Новое время
Геннадий Константинов
Форма: Повесть
Жанр: Фантастика Объём: 238582 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Очень странная книжка про чудеса, которых не ждали и которых быть никогда не могло.
Всего четырнадцать глав. Выкладывать буду по мере предварительной готовности. Вместо предисловия В ночном небе колыхнулась звезда, прочертила светящийся след к Земле, увеличилась до размеров мяча, чуть зависла над городом и растворилась, предваряя собой июльский рассвет. В гостиной басовито трижды ударили напольные часы. Академик уже с полчаса как не спал – ждал сигнала. Много лет его рабочий день начинался с трех утра или ночи, кому как угодно. Встал, тихонько, почти бесшумно, чтобы не беспокоить домочадцев, прошел в кабинет и здесь уже надел свой неизменный спортивный костюм. - Вот, в такой одежде не грех и потянуться. Человек академического звания обязательно должен делать зарядку, хотя бы потягиваться. Потом он тихонько подошел к двери, прислушался. Никого. Быстро, на цыпочках проскользнул к дальнему окошку, достал из секретного места под подоконником сигарету, открыл фрамугу, закурил. Чуть было не закашлялся, но поборол напасть, покрутил головой, вытер навернувшиеся слезы. - Инфаркт. Знаю, что инфаркт – первейшая причина утреннего кашля. Научно доказано. На этом мысль о причинах утреннего кашля существовать перестала, рука с зажженной сигаретой замерла за окошком, а все внимание обратилось на карту. Огромная карта Российской Федерации лежала на полу в кабинете, заняв законное место персидского ковра. Маркером на ней были отмечены точки, а под ними столбики цифр, которые несли важную информацию, понятную разве что хозяину кабинета. Сигарета была хорошего качества и поэтому сгорела быстро, о чем пальцы узнали незамедлительно. - А, чтоб тебя. Говорят же умные люди, что курить вредно. Ну да Бог с ним. Академик включил компьютер и подошел к карте. Десятки точек были нанесены в совершенно разных местах, и никакой логики в их расположении не прослеживалось. - Вот ведь подишь ты. Закономерность есть, а логики нет. Непорядочек, однако. Непорядочек. Ехали раки на хромой собаке. Завибрировал на столе телефон. - На связи, Димочка, на связи. Жду тебя как второго пришествия. Весь внимание. Так, погоди, запишу. А, уже скинул на почту. Никак не привыкну, что карандашом пользоваться не обязательно. Ну да ладно, не сиречь важно. А на словах, Димочка, на словах. Детали там какие-нибудь, ощущения, еще что. - Нет, Альберт Иваныч. Все как обычно, разве что сегодняшний метеорит до самой поверхности одним телом прошел. На куски не распадался, как предыдущие. А ощущения… Как обычно. Интуиция утверждает, что наш голубчик... - Ну, что ж, добро. Спасибо, Димочка, порадовал. Будем смотреть. Глава 1 Дровеняка Началось все с Миши. Он тогда жил в нашем доме на третьем этаже в третьем подъезде. Лет ему было около сорока. Когда-то учился в институте на экономиста, но не выучился – бросил и стал работать руками. Может он, конечно, институт и не бросил бы, но уж слишком много там было непонятностей. Ясно, например, что Капитал Маркса – это настольная книга пролетариата, но какую именно функцию она выполняла на столе у гегемона, оставалось неразрешимой загадкой. Таких загадок встречалось множество, а голова у Миши была только одна. Она, голова, немного подумала и решила перейти в стан работников физического труда. Вот и стал он то с какой-нибудь бригадой дачу строить, то крышу крыть, то в ЖКО пробавляться. Выпивал, конечно. Иногда крепко. За это самое и работу приходилось менять. В квартире он жил один на старой кушетке. Остальное или пришло в негодность или куда-то делось. Совсем-то, конечно, не бедствовал. То соседи просят чем-нибудь помочь. По дому там или на даче, а то друзья захаживали попроведать – выпить по чуть, бывало и с закуской. Друзья были все народ взвешенный, зрелый. Ни там хулиганства, ни шума, уважительные. Беседы вели больше на социально-экономические темы, иногда философствовали, вежливо без рукоприкладства. Участковый про них знал, но без претензий. Народ смирный статистику не портил. Хотя к делу это относится косвенно, то есть не напрямую. Просто у Миши как-то раз образовался аванс от соседки со второго подъезда Маргариты Семеновны. Ей захотелось на кухне сделать стол, как в баре, узкий, высокий и не задорого. Доска у нее была. Хорошая, сухая давнишнего дерева. На аванс, как мотыльки на лампочку, пришли друзья подискутировать и с собой тоже принесли, даже капустки квашенной прихватили. Диспут закончился далеко за полночь, однако финал помнился несколько размыто. Утром, на другой день, когда Миша начал просыпаться сразу почувствовал, что у него изнутри организма через рот в окружающую среду поступает спертый, концентрированный сероводород, но не горит, как у драконов, просто холостой выхлоп происходит, и все. А когда уже сил набралось и веки по очереди разомкнулись, то сразу эта Маргаритина дровеняка бросилась в глаза. Она лежала с двух сторон на кирпичах, а посредине немного надломилась. По всему выходило, что кто-то на нее прыгнул или просто неудачно сел. Самочувствие от этого еще несколько ухудшилось. Вставать не захотелось совсем, но нужно было идти попить воды – загасить драконовый жар. Первая попытка принять вертикальное положение потерпела фиаско. Стена в комнате накренилась, и создалась полная иллюзия, что висящие на честном слове почти антикварные, запылившиеся от времени обои окончательно оторвутся и упадут. Пришлось чуть прилечь, покрутить в разные стороны головой и подождать, пока окружающая среда примет надлежащее положение. Вторая попытка была значительно удачней. Миша встал, немного подал тело вперед, сделал три уверенных, но неустойчивых шага, оперся о дверной косяк и, аккуратно переставляя ноги, двинулся по узкому коридору. Шестиметровое помещение кухни пересекал задорный солнечный луч, беззаботно играющий пылинками. На окошке висела не совсем белая новогодняя снежинка из бумаги. Большая алюминиевая сковорода покоилась на колченогом стуле, а на полу под раковиной валялась покалеченная швабра без ручки. Обычная холостяцкая кухня и на данный момент она была источником влаги и спасителем страждущего. Миша пробрался к крану и, как планировал, выпил половину водопровода нефильтрованной холодной воды. Лучше, однако, не стало, и он пошел на кушетку искать облегчение. В комнате, чтобы преодолеть минутное помутнение сознания, опустился на доску, а для снятия головокружения зажмурился. Вот тут-то все и началось. В зажмуренном состоянии его стало поднимать, покачивать и несколько кружить. Любой человек в таком состоянии подумал бы о неадекватном восприятии организмом окружающей реальности. Так же и Миша, он даже сделал вывод и сказал: «У бля…» А вот когда открыл глаза, то слова сразу кончились, потому что это сломанная доска сама по себе катала его по комнате в свободном полете на высоте поближе к потолку. - Не фига себе! – еще раз вслух подумал Миша. Пришлось срочно зажмуриться и покрепче схватиться за края. Стало легче, кружение закончилось, качание прекратилось. Глаза осторожно открылись, и сразу выяснилось, что сидит он на прежнем месте. Решение как со всем этим поступить пришло быстро, причем самостоятельно, то есть без посторонней помощи. Михаил, как заправский прыгун, в разные стороны одним махом метнулся на кушетку и там затих. Один его глаз с перепугу зажмурился, а другой продолжал наблюдать за коварным предметом. Однако ничего не происходило. Все было, как было. Тогда начали посещать сомнения насчет психического здоровья. А ну как белочка? К Парамону позапрошлой зимой удав лез в форточку. При воспоминании об этом почти трагическом случае Мишины плечи сами собой передернулись, и по спине проскакал дикий табун мурашек. Случай этот произошел в студеную зимнюю пору, когда столбик термометра, в кои-то веки рухнул почти до минус тридцати. Как раз в понедельник Парамон разменял четвертую неделю близкого общения с зеленым змием. Дело в общем привычное, и ничего в этом особенного не просматривалось. Однако, когда он посреди ночи проснулся от жажды, его зоркий глаз в полной темноте увидел, как в форточку с наглой мордой, то и дело высовывая язык, рогаткой ползет здоровенный удав. Чтобы минимизировать потери, наш герой толкнул в бок жену и сказал: - Смотри, лезет скотина. Беги на кухню, я его щас. - Сам ты скотина, - возразила жена. - Ни днем, ни ночью от тебя, твари, покоя нет. Взяла свою подушку и ушла в другую комнату. Однако змей думал, что его не заметили, и продолжал вползать. Он уже расположился на батарее отопления. Вопрос требовал срочного решения. Парамон легко соскочил с кровати, метнулся в кладовку, схватил молот, которым забивал в шпалы костыли, и кинулся к нарушителю жилищной неприкосновенности. Удаву тем временем понравилась горячая батарея, и он, положив голову на ребристый чугун, сладко дремал, от случая к случаю облизываясь своим раздвоенным языком, а тело все ползло и ползло в форточку, кольцами укладываясь под окном. Парамон аккуратно, на цыпочках, чтобы не вспугнуть гада, прокрался к батарее и нанес сокрушительный удар молотом по голове рептилии. Незваного гостя здесь же смыл фонтан кипятка, а комнату окутал густой пар. Потом безо всякого приглашения прибежали жильцы со всего подъезда и, не размениваясь на дипломатию, словами и жестами высказали свою точку зрения. Ремонтники приехали оперативно, но, несмотря на их самоотверженный труд, квартиры первого, второго и третьего этажа, на котором жил Парамон, успели подернуться легкой наледью, а жильцы четвертого и пятого наблюдали на своих стенах искристый иней. Почти целый год после этого Парамон проявлял чудеса рабочего героизма, не уходил с работы и забивал костыли по две, а то и по три смены к ряду. Результаты ночного общения с соседями на свежем воздухе быстро зарубцевались, гематомы рассосались, и он стал передовиком производства, а заработанные получки и премии позволили восполнить затраты на ремонт соседского жилья. - Чур меня, чур, - отгородился Миша от жутких воспоминаний и натянул одеяло на ухо, - капельницу бы прокапать, - мелькнула мысль. Но тут сложнее. Аванс вчера кончился, а капельницу в кредит не капают. Не доверяют врожденной порядочности. Не знаешь, что делать – ляг, поспи. Опираясь на эту народную мудрость, Миша поглубже зарылся в одеяло и начал пытаться спать. Вначале, правда, не получалось – мешал один любопытный глаз, который нет-нет да и открывался чтобы оценить диспозицию, тем не менее забытье наступило. Сколько оно продлилось, сказать трудно, но когда он проснулся, то понял, что еще спит. А произошло это потому, что на доске, в метре от пола, сидел Жека. Эта дровеняка его немного покачивал, как на качелях, а он болтал ногами и радовался небритым лицом. На полу лежал Босс, скреб за ухом и внимательно скользил глазами по исподней стороне летучего агрегата. - Ничего нет. Дополнительные устройства не присутствуют. - А какого ж, то есть, что ж она тогда летает? - Потому что! – огрызнулся Босс. Михаил набрался смелости и осторожно икнул. - Ба! – зарадовались сначала Жека, а потом и Босс, когда приподнял от пола голову и посмотрел в сторону кушетки. - Тютеньки, тютеньки, - сказал он, – вот вы и проснулись. – А мы тут изучаем полетные способности доски-самолета. - Вовчик, свет очей моих, - обратился Мишаня к Боссу (по паспорту он звался Владимиром), - ты меня спас. Я думал, что уже белочка и уже кирдык, а тут тебя принесло, и все разрулилось к лучшему. - Не суетись, сын мой. Не минет тебя чаша сия, коль вступил ты на стезю… - Тут он замялся, подбирая подходящее слово и наконец, вывез: Торную! То есть на торную стезю. Наливай! - Нету, - взгрустнул Миша и начал выползать из-под одеяла. - Решаемо! – прогудел Босс. - Ап! – радостно возвестил Жека, выдернул из-за пазухи пластиковую литровку светлой как слеза младенца жидкости, сделал петлю по комнате, ухарски спланировал к кирпичам, немного завис и плавно приземлился. - Ну ты спец! – восхитился Мишаня. - Когда успел? - Вчера, - не без гордости сказал Жека. - Вы тут как зизюки торчали в колдырях, а я совершенствовался. - Так она и вчера летала? - А чего бы ей, собственно, не летать? Чем вчера хуже сегодняшнего дня? - Не мути, давай по порядку. - Даю. Ты уже угасать начал. Координация движений нарушилась, капустка упала на дощечку, и сверху водочка плеснулась. - А дальше? - Не гони, сам знаешь, не люблю. Колорит теряется. В общем, ничего хорошего дальше не было. Доска от твоей неаккуратности треснула. Ты сильно расстроился и лег спать на полу. - Погоди, а кирпичи откуда взялись? В моей квартире раньше такой мебели не было. - Так ты сам их вчера и притащил. Поперся к Зойке за добавкой и сказал, что закусить еще принесёшь, а приволок бутылку самогонки и четыре кирпича. Босс у тебя еще спросил, что ты, зубы что ли собираешься для будущей закуски точить. А ты сказал, что нужно испытания доски провести и положил ее на кирпичи. Потом уже все лазил около нее, подравнивал, вот тогда капусту с бухлом и уронил. Мы твое тело с Боссом складировали на кушетку, а сами стали думать, как выйти из положения. К чести фирмы подкралась угроза. Но ничего не придумали, хлопнули остатки, а я возьми и сядь на доску, а она возьми и полети. Я ничего вначале не понял, а Босс сказал: «Дай прокатиться». А я говорю: «Не знаю, как тормозить». А он: «Как, говорит, заводил, так и тормози». А я в доску вцепился, она и приехала на место, на кирпичи. А Босс сказал: «Не фига себе!» - и тоже покататься полез, и мы катались пока его мутить не начало. Он в сортир поскакал, а я дальше совершенствовался. Потом все спать полегли, а с утра пошли за горючим для доски и за сосисками. Для эксперимента. - Да с доской как-то все не так, - размышлял Босс. Полтора его технических образования – машиностроительный техникум и два курса танкового училища не давали возможности поместиться в голове мысли, что доска может летать без всякого оборудования, сама по себе. - Я думаю, - продолжил Жека, - она полетела потому, что Миха на нее капусту с бухлом уронил. - Что ты тут дуркуешь, - опять взял слово Босс, - если от капусты и бухла доски начали летать и трескаться, то у Мишани весь потолок облепился бы обломками пола. В общем, все это фигня, говоря по-научному. Надо по порядку выяснить причинно-следственную связь – детерминизм, если коротко. И так, Михал Михалыч ответь мне на ряд вопросов. А именно: где была доска у Маргариты? Отвечай. - В кладовке. - Она там лежала, стояла или летала? - Летала, твою мать, вместе с чайником. Где ты видел, чтобы доски лет… лет-али, - на последнем слове он запнулся и выговорил его с двух раз, затем взял паузу и внятно ответил: аккуратно стояла у стенки. - Так. Дальше. - Что дальше? - Вот балбес. Каждое слово клещами тащить надо. Жека, плесни ему чуть для облегчения мыследеятельности. - Давай всем по маленькой и не больше. Дело серьезное. Выпили по пятьдесят грамм. Вместо закуски уставились на Босса. - Ну, так ты ее взял под мышку и пошел? - Нет, вначале померил рулеткой. Для значимости, сам понимаешь. - Ну? - Ну, ну. Взял под мышку и попер домой. - Она тяжелая была? - Чего ей тяжелой – то быть. Доска как доска. Сухая, без червоточин и сучков. Одна штука. - А что ж говоришь, что попер? - Отвали. Есть вопросы, давай по существу, а нет, наливай по-человечески. А то по полтиннику, язык дразнить. - Опаньки! – возрадовался Босс. - Михал Михайлович, а тверезв ли ты был, когда проворачивал свою коммерцию с Маргаритой Семеновной? - Как стекло. Даже побрился и душ принял. - Так. Марго не пьет и поэтому доска у нее не летает. Однако и у выпивающих и даже пьющих доски не вот-то летать разбежались. Задачка, однако. Вот, что братва я сам себе думаю: надо пока этот самолет получше припрятать. А для стола я с работы дощечку подберу. Попозже вечерком. Была у меня одна лишняя доска на примете. Тут он приподнял ее, чтобы попробовать на тяжесть, и доска разломилась пополам. - От жеж незадача!.. – сказал Босс. А Жека сразу уселся на половинку, чтобы проверить полетные качества и полетел, как и прежде. - Ездиет! – обрадовался он. Приземлился и не секунды не раздумывая, разломил остаток вдоль пополам. - Это тебе, Мишаня, на проезд. Оказалось и четвертинка тоже обладает прекрасной подъемной силой и чудесной управляемостью. Видя такой оборот событий, Босс оставшуюся половинку тоже разломил пополам. Теперь стало четыре полетных места. Решили три части спрятать в разные схроны. Кто куда сам придумает, а одну оставить для эксперимента и в качестве воздушного транспортного средства. Пока обсуждали все нюансы полетных свойств и практического применения, плавно подкралась ночь. Выпить уже все равно не осталось, поэтому Босс и Жека взяли свои огрызки и двинулись в родные пенаты. Босс был человеком по-военному ответственным и хозяином своего слова. Поэтому двинул сразу не домой, а на пилораму. С этим предприятием его связывали давние, но очень непростые отношения. С достойной часов периодичностью его выгоняли за нетрезвый вид на рабочем месте и с той же регулярностью брали обратно за мастерство и трудолюбие. Сейчас был период, когда он собирался вернуться после короткого расставания. Пилорама находилась за городом, ближе к лесу. Другими словами, топать до родного предприятия нужно было километров шесть и столько же обратно. Поэтому, выбравшись за околицу, он уселся на два огрызка сразу и с ветерком отправил свое тело до места назначения. Его летучее появление собаки восприняли настороженно, однако быстро взяли себя в лапы и радостно завиляли хвостами. Босс зашел в ангар, сунул под стеллаж с неликвидом один кусок летучей доски, а на другой загрузил будущую столешницу, уселся на нее верхом и выкатился в сторону родного дома. Обратный путь прошел комфортно и без эксцессов. Заготовку для стола он доставил через открытое окно третьего этажа к ногам мирно похрапывающего Мишани. Дело сделано, совесть чиста. Босс с чувством исполненного долга налегке двинулся домой. Благо дверь в Мишину квартиру давно забыла, как запираться на замок, и поэтому ее достаточно было просто прикрыть. У Жеки путь домой традиционно не был безоблачным. С твердым намерением, но шаткой походкой он продвигался в сторону родного угла, где жил со своей престарелой, заслуженной и мягко говоря, не всегда адекватной бабушкой. По пути он негромко рассуждал о перспективах дальнейшего использования полетных возможностей и подкреплял свои выводы куплетами из популярных песен. Не далеко от мусорных контейнеров ему повстречалась тетка, которая, мерно позванивая битым стеклом в мусорных мешках, двигалась в том же направлении. - Пьянь! Всех вас удавить мало! – недипломатично заявила она. Вероятно, в этом было, что-то личное. Но несправедливость требовала сатисфакции, и Жека сказал: - Это я пьянь?! - Ты, - подтвердила тетка. - А ты так можешь? – спросил он, и в качестве аргумента разбежался непослушными ногами на три шага, лег грудью на огрызок и взмыв метра на три в сторону неба спикировал за мусорные контейнеры в лопухи. - Свят, свят, свят. – сказала тетка и перекрестилась. - Да, есть такое дело, - согласился из лопухов Жека и, исполнив «Спи ночь в июле только шесть часов», захрапел. Спал он не долго – озяб. Весь в репьях, с куском доски под мышкой, уже без приключений добрался до родной квартиры и лег досыпать, памятуя о быстротечности летней ночи. Утром бабушка полила его из чайника и сказала: - Гарсон! Сборную солянку и антрекот. Жека отплевался и пошел варить быстрорастворимую овсянку из пакетов. Пока он возился у плиты, в коридоре раздалось: «Эх!» - и к нему на кухню верхом на доске вплыла бабушка. Она сидела так, как будто под ней был лихой конь, и махала рукой с воображаемой шашкой. - Помнишь брат, Василий, - спросила она, - как мы с тобой рубали беляков под Перекопом? - Помню, - сказал Жека. Приземлил старую рубаку и отобрал доску. Для недосягаемости предмета запихнул его на антресоли, накрыл стол и ушел к Мишане продолжать диспут. Глава 2 Эксперимент порядочного масштаба Столешницу Миша спроворил быстро, практически в одиночку, на последнем этапе, правда, коллеги помогли морилкой покрыть. Сдали Маргоше, получили расчет и после некоторой подготовки перешли к обсуждению наболевшего. По предварительным подсчетам материально-финансового обеспечения должно было хватить минимум на два дня. Если, конечно, брать не в гастрономе, а у Зинки - самодельного изготовления. Первый день прошел планово, без перегибов и неожиданностей, а вот второй полностью спутал все карты. Как раз когда Жека искал карандаш, чтобы выразить математической формулой полетные свойства доски, входная дверь предупреждающе скрипнула и из прихожей вкрадчивый голос Маргариты спросил: - Тук-тук. Миша, ты дома? - Тут я, здесь, – ответил Мишаня и поддернул треники. Она вошла в комнату и как-то неуверенно заговорила. - Ой, да ты не один. Да все равно. Миша, я, знаешь нечаянно на стол села, а он… Почувствовав заход на рекламацию, Жека мгновенно занял оборону. - Ну, что ж ты, Маргарита Семенна, с такой (одно слово он дипломатично пропустил), да на метр двадцать забралась, да еще нечаянно. - Не с тобой разговор, - окоротила Марго и продолжила почти ласково, - ты понимаешь, Миша, он полетел. - Хто полетел? – скроил крайне удивленную физиономию Босс. - Да, Боже мой, стол. Вместе со мной. По комнате. И от стенки оторвался. Как быть? - Дела… – протянул Босс. – А ты никак там не колдовала? Может, приворотное зелье с керосином перепутала? - Схлопочешь. – пообещала Марго. - Мишань, ты бы сходил, посмотрел, в чем там дело, - посоветовал Босс, знаками давая понять, что мы не в курсе. Но потом посовещались и на смотрины к Марго отправились всем составом. Дома она продемонстрировала полетные свойства, но наотрез отказалась отдавать столешницу на переделку. Попросила только отвинтить у стола ноги, чтобы удобнее было летать, если куда понадобится. А стол заказала еще один, но только чтобы он не брезговал земным притяжением. Деньги дала сразу все, в три раза больше чем договаривались в прошлый раз и, не размениваясь на задатки. Ситуация явно принимала неожиданный ракурс. Босс сразу забрал все деньги, оставив самую малость «для расширения зрачков», и спешно убыл на родное предприятие. Завидев его, начальник приготовился выслушать покаянную речь и уже прикидывал, какой объем работы будет как раз для заглаживания вины. Однако гордая походка виновного породила некоторые сомнения. - Здравия желаю, Виктор Палыч! – бодро поздоровался Босс, приблизившись. – Я к вам по многолетней, так сказать, дружбе. - Денег нет, - сказал, опережая события, начальник. - Ни Боже мой! Что ты Палыч! Чтобы я? – да ни в жисть. - А тогда чего? - Видите ли, Виктор Павлович! Мы тут с коллегами один серьезный эксперимент затеяли. Не скажу глобального, но порядочного масштаба. Для решения научной задачи нам требуется максимально возможное количество сухой обрезной доски. Деньги – вот. Босс достал из кармана кожаное портмоне – подарок мамы на восемнадцатилетние, вытащил всю наличность и протянул начальнику. Палыч был явно обескуражен, но виду постарался не подать. - Может, тебе их еще и стругануть? – съязвил он. - Вот спасибо, вот что значит настоящий однополчанин. Виктор Палыч, с меня… Сам знаешь, не заржавеет. - Ладно, вали, выбирай, - ответил Виктор Палыч и вдруг, раздобрившись, продолжил, - Игорю скажешь, чтоб отвез. Все равно сидит бамбук курит. - Огромное вам человеческое… - приступил было Босс с благодарностью, но начальник махнул рукой и пошел в сторону конторы. - И так, господа! Коллеги! – начал Босс торжественную речь, после того, как все доски были вручную подняты на третий этаж в Михайлову квартиру. Коллеги, обливаясь потом, с некоторым протестом уставились на докладчика. - Налить? – спросил Мишаня и почесал кучерявую грудь. - Трудно мне с вами. Не завелось еще в вашем нутре перспективного мышления. Страшно далеки вы еще от народа. - Сокращай, предложил Жека, - переходи к тезисам. - Балбесы, - подытожил Босс. - Из одной доски делаем Маргоше стол, а из остального посадочные места, заряжаем и продаем как средство передвижения. Отсюда и начинается переломный момент в нашей жизни. - Так, так, так, – начал размышлять Жека. - Значит, мы доски шинкуем, заряжаем, сбываем населению, потом опять покупаем, но уже не чуть, а целый воз. Шинкуем, заряжаем, сбываем и в конце концов дохнем, как те лошади, не дождавшись звездного часа. - Ты и так мимо не проскочишь, - обнадежил его Босс, - но то, что вы балбесы, – сомнений, никаких. Деньги зарабатывают головой, а руками - только пропитание. Хоть задача и предельно сложная, но я постараюсь из вас сделать людей. Папа Карло из полена Буратино сочинил, а вы все-таки внешний вид имеете. Уже плюс. У меня, думаю, на вас энтузиазма хватит. - А где взять? – заинтересовался Миша. - То есть? – выразил недоумение Босс. - Ну, ты сказал, что деньги зарабатывают головой. Где ты ее возьмешь голову-то? - Вон ты про что. Моя вполне сгодится. Подключу внутренние резервы. Плюс еще ваши. Как говорят, одна голова хорошо, а полторы лучше. - Слушай, Босс! Ты и так своими закидонами весь аванс испортил. Фокусник Кио местного разлива – ап и вместо денег доски. Давай уже прекращай языком чесать. По-быстрому закончим дело и отдохнем, раз подфартило. И Миша в несколько расстроенных чувствах полез под кушетку, откуда явил на свет ящик с кучей инструментов, гвоздей, шурупов и бутылок с лаками, красками и морилками. Потом пошел в ванную и принес ножовку, рулон наждачной бумаги и гладильную доску. - Чего будем гладить, маэстро? – поинтересовался Босс - Мешки у тебя под глазами. На ней пилить удобно. Не пробовал? Перенимай опыт. Красный деревщик. Начали строительство новой жизни с Маргошиной столешницы. Босс собрался быстро и профессионально снять с доски фаски и закруглить края, но выяснилось, что рубанок у Миши вначале затупился, а потом потерял жало. Резюме по этому поводу было кратким, но не печатным. Решили, что, пока Босс сходит домой за своим инструментом, Миша с Жекой разметят полетные доски. Через двадцать минут, когда он вернулся, то уже в подъезде понял, что с разметкой все не так гладко как хотелось бы. - Хорошо! – громко возмущался Жека, - предположим, что для твоей задницы и тридцати сантиметров хватит, а если другая какая подвернется, то там ты эти тридцать сантиметров днем с огнем не найдешь! - Ты что из яранги только вылез! – не менее громко не соглашался Мишаня, - ты что думаешь, каждый стул под персональную задницу делают? - На стульях не летают, там любой сойдет. - И здесь сойдет. В чем разница? - Брек, брек, брек! – вмешался в диспут Босс. - Мы так до завтрашнего утра ни фига не сделаем. Жека, ты померил, чья из ваших двух шире? - Мог бы и не спрашивать, так что ли не видно? И он выразительно посмотрел на Мишу. - А в сантиметрах насколько тянет? - На сорок два. - Значит, делаем на пятьдесят. Или около того, чтобы из одной доски восемь штук получилось. Сантиметр туда-сюда роли не играет. Зато совесть чиста - нечего наживаться на жопах трудового народа. Вернулись к изготовлению столешницы. Босс быстро и ловко обрезал доску нужного размера, закруглил с одной стороны торцы, а вот приладиться снять фаску не получалось. - Разве в этой берлоге что-нибудь толковое можно сделать! Ты прошлую столешницу как делал? - Ручками, вот этими умелыми руками. Видишь, трудовой мозоль натер?- показал Миша ладонь. - Раз опыт есть, продолжай. - Не дело профессионалу наждачкой по доске елозить. Жека, бери доску, наждачку и вот так вот тщательно, аккуратно и нежно шарошишь всю доску с обеих сторон. - А нежно - это как? - Хватит, детки, трепаться. Бери, Женек, доску и топай на кухню. Окошко открой, а то задохнешься. Считай, что я тебя по технике безопасности проинструктировал. За инструктаж в коридоре на стенке распишешься. Мишань, ты тоже не стой. Бери рулетку, угольник, размечай доски, а я пилить буду. Потом поменяемся. На этом тему пока закрыли и принялись за дело. Работали с огоньком и без обеда. К вечеру две стопки полетных досок лежали на зарядке, а столешница, покрытая морилкой, сохла на кухне. Итоги подводили уже за полночь. - Нужно определиться с ценой, - как специалист по экономическим вопросам предложил тему Мишаня. – Работы на целый день, электроэнергия, расходы на сырье, рекламу, подоходный налог, зарплата и накладные расходы. - И сколько всего получается? - поинтересовался Босс. - Да хрен его знает. Нужны исходные данные. - А ты у Босса спроси. Он уже вторую порцию внутренних резервов опрокинул. Вишь колбаской загрызает? – посоветовал Жека. - Давай по существу, промычал Босс, дожевывая закусь. - Нету тут никакого существа, только результаты неустанного труда. А именно – калькуляция. Маргоше стол сдали за три бутылки – раз. Значит, одна доска должна стоить шесть бутылок, но готовое изделие короче в два раза – получается одно транспортное место стоит пять. - Посмотрим, как на это отреагирует рынок, но расчеты мне нравятся. А почему цена изделия исчисляется в бутылках? - Ну, ты, Босс, даешь! Задачка для младшей подростковой группы. Стоимость бутылки всегда идет впереди инфляции. - Ответ правильный. В общем, пока заметано. Завтра подготовка, а послезавтра начнем. Правда, послезавтра началось уже следующим утром. Когда после четвертых петухов Жека и Босс подошли к третьему подъезду, то увидели нездоровый ажиотаж. Сразу за входной дверью начиналась очередь из местного народонаселения с хозяйственными сумками, в которых угадывалось нечто очень знакомое. Чувствуя недоброе, коллеги бросились в Мишину квартиру. Пол в прихожей и дальше в комнату был заставлен разнокалиберными бутылками с водкой. - Все, все господа! Запись пока закончена. На следующей неделе я вас оповещу, - объявил Миша и скрутил в рулон кусок обоев, на которых вел записи. - Ты что творишь? От возмущения и обиды Босс чуть не разрыдался, сел на кушетку и обхватил голову руками. - Вот это по-нашему! – поддержал Мишин коммерческий ход Жека. - Что мы теперь с этой фигней будем делать? - стонал Босс. - Видишь, как на глазах деградируют неокрепшие умы, - посетовал Миша, - еще три дня назад он думал, где взять, а теперь думает, что с этим делать. - Не обращай внимания, трави, - весь в нетерпении заегозил Жека. - Получилось очень закономерно, как впрочем, все случайное, - довольный собой, начал Миша, - сплю я, смотрю сны и никого не трогаю, но чую, что какая-то дрянь ко мне в нос лезет. Думал муха. Гонял ее, гонял. Повернусь на бок, она в ухо лезет. Закроюсь одеялом - она пятку щекочет. Я уже совсем было проснуться решил - не дает спать животное и все тут. - Ты, Миш, пока Боссу расскажи, как там с мухой, а я в туалет сбегаю. К началу, думаю, успею, - нарушил повествование Жека. - Как хочешь, но я перехожу к основной части. Открываю глаза, а тут Маргоша. Я говорю: «Ты как?». А она ржет и говорит: «На метле в окошко». Ну да, думаю, окошко всегда открыто. А она, значит, на своем столе залетела. Такую рань. Вот, думаю, зараза. Чего говорю, Марго, тебе не спится? Стол мы сделали. Вот наступит утро, и принесем, прикрутим. А она говорит: «Утро уже давно наступило. Девятый час на дворе, а ты никак глаза разлепить не можешь. Я тебе пять травинок в нос засунула, а ты все дрыхнешь». - Миха, ты у Босса над людьми издеваться научился? Существо вопроса не в том, как тебе Маргоша пятки чесала, а... - Не пятки, а травинкой ноздри. И в этом тоже есть существо. - Не отвлекай его, - встрял Босс, - а то я его убью, и мы так ничего толком и не узнаем. - Если реплик больше нет, то я продолжаю. Марго мне говорит: надо покрасить летучую доску сбоку красеньким, а внизу розовыми и желтыми разводами. Я ей спросонок - я тебе ее хоть в цветочек выкрашу, но не сейчас. Во-первых, не доспал, а во-вторых, видишь, говорю две пачки досок – все летучие, их говорю еще реализовывать нужно. А она сразу – а почем? Я думаю, заломлю, чтобы отстала. По пять бутылок водки натурой и столько же деньгами. Она говорит – щас, - и мигом на своей доске в окошко. Надо, наверное, решетку придумать, а то ведь спать не даст. - И что? – прорычал Босс. - Да не что. Я опять заснул, а она через полчаса прилетает и волокет пол-ящика водки и деньги. Две штуки, говорит, беру, но ты хорош ночевать, к тебе еще придут. А там под дверями уже перезвон. Откуда народ до открытия уже бухлом затарился, ума не приложу. В общем, сбыл я почти все наработанное непосильным трудом. Оставил только три штуки на развод и личные нужды. Заказов на неделю набрал. Только мне не нравится, что вы сами себе по домам, а я тут как проклятый вкалывать ни свет ни заря. Нету в этом никакой пролетарской справедливости. - Правильно, - поддержал Жека, - я буду дежурить всегда, а ты жить в моей квартире со всеми удобствами и бабушкой в качестве бонуса. - И с моей бывшей женой по соседству. Или даже вместе, - поддержал Босс. - Слабые варианты. Не для моей творческой натуры. Я народ, наверное, к вам за товаром буду отправлять, - подумал Миша вслух. - Нет! – единодушно хором сказали компаньоны. Босс немного призадумался и скомандовал. Глубоко, все-таки в нем эта военная жилка сидела. - На час тайм-аут, всем привести себя в порядок, побриться и оправиться. Есть мысль по существу. Через час вылетаем. - А конкретнее? - Конкретнее, конкретнее вот, что. Женек сейчас занят будет, тогда ты, Мишань, мотнись в магазин, в гастроном в смысле, возьми там мяса резанного, на шашлык, знаешь такое бывает? В крайнем случае, у девчонок спроси и помидоров, огурчиков, закусь поинтеллигентней. Да, хлеба, хлеба не забудь. И еще водки получше, бутылок десять здесь выбери. - Свадебку, что ли решил сгоношить, а Босс? - поинтересовался Миша. - Ну да, тебя на Зинке женим, чтобы другим самогонки не досталось. Все, остальное в процессе. По коням! Глава 3 Известность Денек выдался солнечный, но не жаркий. Начали зреть яблоки, подрастали в гнездах птенцы. Некоторые соседи радовались жизни и выделывали пируэты на досках в вышине и пониже. Большая часть народонаселения с разноцветной завистью на них глазела. Разговоры сводились только к тому, как эта пьянь и рвань додумалась до таких полезных в хозяйстве чудес. Была высказана мысль, что де Левша из Тулы тоже здорово поддавал, но большинство все-таки склонялось к везению. Мол, если и везет, то не обязательно умным. Однако, когда троица выпорхнула из окна, народ весь как один начал улыбаться и смотреть заискивающе. А некоторые и вовсе приветливо помахивали руками. Дескать, мы все время и давно с вами и искренне от вас никуда. И даже такая мелочь, как то, что изобретатели доски-самолета сами в полете держались весьма не уверенно, никого не смущала. - Нет, в комнате куда как сподручней летать, - оценил небесные просторы Жека. Однако поддержать или опровергнуть это заявление было некому. Несмотря на ночную практику, дневной полет оказался серьезным испытанием для Босса, а Миша и вовсе летел впервые. Во-первых, высоко, во-вторых, боязно с чем-нибудь столкнуться, в-третьих, и это главное, не понятно, как управлять доской. - Босс! Ты как вчера на пилораму летал? – прохрипел Мишаня. - Не помню. Выпимши был. Смотри – провод! Но предупреждение Босса опоздало, потому, что Миша легко и плавно обошел появившееся на пути препятствие. - Мужики! Это не я, это она сама. Я даже и подумать не успел. Вот черт, аж пот прошиб! - Тише, не верещи. Потом обсудим. Сейчас как договорились – по норам. Через час встречаемся возле моего дома. И Босс плавно отвалил в сторону. Жека немного покрутился, попробовал разные эшелоны и полетел кормить бабушку. Не успел он приземлиться возле своего подъезда, как дверь открылась и на встречу вышла Томсон – Тамара Сомовна. Она жила на втором этаже, страдала бессонницей и гипертрофированным любопытством. Женек, в свою очередь, любил иногда спеть, несмотря на то, что вокал у него был не очень профессиональным и слова, как правило, помнил не все, но пел громко, от души и в любое время суток, если, конечно, к тому были достаточные основания. Томсон, однако, подкарауливала его на следующий день, выходила на встречу, закрывая проход своей внушительной фигурой, а также руками, которые упирала в боки и, глядя пристально в самые глаза, спрашивала: - Евгений! Когда вы, наконец, поймете, что живете в обществе порядочных людей? Дальше шли перечисления заслуг каждого из соседей, при этом особое внимание уделялось Жекиной бабушке, до недавней поры культурному, интеллигентному человеку. Затем монолог уходил в сторону нереализованных возможностей, которые открывались ему непосредственно с рождения. Длился процесс воспитания всегда не менее получаса и заканчивался одной и той же фразой: - Не будь Женя скотиной, будь человеком. Вчера Жека не пел и даже не топал, когда возвращался ночью домой, это он точно помнил, но холодок под рубашкой все равно пробежал. - Здравствуйте, Тамара Сомовна, - несколько заискивающе, поздоровался он. - Здравствуйте, Евгений! Я вот что хочу вам сказать. Вступление было нетрадиционным, поэтому несколько ошарашило и несмотря на робость заставило поднять глаза, чтобы убедиться действительно ли это была Томсон. Да это была она, а вот выражение лица незнакомое. Уголки ярко красных напомаженных губ, несколько приподнялись и выразили некое подобие улыбки. Глаза тоже не смотрели строго и назидательно. - Так я вроде вчера не пел, - застенчиво проговорил Жека. - Куда вы все торопитесь. Я и рта не успела открыть, а вы уже с оправданиями. Сегодня у меня совершенно иной повод для разговора. Скажите, Евгений, это действительно, что вы изобрели способ летать на обычных досках? - Ну… - промычал изобретатель, раздумывая, каким боком его летучая доска могла нарушить соседкин покой. - Не скромничайте, - продолжала Томсон, - я всегда была уверена, что врожденная интеллигентность пробьет себе дорогу, и вы станете порядочным человеком. На сей раз примеры праведной жизни уложились в пятнадцать минут, и дальше последовало предложение принять активное участие в реализации творческих начинаний. Правда, для начала, как выяснилось, потребуется одна персональная доска. Уяснив суть вопроса, Жека внутри себя с облегчением выдохнул и вытерев ладонью пот со лба сказал: - Вы, Тамара Сомовна, просто читаете мои мысли. Я, как раз, когда летел домой, думал, что нужно будет предложить вам такую доску. Ведь вы так много участвовали в моей судьбе. Правда, не знал, как это сделать. Стеснялся. Теперь со следующей партии я первым делом к вам. А сейчас извините, времени совсем в обрез. - Да, конечно. Так я жду, - милостиво отпустила его Томпсон. Освободившись от ее нравоучительного внимания, Жека пулей влетел на свой пятый этаж и здесь нос к носу столкнулся с соседкой по площадке Аллой Аркадьевной – сухонькой, маленькой и очень подвижной для своего преклонного возраста старушкой. - Женек, привет! Не откажи в любезности, помоги старой карге. - Бог с вами, Алла Аркадьевна, уж кому-кому, а вам я хоть целую пилораму притащу – летайте на здоровье. - Издеваешься, пострел. Смеешься над бабкой. Мне о душе не забывать нужно, а ты меня на доске летать прилаживаешь. У меня, Женек, кот к вам через балкон сбежал, зараза такая. - Так у вас же ключ от нашей квартиры есть. - Есть, но я его вчера на вашей тумбочке и забыла, а дверь захлопнула. А ты говоришь летать. У меня борщ на плите, побежала я. Занесешь? - Засекайте, через тридцать секунд у вас. Миша, свободный от домашних забот, имел возможность некоторое время посвятить освоению нового вида транспорта. Разучив пару небесных финтов, он уже, как летун-профи, лихо завернул к магазину выполнять поручение Босса. Знакомая на лицо продавщица провела краткий инструктаж по ассортименту продуктов для пикника, необходимого оборудования и рецепта приготовления шашлыка для начинающих. После того, как все необходимое было упаковано в пакеты и оплачено, она улыбнулась, поблагодарила за покупку и спросила, когда ждать доски, которые сегодня утром заказал муж. На выходе Миша чуть не сбил со стремянки рабочего азиатской наружности, который прилаживал растяжку над входом в цокольный этаж с призывной надписью «Мы открылись», а сбоку на стене свежая вывеска утверждала, что курсы полетного мастерства «Икар» работают с утра до вечера без обедов и выходных. - Оперативность, однако, записаться что ли, - хихикнул про себя первооткрыватель летучести досок. И все-таки это была прелюдия, а что такое настоящее признание и слава, Босс ощутил на себе, как только перешагнул порог до боли родной квартиры на двух разведенных между собой жильцов. - Вовчик, - вдруг ни с того ни с сего обратилась к Боссу его бывшая жена. Ни как обычно «Эй» или «Але», а вот так прямо «Вовчик» и при этом многозначительно улыбнулась, посмотрела глазами снизу вверх наискосок и облизала кончиком языка верхнюю губу. Такой подход может кого угодно вышибить из седла, но Вовчик сам был не промах, тем более наполовину бывший офицер. Поэтому переходя на язык противника, вспомнил термины десятилетней давности и сказал: - Зайчонок, я тебе пол квартплаты после обеда завезу. Нету с собой налички. В офисе оставил. - Это сущий пустяк. Не отвлекай ценное время на ерунду. - То есть? – поразился Босс. - У нас с тобой много друзей и близких. Они тоже тебя искренне уважают. Я уверена, что тебе будет крайне приятно подарить им по маленькой летучей дощечке. Если, конечно, есть финансовые затруднения, то я помогу. Пусть не все, ну хотя бы часть. Ведь дальше дороже будет. Все говорят. - И сколько у меня друзей и близких? – спросил Босс - Сорок три, - ответила жена. - Это ты серьезно? - Минимум восемнадцать. Ну не жадничай, Вовчик. Мы же с тобой не чужие люди. Помнишь, как нам завидовали. Ошиблись, развелись, сглупили. Все поправимо. Босс понял, что пора линять. Сказал неопределенное «будет день, будет пища» и бочком, бочком в ванную, а потом в свою комнату переодеваться. Комната была небольшой метражом, но предельно функциональной. Книжный стеллаж сработан своими руками еще во времена семейной жизни. Если отодвинуть один блок с книгами, то можно попасть в нишу, где размещался одежный шкаф. По центру книжной стенки был оборудован проем с поворотным столом, на котором во всей красе и полной боевой стоял макет танка Т-72 – особая гордость хозяина комнаты. На противоположной стороне, распятая между полом и потолком, покоилась боксерская груша, а на стене в качестве экспоната висели перчатки. Эти предметы последние пятнадцать лет пребывали в полном покое, хотя, как и все в комнате, содержались в образцовом порядке. Босс достал из гардероба шорты с накладными карманами и тенниску на выход, надел, осмотрел себя в зеркало, поправил волосы, местами отмеченные сединой. В принципе готов, не на смотрины, небось, собрался. От полтавских котлет с брокколи на гарнир и рюмки-другой вискарика наотрез отказался, отговорился громадьем дел и, завернув вираж, шмыгнул из окошка в просторы июльского неба. Дорога летела и вилась вдоль леса и поля, через речки и мимо деревушек. Губернаторский мерс скакал по этой дороге, как игривая козочка, а сам губернатор пытался поймать взглядом текст на деловой бумаге, но тщетно. - Надо что-то делать, - назойливо лезла в голову провокационная мысль. Вероятно, она относилась к вопиющему несоответствию. Деньги на ремонт выделялись три года подряд, а сами дороги на это никак не реагировали. Глава района, хороший, компанейский мужик и слабый администратор, каждый раз глядя честным взором, уверял, что все средства использованы, но дорогам этого мало, и они хотят еще. - Надо что-то делать, - опять подумал губернатор. Однако дорога вдруг изменилась и потекла ровным полотном. Асфальт приятно зашуршал под колесами. Надо думать это послужило причиной появления все той же назойливой мысли. - Надо что-то делать, - лезло в голову. Правда, относилось это ни к дорогам, а теперь уже к бюрократическим изыскам. Анатолий Петрович, так звали губернатора, посетил район для того, чтобы принять участие в форуме по вопросу внедрения безбарьерной среды. В форуме приняли участие работники районной администрации, министр сельского хозяйства из областного правительства и полсотни пенсионеров – жителей районного центра. По-хорошему нужно было взять с собой жену - управляющую областным собесом, но она недолюбливала ранних поездок на сельские посиделки так, что пришлось обойтись министром. Все прошло в основном гладко и по-деловому. В час уложились бы вполне, но гражданка Сипова попросила прояснить вопрос, и это затянуло работу форума еще на час. - Анатоль Петрович, - обратилась Сипова, - у меня сестра парализованная на руках, а каталку, чтоб ее в райсобес привезти, на второй этаж не дают. В собесе просила - нету, в больнице говорят, что не положено. Вот и получается, что субсидию получить невозможно. А в газете пишут, что положено. Суть вопроса с помощью работницы собеса в течение получаса прояснили. Оказывается, собес решил принимать документы на субсидии лично от нуждающихся или по нотариальной доверенности. Пришлось разрулить вопрос. Губернатор сказал, что, к сожалению, бывают столоначальники, которым не нравится работать, а нравится любоваться собственной значимостью. Но их подавляющее меньшинство, а большинство это ударники чиновничьего труда. - Вот, кстати, министр сельского хозяйства у нас сегодня здесь и все слышал. Это как раз его вопрос. Министр бросил короткий, полный неподдельного удивления взгляд на губернатора, но тут же опустил глаза и начал писать у себя в блокноте. - Нужно будет собрать представителей всех районов и провести семинар об уничтожении бюрократических барьеров. Проработайте, я думаю, трех месяцев будет достаточно. Машину сильно тряхнуло на колдобине, и губернатор посетовал на самого себя, что де думает о всяких мелочах, когда в более серьезных вещах еще конь не валялся. Совсем было собрался обратиться к документам, но тут водитель ударил по тормозам. - Что, что случилось? Матвей? - Во! – сказал Матвей и показал пальцем в небо. Губернатор проследил за Матвеевым пальцем и совершенно искренне поперхнулся. Два пацана сидели на каких-то дощечках и азартно летали друг за другом. Похоже, играли в догонялки. Летали они совершенно свободно и никаких устройств или приспособлений, кроме досок, не просматривалось. Губернатор выбрался из машины и крикнул в сторону летунов - Эй, мужики, на чем это вы летаете? - На летучих досках, дядь. Твоему мерсу такое и не приснится, - похвалились пацаны. - А как совсем без мотора? - Ну да. Сел да полетел. - Где ж такие продают? Я себе тоже хочу. Ребята подлетели поближе к любопытному дядьке и зависли поблизости от машины. - Опоздали вы дяденька, - перешли на «вы» пацаны, - дядя Миша из третьего дома сегодня утром продавал, но у него больше нет. А когда еще сделает неизвестно. - Это какой дядя Миша? - Да это Мишка–алкаш, - сказал один из ребят. - Рот закрой, - цыкнул на него другой, - Михал Михалыч его зовут, он из пятнадцатой квартиры. Но его все равно сейчас нет, он с мужиками полетел куда-то. - А это какой же у него дом по Родниковой улице? - Нет, по Интернациональной. - Дома его, значит, просто так не застать. В полетах. - Да мы не знаем. У нас своих дел по горло, чтоб за всеми смотреть. - Ну да, - согласился губернатор, - у всех своих дел невпроворот. За информацию спасибо, выручили. Да, кстати, мороженое будете? А то у меня что-то горло побаливает, а вам там наверху жарковато, наверное. - Спасибо, не откажемся. А на доске чего ж жарковато? Если вдруг жарко стало, газку подбросил - и пожалуйста, вот тебе вентиляция. Водитель достал из холодильника мороженое и передал ребятам. Аккуратно провел ладонью по доске. - Чудеса, - пожал плечами. - Ну ладно, ребят. Еще раз спасибо. Поехали мы, дела. В машине губернатор дал команду в четырнадцать часов собрать первый состав к нему в кабинет и связался по очереди со всеми силовиками. Какой-либо существенной информации не было. И пока свежая мысль «надо что-то делать» бесновалась в голове, пришел сигнал сверху. - Анатолий Петрович, у тебя, говорят, доски летать начали? - Да я сам только пятнадцать минут назад как узнал. - А мы, видишь, раньше. Ну да ладно, не суть. Тут вот что… Ни во что не вмешивайся, главное - внимательно наблюдать и быть в курсе. Все на карандаш. А события пусть идут своим чередом. - И криминал, если будет, тоже по боку? - Ну, ты в крайности не впадай, силовики у тебя хлопцы бравые, свое дело знают. Подстрахуют, предупредят. - Это да, - подумал губернатор, - только почему-то меня не в первую очередь. - Пока вопрос ясен, а связь с вами напрямую держать, Станислав Иванович, или?.. - Держи со мной. Пока будем работать по такой методе. Ну, давай до связи. Успехов. Губернатор зашел в кабинет, налил стакан газировки, выпил, развернулся и треснул кулаком по столу. - Надо что-то делать. Глава 4 В тираж С десятком бутылок и непривычно богатой снедью троица приземлилась недалеко от пилорамы у родничка. Место это было насижено давно. Здесь собирались на производственные и иные собрания коллеги по работе. Иногда в погожий вечер, некоторым числом оставались до утра, чтобы не стаптывать обувь по дороге до дому. Полянка всегда содержалась в благопристойном состоянии, и остатки диспутов обязательно утилизировались в отведенном для этого месте. Жека с Мишаней принялись накрывать поляну, а Босс с ветерком и запасной доской умчался на предприятие. Уже начал румяниться на углях шашлычок, когда из-за перелеска вывернули Босс с Палычем. Начальник держался ровно и спокойно. Как будто всю жизнь только на досках и летал. Правда, где-то внутри был немного сконфужен, потому, что без особой надобности все время скреб подбородок. - Зря вы это мужики, рабочий день...- заговорил он. - Да ну Бог с тобой, Палыч! Мы по чуть для связки слов, а остатки заберешь - в хозяйстве пригодится. Дело сам видишь завлекательное. - Ладно, мне каплю, а сами как знаете. Размялись по соточке, пожевали, чем Бог послал. Перешли к обсуждению. - Тут, Палыч, нелепая случайность произошла, - начал Босс, - мы вот с коллегами экспериментировали, но, однако результат превзошел все ожидания. - А чего вы делали то. Как экспериментировали, - начал любопытствовать Палыч. Коллег он знал хорошо. Не раз и не два с почестями провожал их к калитке до обратной дороги с пожеланиями на глаза не попадаться. Так, что вопрос о том как эти самые коллеги умудрились заставить доски летать, сам просился на язык. - Это Палыч, результаты глубокого научного анализа, - начал Жека. - Ты бы не мутил Женек, - попросил Палыч, - чего кота за хвост тянуть. - Да ну что ты, я коротко. Мы как то у Мишани сидели, а он выпимши был и мычать начал. Тихонько так, почти не слышно. Но что характерно сервиз при этом туда - сюда двигаться начал. - Какой сервиз? - не сориентировался Миша. - Какой, какой. Чашка там, вилка, сковородка. - А! А то я... - Да не мешай ты, дай доскажу. В общем, под его мычание началось небольшое движение предметов. Мы заинтересовались, пощекотали его в нос соломинкой от веника. Он затих, а предметы все равно шевелятся. Вот мы потом и стали мычание хором разучивать. Всю зиму тренировались с мелкими предметами, а когда получилось стали молча совершенствоваться, чтобы соседей не травмировать. А позавчера доска полетела. Ну, мы и пустили в тираж. - Брехло ты, - сказал Палыч, - хотя дело ваше, я не настаиваю. - Виктор Палыч, ты не обижайся, - встрял Миша, - мы, правда сами толком не понимаем, как тут все происходит. А Жека, точно брехло. У меня и веника никакого нет. Я шваброй пользуюсь. - Ручкой от швабры, - уточнил Жека. - Ша, огольцы, - прекратил дебаты не по существу Босс - берем изделие, кладем его на обломки досок, на отходы и ждем какое-то время. Потом чувствуем, что процесс начался, значит можно расслабиться, дальше все само сделается. - А отходы любые берете? - Нет, тут тоже, как будто кто толкает - это бери, а это не пойдет. Вчера вот вообще одного обломка хватило. - Как вы это чувствуете? - Да по-разному. У Женька в заднице свербит, у Мишаньки нутро холодеет, а у меня ладони чесаться начинают. - Ну, здесь ничего нового. У вас там всегда чесалось и свербело. А это ж как, любой из вас может, или только вместе. - Не, поодиночке пока не пробовали. Может, конечно, и получится. - Ну, ладно, мутно все, конечно. Но от меня то, что нужно. Доски вам напилить? - И это, тоже, - поддержал Босс, - мы сразу оплатим. Но еще, может, в амбар пустишь. Мы бы там тихонько зарядили партию. А то дома любопытных тьма. В окошки лезут, работать не дают. - Ну, разок, другой в амбар можно. А дальше с хозяином договаривайтесь. Я-то ведь сошка подневольная - самовольничать не могу. На том и сошлись. Договорились на завтра приступить к делу. Когда начальника с гостинцем отправили на базу, Жека сразу приступил с претензией. - А чегой-то Босс, у тебя ладони чешутся, а у меня так в заднице свербит? - Иш ты, задело. Да у тебя не только свербит, там у тебя пламенный мотор. К каждой тычке забочка. Ты у доктора давно был. Сходи, проверься - пусть медицина подтвердит. - Ладно, за мной, - пригрозил Жека. - Ты Босса не замай. Босс - голова! - вступился Мишаня, - смотри, как он ловко про отходы загнул. Сообразил, что обломки летучей доски нужно будет маскировать. Это он только с виду вахлак вахлаком, а на деле из него идеи как тараканы лезут. - Был не прав, с недосыпу не разглядел интеллекта, - покаялся Жека. - Ладно, братва забулдыжная, что с вас взять. Давай слетаем до дому возьмем чего к обеду, а потом куда-нибудь на речку - обмозгуем завтрашний день, - предложил Босс. Полетели. Жители микрорайона встретили их приветливо. С земли призывно махали вчерашние боевые друзья, намекали, что нужно бы обмыть достижение человеческой мысли. В воздухе, по-дружески, сопровождали обладатели летучих устройств, благодарили и вносили предложения по внешнему дизайну и эргономическим доработкам. Все это наводило на мысль, что спокойная жизнь кончилась, слава стремительно валила на голову и грозилась раздавить насмерть. На поверку выходило как-то не весело. Пришлось на скорую руку гоношить обед и, петляя уходить от преследования. На следующее утро, превозмогая жажду, тошноту и кружение мозговых извилин коллеги, поскуливая, принялись за амбар. Собственно особой работы и не требовалось, нужно было с умным видом натаскать немного щепок, огрызков досок, обломков коры, разложить их на полу между лагами и там же замаскировать обломки полетного первоисточника. Потом, когда подвезли напиленное сырье, показать на какие лаги складировать. И как только четыре стопы будущего воздушного транспорта встали на указанные места маги и волшебники закрыли на щеколду дверь, уселись на бревне, приняли как смогли серьезный и таинственный вид. После короткой паузы чуть в разнобой начали тихонько мычать. Рабочий люд, побросав работу, прижался глазами к щелям, затаил дыхание и изо всех сил пытался увидеть самое главное. Но главного рассмотреть не удалось. Боссу наскучило сопение за стеной, и он обратился к аудитории: - Мужики! Помилосердствуйте. Дайте мистическому потоку пройти процесс коагуляции. - Ну да, - добавил Жека, - вы же его как Тузик грелку во все стороны инвертируете. - Так, валите все по рабочим местам, - перевел на человеческий язык просьбу Палыч. Народ нехотя побрел от сарая. Для пущей важности колдуны еще около получаса посидели, молча с закрытыми глазами. Но когда Мишаня всхрапнул, и чуть было не уронился с бревна стало ясно - процесс пошел и можно до завтра валить на все четыре стороны. - И что, - спросил Палыч, провожая коллег в обратный путь, - дальше все само собой, а потом полетит? - Нет, - ответил Мишаня, - по-хорошему нужно было бы посидеть и посмотреть, чтобы никто с любопытством не совался. Испортить может. - Это ты не боись. Организуем. - Ну, тогда завтра останется только закрепить. Чтобы процесс в обратную сторону не стронулся. Чтобы летучесть навсегда осталась. - Это мы завтра с утра, - сказал Босс, - и ребятам скажи, пусть для себя штучки по две изготовят. За материал сам смотри, а зарядить мы так зарядим. Свои люди. Ну а тебе, Палыч без ограничений, сколько потребуется, мы всегда расстараемся. - Да мне много не нужно, я без фанатизма. Штучек десять и будя. - Заметано. - Ну, вот и ладно. Отчаливаем. Спасибо за понимание и товарищескую взаимопомощь, - попрощался Жека. - Ладно, не за что, до новых встреч, господа - товарищи, - ответил Палыч. Братва без захода домой, окольными путями просквозила к речке. Вчера после долгих поисков нашли одно уютное и очень труднодоступное местечко. Самое то, что нужно для производственно-творческих посиделок. В тени развесистых ив разделись, в холодный ключевой ручеек положили напитки, расстелили на мягкой травке одеяло и нырнули в прохладную, чуть голубоватую от неба речку. Поплавали, пофыркали, подурачились. Хорошо. Солнышко повернуло к полудню. Стало быть, можно начинать второй завтрак, коль скоро первый с устатку в глотку не полез. Во вновь открывшихся условиях завтрак можно было назвать рабочим. - И так, господа, приступим к рефлексии, - объявил Босс. - Это мы на раз, - согласился господин Жека и треснул себя по лодыжке, намереваясь уничтожить комара. - Анализ ситуации, - провозгласил Мишаня. Есть производственная база, качественный полуфабрикат и расположение рабочего коллектива. Мы готовим полезный в быту и востребованный продукт. Остается отшлифовать детали. - Какие тут детали! Мы народным массам доски, а они нам дензнаки по объявленной цене, - упростил Жека. - Я ж говорю балбесы, балбесы и есть. Самое серьезное дело, которое вы можете освоить это стакан левой рукой поднимать, - разгорячился Босс, - вам русским по белому вчера сказали - можно будет зарядить пару раз, а потом с хозяином терки тереть нужно. А я хозяина в прошлом году только один раз, и то издалека видел. Кто он, что он, хрен его знает. Скажет, работайте на меня или валите к едрене фене. - Смотрю я на тебя Босс и даюсь диву, - не согласился Жека, - с виду, если морду утюгом погладить, вполне себе нормальный мужик, а как рот откроешь, так весь аппетит насмарку. Есть древняя народная мудрость - было бы болото, а лягушки напрыгают. Все эти хозяины за нами наперегонки бегать будут и бабло трясущимися руками предлагать. Возьмите за ради Бога, а мало, так мы мигом сбегаем со сберкнижки добавку снимем. Балбесы! Сам ты юродивый. - То есть ты предлагаешь... - Я предлагаю голову не морочить и воду не мутить. Все само сложится. Лучше давай подумаем, где и как мы завтра будем этими дровами торговать. К Мишаньке в квартиру не влезут. У него там бутылками все заставлено. - Пусть оно лучше в ваши норы влезает. Мое жилье под торговлю не приспособлено, - не согласился Мишаня. - Тогда вали к Марго. Кофейку выпей, склони к посильному сотрудничеству. Иш как она шустро рынок тебе организовала. И пятки щекотала. Неспроста, - посоветовал Жека. - Нет, насчет кофейка я пас. От кофе с женщиной народонаселение увеличивается, а я против безотцовщины. - Тогда бутылку возьми. После водки от тебя кроме мычания никакого эффекта происходить не может по определению, - предложил Босс. - Нет, - запротестовал Жека, - это еще хуже, забудет, зачем шел. Пусть подлетит к форточке, скажет, что надо и на срыв. Дальше она сама сообразит, как поступить. - От деловары, - сказал Мишаня, - все на меня. Дальше он хотел рассказать все, что думает о компаньонах, но подул ветер, и из-за горки стала подкрадываться гроза. Времени на аргументы не оставалось, все похватали свои пожитки и взмыли в небо. Однако, грозовая туча двигалась быстрее летунов и теплый летний дождь хлынул сплошной мокрой стеной. Складывалось впечатление, что молнии ударяли прямо по затылку, а сверху их припечатывал трескучий гром. Вместе с дождевыми потоками братва влетела в открытое окно Мишиной квартиры, где на полу плескалась порядочная лужа ласкового июльского дождя. - Твою мать! - охарактеризовал ситуацию Мишаня и бросился отгораживаться окошком от разбушевавшейся стихии. Жека, не тратя по посту время, уже собирал воду Мишиными трениками, а Босс бросился на кухню в поисках емкости для сбора дождевой воды и через пяток секунд вернулся с глубокой сковородкой. В общем, работа кипела, и оперативность действий вселяла надежду, что недавний ремонт в квартире снизу останется в первозданном состоянии. Когда процесс подходил к своему завершению, а дождик хоть и поослаб, поливал не шутейно Босс вдруг замер, схватил свою доску, открыл окно и прыгнул на улицу. - Во болван, - крикнул Жека и захлопнул раму, - пусть теперь моется, может, поумнеет. И здесь он обратил внимание на свою одежду. Одежда была сухой. - Миха! - заорал он, - мы не промокли. Видал, мы сухие. Они посмотрели друг на друга. Если не считать обуви, которая промокла в квартире, весь остальной гардероб был вполне себе сухим. - Однако! - подытожил Мишаня, - а куда, интересно Босс метнулся? - Плохо если ему последние извилины молния расшибла, - закручинился Жека, - Может еще обойдется. Хотя едва ли, все к этому шло. Они совсем было начали грустить, когда в дверь мокрый до нитки вломился Босс. - Открытие, - с порога объявил он, - доска защищает от дождевых осадков. - Да, по тебе это здорово заметно, - согласился Мишаня. - Я специально под дождь с доски слез, чтобы убедиться, - парировал Босс. - От ведь полет мысли, от глубина эксперимента, - подхватил Жека, - я бы для эксперимента в форточку рубашку высунул, а Босс сам из окошка сиганул. Голова! - Может она и от мороза защищает? - не обращая внимания на подколки друзей, сказал Босс. - А ты слетай домой, залезь в холодильник. Для эксперимента. А то мой сломался. - по дружески посоветовал Мишаня. - С кем я говорю. Очевидных вещей не воспринимают. - Мы-то давно восприняли, просто не каждому дано из окошек под дождь выпрыгивать, не согласился Жека, - выпей лучше, чтобы от простуды уберечься. Можешь даже растереться перцовкой. Говорят от насморка наилучшее средство, а вот с головой это хроническое. Но скучать, долго не пришлось. Жизнь уже подготовила следующий ожидаемый, но нежданный сюрприз. Глава 5 Коммерция С Марго договорились, что называется с пол-оборота. - Десять процентов с выручки, - объявила она, еще не дослушав все тонкости предстоящего дела. - Я знал, что мы поймем друг друга, - сказал Мишаня, - разве, что маленькая тонкость - процентов должно быть семь. Я их всех пересчитал и знаю каждого в лицо. - Крохобор, - ответила Марго, - ладно на первый раз черт с тобой. В назначенный час к пилораме подкатил совершенно антикварный рыдван. По законам физики ехать он права не имел и двигался исключительно вопреки, а не в следствии. Маргоша гордо восседала рядом с водителем и всем своим видом показывала, что любое убожество рядом с ней становится верхом совершенства. На погрузку собрался весь состав предприятия. Народ продвигался к амбару в колонну по одному. Очередной счастливчик нетерпеливо заходил в дверь, садился на стопку из нескольких досок и весело с улюлюканьем и гиканьем планировал к машине. На обветренных пролетарских лицах сияла детская неподдельная радость. Марго тем временем заставила Палыча выписать всю необходимую сопроводительную документацию. Братва, в свою очередь, взяла на заметку ее деловой подход и поняла, что их дело находится в надежных руках. А на пилораме, тем временем, продолжался праздник. Народ ходил счастливый и держал под мышкой по две доски, похваляясь друг перед другом. Было здесь много совершенно уникального. Одни украсили свои изделия резьбой, другие придали им анатомическую конфигурацию, третьи снабдили спинками и так далее и тому подобное. Оставалось даваться диву, что может сделать человек за неполные сутки, если иметь под рукой стимул. Пришлось разделиться. Мишаня заканчивал погрузку, а Босс с Жекой начали прием народного творчества на зарядку. Каждый подходил и клал по две доски в стопку на указанное место. Однако в результате объем стопок уверенно свидетельствовал, что досок там раза в два больше. Да и откуда было знать рабочему люду все превратности действий с простыми числами. Процесс зарядки немного сократили, но мистический антураж оставили в том же ассортименте. На обратном пути решили завернуть в родной микрорайон, посмотреть как идет реализация плодов чародейского труда среди широких народных масс. Однако раздача досок - самолетов уже закончилась, а Марго подбоченясь, взирала на двух административных представителей как удав на кролика. Парочка внимательно вчитывалась в бумажки и делала пометки у себя в блокнотах. - Но ведь здесь указано, что вы торгуете обрезной доской, - недоумевал проверяющий. - Ну, да, - подтвердила Марго, - кто бы спорил. - Так ведь по факту это является транспортным средством, - возразила инспекторша. - Некоторые официальные лица, сдается мне, на метлах летают, - парировала Марго, - так, что ж теперь все швабры писать средствами передвижения? - Не утрируйте, - сказал инспектор. - А я и не утрирую, - ответила Марго, - если кто-нибудь вздумает этой доской кому-нибудь по башке заехать, так вы с меня лицензию на оружие потребуете? В общем, так, господа хорошие - я продаю доску обрезную, а покупатель сам решает, что с ней делать на забор прибить или по небесам шастать. Еще вопросы есть? Если нет документики сюда, пожалуйста. И успехов в вашем нелегком труде. Крыть было нечем. Инспекторы нехотя вернули документы и сухо попрощавшись, подались восвояси. - Маргоша, ты гений торговли, что заканчивала? - подивился Босс. - Два класса и коридор. Держитесь меня щурята, не пропадете, сказала Марго и махнула водителю: "Езжай, мол". Рыдван завелся, задребезжал и нехотя тронулся с места. Когда он скрылся за углом, а грохот ослаб, за спинами у компаньонов кто-то просительно покашлял. Это был председатель ТСЖ. В руках он держал десятка полтора стандартных листов со списками жильцов, жаждущих стать обладателями летучих приспособлений. - Господа! Не откажите. Примите по-соседски заявочку от жильцов нашего ТСЖ. - Да, - сказал Жека, - говорил, начнется вот и началось. - Прямо сейчас мы взять не можем, - сказал Босс, - возникло неожиданно много технических вопросов и нестыковок. Если нам удастся их разрулить, то Маргарита Семеновна даст вам знать. Марго с полным осознанием своей значимости кивнула, дескать, я вам обязательно дам. - Ну, так, что мы с председателем? - спросила Марго, после проведения взаиморасчетов. - А чего тут голову ломать, - ответил Жека, - кто на что учился. С тебя Семенна доска в означенном количестве, помещение, где без лишних глаз можно провести основную работу. Ну, понятное дело, реализация. А мы, в свою очередь, соберем все внутренние резервы и зарядим партию, другую. Только не ставь на поток. Сломаемся, никому лучше не станет. - Водку меньше жрите, вот и не сломаетесь. - Если б она была твердая мы б ее жрали, а так пить приходится, уточнил Мишаня, - Да и по двадцать пять процентов на брата, включая сестру. Все по чесноку. - Ну, мироеды, - отреагировала на расчеты Марго, хоть бы по паре процентов скинулись женщине. - Эмансипация, мадам, эмансипация, - заключил Босс, - а потом двадцать пять значительно больше, чем ничего. - Я и говорю - мироеды, стояла на своем компаньонка. Но это было уже не в счет. Чтобы не терять время Марго достала телефон, нажала кнопку, и когда абонент отреагировал на ее призыв, ответила начальственным тоном: - Вильгельм, привет! Грустишь касатик? Не грусти я о тебе позаботилась. Собирай свою артель. Что бы все живы были, у меня дело серьезное. Включай сушилку мне кубов десять нарезанных в размер дощечек нужно. Что когда? Завтра, когда же еще. Ах, оплата когда! За неделю до начала работ. По реализации, а ты думал. Сделаешь, а я продам. Если работа людям понравится, то получишь все, по нашей с тобой договорной цене, а будет брак - удержу, чего тут еще не понятно. Нет, голубчик, никакихпредоплат, выбрось из головы глупости всякие. Собирай пока свою бригаду, я через часок буду, там все точно посчитаем и вперед. - А нас мироедами обзывала, - подивился Жека. - С вашим братом иначе каши не сваришь, - отреагировала Марго, - вы, тоже не расслабляйтесь, три зеленых свистка - все втроем бегом работать. И вид у вас, приличных слов не подберу, а говорить как есть воспитание не позволяет. Ладно, сегодня с Вильгельмом утрясу, а завтра культпоход в одежный магазин. - Шоп тур, - подсказал Жека. - Ты смотри, что он знает. Значит не все потеряно, - закончила беседу Марго, - ладно, некогда тут с вами, меня люди ждут. До завтра, щурята. Чтобы все как огурцы. Намек поняли? - Давай, давай Марго, - напутствовал ее Босс, - не отвлекайся. Счастливого пути, нет не так, чистого неба. После непосильных трудов троица грела животы на речном бережку. - Я вот, что думаю, - Босс усердно пытался сплести косичку из травинок, - нас тут на каждом шагу спрашивают, как все это получается, и что мы делаем. Любознательный нынче народ пошел. Надо выработать концепцию и от нее ни на шаг. Когда все в одну дуду будем дудеть, то и сомнений ни у кого возникать не будет. - Хорошо бы посущественней чего-нибудь придумать. По-научней, что-ли. А то мы вам тут помычим, а вы потом полетаете. - Наоборот, Михал Михалыч. Чем чудней, тем лучше. На чудесах все религии построены от индуизма до коммунизма со всеми остановками. Мне не веришь, у Босса спроси, он всерьез это дело изучал в танковом училище. - Не, Мишань, зря ты эту тему завел. Жека, хоть и шебутной, но прав. Во-первых, слово уже сказано, если будем что-то менять, у народа подозрения возникнут. Хотя с другой стороны, не главное что мы скажем, а главное что б летало. Но все равно последовательность приветствуется. На мой взгляд, обязательно нужно втроем держаться. - Друг за дружкой, гуськом ходить? - Погоди Жека. Мы и так, считай, что одной семьей живем. Просто если калым подворачивается, то идем вместе. Все вопросы обсуждаем. Когда втроем возражайте хоть до хрипоты, а на людях все одинаково. - Принцип демократического централизма. - Какой принцип? - Демократического централизма, а ты что в училище не изучал? Жека и тот, наверное, учил. А в твое то время в каждой комсомольской ячейке наизусть учить заставляли. - Вспомнила бабка, как девкой была. Конечно, учил. А что правильный принцип. Жулики и те по нему живут. - У комсомольцев переняли, - предположил Жека. - Нет, это комсомольцы у жуликов, - не согласился Миша. - Да, что вы как дети, ей Богу, какая разница. Кто раньше встал того и тапки. Здесь важно имидж создать и от него ни на шаг. С массами, в быту, мы просты и доступны, а как до работы доходит, сосредоточены и таинственны. Хотя туману тоже в меру нужно напускать. Без перегибов. - Это Босс, и ежику понятно. Придумалась же концепция. Вполне себе рабочий вариант, чего из пустого в порожнее переливать. Вопросы появятся, решим по мере поступления. Голова, она ведь чтобы не только ей есть, но и шапку носить. Да, Мишань? - Да, Женек. Еще ей выпивать можно. Ты Босс как считаешь? Или на голосование поставить. - Началось. Обсудили, называется. - Так оно прения легче пойдут. Жека тоже так считает. Большинство - за. Меньшинство на разливе. - Вот ведь жизнь собакина, - после третьей задумался Жека. - Что не так? - лениво поинтересовался Мишаня. - А что так? Неделю назад полтинник спроворишь и счастья полные штаны. А тут денег как у дурака махорки, водки - хоть мойся, личный транспорт под задницей, а счастья нет. - Счастье - это быть частью. А ты и так часть, сейчас нашего теплого коллектива, а в дальнейшем гумуса. Но заметь, все дороги открыты. Можешь смело идти к ларьку, сшибать на счастье, а мы с Мишаней твою порцию перегорюем, - предложил Босс. - Утешил, называется. Злые вы, уйду я от вас. Пойду сегодня в ночной клуб. Развлекусь, девчонок потанцую, - резюмировал Жека. - Зачем? - удивился Босс, - давай я тебе физиономию по-свойски за так начищу. Результат тот же, зато под присмотром и без фанатизма. По пути домой, возле подъезда Мишу перехватил Серега, пару месяцев назад после полного исправления его выпустили на свободу и порекомендовали без приглашения пивные ларьки не посещать. - Михал Михалыч, - обратился тот, - ты меня прости, я тут случайно, в общем, косячок тут за мной. - Чтой то ты, Серега на официальный тон перешел, - подивился Миша, - никак в райсовет баллотироваться собрался, на мне общение отрабатываешь. - Не, Мишань, тут вот какое дело, я, понимаешь случайно к тебе домой зашел. Там открыто было. Ну, я, понимаешь, пару бутылок прихватил. - Пару? - не очень поверил Миша. - Ну да, пару. Они там бесхозные стояли. Извини, вот те крест, не со зла. Рука дрогнула. Я тебе все вернул и замок хороший поставил. Вот ключи. А то всякая шантропа будет лазить. Извини, нечаянно это я. Серега стоял понурившись, смотрел на Мишаню из подлобья и теребил собственные пальцы. - Ну, ладно, - немного опешил от такой неожиданной честности, Миша, - заметано. За замок, конечно, спасибо. Пойдем я пару пузырей за работу начислю. - Не, не, Михал Михалыч, - замахал руками Серега, - это от чистого сердца, мой косяк, мне и исправлять, я закон знаю. - Не пойму я, что-то. Чего ты крутишь. Косяк твой забыли, но и от меня не убудет, если я за работу рассчитаюсь. - Вот за это спасибо, сразу видно, человек ты не злопамятный, - порадовался Серега, - я тоже добро помню. Ты если, что только скажи, я из кожи вон вылезу. - Ладно, - все еще недоумевал Миша, - если потребуется обращусь. Но ты мне скажи, как на духу, чего тебя, вдруг на такую честность потянуло. В монахи, что ли уходишь, или перевоспитали тебя там. - Да нет, Мишь, - замялся Серега,- никуда я не собрался. Тут понимаешь, какое дело, просить тебя хотел. - Ну, проси, раз хотел, чего ты мнешься как просватанный, - подбодрил его Миша. - Михал Михалыч, я в открытую, без обиняков, - набрался смелости Серега, - ты меня не проклянешь? - Я?! - поперхнулся от такой неожиданности Миша. - Ты, - подтвердил Серега, там мужики сказали, что у вас с Босом и Женьком это запросто. Не надо, не проклинай, а? Я же раскаялся. Если надо, я уже говорил, из кожи вылезу. А, то хочешь, морду набей. Заслужил. - Вон ты, что, не, не прокляну. Пойдем я лучше тебе пару пузырей дам. Они наговоренные, порчу отводят. Но в одиночку не пей и никому не говори. Так мы с тобой этот конфликт и закончим. - Правда, - прослезился Серега, - вот, однако, спасибо. Душа, ты, а не человек. - По всему выходит, дорога мне в праведники, - усмехнулся про себя Мишаня, но вслух ничего говорить не стал, чтобы не затягивать диалог. Глава 6 Акула бизнеса Рабочий кабинет самого крупного бизнесмена города Скрипки не отличался вопиющими размерами и вычурными богатствами. Здесь кроме рабочего стола был еще стол круглый на пять-семь посадочных мест, а на стене висела картина средних размеров и абстрактной направленности. Вроде как ни о чем. Сам Николай Ильич был человеком радушным, приветливым и очень трудолюбивым. Это последнее позволяло ему встречаться в своем рабочем кабинете, в основном только со своими самыми главными заместителями. Однако в это правило иногда вклинивались исключения. Так было и сегодня. В кабинет были вызваны Валентина Петрова и Игорь Гуменюк. Оба они работали в аналитическом отделе, а прошлым утром под видом работников торг инспекции общались с Марго по вопросу торговли летучими досками. - Итак по порядку, не упуская деталей. Дама вперед, - начал разговор Скрипка, когда все трое заняли места за круглым столом. - По впечатлениям, - начала Валентина, - сами виновники торжества далеки от серьезных дел и имеют ярко - выраженный забулдыжный вид. Коммуникативных навыков - ноль, организационных - ноль, предполагаю, что планов создания и развития собственного предприятия нет. - А что это за женщина, которая торговала изделиями? - Думаю это случайная помощница с навыками базарной торговки. - Хорошо, что у тебя, Игорь? - Все три партии, Николай Ильич, были изготовлены на пилораме Кузнецова. Сам он об этом не знает или узнал только-только. Количество пока незначительное, но производственные возможности не ясны. Цены реализации очень не высокие. Зато спрос более чем ажиотажный. - Не мудрено, я тоже очень не против иметь такой транспорт. Что известно о технологии производства? - Заготовки укладывают в сарае. Кудесники садятся рядком на бревно и начинают мычать. Последние минут десять сидят молча с закрытыми глазами. На все про все уходит полчаса. На следующий день в том же порядке проводят процедуру закрепления полетных свойств. - А чем они заняты в перерывах между мычаниями? - Пьют водку. - Каждый день? - Похоже на то. - Н да, - расклад. - Возьми себе это дело, Володя, - говорил через полчаса Скрипка своему заму, - упускать нельзя. Закрепить чародеев нужно плотно. Не мне тебя учить, действуй и держи в курсе. По цепочке команда мигом долетела к Пасюку - руководителю небольшого предприятия, которое имело собственный статус, но по факту являлось подразделением Скрипкиного княжества. Чаще всего предприниматели, с которыми начинал сотрудничать Пасюк в скором времени влезали в долги или приключалось горе личного характера, которое требовало больших и срочных затрат. Тут-то на помощь приходил кто-то из коммерсантов юридически независимых, а фактически подопечных Скрипки. Схема не сложная, отработанная и результативная. Армия, таким образом, пополнялась перспективными бизнес единицами, которые неустанно несли золотые яйца, зачастую не зная в чьей кошелке они собираются. Пасюк постучался, а затем и появился на пороге Мишиной квартиры, когда троица решала задачу с чего начать день. Вариантов было два. Один - двинуть на шоп - тур с Марго по вопросу освежения гардеробов. Другой - выпить по чуть, и тогда уже после обеда, если сложится слетать по магазинам. - Мир вашему дому. Привет мужики! - поздоровался Пасюк. - Здорово. Проходи, - сказал Босс, - пить будешь? А то нам четвертого не хватает и кивнул на пол, уставленный бутылками. - Спасибо, конечно, но не сейчас. Разговор есть. - Ну, раз есть говори, - предложил Жека, - только не долго, а то у нас программа намечается. - Меня зовут Слава, фамилия Пасюк, предприниматель. А вас я знаю, да собственно вас уже весь город знает. - Это да, из дома не выйти. Скоро на доску "Лучшие люди города" прибьют, - сказал Мишаня. - Или повесят, - согласился Жека. - Хорош тарахтеть, - сказал Босс, - тут человек с делом пришел, а вы только поржать. - Давай, Слава, чуток за знакомство, а потом уже к делу. А то как-то не по-мужски получается. Но Слава от чутка все-таки отказался. Сказал, что обязательно, но не сегодня. - Да, - посочувствовал на это Мишаня, - хреново быть бизнесменом. Мы бы не справились. - Это так кажется, - не согласился Пасюк, - может поначалу что-то и не пойдет, а так обычная работа. Но речь, в общем, не о том. Я вот что, мужики. Есть у меня небольшой цех по деревообработке. Дизайнер - Людочка. Она мне про вас и рассказала. У нее уже рисунки готовы по вашим доскам. Дело хорошее. Как подумаю, какое развитие все это может получить, аж голова кружится. Конечно, желающих вас к себе пригласить много найдется. Серьезные могут быть люди не мне чета. Я так, наудачу. Вдруг повезет. - Ты, Славик, не переживай, - повелся на проникновенную речь Босс, - мы люди простые, в офисах штаны не просиживаем. Можно сказать от сохи. Сговоримся, можно и с тобой поработать. - Так ведь шарик на вашей стороне. Можете стать компаньонами. Можете на зарплату. Размер сами предлагайте. Такой товар не залежится. Заключим договор, чтоб и социалка и стаж, все честь по чести. Когда и сколько работать станете обсудим отдельно. У вас же процесс не постоянный, сами определитесь, когда спать, а когда пахать не покладая рук. - Нет, компаньонами нам становиться ни к чему. А то там ходить и думать сегодня рюмку нельзя - завтра совещание у мэра, - сказал Жека. - С зарплатой тоже не сложно - рублевый эквивалент ящика водки за каждую доску, - добавил Мишаня. - Однако, эквиваленты, - ухмыльнулся Славик. - Все апробировано практикой, - уточнил Миша. - Да, и еще, график работы свободный, по ситуации. И электроники тоже никакой не нужно. Подсматривать там, подслушивать - толку никакого. У нас и так все на виду, а вот сбой вполне может произойти. Лучше не испытывать судьбу, - сказал Босс. - Хорошо, - согласился Славик, - пока никаких препятствий не наблюдаю. Давайте, чтобы все было честно и прозрачно я пришлю договора, вы познакомитесь, почитаете, если все верно подпишите и начинаем. У меня все готово будет в два часа дня. Куда прислать? - Давай ко мне, я как раз дома буду, - сказал Жека. Он еще хотел добавить, что будет кормить бабушку, но не стал - все-таки это личное. - Видишь, Босс, - сделал победное заявление Жека, когда Славик ушел, - я тебе говорил, как лягушек в болото напрыгают, а ты "Хозяин не разрешит". Видали мы таких кенгурей. Мишань, посмотри, там в подъезде хозяины в очереди не стоят. - Ладно тебе, разошелся, - примирительно согласился Босс, - я с летучими досками не каждый день дело имею. Это, тоже, понимать нужно. Не успели обсудить свежие перспективы, как в окно влетела Марго. - Здорово, дядьки. У меня все готово. Полетели работать. - От жеж тетка, - чуть не поперхнулся огурцом Мишаня, - ты бы хоть для приличия в форточку постучала, что ли. Может я тут голый, может у меня женщина. - Голый - это хорошо, - сказала Марго, - женщина - плохо. Я первая в очереди. - Это кто сказал? - удивился Мишаня. - Я сказала, ты слышал. А мое слово - кремень, успокоила его Марго, - вобщем хорош трепаться, летим работу работать. - Далеко? - спросил Жека. - Ко мне в деревню. Километров пятнадцать. По прямой меньше, сколько не знаю. Вам то, что. Пешком что ли шлепать. - Давай в три часа. А то у нас не все готово. Мы не думали, что ты такой метеор, - сказал Жека. - Да, Маргош, давай не будем рысить, - поддержал Босс. - Уговорили, но если нажретесь, то лучше бы вам не рождаться совсем. На том и порешили. - Так, брава, - сказал Босс, когда Марго достаточно далеко улетела в сторону горизонта, - похоже, мы становимся многостаночниками. - Может сдуемся куда подальше, - сказал Мишаня, на все шпингалеты, закрывая окно. - Подальше это где? Да и, собственно, как? - возразил Босс, - с нами уже каждая ворона раскланивается. В газете пишут, что наш феномен заинтересовал ученых. Так, что ждем нашествия яйцеголовых. - Вот, что я сам себе думаю, - заговорил Жека, - нужно пощипать одну дощечку на палочки, пару штук вместе с мусором заложить Марго в сарай или, что там у нее в деревне. Нагнать побольше туману и сказать, что она сможет заряжать доски сама без нашего присутствия и пусть девочка занимается. - Мысль, - поддержал Мишаня, - не напряжно и копейка, какая никакая капать будет. Посмотрим, как пойдет, а то можно будет пустить идею в тираж. - Подожди делить шкуру, давай попробуем. Посмотрим, будет щепка катать или нет, - перевел Босс разговор в практическую плоскость. Отщипнули сантиметровой толщины палку. Попробовали покататься. Нормально, только удержаться на жердочке сложно - уравновеситься трудно. - Раз подъемная сила не пропала, значит и зарядка никуда не денется,- сделал научное заключение Жека. Остальной кусок доски пустили на палки. Чтобы не терять драгоценное время решили разделиться - Жека кормить бабушку, а Босс и Мишаня на пилораму за бутафорскими щепками -. палками У подъезда Жеку встретила очень миленькая девушка, звали ее Лена, и принесла она в папке три комплекта договоров на ознакомление и подпись. Жеке очень захотелось отложить, куда подальше все свои дела и пойти с Леночкой в ресторанчик с верандой над морем, поболтать ни о чем и рассказать, как бьется сердце от избытка чувств и недостатка женского внимания. Но было несколько препятствий. В их местности, как назло, не было ни одного моря и все открытые веранды кафе-ресторанов выходили лицом на проезжую часть, что сильно усложняло чтение стихов о любви. Да и сами стихи нужно было еще вспомнить. Осталось только разулыбаться на всю ширину рта, поблагодарить за оказанную услугу и быть очень приятным на внешность. Так Жека и поступил. Однако на ближайшее будущее зарубку сделал. Дома его встретило ритмичное громкое сопение. Как оказалось, оно было производным от напряженной творческой работы. Бабушка сидела на ковре, широко расставив ноги. Между ног вальяжно разлегся во всю метровую длину соседский кот и, зажмурившись, мурлыкал. Бабушка при помощи носового платка красила его зеленкой. - Так делают леопердов, - сообщила она Жеке, - с первого взгляда леоперд редкой масти, а поближе кошка драная. Недоделанного леоперда и извинения пришлось отнести Алле Аркадьевне. Бабушке была разогрета сборная солянка из кафе, но после второй ложки она отодвинула тарелку в сторону и сказала: - Мон шер! Эту дрянь отнесите на конюшню. Скажите, пусть подадут а-ля тортю. Жека заварил харчо из пакета, накормил бабушку и понял, что очень пора вылетать к Марго. Босса и Мишу начальник пилорамы встретил несколько настороженно, не в пример работному люду, который побросав свои дела, лез пожимать руки. Но Палыч на них прикрикнул и все разошлись по рабочим местам. Босс попросил разрешения набрать пару мешков подстилки - щепок, палок и других неликвидов из амбара, где проходила зарядка летучих досок. С этим вопросов не возникло. Когда они вошли в амбар он увлек их в дальний темный угол и зашептал: - Мужики! Будьте осторожней. Тут каждый день о вас справки наводят и братва, и полиция, и корреспонденты и хрен знает кто и откуда. Выспрашивают, вынюхивают. Не нравится мне это все. Не к добру. Замучился отбрехиваться. - Спасибо, Палыч, - сказал Босс, - кто тут друг, кто враг, а кто любопытный не разобраться. Да мы, собственно, ничего плохого не делаем, чтобы прятаться. А надоест эта свистопляска - бросим все да рванем, куда глаза глядят. - Жаль, - сказал Палыч, - народ все больше доски спрашивает. Каждому такую хочется. А если вас кто из олигархов под себя подожмет или вы вовсе далеко спрячетесь, то за эти доски такой бардак начнется - до убийства дойти может. - Не спорим, по-всякому может выйти. Не угадаешь. Мы, вот что, - сказал Босс, - оставим тебе одну палочку. Она специальная, наговоренная. Понадобится, будешь подкладывать под доски, и они станут заряжаться. А там сам сообразишь, что с ними делать. Будешь торговать - половина наша. Просто так раздавать - значит, мы морально вместе. Да и чего сейчас гадать. По всему видно это только начало. Вся веселуха впереди. На том пока и расстались. К деревенским владениям Марго спланировали звеном из четырех бортов. Ее угодья состояли из добротного деревенского дома-пятистенки на высоком бутовом фундаменте, стайки для кур, большого амбара и баньки на берегу лесного ручья. - Да, Марго, не добралась до твоих пращуров разящая рука мирового пролетариата и колхозного крестьянства, - оценил хозяйство Босс. Для мистерии был определен большой добротный сарай, метров сорок площадью и земляным полом. Братва с умным видом внимательно осмотрела помещение, довольно покивала головами. - Маргарита Семенна, а у тебя печной золы не найдется, - вдруг поинтересовался Жека. - Наскребем, а ты что колдовать будешь или тень на плетень наводить? - хихикнула Марго. - Какие шутки, Марго! Дело серьезное, а ты все с хаханьками. Волоки золу, пока энергия совсем не израсходовалась. - На фига тебе зола, - заинтересовались компаньоны, когда Марго скрылась из виду. - Туман нагонять! - коротко бросил Жека и стал развязывать мешок с деревянным неликвидом, - мастер класс мне тут с вами проводить некогда, поэтому работаем по принципу "делай как я". - Вот жеж блин "делай как он", - возмутился, было, Босс, но послышались шаги хозяйки, и прения пришлось закончить. - Нате вам, - отдала Марго миску печной золы, - колдуйте малахольные. Доски вон, показала она рукой на груду заготовок. Заряжайте, я немного посмотрю, как вы тут колдовать будете и пойду обед готовить. - "Делай как я", - еще раз зацепил Босс Жеку. - А ты как думал? - Жека принял таинственный вид, посмотрел по сторонам, в миску с золой, что-то пошептал, жестом пригласил компаньонов наклониться поближе к миске, случайно вдохнул, в носу защекотало, и чихнул всей мощью легких. Результат моментально отразился на лицах и гардеробе компаньонов. Босс и Мишаня кратко, но громко выразили свое отношение к произошедшему. Марго зашлась в хохоте. Жека, предчувствуя возможное недопонимание, быстренько отпрыгнул в сторону и поэтому рукоприкладство не состоялось. Отмываться от колдовского тумана пришлось долго, однако результат радовал, только разве, что Марго. В конце концов, она насмеявшись предложила истопить баньку и оттереть морды мочалкой. Но колдуны ограничились нагретой водой и мылом. Получилось похуже, чем в бане, но зато быстрее. Доски разложили на три пачки, но не все - побоялись, что не хватит энергии на зарядку. Обсуждали дальнейшую программу действий под горячие наваристые щи, из настоящего чугуна сваренные в настоящей, хоть и летней печке. - От то благодать, - лыбился Мишаня собрав радостные щеки возле ушей. - Ничего касатик, - обнадежила его Марго, - завтра они еще вкуснее будут. Я тебя оставляю, ты с утра будешь проверку проводить и меня инструктировать. - А баню? - Баню поближе к вечеру. Куда ж она от нас денется, - ущипнула Мишаню за бочок Марго. Утро встретило друзей в разных местах и очень не схожих ситуациях. Мишу не свет ни заря начали донимать слуховые галлюцинации, сдобренные чудными снами. Из-под батареи на него вылезал огромный бегемот и настойчиво кукарекал в самое ухо. Другой раз бегемот начинал лаять голосом некрупной шавки, а когда Мишаня пытался отпихнуться от него рукой, то на пути встречалась не грубый бегемотов бок, а вполне себе мягкая часть пышного манящего тела. Бегемот клал ему на плечо огромную свою ногу, но на поверку она оказывалась женской рукой. - Чертовщина какая-то, нужно завязывать, - подумал Мишаня и разлепил глаза. Явь оказалась еще забавнее сна. Под ним была обширная кровать, хрустящие накрахмаленные простыни, а сбоку за плечо обнимала женская рука. Комнату украшала большая русская печь, окошки с геранями за кружевными занавесочками и здоровая муха, которая не жалея своей головы билась в стекло. За окном квохтали куры, и как заведенный кукарекал петух. К куриному вокалу периодически то, удаляясь, то наоборот, приближаясь, пристраивался собачий лай. Мишина левая рука комфортно покоилась на мягкой части чьего-то женского тела. Впрочем, все разъяснилось быстро, т. к. не смотря на разбросанные в беспорядке кудри, лицом соседка по кровати была вылитая Марго. Не совсем разрешенными оставались два вопроса: почему и как. Однако острый ум быстро подсказал ответы, а именно: был пьян и как попало и почем зря. Потом за завтраком Марго дополнила картину. В общем, ничего нового за исключением того, что он оказывается о-го-го, Мишаня о себе не узнал. Босса разбудило непрерывное женское щебетание на кухне. Гипотеза, что супруга призвала на помощь подругу или родственницу, и они будут раскручивать его на халявные доски, подтвердилась только частично. Проходя в ванную, Босс увидел на кухне молоденькую, миловидную женщину, которой ранее представлен не был. - Вовчик мы тебя ждем. Это очень важно. В ванной Босс глянул в зеркало и хотел поздороваться, но сообразил, что это не кто-то чужой, а он сам в зеркале. Отражение смотрело на него обалдевшими глазами в обрамлении небритой физиономии, каждая морщинка которой была подведена яркой черной линией. - Чингачгук, твою мать! Делай как я! Колдун хренов! - мысленно прорычал он по Жекиному адресу и с военной целеустремленностью стал натирать физиономию стиральным порошком для автоматической стирки. Через полчаса облик несостоявшегося вождя апачей был значительно улучшен. Теперь из зеркала на него смотрело бритое и здорово красное лицо. В таком похорошевшем виде он и предстал перед бывшей женой и милой незнакомкой. - Света, представилась она и протянула руку для пожатия. Босс тоже представился и галантно облобызал почти детские пальчики. Жена при этом искренне поперхнулась. - Я корреспондент А и Ф, - сказала Света, - вас невозможно нигде застать, вот и пришлось напроситься в гости. Я понимаю, вы человек занятой, но может быть, в процессе завтрака расскажите, пусть очень кратко, но хоть что-то. А то ведь факт есть, а информации никакой. Отсюда полезут сплетни и небылицы, а за ними самые фантастические выводы. - Вот такая получается проза жизни, - продолжил Босс, - хорошо, но мне сегодня действительно некогда. Записывайте выжимки, а при случае сочиним развернутое интервью. - Очень даже годится. Спасибо! - обрадовалась Света. За чашкой кофе Босс озвучил усеченный вариант Жекиной придумки, откланялся и нырнул в небесную синь. У Жеки утро было привычным и обыденным. Мысли в основном крутились возле Леночки, а руки проворили легкий завтрак. Бабушке по английскому обычаю овсянку, а себе боржоми из холодильника. Небольшой сюрприз ждал чуть позже. Все три комплекта трудовых договоров со Славиком были подписаны черными чернилами довоенной перьевой ручкой. Все три автографа имели нажимы, росчерки, а если приглядеться и вчитаться, то гласили буквально следующее: О.Жен, эск. Х. Брут и Т. Дериоло. Конечно, Жеку это несколько озадачило. Но только немного. - Ясен перец, - подумал он, - настоящих буйных, которые надуются и станут читать эту хрень на пяти листах с кучей сносок и перекрестных ссылок в природе не водится. Да и подписи при здравом уме и трезвом рассудке никто не рассматривает. В результате договора легли в папку, а Жека имея к тому вескую причину, метнулся к Леночке. Но так уж бывает в жизни, что на самом старте радужных надежд появляется препятствие, которое не объехать, не обойти и даже на него плюнуть как-то не с руки. Этим препятствием был Босс. С ним Жека чуть не столкнулся едва только начал вылетать с балкона. - Женек! Ты ли это, аль не ты? Спозаранку да с деловыми бумагами. От ведь что творит жизнь с простым крестьянским парнем. - ерничал Босс. - Сам такой, - ответил Жека и показал свою досаду, как только сумел. - Куда ноги несут? Пострел. - продолжал Босс. - Договора сдавать везу, ослеп что ли. - А на подпись, почему не представил. - За тебя моя бабушка подписала. Так и написала Ты Дурила. - Правда, чтоль? Покаж сей секунд. - Поехали к Мишаньке там и насмотритесь. А потом к Славику строгать прогресс всего человечества. Глава 7 Предприятие Слава встретил троицу у ворот предприятия как старых закадычных друзей и сразу потащил показывать свои владения. Весь его цех помещался в одном длинном, но невысоком ангаре, поделенном на участки стенами. После проходной начинался склад готовой продукции, за складом участок упаковки, потом сушка, перед ней малярный цех, резьба, распиловка и заканчивалось все художкой - маленькой комнаткой, где работала Людочка - дизайнер. Отдельный вход имела небольшая столовая. Во всех помещениях блистала хирургическая чистота. - Когда же вы успеваете убираться? - искренне удивлялся Босс. - Всегда. У нас убирают помещения в течение всего рабочего времени и после работы, - и Славик кивнул в сторону женщины, которая протирала подоконник. - Вот ведь чудо из чудес, - продолжал удивляться Босс, - отродясь такого не встречал, чтобы в столярке и такая чистота. - Мало кто видел, - согласился Славик, - чистота дисциплинирует, чистота - это наше все. Конец осмотра пришелся на столовую - небольшое, очень уютное помещение, разделенное бамбуковыми ширмами по которым вились живые растения и в центре каждой был встроен круглый аквариум с рыбками. Последней точкой в осмотре стал полдник, состоящий из крупного антрекота с овощным гарниром и пудинга с фруктовым морсом на сладкое. - И почем ныньче такие полдники для трудового народа, - поинтересовался Мишаня. - Ни почем, - ответил Славик, - трудовой народ полдничает раз в день за просто так. За счет предприятия. - Правда, чтоль, - засомневался Жека. - Вот те крест, - заверил Славик. - Ну, ты даешь, да ты герой капиталистического труда, - резюмировал Жека. - Что-то я как то не наблюдаю минусов, сомнительно с непривычки, - сказал Миша. - Как ни крути, а для вас минус точно есть, на предприятии пить нельзя, - сказал, как отрезал Славик. - Так это и ежику ясно как божий день, - согласился Босс. - Да чего тут. Порядок есть порядок. Если уж припрет, мы и за ворота выйдем - не бары, чай, - предложил решение Жека. - Нет, мужики, если припрет, то лучше совсем в этот день не приходить. У вас же график свободный, помещение отдельное. Вон за стоянкой для вас бокс освободили. Ключи на вахте. Хоть днем, хоть ночью. Пришли, поработали и летите себе с Богом. А на работе только трезвые - такое у меня правило. - Да не слушай ты его. Все будет честь честью, заверил Босс, - нам у тебя нравится. Рабочее место магов и волшебников представляло собой вместительное капитальное строение - бывший бокс на три грузовых авто. Оно было оборудовано теплом, светом, водой, канализацией, тремя воротами и двумя дверьми с торцов здания. Чистота, как и везде, была кристальной. - Во, - сказал Босс, - кран-балка. - Куда сбегать, - поинтересовался Жека. - Кран-балка, неуч. Подъемный кран такой, что бы на тебе доски не возить. - Рабочий, - поинтересовался Босс у Славика. - Обижаете, сударь. Металлолом мы сразу сдаем. Вы повнимательнее осмотритесь. Что еще потребуется для качественного результата труда? - Бревно, метра два и толщиной полметра. Чтобы сидеть, когда заряжать будем. И еще, куда документы сдать. Лена, где работает, - как бы по делу поинтересовался Жека. - Договора мне, а Лена завтра будет. Она сама вас найдет. Прихватите с собой паспорта, трудовые, ну и остальное для оформления. Часов в 10 утра будете? - Будем, - выдохнул Жека. Босс и Мишаня при этом не выразили радости на лицах. - Ну вот, а я все, что нужно приготовлю. - Еще лаги, куда доски ставить, добавил Босс. - Не вопрос. Полдники по расписанию, пропуска на вахте, ключи там же. Если что упустил, говорите. Все что смогу будет, - обнадежил Славик. - А чего, собственно тянуть? Можно и сегодня начать, если есть что для пробной партии, - предложил Босс. - О! Вот это по-нашему, - обрадовался Славик, - без затягивания и промедлений. Не успели глазом моргнуть, как все было готово. Подвезли доски, положили лаги, вместо бревна поставили мягкие стулья. Мишаня метнулся, привез пару мешков с отходами. Их аккуратно разложили между лагами и невзначай подсунули волшебные палки. На лаги поставили пачки досок и собрались запустить процесс, но в дверь просочилась Люда - дизайнер. - Вячеслав Сергеевич, - немного растягивая слова, обратилась она к шефу. - Людочка, я сейчас занят, потом обсудим твой вопрос. - Вячеслав Сергеевич, - не услышала его Людочка, - понимаете, я сделала эскиз "Утро" и там волна идет слева на право, как солнце встает, т. е. налево. - Люда,- прорычал Славик, - я занят. - Это очень важно, - продолжала Людочка,- я быстро, а то все испортится. - Что испортится?! - Резчики взяли, и листики вырезали налево, а цветочки направо. Понимаете, получается, что цветочки не рады солнцу. Дисгармония получается. - Какие цветочки, какому солнцу, какая дисгармония, - ты понимаешь слово, я занят. Ради всего святого не мешай нам работать. У нас сейчас очень важный момент. - Так я, поэтому и пришла, чтобы предупредить. - Да ситуация серьезная, - вклинился в разговор Жека, - но это на первый взгляд. Он взял Людочку под локоток и повел показывать, как растут листочки и цветочки на клумбе. - Видишь, Людок все не так однозначно, - ворковал Жека, - дунул ветер и листочки цветочки туда-сюда, а гармония на месте. Также и с досками - дунуло у резчика в голове, листочки в другую сторону повернулись, а все равно красиво. Вся гармония на месте. - И вы думаете, такая доска полетит? - Не то слово, как реактивная! - Ну, тогда я пошла. - Иди, иди, заботливая ты наша, - напутствовал ее Жека. - Лихо ты ее, - подивился Славик. - Практика. Мне с художествами часто встречаться приходится, - сказал Жека. Минут через сорок первый рабочий день был закончен и троица, сдав ключи на вахту, вылетела за проходную. - А на стульях колдовать сподручнее, - сказал Мишаня. - Ясно дело, но туману меньше,- поддержал Босс. На следующий день Жека начал собирать на работу друзей уже в восемь часов. - Хватит кошмарить народ! - рычал на него Босс, - тут лету полчаса, а ты ни свет, ни заря кровь пьешь! - У него засвербило и зачесалось, - поддакнул Мишаня, - он в Людочку влюбился, ишь как она ему вчера про листочки вправляла. - Балаболы, - нервничал на это Жека, - первый раз в жизни пофартило увидеть капитализм с человеческим лицом, так хоть на десять минут раньше можно приехать. Людьми прикинуться. Вы, кстати, документы взяли? Давайте мне в папку, а то через дырявые карманы потеряете. - Людьми нам прикидываться ни к чему. И так ясно кто да что, а тебе это никак не угрожает. На лбу бегущей строкой написано "чувычка". - Что за чувычка, - поинтересовался Жека. - Это чебурашка только без ушей и в голове с мякиной, - просветил его Босс. Так непринужденно общаясь, братва подлетела к предприятию за полчаса до начала рабочего дня. - Раненько вы сегодня. Сразу видно люди ответственные, - приветствовал их вахтер, вручая ключи, - я в столовую позвоню, там кофейку согреют, если вдруг захочется. - Спасибо, брат, - сказал Босс, - пока не нужно, если через полчасика, то самое то, - и продолжил, отойдя на некоторое расстояние от проходной: - В передовики попали. Вот ведь порой не знаешь, что лучше старый однополчанин или две таблетки снотворного и одну пургена выпить. За время их отсутствия удобные стулья заменили на бревно, чтов общем то, не сильно обрадовало, но мутить так мутить. Закрыли дверь, расселись, помычали, поскучали - все честь по чести, а то вдруг на камеру снимают. Надо поддерживать реноме, как говорят французы. Жека украдкой глянул на часы - до десяти оставалось еще семнадцать минут. Он заерзал. - Сиди смирно,- сквозь зубы прошипел Босс, - в задницу занозу загонишь. Передовик одиночка. Обстановка не располагала, поэтому Жека оставил выпад без ответа и стал думать как всего через четверть часа увидит Леночку и .... И пригласит ее в самое романтичное место. Где бывают такие места, он пока не знал, но был уверен, что найдет. В этом месте обязательно должны быть свечи, лотосы в прозрачных чашах, тяжелые портьеры и очень лиричная музыка. До десяти осталось пять минут, он уже собрался взять инициативу и закончить этот бедлам, но Босс опять процедил сквозь зубы: Сидеть. Полемика была не уместна, пришлось покориться. Пытка закончилась аж десять минут одиннадцатого. - Все, - сказал Босс, - готово, проверяем. Еще десять минут выборочно брали из стопок доски и катались на них по цеху. С каждой минутой Жека все больше осознавал, что евангельское "не убий" писано не про него и кровожадно поглядывал не Босса. Но вот шоу закончилось и в проеме открытой двери в солнечных лучах, вся воздушная и с протуберанцем возникла она и она шла, нет плыла к нему. Боже плыла она, та, которая занимала все его мысли и волновала сердце последние полтора суток - без малого вечность. Но на солнце наползли тучи, а светлого ангела закрыла фигура Мефистофеля - в двери нарисовался Славик. - Надо же, принесло, - огорчился Жека. - О! Вот это я понимаю, вот, что значит рабочая закалка. И что уже готово? - затараторилон. - Готово, - сказал Босс, - доски можно забирать, а лаги и щепки не трогать. - Будет сделано, - принял тот к исполнению, - а документики прихватили? Леночке отдайте, она сейчас копии снимет и вернет. - Ага, я ей сейчас отдам, - вызвался Жека, - идите кофе пить, я приду. Она стояла в сторонке, ветерок чуть раздувал ее каштановые волосы, самую малость раскосые глаза смотрели немного наивно и очень по-доброму. Нимфа. Жека обогнул Славика, подошел к Леночке, поздоровался, и начал копаться в папке явно затягивая время. - Да тут особенно и искать не чего, - сказал он, когда коллеги со Славиком отошли на десяток шагов, - забери вместе с папкой, здесь ничего другого нет. Просто я хотел тебя пригласить вечером... - В ресторан, потом в ночной клуб, а потом пить кофе до утра, - съязвила Леночка. - На концерт, - удивляясь, сам себе вдруг ляпнул Жека. - На концерт!? Сегодня? Не ожидала. Вечером? - Ну да вечером. Днем только детские бывают. - Договорились, спасибо. А куда? - В концертный, конечно. Ничего иного в голову свежеиспеченному кавалеру не пришло. Да, собственно, он искренне предполагал, что концерты бывают только в концертных залах. - К началу буду у входа, - мотыльком порхнула Леночка. - К началу, а когда у него начало. А вообще-то концерты сегодня есть? Вот засада. Никакой афиши про концерты на сегодня возле концертного зала не было, но Жека решил идти до конца и зашел в кассовый зал, где у окошка скучала молоденькая кассирша в манишке. - Концерт сегодня есть, а билетов на него нет. Кончились. - Мне нужно, понимаете у меня любовь, - откровенно признался Жека. - Понимаю, - душевно согласилась кассирша, - но пока нет. Собирались два сдать, если сдадут, то я для вас оставлю. Через пару часов билеты сдали, и кассир вручила их Жеке. - Пусть у вас все будет хорошо, - напутствовала она. На этот случай была заготовлена благодарность - шоколадка Бабаевской фабрики, но сейчас она показалась какой-то куцей, просто, ни к селу, ни к городу. - Спасибо преогромное, - сказал он, - я щас. И пулей выскочил из кассы. На соседней улице находился фирменный кондитерский магазин, а в витрине была выставлена здоровущая шоколадка, чуть не метровой длины. - Нет, - сказала про нее администраторша, - она не настоящая, бутафория. Самая большая вот, - и она показала на шоколадку порядочных размеров, но значительно меньше чем в витрине. - А побольше никак? - канючил Жека. - Побольше это пять килограмм развесных конфет, - вроде как пошутила администратор. В общем, к кассирше он прилетел с самой большой шоколадкой, какую только нашли в магазине. - Вот, - сказал он, - пусть у вас всегда все будет слаще меда. - Ничего себе шоколадина, - удивилась девушка, - спасибо огромное. Когда я ее съем, то коробку поставлю на видное место, буду говорить, что это от благодарных зрителей. - Во-во,- подумал Жека, - в магазине тоже, небось, весь шоколад сгрызли, а говорят бутафория. Концерт начинался в девятнадцать, а Жека в компании с огромным букетом начал фланировать у входа уже с восемнадцати. Надо сказать, что такая поспешность стоила ему немало нервов. Конечно, раздражает, когда у тебя через каждые пять минут спрашивают лишние билеты, но это еще не беда, хуже другое. Разговоры окружающих сводились к тому, что это не нормальный концерт поп или, в крайнем случае, рок направленности, а самый что ни на есть симфонический и, вероятно, с уклоном в кавказскую народную музыку, потому, что главный у них был какой-то Гергиев. Сам Жека один раз слушал, а вернее смотрел, как играли классическую музыку. Было ему тогда лет семь. Бабушка взялась приобщать к высокому искусству и отвела на балет. Сидели над оркестровой ямой, и Жеке было хорошо видно как кто и на чем играет. Особенно понравился толстый барабанщик, который изредка заходил из боковой двери, брал колотушку, несколько, раз стукал по здоровущему барабану и опять уходил за дверь. Жека все время сидел и гадал, придет еще барабанщик или нет, и ковырял в носу, потому, что бабушка впотьмах все равно ничего не видела. Потом, видно, барабанщик совсем устал ходить взад вперед, положил свою колотушку в специальный чемодан и ушел совсем. Сейчас это было второе свидание с классической музыкой и в душе егозило сомнение, что Лене это может здорово не понравиться. - Все коту под хвост, - переживал Жека. Оставалась одна единственная надежда на кривую, которая может вывести в нужном направлении.А народ все прибывал да прибывал. Привезли бабушку в коляске, по виду лет сто пятьдесят, а может, и нет, да кто его разберет этот женский возраст. Мальчик с бабочкой и опрятными родителями за ручку. Молодая пара с грудным младенцем - оставить, наверное, не с кем. Шпана мелкая лет по двенадцать - пятнадцать в шортах и шлепках на босу ногу. Этим где ни свистеть только, посвистеть. Устроят они тут концерт. Футбольные фанаты стенка на стенку. И другого народу всякого столпотворение просто. - Ох, попал я, - нервничал Жека. Наконец прилетела Леночка, вся запыхалась. - Я прямо с работы, вся бегом, даже домой переодеться не успела. Жека преподнёс букет. Манерно так, чуть разве колено не приклонил. - А я думала, джентльмены перевелись, - просияла Леночка. - Нет, - ответил Жека, - их не так, чтобы очень много, но попадаются. Вошли в зал, заняли свои места. А народ все шел и шел. Кому мест не хватило, встали в проходах по стеночкам, кто-то уже присаживался на ступеньках с краюшку. Лена сияла как именинница, и это вселяло надежду, что пронесет. Началось. Музыканты с инструментами расселись на стульях. В зале захлопали. Ни кто не свистел. Даже те пацаны с пляжа аплодировали ладошка об ладошку. А потом зал просто взорвался. Вышел мужик. Небритый. В черной хламиде. Поклонился. И пока он это все делал, кто только мог повскакивали с мест и хлопали так, что стены дрожали. Что происходит понять трудно. Ничего не оставалось, и Жека делал как все. Мужик поднял руки вверх, все сразу сели и наступила тишина. - Гипнотизёр, наверное, - успел подумать Жека. Но тут началась музыка. И музыка была про него, про Жеку, про все, что с ним случилось и про его любовь и про всю его жизнь, которая была, есть и будет, про все на свете и про сам свет. Потом все стихло, потом опять. Потом стихло и аплодисменты. Следом другая музыка, но про тоже и еще, еще и еще. Закончилось. Маэстро поклонился, поклонились музыканты, а люди уже несли цветы, много цветов и Леночка отнесла свой букет, и Жека был рад, что она так сделала. Они долго бродили по вечернему и ночному городу и были счастливы. В комнате царил рабочий беспорядок. Возле круглого стола лежала пачка газет "Знамя" за 1976 год. На полу кот и ветер играли мелкими обрезками. На столе ждали своей очереди, развернутые во всю ширину и разлинованные на аккуратные прямоугольники листы. Бабушка, сдвинув очки на самый кончик носа, переодически, от усердия облизывала уголки губ, по нарисованным линиям, большими ножницами резала печатный орган областной парторганизации. Когда прямоугольников набиралось достаточно, она складывала их в аккуратные пачки и перевязывала газетной же лентой на банковский манер. В таком виде они занимали свое место на столе в одном из пяти столбиков. Вся операция сопровождалась на этапе разлиновки декламацией стихов, резка проходила под громкое пение маршей, фасовка, как наиболее сложный этап проходила под едва слышное мычание, а окончание процесса ознаменовывалось прозой. - Гривны отдельно, лари отдельно, кроны отдельно, - приговаривала бабушка, - черт возьми, вы все на одно лицо, как тут не запутаешься. Жеке в квартире не хватало пространства. Он взял чайник, чашку и пошел на балкон. Нужен был воздух. Воздух был, была музыка, не было мыслей. - Чай пьешь? - достал его из забытья Босс. - Вот жеж кому не пропасть, - подумал Жека - досада. - Нет, пакетик в кипятке плавать учу. - Чой-то ты сегодня на работу не спешишь. Размазанный какой-то. Вчера лазил не понятно где. Мишаня, тот хоть по делу в деревне с Марго. А тебя где носило? - Я, Босс, вчера по случаю на концерт Гергиева попал. Слыхал про такого? - Брешешь небось. - С чего бы это! Говорю по случаю достал два билета. Потянуло классику послушать. - Повезло! Безо всякой иронии сказал Босс. - А ты что, правда что ли, про Гергиева знаешь. - Откуда! Я ж в тайге постоянно прописан. Третья берлога справа. - Нет. Правда. - Гергиев это мастер. Его весь мир знает. - Да? - Точно. Я когда в театре работал, близко ни одного такого не видал. Нет, конечно, мастера всегда были, но послабже как ни крути. - А, в театре, ну да. Главрежем. - Главрежем. Чудик. Главрежа в любые времена найти раз плюнуть. Сегодня "кушать подано" из-за кулис, а завтра главреж. Я был плотником экстра-класса. Ко мне все начальство на "вы" и с придыханием. - Но выгнали, небось, за регулярное недопитие. - Бывало, но там на это мало внимания обращали, правда и платили не часто и не много. А в девяностых совсем перестали. Пришлось уйти. До сих пор вспоминаю. Когда Иоланту давали мы за кулисами каждый раз плакали и не стеснялись. Хорошая вещь. Сильная. - Ну, ты Босс даешь. Я тебя аж зауважал. А чегож ты до сих пор утюгом прикидывался? - Ты тоже, по два билета на концерт не каждый день берешь. С бабушкой, небось,, ходил. Колись. - Всему свое время. Сам пока ничего не понимаю. - Ну-ну. Разбирайся. Глава 8 Надо что-то делать В этом месте пожалуй стоит прервать общую нить повествования и забегая несколько вперед сообщить, что события крутились не только вокруг зачинателей безобразия, но и все остальные, как в воронку, были затянуты в эту круговерть. Вот, например, как выглядела окружающая среда. В воздухе целый день и почти всю ночь летало много народу. Откуда и что бралось, остается полной загадкой. Народная мудрость утверждает, что голь очень хитра на выдумки. Вероятно, по этой причине затейники нашего города наполнили окружающие небеса самыми, что ни на есть, разными летучими приспособлениями. Были просто шедевры народного творчества, а были и вовсе не в какие ворота. Или наоборот, некоторые лица с отекшими лицами и фиолетовыми носами летали на мешках с чем-то внутри. Поговаривали, что это отходы деревообработки, которые случайно зарядились на лесопилке и потом по головотяпству ответственных лиц попали на свалку. Но высший шик относился не к самому внешнему виду летательного предмета, а к умению им управлять. Молодежь быстро освоила петли, бочки и разное другое из высшего пилотажа. Их было видно сразу и издалека. Потому, что сидели они на своих же ногах, согнутых в коленках, т. е. в обычной индийской позе ученика. Это позволяло летать стремительно и с вывертами. Пенсионеры и просто люди степенные летали спокойно, редко забирались в высокие эшелоны, привешивали на специальные крючки сумки с провизией и другой поклажей, в пике не уходили и сидели на досках как на табурете, свесив ноги. Не могу не отметить, что на абордаж доски идти напрочь отказывались и седоков своих ни разу не теряли. Места в небе было много, поэтому пробок в ближайшее время не предвиделось. Такая вольница имела разные последствия. Во-первых, ажиотажный спрос. Чтобы отбиться от жаждущих на всех торговых точках от супермаркетов до газетных киосков висели баннеры, растяжки или рукописные листки с информацией типа "Досок тут нету". Такой дефицит породил массу слухов про то, что сильные мира загребли новинку под себя и весь тираж гонят за кордон для получения огромных прибылей. Начальство всех властных уровней, в свою очередь очень хотело летать как все, но официальной точки зрения по этому поводу пока не озвучили, поэтому ждали, как будут развиваться события, а пока как лохи перемещались на своих бентли и ламборджини. Бизнес очень быстро отреагировал на все произошедшее и разделился на две основные части. Одни были только за, другие сильно против. За были те, кто не связан с бензоколонками и автопромом, а против владельцы этих видов коммерции. Также подходили к этому вопросу и народные массы. Владельцы досок утверждали, что все остальные средства передвижения это рудименты и архаика. Население досками не обеспеченное, как аргумент утверждало, что когда от досок энергию отключат, то все летуны шлепнутся задницами на грешную землю, но иметь такую доску им все равно хотелось. Губернатор нашей области был руководителем прогрессивным, поэтому с коммерсантами общался не только на заседаниях и в кабинетах, но и на рыбалке. Там, другой раз, и решались серьезные вопросы без обиняков, проволочек и голосований. Анатолий Петрович, и на сей раз решил взять вопрос с досками кавалерийским штурмом. Правда, штурм это теперь называли мозговым. Времена-то меняются. Отдохнуть с удочкой были приглашены знакомый нам коммерсант Скрипка, владелец нефтебазы Мирской Владимир Иванович и хозяин ведущей областной телерадиокомпании Бурмыко. Справедливости ради нужно сказать, что ни один из них, не смотря на первоклассные снасти, рыбаком не был, но и от предложения порыбачить в узком кругу с губернатором, отказываться не собирался. Не убудет, небось. Для начала полазили по воде с удочками, поплевали на червяков, потравили анекдоты. Наконец шеф поймал окушка с ладошку. Все искренне и радостно поздравили с трофеем и заторопились на берег. Там, на полянке, как раз поспела уха по вкусному рецепту. Отметили улов, отведали ушицы и перешли к разговору. - Надо с досками приземлять вопрос, - определил тему Анатолий Петрович, - мне тут сорока на хвосте принесла, что специалисты понаблюдали, померили приборами и ничего не нашли. - И у колдунов этих не нашли, - удивился телевизионщик. - Нет, не нашли. Мужики как мужики. По крайней мере, дистанционно приборы ничего не показывают. Вот вам и алкашня. И выпить не дураки и доски у них стаями летают. - Ну алкашня не совсем бросовая, - вставил слово хозяин нефтебазы, - у двоих незаконченное высшее, а Женек ихний ухитрился одновременно закончить физмат и текстильный. И оба без троек. Шагреневую кожу собирался изобрести. - Вона как, - подивился губернатор, - а что ж он с такими данными и в алкаши. Мужик, то я понимаю не старый, мог бы карьеру сделать. - Нет не старый, - продолжал Мирской, - но с большим питейным опытом, - после института он к нам в отдел главного инженера устраивался. Голова светлая, когда трезвая, а трезвой бывает не часто, пришлось расстаться. - Это вы с главным инженером маху дали, - вставил слово Скрипка, - сейчас, глядишь, на все твои нефтебазы бензин прямо из воздуха качали бы. - Или весь персонал спился бы, - не согласился нефтяник. - А когда он сам-то успел, не спрашивал? - Спрашивал, Анатолий Петрович и не раз спрашивал. Жалко было выгонять, воспитывать пытался. Он со школы математикой увлекался, олимпиады выигрывал. В институт поступать приехал, встречает в сквере студентов, второй курс. Те к экзаменам готовятся, что-то там решить не могут. Он им и решил. Слух по всему ВУЗу пошел - вундеркинд бесплатный приехал. Дальше пошло - поехало. На лекциях курсовые, дипломные и прочее на весь институт писал. Зав кафедрой на докторскую материал готовил. Студентам рассчитываться особенно нечем, да и желания, наверное, не было, они ему за работу стол накроют и ладно. А Женек без претензий, напьется и песни поет. По пьянке и в текстильный поступил. Обмывали очередной заказ, а тут по случаю, доцент оттуда оказался. Вот они с нашим колдуном и поспорили насчет шагреневой кожи. Дальше, как в таких случаях водится слово за слово и в результате поступает наш на третий курс текстильного, а через пару лет оба института и заканчивает. Он и там курсовые успевал писать. - А шагреневая кожа, - заинтересовался губернатор. - Нет, ничего у него с этим не получилось. Да он к тому времени уже спился окончательно. Проспорил. А легенды до сих пор ходят. Я как то с их ректором по другому делу созванивался, к слову пришлось, он и рассказал. Как кто, говорит, с пьянкой залетает, так сразу на нашего кивают, мол пью потому что гением собираюсь стать. Вот и нам сейчас выкручиваться приходится. Они там по пьяни наковыряли, а тут не знаешь с какой стороны подойти. - Это ты, Владимир Иванович, правильно сказал, - поддержал губернатор, - но подходы искать придется. Работа у нас такая - подходы находить. Нужно повнимательней за этим делом присматривать. Жизнь подскажет, в какую сторону двигаться. - Хорошо, если двигаться, а если задвигаться, - засомневался Мирской. - Да, ладно тебе, - не согласился, глава области, - были задачки, решали, порешаем и эту. - А ты чего Николай Ильич отмалчиваешься. Наверняка хвостик уже положил. - Обмазговываю, Анатолий Петрович. Отпускать ситуацию на самотек никак нельзя. Бог знает, куда наших кудесников занести может. К тому же всевидящее око не дремлет, - показал Скрипка указательным пальцем на небо. - На то оно и всевидящее, - согласился губернатор. - Так вот я и говорю, заберут наших талантов, и останется нам мемориальные таблички вешать и в музеях рассказывать, как три простых русских мужика поставили на крыло обычный пиломатериал, а заодно совершили научно-техническую революцию. - Ну да, я уже сейчас с этой революцией три процента потерял. На бензоколонках скоро с тоски на луну выть начнут, - дополнил Мирской. - Это ты, конечно, лишку, - не согласился губернатор, - источник то единственный и ручеек, хотя и заметный, но тоненький. Может самим инициативу проявить, предложить верха? - Соломоново решение, - радостно согласился Мирской, - баба с возу лошади проще. - Я бы не стал спешить, - возразил Скрипка. Нужно понять, откуда ноги растут. Народу жуть сколько летает. Я думаю, источники еще есть. Да и хлопцы эти только на первый взгляд спившиеся интеллигенты. Тот самый Жека, что с двумя высшими, на Гергиева ходил. Пунктик для алкаша не характерный. Мне думается, на сколько позволяет ситуация, нужно посмотреть повнимательней и определиться, что нам это может дать на перспективу. А Витя, думаю, не прогадает, если побольше шуму в эфир пустит, - кивнул Скрипка в сторону Бурмаки. Пусть народ подискутирует, погалдит немножко, споры там, отзывы с мест. Глядь и хвостик где проявится. Тогда можно к верхнему руководству в подарочном оформлении троицу предлагать. И там хорошо и нам не плохо. Начальству приятно и область не в накладе. Если, что я готов помочь и людьми и средствами. Конечно, надеюсь на посильные услуги ваших спецов, Анатолий Петрович. Информацией поделятся, буду очень благодарен. Дело взаимоинтересное, а одной рукой не хлопают. - Со своей стороны, Анатолий Петрович, если позволите, я планчик подработаю. Увяжу с выборами, с открытием новых перспектив, появлением рабочих мест. - Ну - да и закрытием старых, - подсказал Мирской. - Вот видите уже диспут, отреагировал Бурмыка - Это все набор традиционных инструментов, - не согласился губернатор, - вот ты Владимир Иванович упираешься, тормозишь всеми четырьмя копытами. А толку? Если это природное явление, то зажимать и отбрыкиваться бесполезно. Нужно думать, как все это применить с максимальной пользой. - Что ж я тут придумаю, - воспротивился Мирской, - бензобак к доске приделаю, а Виктор Ефимович расскажет в прямом эфире, что доска с бензобаком это путь к вселенскому благополучию? Нет, Анатолий Петрович, как не повернись, а я в глубокой..., в проигрыше, в общем. Если этот бардак на долго, то всему нефтебизнесуи автопрому кердык от Москвы до самых до окраин. - Может, конечно, если наука подсуетится, будем на досках и пахать и сеять и свет вырабатывать. Поэтому уже сейчас нужно выдумывать план А,Б, В и другие дорожные карты на любые случаи жизни. Рабочие места не растерять, финансирование сохранить и далее, далее и еще раз далее. В общем надо что-то делать. - Анатолий Петрович, а не опоздаем, - продолжал нервничать Мирской, - Я не вижу другого варианта, как сдать колдунов в клинику для опытов. - Это ты перегнул, Володя, - парировал Скрипка, - это уже не спарринг с ветряными мельницами, а струя против ветра. Давай лучше пустим реализацию дощечек через твои бензоколонки и если явление это массовое, то ты как пионер уже с ложкой. А если нет, то все равно потерь никаких. Но уникумов до полного выяснения сдавать это суицид. Показывать науке их придется, но ограниченно, без фанатизма, а то ведь и правда, зарежут, разберут на винтики. - Дело говоришь, Николай Ильич, пока это самая ценная мысль, - одобрил губернатор, - А ты, Виктор Ефимович сильно не усердствуй. Понимаю, что кусок вкусный, но торопиться здесь вредно. Ты больше рассказывай массам о шарлатанах, напоминай об осторожности. Отдельных программ не нужно, чего попусту сетку вещания дергать, дашь немножко в криминале и ладно. - Может пару-тройку задержаний организовать. Как считаете, Анатолий Петрович? - Остапа несло. Не нужно Виктор Ефимович, пока никаких задержаний, стрельбы и взрывов. И так без дерьма не обходится. Важно чтобы доходчиво и без перегибов. - Да, нет, конечно. Я просто для уточнения. Скрипка извинился и пошел к своей машине, откуда в скором времени принес четыре доски. - Вот, в качестве объектов изучения, - сказал он и раздал участникам рыбалки по дощечке. - Молодца, Николай Ильич, попробуем, - отреагировал губернатор. Остальные тоже поблагодарили и азартно заблестели глазами. Разговоры и стол остались в стороне. Уселись на доски. Вначале парили чинно и осторожно. Не высоко от земли, а потом все смелее и смелее и уже озорно с вывертами, с улюлюканьем. При посадке Мирской хотел немного толкнуть Скрипку, но доска на конфликт не пошла и приземлилась аккуратно и благородно. - Вот ведь, оказывается какое умное животное, - сказал он, - при такой постановке ГАИ на одну зарплату жить станет. - Зря переживаешь, - не согласился Скрипка, - они не пропадут. Навешают табличек "туда летай", "сюда не летай" и будут с сачками по деревьям сидеть, приработок караулить. - Эти прокормятся, тут им инструкции не нужны, - сказал губернатор, - важно от переедания уберечь. Когда собрались уезжать, к Скрипке подошел начальник губернаторской охраны. - Николай Ильич! Нам бы тоже дощечки. Вопрос безопасности дело серьезное. - Штучек сто, небось, - не без сарказма поинтересовался Скрипка. - Да как-то так, - согласился начальник. - На той неделе десяток пришлю, а остальное отложим до решения других животрепещущих вопросов, - порадовал Скрипка главного охранника, который больше чем на три штуки и не рассчитывал. Глава 9 Кидалово - Мужики, выручайте, - обратился Славик к троице, когда та после непосильных утренних трудов собиралась откушать кофейку в столовой. - Да мы заради тебя начальник кирпич без соли сгрызем, - заверил его Босс, а Мишаня рефлекторно потрогал правый верхний клык и подумал, что встречи с дантистом в ближайшее время не миновать. - Нет, стройматериалы грызть не нужно, пригодятся. Тут дело вот в чем, нас с Леной очень приглашают в Питер на конференцию. Да так приглашают, что отказаться ну никак. - Ну дык флаг вам в руки, привет Авроре и Медному всаднику, - напутствовал Мишаня, а Жека, чтобы скрыть досаду посмотрел себе под ноги и почесал за ухом. - Ну-да. Мы то вроде не препятствуем, - согласился Босс. - Нет, вы не дослушали, - пояснил Славик, - Вы-то как раз и что. Пока мы там будем, приедет очень серьезный заказчик, с очень серьезным заказом и дорогущими досками, палисандровыми. Ему их надо зарядить и деньги наликом забрать, акт подписать, как водится. Собственно здесь ничего особенного нет. Такая ситуация в договоре прописана, просто пока надобности не было. Выручайте, мужики. Больше некому. Все остальные не в теме. Предприятие маленькое, сами видите. А заказ хороший, упускать грех. - Так ведь куда ж он от нас денется. Вроде больше никто не заряжает, - усомнился Жека. - Да дело в другом, - пояснил Славик, - он в Россию всего на три дня, а потом в Африку, там у него весь бизнес, когда другой раз приедет одному богу известно. А жизнь течет. Как завтра повернется, фантазии не хватит придумать. - Чего суетиться, ерундовый вопрос, - сказал Мишаня, решить куда деньги сдать, а остальное как обычно. Привезет мужик доски из палисадника, под роспись примем, зарядим, под роспись ему же сдадим. Определяйся шеф с деньгами. - Думать тут особенно нечего. В боксе есть сейф - туда и положите, а ключи от входа оставите у себя. Я на вахте предупрежу. А мы приедем, сдадите. - Да, ладно, чего там, сделаем, - воодушевился доверием Босс. - Спасибо, мужики, расчет по особому тарифу. И еще, просьба, пока дело не закончите не злоупотребляйте. Уж больно все по-взрослому. - Не сомневайся начальник, все будет как учили в школе, - заверил Босс, - хотя, честно говоря, не нравится мне все это, да вот в воспитании заковыка - не могу отказать хорошему человеку. - Ну, что пойдем, глянем, что там за сейф денежный, - пригласил Мишаня, когда Славик отчалил в свой Питер. - Пойдем, отозвались остальные и нехотя поплелись в бокс. Там в этот день было пусто и стерильную чистоту нарушали разве, что бутафорские щепки между лагами. В шкафу обнаружили железный ящик с ручками, встроенным замком и ушками для висячего амбарного. - Я такой сейф под мышкой унесу, - съязвил Босс. - Да, эта консервная банка от очень честных людей, - поддержал Жека. - Давай там посмотрим, - кивнул Мишаня в сторону металлических листов на полу. - Это Мишенька яма для обслуживания техники, - покровительственно сообщил Босс. - Не дури, Босс, включи соображалку, если не все извилины в голодный год схарчил. Если там относительно пристойно, то деньги положим туда, а в сейф, чтобы шуршало вчерашнюю прессу. - Не имею, что возразить и преклоняюсь перед твоим казначейским талантом. Босс отвесил земной поклон в Мишину сторону. - Точно, точно, - согласился Жека, - у меня бабушку под это дело целую пачку газет настрогала. Все руки не доходили выкинуть. В яме было пристойно, картину немного портила пыль, которая просочилась-таки в микроскопические щели между тяжеленными железными листами. На том беспорядок заканчивался. - Годится, - одобрил Босс, - вот сюда в нишу положим, и пусть лежат родные, градус набирают. Молодец Мишок, хвалю. Оказывается и к тебе вовнутрь головы умные мысли забредают. - Ладно, хорош, трепаться, еще в деревню лететь - Марго ждет. - Марго это да, Марго это шутки в сторону. Со стихией не поспоришь. - Давай, заскочим билеты на молодых исполнителей возьмем, - предложил Жека, когда вышли за проходную. - Что-то малый ты совсем скис, - подметил Босс. - Да, что-то настроения нет, - согласился Жека. - Я, сегодня, пожалуй, тоже с тобой за компанию. Возьмешь? - Пойдем, так и быть. - Мишань, а ты? Неужто отколешься от высокого, культурного? - Нет, не стоит. Я и без снотворного хорошо засыпаю. - Это да! Маргоша она ведь и быка свалит, не почешется *** - Тебе не жалко расставаться с нашими колдунами, - спросила Лена, поджав ноги на диване в купе бизнес класса. - Да не наши они. Работа у нас такая, - ответил Славик. Вагон СВ, постукивая колесами на стыках, нес их в город Великого Петра. - По большому счету мы и так с работой не справились, - продолжил он, - как они все это делают техника, молчит, доски летают. Пришли, подремали на бревнышке и пошлепали себе бабло пропивать. - Да нет, последнее время они пьют не так активно. - Они на концерты классической музыки зачастили с некоторых пор с подачи некоторых мэтров психологии. - Работа такая, - лениво парировала Лена, глотнула из бокала вина и проводила взглядом убегающий за окошком пейзаж. - Работа такая, а наработок нисколько, - взгруснул Славик. *** День плавно тек к своему завершению. На завтра ждали Славика из командировки и искренне надеялись, что африканский подарок будет встречать он сам. - Это мы разок другой его компаньонов подождем и совсем пить разучимся, - грустил Жека. - Да ты и так со своими походами к милой незнакомке все навыки растерял. - Нет, Босс, ты не прав - руки еще помнят, хотя дрожать, давно не дрожали. Но здесь я сильно не грущу. Пусть себе не дрожат. - Еще часок потерпим и по маленькой. Может он вообще приехать забыл. Тоже мне Мумба-Юмба, - поддержал Босс. - А я с вами почуть и в деревню - давно свежим воздухом не дышал, с природой не общался, - озвучил свой план на ближайшую перспективу Миша. - Это да, - сразу подхватил Босс, - природа там все жданки прождала. Того и гляди опять на метле в форточку влетит. Марго, она еще та природа. Но как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. "Очи черные, очи жгучие" запел Жекин мобильник. - На связи. - Женек, подтягивайтесь - клиент приехал, - сообщили с вахты. - От ведь! Еще до завтра не мог подождать - все мечты насмарку, - посетовал Босс. На вид Мумба-Юмба был парнем крупным - килограмм сто двадцать живым весом, с раскосыми среднеазиатскими глазами и смуглый обличием. - Ибром, - представился он. - Что-то не сильно ты на Абрама личностью вышел, - засомневался Босс. - Не Абрам, а Ибром имя арабское, "настойчивый" значит. - Ну, тогда извини, ослышался значит. Но на негра ты точно даже вечером не смахиваешь. Вошь на мясорубку больше похожа. - Не, с негров я просто дань собираю, бизнес такой. - Рэкитир, что ли, - поинтересовался Миша. - Ну, ты дипломат, - оценил вопрос клиент, - я бизнесмен и звать меня Ибром. - Что-то мы заболтались, дело к ночи, а мы еще не в одном глазу. Пора переходить в практическую плоскость. Дрова выгрузили? - взял решение вопроса в свои руки Босс. - Да все намази. Но мне, мужики, товар не позже двенадцати дня забрать надо, а то на самолет не успею. Да и бабло сразу заберите, я со Славиком договаривался. По гостиницам с ним таскаться не сильно климатит. Вот считай, и он подал кейс. Босс открыл замки и посмотрел на пачки иностранных денег упакованных в полиэтилен. - Не, брат, у нас счетчик купюр на балансе не стоит, а сидеть до утра пальчиками твои бабки пересчитывать мы, извини, не нанимались. - Да это все раз плюнуть, - предложил Мишаня, - пусть он на листочке сумму напишет и распишется, а мы его скотчем к пакету примотаем. И Иброму расписку напишем, чтоб все правильно было.Если что пусть они со Славиком вопросы утрясают. - Голова, - согласился Босс. Иброму такой поворот тоже понравился. Пакет надежно, в несколько слоев укатали скотчем и между ними примотали записку с суммой и подписью. Положили все в железный ящик на чем и распрощались до завтрашнего дня. Досок понавезли чуть не до самого потолка, но в сумерках рассмотреть получше дерево с черного континента не получилось, да оно вполне до утра потерпеть может. Не убежит. Свет специально включать не стали, финансы прятать - осторожность нужна. В общем, сделали все чин чином. Деньги убрали в яму, на их место пачку резаных газет, посидели, помычали и уже собрались домой, как под потолком что-то засверкало и заискрило. - Ну вот, что не понос то золотуха, - расстроился Босс, - предприятие передового капиталистического труда. Ну-ка, я там на стене рубильник видел. Процесс впотьмах еще лучше идет. Он провел рукой по стене, нащупал автомат и обесточил бокс. - Вот и всех дел. По коням. Друзья оседлали свой транспорт и неспешно поплыли в сторону дома. Пора и по чуть, дело практически сделано. Ближе к утру у всех троих каждый на свой лад запели телефоны. - Мужики, горим. Ваш бокс полыхает, - нервничал в трубке вахтер, - пожарные на подъезде, а ключи у вас. Давай скорее на работу. Едва разлепив глаза, троица попрыгала на доски, и со свистом метнулось на предприятие. Однако, что приятно отметить, пожарные были уже на месте и, что отметить неприятно дверь они выбили, залили по самую крышу весь бокс пеной и устроили несусветный трамтарарам. И что уж совсем было некстати, так это Славик. Как он успел здесь оказаться одному Богу известно, но оказался. Он сидел над раскуроченным сейфом весь перемазанный в саже и чуть не плакал от досады. - Деньги, все деньги сгорели, - блажил он, - что теперь делать? Зачем вы выключили пожарную сигнализацию? - набросился он на троицу. Босс уже открыл рот чтобы начать оправдываться, но слово неожиданно взял Миша - Какую сигнализацию, с чего ты взял? - На стене автомат пожарной сигнализации выключен. - А ты откуда знаешь? В боксе темно как у твоих заказчиков в заднице. Или ты за нами следил? - Не мели ерунды! Я когда в бокс после пожарников заскочил сразу к сейфу, на стенку оперся и на автомат, а он выключен. - Ладно, с автоматом потом разберемся, - сказал Босс. - Автомат хрен с ним, а деньги, я за них никогда в жизни не рассчитаюсь, - заблажил Славик. - И с деньгами тоже, - обнадежил его Босс. Когда пена осела, а на улице уже рассвело, в боксе прояснилась картина полной закопчённой разрухи и две с половиной пачки нетронутых ни огнем, ни водой досок. Они стояли незыблемо не тронутые копотью и пеной чем-то очень отдаленно напоминающие сфинкса. А вот, половину пачки все-таки кому-то удалось спихнуть и доски из этой половины валялись грязные, мокрые, обгорелые, а некоторые разломились под тяжелым сапогом брандмейстера. - Дела! - промычал Босс. Нагнулся и поднял обломок сверх ценной доски. Посмотрел его так и эдак, покрутил и пошел на улицу, где посветлее. - Ах, гады, ох сволочи! - заверещал как резаный. - Ты, что Вовчик, угомонись, всякое в жизни бывает. Не переживай ты так. - Какой не переживай, - на повышенных тонах продолжил Босс, - палисандровые доски, ценности неисчеслимой. Мать премать. Это же ДСП - древесно- стружечная плита. Плита тупо пленкой обклеена и все. Это тут мутилово какое-то. А я чую что-то не так. Ну не так и все, а тут ДСП. Так братва давай разбираться чо по чем. - Славик, топай сюда, родной. Объясни, что это за палисандр и из какой такой пальмовой Африки. - Я откуда знаю. Подстава только и всего. Меня подставить хотели. Но это не тот вопрос. Я с ними сам разберусь. А как деньги отдавать? Тут уж как ни крути, а ваш косяк тоже присутствует. - Сейчас мы тут стрелки друг на друга переводить не будем. Еще одного участничка не хватает. Вот Абрам твой подтянется, тогда и поговорим, - сказал, как отрезал Жека. - Какой Абрам? - Не Абрам, так Ибром - продавец курочек невидимок. - А Ибром. Ну-ну. А сейчас что делать? - А сейчас, Славик, успокойся, в баньку сходи, а то на трубочиста похож. Часикам к десяти подтягивайся, и мы будем, и Мумбо-Юмбо подрулит вот тогда все, и обсудим, - сказал Босс. - Нет, некогда мне отдыхать, мне акт с пожарниками писать еще нужно. Ваши показания они тоже записывать будут. Вы последние уходили. - Ну, смотри, как знаешь. А на счет свидетельств это мы запросто, как на духу все выложим. Нам скрывать нечего. Пожарный лейтенант внимательно выслушал показания каждого из трех друзей и задал только один вопрос - А для чего вы отключили пожарную сигнализацию? - Так ведь на автомате не написано, что он сигнализацию отключает. Да, собственно, какой дурак будет ставить выключатель не на пульт у вахтера, а внутри охраняемого объекта, - парировал Босс. Такой ответ явно понравился Жеке с Мишей, и они с гордостью посмотрели на пожарного, дескать, что съел? Знай наших. Лейтенанту возразить было нечего, поэтому он записал показания и ознакомил под роспись каждого из троих. Но этим дело не закончилось и все пришлось повторить лейтенанту полиции. - В каждой избушке свои игрушки, - охарактеризовал ситуацию Жека. Славик тем временем принял душ в производственном корпусе и переоделся в чистую одежду. От ведь, все у него предусмотрено. Время было раннее, рабочие еще не пришли, поэтому разговаривать можно было не таясь. Он нажал на мобильнике кнопку вызова и через короткое время услышал сонный голос: - Ну, что трезвонишь ни свет ни заря? - Не все хорошо, Мелкий. - Ну? - Доски гореть не захотели. Не знаешь, кто их из ДСП вместо березы сделал? А? Ну ладно, к этому разговору вернемся. Должен будешь. Слава Богу, фантики сгорели, горелка свое дело сделала. Но это тоже не суть. Приезжаешь к девяти утра, вроде не при делах. Кидаешься в истерику, требуешь деньги, я перевожу стрелки на колдунов, дальше как было задумано. - Славок давай к десяти, спать хочу - сил нет. - Сказал бы я тебе, где отсыпаются, да приберегу до личной встречи. В девять. Бывает же так - как не заладится с самого начала, так и потом все через пень колоду. Но Славик об этом еще не знал, а одна из причин будущих неудач сидела совсем рядом, за тонкой гипсокартонной перегородкой. Еще с вечера размышляя, о гармонии и золотом сечении Людочка засиделась до самой темноты. Потом посетила муза. Она порисовала - сделала несколько набросков. Потом выключила свет и смотрела на звезды, так и задремала. За полночь ее разбудил вой сирены, в боксе был пожар. Изо всех щелей и растрескавшихся окон вылетали языки пламени и в черное небо сыпали желтые искры. Стало очень страшно, и она как маленькая забилась в дальний угол, сжалась калачиком на коробке с эскизами так и сидела, даже когда огонь потушили и на улице развиднелось. Из ступора ее вывел телефонный разговор Славика. Голос начальника она сразу узнала и уже собиралась бежать к нему, но разговор был какой-то странный, и Людочка испугалась еще больше. В восемь утра пришли рабочие. Вполголоса обсуждали происшествие, но так, чтобы не обращать на себя внимания и не нарушать производственный процесс. Дисциплина, не хухры мухры. К девяти, в сопровождении фуры, вроде как за товаром подкатил Ибром - Мелкий. - Что у тебя за фигня? - напустился он на Славика, - я тебе доски не на растопку вез. Где товар? - Да вот, наши колдуны пожарную сигнализацию по ошибке отключили. Оно и загорелось. - Что ты мне тут трешь? Колдуны, сигнализация какая - то. Мелкий с удовольствием, хоть и понарошку, давил на Славика. - Не мути, Ибром, - подошел сзади Босс, - я тебе такого товара вагон за день нашинкую. И протянул обломок деревоплиты. Вон они почти все как новенькие лежат. Грузи в фуру и вези в свою Африку. Правда, летать их не научишь. Нельзя, знаешь ли, сковородку научить кино показывать. Пусть пока так летать учатся. - Ах морды черножопые, ах твою мать, - очень искренне возмутился Ибром, - как лоха развели. Ну, ждите, я еду. По куклус клану соскучились, я вас... - Ну- ну. Что- то вас тут всех по очереди кидают. Сплошная некорректность, а с виду не скажешь, нормальные мужики и в глазах никакого идиотизма, - удивился Жека, - да, и куклус клан вроде в Америке, или я ошибаюсь. - Ну, ты говорилка, фильтруй базар, а то разговаривать нечем будет. Не срослось, значит, не срослось. Дрова себе оставьте - неграм на пальцах объясню, где косячок, а деньги уж как хотите, но я назад заберу. Расписка ваша здесь, все чин чином, - хлопнул по кейсу Мелкий. - Нету денег, Ибром. Сгорели все, под чистую сгорели, - загрустил Славик. - Это не ко мне. Я бабки дал, они взяли. Брали бабки, колдуны? Ась? - Пожар, понимаешь - форсмажор, - вступился Славик. - Это кто мажор? Ты мне, что предъяву лепишь? Бабло на бочку! Нету, пусть ищут. С завтрашнего дня десять процентов в день. Усвоили колдуны? - Да веселенькая история, - сказал Мишаня, обращаясь к Жеке, - как ты говорил капитализм с человеческим лицом? *** Людочка затаив дыхание наблюдала за происходящим из окошка своего кабинета. Конечно, о чем говорили было не слышно, но то, что общение шло на повышенных тонах, было ясно и без слов. От этого ее тонкой натуре стало жутко. Страх перешел в ужас, когда появился Мелкий. Лет десять назад он бесчинствовал в их районе, наводя ужас на палаточников и других мирных жителей. Она бросилась бежать прочь. Правда перед проходной дыхание сбилось и пришлось перейти на шаг. - Опять жуков пошла рисовать, - подумал вахтер и занялся своим основным делом - нужно было правильно заварить чай. А эта работа, как известно, требует сосредоточения и не приемлет суеты. Зареванная и растрепанная Людочка буквально врезалась в высокого, крепкого мужчину при входе в отделение полиции. - Люська, ты что? Что случилось? - Откуда вы меня знаете? - глотая слезы, спросила она. - Здрасьте пожалуйста. Окстись роднуля. Мы с тобой за одной партой сидели. "Вместе пайку хавали", - чуть было не сорвалась с языка. Однако полицейский майор вовремя взял себя в руки и от шутки воздержался, не та ситуация. - Я Жарков, Толик. Не узнаешь? Быть мне богатым! - Толик, здравствуй. Извини мне сейчас срочно в милицию, то есть в полицию надо. Очень все важно. - Пойдем если срочно. - А ты что тут работаешь? - Еще как. Не покладая рук, просто. Жарков привел ее к себе в кабинет, налил стакан минералки, подождал, пока женщина успокоится. - Рассказывай, кто тебя обидел. - Нет не меня. И Людочка сбивчиво, с пятого на десятое выложила все что знала и еще больше того, что надиктовала ее перепуганная фантазия. - Мелкий, говоришь? Давненько на слуху не было. Но криминала я пока не вижу. А с другой стороны, почему не поискать, если хороший человек просит, - размышлял вслух майор. - Ты, вот что, Люсь, на работу сегодня не ходи. А то вон как разволновалась. Заболей на денек, что ли. - Как же я заболею? У меня ничего не болит, кто ж мне боллисток даст. Зуб только, немножко. Иногда. - Вот и иди, лечи свой зуб, а с боллистком что-нибудь придумаем. У тебя фамилия старая? - То есть как старая? Обыкновенная. Разве фамилии молодыми бывают. - Вот ты, господи! Замуж, замуж не выходила? Фамилию не меняла? - Замуж нет. Замуж еще ни разу. - Ну не суть. Сейчас не об этом. Иди в городскую стоматологию, лечись. Там тебе нужную бумагу дадут. А я к вам в гости на работу наведаюсь. Наши утром к вам на пожар ездили, и я, заодно, на огонек загляну. - Нет, на огонек не получится, уже все сгорело. - Это ничего, разберемся. Ты умойся только. Причешись, что ли. А то уж очень расстроено выглядишь. А тут дело простое. Решаемое. Иди Люсь, иди. Вечером я тебя найду. Поболтаем, посидим спокойно. Чайку попьем. *** - Так вот колдуны, если бабок не будет, вы у меня без досок с небом познакомитесь. Я человек спокойный, но до поры. Для закрепления своей сентенции Мелкий схватил Босса за грудки и в назидание стукнул его кулаком по голове. Потом встряхнул, отпустил, отряхнул руки. - Вот так, - сказал он, - усвоили? - Усвоили, за всех ответил Босс и легко, как в юношеские годы на ринге, отправил свой кулак точнехонько Мелкому в подбородок. Ноги вместе со сто двадцати килограммовой тушей оторвались от земли, приняли более-менее горизонтальное положение и грузно шмякнулись на газон. - Апперкот, - констатировал Жека. - Как сейф грохнулся, - добавил Мишаня. - Руки-то помнят. Так ты, Женек говоришь, - хмыкнул Босс. - А он живой, - полюбопытствовал Жека. - Я скорую вызову, - занервничал Славик. - Не надо, не успеет, - обнадежил Босс. - То есть, как не успеет, - совсем расстроился Славик. - Да очухается. Такого с одного раза не убьешь. Если только еще попросит. - Не надо, только не здесь. - Да ладно, не егози. Считай ему. Считай до двадцати, если не встанет, скажешь аут и еще разок посчитаешь. Говорят, помогает. - В боксе до десяти считают, - возразил Славик. - Можно до десяти, но меньше двух раз не получится, - заверил Босс, - пойдем, - кивнул он компаньонам, - достанем. Человек проснется, а тут сюрприз. Они зашли в бокс, сдвинули грязные, закопченные, мокрые листы металлического пола. Мишаня спустился в яму. - Ты гляди, а тут сухо, - удивился он. - Цело, - спросил Босс. - Целее не бывает, - вытащил сверток Миша. - А доски, смотри, хоть бы тебе что. Ни пылинки, ни соринки. Надо учесть на будущее, - размышлял Жека. Ибром уже пришел в себя и что-то говорил Славику, опершись рукой на дерево. - Извини, брат. Я тут запсиховал, - заговорил он, когда троица подошла к ним ближе. - А я нет, дело привычное. Если, что проси. Не откажу, - пообещал Босс, - да, кстати, вот держи, - протянул сверток. - Откуда? - подивился Ибром. - Что это? - поинтересовался Славик. - Ваши бабки, - ухмыльнулся Мишаня. - По всему видать много, - раздался незнакомый голос. - Анатолий Викторович! - удивился Ибром, - вы тут как? У нас все пучком. Мы не звали. - От тебя дождешься. Приходится без приглашения. Майор полиции Жарков, - представился он и показал удостоверение. - Да ты, Мелкий не суетись. У меня к тебе пока ничего серьезного нет. Так мелочи по пожару и все. - Так ваши утром еще всех опросили, все записали, - сказал Славик. - Детали уточнить нужно, - ответил Жарков. - Деньги, опять-таки. Кукла, небось. Да, Мелкий? - Не, я тут не при делах. Это колдуны откуда-то притащили. - Бог с тобой, Ибром, - возмутился Босс. - вот записка твоя, подпись. Не узнаешь? - Это все не здесь. Не хорошо на улице серьезные разговоры вести. Едем ко мне там и поговорим. Тут всех дел от силы на час. - Знаю я ваши не долго - три года чалился, - не поверил Мелкий. - Ну-ну, какие твои годы. Да, а ты что ж, Аяз Эвенович, себе имя покойного подельника взял? Зря, примета плохая. - Да я не в серьез, - поперхнулся Мелкий. - Я, конечно, уважаю закон и его блюстителей, но ехать с вами не могу. Дел громадье. Сами видите, - ответил на приглашение Славик. - А как остальные участники события? - поинтересовался майор. - Мы, конечно, идем, - сказал Босс. - У меня без вариантов, - отозвался Мелкий. - Ну а вас я, если придется повесткой вызову. Вы уж не взыщите. Слишком много непонятностей. - Да какие тут непонятности! Все ясно как божий день, - не согласился Славик. - Вам оно конечно понятно, а мне? Ума не приложу, как вдруг мог вспыхнуть бетонный бокс. Чему там гореть? Дальше. Откуда у гражданина, который неделю как освободился из мест лишения свободы и еще не получил паспорта договор с вашим предприятием на солидную сумму. Да и сама сумма весом килограмм в пять откуда. Для меня здесь очень много нестыковок и без вас я никак. - Да нет здесь ничего загадочного, - настаивал на своем Славик, - стены бокса утеплил горючим материалом предыдущий владелец. Наверное, от пожарников хотел скрыть, вот и закамуфлировал под бетон. По договору за противопожарную безопасность отвечают вот эти три человека и за сигнализацию, кстати тоже. Я им передал, они приняли. О недостатках мне ничего не сообщали. Подлинность документов заказчика я проверить не могу - нет у меня криминалистической лаборатории. Сидел он или только из Африки прибыл мне не интересно. Важно есть заказ, есть деньги. Все чин чином, я доволен. - А палисандровые доски он небось из сухой березы напилить должен был, - уточнил майор. Славик и Мелкий впились друг в друга глазами. При этом глаза Мелкого превратились в нитевидные щели. - Вижу, угадал, - продолжил майор, - да оно и понятно, не бывает такого дерева в природе, только в сказках. Ну а раз так из чего не сделать хоть из ДСП, хоть из березы все равно обманка. Деньги сдается мне тоже палисандровые? Ты что ж, Мелкий из рэкетира в мошенники подался? - Не, не начальник. Я тут старший куда пошлют. Подай, принеси и пошел на хрен. - Вот, Вячеслав Сергеевич, видите как все не однозначно. - Очень не однозначно, - согласился Мишаня, - когда это, Славок, ты нам пожарную безопасность поручал? Про фальшивые стены рассказывал? - А, что в договоре так прямо все про пожарную сигнализацию и безопасность черным по белому написано? - спросил Жека. - Так и написано, читать нужно было внимательно, - сразу обоим ответил Славик. - Да, вот и еще моментик. С договорами тоже познакомиться придется. Вы уж не сочтите за труд, подготовьте их, пожалуйста. А курьера с повесткой я сейчас пришлю. Вообще - то уголовным делом попахивает. - Какого курьера? Для чего человека попусту гонять. Я тут пока с первоочередными задачами разберусь и сразу вам позвоню. Условимся о месте и времени встречи. А документы вам моя помощница принесет. Там все в порядке. Мы, правда, только этой ночью из командировки приехали. Она еще спит, наверное. А я вот видите сразу с корабля на бал, - продолжал держать стороннюю позицию Славик. - Ну-ну, как скажите. А мы, пожалуй, пойдем потихонечку, поищем истину. Как только майор со товарищи скрылся из виду Славик начал давить на клавиши мобильника. - Алло! Владимир Григорьевич? Владимир Григорьевич, сорвалось. - Что сорвалось? - Все. С колдунами все сорвалось. Просто засада какая-то. Мало того, что по игре одни неувязки, так еще откуда-то майора притащило. - Какого майора. - Из нашего отделения полиции. Я не знаю кто он там. Не меньше начальника отдела. Раньше не встречался. Пригласил всех на беседу. Я отказался, остальные пошли. - Есть основания? - Да практически нет. Но мелочевкой нервы помотать может. - В общем, давай все на бумагу и ко мне. Если меня на месте не будет, перезвони из приемной, договоримся о встрече. Славик в сердцах плюнул под ноги и растер с такой ненавистью, будто бы это был не плевок, а все виновники несостоявшейся операции вместе взятые. Но эмоции пришлось отложить до лучших времен. Шефу нужны факты, причем на бумаге. У него не забалуешься. Пришлось идти перекладывать на бумагу маленький эпизод из своей биографии. Кабинет у милицейского начальника был небольшой, но зато отдельный - большая роскошь в наше время. Там в этом кабинете и выяснилось, что денег настоящих не было совсем. Ксерокопии средней паршивости были, а денег не было. Столы в кабинете стояли буквой "Т".троица села друг возле друга по одну сторону, а Мелкий напротив. Глаза в глаза с Боссом. Так вот, когда про деньги выяснилось, у Босса правая рука сама собой в кулак сжалась. Просто сжалась и все, не преднамеренно. Факт вроде незначительный - ну сжалась, ну и что? А то, что реакция у Мелкого произошла мгновенная. Он, даже не задумываясь, рефлекторно вместе со стулом отпрыгнул от стола не меньше чем на метр. Майор в этих вещах был дока. Знал на практике человеческую психологию, поэтому сразу понял, что Мелкий в таком коллективе на все вопросы ответит честно. Так оно и случилось. И задуманное Славиком кидалово стало ясным и понятным. Разве, что не укладывалось в голове для чего вся эта свистопляска. А Жеке была не ясна роль Леночки во всем этом деле. Но скоро и этот вопрос разрешился. На тумбочке возле стола противно брякнул внутренний телефон. Майор взял трубку, поздоровался, сказал трубке "иду" и положил ее на рычажок. - Так, господа - высокое собрание. Прервемся, думаю минут на десять. Начальство без меня как без рук. Порядок такой. Ты, Мелкий дышишь воздухом в коридоре, вы господа ждете меня здесь. Извиняюсь, но ситуация требует. - Да, делишки, - начал было размышлять Босс. - Тормозни, - прервал его Жека, - успеем наговориться. И так на душе муторно. Замолчали. Начальник встретил майора взглядом исподлобья. - Что там у тебя? - Да мелочевка. Профилактическая беседа. - Делать нечего? По работе скучаешь? - Нет. Душа к правому делу сама собой тянется. - Кончай мутить, - и начальник показал указательным пальцем в потолок, - гони всех по домам и займись делом. - Есть! - вытянулся в струнку майор. - Хорош паясничать! - рыкнул начальник, - иди, работай. Тем временем в коридоре раздался радостный возглас Мелкого: - Ленок, какими судьбами. По мне, цыпа, соскучилась. - Отвали, Мелкий. Не до тебя сейчас. Стены отдельного майорского кабинета не грешили избыточной звукоизоляцией, поэтому слышно все было прекрасно. Жека сразу узнал ее голос. Это была она - его Леночка. Мысли в один момент начали толкаться друг с другом и произвели в голове полный сумбур. Жека побледнел. - Видишь, что творится, - продолжала Леночка, - они, козлы поломали нам всю игру. Мы месяц убили, чтобы этих лохов причалить. Все насмарку. Думала, закончим, слетаю куда-нибудь, отдохну. А тут как бы насовсем не вылететь. Недоноски пропойные. Вот так одной маленькой репликой все короткое Жекино счастье превратилось в грязь и смрад. - Эх, нажрусь, - достал привычный рецепт ото всех невзгод Жека. - Вы ко мне? - раздался в коридоре голос майора. - Да. Вячеслав Сергеевич, вот договора прислал, - пропела Леночка. - А, ну заходите. Сразу одним махом все и решим. И так, Елена..., начал он, когда все расселись. - Просто Лена. - Будь, по-вашему, просто Лена. Покажите мне, пожалуйста, где прописаны обязанности и ответственность этих граждан за пожарную безопасность. - Вот, - сказала Лена и показала пальчиком на абзац в договоре, - пункт 6.12, здесь, пункт 9.2, вот здесь сноска на четвертой странице и здесь третий пункт. - Ну, что ж, лаконично, ясно и доходчиво. "Работник принимает на себя обязанность... смотри пункт 9.2, абзац второй..... в случае если (сноска стр. 4).... при обнаружении....как указано в пункте 6.12. Да забавно. Надеюсь, вы все это досконально изучили? - обратился он к троице. - Мы столько не выпьем, - сказал Босс. - Ну, господа! От ответственности это вас не освобождает. Правда, Мелкий? - Никогда в жизни, - с готовностью согласился тот. - Так, подпись, - продолжал майор, - ох уж и подпись. Я такие только в кино и музее видел. Неужто вы тут все каллиграфы? Кто подписывал? - Я, - признался Жека, - точнее моя бабушка. Она немного не в себе. Вот когда я спал, она все и завизировала. - Молодец бабушка. Такого подчерка сейчас искать не доищешься. Ну а договор получается ничтожный. Другими словами не договор, а макулатура, раз бабушка подписывала. При этих словах Лена залилась краской. - Это подлог называется, - возмутилась она. - Нет, просто Лена, это не подлог, а головотяпство с вашей стороны в том числе. А договор все-таки был, правда у юристов он называется устный. Одни обещали сделать то-то, а другие за это заплатить столько-то. Так, что господа экстрасенсы, если Вячеслав Сергеевич грозился вашу работу по зарядке отходов деревоплиты оплатить, но не успел, то имеете право получить. - Не, ему сейчас нужнее. Пусть на ремонт гаража оставит, - сказал Мишаня, - мы с голоду и без него не помрем. - Ну, раз так, то на этом и закончим. Мошенничество готовилось, но не состоялось. Жизнь сама раздала каждой куме по серьгам. Я не ошибаюсь, Мелкий? - Все очень правильно, Анатолий Викторович - с готовностью согласился Мелкий и аккуратно указательным пальцем дотронулся до своего подбородка. Глава 10 Четвертая власть Ошарашенные и злые покинули колдуны полицейский участок. Ничего кроме матерных слов на ум не приходило, а повторять эти самые матерные слова от случая к случаю меняя местами и подкрашивая интонацией не хотелось, поэтому молчали. Но тут вдруг мобильник Босса запел стародавнее "Броня крепка и танки наши быстры." - Але! - сказал он в телефон., - Света? Какая Света? Ах, Света! - Мишаня с Жекой при этом многозначительно переглянулись,- Ну да, время есть. Ну да, есть кой какие новости. Конечно. Вот и коллеги со мной. Им тоже заняться нечем. Где встретимся? Вопрос. Нет в кафе, на публике не хотелось бы. Во, а давайте в шахматном клубе. Что? Нет, я не шахматист. Там у меня старый знакомец работает. Нет, он тоже не шахматист. Просто так. Другой раз, когда посидеть негде встречались. Он там старший по доскам. Я у него ключи заберу, и мы спокойно на четверых посидим. Ага, хорошо, через часок встречаемся и летим. Договорились. - Что это за Света, которой одного тебя не хватает? - поинтересовался Мишаня. - Балбес, ты Миха, и шутки у тебя дурацкие. Света это корреспондент известной среди просвещенных людей газеты "Аргументы и факты". Слыхал про такую? - Про Свету, в смысле? - В смысле про газету. В общем, хорошь умничать, слушай на меня. Света корреспондент А и Ф. То есть газета центральная и если мы сейчас расскажем как Славик нас хотел кинуть, то посадить его может и не посадят, но и дела с ним иметь никто не захочет. Другие жучки тоже, может от глупостей поостерегутся. - Ты думаешь, нам от этого полегчает? - поинтересовался Жека. - Нам и так не трудно, а вот на подлецов руки чешутся. - Это-то мы как раз, заметили. Я про другое, - продолжал Жека, - нам каким боком эта штука выйдет? - Да никаким, - парировал Босс, - выйдет правым, повернемся на левый. Кто кашу заварил, тот пусть и хлебает. - Ладно, уговорил, красноречивый ты наш. Только, чур, давай для связки слов с собой прихватим и закусить что-нибудь легкое. Время ленча на подходе. - Не вижу препятствий, - согласился Босс. Разговор со Светой как то не задался. Вроде все на месте. Здание старинное, окошки веером, стены толстенные. Тишина, красота. Вина хорошего взяли, фруктов, конфет. Нет, ну выпить, конечно, тоже было - водка, грибки, огурчики, а разговор не складывается и хоть ты что. Байку старую про колдовство с мычанием уже давно печатали никому, наверное, и не интересно. Про Славиково кидалово рассказали. Света все послушала, уточнила мелочи и как то погрустнела. Видно было, что не этого она ждала. Стало понятно, что полного понимания не достигнуто. Не тот материал. - Ладно, чего кота за хвост тянуть, - говорит Жека, - не наш сегодня день. Бывает, завтра будет лучше. Давай раскинем для восстановления душевного равновесия. - Нет не то, ребятки, - говорит Света, - попробую объяснить. С юридической точки к Славику претензий быть не может. Пострадал он. Погорелец. Хотел, старался современное производство наладить, а тут такая незадача случилась. Все остальное вымыслы и домыслы. Я про это напишу, а он на меня в суд. У него все чисто, а я желтая пресса. Мелкий нехорошее дело затеял, но не получилось. Хотел Славика кинуть, ан не вышло. Но у Славика официальных претензий нет. У полиции тоже нет. Получается, что все вокруг чистые и только одни вы обиженные не понятно почему. Не о чем здесь писать. Но я думаю, что писать все равно нужно. - То есть? - не понял Босс. - Будем писать о роли науки, а точнее о ее пассивности в процессе изучения феномена летающих досок. - А это-то с какого боку? - усомнился Мишаня. - Это не с боку, а прямо с фронта. Я буду писать о бездеятельности науки в этом вопросе, а в качестве антитезы приведу пример предпринимательской активности. Опишу все, что с вами случилось, но, не называя имен, оставлю только портретное сходство и узнаваемость событий. - Так, так, так, - начал понимать Босс, - вона как мы их на лопатки. Хорошо, молодец Светочка. Я за! И обвел окружающих победным взглядом. - Что ты, Босс, сияешь как новые пятнадцать копеек. Это не мы их, а Света их. И я тоже с этим согласен. Если не получается в лоб, то по лбу тоже вполне подойдет. Обстановка улучшилась, настроение поднялось. Грустные темы отошли на второй план начали болтать о том, о сем. - Вов, а чего ты училище военное не закончил, - спросила Света, - у тебя почти все слова из военного лексикона. Видно, что скучаешь по армии, да и танк у тебя в комнате стоит. Босс несколько замялся, не ожидал такого вопроса. - Да за самоход выперли, - пришел на помощь Жека. - За самоволку, что ли? - Ну да, за нее. - Разве за это выгоняют? - Это смотря как, если ушел, то может еще и ничего, а вот если уехал, то как пить дать. - На чем уехал? - Вестимо, сударыня. На танке. - Да не может быть. Заливаешь. Вов, ты что ж, пьяный был? - Нет. Я тогда еще не пил. Это потом друзья вот такие с пути истинного спихнули. А в училище я отличник был, спортсмен. Мастера собирался выполнить. - Друзья его спихнули. Ангел ты наш. Не наливай ему больше, Жека, - возмутился Мишаня. - Да вот такие нынче однополчанины пошли, - согласился Жека. - Ладно вам, ребят. Володь, расскажи, пожалуйста. Интересно ведь. - Не секрет, в принципе, но не для печати. - Как скажешь, хотя веселые факты всегда на вес золота. - Нет. Взвешивать ничего не будем. Или без публикаций, или без фактов. - Договорились. Клянусь, все будет в тайне. Хочешь, землю есть буду. - Нет, землю не надо. Возьми лучше мандаринку. В училище мне нравилось. Все нравилось и настоящее дело, и учеба, и дисциплина нравилась. Конечно, и перегибы бывали, а где их нет. Но это я сейчас понимаю. А тогда, тогда птенец - желторотик. Все должно быть по справедливости и точка. Конечно, доставалось. В армии не справедливость важна, а умение подчиняться. Скомандуют "В атаку" - выскочил из окопа и вперед. А если вопрос на голосование ставить, то это уже не армия, а госдума. Но это я тоже потом, задним умом переосмыслил. А тогда основная армейская формула "Ты начальник - я дурак и наоборот" очень раздражала. Короче на втором курсе началось у нас вождение на танках. Громадина многотонная, а шевельни пальцем, слушается. Вспоминаю сейчас, а по спине мурашки бегают. Влюбился я в эту технику с первого взгляда. Я еще там в училище эту копию танка из разных пород дерева делать начал. - Так это ты сам тот танк сделал?! - Ну да. Долго, правда, я его мучил - семь лет. Сейчас бы за такое наверное не взялся. Там ведь почти все точно. Фрикционы, шестеренки, рычаги. Все деревянное. Семнадцать пород дерева по цвету подбирал. В общем, к концу второго курса мы с танком друг друга с полувзгляда понимали. Мы с ним польку - бабочку танцевать могли. Инструктор, прапорщик нарадоваться не мог. Все время нас хвалил, в пример ставил. Но перевели его на другое место службы. Как там "Дан приказ ему на запад..." Пришел другой инструктор, тоже прапорщик. Только-только звание получил. По возрасту такой же как мы, а гонору на десятерых. Стал проверять кто что может. Взвод, надо сказать, в основном откатал хорошо. Прапору не понравилось. Не к чему придраться. И начал он задачи усложнять, из головы всякие финты придумывать. Мне говорит, ты отличник вот давай к эстакаде задом потом на сто восемьдесят градусов и без остановки на эстакаду. Мы таких упражнений и во сне не видели. Может, конечно, недельку другую потренироваться и получилось бы, а сразу нет. Из области фантастики. Я ему спокойно так говорю, а вы, товарищ прапорщик, нам покажите. Теория теорией, но воевать то на практике приходится. Как он тут взвился и давай меня ласкать трех этажными оборотами. Я послушал и опять спокойно так ему говорю, ну раз на танке не получается, то может на "Запорожце" покажите. Он на Запоре ездил, берег его, пылинки сдувал. Тут он вообще разошелся. Вкатил мне двойку за вождение и написал рапорт командиру взвода. Чтобы наказали, значит. Наказали. Увольнение закрыли, пока двойку не исправлю. Здесь-то, я как раз, не в претензии. Был рапорт, значит надо наказывать. А вот этого хлюста я решил наказать сам. Не знал, правда, как. Не бить же его, в самом деле. - Ну и зря, - сказал Жека, - уже отсидел бы. И совесть была бы чиста и на душе спокойно. - Договоришься, - пообещал Босс. - Да ладно вам, - вмешалась Света, - продолжай Володя, интересно. - Да все уже, финиш. Упражнение это я освоил, хотел сдать, а этот гад не принимает, то некогда, то у него другие планы. Три увольнения мне таким макаром загубил. Психанул я. Заступил в наряд по парку, утром пораньше, еще до подъема завожу Т-72, выезжаю с территории училища и обочинками, в основном по грунтовке, чтобы асфальт не попортить к прапору домой. К дому, то есть. Он не далеко от училища в частном секторе жил. Подкатил я к его дому, порычал двигателем, выскакивает. В трусах, видать спал еще. Товарищ курсант, кричит. Немедленно прекратите хулиганить. А я ему, что ты говорю так разнервничался, я тебе сейчас упражнение сдам и покачу восвояси, а ты, говорю, доспишь, а потом придешь и двойку свою поганую, исправишь. Здесь я танк крутанул и задом на эстакаду для запорожца. Она у него возле дома была. На Т-72, она понятно, не рассчитана, поэтому смялась маленько. А с другой стороны легче будет на металлолом сдать. Он весь красный стал, кричать уже голоса нет. Танк он и есть танк, его не перекричишь. А я, чтобы его, в смысле прапора, успокоить обороты сбросил и говорю, я дескать еще одно упражнение выучил, хошь говорю к тебе в дом заеду. Он руками замахал, растопырился возле калитки, дескать, только через его труп. А вокруг уже народ собрался, не каждый день такую веселуху увидишь. Ну, думаю пора. Развернулся аккуратнько и подался в родные пенаты. Потом, конечно выгнали. - А прапора? - спросила Света. - А что прапора. Не он же ко мне в гости приехал, а я к нему. *** - Вот, Владимир Григорьевич, - подал Пасюк отчет своему начальнику. Тот жестом указал на кресло, а сам углубился в изучение документа. - Было разработано три основных направления выполнения задачи, - писал Пасюк 1. Изучение способов и технологии работы объектов. Наблюдение показало, что для работы они использовали щепки, обломки пиломатериала, опилки и другие неликвиды, которые подкладывали под заряжаемые доски. Сидели они на бревне на расстоянии трех метров от заряжаемого материала. Способ работы не менялся из раза в раз и представлял собой следующее: объекты садились на бревно и начинали хором или в разнобой мычать. Глаза при этом они обычно прикрывали. Через пять - семь минут мычать переставали и тихо сопели, иногда кто-нибудь всхрапывал. Весь сеанс длился 20-30 минут. На следующий день в том же порядке они закрепляли полетные свойства досок тем же способом. Ничего другого выяснить не удалось. 2. Личный доверительный контакт. Разрабатывался объект "Жека" как самый доверчивый и бесхитростный. Выяснить что-либо существенное не удалось. Сложилось устойчивое впечатление, что они и сами не знают, как у них это получается. 3. Закрепление. Планировалось, что в результате пожара погибнут значительные материальные средства - доски уникальных пород дерева и крупные денежные средства. Вину за пожар предполагалось возложить на объекты. Однако по ряду случайностей план реализовать не удалось. Причинами явилось следующее: - по недосмотру моей помощницы договора в которых закреплялась ответственность за противопожарное состояние рабочего помещения и материальных ценностей подписаны были сторонним лицом. Муляж денежных средств, который объекты должны были положить в железный денежный ящик они положили в недосягаемое для огня место. Предполагалось, что доски, привезенные для зарядки так же будут уничтожены огнем. Однако по неясным причинам этого не случилось. Доски от пожара не пострадали, но сгорел бокс, вернее его внутренняя отделка. Для устрашения и психологического давления привлекался недавно выпущенный из мест лишения свободы рэкетир по кличке Мелкий. Однако, как выяснилось, объект Босс имеет некоторые боксерские навыки. Результатом психологического давления стало то, что Мелкий полностью деморализован и к работе не пригоден. Его физическое состояние удовлетворительное. Незначительная трещина нижней челюсти. В результате досадных случайностей продолжить работу с объектами не представляется возможным. - Ты считаешь, что это отчет? - поинтересовался Владимир Григорьевич, - в детстве в шпионов не наигрался? В результате психологического давления у Мелкого треснула челюсть и взмокли штаны. Клоуны! Значит так. У меня для тебя есть двадцать минут. Рассказывай все со всеми подробностями. Потом все, что рассказал, напишешь в отчете. Славик вздохнул, поежился, и собравшись с мыслями подробно рассказал начальнику. - Да, Володя, прокол небывалый. Заигрались ребята, - говорил Скрипка своему заму, когда тот подробно доложил о происшествии, - нужно было держать руку на пульсе. Предложения? - Ничего в голову не приходит. Сыро все. Пока конкретики нет. Не готов. - Подумай, проработай. Время дорого. - А с Пасюком что? Здесь держать его не желательно. - Да отправь его в Новосибирск. Там мы работать только начали. Его опыт вполне может пригодиться. Досадный, конечно прокол. Ну да за одного битого двух небитых начисляют. Пусть вместе с подругой едут. Нечего ей здесь маячить. Через пару дней Скрипка вызвал зама к себе - Привет Володя, ты прессой не увлекаешься? - В смысле газету учредить? - Да нет, в смысле газету почитать. - Давно не случалось. Время в основном на специальную литературу уходит. - Ну, тогда я тебе пару выдержек прочту, присядь. Пишет в местных АиФ Светлана Зяблик. Псевдоним, наверное. Впрочем, это пока не важно. Слушай. "Конечно, талант наших земляков не мог остаться не замеченным, тем более, что запахло не малыми барышами. Есть сорт людей, которые, как крысы запах чувствуют через стены, хотя внешне ни чем не напоминают этих грызунов, разве, что случайным совпадением в фамилии и повадках. И вот стая таких, с позволения сказать, предпринимателей совершает набег на наших кулибиных с единой целью заарканить и обратить в рабство." - Узнаешь? Но это все ерунда. Теперь слушай подсказку. "Свободное передвижение на досках стало уже привычным. Каждый отдельно взятый человек понимает, какие удобства и выгоды дает ему это изобретение. Но это каждый отдельно взятый, а государственные институты? Наука, например. Это странно звучит, но пока в научно-государственном масштабе феномен остался напрочь не замеченным. Не было сделано ни единой попытки обратить это достижение на благо человека." - Улавливаешь, Володя? Ни кто кроме нас с тобой не может помочь науке реализовать ее потенциал. На тебе газету, поработай. Как только появится конкретика сразу ко мне. Жду. Через пару часов план был готов. Суть его сводилась к тому, что колдуны под руководством именитого ученого будут определять рамки своих возможностей, а заодно зарабатывать деньги на более масштабные исследования. - Заковыка, Николай Ильич, в том, что весь план строится на представителе науки, - докладывал заместитель, - Будет ученый, с его подачи подберем разные приборы, бирки-пробирки. Место, я думаю, можно оборудовать в "Соснах" там тихо, в глаза не бросается, коммуникации по первому классу, рабочие зоны можно хоть сегодня запускать. Весь вопрос в ученом. У меня в этом плане ничего достойного нет. - Есть у меня на примете один кандидат наук. В МИФИ на КВНщика учился. По чем защищался не помню, по КаВээНу наверное. Но в любом случае какие-то формулы помнит, и пыль в глаза пустить наверняка сумеет. - А мы ему зачем? - Спился. Вначале была у них группка, ездили по городам и весям, народ смешили. Потом спились и не смешно стало. Развалилось все. - Четвертым будет? - Нет, закодировался он. Три года не пьет. Аниматором по детским садам калымит. Он мне сразу вспомнился, когда эту зябликову статью читал. Давай, наверное, я сегодня завтра с ним свяжусь и в основных чертах утрясу все дела, потом передам его тебе, а дальше все по плану. А с колдунами, я пожалуй, сам поговорю. В общем, давай будем ориентироваться на конец этой недели. - В каком смысле ориентироваться? - В смысле первую партию досок в конце недели. Нет времени рассусоливаться, Володя. И так затяжка получилась. - Все как всегда. Пожарным порядком по бездорожью и панибратству. - А, что делать? Кто, если не мы? Нет лучше мы. Глава 11 Карьерный рост Август выдался жарким, пожалуй, что пожарче июля и если бы не жухлая трава и начинающая желтеть листва, то можно и не заметить приближения осени. Братва набиралась тепла в своем укромном месте на берегу речки. - Молодец Светка, - сказал Босс, поковырял травинкой в зубах и повернулся на живот для равномерного загара, - как она Пасюка уделала. Ни дать не взять Чехов в юбке. - Да она и вообще очень даже ничего. Ты как Босс считаешь? - Ты это к чему, Мишань? Если намек на семейные узы, то к Жеке. Он еще ни разу женатым не был. А мне и своей бывшей на двести лет вперед хватит. - Нет, порядочные люди столько не живут, - возразил Жека, - это, во-первых, а во-вторых, я почему-то уверен, что мне и вашего опыта выше крыши. Буду смотреть и грустить интеллигентской тоской холостой и неприкаянный. - А, правда, интеллигентская тоска она от хронического безделья? - заинтересовался Миша. - Конечно, а ты, что не знал? - Продолжил рассуждать Жека, - если, например, выпить не на что, какая тут тоска. Есть только одна основная мысль - где взять. Босс, вон искамши, все каблуки до подмышек стоптал. А когда ничего искать не нужно, дел никаких, то уже и пить не тянет, подкрадывается скука и зеленеет тоска. - Ишь ты, поэт Твардовский - пузырь на обочине. - Нет, Босс, опять ты не прав. Про пузырь ни стихов, ни фантастических романов не написано. Про него обычно в историях болезни и протоколах пишут и то не в прямую, а больше как о последствиях. Дескать, был пьян, погорячился. Нет не так. Находясь в состоянии алкогольного опьянения и дальше все, что было и не было и сколько за это предусмотрено. - А, правда, скучновато как то. Может на море махнуть. Ездят же люди на моря. Загорают там, купаются, шашлыки с мороженом едят. Выпивают, - задумался Миша. - Верно, только где-то я такое уже встречал. Тебе, Женек, это ничего не напоминает? - Один в один как у нас, только без моря. А с другой стороны на речке вроде как дешевле, получается, - согласился Жека. Разговор, наверное, так и бултыхался бы, как та волна на далеком море. Лениво, монотонно и не о чем. Однако на противоположном берегу, по дороге вдоль овсяного желтого поля загудела какая-то машина похоже на внедорожник, вдалеке не разобрать, но не из дешевых. Братва притихла, заинтересовалась. - Чтой то ему такую жарынь по пылюке приспичило? - задался вопросом Жека. Подходящих версий сразу ни у кого не нашлось, но тема для разговора начала просматриваться. Машина меж тем остановилась, через небольшое время от нее отделился человек и полетел в их сторону. - Все, братва, и тут нашли. С завтрашнего дня начинаем строить бункер, - занервничал Босс. - Да не кипятись, может он заблудился, дорогу хочет спросить. - Ага, где тут Мальдивы за поворотом или наискосок. Включи интуицию, Женек. Гость оказался человеком среднего роста и возраста. Крепкое тело, не накачанное, а именно крепкое от рождения, волнистые волосы, прямой нос, голубые глаза и взгляд такой добродушный, приветливый. - Здравствуйте, господа. Извините, потревожил, но важные дела растяжки не любят. Уделите несколько минут? - Да уже уделяем, - прикрыл глаза ладонью от солнца Босс, - раз важное дело, чего ж не уделить. - Меня зовут Николай Скрипка. Коммерсант, не последний в городе. Это реально безо всякой бравады. - Ну раз коммерсант, значит пить не будешь, - предположил Жека. - От чего же немного можно, но я только сухое пью, а для вас, если захотите можно и по крепче. Но давайте вначале о деле. Не против? - Раз так, давай о деле. Женя, Миша вы не против? - Да чего там против, мы все внимание. - Я тут статью в Аргументах прочитал о вас. Может это конечно пафосно звучит, но задело за живое. Есть ваше уникальное достижение, есть потребность. Месяц уже весь город летает, а серьезных движений никаких. Можно было бы объединить ваши умения, научные исследования и мои инвестиции. Если удастся наладить эффективное сотрудничество, то во-первых это инвестиции для города, со временем сюда подтянется большая наука, а значит новые институты, рабочие места, сама атмосфера в городе будет более интеллигентной, что ли. - Нью Васюки, - вставил слово Жека. - Назвать можно как угодно, только если хотя бы тридцать процентов школьников и студентов будут радоваться билету на концерт классической музыки или в драматический театр, то можно считать, что не зря старались. - Тут, Николай, вот в чем дело: был у нас один коммерсант. Слава Пасюк, может, слышали. По факту получился прохвост. Изнутри прохвост. На пустом месте обгадился. - Кроме того, - поддержал Босса Жека, - не очень понятно, почему наши скромные персоны заинтересовали вас только сейчас. Чего сразу сердце не заболело за сирых и убогих. - Почему я сразу не бросился в бой на то причины простые - если бы я каждый раз сломя голову кидался на свежатинку, то давным-давно прогорел. Я сам по себе глубоко внутри математик и шахматист, поэтому свои действия стараюсь просчитывать. Но мне кажется, что к нашему разговору это относится мало. Здесь, на сегодняшний момент, две позиции ваша и моя. Вы обладаете уникальными способностями, но реализовывать их в одиночку не сможете - проходу не дадут. Со всех сторон теребить будут. А подключится большая наука, пиши пропало. По институтам затаскают. Да и сами вы, не сегодня завтра, загрустите. Или запьете со скуки или начнете кидаться из стороны в сторону. Пасюков на ваши головы найдется не мало. И моя позиция. В городе я не последний человек. В моих силах обеспечить материальную базу для вашей работы и параллельно частным порядком начать научные исследования. Пока большая наука и госструктуры раскачаются, будем иметь стартовый научный фундамент и материальный задел. С таким багажом легче договориться с власть предержащими, что бы дальнейшая работа велась у нас в городе. А дальше, планы становится совершенно достижимыми. В этом месте Скрипка подумал, что так, наверное, и стоит поступить, а не валять ваньку. Но время. Время упускать нельзя. Пусть пока с клоуном начнут, а я прозондирую научные круги и потихоньку сформирую НИИ, скромного мирового уровня. Где-то в копчике завозилось приятное ощущение - признак перспективного дела и он непроизвольно передернул плечами. - Никак, замерз? - прервал его мысли Мишаня - Нет, наверное, комар, ерунда. Так вот я думаю нет здесь другого варианта - только серьезный продуманный подход. - Только сухое, говорите? Такое пойдет и Жека достал из ручья трехлитровую пузатую бутыль молдавского вина. - Значит, договорились? - уточнил Скрипка. - В общем, вы правы Николай, извините как вас по батюшке? - Ильич. - Правы Николай Ильич вы в том, что делать нам сейчас особенно нечего, - согласился Босс, - но и дурака валять как с Пасюком мы тоже не будем. Если все честно и правильно, то и мы той же монетой, а если нет, то за что боролись так вам и надо. Женек тем временем разлил по пластиковым стаканам вино, подал Скрипке. - Снимите пробу, Николай Ильич. Скрипка взял стакан, понюхал, сделал маленький глоточек, но не проглотил до конца, а вначале подержал вино во рту. - Достойно. - Нам тоже нравится, - сказал Жека, - да и вообще мы рады, что вы рады. Но окончательное "да" скажем, когда точно поймем, что кроме досок вы хотите от нас получить. Ну и конечно без фокусов с договорами и ответственностями за пожарную безопасность и другие канализационные стоки. На медицинские препарирования и средневековые опыты мы тоже не согласны. - Тут я могу совершенно точно гарантировать, что ваше физическое и материальное состояние будут только улучшаться, а авторитет неуклонно расти. К серьезным делам я всегда подхожу серьезно. На сегодняшний момент у меня есть такое предложение. Подлетайте завтра в Сосны, знаете где Сосны? Вот и хорошо. Часиков в десять нормально будет? Договорились. Скрипка говорил без нажима, почти ласково, но троица воспринимала его слова как дело давно решенное, и дружно кивала головами. - У обелиска встретимся, до места я провожу. Кадровик и юрист уже там будут. Представителя науки тоже попробую залучить. Программа пока простая, понять насколько это безопасно для человека и какие объемы вы сможете выдавать на-гора. А по ходу дела определимся, в какую сторону идти. Да, зарплата. - Зарплата сдельная, график свободный, размер одна доска- ящик водки в рублевом эквиваленте, - сел на своего конька Миша. - Ну, здесь все по взрослому,- засмеялся Скрипка, - у меня другое предложение. Вначале подъемные, тысячи по три в зеленых рублях, потом служебное жилье в коттедже не далеко от места работы, за счет предприятия. Два раза в год двухнедельные отпуска в любую точку земного шара на шестерых. Не все же вам холостыми быть. Это тоже за профсоюзные деньги. Ну а сдельная оплата пусть останется в привычном для вас размере. Это так, навскидку, при необходимости всегда можно скорректировать в приемлемую сторону. - Подход действительно не детский, - согласился Босс, - давайте дождемся завтра, там окончательно все и решим. - Годится. Ну, с вашего позволения я полетел. Завтра в десять жду. - А на ход ноги, - поинтересовался Жека. - Нет, спасибо. Я в основном головой работаю, а в спиртном мысли вязнут, и дел еще, конь не валялся. - Скрипка пожал всем руки, сел на доску и улетел в сторону своего джипа. Не успели разлететься по своим домам, как у Миши и Босса зазвонили телефоны. - Братва, слушай мою команду, - циркулярно вещал Жека, - все бегом ко мне. Вопросы потом. Сами все увидите. Жду. На ковре в бабушкиной комнате валялись стружки, щепки, кухонный нож и обструганная, если не сказать обгрызенная доска - Жекина часть полетного первоисточника. Добралась-таки до антресолей. Виновница переполоха ни на кого внимания не обращала и сидя на полу перед открытым балконом держала двумя пальцами щепку, на которую садился воробей. Как только он усаживался на жердочку, бабушка отпускала щепку, и воробей переворачивался головой вниз, но на пол не падал, а висел в воздухе. - Воробышек кувырк, - комментировала бабушка, - молодец птица, быть тебе генералом. Будущий генерал от пернатых, не расправляя крыльев, принимал положение вверх головой и катался по комнате, потом подъезжал к бабушке, отпускал щепку и уже привычным способом подлетал к балкону и усаживался на порожек. По всему выходило, что такая игра увлекла обоих настолько, что появление людей нисколько не помешало дальнейшему процессу. Все трое зрителей как зачарованные наблюдали эту картину стоя в дверях. Жека с гордостью переводил взгляд с бабушки на компаньонов, дескать, тут вам не хухры-мухры, а ого-го! Потом, чтобы не нарушать процесс тихонько вывел друзей на кухню, радостно посмотрел каждому в глаза и спросил: - Ну, что?! - Мишань, - заговорил Босс, - давай мы сейчас стружечек - щепочек соберем, а ты у себя дома попробуй на них дощечку зарядить. Будем копить научные исследования. - А чего опять у меня, чего не у тебя или не здесь. Я собирался в деревню. Дела у меня. - Миша, дружок, оцени ситуацию. У меня жена любопытная, до маниакальности, у Жеки бабушка деятельная до озверения. Завтра придем, а она комариков на стружки посадит. Тебе делов на пять минут - положил на щепки дощечку и вали к своей Марго. Деловой ты наш. Чему только вас в институте учили. Не украсть, не покараулить, ей Богу. - Да ладно, это я так для строгости. А то на шею совсем сядете, - пробурчал в ответ Миша. - Мужики, а ведь если получится, то может и порошок из этих досок заряжать будет. - Подожди, Женек, давай пока с одним разберемся. Завтра утречком проверим у Мишани результаты эксперимента, а потом уже следующий этап. Да еще понять нужно, что это нам дает. - Да что бы ни давало. Знание оно сила. Не веришь, спроси у моей бабушки. - С бабушкой нужно поосторожней, а то у нас скоро птицы на своих крыльях летать разучатся, а кошки, а собаки. Представляешь, Женек, что может наворочать одна отдельно взятая бабушка, если во время не ограничить ее сферу деятельности? - Ладно, Босс, хорош болтать. Пойдем собирать щепки, а то пока суть да дело, время идет, Мишаня может без сладкого остаться. Или еще хуже, откажется Марго на Канарские острова ехать по профсоюзной путевке. Что тогда делать? - На счтет Марго сильно не переживайте. А будете баллон на мою даму сердца катить, сами экспериментами займетесь. Вы у меня теперь вот где. И Миша представил на обозрение кулак, слегка покрытый рыжеватыми волосинками. Глава 12 Сосны Пригородный бор встретил сосновым духом и звенящим чистотой воздухом. Даже автотрасса, резавшая его пополам и отрыгивающая смрад, шум и копоть делала это как-то стыдливо и шепотом. Местами от нее отрастали асфальтированные и грунтовые дороги, а от тех маленькие дорожки и тропинки. Получалось, что внутри тысячелетний бор треснул и готов был развалиться на отдельные куски, которые потом тоже канут в Лету. У развилки стоял бетонный пионер. Он упирал левую руку себе в бок, а правой держал горн, в который, судя по круглым щекам дул не жалея легких. Сбоку от горниста одна над другой размещались метровые бетонные буквы, собранные в слово "Сосны". Друзья спикировали к обелиску, а минутой позже из бора вынырнул Скрипка. - Доброе утро, господа. Приятно иметь дело с пунктуальными людьми. Как полетим верхом или через лес? - Верхом быстрее, петлять меньше придется, - предложил Мишаня. Поднялись над лесом метров на десять. Легкий ветерок едва колыхал кроны сосен. - Вот оно какое, зеленое море тайги, - потянуло на лирику Жеку. - Нет, больше на ковер похоже. - Умеешь ты, Миша, песне на горло наступить. - Мишаня у нас изнутри бухгалтер, - согласился Босс и исподволь глянул на реакцию Скрипки. Но тот вроде не слышал. Что-то высматривал за горизонтом. Увидел. - Вон там крыша с флюгером, - показал он рукой, - там ваше служебное жилье, а вот там, с километр от леса, отсюда не видно наша производственно-исследовательская база. Летим сейчас туда. А потом вас уже познакомят с бытовыми условиями. База состояла из небольшого двухэтажного здания с пристроенным металлическим ангаром. Территория вокруг ухожена, оборудована двумя беседками, лавочками и клумбами. Двухэтажное здание, по всей видимости, было административным, но в данный момент если и функционировало, то частично - рабочего фона не прослушивалось. В кабинете, куда их привел Скрипка, уже были юрист, кадровик и бухгалтер. Юрист прочел договор и сразу разъяснил возможные непонятности. Потом каждый прочел свой экземпляр лично, благо вся писанина уместился на одном листе. - Вроде все понятно, - сказал Босс, - остальные претенденты на высокие должности с ним согласились и в нужном месте собственноручно поставили подписи. Кадровик забрал трудовые книжки, снял копии с остальных документов. Бухгалтер выдала подъемные и с разрешения Скрипки административные работники покинули кабинет. - Ну вот, господа, - сказал Скрипка, - собственно и все формальности. Вот вам служебные смартфоны, здесь забиты все рабочие номера и мой в том числе. Я не всегда могу быть на связи, но всегда увижу, что вы мне звонили, и обязательно выйду на связь, как только появится возможность. Надеюсь, что таких спешных моментов нам избежать удастся. Непосредственно с вами будет держать контакт мой заместитель Владимир Григорьевич. Сейчас он подойдет. Заместитель у Скрипки оказался мужиком компанейским, мог беззлобно и к месту ввернуть народное словцо, но чувствовалось, что работу знал туго и хлеб свой отрабатывал сполна. В ангаре, куда он их привел, уже были оборудованы места для зарядки, некоторые на весах, другие просто на полу, но от каждого тянулись провода в конторку к компьютерам и еще каким-то приборам. Несколько человек крутились вокруг них, что-то настраивали. Еще трое рабочих в комбинезонах сидели в сторонке на лавочке, наверное, ждали команды. - Вот это наш главный научный сотрудник, Алексей Борисович, доктор наук, специалист по непонятным для простых смертных явлениям, - зам. указал на среднего роста, худощавого мужчину с длинными сивыми волосами, жидкой клинышком бородкой и такими же усами. Алексей Борисович поздоровался с каждым за руку, при этом несколько нагибал голову, смотрел снизу вверх, улыбался одной стороной лица и представлялся - Алексей Борисович, доктор физико-математических наук. Друзья представились просто по имени, правда, Мишаня добавил: - Без особенного образования, бывает, что выпиваю. Это несколько смутило ученого, и он даже как-то немного покраснел. - Небось, тоже выпить не дурак, - подумал Жека. - Похоже, в завязке, - мелькнуло у Босса - Алексей Борисович, озвучьте, пожалуйста, план на первое время, - попросил зам. - Я думаю нужно загрузить всю линейку, штук по десять объектов на каждое место. Это сегодня, завтра по объектику дополним и так до максимума. На первом этапе нужно определить предельные возможности и снять картину излучений. Вы, коллеги, не против? - Нет, мы не против, только вот если по максимуму, то нам место где-нибудь в сторонке, - уточнил Босс. - А с какой целью, уточните пожалуйста. - Да здесь, Алексей Борисович, цель самая простая. Вы до потолка, это метров пятнадцать, досок стопками наложите, а они случайно грохнутся и нас закопают. Кого потом изучать будете? - Ну, это не бином Ньютона, - успокоил Владимир Григорьевич,- какие-нибудь стойки придумаем, если, конечно, потребуется. Сейчас начинаем-то понемногу. Правильно понимаю? - Совершенно верно, - согласился ученый, - так мы и планировали. - Мне тут сорока на хвосте принесла, что вам для успешной работы неликвиды потребуются, так мы озаботились. Этих хватит? И зам показал рукой на дощатую выгородку с кучей деревянных обрезков, щепы и опилок. - Хватит-то, оно хватит, но это мы горстями полдня таскать будем, - засомневался Мишаня. - А зачем? Вон у нас еще трое коллег на лавочке сидят, в бой рвутся. Вы как коллеги готовы? - А куда нужно, Владимир Григорич? - К лагам подвозите мужики, а мы тут разложим, - скорректировал команду Босс. Рабочие споро забросали неликвиды в тачки и подъехали к лагам. Колдуны с умными физиономиями потолклись возле тачек, поводили руками, пощупали воздух, потрогали неликвиды. Понемногу стали перекладывать между лагами, потом садились на корточки в кружок возле каждого места, опять щупали обрезки, щепки и опилки, что-то перекладывали, трясли руками. Женек постоянно лазил в карман доставал носовой платок и промакивал глаза. - Молодец бабушка, - думал Жека,- без ее ноу-хау нам здесь трудно было бы выкрутиться. Стружки и щепки от полетной доски испытания прошли успешно. Оказалось, что заряжать можно одной только лучинкой или, как сказал Мишаня, занозой. Пока Жека тер платком глаза и отвлекал на себя внимание окружающих, Босс и Миша по очереди подкладывали на каждое место по щепочке. - Коллеги, а можно вас попросить, - подошел к ним ученый, когда раскладка хлама была закончена, - я как-то упустил, что нужно было снять на видео. Можно еще разок попробовать. - Что попробовать? - выпучил глаза Босс. - Ну, дубль еще один, а то как бы не весь процесс получается. - Да вы, что коллега. Мы тут на корячках тридцать метров ползали. Женя ведро слез выплакал и все сначала? - Подожди Босс. Не горячись. С меня не убудет, я для науки еще наплачу. Миша вон тоже со мной согласен. Он для науки не то, что на карачках, он науки для танец маленьких лебедей на пупке исполнить может. У Миши на этот счет было очень отличное от Жекиного мнение, но последний возможности выступить ему не дал и потащил на исходные позиции. - Женек, нарываешься, - прошептал по дороге Миша. - Молчите, коллега, - парировал тот, - возражения потом. Босс уловил потаенный смысл Жекиной задумки и без возражений включился в игру. Колдуны добросовестно перелопачивали хлам, водили руками, трясли пальцами, но занозы от полетного первоисточника обходили стороной. Жека по-прежнему усердно тер глаза платком. Алексей Борисович и его помощник двумя камерами усердно снимали процесс. - А для чего двумя камерами, - поинтересовался Мишаня, массируя коленки, когда второй дубль колдовства был закончен. - Вообще-то лучше было бы с трех камер. Одна - общий план, одна - фактуру, а одна - крупняк. При монтаже будет из чего выбрать. - Так это для кино, что ли, - удивился Босс. - Да ну что вы, - спохватился доктор наук, - это уникальный материал, здесь каждая мелочь важна. Дальше шло как всегда, правда, заряжали доски, сидя на удобных офисных стульях. На бревне решили не настаивать, комфорт на рабочем месте вещь тоже не маловажная. На сей раз снимали одной камерой, но с разных ракурсов. Доктор все полчаса метался от стопки к стопке. Поправлял датчики, помечал, что-то в блокнот, убегал к компьютерам. В общем, как сказал потом Босс, создавал ветер. Пока колдовали, Владимир Григорьевич куда-то отлучился, но передал просьбу, чтобы его дождались. По окончании шоу Жека прилип к доктору и начал донимать его какими-то дурными вопросами. Самым понятным в их общении были фразы постоянная Планка и производная, все остальное уходило далеко за грань человеческого общения. - Ты не знаешь, Жека сегодня завтракал? - А, что? - не понял Мишаня - Да я думаю, он наверное с голодухи из доктора кровь пьет. - Нет, он в поисках родственной души. - В смысле теорему Пифагора под коньячок вспомнить. - Наверное. А ты чего телефоны ломаешь. - Да хочу номера на свой записать, на всякий случай. А так зачем мне две штуки с собой таскать. - А фоткаешь зачем? - Да это случайно не на ту кнопку нажал. А что я там интересно запечатлел? Ты гляди - доктор. Полное портретное сходство. Лицом в анфас. Распечатаю и на стенку прибью. Мы с наукой на короткой ноге. - Виноват, заставил ждать, больше не повторится, - появился из боковой двери зам, - пойдемте, познакомимся с бытом, не все же на работе гореть. Лесная тропинка привела к двухэтажному коттеджу с башенками и стрельчатыми окошками, сказочный замок, ни дать ни взять. - Не хватает! - резюмировал Мишаня. - Чего не хватает, - не понял Владимир Григорьевич - Пятиметрового забора и асфальтированной дороги. Как тут люди живут? - Ерничаете, сударь. Ну-ну. Во-первых, тут постоянно никто не живет. Это гостевой дом. Во-вторых, дорог здесь и раньше не предусматривалось, гужевым транспортом пользуемся мощностью в одну ослиную силу. А последнее время, спасибо некоторым чудотворцам и скотинку напрягать не приходится. Да, забор. Забор это от честных людей. Цитадели при необходимости берут. Нам прятаться не от кого. Здесь четыре двухкомнатных номера, внизу холл. Да, собственно, что я, пойдемте, осмотримся, ознакомимся, примеримся. Холл занимал почти весь первый этаж. Камин, мягкие кресла, диваны и журнальные столики были в достатке и, перемежаясь, с живыми растениями в интерьер вписывались гармонично. Номера, под стать холлу, были укомплектованы всем, что нужно для полного счастья. В смысле и джакузи и холодильник и бар все имелось в наличии. - Да, - сказал Жека, - хороший домик, только гостевать мне особенно не придется. Заботушка-матушка. - Ну, мало ли, - уточнил зам, - выбирайте каждый себе по номеру и они в вашем распоряжении. Скажем так, забронированы, а там по обстоятельствам. Понадобится, воспользуетесь, а на нет какие претензии. Пожелания насчет меню и бытовых потребностей записывайте вон в папочке. Вот вроде и все, что я имею сказать. Да еще давайте условимся, с которого часа будем работать, а то ведь коллектив получается внушительный. Чтобы люди знали. - Да мы что ж уж совсем дармоеды, - возмутился Босс, - как у вас принято, так и мы работать будем. - Лучше, конечно, не спозаранку, - уточнил Мишаня, - а то мне добираться, ситуация такая. - Да, ситуация у него, не забалуешься, - поддержал Босс. - С десяти, - предложил Жека, - нормально. - Не вижу препятствий,- согласился зам. - Не вижу препятствий, значит завтра к десяти - согласился зам, - канал связи у нас есть, если здесь что-то потребуется вот на стене телефончик - персонал рядом. Ну, все если вопросов нет, то отпускайте меня. Полечу двигать империализм в массы. Служебное жилье колдунов несколько ошеломило. - Да, мужики, кто бы сказал пару месяцев назад, что мы так вот достукаемся, - размышлял Босс. - Наши акции растут, да, Мишань? - поддержал Жека, - вишь кровать какая себя поперек шире. Вы на такой с Марго друг дружку потеряете. - Не Марго сюда не надо, - перебил Босс, - чревато последствиями. Мы лучше к ней в гости. Баня, когда намечается, а Мишань. - Как дров наколете, так и наметится. Вон в ванной мойтесь. - Да, ванная хорошая, главное, чтобы по неосторожности Женек шампунь не съел, а то ведь, потеряем парня. - Сам ты валенок. Но попробовать, как эта джакузи бурлит, я думаю, стоит. - Ну так зачем дело стало, лезь, пробуй, а мы пока с Мишаней закусочки пошинкуем. - Легко. И Жека направился в ванную. Через минуту зашумела вода, а еще через 10 минут раздалось призывное: - Босс, спасай! - Что ты там, захлебнулся что ли? - Нет, вода куда-то делась, боюсь током трахнет. - Не бойся, тебе это не повредит, - Босс с Мишей зашли в ванную. Жека голый сидел в пустой джакузи, а вокруг него летали разноцветные огоньки, и играла легкая музыка. - ну, что, в чем проблема? - Вода вначале забурлила, а потом ушла. - Куда ушла? - В океан наверное. И эти светлячки летать начали. Я уже тут все кнопки понажимал и ни фига. - Да, дела. Мишань ты не знаешь как с этой техникой обращаться? - Не у меня другой фирмы модель. - Так ведь Женек замерзнуть может. Надо его спасать. - Спасать надо, кто бы спорил. Слушай, пусть он посидит пока минут десять, я чайник согрею. Из чайника польем. Ему тут весело, с музыкой, фонариками, небось совсем не замерзнет. Жека зачем-то взял мочалку, что-то нажал на пульте, вода забурлила и полилась со всех сторон. - Вишь, - сказал Босс, - нужно было сразу мочалку в руки взять, а так она воду не наливает. Умная машина. - Сам дурак, - парировал Жека, - валите на кухню, дайте спокойно помыться. Никогда джакузи не видели, вахлаки. - Черная неблагодарность, - резюмировал Мишаня, - пойдем Босс по чуть от щедрот отпробуем. А к этому больше ни ногой, пусть хоть обзовется весь. В холодильнике нашелся порядочный бочонок чешского пива и нарезки разных рыб и беконов. Расположились в креслах, приступили к пиву, что бы совсем все было по буржуйски включили плазму и под рассказ о пользе тайского массажа окончательно придались отдыху. - Балдеете, - вошел раскрасневшийся Женек. Налил себе из бочонка пивка, посмотрел на просвет в запотевший бокал, подцепил вилкой осетровый балычок, покрутил, понюхал, посмотрел на свет. Выпил пару глотков пива, почмокал губами, манерно закусил осетринкой. - Когда успел, - подивился Босс, - месяц назад изюм из булки на сладкое выковыривал, хвост от кильки за деликатес считал, а сейчас из джакузи и прямиком балычок гурманить. Чудны дела твои Господи. - Мне тут, пока ванную принимал, мысль пришла. - Да, ну?! Не обращая внимание на сентенцию Босса, Жека продолжал: - занимать нам три номера совсем ни к чему, не барины небось. Чего из себя деловых корежить. Пусть Босс от семейных радостей сюда переселяется, а мы с тобой будем его навещать, чтобы не одичал. - Ну да, дело, - согласился Миша, - сейчас сезон, пусть пока грибы собирает, сушит на черный день, ягоды там, орехи. А то опять чего-нибудь сгорит, придется на подножный корм переходить. - Рациональное зерно есть, - к удивлению компаньонов согласился Босс,- если что, то я вас по старой памяти на ночевку приму. Какой - никакой половичек в уголке брошу. - На таких половичках без простыней спать в удовольствие. С кушеткой, конечно, не сравнить, но все же. Да, Мишань? - поинтересовался Жека. - Кстати о птичках, а не слетать ли нам на рекогносцировку? - предложил Босс. - На куда слетать? - не понял Жека. - Военный термин, вам не понять. Осмотреться, значит на местности. Понять что и как в этом лесу. В чем тут радость бытия и где подводные камни. - Можно и так. Заодно бабушке лесной малинки соберу. Щас, только пиво допью и полетим. Сосновый дух умиротворял, располагал к созерцанию и неспешному разговору, но комары эту благодать напрочь перечеркивали. - Нет, - сказал Жека, - без комариной мази я сюда не ездюк. - Да, комар это не друг человека, - согласился Босс, - полетели купим что-нибудь от этой заразы, а завтра уже малины соберем. Расплачиваясь, за антикомариную аэрозоль Босс наткнулся на подъемные. - Ага, - сказал он, - непорядочек происходит. Мы, значит, за здорово живешь, по три зеленых штуки срубили, а Светику за труды никакого спасиба? - Это, Босс, ты совершенно прав. Давай мы с тобой по паре штучек сбросимся, а Мишаня пусть домой несет, Марго порадует. Да и вообще, семья она всегда затрат требует. - Правильно говоришь. Утверждаю. - Нет, не правильно. Нужно Светку еще куда-нибудь пригласить и рассказать о наших новостях. Может мы на радостях чего не усмотрели опасного, а у нее глаз на эти вещи набит. - Молодца, Мишань. - поддержал Босс, - вот, что значит правильно выстроить образовательный процесс. А куда ее позвать? - Давай в Шоколадницу, на веранду на второй этаж, - предложил Жека, - я там, правда, ни разу не был, но люди вроде сидят, отдыхают. - Ну, что, полетели. Посмотрим. Но если там кроме шоколадок ничего нет, то поляну сам накрываешь. Твоя инициатива, согласен, Женек? - Инициатива Мишина, но я как человек интеллигентный стрелки, ни на кого переводить не буду, тем более там наверняка как минимум сухое должно быть. Глава 13 Шутить так, шутить - Что-то ребята, последнее время, вокруг вас чудеса стаями летают, - размышляла Света, набирая ложечкой кусочки из разноцветных шариков мороженного. - Это да. Есть в нас что-то притягательное, - согласился Босс. - Я вот чего не понимаю, Скрипка коммерсант серьезный, кто бы спорил. И то, что он на вас обратил внимание дело совершенно предсказуемое, но вот ученый. Зачем ему ученый, затраты на исследования, на лабораторию. Наука не его профиль. Если бы он с академией наук там какую-нибудь совместную деятельность начал, можно было бы понять. Хоть и с трудом, но можно. А что бы самому, кустарным способом. Не понимаю. - Да ну Свет, ей Богу, какая-то ты слишком подозрительная. Там ученый ого - го. Может он из академии и приехал. Пробы взять для начала. Вот смотри я его сфоткал. Правда он не то, чтобы при галстуке или бабочке, может даже немного на обезьяну смахивает, но внешность обманчива. Жека ему полчаса голову интегралами всякими замусоривал - хоть бы что. А Женек это не хухры - мухры, он другой раз сам себя не понимает, а этот доктор Бубликов хоть бы глазом моргнул. Бегал только, думал где бы спрятаться, наверное. Света внимательно разглядывала фотографию на телефоне у Босса, потом на минутку задумалась и спросила - как ты говоришь его фамилия, Бубликов? - Да это я так, для связки слов. На что она мне нужна его фамилия. - Вов, сбрось мне его фотопортрет, надо кое-что проверить. - Как в смысле сбрось? - Ну, мне на телефон скинь его фотку. - Не, Свет, я еще не умею. Я вообще первый раз слышу, что их скидывать можно. Трудное детство, сама понимаешь. - Ну, правда что, дети подземелья, дай я сама. Пару следующих дней все шло в привычном режиме, Жека продолжал мучить доктора своими вопросами и формулами, тот в свою очередь отбрыкивался как мог. Появилась мысль немного упростить процесс зарядки, т. е. заряжать с одного раза, а не мудрить на следующий день с фиксацией, но пока не знали, как это обставить. На третий день позвонила Света: - Мужики, свистать всех наверх. Слово и дело! На сей раз встретились на даче какого-то ее знакомого. - Ничего себе дачка, скромненько. Наверное, от дедушки с бабушкой досталась, - предположил Мишаня. - Почему ты так решил, - заинтересовалась Света. - А видишь, лопухи чуть-чуть до крыши не достают, верный признак, что не первый год колосятся. - Про лопухи прямо в точку. Зато отдых здесь дикий. Среди зарослей вишни, сирени, яблонь и лопухов выше человеческого роста была то-ли выкошена, то-ли вытоптана полянка с кострищем посредине, бревнышками для сидения и небольшим вкопанным дощатым столиком в сторонке, вероятно как дань цивилизации. - Бравенькое местечко, - оценил Босс, - тренажер для сусаниных. - Ладно вам, ценители отдыха. Рассаживайтесь кому, где удобно, речь держать буду. - Нам не привыкать, нам после третьей и на земле хорошо. Просто последнее время по-человечески выпить время не остается. То, знаешь ли, Свет, одно, то другое, то на концерт к высокому искусству приобщиться. Не все, конечно. Некоторые в деревню, поближе к истокам. - Все, Женек, успокаивайся. Тебя мы другой раз послушаем. Света, мы само внимание, вещай, - скомандовал Босс. - Вещаю. Мама меня наградила, прямо-таки фотографической памятью, поэтому фотопортрет вашего деятеля науки очень сильно напомнил мне другое изображение. Вот смотрите, - Света показала изображение молодого мужчины с тонкой ниточкой усов и приплюснутой шляпой - таблеткой. Портрет улыбался одной стороной лица и закатывал глаза, - узнаете? - Нет. Кто такой? - Странно, смотрим дальше. На смартфоне одна за другой стали появляться изображения того же мужчины в разных костюмах от трусов до шутовского наряда, в основном на сцене. Последние фото стали более узнаваемы и в результате сравнялись с оригиналом. - Ничего, так, альбомчик. Он, что эстрадой увлекается? - заинтересовался Жека. - Да и давно. Вернее увлекался еще со школы и ушел с подмостков, что-то около семи лет назад. Чрезмерное употребление не позволило продолжить карьеру. С некоторыми физико-математиками такое случается, да Жень? - Случается, чего тут скрывать. Трудное детство, социльно не выдержанное окружение, все это толкает в яму. - Не слушай его, Свет, давай про доктора. Опять, что ли засланный казачек? - насторожился Босс. - Не совсем так,. Ваш Алексей Борисович, действительно учился и защищался в МИФИ. Оценки средние три - четыре. Правда, не совсем понятно, когда успевал. Он буквально с абитуры уже плотно был задействован в СТЭМ. Театр такой у них в институте есть. Потом КВН, его в основной состав взяли. Дальше аспирантура, защита, без отрыва от сцены. - То-то, я смотрю он от существа вопроса ускальзывает, - задумался Жека. - Да подожди ты, извини, Светочка, его в школе руку поднимать не научили. Спасибо бабушке, та хоть чуть обтесала. - Потом у них отпочковалась команда, которая уже сама по себе начала ездить по с концертами. Ничего себе коллективчик, я о них репортаж делала. И продюсер у них достойный. Был шанс на большую сцену попасть. Но как уже было сказано выше, спились. Ваш доктор уже года три как закодировался. Аниматором по детским садам работает. - Что-то я дебет с кредитом свести не могу. Он по специальности кто физик или клоун? - Он, Миша, на данный момент физический клоун, - просветил Босс. - Свет, а как это ты так все раскопала. На тебя ФСБ что ли работает? - Хуже, Вовчик, хуже. Человек с журфака МГУ это страшная сила. У него свои даже в забытой Богом и людьми какой-нибудь швейцарской деревне найдутся, если надо. - Ну, это ладно. Клоун так клоун. Но зачем Скрипка к нам его приплел, - не понял Жека. - Это, Женечка, основной и пока не разрешенный вопрос, - успокоила его Света. - Да пошли они все к чертовой матери. Нелюди, какие то. Ничего просто так, по-человечески не делают. Все у них с вывертом. Все, мужики, сушим весла. - Подожди, Вов, не горячись. Давай разберемся спокойно. Личности вы на сегодняшний день более чем известные, в тину уйти не удастся. Не найдут способ по-хорошему, поищут другие варианты. - Какие варианты? - вскочил Босс. - Подожди, не кипятись. Поверь на слово, найдут - это один момент. Дальше. Скрипка вам для работы условия создал? Создал. Даже более чем. Но вместе с тем ведет какую-то свою игру. Хотя вполне возможно, что вас эта самая игра и не касается, а может и касается. Многоходовка какая-нибудь. Чтобы, в конце концов, закабалить вас в хорошо оплачиваемое рабство. - Ну, если в хорошо оплачиваемое, да с достойным бытом, то и Бог с ним с рабством, - согласился Миша. - Одно слово бухгалтер. В рабство за полушку готов вприпрыжку бежать. - Если, Босс, это полушка, то ты на пилораму за пробку хлеба бегал. - Я там себя человеком чувствовал. А здесь муть какая-то темная. - Брек, ребятки. Вынесем моральные моменты за скобки. Ситуация запутанная, поэтому пока не поймем чего от нас хотят нужно продолжать игру и поосторожней с подарками и авансовыми благами. - Это как? - спросил Миша. - Тут все не сложно. Дали подъемные, не тратьте до времени. Предлагают на Канары, животы погреть, не спешите. Мол, производственный процесс увлек, оторваться не можете, а отдыхать, дескать, мы больше на лыжных прогулках любим. - Лучше на санках, там падать ближе. - Уймитесь, серьезный разговор. Вам с Мишаней лишь бы чего-нибудь ляпнуть. Не обращай на них внимания, Свет. Нужно диспозицию до конца уяснить. - Сейчас, пожалуй, уяснить едва ли удастся, а вот спровоцировать на какие-то действия можно, а там глядишь и прояснится. - Не очень понятно, на какие действия. Я, например, когда в школе хотел в очередной раз услышать, что обо мне классная думает, то стул ей клеем мазал. - Ну, Женек, ну стратег. Тебе в генштабе работать самым главным, а ты тут затесался. Но если честно, то мне тоже не ясно на что, кого и как провоцировать. А ты, Мишань, въезжаешь чего по чем? - Чего тут особенно въезжать, нужно придумать какие-нибудь хохмочки, чтобы у всех мозги кругом пошли. - Остынь, Мишенька, не нервничай сильно. Зря я тебе этот вопрос задал, не учел реакцию организма. - Я серьезно говорю. Ну, скажем, зарядили мы сегодня партию, и все доски летают, а завтра зарядили, но летают не все. Почему? Вопрос. Народ начинает нервничать, мы подыгрываем, вроде самим не ясно. Начнется суета, искать причину бросятся. Там, глядишь чего и вылезет. За ниточку зацепимся, клубочек и размотается. - Вот видишь, Свет, каких я кадров вырастил. Хоть сейчас в разведку. Минуты не прошло, а решение готово. Вы господа нас не знаете, но вы нас еще узнаете. Молодец Михал Михалыч, выражаю тебе строгую благодарность. - Не торопитесь радоваться, вокруг вас люди серьезные. Так что играйте, но не заигрывайтесь, больше слушайте и меньше говорите. - Нет, Мать, ты что не говори, а ученого я дожму. Это если хочешь дело профессиональной чести, - не согласился Жека. - Гляди, как завернул. А ты как его дожимать станешь? В смысле на косинус помножишь, - заинтересовался Босс. - Как все интеллигентные люди исключительно в теоретической плоскости, - успокоил его Жека. - Ну, тогда, я думаю, хуже не будет. В этой плоскости кроме тебя никто ничего ни бельмеса. - Слушай, Свет, - вдруг сменил тему Жека, - а вот экзотика эта, бурьян там, кострище и все остальное это чего для жертвоприношений что ли? - Да Бог с тобой. Здесь капище вампиров. Спокойный коллективчик. Если и укусят то самое чуть - чуть. А вам это так совсем не грозит. Они гурманы, этакие, кровь только натуральную, без добавления спирта пьют. - Нет, правда. Что это за бомжатничек, - поддержал Босс. - И не правда, ваша дяденька. Никакой это не бомжатник. Такая категория сюда не ходит - комфорту маловато. А если по правде, то мы здесь с друзьями для теоретических междусобойчиков, как бы сказать семинарчиков таких, небольших, мозговых штурмов, что ли изредка собираемся. Название здесь не главное. В общем, когда со сложной темой сталкиваемся мы сюда и прокачиваем ситуацию. Ничего от дела не отвлекает. Как правило, результатом остаемся довольны. - А может, мы нашу ситуацию прокачаем? - Браво, Миша! Сегодня ты просто в ударе, выражаю тебе следующую по счету благодарность. Попробуем, а Свет? - увлекся идеей Босс. - Честно говоря, я на это и рассчитывала. Давайте поработаем. Прокачивание по-началу шло туговато, потом ускорилось, а в конце обернулось ярким светом понимания. - Такое впечатление, - сказал Босс, когда мозговой штурм закончился и собрались по домам, - что до сегодняшнего дня я просто ходил по улицам с высокими заборами. Что там внутри Бог его знает. А сейчас как будто поднялся над поселком и все как на ладони. Тут тебе клумбы, а тут мусор. Правда, что штурм. Ну, господин Скрипка, теперь мы вооружены, и голыми руками нас не взять. - Это, как раз, другая сторона медали. Выбросьте из головы иллюзию, что соперник соображает хуже вас. Это как шахматы, все на виду, а выигрывает только один. - Там еще ничья бывает. - Ну, Мишаня, каждое слово в яблочко, - поддержал Босс, - но мы, кстати, с самого начала соревноваться, ни с кем и не собирались. Можно сказать сразу шли на ничью с обратным знаком, то есть все довольны и даже немножко счастливы. Так, что если в результате к начальному состоянию прейдем, то цель достигнута. - Насчет цели мы еще помаракуем, в общем ввяжемся в драку, а там посмотрим. На этой высокой ноте я и откланиваюсь. Кто меня проводит? - Какие вопросы, все и проводим, - собрался было Жека. - Негоже, бойцы, от дел отлынивать. Я и без вас справлюсь. Летите, голуби летите, - принял решение Босс. - Сегодня, коллеги, я хотел бы предложить небольшой скачек, - радостно встретил чародеев Алексей Борисович. - Легко, - согласился Босс, - а куда скакать будем? - Давайте зарядим сегодня по двадцать объектиков. Разница не большая, семнадцать у нас по графику, а мы скакнем на двадцать. А? Вы как, не против? - Как скажите. Вы у нас рулевой. Нам что отступать бежать, что наступать тоже бежать. Вон Босс по себе знает, не даст соврать. - Уймись, Женек. Прикинь лучше, как там ваши кванты с кварками согласятся на эксперимент. - Нет, нет, господа, теория потом. Давайте не будем отвлекаться, у нас чисто практические исследования. Теорией есть кому заняться. У нас с вами целый штат академиков в тылу. А с Евгением мы больше для души упражняемся.. - Ни себе чего. А мы про академиков и не знали. Да я и сказал просто так. Мы ведь с Мишей что в физике, что в математике ни тпру ни но. Мы больше в метафизических областях. Там все просто, там слов не нужно. Одна только музыка сфер. Да, Мишань? - Да, да, конечно, - перебил доктор,- ну, что ж, коллеги, может, приступим. - Партия сказала надо, комсомол ответил есть. Убирайте эти доски, готовим новую партию. - А как же фиксировать? - Мы, Алексей Борисович, тоже на месте не стоим. Интенсифицировали процесс. Теперь одной зарядки хватит. - А у меня приборы ничего не показывают. - А раньше показывали, - продолжил давить Босс. - Нет. - Ну, значит все в порядке, процесс идет своим чередом. Зарядка первой партии после скачка и по новой методике прошла успешно. Доктор ходил гоголем, потирал руки и не уставал приговаривать: "Это прорыв". - Ну, что, коллеги приступим, - спросил он, когда расчистили место для новой партии. - Приступим, - согласился Мишаня, - для того и пришли. - Сегодня добавим еще по пять объектиков, пусть пока дискретность будет равна пяти. - Пусть будет, - согласился Босс, - эй, коллеги, хорош в носу ковырять давайте к станку. Братва по заведенной традиции перещупала хлам, потрясла руками и дала разрешение на загрузку досок. По окончании процесса Жека, как обычно, приступил к Алексею Борисовичу с вопросами, но тот, отговорившись серьезностью момента и недостатком времени предложил перенести разговор на потом. - Я вот, что подумал, - сказал тогда Жека, - может быть будет проще, если я свои мысли изложу на бумаге, а вы как минутка выдастся, познакомитесь с моей галиматьей? - Ну, зачем вы так, Евгений. У вас очень интересный подход. Я бы сказал своеобразная метода. Конечно, приносите свои записи, я обязательно найду для них время. - Да я, собственно, уже принес, - и Жека подал двенадцатилистовую ученическую тетрадь, заполненную от начала до задней обложки цифрами и математическими значками, - меня в некоторой степени беспокоит вот этот момент. Правомочно ли здесь переходить на "пьеза", - и Жека ткнул мизинцем в тетрадку. - Да, да. Я, конечно, посмотрю. Постараюсь сегодня, но не обещаю. Момент важный. Если все пойдет, как задумано, то это серьезно меняет ситуацию. Вы как считаете? - Так же, но цыплят по осени считают. - Каких цыплят? Ах, цыплят. Ну да, ну да. Следующий день кованым сапогом поломал все грезы. Из тридцати стопок зарядились только семь. - Что, почему, - нервничал доктор, - как же так, я же уже пообещал. Что теперь Владимиру Григорьевичу говорить? - Ну, в науке отрицательный результат не хуже положительного, - проявил компетенцию Босс. - В какой науке, какой результат, - продолжал паниковать доктор. - Нужно возвращаться на позавчерашний рубеж, - не обращая внимания на причитания доктора, предложил Босс. Вернулись. Результат опять не оправдал надежд. Зарядилась только одна стопка. Приехал Владимир Григорьевич. - Что не так, мужики. Как думаете? - спросил он. - Трудно сказать, сами мало, что понимаем. Метафизика дело темное, - предположил Босс. - У меня были подобные опасения, - сказал Жека, - я там, в записке, как раз, к подобному выводу и пришел. - В какой записке? - удивился зам. - Да я на днях ее Алексей Борисычу отдал. - Это ладно, мы потом с ним посмотрим. А, вкратце, своими словами можно? - Если вкратце, то теоретически может присутствовать какой-нибудь незначительный раздражитель. Напряжение поля со временем возрастает и напряжение аккумулируется. Нет не так. Наоборот, раздражение аккумулируется и как следствие напряжение возрастает. Я, вот, как раз, спрашивал Алексея Борисыча правильно ли будет в расчетах переходить на "пьеза". Потому, что вполне вероятно появление дыр, то есть эффект больших давлений, а может просто пульсаций. - Нет, нет, Женя, - запротестовал зам, -ты не так. Ты мне скажи, в чем причина и мы ее сразу устраним. Может досок много или напилили не так, может прохладно. А насчет "пьеза", это точно не ко мне. - Вот, - подал Жекину тетрадку доктор. Владимир Григорьевич полистал, покрутил, посмотрел на Жеку, на доктора и молча вернул ее назад. - Как будем исправлять положение, - спросил он. - Исправлять пока нечего, нужно причину найти. - Так вот же он сказал, что поле порвалось, - кивнул зам на Жеку. - Не, насчет поля я не знаю, - продолжил Босс, - я чувствую какой-то барьер, а что это такое искать нужно. Если по уму, то нужно убирать все приборы, компьютеры, все вплоть до телефонов. Очистить ангар от электрики. И начинаем со стопок по двадцать. - А не много, - засомневался доктор. - Нет, я думаю, не много. У нас же двадцатка на ура прошла. Через пару часов ангар был приведен в требуемый вид. Даже проводку и ту обесточили. Из достижений цивилизации осталась одна только тачка. - Как бы динозавры не завелись, - засомневался Жека. - Зоопарк Юрского периода можно будет устроить, - предположил Мишаня. - Что устроить, - не расслышал доктор. - Да это мы так, на будущее, - отговорился Босс. Опять разложили хлам, покрутили с умным видом руками. - Готово, загружаем, - скомандовал Босс, - а, вы Алексей Борисович, если не затруднит, возьмите стульчик и садитесь рядышком со мной. - Зачем, я же вроде как... - Да, что вы заволновались. Мы же не колдовать вас просим, просто отойти с линии огня и немножко поддержать тылы. - Так, может мне лучше пока выйти? - Нет, не лучше, а хуже. Я потом все объясню, - настаивал Босс. Алексей Борисович вопросительно посмотрел на зама, тот согласно кивнул. - Ну, хорошо, раз надо, - сказал он и сел рядом с колдунами. Посидели, помычали, помолчали. - Все, ждем результатов, - по окончании процесса сказал Босс. - на всякий случай закройте ангар и до завтра пусть сюда никто не заходит. - Чего проще, - принял к исполнению зам, - а завтра когда? - В десять, как обычно, - заверил Босс. Опыт вышел на троечку. С той стороны, где сидел Алексей Борисович, не зарядилось семь пачек. Следующий раз его пересадили на противоположную сторону, рядом с Жекой. В том краю не зарядилось шесть пакетов. Доктор ходил как в воду опущенный. Вот - вот начнет заламывать руки и лить слезы. Владимир Григорьевич внимательно наблюдал за происходящим, вопросов не задавал и был предельно собран. Зато Жека теперь поменялся ролями с Алексей Борисычем. Теперь доктор хвостом таскался за ним и при каждом удобном случае приставал с вопросами. - Я там писал, - лениво отбрыкивался Жека, - вероятно "пьеза" применить будет корректно. - Но я, честно говоря, не до конца пока разобрался в ваших доводах. Но здесь другой вопрос, почему это поле так реагирует именно на меня? - Ну, может где-то цепляет моральные составляющие. - Какие моральные, Евгений, что вы имеете в виду? - Я и сам еще до конца не понимаю. Такого у нас еще не было. Прошлый раз жулики пытались нас развести, так там просто ангар сгорел да и все. - Я же, ведь, не жулик. Я же просто работаю. Я честно. Почему оно со мной так. Евгений, меня уволят? Я-то ведь разводить вас не собирался. Когда мне предложили конечно интересно стало. Я раньше про это слыхом не слыхивал. Неужели уволят? - Про это я как раз не думал. Да вам то, что волноваться. С вашими титулами и званиями хоть на кафедру, хоть в детский сад везде дороги открыты. - Да, особенно в детский сад, - грустно согласился доктор. Следующая зарядка проходила без него. Результат - три незаряженные пачки в разных местах. - Что будем делать? - спросил Владимир Григорьевич. - Как это не прискорбно, - ответил Босс, - но придется вас попросить выйти из строя. - Если во мне дело, так я с великой радостью вовсе могу не появляться. У меня с этими досками и так все на перекосяк, затор в делах по самую маковку, по самый бантик. Когда разгребать не знаю, хоть в ночную смену выходи. - Нет вариантов, - подвел черту Босс, - нужно докопаться до причины. Без посторонних зарядка дала стопроцентный результат. - Поздравляю. Разрулилось, слава тебе Господи, - на выходе из ангара встретил колдунов Владимир Григорьевич на следующий день, - что теперь, мужики? - Нам еще один моментик уяснить нужно, - ответил Босс, - вы говорили, что можете сделать направляющие для высоких стопок, для фиксации. - Какой высоты, на сколько мест и когда? - На все места, разве что, весы убрать можно, толку от них чуть. Высотой до потолка, до крыши, то есть, а когда, как получится тогда и когда. Их же как то еще наверх поднимать придется. - Ну да, кран-балку какую-нибудь придумать, что ли, - поддержал Босса, а заодно и проявил осведомленность Мишаня. - Это все не те вопросы, на которые стоит обращать внимание, - хитро прищурился Владимир Григорьевич, - а направляющие обязательно деревянные или можно металлические? - Нет, деревянные не надо, - запротестовал Босс, - а то потом улетят, будем по всему ангару их ловить. - Это проще, тогда к обеду, часам к трем я вам позвоню. Думаю, управимся. Колдуны недоуменно переглянулись. - К чему сомнения, господа. Нам хлеба не надо - работы давай. Зам нажал на клавишу телефона и дождавшись ответа распорядился: - Марь Михаловна, пригласите ко мне инженера. Я через двадцать минут буду. Все, - обратился он к колдунам, - не буду терять время, по готовности отзвонюсь. В два часа, не дождавшись звонка, братва спланировала к ангару. На площадке перед входом разгружались машины с заготовками. Внутри двое рабочих сидя на летучих досках, заканчивали крепить цепи под крышей, двое других талрепами натягивали их внизу по сторонам мест для зарядки. - Парни, сюда нельзя, - раздался сзади незнакомый голос. Колдуны обернулись. Перед ними стоял среднего роста и спортивного телосложения мужчина, лет сорока. - А, это вы. Извините, я вас живьем еще ни разу не видел, не узнал. На фотографии видел, а живьем, то есть, лично первый раз. Меня Александр зовут. Я здесь инженером работаю. - А мы грешным делом подумали вышибалой, в смысле охранником, - протянул Босс руку для знакомства. - Это моя спортивная внешность тень на плетень наводит, а на самом деле я до самого изнутри инженер. Но и, конечно, когда на площадке посторонние тоже не дело. мало ли, оторвется что, - закрепил знакомство рукопожатием Александр. - Спору нет, - согласился Босс, - а это кто ж такую конструкцию придумал. - Идея Владимира Григорьевича, зама нашего, а детализация и воплощение мое. - Головастый он у вас мужик, толковый. - Да у нас вообще дураков не держат. А Григорьевич, он и как человек, таких еще поискать. А вон он уже пришел. - Ну, что Александр, все по плану - спросил Владимир Григорьевич, заходя в ангар. - По времени немного с опережением. Доски еще не проверял, но, наверное, уже все выгрузили. Люди тоже готовы. Вон ребята последнюю цепь натянули. Готовы, Владимир Григорьевич. - Вот, собственно, все, господа. Проверяйте, что бы моральный кодекс где не сбойнул и начинаем. - Да все в порядке, мы и без проверок видим. Но вы нас и заинтриговали. Мы все мозги набекрень свернули. Как, думаем, такую работу за несколько часов сработать можно. А вы вон как. На обе лопатки, признаем, - искренне восхищался Босс. - Саша у нас такой. Он блоху на лету подкует, если надо будет, - и предвосхищая протесты инженера спросил, - ну, что можно начинать? Мы покидаем помещение? - Нет, покидать не нужно, помех не будет. Мы сейчас тоже в темпе вальса, по стахановски. Мужики, вперед, - скомандовал Босс. В этот раз подложку готовили без лишнего махания руками, закатывания глаз и бормотания. Просто пощупали щепки - опилки между лагами вот и все колдовство. Десяти минут не прошло, как Босс скомандовал: - Загружайте, сколько влезет до самой крыши. Открыли ворота и рабочие, сидя на летучих досках, друг за другом повезли стопки заготовок к местам зарядки. - Как пчелки. Им бы еще крылышки пришить, - заулыбался Женек. - А ты, кран-балка, - обернулся Босс к Мишане, - совсем от жизни отстал. На следующее утро у ангара друзей встречала расширенная делегация во главе со Скрипкой. - Утро доброе, - поздоровался он, - я не ошибся в плане наших надежд? - Очень надеемся, что доброе. Здравствуйте - сказал Босс, открыл ангар и пригласил всех внутрь. - И мне можно, - спросил доктор. - Конечно, как же мы без вас, - ободрил его Жека. - Моральные инфлюэнци не помешают, ничего не нарушим, - с некоторым вызовом спросил Скрипка. - Нет, заходите, - пригласил Босс. Вся партия до единой дощечки зарядилась. Все присутствующие светились радостью как малыш, получивший заветный подарок. - Возникли вопросы, господа, - обратился Скрипка к друзьям, - надо бы прояснить ситуацию. - Если срочно, то мы готовы, если время терпит, то можно зарядить следующую партию, а потом уже поговорить, - ответил Босс. - Нет, не горит, давайте условимся часика на четыре. Удобно? Тогда здесь в Соснах, в холле. Друзья прилетели немного раньше. Скрипки еще не было, решили подождать на лавочках у входа. Лето плавно и неуклонно шло к своему завершению, но погода пока баловала. Сидели молча, зажмурившись, повернув лица к солнцу. И, вдруг, где-то в бору ишачиное иа-иа. - Не шуми, Жека, - сказал, не открывая глаз Босс. - Сам такой, - парировал тот. - Давай лучше посмотрим, что это за зверь такой. - Это, Михал Михалыч, не зверь, это вобла. Она всегда так кричит, перед тем как засохнуть. - Дурилка ты картонная, а не Босс. Это осел, вон на елке сидит. Вы как хотите, а я слетаю посмотрю, кто там такой горластый. За Мишаней потянулся Жека, ну а следом и Босс, чтобы не отбиваться от стаи. Метрах в трехстах от замка увидели сарай с навесом, подлетели ближе, спустились. Под навесом стояли двухколесные грузовая и пассажирская тележки, а возле коновязи или вернее ословязи толкались два ослика. Скрипка по очереди угощал их морковкой и чесал щеткой. Животным такой подход был явно по душе и они старались оттолкнуть друг друга, что бы получить большую долю лакомства и внимания. - А у вас тут оказывается зверинец, - несколько удивился Мишаня. - Мы думали, что "ослиная сила" это фигура речи, думали Владимир Григорьевич шутит так, а оно и правда ослики, - продолжил Босс. - Была мысль заменить в бору автотехнику экологически чистым транспортом, но сейчас уже не актуально. А, друзей, вот иногда навещаю. Есть у меня такие серые и ушастые друзья. Скрипка потрепал осликов по холкам. - Ну, что выдвигаемся? - Может, Николай Ильич, здесь где-нибудь. На лужайке. Погода хорошая, комары, наверное, в спячку залегли, не кусаются, - предложил Жека. - Я, все-таки думаю в гостинице. Давайте планы менять не будем. Вернулись в замок. В холе их ждал Владимир Григорьевич. - Как там, у Шукшина, народ для разговора собран, - улыбнулся Скрипка, приглашая жестом рассаживаться в кресла вокруг журнального столика. - В Калине красной народ для разврата был собран, - уточнил Жека. - Нет, совещание мы с вами проводить не будем, просто поговорим. Вначале я хочу прояснить,- сказал Скрипка, когда все расселись, - с вашей стороны ко мне претензии есть? - В каком смысле, - поинтересовался Босс. - Во всех. Денег не додал, косо посмотрел, в меню не докладывают. Любые претензии. - Материально мы не избалованы и в будущем баловаться не собираемся. Что есть уже с избытком. Мы тут обдумывали на днях. И я, и Миша, и Женя единогласно решили пересмотреть размер предложенных благ. - Хорошо, давайте потом это обсудим. Сейчас я свое видение выскажу, а там в процессе и к этому подойдем. Основной вопрос вот в чем - я не верю в ваши экстрасенсорные способности. Как на духу говорю, не знаю, как это у вас получается, но сердце подсказывает, что не в колдовстве тут дело. Это первое. Второе. Вы люди очень не глупые, вон Владимир Григорьевич, так просто от вас без ума. Особенно после того как вашу докладную записку расшифровали. Два математика в Москве целый день над вашими иероглифами бились, пока не выяснили, что это обычное квадратное уравнение. - Студенческую молодость. У нас там такие приколы в ходу были, - похвалился Жека. - Алексей Борисовича чуть до инфаркта не довел, - усмехнулся зам. - Так вот, собственно, - продолжил Скрипка, - мне думается, что мы вполне могли бы подвинуться к более доверительным отношениям. Открыть забрала. Мы с вами не юноши, что бы перетягиванием каната заниматься. - Открытые забрала дело хорошее. Мы с таким настроением и начинали работать. А тут, глядь, вы клоуна подсунули. Вот, мать частная, там на деньги развести хотели, здесь представление устраивают. Для чего? Или в бизнесе без этого никак, Совсем раздеваться ни вы, ни мы, конечно, не будем. Ясно как Божий день. Да оно и не к чему. Но и в кошки-мышки играть совсем не обязательно, тут мы вполне солидарны. - обрисовал ситуацию Босс. - Не без того, врать не стану, - согласился Скрипка, - коммерция это игра на деньги, деньгами и под деньги, поэтому просто так рисковать не хочется. Если начинается дело, тем более крупное, то хочется застраховаться от неожиданностей. Я, ведь, в дело вкладываюсь и материально и морально, а вы птички свободные. Обязательств никаких. В любой момент повернулись и полетели в другое место, где поуютней и повкуснее. - А слова нашего, как бы, маловато будет. Или это только купцы друг другу на слово верили, - поинтересовался Босс, - Чтож нам теперь каждый раз как на работу наниматься, страшной клятвой клясться нужно? - И землю есть, - добавил Жека. - Скажи, Володя, - спросил Владимир Григорьевич, - ты когда на пилораме работал тебя как работника уважали. - Ну, если не в запое, то уважали. - А надеяться на тебя можно было? - Я свое слово всегда держал. - Значит надеялись? - Конечно. - Вот видишь, там на тебя надеялись, а ты свою пилораму бросил и к нам подался. - Нет, господа, это не тот случай. На меня там никто не в обиде. Я там никого не подвел. И скажи они мне сейчас, что помощь нужна, я если днем времени не будет ночью помогать приеду. А вы, что же друг с дружкой работаете на крючке, что ли друг у друга. Каждый договор кровью скрепляете. - Нет, конечно, - рассмеялся Скрипка, - а, здорово он тебя, а, Григоричь? - Так и я о том же. Пальцы в рот не клади. Свои мужики. - Вот, что я сам себе думаю, - сказал Скрипка, и без перехода начал рассказывать о своих задумках по поводу организации производства, учебного процесса, если, конечно этому возможно научить, улучшения быта людей и светлого завтра. - Все это хорошо, - за всех согласился Босс, - мы работать не отказываемся, но если только без фокусов, фокусников и другого цирка. - Принято, - согласился Скрипка, - с открытыми забралами? - С открытыми, - подтвердил Босс. Потом еще какое-то время поговорили об организации работы, оплате, бонусах и тому подобных вещах. Друзья предложили запустить еще одну линейку на тридцать зарядных мест и попросили не увольнять доктора. - Мужик он хороший, безобидный. Работа для него найдется. За счет сокращения наших доходов можно ему зарплату начислять, - предложил Миша. - Не тот вопрос, - улыбнулся Скрипка, - я его и не собирался увольнять и дело для него у меня есть. У нас в городе ни одного эстрадного коллектива нет, так что дел непочатый край. В августе солнце садится рано, так, что разлетались уже затемно. Глава 14 Новое время Губернатору позвонили из столицы. Был у него такой специальный телефон для связи с доверенным лицом из кремля. Вот этот самый телефон и зазвонил. От таких звонков редко приходилось ждать чего-то хорошего. Вот и сейчас сердце как - то нехорошо заныло. Он схватил телефон, нажал клавишу и со всей возможной радостью в голосе заговорил: - Дмитрий Иванович? Искренне рад. День добрый и свершения надежд. Я весь внимание. - И тебе, Анатолий Петрович здравствовать и процветать. Ты сегодня на месте? - Как скажите Станислав Иванович. - Да ты не волнуйся - ничего существенного. С благословения шефа в твои края выехал академик по своим ученым делам. Организуй жилье, ну и там, что по ходу дела понадобится. - Так может заранее подготовить. Он по какому делу? - Про дела в курс не вводили и других распоряжений не было. Тебе встречать его не зачем, если у него появится необходимость встретиться тогда и поговорите. А так занимайся своими делами. - Организуем, конечно. Его когда ждать? - Он в дороге, думаю, часа через два будет. Едет одной машиной. Номер по постам пробили Пока все. Свершений в труде. Бывай. - Ладно, хоть предупредили, - подумал губернатор, - а то сидишь тут, как китайский болванчик, все молчат как партизаны. Что делать, куда бечь, каким боком все это колдовство обернется. Одному Богу известно. Босс с Жекой вышли из концертного зала. Августовское небо укрывала плотная безлунная, ночная чернота, щедро посыпанная звездным хаосом. В груди замирали финальные аккорды Лунной сонаты. На площадке перед парадным входом концертного зала к ним подошел среднего роста, несколько сутулящийся, седой человек, - Здравствуйте, ребятушки, - поприветствовал он, - я Иванов Альберт Иваныч, академик и мне очень нужно с вами поговорить. Вы уж не обессудьте, уделите старику минуту другую. А? - Здравствуйте, но мы, собственно, - ответил на приветствие Босс и начал лихорадочно искать отговорку. Уж очень не хотелось портить вечер всякой ерундой про доски. - Альберт Иваныч! - в некоторой прострации вдруг протянул Жека, - сам, живой. - Да вроде пока да, а что есть другие сведения? - Да нет, нету никаких сведений. Просто я вам писал. Давно. Я вам свое решение по простым числам, по Ферми отправлял. Не помните. Да нет, конечно, не помните. Давно посылал. Еще на втором курсе. Его в "Вопросы математики" не взяли. Решение. Я вам посылал. Босс, которого Жека прервал на полуслове и даже немного отодвинул от академика рукой, замер в изумлении. Он во все глаза таращился на друга, который, оказывается, переписывался со светилом науки. - Нет, ребятушки, врать не стану, не помню такого письма. Многие, когда я плотно занимался математикой, тогда писали. Ну так я в физику, астрономию подался. Вы уж извините, письмо не помню, а вот решение обсудить очень даже готов. Вы, Евгений, я правильно информирован, коллега? - и академик протянул руку Жеке, - а вы Владимир? Очень приятно. Я вот, что думаю ребятушки, может ко мне в гостиницу? У меня номер большой. Места всем хватит. Поговорим спокойненько. И мне старику приятно и вам, надеюсь, не бесполезно будет. Соглашайтесь. - Да, в чем вопрос, да мы за вами хоть куда скажете. Полетели, Альберт Иванович. Ах да. У вас же доски нет. Тогда на моей, а я скоро приду. Куда летим? - Нет, лучше мою возьмите, - предложил Босс, - Я быстрей, чем Женек доберусь. Да и к чаю чего-нибудь прихвачу, а вы летите. Вы где остановились? - Спасибо, хлопцы. Спасибо за заботу. Не надо никуда лететь я тут рядышком в Янтарной. Вечерок хороший. Пройдемся триста метров, подышим. К столу у меня тоже найдется. А то что ж в гости звать и на чужие харчи набиваться. Окончание можно прочесть здесь https://www.proza.ru/2017/06/07/1053 © Геннадий Константинов, 2017 Дата публикации: 11.06.2017 20:49:21 Просмотров: 1554 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |