Горький вкус свободы
Дмитрий Маршалко
Форма: Рассказ
Жанр: Фэнтэзи Объём: 39012 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Морок открыл глаза, в небольшой оконный проем тускло светили звезды и луна, где-то на улице прохаживались бригады рабов; остальные мальчишки мирно посапывали на соломе. Все как обычно, не считая нового охранника, занявшего злополучный и многострадальный скрипучий стул. Надзиратель был довольно-таки молод, для своей профессии, седина едва коснулась его висков. Видимо когда-то он был нерадивым слугой или нерасторопным пажом, ныне угодившим в немилость хозяина. Сегодняшней ночью новый надзиратель непременно начнет наводить свои порядки и обязательно устроит показательное представление с проявлением своей власти и силы. Так было всегда. Вдруг двери барака распахнулись, в проеме появилась озадаченная белесая физиономия. - Ты чего дрыхнешь, Могар?- прошептал тюремщик, приблизившись к спящему надзирателю. - А…, что…?- подскочил Могар, осматриваясь вокруг. - Вставай, говорю,- прибавив громкость, сказал тюремщик,- Ночь на дворе, пора за работу приниматься. - Верно,- собравшись с мыслями, серьезно произнес надзиратель,- Ты иди Шарен, я уж тут как-нибудь сам… - Ну, смотри приятель, если что я тут, совсем рядом,- кивнул альбинос и ушуршал восвояси. Могар подошел к мальчишкам, толкнув Морока в бок. Раб подскочил на ноги как ошпаренный, подбежал к стене и прислонился к ней спиной, как предписывали правила. - Не бойся сынок,- доброжелательно сказал надзиратель, - Ты лучше скажи мне, кто тут у вас главный…? - У нас главных нет,- утвердительно завертел головой Морок. - Хорошо, спрошу по-другому,- задумался Могар,- Кто из вас лидер… заводила… - Я...,- тихонько выдавил Морок, закрыв глаза. - За мной,- скомандовал надзиратель и вышел наружу. По мощенному камнем проспекту прогуливались стражники и несколько подвыпивших тюремщиков, они о чем-то эмоционально спорили, и по - всему, похоже, скоро дело дойдет до рукоприкладства. Надзиратель повернул в небольшой переулок и остановился. - Дальше пойдешь один,- шепотом сказал Могар, вытащив из небольшой сумочки черный плащ,- Повернешь налево, потом снова налево, понял… Морок молча забрал плащ. Благодарно кивнул. Надзиратель тяжело вздохнул, похлопал мальчишку по плечу и поспешил удалился… Маленький раб привык выполнять команды без лишних раздумий. Он прошел по переулку, уткнулся в стену крайнего дома, повернул налево, добрался до центральной улицы и остановился, решив приблизительно оценить ситуацию... Центральный проспект уходил на восток до самых ворот, неужели от него хотят избавиться…? Но выбора нет..., а возвращаться в барак и ждать неминуемой смерти он был определенно не намерен… Морок укутался в плащ и еле слышно потопал по дороге. Возле ворот стояла какая-то женщина, она сделала несколько шагов навстречу, убрала капюшон с лица мальчика и долго всматривалась в черты его лица. Потом почему-то заплакала, схватила Морока обеими руками и поволокла в сторону. В итоге он оказался в смердевшей повозке, набитой трупами. - Лежи тихо,- с нежностью сказала незнакомая женщина и поспешно удалилась, также как надзиратель. , - подумал Морок,->. Он пролежал в неудобной позе до рассвета, руки и ноги затекли, хотелось встать и осмотреться, увидеть, наконец – то драгоценное солнце и чудесный день... Ворота со скрипом отворились; двое стражников подошли к повозке. - Нынче многовато…,- задумчиво протянул скрипучий голос. - Ага…,- поддакнул сиплый,- Чего стоишь, покатили… Через несколько долгих минут Морок почувствовал, как его взяли за руки и стащили с повозки, бросив с уступа; больно ударившись головой, он приоткрыл глаза. Маленький раб оказался в огромной яме. Вокруг него лежали смердящие трупы, заполнившие овраг почти на половину … Поднявшись на ноги, он походил немного, осмотрелся, попробовал выбраться, но тщетно, руки едва доставали до пучков травы, свисающих вниз на добрый метр... Все, это конец… Мальчик лег на спину и закрыл глаза,стараясь дышать ртом. Однако мерзкое зловоние, которое витало в воздухе не давало покоя ни на секунду. …Прошло несколько часов. Невыносимо сводило спазмами желудок, в голове стоял какой-то странный гул, а руки и ноги не хотели слушаться хозяйской воли. К полудню Морок погрузился в неспокойный сон. Когда он очнулся, была уже ночь, вокруг суетились какие-то волосатые люди, бегавшие на четвереньках… Кехланы не обращали внимания на Морока, они были заняты важным делом. Предстоял дележ добычи. Молодые самцы демонстрировали свою силу и ловкость, подпрыгивая в воздух и кружа на месте, заодно поглядывая на волосатых самок, прятавшихся в соседнем лесочке. Седовласые каннибалы не отставали от своих более молодых соплеменников, будучи умудренными жизненным опытом они только злобно порыкивали и вертели головой, выражая презрение к выпендрежно-показным потугам молодняка. ,- размышляли стариканы. Однако на этот раз молодежь разошлась не на шутку. Один из двадцатилетних самцов прыгнул на самого дремучего старика и схватил его пятерней за редеющий пушок на голове, смачно плюнув на лысину, что было самым пошлым оскорблением, какое один Кехлан мог нанести другому. Престарелый каннибал завопил от обиды и ярости, закрутился волчком на месте, но как ни старался, скинуть обидчика не удавалось... На помощь подоспели остальные старики. Общими усилиями, спустя несколько секунд напряженный борьбы, наконец – то сбросили малолетнего нахала на землю и принялись за него сообща, стараясь вырвать побольше курчавых волос с макушки. Молодежь выла от ярости, но оставалась на месте, они до сих пор побаивались старших собратьев, колотивших их бесчисленное количество раз исключительно ради воспитательного процесса. Вой погребенного под кучей волосатых седых тел был страшен. Он молил о пощаде..., и все же старики не унимались. Немного погодя молодые Кехланы все же сообразили, что на воспитательную работу происходящее действо явно не тянет. Собрав остатки воли в кулак, они кинулись на собратьев скопом и принялись раскидывать их в стороны. Потасовка продолжалась недолго. Молодежь лихо расправилась с узурпаторами. Старикам пришлось позорно прятаться в лесу и ждать, пока молодняк остынет. Больше всех досталось, конечно же, зачинщику, но он стоически переносил боль и не торопился зализывать раны. Сегодня он наглядно показал племени, что обладает безудержной яростью и смелостью, доказав что достоин быть вождем… Молодые Кехланы визжали до самого утра, воздавая почести своему новому предводителю. Урат в свою очередь гордо взирал на соплеменников и размышлял о будущем. Один из старейшин как-то рассказывал ему о древних временах, когда Кехланы поклонялись богам хаоса. - гордо вещал старец. На сегодняшний день племя Кехланов развалилось на части. Небольшие горстки волосатых людей жили отдельно друг от друга. Воюя между собой за охотничьи угодья. Постепенно каннибалы переходили на животную пищу, но и не брезговали человечиной, когда представлялась такая возможность. Однако у них не было сильного лидера, способного объединить племя под своим началом… И все же чаяньям молодого вождя не суждено было сбыться... Засвистели стрелы с черным оперением, разя Кехланов без разбору. Волосатые тела повалились наземь, корчась от боли. Немного погодя, на небольшую поляну вышли воины в стальных доспехах, со знакомой Мороку геральдикой. Щиты бойцов Цитадели украшал серп. Это были солдаты личной гвардии императора, элита Варгов, действующая по приказу Треннока, первого министра и личного советника безумного государя. Страшные воины безжалостно добивали раненных каннибалов, отрубая конечности и головы. Карательная экспедиция искала сбежавшего раба. Поступившийся законом надзиратель Могар и женщина, организовавшая побег Морока были преданы пыткам в канцелярии палачей. Заодно с ними казнили , вывозивших трупы за пределы Цитадели. Мальчик закрыл глаза и приготовился к смерти… Однако воины прошли мимо, увлеченные своим занятием. Заприметив седовласых каннибалов, прятавшихся в лесу неподалеку, каратели решили сперва утолить жажду крови, нарастающую с каждым шагом. Они рассредоточились и взяли местность в окружение. Сегодня мало кому из Кехланов удастся выбраться из мясорубки невредимыми. Жнец прислал слуг, дабы собрать свой урожай… Морок полз по-пластунски, стараясь не задеть ни одной сухой веточки или стрелы. Невыносимо хотелось есть. Через несколько часов, он услышал тарахтение колес дилижанса. Впереди раскинулась грязевая дорога, по которой жители страны Ореган путешествовали между северными провинциями. За прошедшие века популяция ореганцев выросла в десятки раз. Богатый флорой и фауной южный континент не мог более прокормить людей. Повальный мор и голод уничтожили не одну тысячу южан. Правитель империи Ореган, Архибал Милостивый собрал экспедицию, принудительно загнав людей на галеры, и выслал на север, дабы создать и обжить новые колонии. Не все получилось гладко, неприспособленные к суровому климату южане погибали сотнями от неизвестных болезней. Но шли года, ореганцы обрели иммунитет к болезням и адоптироваться к условиям северного континента. Новые города постепенно вытесняли дикие племена Кехланов к границам Варгов. Сталкивая давних врагов в кровавых стычках. - Прр,- скомандовал кучер гнедой лошадке, и повозка остановилась,- Ты кто таков будешь? Морок не понял ни единого слова и замер на месте, боясь пошевелиться. - Теперь ясно, ты из Цитадели,- приветливо улыбнулся возница, - Во всяком случае, на волосатого каннибала ты не похож. Давай в повозку, второй раз предлагать не буду. Морок догадался, что незнакомец не желает ему зла, сделал несколько неуверенных шагов в сторону дилижанса и неловко присел рядом с возницей. - Вот так-то,- буркнул кучер и залихвацки присвистнул. Повозкой управлял уже немолодой человек, по имени Занил, он прибыл на северный континент еще мальчишкой, в качестве первопроходца, помня свою растерянность и беспомощность при виде чужих берегов. Будучи простым крестьянином, он не унывал от безысходности и честно тянул свою лямку, ежемесячно выплачивая налоги лорду Орланду, суверену императора Архибала. Когда он заприметил затаившегося в траве Морока, то не мог проехать мимо. В робком испуганном мальчишке он увидел себя, каким он был много лет назад. Не сказать, чтобы Занил был добрейшим из людей. Напротив, он считался самым наивреднейшим скрягой на улице скотоводов, раскинувшейся в отдаленных предместьях городка Долынхара. Крестьянин направлялся в деревеньку Шитрандир, северо-восточную колонию ореганцев, чтобы обменять две дубленных шкуры быка не сено. В приморском городке трава росла скудная, поэтому скотоводам время от времени приходилось совершать рискованные поездки по карашской дороге, рискуя попасть в неприятности. В окрестных землях шныряли Кехланы и нередко даже богатые купцы с серьезной охраной не возвращались обратно в Долынхар. Также доходили слухи о нападении безжалостных рыцарей в стальных латах, но очевидных доказательств пока не было, посему предъявить неопровержимые обвинения соседям не представлялось возможным. С Варгами империя Ореган уже давно не имела общих дел. Южане уважали силу Цитадели, стараясь обходить соседей стороной, не пересекая невидимых границ двух сильнейших империй. Караш оставался в тени, его граница проходила севернее, и пока, (со времени основания колоний на северном континенте), общение южан с карашцами оставалось на уровне взаимного невмешательства, что вполне устраивало султана Архибала и суверена Орланда. На дороге показался патруль. Ополченцы в кожаных одеждах неумело держали в руках копья и вилы. Их лица выражали плохо скрываемое недружелюбие. - Стой!- с вызовом бросил человек с длинным мечом, по всему, похоже, местный лидер. Агрессор держал меч уверенно и непринужденно. Занил нехотя натянул поводья, нашарил рукой метательный нож и решил прорываться с боем. Потому как существовала определенная вероятность, что перед ними стоят отнюдь не ополченцы, а обычные грабители с большой дороги. - Спускайся на землю!- выразительно повел рукой агрессор. Как по команде остальные ополченцы окружили повозку и подняли копья, метя аккурат в туловище Занила. ,- оценил свое положение крестьянин, окончательно удостоверившись в том, что миром ситуация не разрешится. Морок тоже не сидел, сложа руки, он схватился за одно из копий и что есть сил оттолкнул древко в сторону. Занил в свою очередь метнул нож в лицо главаря и звучно щелкнул вожжами. Лошадка резво затопала копытцами, высекая искры из дорожных камней, и понесла повозку в Шитрандир. До деревни оставалось не более часа пути. Немного погодя дорога начала петлять, Занил пытался остановить испуганную лошадь, но гнедая несла их все быстрее и быстрее. Обода скрипели от натуги, грозясь лопнуть в самый неподходящий момент, когда впереди показался крутой подъем вкупе с опасным поворотом. - Прыгай!- скомандовал крестьянин, - Ну же…! Морок от страха вжался в сиденье и потерял дар речи. Он видел только мелькавшие вокруг деревья и старался не выпасть из повозки, крепко вцепившись руками в сиденье. - Ах, черт, совсем забыл,- в сердцах ударил себя по лбу Занил, схватил мальчика за шиворот и рванул в сторону. Пролетели они несколько метров и благополучно брякнулись оземь в зарослях можжевельника. Очухался,- тормоша Морока, произнес Занил,- А теперь топай-ка вперед, до деревни рукой подать… Мальчик в недоумении показал на дорогу. - Да - да все верно,- для пущей убедительности подпихивая плечом мальчонку, закивал Занил. , - топая пешочком, раздумывал немолодой крестьянин, - За поворотом показался кривой перекошенный забор, добрались, слава богу. - Занил…?!- как обычно вопросительно поприветствовал староста, недобро косясь на Морока. - Он самый,- крякнул крестьянин и добавил, показав пальцем на мальчика,- Привел вот... - Деревенька у нас маленькая…, - заюлил Столан,- Места для своих не хватает.… С чего это ты взял, что у нас тут приют для бездомных? - Да ладно тебе, первый день, что ли приятельствуем,- отмахнулся Занил,- Хорош корчиться…, мальчишка побудет у тебя пару месяцев и точка, тогда будем считать, что ты мне ничего не должен... - А что он делать умеет…?- переменил тему староста, ненароком заголив пятерней верхние зубы Морока,- Зубы в порядке…Лады... Марш на кухню! - Ты погодь командовать,- перебил старосту Занил,- Не местный он, языка нашего не понимает. - Так-так,- брезгливо скривил губы Столан и сделал шаг назад, - Значится он из этих… Мохнатых чоли.… Ан укусит ешо. - Не боись, старый ты проныра,- шутливо бросил крестьянин,- Скорее всего он из Цитадели убег… - Неплохой ты мне подарочек подкинул,- опасливо завертел руками староста, будто отмахивался от чего-то,- Приедут евоные дружки и спалят мою деревеньку… Тудыть - растудыть. - Не дрейфь, старина, никто за ним не приедет,- насмешливо хмыкнул Занил,- Беглый он... - Ну смотри Занил, твое слово пока что для меня вес кое-какой да имеет,- облегченно выдохнув произнес староста, вытирая со лба холодный пот,- Слыхал, шо на дорогах нынче творится? - Столан, тудыть - растудыть,- передразнил старосту крестьянин,- Имей совесть. Проводи гостей в дом, а потом уж выспрашивай... - Виноват,- ретировался староста,- Проходи в горницу, чайку попьем да покумекаем… Деревня Шитрандир насчитывала сорок домов, в основном люди здесь занимались земледелием и мукомольничеством. Небольшая горная речушка давала достаточно энергии для жерновов единственной мельницы, возвышающейся на небольшом природном холме западной границы деревеньки. За последние пять лет неизменным старостой являлся Столан - скупой седеющий ореганец, выходец с южного континента, непонятно каким ветром занесенный в такую глушь. Видимо скрывался он от кого-то или закон, какой нарушил. Но здесь, в лесу, у простого люда не возникало крамольных мыслей задавать лишних вопросов по этому поводу. Столан был царем здешних земель, без его ведома не совершалась ни одна сомнительная сделка, и не грабился ни один проезжий купец. Простоватый на вид староста мог обмануть кого угодно, или ввести в заблуждение, засыпав льстивыми речами представителей властей, если оные проезжали мимо поселения. Занил уже давно заприметил, как на приятеля посматривают местные воришки, однако предпочитал молчать и не задавать ненужных вопросов, а староста в свою очередь не лез в душу крестьянина. Морока пока определили в сарай, подкинули ломоть сыра и крынку молока, а сами уселись за столом в гостиной. Дом старосты представлял собой прочное сооружение из бревен. Облицовкой грешить безымянные строители не решились, климат все равно не позволит долго жить тонким отделочным материалам, крайне восприимчивым к перепадам температуры; до сих пор облицовочные плиты и дорогие ткани импортировались через океан с южного континента. Три комнаты были обжиты хозяйской семьей и двумя помощниками. Детей у Столана не было. В небольшой пристройке устраивали челядь, количество коей у старосты постоянно менялось. Он набирал бездомных мальчишек, давал им приют и требовал тратить большую часть дня на помощь в хозяйстве. Мальчишки вырастали, получали кое-какие навыки и переезжали в прибрежный город, где порой некоторые из них неплохо обосновывались. Интерьеру гостиной Столана мог позавидовать любой городской воротила или купец. Неброский дубовый стол отличался искусной работой мастера и добрым запасом прочности. Подогнанные под прямыми углами древесные волокна как бы срастались между собой, образуя единую ткань. Стулья были сработаны подстать дубовому столу. Хозяин дорожил сим комплектом мебели и приглашал на обед только действительно дорогих гостей. Занил впервые восседал за столом старосты, понимая, что хозяин пригласил его в дом не ради того, чтобы обсудить происшествия на дорогах, а показная простота речи была всего лишь игрой, чтобы отвлечь собеседника от скрытых намерений. Освещалась гостиная россыпями свеч, игриво поблескивавших в больших стеклянных подсвечниках, стоявших на шкафах и тумбах. - А ты никогда не думал рвануть подальше от соседства с Кехланами и Цитаделью?- издалека начал разговор староста, разливая пиво по простым деревянным кружкам. За столом молча, сидели двое помощников Столана и изредка бросали на гостя пытливые взгляды. Жена старосты куда-то заблаговременно запропастилась, чтобы не мешать муженьку вести дела. - Ты знаешь, я как-то не думал об этом…,- расплывчато ответил Занил, недоверчиво осматривая честную компанию. - Ладно, хорош в словоблудстве соревноваться,- опрокинул залпом остатки пива хозяин и продолжил,- Ты я вижу человек дельный, да и я тоже в сарае отсиживаться не буду.… Предлагаю тебе совершить путешествие на нашу историческую родину... Эти ребятки, - кивнул староста на помощничков,- Отправятся с нами. Как ты на это смотришь? - Положительно,- немного расслабившись, произнес Занил, по крайней мере, убивать его никто не собирался,- Только вот я так понимаю, что ты не просто ради забавы в компаньоны меня определил... - Верно,- слегка обнажив зубы в хищной ухмылке, сказал Столан,- Ты живешь в приморском городке, значится, имеешь среди моряков приятельские отношения. - А ежли нет…?- скупо выдавил крестьянин. Один из помощников старосты чуть приподнялся из-за стола, в руке его блеснул металлический предмет. - Спокойно Конь…,- осадил Столан,- Не дергайся раньше времени. Занил просто проверяет нас, правильно я говорю…? - Есть у меня парочка знакомых среди морских волков, - недобро улыбнувшись, протянул крестьянин, достав из кармана метательный нож, завернутый в кусок мешковины,- Мне нужно как минимум пять дней. - У тебя есть три,- отчеканил староста, показно развалившись на стуле. - Хватит,- коротко согласился Занил. - Приятно вести дела с понятливыми людьми…,- подливая пиво в опустевшую кружку, произнес Столан,- Познакомься, это мои друзья – Конь и Шляпа. - Забавные у вас имена,- чуть не прыснул от смеха Занил, но сдержался. - Что поделаешь, - развел руками староста,- Прошлое их тоже более чем необычно. - Я воровал коней,- гордо заявил один из помощников, отправив кинжал в потайной карман. Внешность его была неприметной: зеленые глаза, как у большинства ореганцев, курчавые волосы пепельно-серого цвета, взбитая фигура, средний рост и невыразительное лицо с густыми бровями. - А я срывал шляпы с богатых купцов и как видишь, до сих пор жив,- слегка поклонился невысокий человек, сидевший справа от Столана. Его внешностью можно было смело наделить сборщика налогов. Глаза Шляпы буравили насквозь, будто требовали сатисфакции за причиненный ущерб, странный серо-голубой цвет только добавлял им прозрачности и целеустремленности субъектно-объектных отношений. В остальном он был подстать своему напарнику, те же пропорции и расцветка. - Теперь можно и отобедать, - перевел разговор в нейтральное русло староста. Обсудили великосветские темы, насколько это было возможно для провинциалов, живущих вдали от действительно важных политических событий, происходивших во дворце султана южного континента. Прошлись по купцу Бейруту, купившему две галеры вместе с командой, вспомнили о первых днях, проведенных на чужих берегах, и разошлись по комнатам, чтобы хоть немного поспать, до рассвета оставалось каких-то пять часов. Наутро Морок проснулся от странного звука, исходившего от небольшого волосатого комка, стоящего на четырех лапах подле топчана. Забавная зверюга долго обнюхивала мальчика, пока он не кинул ей остатки сыра. Бывший раб привык оставлять съестные заначки на черный день. Пес нехотя пожевал желтый твердый кусок с пресноватым вкусом и убрался восвояси, махнув грязным хвостом на прощание. К Мороку зашел Занил, кинул на топчан заношенную походную одежду из грубой войлочной ткани и удалился, скрипнув дверью. ...Мальчик расхаживал по дому Столана, находясь в абсолютном одиночестве. Хозяйка куда-то запропастилась, оставив вяленое мясо и крынку молока на столе. Они почти не общались, Морок попытался пару раз скопировать ореганские слова, понимая, что получается это у него из ряда вон коряво, но ответа не последовало. ,- подумал мальчик, совсем не обидевшись на пустой взгляд и холодную улыбку. Долгие месяцы единственным собеседником мальчика был грязный дворовый пес, по кличке , его причудливый хвост постоянно волочился по земле, собирая кусочки дерева и объедки, вываливаемые в компостную яму, где пес обычно находил себе пропитание. Год выдался не урожайный, пищи хватало едва-едва, чтобы не помереть с голоду. Из Долынхара более не приезжали купеческие обозы. Доходили слухи, что город разрушен Кехланами, объединившимися с Цитаделью. Деревенька захирела без продовольственных поставок практически за несколько месяцев, дичи в округе становилось все меньше, а дикий зверь не забредал в здешние края уже лет как десять. Местные жители не жаловали Морока, однако, попривыклись со временем и приняли его как данность. Временами с мальчиком беседовал тучный паренек по имени Олав, хотя полноценным разговором это было трудно назвать, однако Морок хватал все налету, постепенно сплетая ореганские слова во фразы. Олав в свою очередь старался выучить язык Варгов, у него получалось не в пример хуже, чем у приятеля, мозг которого походил на губку. Но времени у них было достаточно и скудное общение к осени переросло в сносные разглагольствования на отвлеченные темы. Завязалась дружба, скрепившая двух изгоев невидимой нитью, прочность которой будет проверена самой жизнью. Время шло, ремни затягивались все туже, ничего интересного не происходило; вот уже поздняя осень сменилась холодными зимними вечерами, заставив друзей укрываться в хлеву, подле веселого костерка. И все же им не было скучно. Как и все подростки, они строили далеко идущие планы и грезили о больших свершениях. - Обожди немного Морок,- немного картавя, изъяснялся на языке Варгов Олав,- Пройдет пару лет, и мы, собрав армию ореганцев, ворвемся в твою Цитадель и покажем тамошним троглодитам... - Ничего не выйдет Олав,- перебив друга, пессимистично парировал Морок, - Для начала мы должны научиться, хотя бы сносно держать в руках мечи... - Ты погодь Морок, вот придет весна, свожу тебя в кузню…,- с глуповатой улыбкой продолжал Олав, как обычно не обративший внимания на невеселые слова приятеля,- дядька Ровло подарит нам по мечу и покажет, как им управляться. - Было бы здорово…,- недоверчиво протянул Морок. - Да ну тебя,- махнул изрядно похудевшей за последние полгода ручищей Олав,- И помечтать не дашь… - Тихо…,- подставив к губам палец, шикнул Морок,- Слышишь…? - Чаво слухать то? – настороженно приподнимаясь, спросил Олав, понимая, что приятель не шутит. - На улице кто-то возиться…,- вполголоса продолжил маленький Варг. - Точно,- согласился ореганец,- Может хозяйка вернулась? - Нет Олав, это точно не она,- отрицательно заявил Морок,- Первое время я только и занимался тем, что сидел и слушал звуки разные, и уж поверь мне, шаги хозяйки я ни с чем не перепутаю. - И верно, не похожи эти звуки на шаги,- задумчиво протянул Олав и снова обратился в слух. - Уходим…,- коротко бросил Морок, опустился на землю и по-пластунски пополз к двери. Олав прихватил мешочек с тушкой небольшого рябчика, закинул на спину короткий лук, колчан со стрелами и послушно следовал за приятелем, полагаясь на его отменное чутье. Во дворе залаял пес, чуть позже раздался крик ужаса, быстро утихший, и снова воцарилась зловещая тишина, время от времени нарушаемая чьей-то возней. Друзья преодолели добрую половину двора, до спасительной калитки оставалось каких-то несколько метров. Олав облегченно выдохнул, поднялся на ноги и толкнул калитку носком запыленного сапога, хотел было выйти, но что-то заставило его оглянуться. ,- помимо воли вырвалось у ореганского подростка. Морок распахнул незакрытое окно и с ужасом смотрел на изуродованное тело женщины, хоть любезностью она и не отличалась, и все же пищи не жалела для приемыша Столана, да и работать много не заставляла. Молодой Варг потерял чувство осторожности и не увидел, как к нему со спины приближался волосатый каннибал, слюна которого обильно сочилась через открытый в предвкушении обеда рот. Мальчик услышал предостережение приятеля и дернулся вправо, и все же Кехлан уже был слишком близко. Каннибал сделал стремительный прыжок, пролетел метра три, оттолкнулся руками от балки и впечатался ногами в плечи Морока, опрокинув его на землю. Сильные пальцы терзали спину мальчика, ногти резали кожу, углубляясь в плоть, еще немного и короткая жизнь бывшего раба прервется навсегда… Олав вытащил стрелу; что есть мочи, натянул самодельный корявый лук и отпустил тетиву…, жало хищно разрезало воздух, глубоко вонзившись в плечо увлеченного разделом добычи каннибала. Кехлан по-поросячьи взвизгнул, инстинктивно схватил рукой древко, поломал его, потом рывком выдернул наконечник. Повертев головой, нелюдь отыскал глазами Олава, опустился на четвереньки и бросился к закрывшейся калитке, снеся ее с петель. Морок повернул голову, увидев, как Кехлан оседает на землю, разрубленный от головы до торса. Немного погодя он заметил расплывающиеся очертания рыцаря в черных доспехах, на плечах спасителя развивался плащ, являя взору ненавистный серп, глубоко засевший в памяти еще со времен младенчества. Большего мальчику увидеть не удалось, сознание вырвалось из тела и унесло его чистую душу ввысь… Неожиданно странный полет прекратился, Морок почувствовал, что кто-то волочет его по земле, по спине переливались невыносимые волны боли. Когда мальчик уже не мог терпеть, а в горле застрял крик терзаний, его, наконец- то оставили в покое. Открыв глаза, он увидел двух рыцарей: все те же черные доспехи и пресловутая геральдика с изображением серпа. - Ты зачем притащил этого щенка?- с укором и презрением спрашивал один рыцарь у другого. - По-твоему я полный сострадания идиот, притащивший мальчишку сюда из добрых помыслов…?- парировал собеседник. - Что-то не припоминаю я за тобой подобного…,- примирительно хмыкнул стоявший справа от Морока, приподняв забрало. Рыцарь был стар и морщинист. Мальчик с трудом представлял сего старца с мечом или на коне. Но вопреки всем законам природы, он живенько вложил меч в ножны и по-молодецки размял затекшие плечи. В его движениях не проглянула и толика немощи или усталости. - А ты приглядись к нему повнимательней…,- прошипел собеседник и сделал несколько шагов к распростертому на траве Мороку. - Хм, ты прав он не местный…,- задумчиво протянул старик. - То-то и оно…,- поучительно крякнул рыцарь, так и не удосуживавшийся поднять забрало, тем самым грубо нарушив одно из правил придворного этикета Цитадели. Морок чувствовал себя скотиной на рыночных торгах. Его оценивающе вертели в разные стороны, внимательным образом обсуждая цвет волос и особенности телосложения… Неожиданно сие занимательное действо прервал звонкий удар. Один из рыцарей накренился в бок, покачался немного в разные стороны и рухнул на землю, издав странный шипящий звук. Немного погодя и второй повторил ту же композицию. Перед глазами мальчика появилась добродушно ухмыляющаяся физиономия Олава: - Вставай дружище! Нам пора отправляться в дальний путь…! - Опять ты за свое…?!- перебил оптимистичные излияния Олава голос с хрипотцой,- Говоришь так, будто мы отправляемся на пикник или на экскурсию по местным достопримечательностям! - Дядька Ровло…,- обидчиво залепетал детина. - Дядька Ровло, Дядька Ровло,- кудахтал кузнец,- Куда ж тебя денешь мечтатель недоразвитый… - Да знаю я, знаю,- добродушно отмахнулся Олав,- Впереди много испытаний и еще больше недоброжелателей. - А толку что знаешь…,- не унимался кузнец, уперев руки в бока,- Учишь тебя учишь…Эх… - Идти то можешь Морок?- спросил Олав приятеля. - Да вроде бы…,- расплывчато ответил юный Варг, стараясь не вскрикивать от боли, которая до сих пор нещадно терзала спину, с каждым шагом усиливаясь и пронзая нервную систему тысячами раскаленных игл. -Ладно, идем в кузню…,- ворчливо бросил Ровло, - Етить мя в горн… Деревеньку Шитрандир окутали клубы дыма, даже у скептика Ровло отвисла челюсть, когда он увидел родное поселение терзаемое огнем и волосатыми нелюдями, разрушившими небольшой мирок в одночасье. Олав яростно сжимал в руках черенок лопаты, которым он отходил рыцарей Цитадели, а Морок на несколько мгновений даже забыл о растерзанной спине, молча созерцая гибель деревеньки. Из оцепенения мальчишек вывел кузнец, рванувшийся вперед как молодой жеребец, охваченный весенним гормональным приливом. Ровло обогнул поселение с восточной стороны, подбежал к своей кузнице и выбил двери мощнейшим пинком, чего уж тут осторожничать, когда скоро его детище превратиться в тлеющие огарки. Наковальня мирно почивала на громадном ясеневом столе. В углу на добротных металлических петлях, вогнанных в практически ровные без зазубрин стены, висели щипцы и зажимы, едва колыхавшиеся и поскрипывавшие от зимнего ветерка, ворвавшегося в кузню вместе с хозяином. Ровло привычно сдернул молот с подставки подле стола, зачем то прихватил с собой любимый табурет и вылетел наружу, грозно осматривая окрестности. Олав и Морок осторожно приблизились к дядьке Ровло и вопросительно уставились в неспокойный лик старшего товарища. - Шли бы вы отсюда…,- грубо буркнул кузнец, однако в его небрежной реплике лучился тщательно скрываемый огонек доброты и заботы. - Мы не оставим тебя,- неуверенно произнес Олав, поглядывая на раненного приятеля. - Нам пора уходить! Мы не спасем деревню!- заявил Морок, и откуда только в нем взялась настойчивость, которой мальчик пропитал свои слова настолько, что даже немолодой и упрямый дядька Ровло не посмел кинуть обычную для него реплику недовольства. - Ты прав…,- протянул кузнец, опуская молот, хотел было что-то добавить, но осекся, грубо оттолкнув Олава в сторону. Внушительного роста Кехлан возвышался напротив кузнеца, его глаза пылали кровожадной ненавистью, а крепкие руки сжимали меч. ,- промелькнуло в сознании Ровло,- Кузнец бросил в каннибала табуретку и прыгнул следом, занося молот для сокрушающего удара. Силы у дядьки Ровло было не занимать, а вот с умениями дело обстояло гораздо хуже… Каннибал с легкостью разрубил табурет и обманным движением ушел в сторону, рубанув мечом по диагонали. Ноги Ровло подкосились от боли, силы его стремительно вытекали из организма вместе с кровью, обильно сочившейся из глубокой резаной раны на боку, глаза пылали ненавистью, а руки отказывали повиноваться хозяйской воле, бессильно повиснув налившимися свинцом плетьми. Олав не теряя времени, огрел противника черенком по затылку, Кехлан пошатнулся и начал медленно оборачиваться, потрясая головой, чтобы собрать расплывшийся фокус в глазах. Ореганец недолго думая замахнулся для повторного удара, но странным образом тоже оказался на земле, рядом с кузнецом, приподнявшимся из последних сил на локти. Морок видел причину падения друга, он громко кричал что есть сил, но Олав не слышал его, зачарованный своим успехом. Каннибалы успели подобраться с тыла, по всем правилам окружая последних защитников разоренной деревни. Немного погодя выписывая в воздухе причудливые фигуры, двор кузнеца заполонили воющие волосатые тела, праздновавшие окончательную победу, ведь до сегодняшнего дня деревенька Шитрандир оставалась последним прибежищем ореганцев на северном континенте. И почему-то каннибалы не заняли ее раньше... Может быть - попросту растягивали удовольствие, а возможно и банально забыли о существовании поселения, незначительного со стратегической точки зрения. Двух Ореганцев и одного Варга скрутили крепкими путами по рукам и ногам. Дядька Ровло осыпал проклятиями своих пленителей, ругаясь последними словами. Которые были настолько нецензурно-унизительными, что даже сумели задеть за живое не понимавших ореганский язык Кехланов. На что последние отреагировали подобающим образом: врезали пару раз по спине кузнеца немытыми лапами и заткнули ему рот пучком листьев, чуть позже отыскав тряпичный кляп, заменивший заглушку растительного происхождения. Олав понуро шлепал по правую руку от притихшего Ровло, временами поглядывая на необычный конвой, а Морок бессильно почивал на спине одного из крупных каннибалов. Самостоятельно молодой Варг передвигаться сможет не скоро, посему приходилось примириться с нынешним положением. Новые хозяева северного континента вышли на большую карашскую дорогу, ничуть не опасаясь нападения рыцарей Цитадели или патруля Ореганцев. Дядька Ровло непременно бы отпустил какую-нибудь цветастую брань по этому поводу, но, увы, его рот был занят несвежей тряпкой, источавший запах прогорклого масла и сырости, видимо отыскавший ее Кехлан захаживал на чью-то кухню. На небе вертелись вихрастые белые тучи, временами пробрасывая крупные хлопья первого снега. Кехланы, привыкшие к теплым восточным землям недовольно ворчали, нервно смахивая белых мух с волосатых загривков, украдкой воровато бросая взгляды за спину, однако что-то заставляло их двигаться дальше несмотря ни на что. Ловко изгибаясь в полете, по дороге пронесся снежный барс, пожалуй, только это величественное животное могло посоревноваться с Кехланами в длине и изяществе прыжка; несколько глухарей потряхивая крыльями и слепо таращась на странных волосатых пришельцев, шустренько преодолели грязевой тракт позади конвоя. Где то ухнула сова и завелась кукушка, безжалостно отмеряя чью-то жизнь. Хвойные столетние гиганты, гордо расправив плечи, свысока взирали на проходящих мимо людей, размышляя о вечном... К полудню показались руины Ширмы, некогда процветающего поселка, из которого днем и ночью доносился гомон веселых обитателей. Много времени утекло с тех пор. Кроме дядьки Ровло да еще нескольких ореганских поселенцев никто и не знал, что на месте старых развалин когда-то возвышались изысканные дома, пекарни, конюшни, постоялые дворы и шикарные виллы. Полуразрушенные стены выглядели уныло, навевая грусть и без того понурым пленникам. Кехланы без устали шли почти уже сутки, неистовые силы, вливаемые в них, казались нескончаемыми. Каннибалов только с натяжкой можно было назвать человекоподобными. Эти существа имели невероятно выпуклую челюсть с восемью клыками, рвущими плоть и кости не хуже зазубренного ножа или столовой вилки; немного сутулые спины, согнувшиеся со временем из-за привычки передвигаться на четвереньках, мощные крючковатые когти, острые как медвежьи клыки и густой волосяной покров, устлавший тело с головы до пят. В остальном каннибалы были похожи на людей, полностью повторяя внутреннее анатомические особенности. Речь Кехланов напоминала звериный рык вперемешку со змеиным шипением, словарь их был скуден, поэтому слова часто дополнялись недвусмысленной жестикуляцией. Обычно речь шла о дележке провианта или банальном соперничестве самцов, каждый из которых стремился доказать оппоненту что он сильнее и ловчее соплеменника. Нередко дрязги заходили слишком далеко, тогда земля орошалась кровью, а воздух сотрясался от дикого рева. Удивительным было то, что даже после крупных разногласий и драк, Кехланы продолжали держаться вместе, а не разбегались в разные стороны, чтобы зализать раны. Определенно – в каннибальском сообществе произошли разительные перемены, что все меньше и меньше нравилось старому кузнецу, который исходя из своего колоритного жизненного опыта, осознавал опасность этих перемен, нутром чуял, что теперь человечеству не избежать кровопролитных войн и многочисленных жертв. © Дмитрий Маршалко, 2008 Дата публикации: 22.09.2008 19:36:13 Просмотров: 2387 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |