. Хоть и был бедуин беден, но характером был вреден. Что о нём ещё сказать? Помянем лишь его... мать.» Святой отец осенил себя крестным знамением и молвил, потупив взор: -Мы грешили, беззаконствовали, неправо поступали пред Тобою; не сохранили, не исполнили, что заповедал Ты нам, но, Боже отцов, не оставь нас до конца. – Вам не понравилось? – Cтрёмно как-то, Ваше Всемогущество. Вошёл пресс-секретарь и протянул государю что-то бумажное, но неотложно важное: - Вам экстренное сообщение, мой государь! – Сам зачитай. Очки, мочА кого-то в сортире, забыл да у меня и нет (кому бы отдаться на минет?) секретов от их Преосвященства. Секретарь открыл рот: «Чтоб развеяться от скуки, поспеши в Нескушный сад. Там под кустиком две суки не то серут, не то ссат. Сад приветливый, хороший, и не даром так зовётся. Там в аллеях, отдалённых непременно всяк ебётся. Население, ой, любит этот райский уголок. Вон какой-то малолетка девку пьяну поволок. Любит здесь народ резвиться, любит пиво распивать. Если кто решил напиться, можешь смело разливать! Приходите в сад, не бойтесь. Здесь вам морду не набьют. На деревцах, на высоких птички божии поют. Воробьи здесь очень шустры - булку мигом истребят. Голуби же поскромнее, и не всё, что дашь, съедят. Крошками теперь ты птицу не любую осчастливишь. Быстрокрылую синицу долбит старый п***р, филин. Дятлы тоже здесь не редки. Стук да стук - себе стучат. С ветки прыгают на ветку - учат дятловых внучат. Что ещё сказать о саде? Чем читателя увлечь? Посиди, хоть час в засаде, а устанешь - можешь лечь... Но стрельба официально здесь, конечно, не в почёте. Всё же сад муниципальный. Вдруг в старушку попадёте? Приходите без ружья. Лишь рогатки разрешёны. Здесь ревнивые мужья да одни чужие жёны. Но такое здесь не часто. Это чистый эксклюзив. Милицейский вон участок, персонал там не брезглив... В автозак тебя засунут, отдубасив перед этим. Протокол на подпись сунут. Коль темно, то и посветят. Так что в саде том весёлом не дадут тебе скучать... И помянешь добрым словом, или просто скажешь "блять!" – – - Так это же совет, а не сообщение, - император пожал плечами и повёл скулАми как скрещёнными мечами. – Внешняя разведка эту бодягу прислала. – Раз прислала, хоть и не любимого сАла, примем меры к лицемерам. Сам туда отдыхать, канешна, не пойду. Дел по горло и выше. Но вот младогвардейцев надо послать, чтобы оскоромились. Они заждались без дела в своих стойлах... - Это, наверное, блогеры проклятые безобразничают, - добавил батюшка. - Надо наказать окаянных! Кузькину мать показать. – Вот и святой отец поддерживает. Значит, дело благое. Распорядись, сообщи кому надо. *** Глава тринадцатая. Очередной скандал пищу для размышлений дал. -Из-за чего, собственно, сыр-бор? Объясните мне тёмному, - обратился ВВ (Валентин Валентиныч) к пресс-папье-секретарю и погладил Буцефала. Секретарь-эрудит (раньше был музыковедом в штатском) послушно забубнил: -У нас «Тангейзер» был раскритикован Русской Православной Церковью. – Это далеко не новое произведение. Опера была написана Рихардом Вагнером в 1845 году. Она затрагивает множество религиозных тем. Согласно сюжету, главный герой Тангейзер переживает грехопадение с античной богиней Венерой. В опере также фигурирует образ Иисуса Христа. – – Ну это они зря. Христа трогать не гоже со свиной рожей!... – А в 1945м мы им «оперу»... вернее их, раком поставили! – – - Для XIX века это была очень вольная постановка, которая могла не понравиться многим религиозным догматикам. Однако Германия – протестантская страна, где уже давно существовали принципы свободы совести и вероисповедания. – – Хорошо помню Германию. Хорошая страна. Только у неё в своё время была мания величия до неприличия! Но мы их быстро, за четыре года, на место поставили... Теперь как шёлковые... И АнгЕла «ихняя» как ангел крылышками согласия машет теперь... Продолжайте, извините, что перебил. – – Опера, как и многие другие произведения Вагнера, стала классикой мирового театра. У нас «Тангейзер» был раскритикован Русской Православной Церковью. Публичный спор возник после того, как на оперу пожаловался Тихон (митрополит Новосибирский и пожаловался Тихон (митрополит Новосибирский и Бердский). При этом сам деятель церкви спектакль не видел, а сослался на возмущение некоторых православных зрителей местного театра. Митрополит несколько раз публично выступил с критикой «Тангейзера». В частности, он требовал убрать его из репертуара театра. Кроме того, Тихон призывал православных жителей Новосибирска выйти на митинг (молитвенное стояние) против «хулы на Иисуса Христа» и т. д. - --Возмущение верующих понятно. Они очень, даже болезненно, обидчивы. Кстати сказать, вы не находите, что и название какое-то подозрительное... «Тан» и «зер» это ещё ничего, но зачем «геи» в середине? Ох не люблю я их. Если б не занятия дзюдо... – Да, Ваше всемогущество, вы правы! Эти, закравшиеся в середину геи всю оперу портят. – Так как посоветуешь поступить? – Как Пилат. Умойте руки. – Да я уж сегодня умывался. Так часто - мыла не напасёсси! Но, всё равно, спасибо. Когда секретарь как мавр, сделавший своё дело, отчалил, ВВ вспомнил весёлый, в тему, стишок любимого тОлстого Пикова и внутренне улыбнулся: «Алкаши, друзья Аркаши, Видно, завязали: Пить, не пьют, а просят каши – Просто наказанье! Наркоманы, друзья Романа, Тоже завязали: – Вместо шприцев колются Спицами вязальными. П***расы, друзья Тараса, Словно обезумели: Перестали губы красить, Жопы образумили!» – – Пёс тоже залаял чём-то своём собачьем, но менее удачном. – – *** – – Глава четырнадцатая. Зелёнка, моча и кал — оружие патриота. – – Сообщение СМИ: – «В воскресенье, 25 сентября, представители организации «Офицеры России» и ее лидер, член Общественной палаты Антон Цветков, блокировали вход в столичный Центр фотографии имени братьев Люмьер. В этой галерее уже более двух недель проходит выставка американского фотографа Джока Стерджеса, прославившегося снимками детей и подростков, в том числе — обнаженных. Цветков объявил, что закрывает экспозицию, поскольку его организация усматривает в ней признаки детской порнографии. Кроме того, в Центр Люмьер ворвался мужчина, обливший несколько фотографий мочой. Днем раньше выставку потребовали закрыть член Совета Федерации Алёна Зозулина и детский омбудсмен Анна Кузнецова.» – – ВВ прочитал сообщение и опечалился. «Позорят меня на всю Европу. Пошли бы со своей инициативой в жопу! Позвать что ли министра нравственной и всяческой безопасности и сделать втык?» – Потянулся к кремлёвской вертушке цвета петрушки и услышал, как кто-то переминается на ковре с руки на ногу. – – Вызывали, Ваше Величество? - чиновник по кличке (для внутреннего пользования) «Мефистофель» стоял по стойке смирно и дрожал как дырявый презерватив на сквозняке. – Ишь какой быстрый, - восхитился рвением император. - Не успел подумать, а ты как Сивка-Бурка (тёплая тужурка) встал передо мной. Молодец! Добавлю ещё звёздочку-дочку на твой погон-полигон. – Слушаюсь, ВВ, ВВ (Ваше Величество, Валентин Валентинович)! – Почему твои офицеры меня позорят? – Как так? – А вот так. - сунул под нос служивому-лживому реакционную газетёнку. – Наверное, со звёздочкой придётся притормозить, раз не можешь управиться со своим хозяйством. – – Я усруся, но разберуся, ВВ, ВВ! Так не оставлю. Накажу молодцов-подлецов! – Я, конечно, то же против реакционного искусства и сам бы... Но надо же поаккуратней, не оставляя следов, чтобы комар носа не подмочил, а ты... мочой, понимаешь... – Они и говном хотели, но я запретил. – Хорошо, что запретил. Бери пример с беспримерного мэра. «Пятая колонна» стала венки класть на мост, где этого... замочили, хотя предупреждал, что надо только в сортире... Так вот Семён Сергеич Осипянин, чтобы предотвратить поклонение мощам, стал срочно починять мост, хотя нужды в том нет. Это же не ветхая «Хижина дяди Тома, забытая управдомом». Тогда мосты крепко строили. Не то, што щас... Вот что значит находчивый как путеобходчик-пулемётчик-наводчик. Бери пример! Сообразительный как великий Берия, родом из Нигерии, - гений недоверия! А ты мочой... Одному уж глаз зелёнкой сожгли, так весь мир вскособочился. Кровавый режим, кровавый режим! Ну зачем нам это? Итак, санкциями задолбали... - устав от тирады (как ловец жемчуга на одном дыхании), император выпустил из правого глаза жемчужную слезу и вздохнул полной грудью, вынырнувшего из глубин, ныряльщика. – Успокойтесь, ВВ,ВВ! Я исправлюсь, сукой буду. – Ну и будь ей. Пошёл прочь! – «Мефистфель» исчез, оставив «Фауста-патрона» в одиночестве и горьких раздумьях. – «Вот так все сто лет одиночества, как в романе то ли Маркеса, то ли Маркуса Вольфа, если не ошибаюсь». – – Вторая жемчужина слезы сиганула из другого глаза и скрылась в густых ворсинках родного-дорогого как Брежнев персидского ковра западно-германского производства. Раньше у Бориса Годунова мелькали «кровавые мальчики» в глазах, а теперь зелёнкой плещут. Ну, и народец, вашу мать!Сплошные Левши и ни одного Правши. Не Москва, а «Изумрудный город». Говорят, что наш Александр Волков спёр сюжет у «ихнего» Фрэнка Баума (The Wizard Of Oz ) как и Курчатов атомную бомбу у них тоже сп**дил. – – *** – – Глава пятнадцатая. Google-center. – Показательная акция – «Со стороны события утра 23 мая выглядят как операция по захвату особо опасных преступников. Силовики приехали в театр "Гоголь-центр", заперли сотрудников (не как заложников, конечно, — можно было выйти ненадолго, но мобильные телефоны отбирали). – Целый день шли обыски по 17ти адресам, многочасовые допросы, задержания сразу нескольких театральных деятелей, связанных с получением АНО "Седьмая – студия" государственных денег в 2011-2014 годах (кроме худрука "Гоголь-центра", допрашивали директора Ярославского драматического театра Юрия Итина, – – директора РАМТ Софью Апфельбаум, главного бухгалтера Театра "У Никитских ворот" Нину Масляеву). – Возмущенные сотрудники "Гоголь-центра" потом быстро поделились новостями и впечатлениями в соцсетях. Результат — ответная стихийная акция поддержки худрука театра. – Если цель всего этого — не демонстрация силы, а дело о хищениях трехлетней давности, то к чему эти маски-шоу?» – – – ВВ в гневе отбросил реакционную газетёнку. «Опять меня подставляют, сукины дети!» Затеяли спектакль. Нет, чтобы танками или «Градом» как под Сталинградом А они мудохаются.» – – Снова вызвал Мефистофеля. Тот опять явился как Сивка-Бурка, будучи, как и весь народ любителем «Мурки». – Ну, и какова хрена опять намудили? Опять меня перед всем светом выставили на посмешище! – Да уж силОв моих нету, ВВ! Расстреливать что ли начать их, этих мудаков? – Ну, и расстреляй малость для острастки! Вон сколько желающих стать «младогвардейцами». – Очередь как за жильём... Но не усердствуй, соблюдай меру как Джавахарлал Неру. – А хто енто? – Да один индийский хмырь. Йог, его мать туды за*бись! – Это не он ли «индийскую защиту» от танков придумал? – Он, он,он! И ещё аккордеон придумал. Вот бы его в нашу Думу Сразу бы дело заколосилось... Любишь аккордеон? – Не-а... Больше баян люблю. В детстве батя заставлял учиться на ём играть из-под палки, когда в деревни жили. Нашли баян на свалке, починили, стало жалко... – Что-то жарко с тобой стало. Больно расп**делся, а пользы мало. Разжалую и поедешь к себе в деревню аккордеон изучать как последняя б**ть! -Ей богу, на оскардиёне ентом научусь. Гадом буду или умру под «Градом»(ракетная установка)! – Я, канешна, тоже этих тянтров совремЁнных не жалую, и даже стишок сварганил. Послушай, но не суди строго. Я ведь недотрога родом из Кривого Рога: «Тятэр очень современный – Там на сцене квакают. А в отдельные моменты Писают и какают. Классику там ставят лихо – Воют с голоду щенки. Ищут режиссёров-психов, Что бегут из «Кащенки». Станиславский не поверил бы, Доведись ему воскреснуть. Слышны только похвальбы В коллективе тесном. Немирович впал бы в кому И лишился б речи. - Не советуй реперткому, Хоть ты и предтеча!» - Вы, прям, Пушкин! – Спасибо, но я больше Пикова и Лермонтова люблю. – Который «Прощай немытая, Россия?» – Это ему злопыхатели-демонократы приписывают. Он такое не патриотичное написать не мог. Литературоведы-сталинисты не поленились и доказали. – Ба, и не знал. – Теперь знай! Ну ладно, заболтался с тобой, а меня на разговор сам Трам-пам-пам вызывает, наверно. Поди санкции решил отменить. Слышь, как телефон булькает. Трубка прямой и интимной связи с Емерикой нервно подпрыгивала, стараясь привлечь к себе внимание хозяина кремлёвского кабинета (не для минета). – Пойду, не буду мешать. Прощевайте, ВВ! – Иди, иди. Расстрелять не забудь. – Сукой буду - не забуду. Глава шестнадцатая. Концерт в Крокус-фокус-сити ( билетов нет и не просите!). Ой, ШойгУ, ШойгУ, ШойгУ, Ты зачем опять в тайгу? Не ходи туда так часто, Там для жизни ведь опасно. Не ищи там больше клад, Успокойся и смирись. Террористов бей ты, гадов, И с Трам-пампом помирись. Скоро санкции он снимет И полюбит нас навек, Жизни уровень поднимет И здоровых и калек. Бабы-певуньи великой и многоликой Пробабкиной лихо трясли подолами и плясали, войдя в раж-кураж. Внезапно из-за их спин на авансцену выскочил мэр и, пойдя вприсядку по кругу, истошно заголосил: -Тротуары вам в подарок сделал я широкими и построил много арок - будут рады рокеры! Также для велосипедов сделал я дорожки, не ропщИте, злы старушки, берегите ножки. И построю вам яранги вместо хижин ваших. Быстро расселю по рангам и чужих, и наших. Чем ещё вам услужить, наши москвичи? Жить бы вам и не тужить в правде, а не в лжи! Пройдясь вприсядке по сцене и истратив «боезапас» слов, мэр скрылся в кулисах, где раздался шум падающего грузного тела-новодела (устал!). Вместо него объявился популярный в народе поэт, толстый (даже очень!) Пиков, и замямлил с сурьёзным и грозным лицом нараспев: «Кавказские горы суровы, высоки. Бегут там горных ручьёв потоки. Живёт там народ, что ходил раньше в бурках. Теперь же в цивильных ходит тужурках. Но жажда свободы у горца в крови, он с детства к оружью приучен. Его ты к миру зови - не зови. Он меткой стрельбе с колыбели обучен. Тому много лет, как там тлеет конфликт. И царь воевал, а теперь и премьеры. Но вновь угрожающий горца лик, не действуют разные меры. Лермонтов там наблюдал столкновенья и Лёва Толстой о том же писал. Не забываются грозны мгновенья, но горец в борьбе не устал. А что изменилось с тех пор? Задумчивы также вершины гор. Как прежде России дают отпор. По-прежнему всадники скачут в опор. Оружие лишь изменилось, то факт! Теперь БэТэЭры да гибельный "Град". ВВ и все члены поллитр-бюро партии «Любимая Россия» бурно зааплодировали, переходя в овацию, словно совершая оккупацию. «На что намекает стихотворец? - насупился Шойгу. -Там давно затупился войны топорец.» -Да, -Это уже перебор, - прочитав мысль министра, согласился ВВ. - Не пора ли его в клинику в Серебряный бор? Там бард-патриот, бывший врач, Шлагбаум исцелит его в челюсть мощным ударом! Хотя, надеюсь, что сам исправится... Оттолкнув поэта, к микрофону кинулся стареющие-седеющий, но всё ещё нержавеющий некий шизо-баламут Джигит Гурда. Весь в перстнЯх как в песнЯх и наколках, от которых мало толка. Он заскрежетал хриплым контрабасом в самом (дальше некуда) нижнем регистре смычком, который забыли наканифолить: «У короля Лира из пьесы Шекспира была любимой не арфа, а лира. На ней он играл часто, считая себя несчастным. - А в чём было дело? - спросим несмело. Потому что пьесу не читали, а лишь страницы листали. Говорят, король Лир любил не войну, а мир... Как-то Лир вино пролил на скатерть (вот свинья) и стал орать: - Не я, не я! - А кто? - спросил слуга его, -призрак в манто? Любил Лир и ливер... Как-то Лир целый кубок вина в себя влил. Любил он под звуки лир попойки и празднества. Иногда был галантен и мил. Женщин не бил! Но вина много пил... Шекспир о том писал: о чём сюжет и что там было из памяти водою смыло. Кто не читал и в тятре не смотрел, тот много потерял - для пьесы там хороший материал... Главное, что он был лирик, любил играть на лире, но думал о рапире. умел отлично фехтовать. Был у него и свой кумир, один бесстрашный командир, носивший бархатный мундир.» -Какой начитанный оказывается! - восхитился ВВ и захлопал. Я то думал, что он лишь недолеченный шизик, по недосмотру сторожей и врачей сбежавший из Кащенки. Я тоже в трудном питерско-дворовым детстве фехтовал, но не шпагой, (денеХ на неё не было), а палкой или скалкой. - С кем фехтовали то? - поинтересовался, сидевший одесную вождя, Шойгу. – С одним антеллигентом в пальто и с местными хулиганами повсеместно. - - – -И девчонок защищали? – - Канешна! Чтобы не пищали... – Вы уже тогда правозащитником были? – Да, с самого сызмальства. И в хоккее-футболе тоже... – Защитник вы наш бессменный! – Да. И на четвёртый срок замахнусь и, надеюсь, не промахнусь – Замахнитесь, замахнитесь! - подлил масла в огонь тщеславия, склонный к потворствованию порокам, как и к невыученным урокам, гроза врагам и воронам, рыцарь обороны. Пока беседовали, не заметили, как на сцене образовался очень популярный у телОзрителей очередной певец-хрипун в очёчках и модно небритый, по фамилии Плебс. Он начал не петь-орать, как обычно, а читать с выражением на грани омоложения: «Сальери Моцарта убил дубиной да по голове! А говорят, что отравил... Поверьте лучше мне. Зачем травить, интриги вить? Уж лучше вдарить раз и яд в вине не надо пить. (Короток наш рассказ). Легенд про яды много ходит - мол, очень эффективны. Не верьте всякой ерунде! Те версии фиктивны.» – Бис, браво, бис! - взорвался зал. – Почему не поёт? - удивился ВВ. – Голос как «глобус прОпил», говорят, хоть и не Учитель, - пояснил ходивший недавно в тайгу, - или поменял на тротил. – Он террорист? Разберитесь с ним быстро! – Он эквилибрист, Ваша Толерантность! Но разберёмся... – Учитель, который и Матильду прОпил? – Да, и её, и на ПогрОмскую покушался... Со сцены последовало желанное бисирование, прервав беседу гос-мужей: «Сальери с Моцартом дружили. Наверное, и рядом жили. И пили вместе, и курили, и к дамам приставучи были. Писать же музыку ленились. Хотя, бывало, и трудились. Фальшивых нот не допускали. Их уши благость лишь впускали. Поспевал всегда к премьере Сальери опус сочинить, чтобы этим Моцарту обиду причинить. Моцарт тоже скор был часто, но иногда писал напрасно. Что приебались все к Сальери? Тогда травить друг друга все умели». Последовал «девятый вал» аплодисментов. И кто-то в первых рядах истошно завопил нехорошим голосом: - А про Бетховена могёшь?! – -Могу, - успокоил Плебс и продолжил: «Бетховена пора затронуть и за глухое ухо тронуть. Он вздрогнул: - Кто меня задел? Когда он сочинял, пердел. И тот, кто тронул, нос зажал и клавишу в басах нажал. Для Людвига что верх, что низ. Со страху влез он на карниз. "Наверно, привиденье в доме?" - подумал он, перекрестясь. Вдруг кто-то по лбу его хрясть! -Какая б**дь проникла в дом? На шум примчался управдом: - Тут, что за шум, Бетховен Ван? - А я тебя не звал, болван! - Я, может, вам смогу помочь, а то уж близится ведь ночь? - Да! Ночью будет страшно мне, я снова окажусь в говне. - Играйте "Лунную сонату" и этим отпугнёте зло. - А "Патетическую" если? Или она говно? - Ну, и она подходит... я слышу за стеною кто-то ходит. - А я не слышу ни х*я! Соната гениальная моя! - Ложитесь спать, мой Людвиг, и съешьте на ночь пудинг. Бетховен пёрнул на прощанье, советчика благодаря. Был, хоть и гений, грубым, б**...» Зал снова заходил ходуном, оргазмически визжа. Артист скромно поклонился и скрылся за кулисами. – - Ну, как вам? - спросил быстро соседа-министра император. - Понравилось? – Да. Очень! Чьи стихи? Лермонтова? – Нет. Моего любимого Пикова. Но Лермонтову не уступит и даже Пушкину на ногу наступит. Глава семнадцатая. Телешоу «Стихия стиха» . «Стихия стиха» - – телевизионное шоу, представляющее собой российскую адаптацию оригинального формата The Vеrse. Выходит в эфир «Нервного канала» с 2012 года. В 2015 году российская версия программы была признана Лучшим телешоу России. Победитель первого сезона конкурса — Анна Шарикова, второго — Тимофей Столчков, третьего — Александра Жиробьёва, четвёртого — Иеромонах Флотий, пятого — Марья Сатанюк. Шоу выходит в эфир «Нервного канала» по пятницам вечером после программы «Бремя» и продолжается с начала сентября по конец декабря, кроме первого сезона, который начался в октябре. С 2014 года на «Нервном канале» выходит детский аналог проекта — «Вирши». • • В жюри, которое будет журить, но иногда шутить, входят ведущие литераторы страны (любимчики самого императора): литературовед в штатском Семён Двухжилов, филолог-микробиолог-гинеколог Виталий Гробыш и натуральный поэт в законе, член Союза Рифмоплётов, Эфим Пиков (председатель). Ведущий представления и в душе завидУщий - шутник-затейник Тихон Бабаягиев. Шутник возник на экране первым. Мелок ростом, но с завидными бицепсами, показателями высокого интеллекта, лыс как старый лис или как композитор Лист, небрит, весь в татуировках (любит тренировки), в чёрных очках со стразами, в кургузомодном пиджачке, в брючках-дудочках в обтяжку, подчёркивающих завидную тонкость и изящную кривизну ног. Не босоног, а в белоснежных кроссовках-массовках-кедах, любимой обуви исхуйствоведов. Жених да и только, а никто замуж не берёт. Боятся! -Элек-два-чество, элек-три-чество, элек-четыре-чество.-затявкал он в микрофон и натужно засмеялся в безмолвном зале как на вокзале -Я, дамы и господа, дал вам считалку. Считайте баллы! Исполнителей-участников навалом, но Навальный один! А теперь как у Набокова в «Приглашении на казнь» первым приглашается... И мутный поток понёсся “стремительным домкратом», сметая всё на своём пути. «У Баха вечно рваная рубаха. Он композитор бедный. Бывало, что голодный выл. Когда не сочинялось - ныл! Но фуги святы для него. Многоголосье обожал. В чернила опускал перо и творчества пылал в нём жар. И много фуг он написал во всех тональностях притом. Так настрочил он целый том, затем принялся за второй. Писал дрожащей он рукой - так волновался, лишь поспеть бы. Помимо фуг любил грибы, любил поганки в основном. Так завершил второй он том. Два тома страшно тяжелы, по весу словно гири. Но тесно у него в квартире, а тут грабители возьмись. Подумали, что он богат. - Дай денег, - говорят. - Но у меня лишь ноты. Со страху приступ и икоты. Воры с ножами и орут: - Мы в нотах мало понимаем, мы только деньги изымаем! Тогда наш Бах схватил два тома и ими вместо лома ударил по башкам злодеев. Те повалились всё бледнея. Вот так-то с фугами шутить, ведь можно ими пришибить...» - Браво, молодой человек! Спасибо! Вы из какого города? - Я из села, где жизнь невесела... - Ну, ничего, ничего. Бывает и уже, и хуже... Пока отдыхайте, полной грудью вдыхайте. Следующий! «Чайковский любил чай, заварку крепкую любил. Чайку попьёт и за рояль - симфонью сочинил. Чем крепче чай, тем ярче вдохновенье. Бывало часто и сомненье, когда иль сорт не тот, иль крепость. Случалась же така нелепость. Для опер сорт он брал другой, по клавишам лупя рукой... С постели рано он вставал, чтобы чаёк не остывал. Кидался сразу к самовару, любил он пыл и много жару. Баранки к чаю подавались, они в лавчонке продавались. Три дюжины лишь за пятак... Не пишется порой никак. Тогда он снова к самовару, и начинал чаи гонять. Затем садился сочинять, и дело спорилось теперь. Ты уж, читатель, мне поверь. Ты тоже чайник уважай и крепость чая обожай!» -Спасибо, девушка! Браво! Поверим девушке? – Поверим! - откликнулся послушный зал. – Вы откуда? – Моя родина Калуга. В зале есть моя подруга... – Замечательно! Ожидайте. Следующий! «Бросаются из окон, бросаются и с крыш, стараясь влезть повыше, где птицы лишь и тишь. Зачем же прыгать вниз, ведь есть же парашют? Вставая на карниз, что про себя поют? Коль голова пуста, то крыша манит мёдом. Упасть бы у куста геройски пред народом. - Не надо! - крики снизу. Все замерли и ждут. Но вот и санитары с носилками идут. Решенья так тверды как манящий асфальт. Не избежать беды, но сделай хоть бы сальто.» – О, это очень серьёзно и трагично, но прилично. А вы откуда, молодой человек? – Я из аула... – Из Барнаула? – Бабаягиев оказался, хоть и модным, но плохо слышащим. Не смотря на сей недуг, стал бойко рекламировать косметику, пока очередная жертва приближалась к поэтическому «эшафоту», делая по пути селфи-мелфи. «Палач пришёл на казнь, не наточив топор. Тупое лезвие для шеи - мука. Рубить повторно - скука. Палач вздохнул уныло. Потребуется мыло, чтоб трение уменьшить. Легко хрящи рубя, не мог себя утешить, профессию любя. И лишь создание гильотины устранило все причины.» -Как-то у вас пессимистично, хотя отлично, молодой человек. Но что есть, то есть. И на этом спасибо, как говорится. Ведь сейчас всем лень бриться... Проходите, следующий! Сцена ваша, Саша! -Я любитель Достоевского, - заявил юноша прыщавой наружности и начал, чуть не плача: «Достоевский, поев, икнул. - Ну и кашу сварили братья на керогазе! Если б в печке - было б есть легче. После того, как икнул, перо в чернила обмакнул, поставил кляксу - дурная примета. Взял в рот конфету. Поупражнялся с топором, желая достоверности. Ударил кресло, разрубив, - всё надо знать для верности! За проценты топором... бедную старушку. Раскроил студент бабуле самую макушку... Сел писать, аж страшно даже. Не писал пока, чтоб гаже. Публика, зато в восторге: как красива она в морге.» – – - Не без чёрного юмора, хотя прикольно, но пока с нас довольно! – -На этом и мы, господа-читатели, объявим антракт и начнём следующую главу. Глава восемнадцатая. Прокисшее тесто протеста. «Пятая» и шестая колонны, состоявшие сплошь из отморозков-блогеров и детей хулигархов (по утверждению Соловьёва с ялдой), настойчиво, но вполне устойчиво, двигались по улице Звериновского (бывшая Тверская) от Минско-Брестского вокзала к Маньяковской и Тушкинской площадям, мешая стоявшим на широченных тротуарах, б**дям. Транспаранты, сделанные на средства Госдепа, гласили: «Не доел?», «Власть ему в сласть!», «Достал!», «Ты не устал?», «Ты не лимон, а апельсин, банана сын!», «Раньше был Каганович, а теперь Каголымович!», «Ураган, ураган, ты развей их балаган!», «Слава Сколкова давно умолклова!», «В яцах коль неугомон — поступай скорей в ОМОН!», «Госкомнадзор — не служба, а позор!» И прочая антисоветская, контрреволюционная и антипатриотичная мерзость. Навстречу врагам Отечества двигались сплочённые шеренги младогвардейцев, сверкая блестящими шлемами и щитами. ЛП (ласковые палки) пританцовывали в их руках, стремясь пуститься в пляску. Серьёзные поливальные машины и автозаки, не спеша, с достоинством танков, ехали за ними. Противоборствующие стороны сблизились, и началось … Вот , как об этом сообщали СМИ: «12 июня по всей России прошли антикоррупционные акции, объявленные оппозиционным политиком Моисеем Подвальным. Самая крупная из них состоялась в Москве. Еще до вечера 11 июня казалось, что она пройдет мирно, ведь организаторы согласовали время и место с московской мэрией, но затем Подвальный неожиданно заявил, что отказывается выводить своих сторонников на проспект Сахарова. По словам политика, мэрия вынудила поставщиков оборудования для сцены не сотрудничать с Подвальным. Он призвал людей выходить на Тверскую улицу, где в честь Дня России был фестиваль исторической реконструкции «Времена и эпохи». В результате незначительная часть протестующих так и осталась на проспекте Сахарова, а остальные смешались с москвичами, пришедшими на празднование Дня России. Всего в центре города было задержано около 700 человек. Сам Подвальный на Тверскую не попал: его задержали у подъезда собственного дома.» Автозаки аппетитно чавкали заглатывая протестующих, палки успешно «ласкали» особо непокорных, любителей попкорна. Зато наручники и наножники часто рвались, будучи халтурно сделаны. За что получил по заслугам большой чин в ФСИН. – – СМИ сообщали: «Удивительное дело видеть экс-главу Федеральной службы исполнения наказаний (ФСИН), целого генерал-полковника юстиции за решеткой. Такого в истории России еще не было. Но факт: Александр Реймер обживается один в двухместной камере в «Лефортово». Там, на 10 квадратных метрах помещается все, что нужно обычному человеку: кровать, тумбочка, стол, стул, перегородка за которой скрыт туалет и раковина, на стене даже есть небольшой телевизор. Есть в камере и окно. Оно не для наблюдений за погодой, а для вентиляции: высоко и закрыто стальной решеткой. Раз в день конвоир выгуливает генерала в тесном внутреннем дворе изолятора. В июне 2012 года президент своим Указом освободил Реймера от должности директора ФСИН, но всего под подозрением он ходил четыре года... – Реймер обвиняется в том, что в 2010-2012 годах мошенническим путем с соучастниками похитил более 2,7 миллиарда рублей, которые были выделены ФСИН из бюджета». Прослушав отчёт об операции, ВВ погрустнел и глубоко вздохнул. И чем я им не угодил? Я ведь не какой-нибудь крокодил и воду из Нила, и чернила, тем более, не пил... «Не доел», «Власть всласть»... Словечки-то какие! Неужели сами выдумали как некоторые думцы-либералы? Да вроде никого и не осталось — сплошная Любимая Россия. Звериновский не в счёт . Он как флюгер. Куда партия подует, туда и поворачивается. Но зато цел и невредим... – Наверное, Госдеп «ихний» молодёжь нашу через интернет науськивает и финансирует... Вот, если интернета нет, то и проблемы нет. Пора интернет-глушилки в ход пускать. Как в добрые застойные, но вполне достойные...Тогда эти блогеры поганые поутихнут, надеюсь. И не будет идеологического сорняка! – – Хотя, как говорят мудрые евреи, на глушилки надейся, но сам не плошай... – И что им этот хмырь Подвальный дался? Раз его звать Моисеем, то и будет их сорок лет по подвалам и катакомбам водить, где только бездомные коты и не обезвреженные бомбы ещё от прежнего Брежнева в наследство достались. Уж минёры замучились их «обезБрежневать», туды в качель, вашу мать. Вот слышит боХ и Родина слышит, не хочу ругаться, но вынуждают. Да пошли они все на... Лучше почитаю любимого Пикова для успокоения умонастроения. – Взял с ночного столика томик-гномик и открыл. Прочёл посвящение: «Дзержину Феликсовичу Эдмундскому». · «Случайно дохлу птицу Феникс нашёл прохожий бодрый Феликс. Её от пепла отряхнул и крылья распрямил. Повторно жизнь в неё вдохнул, и взгляд её стал снова мил. - И кто ж тебя спалил? Скажи! - вопрос ей задал тот прохожий. – - На негодяя укажи. Ему набью я рожу! - Не помню внешности его, - смущаясь, птица отвечала, - я влюблена была в него. Приятно было всё сначала. - Так он тебя приревновал? Ему ты изменяла? - Но об измене он не знал. Я изменяла мало. - А как сумел тебя он сжечь? Бензином что ль облил? - Сначала долго меня бил, затем засунул в печь. - Такого гада ты любила? Чего ты в нём нашла? - Ему я тоже была мила – и встречи с ним ждала! - А имя почему твоё мужское? Сознайся мне ты, птица! Скрывать такое не годится. - Тебе я тайну ту открою: любила раньше я футбол и поменяла пол...» – - Я больше хоккей люблю, но, всё равно, забавно. Как талантливо написано! Ну-ка ещё почитаем.. (перевернул страницу). – «Один известный сноб, – упав как сена сноп, уснул тяжёлым сном. Ему приснился слон. Тот слон огромен был и хоботом мотал. Он громко выл и испражняться стал. - Эй ты, кончай здесь срать! - вскричал наш сонный сноб. Со страху грузный слон пустился в пляс, в галоп. – - Ты пол проломишь мне, урод! Сейчас сбежится весь народ... - Ты спи себе спокойно, сноб, - слон отвечал ему. - Зачем наморщил злобно лоб? Сердиться ни к чему. - Ну ладно! Вижу, слон, ты скромный, хоть и такой огромный. Не буду я тебя ругать, но не танцуй хотя бы, б**ть. - Зачем ругаешься ты матом? – – – Я пред тобой не виноватый. - Ну ладно! Буду дальше спать... – - А я хочу тебе нассать. - Не ссы здесь, слон, прошу! Я дух мочи не выношу.» Ох, как здОрово! Талантище этот Пиков, хотя почему-то не пьёт! Пожалуй, нужно ещё и медалькой какой наградить умельца, толстого тЕльца владельца . Скажу завтра сиклитарю... Что там дальше? Ведь не оторвёсси — так лихо... «Гражданин куда-то шёл, а навстречу пёс кудлатый. В нём дружка себе нашёл дядя бородатый. С псом теперь он неразлучен, и гуляют вместе. Ни чему пёс не обучен, воет по невесте. Где невесту псу найти, сучку, проще говоря? Далеко ль за ней идти иль уехать за моря? За морями сучек много, но и кобели там есть. Будет хороша погода? Да, и чтоб на мель не сесть. На мели сидеть тоскливо даже и с собачкой. Если б было вдоволь пива, не страшна и качка». О, как мило! Люблю про собачек так, что даже часто плАчу. (Нечто, похожее на слезу, блеснуло в императорском глазу. Снова перевернул страницу) Уже, кажись, пико-зависимость образовалась... Ну, уж ещё малость. «Поэт Рабле однажды плыл на корабле. Его нещадно укачало, но плыть не близко до причала. Блевал Рабле на корабле. К тому же был он беден, худой и на лицо рабледен. И налетело вдруг торнадо. Поэт сказал: - Так, значит, надо. Молитву стал поэт читать, мгновенья до конца считать. Но пощадил его Господь. И плавно опустилось ночь... В двадцатом веке жил Рабленин. Стихи писать он не любил. В крови увязнув по колени, уж очень многих он убил. За это люди его помнят и в Мавзолее навещают. Святые и нетленны мощи всех до сих пор прельщают.» Гёте с Фаустом отдыхают на Канарах, на двухместных нарах! А вместе с ним и Гёринг, и Гёббельс, и даже Гесс, бровястый бес! Но у нашего Ильича Второго погуще были... Эх, спать пора. Быстро разделся, улёгся. Буцефал положил голову на соседнюю подушка, на которую раньше голову клала супруга-подруга. Оба быстро заснули. Прошло не более получаса, как пёс залился лаем, разбудив хозяина. ВВ открыл очи и... Невдалеке, подобно тюлевой занавеске, колыхалось нечто человеко-подобное. – -Опять вы... Сами не спите и людЯм не даёте, Иван Василич! Вошли и не спросились. – – -А чаво спрашивать? Я раньше тебя в этих палатях обитал и сам пол подметал, хоть и любил «Тяжёлый металл». - А я Пробабкину люблю, - мечтательно заметил ВВ и невыспанно зевнул – - Чево зеваш при царе? Совсем распустились. Малюты мово на вас нету... - Я, извиняюсь, сам царь-государь, - робко заметил ВВ. – - И я извиняюсь, вьюнош ты мой дорогой, за поздний визит, но счёл своим долгом поздравить тебя, потомок- продолжатель, радетель-благодетель за судьбу Рассеи-матушки нашей... – С чем? – -С успешной работой ваших опричников! – - Спасибо! Откуда знаете? – -У нас Там тоже Интернет есть. – - Вы в Греции, штоль теперь прописаны, где всё есть? – - На том свете, где и вы будете... в свой срок. Будете Там слушать рок! – - Не люблю рок! Предпочитаю творог и ещё привык спать при свете... А скоро лечу в Новый свет навстречу с заморским царём ... – - Какой ещё такой «новый»? - Грозный покачнулся, но удержался на плаву (боялся сквозняков как железных окОв). – -Далеко, за морями, за океанами находится. При вас ещё не открыли... – Византия штоль, где разводят моль? Так при мне ужо была... И жинка моя Софка оттедова. Ещё книжек разных мешок в качестве свово приданного приволокла. Нап**дила в Византийской Городской Библиотеке. Посмотрел, а там сплошь порнуха... – - Почитать дадите? – -Многим боярам давал, а они зажиливают. – - Я вернУ. Сукой буду! ВВ устал от дурацкой беседы и нервно кашлянул. Пёс продолжал недружелюбно рычать,спрятавшись под кровать (любить призраков ведь не прикажешь). -Я ещё хочу тебе посочувствовать, - ласково сказало приведение и смущённо колыхнулось. - В чём, ваше благородие? - Слыхал по вражьему голосу «Свобода», что тебя просят убрать мусорную свалку в Балашихе. Так? -Так. За полвека и не убрали, меня дожидались. - Не царское ентово дело! -Знаю, но один мой предшественник и брёвнышки даже на субботнике таскал, не стыдился. Так что, и у меня не заржавеет. - От кого говном так веет? - спросил по-собачьи пёс, но его не поняли ни гость, ни хозяин. -По субботам, говоришь, таскал? Кто таков? По субботам иудеи не работают. Грех большой как тятр Большой! – - Да он не вполне... лишь по деду. – - Я тебе, чтобы помочь, сам в Балашиху приеду! – - Фильм «Иван Василич меняет профессию» смотрели? – - У нас там киномеханик в запой ушёл и пока кинА нет. Хто режиссёр? Уж не Тарковский ли? Терпеть его у нас не могли. В своей картине «Иван с Рублёвки» всё переврал, понимашь... – - И я вам хочу посочувствовать, дорогой предтеча, хотя угостить среди ночи вас нечем. – - Спасибо! Уже поужинал жареными ужами, которые режут ножами, перед визитом к тебе, - царь махнул полой халата и исчез. Пёс мгновенно заткнулся. -Повадился, проклятый! На «том», там у них, наверно, со скуки дохнут мухи... Ни тебе борьбы с коррупцией, ни митингов протеста, ни санкций, ни Сирии, ни геев-плебеев, ни, ни и ни... (в окне сверкали ночные огни).Эх, забыл спросить, кто «Боинг» сбил. Они там наверняка знают. А то хохлы на нас валят — мол, это проделки ваших НЛО... В следующий раз надо не забыть. Ведь, наверняка, припрётся опять без приглашения. Хоть татар и покорял, а сам хуже татарина стал... Теперь и не уснёшь. А вонь-то какая от него, как будто рота солдат обосралась! Глава девятнадцатая. Show must go! -И так, дамы и господа, мы продолжаем наше стихоблудное шоу! - развязный Бабаягиев ослепил зрителей и членов жюри белоснежностью своих кедов-кроссовок и дополнительно как лазерным лучом сверкнул вставным глазом. - Исполнитель готов? Кто пустил сюда котов? (полоумная кошка в страхе пронеслась по сцене). Брысь! Стремительна как рысь... Прошу вас, молодой человек! Жертва подошла к микрофону и начала ошеломлять как последняя б**ть: · «Говорят, что птеродактиль был силён в известном акте. Он ловил птеродактилИц, несмотря на мерзость лиц. За крыло он их ловил, и по бОшкам клювом бил. С ними сексу предавался, смачно, матерно ругался. Те страдали, но терпели, перьями скрипели. Но любви утехе страшны рожи не помехи. А затем птенцы рождались, потомством птицы наслаждались. Птенцы их, в яйца заключёны, все сызмальства умны, учёны. Своих птенцов они учили, как надо крыльями махать и не давали отдыхать, и камнем падать приучили. Так птеродактили и жили пока не вымерли однажды от голода и жажды.» - Незаурядно и очень нарядно! - ошизело восхитился сутуло-горбатый Гробыш и зарыдал от восторга. - Это полный отпад как осенний листопад, - захлопал глазами и в ладоши двухметровый Двухжилов. – Да, это нечто, - заметил Пиков беспечно. - Вы откуда прибЫли и где до этого были? - спросил навязчиво вездесущий ведущий и скривился от зависти. =- Я из Нижнего Тагила, что на брегАх Нила! – - О, как мило! Просим следующего! Появилась брючная девица, с причёской под мальчика и в белых кедах. Она злобно посмотрела на жюри и завопила: «Вышла дама на панель. На плечах её шинель. А зовут её Нинель. Кто набросил ей шинель? Уж не тот ли офицер, что уставился в прицел? Уж не он ли сутенёр спутницу свою привёл. Иль мала ему зарплата? Иль погряз он весь в долгах? Поздня осень, холодно и даже редко, кто захочет секс с соседкой. Что же здесь произойдёт? Может пьяный вдруг пройдёт? И, действительно, качаясь, появился и прохожий, на клиента не похожий. И седой, и старый он, и хромает инвалидно. Что с него возьмёшь? Обидно! Поравнялся с дамой дед: - Закурить у вас не будет? (В старике и секс разбудит Наша славная Нинель). - Сигарет я не имею, - говорит ему Нинель , опираяся об ель. - - Но минет я вам сумею... - Ну, давай, хоть отсоси, - - в брюках встрепенулось враз. С ним такое в первый раз. Нет, чтоб пить лишь валидол, женский всё влечёт подол. У вас такса или как? - (лишь бы не попасть впросак). - Инвалидам я бесплатно,не боись дедуль, достань! И полез старик за членом, спрятавшимся под коленом. В самый тот момент оргазма страшный выстрел прогремел. Старикашка, став как мел, повалился словно ель. Завизжала и Нинель. -Есть один, - сказал стрелявший, отряхнув снежинку с дула. А Нинель продрогла вся: - Может хватит уж с меня? -Щас ещё двоих замочим - расцелую тебя в очи! С ролью справилась блестяще! Нам так делать надо чаще.» – Очень оригинально, хоть и аморально, - проскрипел завистливый Пиков. Остальные члены переживали молча. – Ну, что ж? - продолжим, пожалуй. Следующий! Появился молодой толстяк с длинными волосами и в модно-рваных джинсах. «Пил он виски с содовой неизвестно с чьей вдовой. Та вдова, богата телом, раздеваться не хотела. Он тогда её принудил и схватил за пышны груди. Но вдова упёрлась бюстом, пригрозив ему Минюстом. Испугался наш герой: - Ну, зачем мне геморрой? Больше с нею пить не стану, лишь любуюсь её станом. Но зачем мне на фиг стан? Я уеду в Казахстан!» – Я и сам из Казахстана, - ответил на не заданный вопрос исполнитель и покраснел от восторга. – Браво! - закричал с двухметровой высоты своего роста Двухжилов. – Очень прикольно, - заскрежетал Дробыш, а Пиков промолчал и лишь башкою покачал как когда-то артист Качалов. – Ну ещё одного пропустим и антракт, - занудил Бабягиев. - Следующий, заходьте! Похожий на старшеклассника заверещал в регистре колоратурного сопрано: «Про Бермудский треугольник ныне знает каждый школьник. Что там происходит, тоже каждый знает. Корабли пропали, самолёты тоже. Кто же так шалит там?Так шалить не гоже! Тайну эту много лет разгадать никто не в силах, потому церквей Совет решил - там сама нечиста сила! Церковь здесь помочь должна заклинаньем и молитвой. Ну какого-же рожна хочет дьявол этот скрытный? Снарядили спец-эскадру, экипаж весь из монахов. Изловить желают падлу, поклялись без лишних ахов! Кто же будет тот Бермуд, что живёт на дне морском? Штормы страшные ревут, а он тешится песком. Понадели все скафандры и нырнули в ту пучину. Исполняют все команды и не ведают кручину. Вдруг один медузу хвать и спросил её заразу: - Где Бермуд, твою-то мать? Покажи-ка нам ты сразу. А Медуза-егоза строит дайверу глаза и влечёт его всё в глубь. Он за ней, хотя не глуп. Приплыла она к царю, щупальцами как немая дрыгает. Царь на троне в бурю прыгает. - Я людишек всех порю! - Ну-ка братья-осьминоги спеленайте ему ноги, чтоб не всплыл он на поверхность, сгинув сразу в неизвестность. Тут монах в скафандре молвил: - Царь Бермуд, ты очень злобный, да и мнительный такой. Почему суда ты топишь вместе с экипажами? - Потому что, как утонут, новыми обзавожусь я пажами. - А зачем ты здесь засел?- гость незваный осмелел. - Охраняю Атлантиду, легендарный материк, чтоб никто подобный вам в Атлантиду не проник. -Нам о ней Платон поведал. Что есть правда, ты скажи? Ваш Платон не пообедал и поведал много лжи. Наш Садко струхнул маленько- кислород ведь на исходе, а мы всё на тихом ходе... - Покажи мне Атлантиду! - обнаглел совсем пловец. - Ты акуле всласть к обеду. И настал пловцу п**дец...» Все отпали и последовал антракт. Зрители выпали в осадок, который иногда бывает сладок. *** Глава двадцатая. Пир идиотов. Сообщение СМИ: «Депутат Сената, бывшая балерина, Натэлла Погромская стала гостьей вечернего шоу на "Нервном канале", которое вышло в эфир вечером 11 марта. В ходе передачи экс-балерина вместе с шутником-ведущим Ионом УбрАнным, тоже бывшим танцором, станцевала па-дэ-дэ из балета Егора Всмяткина «Неумирающая Мурка". Партию ф-но исполнил пианист Цимбалко. Рояль оказался в кустах и у всех на устах. В ходе программы Иона по традиции обсудил новости минувшей недели и пытался вовлечь (голова с плеч!) в дискуссию Погромскую. Но она уклонилась... Ближе к завершению шоу депутат получила поздравления с грядущим днем рождения и большой букет тюльпанов, после чего ведущий-завидущий предложил ей соло исполнить знаменитое «Семь сорок», из соображений корректности переименованное в «Без двадцати восемь» под фонограмму, так как пианист Цимбалко ещё не выучил шедевр, а слуха не имел, в результате травмы, полученной им от прежней жены Угорелик (ударила по башке чугунной сковородой, в очередной раз приревновав). Она (Погромская) отказалась, сославшись на то, что борется не только с развратницей Матильдой, но и с засильем фонограмм. Её отказ вызвал шквал аплодисментов в зале...» *** «Космогон и самогон» - название новой передачи на ТВ, которую ведёт потомок Великого Гимнописца, сам не менее Великий режиссёр, снявший высоко-художественный фильм «Холодное лето 2017 года). Фильм удостоился призов и в Каннах, и в Ницце-многократной синице. И режиссёр был горд до самой поясницы... и даже ниже. Но чревовещание и политика — две другие его слабости, а также и теле-курсы по изготовлению самогона высокой пробы, чтобы помочь родному народу не увлекаться летально (воздухоплавание не в счёт) вредным «Боярышником», насаждаемым коварным Госдепом. Кстати и холодное лето напустил на Русь неблагодарный Трам-пам-пам, за которого не один ящик шампанского наивные романтики-госдумцы окучили, а он — на тебе — гонит сюда холодрыгу и дожди. Бедному телОзрителю, если не имеешь недвижимость в Майами,то и согреться нечем, и негде. Вот уж тут и нужОн он, друг народа, Самогон. В своё время «ихний» батюшка, который был признанным спецом-мудрецом по гимнам, улучив минутку, написал басенку о тамошней (до рождества Христова) борьбе с коррупцией. Приведём её здесь в назидание коррупционерам-пионерам: «Сократ и конокрад» называется и в душе народной отрыжкой отзывается. Гуляя как-то, конокрад Увидел вдруг: сидит Сократ. К Сократу тотчас подошёл, Слова любезные нашёл. И обратился конокрад: - Ответь мне, мудрый наш Сократ, Зачем сидишь ты тут в пыли Иль брезжит истина вдали? И отвечал ему Сократ: - Сижу в пыли я, конокрад, Но пыль не пачкает меня – Она лишь мелкая земля. А ты, смотрю я, очень рад, Что в жизни сей лишь конокрад. Крадёшь коней и продаёшь. Богато, стало быть, живёшь. - Да я богат, умею жить! А ты в лохмотьях вечно ходишь. Мне не приходится тужить. Но в чём ты истину находишь? - Ищу я истину, ты прав, А ты её уже нашёл! Желаешь ты теперь забав, А я от них давно ушёл. - Какая истина моя? Ответь, мудрец лукавый! - Смарагды, слитки, соболя… Коль ты богат, то правый. - А разве плохо жить в достатке? Ты станешь отрицать? И о минутах, что так сладки, Лишь можешь ты мечтать. - Я о другом мечтать намерен. Тебе ли то понять? Во всём желаю быть умерен. Тебе тому не внять. Как много есть вещей на свете, В которых не нуждаюсь я. И можешь ты теперь заметить, Что в этом истина моя. - Мудрей меня ты во сто крат! Так и сиди в пыли, Сократ.» *** Глава двадцать первая. Бешеный принтер и поэтизация Думы. «Боже, Царя храни! Сильный, державный, Царствуй во славу, во славу нам. Царствуй на страх врагам, Царь православный, Боже, Царя, Царя храни! Боже, Царя храни! Славному долги дни Дай на земли, дай на земли. Гордых смирителю, Слабых хранителю, Всех утешителю ниспошли.» Вольф Владимирович закончил пение и от умиления зарыдал. -Предлагаю отныне называть нашу страну, - кричал он сквозь слёзы.- «Номенклатурно-Демократическая Монархия! ЭН ДЭ ЭМ. Однозначно!» – Успокойся! Сядь на место,! - осадил какой-то провокатор из последних рядов. – Кто это сказал? Встань, не прячься, - вскипел глава ЛДПР и снова запел, давясь слезами. – Учиться можешь ты на «два», но патриотом быть обязан! - кто-то процитировал императора и иссяк как босяк. – Вдалеке услышал звон этот старый мудозвон, - послышалось нечто за рамками приличия. – Попрошу не выражаться! - призвал к порядку председатель. - Предлагаю вновь ставить памятники гению человечества Осипу Соломоновичу Электросталину по всей стране, - предложил депутат от Электростали (город в Подмосковье). Он осветил электричеством всю страну, что не успел сделать из-за болезни великий Ильич Первый! – Да, и весь мир осветил! - заорало сразу несколько избранников, до этого прорепетировав в курилке, где «жив ещё Курилка», губернатор Курильских островов. – Надо вернуть Аляску, потому что нашим якутам у себя тесно стало повсеместно! – Предлагаю ввести снова смертную казнь, - ласково предложила мадам Мировая, яро жестикулируя, и глазами сверкая. – А врагов Отечества принудительно высылать из страны навечно, спасая наше человечество! - добавила Зазулина, её подруга, и хулигарха супруга. – Запретим мы все протесты да и демонстрации! Похвалы царю уместны, – но и хреновации. – Запретим парковки возле Третьяковки! - заметил какой-то ненавистник живописи и вааще изячных исхуйств. – Наложить быстрей запрет на проклятый Интернет! Лишь несут угрозы нации средства информации, - кричали справа. -Запретим мы Инстаграм, Запретим и Телеграмм! Разрешим всем по утрам выпивать лишь по сто грамм, - кричали слева. – Трибунал тот, что в Гааге грозен только на бумаге. Не грози нам, паразит! Любит рыба жить во влаге и хвостом там егозит, - заявил какой-то эколог, бывший онколог. -А Подвального казнить пора прям на Красной площади! Ему верит детвора и хромые лошади, - предложил некий ветеринар, бывший ветеран Куликовской битвы. -Беден как церковна мышь император наш любимый. Не-по-ко-ле-бим к врагам. И все просьбы наши слышит, - сообщил представитель северных народов Кавказа, придя без противогаза. - Выдающаяся личность, а не имеет наличность... - – посетовал некий священнослужитель, столичный житель. – Inborn moclesty and piquant! - тявкнул какой-то заблудший иностранец, на вид заурядный засранец. Дружно запел финальный хор, предлагая запредельные законопроекты и прочие гадости, в приступах радости! Но не будем тратить бумаго-место на «озвучивание» и читателя замучивание. Признаем, что Глава явно не удалось. Может следующая получится. Резюмируем: Ленин предлагал «учиться, учиться, учиться», а дума стала печатать, печатать, печатать. На то она и «принтер», притом бешеный! Глава двадцать вторая. Хреновация. «Упорно плитку клал он, киоски сокрушал. Москву так украшая, хрущёвки разрушал. Маршрутки очень не любил, троллейбусы терпеть не мог. Тверскую смело погубил. Сам чёрт ему помог. Охотно рушит город, столицу не любя. С утра он любит творог, всё в городе губя. Больницы лишние закрыл, вам вместо них аптеки. И провода пообрывал всего лишь для потехи. Снести и Кремль захочет скоро. И нет ему отпора.» Скандируя лозунги, противники хреновации медленно двигались по улице Хренжировского (бывшей Тверской-Ямской) и, наконец, приблизились к зданию Парламента, чтобы изложить все свои пожелания, предложения и думы. Навстречу им, неожиданно вышел сам ВВ (не путать с Вольфом Владимировичем), один и без охраны, полагаясь, очевидно, лишь на своё мастерское владение дзюдо. Публика опешила, хоть и была пешая. Автозаки скромно крались сзади как на гей-параде. -Как же вы так? Один и без оружия, - послышались сердобольные женские голоса, материнскую заботу в себе обнаруживая. – Я не боюсь своего народа, - скромно заметил ВВ и начал декламировать (любимый Пиков рвался из глотки): «Шекспир любил пир! Любил и спирт. Щёки розовели, как выпьет бокал. И пьесу писать приступал. Потом долго спал. Проснувшись, носом в пьесу уткнувшись, писал снова: за словом слово. Много он так написал с похмелья, обпившись зелья. "Ромео с Джульеттой" писал под котлету. Закусывал,чавкал, икал и плакал. Потом пошёл покАкал. А там Отелло уж сидит и любопытствующие глядит. - Чего, мол, ты, Шекспир, припёрся? Посрать спокойно не дадут! - Тебе я Дездемону, а не Димона, в жёны решил отдать, и хватит срать! - Да прихватило после пира, - пожаловался он Шекспиру. Вот жопу только нечем... - На рукопись мою! - Спасибо! Ваши пьесы вечны! Использую ладонь свою». Вскоре все поняли, что это никакой не император, а мальчик в очёчках с Арбата, сменивший пластинку Гёте на Шекспира, которого не так давно вязала полиция и показывал по ящику сам знаменитый Махалов в своей передаче «Пусть пройдёт грусть» (вариант прежней передачи о приусадебном участке и даче). Массовый гипноз проходил как наевшийся крокодил, и все огорчённо приуныли. А культурный мальчик продолжал витийствовать, но не для дяди Вити, а для всех: «Пошла в кафе Ника, а там в меню клубника. Наелась Ника всласть, утратив над собою власть. Клубники очень много съела и по-большому захотела. К Большому тятру побежала, от нетерпенья завизжала. Бежит она к служебному, навстречу стражу вредному. - Пустите вы меня в сортир, терпеть моих уж нету сил! - Не велено чужих впущать, - швейцар ей строго говорит. - И нечего тебе пищать! У Ники всё в кишках горит. – Да делай здесь. Я отвернусь. Когда закончишь, обернусь. Прям у дверей она наклАла и, облегчившись, убежала. Мораль: не следуйте дурным примерам и соблюдайте меру.» Стишок публику шокировал. Раздались реплики: - А ещё культурный! КакИ непристойности говорит! Из культурной семьи, а что творит! Недаром, значит, менты его свинтили!» Мальчик, не дав возмущению перейти в рукоприкладство, продолжил равнодушно: «Дедушка Ленин весной родился. Многим народам он пригодился. Дедушка всем коммунизм обещал и на съездах про то вещал. Стал он вождём мировых скандалов и наплодились толпы вандалов. Стали вандалы всё сокрушать и от этого радость вкушать. Стали.., но вот появился и Сталин. Дедушки дело продолжил успешно. Он говорил с акцентом, неспешно. Ленин питал к Кобе неприязнь и злобу. Наденьке Коба совсем был не мил, часто он ей хамил. Ленин хотел его замочить в квартире, но тот заперся крепко в сортире. Ленин не в силах был дверь взломать. Лишь закричал что-то про мать... Но вот Ленин собрался сам почить и уж некогда Кобу мочить. В Мавзолей себя класть завещал. Сталин это ему обещал. А вскоре и сам туда заселился, но на соседство с Учителем злился. Злой Никита вынул Кобу из гроба, но чтобы тот не пропал, у Кремлёвской стены закопал. Ленин остался один лежать и ещё подселения ждать..». -Это лучше, чем похабщина! Какой начитанный ребёнок — историю знает! Публика одобрительно роптала и даже кто-то зааплодировал, забыв о проклятой хреновации». А ребёнок решил не сбавлять напор и сыпал как из рога, сами понимайте какого, того рога, который археологи откопали возле Таганрога: «Подругою Гаврилы была мадам горилла. Она одна грустила и тихо говорила: - Гаврила, о любимый мой, ты всю меня не мой. Ты мой меня частями, любуясь прелестями. Притом и песню пой, но не впадай в запой. Я мыться сроду не любила и в бане банщика убила... С тех пор я в баню не хожу, при слове "баня" вся дрожу, своею грязью дорожу. Тебе потомство я рожу, а самого приворожу. Союз с тобою станет вечен, и брак наш будет безупречен!» – Опять похабщина! - возмутился какой-то пенсионер в штатском. - Куда родители смотрят? – Чему их в школе учат? - возмущалась дама, у которой грачи уже улетели безвозвратно. - Как это отвратно! Мальчик внезапно исчез и без помощи полиции. – Эх, гадёныш, всю затею нам сорвал! ОМОН и младогвардейцы, стоя на безопасном расстоянии, чтобы кирпич или плитка не долетели, радовались успеху у народа нежданного союзника - теперь не надо свою форму и жизнь риску подвергать. А за мирное разрешение конфликта обязательно добрый царь наградит (не дали пищу западным злопыхателям). Народ вяло расходился, чертыхаясь и бросая на широкоплиточные тротуары ненужные лозунги и транспаранты. Запал пропал... А над отступавшими протестантами пролетал, будучи невидимым с помощью новейших папа и мама-технологий, ВВ и приговаривал, грозя сверху пальцем: - Тарзан-Рамзан с Кавказа только и ждёт моего приказа! Глава двадцать третья. Show must go (продолжение). -Шёл дядя, ни на кого не глядя. Дядя шёл к блЯде. Шёл под ноги не глядя, споткнулся и наебнулся. Вот! - Сказав похабную прибаутку, Бабаягиев, обратился к залу: Итак, друзья, продолжим наш концерт, если жюри не против. Кто там на очереди, идите к микрофону! Вышел крепыш не по годам лысый, но без комплексов и... «Утром рано видел барана. Днём в лесу видел лису. От встречи с волком мало толка. Ближе к дня концу встретил овцу. А на дереве дятел от стука спятил. От крика кукушка оглохла на ушко.» – Хорошо, но слишком кратко, хотя, краткость - сестра таланта. Но зафигачте ещё! Крепыш не позволил себя долго уговаривать и зафигачил: «Однажды Сталин съездил в Таллин, зашёл в публичный дом, а их полно кругом. Ему понравилось в борделе - забыл на миг о деле. "Вот нам бы их дома, - смекнула голова. - Их надо бы в Союз, республикой заделать!" Вернувшись восвояси, в Кремль, решил он это сделать. Он маршалу отдал приказ: - Эстонию завоевать, но сделать так, что вроде б сами изволили к нам в сани. Затем он в Латвию поехал. И там домов хватало. Велел он маршалу и их - эстонских вроде мало. Теперь в Литву нагрянул и прям в публичный дом! Теперь табличка на углу - напоминание о том... Так нашей стала вся Прибалтика. Теперь осталась Арктика». -Похвально, молодой, человек, что историю страны знаете, - похвалил ведущий. - Вы откуда будете? – Я бард из Салехарда. – Неужели из такого далека, где жизнь, наверно, нелегка... – Мне сало и хард-рок во всём помог! - Спасибо. Зовите следующего. Следующий тоже не заставил себя долго ждать и оказался женского полу с причудливой молодёжной причёской, в цветастой животрепещущей жилетке, в рваных джинсах и белых кедах, в которых обычно ходят к обеду. «Торчит шея из траншеи. - Башку высовывать опасно! - - полковник рявкнул громогласно - Ты хочешь пулю схлопотать? – Туда-сюда, твою-то мать! - Но я же в каске. Не опасно, - солдат наивно отвечает. - Тебя же снайпер замечает. - Да, что мне он? Я тоже меток! - Сиротами оставишь деток. – - Да холост я пока, -солдатик возражает и снова смелого изображает. Вдруг просвистело и солдат обмяк. И только реет над окопом флаг.» – Хорошо, но странно. Ведь тема не женская. – Я в израильской армии служила. – Ага! Тогда понятно. За то, что служили, что-нибудь на бис. “Положил он ровно в ряд и гранаты и снаряд, а потом пошел в наряд сразу раза три подряд. Часовой стоит в шинели. Сосны все кругом да ели. Кашу всю бойцы доели, А еще просить не смели.» - Очень мило, но разве в Израиле шинели носят? Там же жарко. Да и сосны с елями откуда? – Жарко бывает в бою, а не в шинели. А сосны и ели… для красоты. «Хаву Нагилу» пели, мацУ ели! -Вам виднее. Спасибо. Следующий. - Подожди! Не гони картину, - возник Двухжилов. - Дай нам посовещаться. - Совещайтесь. Тогда антракт. – *** Глава двадцать четвёртая. Повторный визит. ВВ проснулся от невыносимого запаха и собачьего лая. Сунул руку под подушку за именным пистолетом, но проМОРГавшись, решил никого в морг не отправлять. Иван Василич, переливаясь в свете ночника как радужный флаг гей-сообщества, приветственно шевелил губами, не решаясь что-то вякнуть. – Какого х*я, Иван Василич? Опять среди ночи без звонка... – Я в царь-колокол бОшкой стукался, а он, гад, треснутым оказался... При мне был цел как целка. Вы, наверно, расх*ячили... Только шишку на лобяшнике набил. Вон посмотри кака! – Так чего желаете на сей раз? – Хотел свой стишок засандалить. Позволишь? - И вы поэтом заделались? С чего вдруг? – - Послушай, коли ты мне друг. – Валяйте! «Уж полночь близится, а змей всё не ползёт. В тревоге Герман: чем графиню напугать? Не из пистоля же стрелять? Сбежится стража: - Кто таков?! А тут ОМОН всегда готов... Ведь змейкой-то надёжней будет. Старуха как увидит гада, так сразу: - что Вам надо? Картишечки назвать? Извольте! Я в карты резалась с Детсада, и не было со мною сладу. Не детство было, а кураж. (За стенкой буйный храп - то страж). Змеиный хвост возник у шторы. - Мадам,в игре Вы были скоры! Так назовите карты, а то вот эта гадина к вам в ложе будет кладена! - Не надо, Герман! Умоляю! Забыла карты, умираю... - Какого ж хрена мне мозги морочишь и счастья с Лизонькой пророчищь?! - Ах вспомнила я карты, сударь! Лишь на пугайте больше даму, а то кричать я стану: - Мама! Кажись и туз, и тройка , и семёрка! - Ну вот давно бы так! Постойка... Змеюгу всё-таки возьми и под подушку положи. Ведь Клеопатру помнишь? - Да разве всё упомнишь? - Ах, если б у неё был муж, то сразу б он смекнул, что уж.» – - Спасибо, но во-первых я не графиня, во-вторых азартными играми не увлекаюсь, а в третьих: откуда вам известна «Пиковая дама»? Вы же не в том веке прописаны? – Дал на лапу эскулапу и меня в девятнадцатом временно прописали, мандельштамПик в пачпорте поставили,- Грозный стал смущённо тереть ушибленное место. – Мы здесь коррупцию никак не одолеем, а вы взятки даёте. Какой нам пример подаёте! – Больше не буду. А стишок-то, как тебе? Ничего? – Отличный стишок! Уж не у Пикова ли учились? – Нет! Самоучка... – Оперу «Пиковая дама» слышали? – И про «даму» и про «маму» слышал. И с самим Чайковским чаи гоняли у него в Клину всю прошлую зимУ. - Он к вам не приставал? Ведь он того... Нас тут они достали, хоть сам ориентацию меняй или впадай в прострацию!л – Мужеложник штоль? Так мои опричники все такИ! Сорокина «Сахарный Кремль» не читал? Не оторвёсси! Похлеще всякого фауста-патрона вместе с разбавленным шекспиртом будет!! – Нет, не успел. – В софкином приданном есть эта писанина. Из Византии припёрла. Там зачитывались. Все листы заслюнявили и даже порвали... – Дадите, если «на недельку до второго»... – В Комарово? Дам. И сам Ван Дамм тоже просил. – Клод? – Зачитался и весь флот, хотя у нас кораблей ещё не было. – Зачем же неправду говорите? – Извини, старик! От того, что об колокол ёбнулся... – -Поаккуратней впредь. Вы же не медведь. – - Я медведь лишь на треть. – -Может мазью натереть? – - Да хватит п**деть! Царь топнул ногой и исчез. – Ах, б**дь! А ещё книжку обещал. Вот и верь теперь царям. Осмелевший Буцефал покинул укрытие и стал лизать хозяину руку, потом присел, вытянулся орлом как на унитазе и щедро посрал на западно-германский ковёр. «Меркель подарила за мою хорошую службу в ГДР. Она, ведь, в ГаДэЭре родилась до новой эры - когда стена-спина ещё в «ихнем» Берлинске стояла и вродекулитом болела... Со страху, наверное, бедняга! Давно ведь не делал, терпел или при мне стеснялся... Стеснительный пёс уродился, хоть и породистый.» Позову министра уборных и уборОны, пущай уберёт. Не мне же, царю, корячиться. Одно дело - свалка в Балащихе, Это нужно для увеличения электората к предстоящим выборам. И совсем другое - говно собачье убирать. Не царское енто дело, видит боХ!» Глава двадцать пятая. Краткий Поединок в Очень Прямом Эфире-кефире и явление Мефистофеля, любителя картофеля. – Товарищи! В отчётный период СССР продолжал активно проводить ленинскую политику мирного сосуществования и взаимовыгодного сотрудничества с капиталистическими государствами, - пошёл в наступление ГГ (Геннадий Гексагенович). – Пречистая Богородительница! - не замедлил с ответом Патриарх. -Охраняй Свой град (Ленинград). Под Твоею защитою, белой ниткой шитою, он царствует с верою и от Тебя получает крепость, и при Твоём содействии неотразимо побеждает всякое бедствие, берёт в плен врагов, и держит их в подчинении. – В эти годы, - продолжал ГГ, - происходило дальнейшее обострение общего кризиса капитализма. – Помощник и покровитель явился мне ко спасению, - возразил Патриарх. -Он Бог мой, и прославлю Его! – «Какая скука, словно ощенилась сука!» - ВВ в гневе выключил зомбо-ящик и вызвал Мефистофеля. Тот мгновенно материализовался, хотя был без пОртфеля, и начал докладАть - постоянно в транс впадать: - Вы вновь со мной, туманные виденья , Мне в юности мелькнувшие давно... Вас удержу ль во власти вдохновенья? Былым ли снам явиться вновь дано? Из сумрака, из тьмы полузабвенья Восстали вы... О, будь, что суждено! Как в юности, ваш вид мне грудь волнует, И дух мой снова чары ваши чует. Вы принесли с собой воспоминанье Весёлых дней и милых теней рой; Воскресло вновь забытое сказанье Любви и дружбы первой предо мной; Всё вспомнилось: и прежнее страданье, И жизни бег запутанной чредой, И образы друзей, из жизни юной Исторгнутых, обманутых фортуной. Кому я пел когда-то, вдохновенный, Тем песнь моя - увы! - уж не слышна... Кружок друзей рассеян по вселенной, Их отклик смолк, прошли те времена. Я чужд толпе со скорбью, мне священной, Мне самая хвала её страшна, А те, кому моя звучала лира, Кто жив ещё, - рассеяны средь мира. И вот воскресло давнее стремленье Туда, в мир духов, строгий и немой, И робкое родится песнопенье, Стеня, дрожа эоловой струной; В суровом сердце трепет и смиренье, В очах слеза сменяется слезой; Всё, чем владею, вдаль куда-то скрылось; Всё, что прошло, - восстало, оживилось!.. -Хватит! Неча мне лапшу вешать! Скажи, каки-таки обо мне ходят толки-толкинены втихомолку, без умолку. - 80% электората за Вас Ваша Всегалактичность! - Почему не все сто? Чем я хуже чеченского царя, за которого все 120? - Доберём с помощью допросов и пыток! Не волнуйтесь. Все 150 будут! - То-то же... Отгадайка угадайку: - Чем отличается наряд невесты от наряда милиции-полиции? - У невесты одно лицо, а у полиции много. - Молоток! Сообразительный. За это и держу на службе... А как дела у Ай-Ти-ишника, бывшего ГАИшника-хищника, Фауста, патрона твоего? Чо он ещё выдумал? - Придумал, как обходить блокировку в Интернете. – А выведать можно? – Сложно. Если только его выкрасть оттэда и - к нам на Голубянку, в нутрянУю тюрьму, где нУтрии живут в растворе натрия марки «Три Я». Смесь благоприятная. – Писателя Чехова любишь?- неожиданно смодулировал в далёкую тональность ВВ. – Как же не любить. Чехи нашими друзьями раньше были, а мы их в 68м прошлого века танками давили. Помню команду: «Танки расчехлять!» - - -Причём здесь «чехи» и «блять»?- не расслышал император и зачитал собственный стишок на астрономическую тему ( в школе КГБ всегда имел отлично за подсчитывание звёздочек на погонах и в небе): «Астроном известный Браге страстный был любитель браги. Брагу тихо он пивал да светила наблюдал. Как-то раз решил он к браге спирту малость подмешать. За столом сидел один и никто не помешал. Размешав в пробирке жидкость смело он её глотнул... Потеплело на душе, звёзды ярче засияли. "Как приятно это мне! Неужели это я ли?" Поразился астроном, тихо руки потирая: "Вот приятное какое сделал я, смешав напитки". Налил и ещё немного тут увидел он и Бога. - Прекрати своё питьё!- говорит Отец Всевышний. - Да, пожалуй, выпил лишне! Каюсь Боже пред тобой! Грохнулся он на колени, грохнулся и телескоп. линзы сразу потускнели и на сердце туча... -Спирт и брага несовместны! Никогда их не мешай, принимайся за работу, пОтом спину орошай! Кольцо Сатурна как берет надел Создатель на главу и вспрыгнул в лунную карету...» – Давненько было. Тогда служил ямщиком-доносчиком там, в оккупационных войсках, и ходил ещё в носках. – А сейчас на босу ногу? – Я в реке ловлю миногу. – Наловил-то много? – Очень редко теперь ловлю и понемногу... – Послушай-ка стишки моего любимого поэт Пикова про Чехова. Прям торчу от него. – «Чихал Чехов часто - склонен был к простуде. Любил он мясо: возьмёт овцу зарубит. - Чавой-то Вы жестоки так? - соседи возмущались. - Цена овце пятак! (Спросившие смирялись). Точил он по ночам топор, чтоб острый был как бритва. Писателю ведь от того позор, но он читал молитвы. Он грешник был большой. Ночами волком выл... Владел он также и косой, в саду траву косил. Но топором владел он лучше - мог дерево срубить. А если встретит дика зверя, то мог и зарубить... Когда ж он пьесы-то писал? Естественный вопрос. Обычно, как заболевал, когда заложен нос!» Вот и ещё послушай: «Чехов болел чехоткой, а лечился не в охотку. Заразился ею он, когда сел не в тот вагон. Ехал он на Сахалин, остров сопок и долин. Каторжане там его, приняли за своего. - Что ты кхекаешь так, дядя? - вор спросил, в глаза не глядя. - Кашель сей меня замучил, но я в детстве был могучим. Став писателем, ослаб я. - Много написал ты, б**? - Я врачом сначала был, чуть больного не убил... - А за что его ты, батя? - Да он мозг мне за*бати! - Ты писака нервный, значит? - Пожелайте мне удачи. - Потребляй от кашля водку, поезжай теперь в Находку!» – -Понравилось? – - Очень! Жаль, что «чехоткой» болел. – -И ещё напоследок. Вопрос на засыпку: о ком речь? "Вкусней" любой котлетки ему была рулетка. На ней он как на скрипке не допускал ошибки... Но как-то раз продулся в ноль! На пальце выскочил мозоль. Купюры больно аж считать... Решил он пианистом стать. Картёжный стол как море клавиш. Пропал, коль не по той ударишь. Играл он фуги и гавоты, листая деньги, а не ноты. Но вдруг опять продулся в прах. Все игроки вскричали "Ах"! А он в припадок резко бух, и разлетелся денег пух... С тех пор зарёкся он играть, решивши романистом стать. И вот романов прёт поток, прорвавши изобилья рог!» -Может, Герман из «Пиковой дамы?» – Сам ты Герман! Тот застрелился, а этот романы начал строчить как из пулемёта «Максим». – Максим Горький? – Тот романы тоже писал, но речь не о нём. – Может, Лев Николаич? – Он в рулетку не играл, Жену посылал в казино. Она его гонорары, проигрывала и заставляла новые книги писать. Ну-ну, напрягись! Уж «тепло». – Толстоевский? – Молодец! Не зря смрад Отечества в ноздри впускаешь и деньги за то получаешь... Ну, ладно! Заболтался я с тобой, дружок! И ешшо стишок на посошок: «Интернет «нет» и интернет «да» подружились навсегда. Не разлей теперь вода...» - Конец сам досочини. Езжай в Сочи, если здесь нет творческой мОчи! Свободен! «Ну и царёк у нас нОнче. С большим приветом от тёти Светы (Алилуевой!) , - мрачно заскрежетал мыслью Мефистофель и вспомнил, что на даче забыл посадить картофель. «Покушения плачут по такому царьку как по снесённому Собяниным ларьку.» Господин Автор, прекратите высасывать из пальца ахинею и бредятину! Если иссякли, выключите компьютер и идите погуляйте пока погода не испортилась. Глава двадцать шестая. Король Лир был ювелир. ВВ пригласил к себе знаменитого арбатского мальчика и попросил его почитать что-то из Гамлета с любого места, знакомого мальчику с раннего детства. Мальчик охотно задекламировал: Король Хоть смертью брата Гамлета родного Полна душа и всем нам надлежит Печалиться, а королевству в скорби Избороздить морщинами чело, Но ум настолько справился с природой, Что надо будет сдержаннее впредь Скорбеть о нем, себя не забывая. С тем и решили мы в супруги взять Сестру и ныне королеву нашу, Наследницу военных рубежей,[5] Со смешанными чувствами печали И радости, с улыбкой и в слезах. При этом шаге мы не погнушались Содействием советников, во всем Нам давших одобренье. Всем спасибо. Второе. Королевич Фортинбрас, Не чтя нас ни во что и полагая, Что после смерти братниной у нас Развал в стране и все в разъединенье, Возмнил такое о своей звезде, Что надоел нам... -И здесь «надоел», - прервал ВВ чтеца и утёр слезу-егозу. Извини, что прервал! Продолжай! ...требуя возврата Потерянных отцовых областей, – -Я же им Крым вернул! Чего ещё? Теперь хотят Аляску... а не хотите пляску (святого Витта, например!) Неблагодарные! Читай, извини старика. – Которые достал себе по праву Наш славный брат. Вот вкратце что о нем. Теперь о нас и сущности собранья. Тут нами извещается в письме Король норвежцев, дядя Фортинбраса. По дряхлости едва ли он слыхал О замыслах племянника. Мы просим Пресечь их в корне, так как войско сплошь Из подданных его и их содержат На счет казны. Письмо мы отдаем Вам, добрый Вольтиманд, и вам, Корнелий. Свезите старцу-королю поклон. Мы вам не расширяем полномочий. Держитесь в совещаньях с ним границ, Дозволенных статьями. Поезжайте. Готовность докажите быстротой. – Мальчик умолк,устав, хотя помнил Устав. Стал быстро уставать. Замучили корпоративами. Туда-сюда зовут. Стал нарасхват похлеще Сердючки и ШурЫ-мурЫ, а то и самого Киркора Попкорнова, славе покорного. Но зато и семья перестала нуждаться и даже приобрела «Лексус». Теперь на концерт - не на метро, а папа возит на машине... Мальчик посмотрел на слушателя. Тот вздрагивал всем телом, рыдая. Добрый пёс пытался его лизать во все доступные места. – Василь Василич, - пролепетал мальчик неуверенно. - Ой, извините! Валентин Валентиныч. – Не обращай внимание на царские нюни. Всё скромность проклятая! Так и хожу в полковниках до старой жопы. Другой бы давно себя сделал и генералом, и маршалом, а то и генералиссимусом как один мой усатый предшественник, а я... скромность проклятая раньше меня родилась. Вот, мальчик, не бери с дяди пример, иначе так и останешься в неизвестности, как говорил композитор, автор «Чёрного кота»... хотя тебя уже начинают всюду звать. Только плохо, что налоги с корпоративов не плОтиш, - заговорил в плакальщике государственный муж. - Скажи отцу, чтобы заполнял налоговую декларацию, а то фининспекция нагрянет... Ну, это я так... Не обижайся. Да теперь чо-нибудь весёленькое, - подобие улыбки осветило царский лик, а пёс изрёк громкий одобрительный рык. «Публику пугает Галкин: - Выйду замуж за Неё! - Ты не Галкин, а Нахалкин! Это тело не твоё, - отвечает ему зал. - Кто тебя Ей навязал? - Не допустим, чтобы Нашу, Ту, которой нету краше, охмурил такой болтливый и на сцене суетливый! Уж на что Филипп Киркоров! Тот, хоть ростом с целу гору... Тоже Ей не угодил, а ведь в тЯтр Её водил. А Она того Шекспира страсть боится как вампира. Черномордина Отелло уж глядеть Ей надоело! А Филипп Ей: - Ну, пойдём, в оперетту сходим. Мы обычно, как придём, шороху наводим... - Что, Филипп, ко мне пристал? Выпей малость иль напейся! Ты, к тому же, толстым стал и с любовью уж достал - больше не надейся! - Ты жена мне или кто? Как же без любви я? - Задолдонил ты про то... Вспомни про Софию... - Про Софию, что столица? Там знакомые всё лица! - Нет. Я про певицу. Про певицу, про Ротару, ту, что нравится татарам. - За Ротару долго ехать. Тут поблизости есть Пьеха. - Софка мне ведь конкурентка да и бабка тоже. Хорошо, что вижу редко их морщинистые рожи! - Ты сегодня не в себе - зла на целый мир. Переполнен каждый зал - ты навек кумир! - Я вот Галкина люблю, как родного сына. С детства нравится мне запах только керосина... - Твоё детство трудным было: ты дрова колола. Редко продавалось мыло. В школе ты от скуки выла, чепуху порола... - Это ты откуда знаешь? - Ты сама призналась. - Злить меня уж начинаешь. - Алла, ты зазналась. - Ну, кака тебе я Алла? Что за фамильярности? Так давно уж не бывало, чтоб довёл до ярости! - Ах простите, извините, Алла вы Киркоровна! - И теперь на "вы" зовите, а машины - поровну. На развод сама подам, лимузин тебе отдам! - У меня же "Хаммер" есть - лишнего не надо! - Будешь "сникерсы" ты есть в полную усладу! Надо же - в семье скандал. Склока закипела. На концерт он опоздал и она не пела... Галкина Филипп решил вызвать на дуэль! С выстрелом-то поспешил. Прыгнул тот за ель. Пуля впилася в кору, не неся ущерб врагу. Дерево-то жалко как - промахнулся как дурак. Галкина теперь черёд пулю выпускать. Вышел смело он вперёд, чтоб с врага взыскать. Но хитёр был наш Максим: он в кустах припрятал настоящий пулемёт "Максим"! Филькин секундант заплакал. Так погиб бы наш Киркоров, весь изрешечёный... Отсырел, на счастье, порох, кем-то подмочЁнный! Явно тут Её проделки: пожалела бывшего... Не случилось перестрелки - валят на Всевышнего. Так остался целым Волк и жива Овца. Что бы вам ещё сказать для красного словца? Чтоб свинец не пел над ухом, Киркоров меры предпринял: гранатомёт купил он "Муху", на пушку "Хаммер" обменял!» Глава двадцать cедьмая. Всё про мост (интернет-справка). И «Боинг». Битва при Ватерло́о — последнее крупное сражение французского императора Наполеона I. Битва явилась результатом попытки Наполеона вернуть себе власть во Франции, утраченную после войны против коалиции крупнейших европейских государств и восстановления в стране династии Бурбонов («Сто дней»). В качестве противника Наполеона выступила европейских монархов. Ватерлоо (нидерл. Waterloo) — селение на территории современной Бельгии, в 15 км от Брюсселя, на большой дороге из Шарлеруа. На момент сражения территория современной Бельгии была в составе Королевства Нидерланды. Сражение произошло 18 июня 1815 года. Прусские войска называли также это сражение сражением при Бель-Альянсе (нем. Schlacht bei Belle-Alliance), а французы — при Мон-Сен-Жан. Мост Ватерлоо (1940) Waterloo Bridge • Продолжительность: 108 мин. • Жанр: Драма, Мелодрама, Военный. • Страна: США. • Режиссер: Мервин Ле Рой. • Сценарий: Роберт Э. Шервуд, С.Н. Берман ... » • Продюсеры: Сидни Франклин, Мервин Ле Рой ... » • Оператор: Джозеф Руттенберг. • Композитор: Херберт Стотхарт, Лев Фридман ... » • Премьера в США: 17.05.1940 ... » • Качество: DVDRip • Звук: Профессиональный многоголосый Во время воздушной тревоги в Лондоне, на мосту Ватерлоо, знакомятся и влюбляются друг в друга молоденькая балерина Майра и красавец-офицер, лорд Рой Кронин. Он просит её руки, она даёт согласие, но внезапно его отсылают на фронт. За роман с военным строгая преподавательница исключает Майру из балетной труппы, а вскоре в одной из газет в списках погибших она видит фамилию Роя. Отчаяние, безденежье и безработица приводят несчастную на панель. Но Рой возвращается, он не погиб, а был ранен и попал в плен. Он вновь просит руки Майры, она соглашается, но потом понимает, что с таким прошлым не может выйти за него замуж... • В ролях: Вивьен Ли, Роберт Тейлор, Люсиль Уотсон, Вирджиния Филд, Мария Успенская, С. Обри Смит, Джанет Шоу, Джанет Уолдо, Штеффи Дуна, Вирджиния Кэрролл, Leda Nicova, Флоренс Бэйкер, Марджери Мэннинг, Фрэнсис МакАйнерни, Элинор Стюарт ... » Вот вам исчерпывающая информация о Ватерлоо, из чего следует, что в обоих случаях это не река. В первом — селение в Бельгии, где был разбит Бонапарт; во втором — название моста в Лондоне. Река Темза всегда оставалась для Лондона дорогой, соединяющей город со всем миром и способствующей его процветанию. Мать рек английских, она так же любима британцами, как россиянами великая Волга. С Темзой связано немало преданий и легенд, а ее роль в жизни города бесценна. Рекой лондонцы пользовались как средством сообщения, сооружали на ее берегах предприятия и склады, на внешний вид которых, впрочем, обращалось мало внимания. Появляющиеся один за другим лондонские мосты служили не только для связи берегов, но и придавали реке романтичный торжественный вид. Всего Темзу обрамляет 30 мостов, среди которых — поражающие воображение архитектурные шедевры и стандартные металлические конструкции. Один из них в сознании соотечественников и жителей других стран связан не столько с Великобританией, сколько с соседкой-Францией. Это знаменитый арочный мост Ватерлоо, связывающий Вестминстер и Ламбет. Им любовался российский император Александр I во время приезда в Лондон, а художники Джон Констебл и Оскар Клод Моне увековечили мост в своих работах. История создания моста Ватерлоо Символично, что современный мост Ватерлоо открыли в 1945 году триумфальной победы над режимом захватчика Гитлера. Он был сооружен на месте одноименного моста, построенного в 1817 году и названного в честь поражения в 1815 другого завоевателя — Наполеона. Старый мост строился шесть лет, он был выполнен из гранита, включал 9 арок, разделенных греко-дорическими двойными колоннами, и до 1878 года был платным. В свое время Ватерлоо считался одним из красивейших европейских мостов. После строительства выяснилось, что первоначальный проект, созданный архитектором Ренни, был неудачен. Мост постоянно приходилось ремонтировать, что выливалось расчетливому городу в круглую сумму. Кроме того, разрушение в 1865 году Старого лондонского моста привело к изменению течений вокруг опор Ватерлоо и постепенному разрушению его пирсов. Поэтому в 1878 Ватерлоо национализировали, открыли для бесплатного пользования. Но это не помогло — к 1884 году по опорам моста пошли трещины. Демонтировать конструкцию и заменить гранит металлом удалось лишь спустя 40 лет. Но гранит не пропал даром. Его использовали для строительства монументов (например, в новозеландском Веллингтоне из него построили памятник собаке). В 1920 году мост закрыли с тем, чтобы возвести новый. ВВ закрыл справочник, сладко зевнул и погладил Буцефала. Пёс дружелюбно завилял хвостом. «Теперь хоть всё прояснилось с этим мостом, - подумал император и осенил себя дзюдоистским крестом. Что же там, на «Ухе Тоски», врали эти две словоохотливые дамочки, вводя слушателей в заблуждение? Нужно вызвать их редактора и поставить ему на вид. Он внешне как царь Давид на нищенской пенсии, с неуправляемой копной седых волос, целомудренно незнавших и непризнававших расчёски (свидетельство цельности натуры — насрать на нормы приличия и вкусы окружающих!) Да ну их к лешему! Почитаю-ка на ночь любимого Пикова.» «Древне-историческая печенего-половецкая летопись.» Ага! Вот уже что-то исторически серьёзное. Почитаем. «Печальна нега Печенегов, Печально небо Печенежье. Медвежья нежность Печенежья Похуже львиной дружбы. - Чем дождь, так лучше сушь бы, - Промолвил печенег, Не раскрывая век. Заснул он в неге Как все другие печенеги. А половцы тем временем не спали. Они за день не так чтобы устали. Они ловцы, и печенежьи овцы – жертвы их. Давно уж печенежий лагерь стих. - Нигде не видел я овец, - Изрёк вернувшийся пловец. Он из реки как глыбу Тащил большую рыбу. - На ужин рыба нам сгодится. Ух, и холодная водица! На печенегов половцы в поход отправиться хотят. Разбить и полонИть их как котят. Зачем вы в неге, Печенеги, Объевшись мясом, Обпившись квасом, Заснули у костров И не расставили постов? Забудьте вы о неге, Печенеги! Пора вам защищаться от врагов. Опасность уж близка, Ленивая Луна низка. И вот уже рассвет из солнечного воска лепит день, а вам и защищаться лень. У Истра Берега ребристы От оврагов – Преграды для врагов. У Истра Воды быстры, Стрелисты, Лучисты. И опереньем белым пены Украсил ветер гребни их. Да будьте, печенеги, смелы! Напали половцы внезапно...» Пёс тревожно зарычал и запахло несвежими фекалиями. Оторвал взгляд от страницы. ОН стоял и хмурил брови. - Вот и на нас татарин также напал, окаянный!- тявкнул Иван четвёртый. – Откуда знаете содержание? – У тебя за спиной леветировал и прочёл. – Опять, ебёна мать, в неурочное время. – В дневное занят- интервью, пресс-конференции, партийный съезд, встречи с избирателями... Ни одной свободной минуты. – Кто же у вас интервью берёт? – Как Хто? Басурманские корреспонденты разные с вражьих голосов. «Голос Америки», «Би-Би-Си», радио «Свобода». – И о чём спрашивают, если не секрет? – Да про тебя в основном? – Почему ко мне не обратятся? – Боятся! – Ведь Грозный вы, а не я. – А ты коварный, говорят. Считают, что можешь в Сибирь упеч или, и того хуже, голова с плеч. – Мы смертную казнь давно отменили... Подождите-ка, послушайте, я стих дочитаю. – Послухаю, зачти. «И, не доев и пол овцы И печень не дожарив, печенеги с ними в бой вступили. До этого в усладу пили. Теперь же стало как в аду: Тетивы луков взвыли И в воздух копья взмыли. - Да мы ли это были? – Вскричали печенеги, Стряхнув остатки неги. Повсюду слышен стон и визг, Потери неизбежны. Жестокий «половизм» Терзает «печенежность»! – Тяжко было печенегам бедным! Мы уже пушкарей имели, а они по-старому - копья да луки - одни лишь муки. Хотя и мы им пользовались от лени и скуки. – Я вас в прошлый ваш визит об одном щекотливым деле спросить хотел да забыл. – - Спроси. Я щекотки не боюсь. – Нас хохлы обвиняют, что мы «Боинг» сбили... – Хто таков? Батыя знал и Бони М, а Боинга нет. – - Такой ковёр-самолёт многоместный, не тесный... – Чем били? Скалками пыль, поди, выбивали? – Нет, не пыль. На нём люди летели и все погибли. – Мы ж на коврах не летали, токмо на стены вешали (от кочевников научились) и на пол клали, как тута у тебя. Я из без ковра могу. Слыхал про левитацию вопреки гравитации? – Про Левитана слышал и про коллективизацию, а про... – -Кака клевета и ликвидация? Глянь! И царь по-английски, не попрощавшись, исчез, оставив лишь зловоние как наследие векового прошлого. Прошла минута, вторая, третья, но на ковре больше никого не стояло. – Вот, б**дь! Так и не узнал про «Боинг». Да, как ему объяснишь? Опять мне только сон испортил. Наконец, умолкнувший Буцефал радостно тёрся о ноги хозяина. Глава двадцать восьмая. «Бук» и фейсбук Народные умельцы ( Лившиц и Левенбук из «Радио-няни» )подсуетились и замастырили невиданные доселе Неосознанные Летательные Ошмётки (НЛО), названные «Буками-подлюками», которые успешно сбивали всё, что летает (и птиц, и насекомых, и воздушных змеев) за исключением лишь тех, кто «рождённый ползать, летать не мог» и Бох ему не помог! Почему «Буками»? В честь появления на Руси первых «Букварей» ещё при Иване-чёрте Четвёртом. Он лично курировал проект как позднее Лаврентий Палыч ядрёную курчатовскую бомбу. Иван-чёрт лишь курировал, но не курил, потому что курение и наркоту позднее завёз с Дикого Западу некто Пётр, ставший в глазах потомков преувеличенно Великим. Кстати, он ещё приучил россиян прорубать форточки в избах топором и непременно в западном направлении, куда регулярно закатывалось на ночлег Очень Красно (иногда, впрочем, напрасно) Солнышко. Через эти форточки повадились дети бояр и госдумцев-недоумцев убегать на Запад, с понтом учиться, а на самом деле просить политического убежища как надёжного для спасения жизни прибежищА, счастья ища. Их назвали «невозвращенцами-отщепенцами» и отлавливали с помощью специально засылаемых на Запад ловцов-спецов, а по возвертании казнили на Лобном месте ударами топором в лоб (от этого и название места). Теперь осталось разъяснить и второе словечко - «Фэйсбук». Это совсем не то, о чём вы подумали. И «ихний» Цукерберг здесь не ко двору. Всё проще, но необычней, хотя сразу и не допрёшь. Это искажённое заклинание при пуске «Бука» - «Взвейсь, бук!» Постепенно «взвейсь» исказили до «фейс», чтобы язык не ломать да так и закрепилось. Вот таким макаром (от любителя беспризорников Макаренко или пистолета «Макаров») для любителей Википедии, педиков, медиков и прочих граждан с нормальной ориентацией, паспортизацией, диспансеризацией и вакцинацией любой нации. «Бук» — это не «Град», не Ленинград и не виноград (раньше был ещё Целиноград). И, тем более, не НЛО «ихнее» какое-нибудь, не ЭнЛэОшадь какая-нибудь — сплюнуть не забудь - и не некое говно, что живёт в Люблино. Оно и ни в кого не влюблено..., Пожалуй, хватит стебаться, а то станем заикаться. Но к серьёзному вернуться, значит опять к Грозному прикоснуться... Вот и прикоснулись, и как ВВ проснулись, и улыбнулись. Перевыборы скоро. Телозрители и Огородные артисты (Вливанов, Смехалкин, Промзон и другие — имя им легион как Столыпинский вагон) говорят, что и небеса и сам БоХ, который всё видит, хотя людей ненавидит, считая их самым неудачным своим проектом, напуская катаклизмы-для котов клизмы, велит «итить» по четвёртому кругу, надеясь встретить новую подругу. Вот справка для любознательных из Википедии для педиков, медиков и прочих граждан с нормальной ориентацией, паспортизацией, диспансеризацией и вакцинацией любой нации. «Бук» — это не «Град», не Ленинград и не виноград (раньше был ещё Целиноград). И, тем более, не НЛО какое-нибудь, не ЭнЛэОшадь и не гавно, что в Люблино. Оно и не влюблено..., Пожалуй, хватит стебаться, а то станем заикаться. Но к серьёзному вернуться, значит опять к Грозному прикоснуться... Первый в истории России памятник царю Ивану Грозному, открыт в Орле 14 октября 2016 года. За годы царствования Ивана IV на старых поселениях и в городах были основаны крепости, среди них Алатырь, Арзамас, Архангельск, Болхов, Венёв, Козьмодемьянск, Орёл, Чебоксары, Чернь и многие другие. Были присоединены три монгольских царства — Казань, Астрахань, Сибирь. Имя Ивана блистало на . Губернатор Орловской области Вадим Потомский ( (почти Погромский. Какая завидная похожесть! ) заявил, что Иван Грозный не убивал своего сына. «Иван Грозный однажды сказал: "Я виновен в смерти своего сына, потому что вовремя не отдал его лекарям". Когда они ехали в дороге и он заболел, они ехали из Москвы в Петербург (Петербург был основан в 1703 году, спустя 119 лет после смерти Ивана IV )», — сказал Потомский К чему бы это?), комментируя планы по установке в Орле памятника царю. В июне, по данным «Московского комсомольца», губернатор утверждал, что факты о царе были намеренно искажены. «Про Ивана Грозного вся Россия знает одно: Иван Грозный убивает своего сына. Никаких доказательств этому нет. Есть научный факт: всю семью Ивана Грозного отравили ртутью», — подчеркнул Потомский. (Хорошо, что не полонием!) По наиболее популярной версии, Иван Грозный убил своего сына Ивана во время ссоры в ноябре 1581 года. Однако существуют и другие гипотезы гибели царевича. Глава двадцать девятая. Опять поэты и не только. Наше затейливое повествование приближается к своему естественному завершению - мысли крушению, поэтому снова дадим слово поэту, который, как известно, по выражению одного великого поэта, «поэт в России больше, чем поэт!» Но куда больше? Может, больше в Польше? Но туда добираться дольше, так что, не будем… и о Польше забудем и в здравом уме пребудем. Итак, к стихам, к которым неравнодушен, моясь под душем, бывает и хам! . На зелёном том бульваре, где Руси Поэт стоит, стихотворцы бушевали - кто из них главней пиит? Одного зовут Вишневский, а другого - Дмитрий Быков. Первый пишет юморески, а второй - романов циклы. Юморист лицом-то строг, но весёлые усы. Прежде, чем жевать творог, утром встанет на весы. Он следит за весом строго, потому и тощ, и худ. Да и днём шагает много, точно по пескам верблюд. Хоть Вишневский словом краток, но по смыслу очень ёмок. В детстве всё играл в пиратов, за косы таскал девчонок. Быков, тот пешком - ленится, потому и грузен телом. Коль верхом бы на кобыле поскакать - вот это дело! В детстве тихий был порой. А общался с детворой только школьною порой. Всё читал до дыр. Да любимых книг герой - добрый Мойдодыр! И ходя под стол пешком, баловался уж стишком. Как высокое сопрано в нём нутро запело рано. В "Пионерскую ли правду", В "Комсомольскую ли ложь" Он писал про всяку падлу, получить рискуя нож... А Вишневский, тот без риска. Шутка - сладкая ириска! Новых веселя "принцесс", накопил на "Мерседес" Как узнал о том Димон, так и об пол - телефон. - Людям я не угодил, коль в толстЫх всю жизнь ходил? - Он худой, и пишет быстро, но ведь слаб для "Монтекристо"? Я же тОлстый как Дюма, и с палатою ума. - Я роман о Пастернаке зафигачу за присест. (На день заперся в бараке. Только пишет и не ест!). Он на конкурс свой роман без стеснения отправил. И наполнился карман - наконец, дела поправил! - А теперь "Жэ-Жэ" пишу. Три "лимона"! Не тужу. И о Горьком бы балладку, как ему жилось не сладко... У Вишневского непруха. Слёзы на листок упали. "Мерседес" вчера угнали, загуляла и супруга! Он за Быкова отмщён и к Дантэсам приобщён! На зелёном том бульваре, где Руси Поэт торчал, двое пьяных танцевали. - Я главней! - худой кричал. Забавный поединок как стоптанный ботинок. Не правда ли? Волгоград и не Вот, наконец, и раскрылось подлинное имя поэта, прикрывшегося «веером» псевдонима Фима Пиков. А второй, его противник, под своим настоящим именем, автор кратчайших афоризмов-стишков, очень метких и едких как дым дешёвой папиросы «Беломор». А кто данную писанину состряпал?- предположителен естественный вопрос. Это история умалчивает и не будем домогаться: кто ды кто? Чтобы не нарваться на широко распространённый ответ: конь в пальто! Но это мягкий, так сказать, вариант «light» как и дамские сигареты. Вместо «коня» обычно употребляется (бля!) более сокрушительное х... Понимаю, что пора сменить пластинку или СиДи-диск (сиди, не ворчи и терпи, читатель!). Меняем, тем более, что «Бентли» на «Майбах» лишь на переправе не меняют. Так что, сменим наш «Мосвич-420» на «Волгу», за которой в не столь отдалённом прошлом в очереди стояли подолгу... *** В России практиковался способ четвертования: осуждённому отрубали топором ноги, руки и затем голову. Так были казнены Тимофей Анкудинов (1654), Степан Разин (1671), Иван Долгоруков[источник не указан 2321 день] (1739). К такой же казни был приговорён Емельян Пугачёв (1775), однако ему (как и его сподвижнику Афанасию Перфильеву) сначала отрубили голову, а потом уже конечности. В 1826 году пятеро декабристов были приговорены к четвертованию; Верховный уголовный суд заменил его повешением. Это был последний приговор о четвертовании в России. Другая казнь путём разрывания (размыкания) тела пополам, отмеченная в языческой Руси, заключалась в том, что жертву привязывали симметрично за руки и за ноги к двум склонённым друг к другу связанным молодым деревцам, а потом соединение перерубали и отпускали. При разгибании деревьев тело наказуемого разрывалось пополам. По византийским источникам, так был убит древлянами князь Игорь в 945 году за то, что хотел дважды собрать с них дань. По другой версии, князя Игоря древляне догнали и закололи кинжалом. На заседании Думы приняли единогласное решение: нейтрализовать ярого врага отечества Моисея Подвального, казнив публично на Злобном месте, чтобы иным, выскочившим из подвалов и из черты оседлости с наганами, подобно ураганам, неповадно было захватывать власть и переустраивать Россию. Способ казни выбрали в традициях предков, детали и подробности вычитав в Википедии (спасибо врагам, что создали такой источник информации). Второго провинившегося, по настоянию РПЦ и лично госпожи Погромской, решили выслать на родину его предков, в Израиль. Он долго скрывал подлинную фамилию (Рэби), прикрываясь безобидным псевдонимом Учитель. Теперь честь царя-великомученика Николая будет спасена. Что касается первого преступника, то исполнить казнь вызвались три очаровательных дамы: Погромская с косой, которой траву косят, Зазулина с пилой «болгаркой» и мадам Мировая с альпинистским топориком, которым когда-то доблестный Меркадер (Меркель ему не родственница) злодея Троцкого замочил (инструмент взяли на прокат в Историческом музее и обязались вернуть по исполнении). И вот торжественный момент настал, но об этом в следующей главе. Потерпите... Глава тридцатая. Аутодафе и освобождение Всё готово для торжества. Младогвардейцы приволокли упиравшегося злодея с повязкой на глазу и приковали к ограде Злобного места. Площадь полна телОзрителй, приученных великим Махаловым видеть нелицеприятные зрелища с матом и мордобитием в его рейтинговых программах «Пусть сквернословят- радость ловят!» На Мавзоленине, как и положено, все члены поллитрбюро «Любимой России». Погода благоприятствует любви к зрелищам - тепло не по-московски, а по ташкентски. Солнышко включили на полную катушку, от ушка до ушка, и разогнали с помощью новейших технологий назойливые облака. Звуковое прикрытие осуществляют два выдающихся музыканта прошлого и современности: альтист Юлий Паштет и виолонЧленист-миллионер, Подлюгин-дружбан ВВ (имя забылось). Играют отрывок из нетленного произведения великого грузинского композитора Гоги Канчеладзе «Стикс», которое небезызвестный режиссёр, снявший культовый фильм «Касса», не расслышав, принял то ли за «Сикс», то ли за «Секс» (смотрите первую главу). Но простим ему тугоухость — с кем не бывает, когда в ухе серная пробка-зараза образуется. Итак все в сборе и раздаётся третий звонок... смартфона ВВ. – Алло, это Вован? – Он самый. – Хеллоу! Это я, Трам-пам-памп. – Очень рад. Слушаю вас. – Хочу взять на поруки твоего Подвального, а взамен отменю санкции. Как ты? Согласен? – Ну, что ж берите... Баба с возу- кобыле легче! – Сейчас подъедут наши цэрэушники из посольства забрать его. О кей? – О кей! Трус не играет в хоккей! Пусть подъезжают и забирают ко всем чертям собачьим! – -Бай, бай, Вован! – - Бывай, Пам-пам! Связь прервалась и ВВ радостно крикнул в микрофон: - По техническим причинам представление отменяется! Но зато... (сделал томительную паузу) с нас санкции снимут... Расходитесь граждане, расходитесь! Толпа недовольно взвыла, но, услышав про отмену санкций, смирилась (хоть не зрелищ, так хлеба) и начала быстро рассасываться как застарелый синяк под воздействием новейших мазей, компрессов и технологий. Недовольными остались лишь три гос-дамы из госдумы. – Что теперь будут с этой косой делать? На даче траву косить? Так там подневольные солдаты-первогодки косят. Те, которые от армии косили, но комиссия не поверила. – А я куда с этой пилой? Мужа штоль пилить? Так я и без пилы пилю! – И мне на хрен нужОн, чем Меркадер был вооружён, этот топорик? В горы, на ледники не собираюсь... Только зря с музеем договаривались... Согласитесь, что сейчас не до стишков. Закончим роман без них, «под сухую». Порадуемся, что так вегетариански закончилось. Прям так хорошо как в пробке стоять на Хорошевском шоссе! 18 - 30 июнь 2017. Когалымсква, бывшая Москва. С – – © Георг Альба, 2017 Дата публикации: 30.06.2017 15:01:56 Просмотров: 1715 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |