Зачем нам все сие, если мы Любви не имеем?
Наталья Гвелесиани
Форма: Статья
Жанр: Публицистика Объём: 19946 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Новый Завет о природе Любви.
В статье я обосновываю предложенное мною следующее определение христианской любви:"Христианская любовь есть Дружба, основанная на жертвенных принципах Агапе и представляющая собой нежную сострадательную и в то же время радостную от созерцания духовной красоты душевно-духовную, духовно-родственную привязанность Филио, где духовное родство-понимание выше родства биологического и где двое или более людей объединены богомыслием и богопознанием и погружены в богоугодную деятельность на благо всем ближним (от ближайших родственников до всего человечества). Огненно-нежное Агапическое Филио является субстанцией всех видов чистой любви, включая родительски-сыновнюю, в том числе сыновнюю любовь к Родине (строге) и одухотворенно- супружескую. Иногда еще такую Любовь называют божественным Эросом. (Не путать с эросом сексуальной природы)." Наталья ГВЕЛЕСИАНИ ЗАЧЕМ НАМ ВСЕ СИЕ, ЕСЛИ МЫ ЛЮБВИ НЕ ИМЕЕМ? Новый Завет о природе Любви Что такое любовь? На этот вопрос - такой насущнейший, не оставляющий равнодушным буквально никого - человечество на протяжении своей истории давало бесчисленные по разнообразию ответы. Рассмотрим в самых общих чертах, как этот вопрос освящается в Новом Завете. Как известно, Иисус Христос подчеркивал, что он пришел не отменить Закон, то есть свод нравственных норм и правил, а утвердить, восстановив его подлинный смысл, в сердце каждого человека. Что значит - утвердить закон в сердце человека? Это значит - прежде всего раскрыть перед ним внутренний смысл того, зачем необходимы правила и ограничения, то есть права и обязанности. Соблюдение прав и обязанностей вытекает из осознанной необходимости жить в согласии с Законами функционирования Вселенной. Поэтому устанавливаются они - не произвольно, по нашему человеческому хотению, а - познаются. Точно так же, как человек познает, например, природу электричества, и только затем начинает пользоваться ею, изобретая всевозможные приборы, человек должен познать собственную природу и природу Вселенной, а также природу Творца - в пределах, доступных его пониманию. Человек должен открыть Закон Любви в собственном сердце и исходить в установлении земных правил нравственного толка - из природы этого открытого им Закона, не внося в эти правила ничего волюнтаристского, взятого, так сказать, с потолка, чем к моменту пришествия Иисуса Христа так грешили древнеизраильское и древнеримские общества, накладывая на своих граждан "бремена неудобоносимые". Причем, обильные следы этих неудобоносимых бремен - то есть взятых с потолка, придуманных несовершенными, эгоистически-узкими умами правил и ограничений, надуманных прав и особенно обязанностей, вроде обязанности уклоняться в субботу от помощи ближним, проникли даже в свод Священного Писания. Христос поставил перед человеком с его зацикленным на формализме умом простой и, казалось бы, такой понятный вопрос: ЗАЧЕМ? Зачем нам все сие, если мы ЛЮБВИ не имеем? "Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я -- медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, -- то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится". (Первое Послание к Коринфянам апостола Павла). Итак, Закон Любви написан в сердце. Это внутренний Закон, органично сопутствующий природе подлинной Любви. "Люби, - и делай что хочешь," - сказал Блаженный Августин, подразумевая под желаниями и действиями любящего человека отнюдь не волюнтаристский эгоистический произвол. Можно еще сказать так: "Любовь - это Гармония". А что такое Гармония? Это Радость в Духе и Истине, то есть Радость, Блаженство, Счастье в Св. Духе. Благодатное счастье. Можно еще сказать, что это Свобода, основанная на добровольно принятом Порядке. А что такое Порядок? Порядок - это иерархия. Когда каждая вещь в комнате лежит на своем месте в соответствии со своей значимостью и предназначением - это называется порядком. Это не значит, что он должен быть непременно блестящим или казарменным. Нет, порядок может и даже должен быть - если это не армейская структура - тонко и глубоко индивидуализированным. Он даже может включать в себя художественный беспорядок. Но одно дело - художественный беспорядок, и другое - сумбур, бардак, когда важные вещи лежат по углам вперемешку с неважными, а то и с откровенными залежами мусора. Это и называется отсутствием ИЕРАРХИИ и горе человеку, когда в голове и сердце его - БАРДАК. Попробуем применить принцип Иерархии к понятию "Любовь в евангельском смысле". В Евангелиях говорится о Свободе, но нигде не говориться о свободной любви в современном понимании. Иисус говорит своим последователям: "Если пребудете в слове Моём, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными" ( Иоанна, 8:31,32). Посмотрим же какие подлинные и точные Истины заключают в себе некоторые слова Иисуса - слова, освещающие порядок в делах Любви. 10 ветхозаветных заповедей во избежание их лукавого толкования как в сторону упрощения для собственного удобства, так и в сторону наложения на ближних или себя "бремен неудобоносимых", сведены Иисусом к двум основополагающим заповедям: "5 И вот, один законник встал и, искушая Его, сказал: Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? 26 Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь? 27 Он сказал в ответ: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя. (Лук.10:25-28). Сначала Бога. Потом - ближнего. Но только Бога тут любят - одновременно с ближним. Начиная с Бога, одновременно, одномоментно распространяют энергию своей бездонной в случае Любви к Богу души и ко всем остальным. Любовью к Богу измеряется любовь к ближним, любовью к ближним - любовь к Богу. Ап. Павел в Послании к Римлянам говорит о Законе Любви к ближнему так: "Не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви; ибо любящий другого исполнил закон. 9 Ибо заповеди: не прелюбодействуй, не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай [чужого] и все другие заключаются в сем слове: люби ближнего твоего, как самого себя. 10 Любовь не делает ближнему зла; итак любовь есть исполнение закона." (Ап. Павел - К Римлянам Гл.1, 8-10)". Кто такой ближний? На этот вопрос, заданный фарисеем, Иисус ответил следующей притчей: "Но он, желая оправдать себя, сказал Иисусу: а кто мой ближний? На это сказал Иисус: некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставивши его едва живым. По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо. Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо. Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился, и подошед перевязал ему раны, возливая масло и вино; и посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем; а на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе. Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам? Он сказал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: иди, и ты поступай так же" (Луки 10:25-37). Однако, призывая любить всех одинаково, невзирая на то, друг перед нами или враг, праведник или грешник , ни Иисус, ни апостолы нигде не говорят, что любовь при этом ко всем этим разнообразным людям однородна. Нет, иное - любовь к врагу и иное - к другу. Врагов не любят так нежно и глубоко, как любят друзей. Врагами не восхищаются, им - сострадают, восхищаясь при этом Богом, который таинственно присутствует в виде своего сокрытого образа и в самых отчаянных грешниках. Более того - даже к друзьям можно испытывать разную глубину привязанности. Несмотря на то, что у Иисуса 12 учеников, любимый ученик (друг) - только один. Это Иоанн, который возлежал на Тайной Вечере у Иисуса на груди и который стоял потом с его Матерью и Марией Магдалиной у Голгофского Креста. Евангелисты характеризуют Иоанна так: "Один же из учеников Его, которого любил Иисус" (Иоан. 13:23). Итак, помимо ближних, под которыми подразумевается все человечество, у Иисуса были мать и братья, а также друзья-единомышленники, отношения с которыми он ставил даже выше родственных связей, призывая их оставить отца и мать, жену и детей и следовать за ним - оставить, разумеется, не в прямом, а в фигуральном - если речь идет не о монашеском пути - смысле. Это опять-таки - указание на иерархическое соподчинение в порядке вещей. Среди друзей же единомышленников, отношения с которыми у Иисуса были наиболее значимыми, полные и братские, наиболее дружеские, то есть основанные на общности духа и качеств души, у Иисуса был один лучший друг (Иоанн) и одна лучшая подруга (Мария Магдалина). Лучший друг - может быть только один. Иначе смысл слова "лучший" попросту нивелируется, сводится к уравниловке. Один лучший друг и одна лучшая подруга, которую можно обрести и в супруге. И связывает двух друзей Закон Любви, основанный на бескорыстной любви-агапе, субстанцией которой является нежная душевная привязанность - любовь-филио. Верность в таком союзе Любви - его органическое свойство, вытекающее не из обязанности, а из невозможности, чтобы было иначе. Тот же, кто не дотягивает до любви-агапе, может спотыкаться, ибо его филио стоит в таком случае на зыбком песке. Чувства и отношения большинства людей, увы, строятся на зыбком песке чувств, не скрепленных Агапе, и поэтому они утекают из их рук как песок между пальцами. Поэтому и спрашивает накануне своего ареста Иисус трижды у Петра о том, любит ли он его и в ответ на его горячие заверения в чувствах, с грустью предрекает: ""Прежде чем петух пропоет дважды, Ты трижды отречешься от меня" (Евангелие от Марка). При толковании этого отрывка, на мой взгляд, обычно неоправданно противопоставляют любвь филео - любви агапе, разводя их в разные стороны, тогда как это - два взаимосвязанных, взаимопроникающие начала, как дух и душа, разум и чувства, мужское и женское начала, Ян и Инь в древнекитайской философии. Разум без чувств бесплоден, чувства без разума - слепы и разрушительны. Лишь немногие достигают уровня Петра, который так сильно любил Иисуса нежной дружеской любовью филио, что сумел-таки удержать песок в пальцах, даже когда падал, отрекаясь от Иисуса, ибо умел раскаяться и встав, вновь следовать за своим Другом с еще более пылким рвением. Ведь Царство Божие, которое внутри нас - Царство Любви, Нетварная божественная Энергия Света, основанная на принципах Агапе - хоть и даруется Свыше, но нудиться собственными горячими усилиями. Можно еще сказать, что Иоанн - это образ святого. А Петр - это образ монаха. Через эти образы нам зримо даны два разных уровня совершенства в Любви - уровень святого и уровень идущего к святости (монаха). Причем, эти уровни могут сопутствовать и мирянам. Да что там говорить, они могут быть, по моему глубокому убеждению (или, быть может, заблуждению, - если исходить из канонов той или иной христианской конфессии) и среди невоцерковленных христиан, ибо Иисус сказал: "Где двое или трое соберутся во имя Моё, там Я среди них" ( Мф. 25, 43 ). Блаженный Августин изложил эту мысль в своем известном учении о несовпадении града Небесного и града Земного. Град небесный образуют люди, которые живут вместе в Боге. По Блаженному Августину, согласно философу-мистику Г. Померанцу, "не всякий, принадлежащий к церкви незримой, принадлежит к церкви зримой; и не всякий, принадлежащий к незримой церкви, входит в церковь зримую". Это граница опять-таки проходит через Закон Любви - его присутствие/отсутствие. "Два града созданы двумя родами любви: град земной -- любовью к себе, доведенною до презрения к Богу, и град небесный -- любовью к Богу, доведенною до презрения к себе. Первый полагает славу свою в себе самом, последний -- в Боге. Ибо ищет первый славы среди людей, а величайшая слава для другого есть Бог, свидетель совести. Один во славе своей возносит свою голову, второй же говорит своему Богу: Ты, Господи,... слава моя, и Ты возносишь голову мою (Пс 3, 4). В одном господствует похоть, руководящая и правителями, и народами его; в другом служат друг другу по любви и повелевающие правители, и послушные им подчиненные. Первый град -- в лице своего правителя -- превозносит собственную силу; второй же говорит своему Богу: Возлюблю Тебя, Господи, крепость мою (Пс 17, 2). Даже мудрые в первом граде, ведя жизнь человеческую, добивались благ тела или души, или того и другого вместе; те же из них, кто смогли познать Бога, не прославили Его как Бога и не возблагодарили, но осуетились в умствованиях своих, и омрачилось несмышленое их сердце", называя себя мудрыми (то есть превозносясь в своей гордыне и похваляясь своею мудростью), обезумели и славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся. Именно к почитанию идолов этого рода пришли они -- и вожди, и ведомые -- и поклонялись и служили твари вместо Творца, который благословен во веки, аминь (Рим 1, 21-25). В другом же граде вся человеческая мудрость -- в благочестии, в почитании истинных Богов, в ожидании как награды не только общества святых, но и ангелов; да будет Бог все во всем (1Кор 15, 28)." О граде Божьем, XIV, 28. Человек, по Блаженному Августин, со времен грехопадения раздвоен, он бореться с самим собой, растрачивая силы в бесплодной борьбе за собственное счастье, построенное на зыбком песке иллюзий. Он не понимает что делает, ибо не то делает, что хочет и помочь ему в этом может только Божья Благодать, обретаемая через веру в искупительную Жертву Христа. Собственными силами эту коренящуюся в нашей природе особенность - наше родовое проклятие - человеку не искоренить. Но ему необходимо стучать в когда-то захлопнувшиеся Врата, как делает это Петр. Как видим, в Любви нет и не может быть уравниловки. Нельзя стать первым в Любви по собственному желанию и усмотрению, не согласуясь с уровнем своего в ней совершенства. Поэтому и сказал Иисус некоторым поспорившим между собой своим ученикам, что "тот, кто хочет быть первым, да будет всем рабом" и показал в иносказательном смысле как это делается, ритуально омыв собственными руками всем своим ученикам ноги, то есть выполнив самую рядовую, низшую работу. Также "Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них и сказал: истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царство Небесное." (Матф. 18:2-3). Например, никто не может стать кому-то лучшим другом, если у того уже есть лучший друг. Он должен скромно занять рядом с дорогим ему человеком место второго друга. Или отправиться на поиск другого духовно-родственного ему человека, место первого друга рядом с которым пока свободно. А если он попытается силой или хитростью отнять у кого-то уже имеющееся положение или внести в отношения раздор, то он вообще не достоин места среди друзей. Христианская любовь есть Дружба, основанная на жертвенных принципах Агапе и представляющая собой нежную сострадательную и в то же время радостную от созерцания духовной красоты душевно-духовную, духовно-родственную привязанность Филио, где духовное родство-понимание выше родства биологического и где двое или более людей объединены богомыслием и богопознанием и погружены в богоугодную деятельность на благо всем ближним (от ближайших родственников до всего человечества). Огненно-нежное Агапическое Филио является субстанцией всех видов чистой любви, включая родительски-сыновнюю, в том числе сыновнюю любовь к Родине (строге) и одухотворенно- супружескую. Иногда еще такую Любовь называют божественным Эросом. (Не путать с эросом сексуальной природы). Этой совершенной Любовью обладают только святые и к ней призываются все, но не все могут сие вместить. Хотя спасению подлежат все, кто способен увидеть всю глубину и бедственность своего положения (раскаяться) и, проявляя волевые усилия в меру собственных сил, устремиться всеми своими нутряными мыслями и чувствами к Христу (уверовать). Чистая любовь, связывающая с собой совершенных существ – всегда взаимна. Род совершенной любви хорошо иллюстрирует притча о Марфе и Марии. В то время, как Марфа пытается заслужить свое место возле Иисуса одними собственными делами, Мария оставляет на время общения с Ним - даже благие дела и отдается видению и слушанию своего прекрасного Гостя, таинственно запечатлевающего в ее душе свои божественные письмена. В эти минуты род ее чувств и есть нежная преданная любовь-филио, основанная на любви-агапе, когда дорогого сердцу человека почитают (уважают) как идеального родителя (того, кто лучше, мудрее тебя), а заботятся о нем - как о ребенке ( как о том, кто слаб и наг и нуждается в участии и заботе). Иисус отвечает на упрек суетящейся Марфы в адрес Марии дружеским упреком-поучением: "Марфа, Марфа, ты заботишься и суетишься о многом; а одно только нужно. Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нея". (Луки 10:38-42). Итак, Закон Любви - не прихоть Бога или человека. Он основан на Природе Любви, которая есть Природа Бога. Нетварные Божественные Энергии Света, пронизывающие каждый атом во Вселенной - это и есть Природа Бога, хоть и, конечно же, это и не весь Бог, который так радикально превосходит нас, что непостижим в принципе, в силу своей Бесконечности. И эта природа раскрывается перед живыми существами - как людьми, так и духами - в меру их чистоты и способности вместить. Зло тут выступает как умаление добра, блага. (Так понимал природу зла Блаженный Августин). Предельное умаление добра становиться одержимостью, при которой тварь оказывается настолько изолированной от Творца, что стремительно летит в Бездну Хаоса и может, увы, достичь точки абсолютного невозврата. Причем, грань здесь проходит вовсе не по линии материя / дух, а по линии себялюбие / боголюбие, то есть опять такие ПО ЛИНИИ ЛЮБВИ И ЕЕ УМАЛЕНИЯ. Тот же Блаженный Августин с горячей убежденностью критикует заблуждения тех, кто видит источник греха - в биологической плоти: "Ведь кто превозносит природу души как высшее благо и обвиняет телесную природу как зло, тот, несомненно, и к душе стремиться по-плотски, и по-плотски же избегает плоти, ибо подобные помыслы родятся из суетности человеческой, а не божественной Истины" ("О граде Божием, 14,5). Таким образом, не соблюдающие Закона Любви с его иерархическим Порядком, оказываются не в ладу с собой, не в ладу с собственной природой, в которой, как в капле воды, отражается Вселенская Природа. Эта Природа есть Любовь, а Любовь - это Жизнь. Дальнейшее, я думаю, понятно без пояснений. "Сильна, как смерть, Любовь". И только Любовью побеждается Смерть, как ее равноценная соперница, хоть первая из них и несравненно превосходящая - по бесконечной Милости Бога. 10-12.03-2012г © Наталья Гвелесиани, 2012 Дата публикации: 11.03.2012 17:21:10 Просмотров: 2005 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |