Сотворение героя
Николай Тарасов
Форма: Миниатюра
Жанр: Проза (другие жанры) Объём: 3469 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
«Господи, просвети тьму мою». «Ина слава луне, ина слава звёздам». Собственные тексты мнимо близкой давности, где всё просто и ясно сердцу, где человечность языка читабельна и честна каждой строчкой… его же и удручали, да он ничего не мог с собой поделать; таков, по существу, стался разнузданный императив: грубо говоря – фаталистически несло не туда, где миллионы похожих друг на друга творений, начиная с наскальных низов и высот Платона, но… в сторону изморожено-изнеможенной пустоши, где не было ни засеянных семян сути, ни мёдовых сот смысла, где, прежде всего, не было читателя – благодарного и проникшегося соразмеренными ему поделками автора. Таланты: у творца их есть, степеней и видов разных, но и одного достаточно, чтобы выглядеть неадекватным – для толпы; если ты стал подозрительно нормален для других – значит, что-то сталось и с твоим талантом. На круг писчебумажной чаши фонтана, в которой живой статуей плещется истомленный алфавитом Поэт, слетелись розовощёкие ангелы в золочёных перьях от Паркера. Над ними, – там, в вышине, сквозь клочья буквенного тумана, – слышен трубный глас Истины: - Всё – кич, срам, самолюбование…. - Да, – возражает он ей. – Я знаю, но как иначе? Мир строк не строг, в нём изобилуют токующие растлители в римских тогах, приветствующие в творениях уродство и убийство, дьяволиаду и забвение богов, и ничего святого в них – одно зудит: алкать молвы, не злата даже – но славы! - Не ангелы подле тебя, вглядись же….Сии, отнюдь не праздно порхающие, – вовсе не прихлебатели с Парнаса, они – критики, санитары… С талантом не рождаются: им заполняют пустоты; это труд, как и всякий другой, требующий навыков и усилий. Но ежели ты совсем уж гениален, чего ни с кем быть не должно, то сие безумие не лечится... Нынешняя психастения выводит Поэта навстречу серебряной покровительнице, властно нависшей над вечным покоем сомнамбулической схоластики. Прости его, прошлое… Платонов огонь размышлений о небытие проникает на торфяники воинственно-родового литовского захолустья, на стога Полесья его мирных польских предков, высвечивая голографические образы, рождающиеся в дымах памяти. - В глаголах твоих – деланно густо и тем пустынно, едва ли не темень и без надлежащей искры – выговаривает сочинителю Моисей, его дед по маме, крещённый под золочёно-луковыми головками Христа и сгинувший в пиявочной воде советских запруд 37 года. – Домотканая наша геральдика проста есть: сермяга и ты, гой, стоящий ныне с лампадкой на телеге текстов и внимающий проносящемуся мимо, всяк освящённому экспрессу… Изыщи горение в себе! Человек весь или отчасти состоит из противоречий: чем больше у него их, тем он менее весь. На воздвижение или возврат целостности хватит ли жизни? Роятся искрами его ностальгические сны, – под стук колёс, по долинам и по взгорьям красного оплота, – плывут к свинцово-седовласому морю, к блистательной бирюзе заливов и девственной чистоте бухт. Пока ещё – не как в жертвенном корыте, плещет в нём нерестовая рыбина – остров Сахалин. Ещё молчит колокол, но гудит надрывный маяк над скитом переселенца – гудит маетно и обречённо… Отвергающий ристалище завтрашнего, ты наново в благом былом, – ревностный разносчик казённого кегля, новеллист пройденного, полной мерой не испытанного и расторопно додуманного, путешествующий иллюстратор сомнительных приключений, рафинированный поклонник имажинизма, злостный зануда и баловень женщин – в одном лице… лице соучастника своего героя. © Николай Тарасов, 2019 Дата публикации: 08.11.2019 19:10:29 Просмотров: 1350 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |