Сверх-достоевщина
Юрий Тубольцев
Форма: Рассказ
Жанр: Антиутопия Объём: 8361 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Сверх-достоевщина Загадочные анаграммы - Я убил человека. - Я знаю, это нерассказанная история. - Почему? Достоевский в «Преступлении и наказании» об этом рассказал. - А ты, я понял, хочешь обыграть этот сюжет круче, чем сам Достоевский? - Да! - Я тоже когда-то хотел быть писателем, но стал редактором, потому что каждому – свое. Но твоя первая строчка романа не выстрелит. Людям нужен развлекательный контент. Пиши что-нибудь попроще. - Я уже встал на этот путь. Первая строчка написана. Буду продолжать. - Хорошо. А сколько ты можешь танцевать без перерыва? - Не знаю! - Ну пойдем в клуб, танцевать. Но редактор меня обманул, в клуб мы пошли не танцевать, а знакомиться с девушками. Редактор, вместо того, чтобы редактировать мой роман, стал два-три раза в неделю приглашать меня в клубы, чтобы искать случайные знакомства. Я сразу сообразил, что надо писать роман про клубные тусовки и общение на дискотеках. Так я написал повесть «Как не познакомиться с девушкой». А через полгода меня вызвали в милицию. - Ты убил человека? – спросил меня милиционер. - Нет, Раскольников! – ответил я. - Ты Раскольников? – спросил меня милиционер. - Я писатель! – засмеялся я. Оказалось, что мой редактор был следователем, а мою первую строчку: Я убил человека, он принял за признание и решил натравить меня на знакомства с девушками, чтобы подтвердить свою версию о маньяке. Чтобы доказать следователю, что я писатель, я показал, что у меня есть еще и стихи, а не только планы будущих романов. - А почему в твоих стихах анаграммы? – спросил следователь. - А что такое анаграммы? – удивился я. И следователь засмеялся. Вдруг появился новый редактор, который стал со мной писать стихи. - Ты тоже следователь? – спросил я у нового редактора. - Нет, я не следователь! Я масон! В твоих стихах – анаграммы. - А что такое анаграммы? – удивился я. И редактор засмеялся. Он решил, что я – тоже масон и стал проверять, из какой я масонской организации. Но потом оказалось, что никакой я не масон, а анаграммы в моих стихах – это просто случайные совпадения. Так я открыл новый закон – закон совпадения любой информации с любой информацией. Оказалось, что в любом случайном тексте есть какой-то ключ, который случайно совпадает с каким-нибудь другим ключом, просто потому, что информация так устроена, что все на свете со всем сочетается и совпадает. - Задай мне любой вопрос! – сказал я следователю. - А теперь открой любую книжку на любой странице, и ты найдешь ответ на этот вопрос. - Это называется гадание на книгах! – засмеялся следователь. - Если ты ищешь в моих стихах анаграммы, они всегда случайно совпадают по этому закону совпадений, что все со всем совпадает. - Ха-ха-ха! – засмеялся следователь. Но все равно продолжил выяснять, откуда у меня в стихах анаграммы. - Я уже сказал, что анаграммы в моих стихах случайные совпадения. Но если ты настаиваешь, то я могу попробовать объяснить. Может быть, это просто игра слов, которая возникает в процессе написания. Когда я ищу нужные рифмы или звуковые сочетания, иногда случайно получается анаграмма. Но это не имеет какого-то особого значения или скрытого смысла. - Интересно, - задумчиво проговорил следователь. - Но все же, у меня остается ощущение, что в этих анаграммах есть что-то большее. Что-то, что ты не хочешь мне рассказать. - Нет, нет, я уверяю тебя, это просто совпадения. Я сам иногда удивляюсь, как они получаются. Но они ничего не значат. Следователь задумался на мгновение, а затем вздохнул и сказал: - Ладно, я тебе верю. Но будь осторожен с такими "случайными" совпадениями в будущем. Они могут вызывать подозрения. Я кивнул, понимая, что следователь имеет в виду. Но в то же время, я не мог отказаться от мысли, что эти анаграммы действительно имели какой-то скрытый смысл. Возможно, это было знаком судьбы или просто случайностью. Но одно было ясно - эти загадочные анаграммы стали частью моего писательского пути и оставили свой след в моей жизни. И кто знает, может быть, эти анаграммы еще вернутся в мою жизнь и раскроют свои тайны, всему свое время. * Писатель или вампир? - Девушка, а можно с Вами познакомиться? - И Вам до сих пор интересна эта тема? Вы же со мной сто лет назад знакомились, на балу? - Ааааа! Девушка, извините, я стал вампиром! - А я нашла смысл жизни в творчестве! Ладно, еще через сто лет встретимся, поговорим! Ыыыыыыыыыы! Кстати, я помню Вашу первую строчку Вашего романа, подражания Достоевскому: Я убил человека. Вы же хотели быть писателем? Ааааааааа? - Ыыыыыыыыыыы! - Так Вы дописали Ваш роман? Аааааааа? - Девушка, какой из меня писатель. Я же говорю, я вампир! - Ну, посмотрим, может, Вы передумаете и еще через сто лет опять станете писателем! Ыыыыыыыы! - Ыыыыыыыыы! И так, прошло сто лет. Обещанной встречи не состоялось, а рассказ обычного писателя превратился в настоящую историю про вампиров. Но что-то сильное внутри меня мешает мне этому поверить. Да, я стал вампиром, но какая причина у меня отказаться от моей страсти - словесного искусства? Книги, рассказы, романы - они стали для меня пищей, душой и смыслом жизни. И даже если с течением времени голод вампира затмил мои творческие побуждения, они всегда оставались где-то глубоко внутри меня. Однажды, гуляя по ночным улицам, я заметил свет в окне одной книжной лавки. Внутренний голос подсказывал мне зайти, и я поступил так. Когда я проходил мимо полок с книгами, мое сердце стало биться все чаще и чаще. И тут я увидел ее - прекрасную молодую девушку, сидящей в кресле с книжкой в руках. Мы оказались наедине в этом маленьком книжном уголке, и я решил поговорить с ней. - Девушка, а можно с Вами познакомиться? - спросил я, но ответа не дождался. - И Вам до сих пор интересна эта тема? Вы же со мной сто лет назад знакомились, на балу? - ответила она, не отрывая своего взгляда от книги. Я был поражен. Неужели она помнила меня? Мои воспоминания вернулись к тому ужасному вечеру столетней давности, когда я познакомился с такой непривлекательной, но загадочной девушкой. Тогда я был обычным молодым писателем, стремившимся к славе и признанию. - Ааааа! Девушка, извините, я стал вампиром! - сказал я, снова пытаясь привлечь ее внимание. - А я нашла смысл жизни в творчестве! Ладно, еще через сто лет встретимся, поговорим! Ыыыыыыыыыы! - она покачала головой и улыбнулась. Но я не хотел так просто отпустить ее. Ведь она помнила меня, помнила мою первую строчку из романа, мою жажду стать великим писателем. - Кстати, я помню Вашу первую строчку Вашего романа, подражания Достоевскому: "Я убил человека". Вы же хотели быть писателем? Ааааааааа? - прошептал я, надеясь на ее реакцию. - Ыыыыыыыыыы! - она засмеялась, и я почувствовал, как мои клыки незаметно выросли. - Так Вы дописали Ваш роман? Аааааааа? - спросил я, подходя ближе. - Девушка, какой из меня писатель. Я же говорю, я вампир! - ответила она, все еще улыбаясь. - Ну, посмотрим, может, Вы передумаете и еще через сто лет опять станете писателем! Ыыыыыыыы! - я сжал кулаки, и мое писательское перо стало отрастать. - Ыыыыыыыы! - ее смех окатил меня, и я почувствовал, что что-то во мне меняется. Так мы расстались в этот день, но что-то глубоко внутри меня поменялось. Я снова почувствовал ту страсть, которая двигала мной в прошлом. Жажда слов, жажда историй овладели моими мыслями, как и жажда крови. И я понял, что потомственная проклятость не должна перечеркнуть страсть к писательству. Таким образом, через сто лет я вернулся к своему старому роману. Я дописал его, но вдохнул в него поток новой энергии, непостижимой для смертных. И когда настало время показать мою работу девушке из книжной лавки, я был уверен, что мой путь - это искусство слова, а не жажда крови. Она сделала мне комплимент, пораженная изменившимся романом. Ее глаза сияли от восхищения, и я понял, что моя решимость была верна. - Вампир-писатель, - прошептала она, и я улыбнулся. - Да, вампир-писатель. И я никогда больше не собираюсь отказываться от своей страсти, - ответил я, прикладывая руку к своему сердцу. И так, я стал вампиром-писателем. И хотя одной страстью мне приходится пожертвовать, я знаю, что мои слова живут вечно, и это - настоящая бессмертность. А та девушка оказалась моим отражением в зеркале. Девушек было много. Я стоял между двух зеркал. И тут им подали чеснок в салате, и их начало плющить. (с) Юрий Тубольцев © Юрий Тубольцев, 2023 Дата публикации: 08.08.2023 13:07:45 Просмотров: 583 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |