Кошечка
Иона Алатырский
Форма: Рассказ
Жанр: Ироническая проза Объём: 48189 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Кошечка Паша Абрикосов стоял около раковины и мыл руки. Слава Богу, закончился еще один рабочий день. Паша очень любил свою работу, но иногда к вечеру чувствовал сильное раздражение и желание никогда больше не заходить в свой стоматологический кабинет. Сегодня был именно такой день. Последняя пациентка была молоденькой, испуганной девчонкой, которая начала дрожать от страха при одном лишь виде стоматологического кресла и потом дергалась при каждом его прикосновении, совершенно не думая о том, что врач тоже живой человек и ему надо дать возможность спокойно работать. Когда вконец измотанный и усталый Паша закончил свою работу, с трудом обточив ей два зуба, девушка смотрела на него почти с ненавистью и даже забыла сказать ему спасибо. - Конечно, во всем виноват зубной врач, - с тоской думал он, стоя над раковиной. Они могут неделями не чистить зубы, годами не посещать стоматолога, в двадцать пять лет у них уже не хватает нескольких зубов и они сами виноваты в том, что им нужен протезист, но они смотрят на него, как на врага народа, ну как же, ведь он делает им больно, они не думают о том, что в стоматологическом кресле надо сидеть спокойно и не выплескивать свои отрицательные эмоции на врача, потому что это мешает ему работать. Паша вздохнул и пошел на кухню. Там на плите в маленькой кастрюльке стоял куриный суп, заботливо приготовленный его невестой Женей. Паша снова вздохнул, взял кастрюльку и осторожно вылил ее содержимое в помойное ведро. Потом он нарезал свежий батон, достал из холодильника сыр, колбасу, масло и сделал себе огромный, трехслойный бутерброд. Паша очень любил такие бутерброды и не любил суп, но его невеста Женя считала, что для его здоровья полезна горячая пища. Женя была идеальной женщиной, Паша не переставал удивляться ее совершенству. Она была красивой, доброй, воспитанной, чуткой, великолепно готовила и очень его любила. Он искренне радовался, когда она приходила, но еще больше, когда она уходила. Шесть лет назад она стала его невестой, но до сих пор они так и не назначили день свадьбы. Паша ни слова об этом не говорил, а Женя была так тактична и так благородна, что ни разу не спросила его о том, когда же, наконец, они поженятся. Положив свой огромный бутерброд на поднос, и поставив туда же две бутылки пива и кружку, Паша прошел в свою комнату, включил телевизор, сел на диван и стал есть. Это были самые приятные минуты его жизни: он, пиво и телевизор. Когда он уже заканчивал свой ужин, зазвонил телефон. Это была Женя. - Пашенька, ты уже поел, как тебе понравился суп, это по новому рецепту, ты не забыл его подогреть? - Ну что ты, конечно, не забыл, это было так вкусно, - сказал Паша, допивая пиво. - У тебя усталый голос, - посочувствовала Женя. - Да, ты права, у меня сегодня была ужасная пациентка, глупая, перепуганная девчонка, смотрела на меня как на монстра из фильма ужасов, и при этом постоянно дергалась, я все время боялся поранить ей десну. - Не надо огорчаться, милый, я завтра приеду к тебе и приготовлю твой любимый омлет с грибами. Ты, наверное, устал и хочешь спать? - Да, Женечка, честно говоря, я очень вымотался и хотел бы пораньше лечь. - Тогда до завтра, милый, не хочу тебе мешать. Паша положил трубку. Он устроился поудобнее, налил себе еще пива и вставил в видеомагнитофон диск с новой комедией. Паша обожал комедии, они отвлекали его от неприятностей и примиряли с заботами следующего дня. Следующий день был не совсем обычным. К Паше должна была придти новая докторша. Много лет он проработал с тихой, скромной женщиной - Натальей Петровной, но потом к большому его неудовольствию она вышла замуж и уехала в Москву, оставив его одного. Несколько недель он безуспешно пытался найти ей замену и вот два дня назад, наконец, один его знакомый порекомендовал ему Киру Сергеевну, охарактеризовав ее как очень опытного стоматолога и на редкость приятную и воспитанную пожилую даму. Кира Сергеевна оказалась худощавой, темноволосой дамой лет шестидесяти, вся ее маленькая фигура дышала благопристойностью и спокойствием. На ней было черное платье с глухим воротом и черные туфельки на шпильках. Паша сразу проникся к ней доверием, и они быстро договорились о совместной работе. На следующий день Кира Сергеевна уже гордо восседала в кабинете, встречая пациентов словами: "Добрый день, соблаговолите сесть в кресло". На ней был сверкающий белизной белый халат, белая накрахмаленная шапочка, движения были уверенными и спокойными, казалось, ее ничуть не заботили эмоции сидящих в стоматологическом кресле людей. Понаблюдав за ней некоторое время, Паша окончательно уверился в том, что нашел именно то, что ему нужно. Спокойно и без всяких происшествий прошло две недели, а потом наступила Пятница, 13 число. Паша не был суеверным и поэтому не придал этому мистическому числу никакого значения. С утра он принял трех пациентов подряд, потом пришла Кира Сергеевна и занялась лечением своих больных. Паша прошел на кухню, сварил себе крепкий кофе, а потом решил сходить за пивом, в холодильнике оставалась всего одна бутылка. Проходя мимо своей комнаты, он мельком заглянул в открытую дверь и остолбенел - на ковре перед его любимым диваном лежала абсолютно голая женщина, и какая женщина, Паша почувствовал, что у него перехватило дыхание. У женщины была ослепительно белая кожа, большие, налитые груди с розовыми сосками, тонкая талия, округлые бедра и длинные ноги неописуемой красоты. Паша даже по телевизору никогда не видел таких красавиц, ее прелестей хватило бы на всех участниц конкурса "Мисс Вселенная". Прекрасная незнакомка поправила длинные волосы, закрывавшие ее лицо, и он увидел перед собой Киру Сергеевну, только помолодевшую лет на тридцать пять. Очнувшись от первоначального шока, Паша, с трудом разжимая губы, спросил: - Вы кто, что Вы тут делаете? - Это же я - Кира, иди ко мне дружочек. Красавица протянула к нему руки и потянула за белый халат. Дальше все было как во сне. В одну минуту она сорвала с него всю одежду, повалила рядом с собой на ковер, и Паша испытал такое наслаждение, которого никогда прежде не испытывал, а, может быть, даже и не мечтал испытать. Очнулся он в кресле. На столике рядом мирно тикали часы. - Бог мой, уже половина пятого, в четыре должен был придти пациент к Кире Сергеевне. Паша покраснел, вспоминая все, что случилось между ним и новой докторшей, она, конечно, ушла после того, что было, а он проспал звонок пациента. Паша встал и пошел в свой кабинет. Открыв дверь, он к своему огромному удивлению увидел Киру Сергеевну, которая, как ни в чем не бывало, сидела на своем рабочем месте и усердно сверлила зуб, сидящему в кресле пожилому мужчине. Паша посмотрел на ее щупленькую фигурку, тоненькие, как спички ножки, обутые в старомодные туфли на шпильках, и с облегчением подумал, что все происшедшее ему просто приснилось. От соблазнительных прелестей обнаженной нимфы не осталось и следа. Он улыбнулся ей и пошел в ванную. - Это был только сон, - говорил себе Паша, стоя под душем, - чего только не приснится, правильно говорят, что вредно спать днем, я сел в кресло и заснул, вот и все. Он чувствовал одновременно и облегчение и разочарование от того, что все его чувства, были лишь иллюзией. Прошло еще несколько дней. Паша уже начал забывать об этой истории. Кира Сергеевна была все также любезна и невозмутима. Обращаясь к нему, она ласково называла его Пашечкой, подчеркивая разницу в возрасте. С Женей она держалась немного покровительственно и называла ее деточкой, Паше даже показалось, что его невеста отчего-то слегка побаивается Киру Сергеевну. - Кира Сергеевна похожа на классную даму, такая же строгая и немного чопорная, - сказала Женя после первой же их встречи. Впрочем, тебе она вполне подходит, ты устаешь от слишком эмоциональных женщин. Паша кивнул головой в знак согласия, но перед его глазами вдруг всплыла обнаженная красавица, нежно обнимающая его за шею и покрывающая страстными поцелуями его грудь и плечи. Он покачал головой, чтобы отогнать столь пленительное видение, и, боясь, что Женя заметит его волнение, сказал: - Ты права, мне нравится, что она так строго держится, сразу видна старая закалка. - И одевается она немного старомодно, но со вкусом, вся в черном, кстати, в этом сезоне черный цвет в моде, тебе, Пашенька, надо купить черный костюм, это очень элегантно. Паша не любил черный цвет, ему больше нравились светлые тона - серый, бежевый, зеленый, к тому же он вообще не любил носить костюмы, в них он чувствовал себя как преступник, закованный в кандалы, его любимой одеждой были просторные свитера из мягкой шерсти и фланелевые рубашки. - Но у меня уже есть костюм, - слабо запротестовал он. - Да, но он светло-серый, а этот цвет в этом сезоне не носят. Мы купим тебе черный костюм и яркий, шелковый галстук. Хорошо бы еще купить черное пальто, недавно я видела такое в магазине, стопроцентная шерсть, - говорила Женя, нежно гладя его по плечу. - Женя, не надо пальто, я же только что купил себе куртку, она такая удобная. - Пашенька, ты только представь, какой ты будешь красивый в длинном черном пальто, я даже буду тебя ревновать. Паша был среднего роста и уже десять лет пытался немного похудеть, он представил себя в длинном черном пальто из стопроцентной шерсти и, не дожидаясь, пока Женя заведет разговор о фетровой шляпе, сказал: - Женечка, не надо пальто, костюм, если хочешь, можем купить, но пальто не надо. - Хорошо милый, - как всегда сразу же согласилась с ним Женя, - купим только костюм, ты сможешь надеть его в пятницу, когда мы пойдем в театр. - Но в пятницу футбол по телевизору, - хотел сказать Паша, но промолчал, он ведь сам согласился пойти с Женей в театр, и теперь было неудобно отказываться. В пятницу ему пришлось надеть модный черный костюм и яркий шелковый галстук, после чего он почувствовал себя не просто преступником, закованным в кандалы, но еще и особо опасным преступником с петлей на шее. Он достал из шкафа свой любимый серый свитер и уже хотел надеть его, когда пришла Женя. На ней было длинное, серебристое платье, плотно облегающее ее тоненькую, спортивную фигуру, а на ногах туфли на огромных каблуках. Взглянув на свою элегантную спутницу, Паша тихо вздохнул и снова надел пиджак, решив, что, в конце концов, он обречен быть закованным в кандалы преступником не всю оставшуюся жизнь, а только один вечер. Он взял Женю под руку, и они вышли из дома. Спектакль закончился довольно поздно и Пашины надежды посмотреть, хотя бы часть футбольного матча, растаяли еще во время второго антракта. - Ну ничего, - успокаивал он себя, - сейчас я приеду домой, достану пиво из холодильника и посмотрю новый фильм, который принес мне Вадик, он говорил, что страшно смешно. Они сели в машину и Паша уже хотел отвезти Женю домой, но его невеста, нежно погладив его по руке, ласково проговорила: - Милый, ты не хочешь, чтобы я навестила тебя, мы уже так давно не были вместе? "Как это давно? - подумал Паша, - совсем недавно, когда же это было?". Он стал вспоминать и к своему удивлению понял, что не был близок со своей невестой больше двух недель, с того самого дня, когда ему привиделась таинственная обнаженная красавица. - Конечно, поедем ко мне, дорогая. Я так уставал в последнее время, работал допоздна, - стал оправдываться Паша, - но сегодня такой замечательный вечер, ты такая красивая, я весь вечер тобою любуюсь. Женя довольно улыбнулась, и они поехали к нему. Когда они вошли квартиру, Женя проскользнула в ванную, она всегда была очень аккуратной и соблюдала все правила гигиены. Паша прошел в свою комнату и разобрал постель. Женечка вышла из ванны в длинном белом махровом халате и села на постель, ласково посмотрев на него. Паше вдруг захотелось, чтобы она схватила его сильными руками, сорвала с него истомивший его черный костюм и повалила на постель, но от воспитанной и нежной Жени ожидать такого неприличного и грубого поведения он не мог, она бы посчитала это проявлением своего к нему неуважения. Паша сел рядом с ней на кровать, Женя сняла халат и легла на спину, продолжая ласково глядеть на него. В постели, как и везде, она была очень предупредительна и тактична, стараясь во всем угодить Паше. Он обнял ее, чувствуя, что хочет только одного - заснуть, но в этот миг перед его глазами встала другая – обнаженная нимфа, явившаяся ему во сне. Паша крепко сжал Женю за плечи. - Дорогой, ты был сегодня просто великолепен, - Женя закрыла глаза и сладко уснула у него на плече, а Паша полночи лежал без сна, с тоской вспоминая темноволосую страстную красавицу. Утром Женя разбудила его в половине девятого. Она уже успела принять душ, причесаться, и выглядела, как всегда свежей и подтянутой. На кухне Пашу ждал омлет, он быстро съел его, сгорая от стыда за то, что никак не может дождаться, пока его невеста уйдет. Паша вообще любил покушать, а к завтраку всегда выходил с особенным аппетитом и теперь с удовольствием съел бы еще пару бутербродов с ветчиной, но, взглянув на Женю, у которой не было ни грамма лишнего веса, а потом на свой живот, он ограничился омлетом и стаканом апельсинового сока. - Мне уже пора, дорогой, - сказала Женя, вставая из-за стола. - Ты уже уходишь, я буду скучать, - Паша тоже встал и пошел провожать ее до дверей, стараясь придать своему лицу печальное выражение. Потом, сидя в своем кабинете и просматривая список пациентов, он ругал себя самыми страшными словами и давал себе клятвы никогда больше не вспоминать таинственную красавицу. В одиннадцать часов пришла Кира Сергеевна, и их рабочий день начался. Вечером, проводив последнего пациента, Паша закрыл входную дверь и вернулся в свой кабинет. На полу, возле столь дорогого его сердцу стоматологического кресла, бесстыдно раскинулась его обнаженная нимфа. Ее прекрасное и необычайно желанное ему тело светилось призрачным серебристым светом. - Это был не сон, - с ужасом подумал Паша. - Кира Сергеевна, это Вы? - еле слышно прошептал он, - что Вы делаете? - Я ничего не делаю, - засмеялась красавица, раздвигая свои длинные, точеные ноги, - но я надеюсь, что, может быть, ты, дружочек, захочешь что-то сделать. Или я ошибаюсь? У Паши закружилась голова, он опустился на пол и припал к ее красным, сочным губам. Красавица засмеялась и крепко обняла его за шею, разрывая белую ткань его халата так легко, будто это была туалетная бумага. От возбуждения и невероятности происходящего Паша совершенно оцепенел и только тихо стонал, пока она стаскивала с него рубашку, целуя его покрытую волосами грудь и живот. Красавица расстегнула на нем брюки и, прижавшись лицом к его набрякшей плоти, сказала: - Мой дорогой, какой ты красивый, скажи, ты хочешь меня? - Конечно, хочу, - вырвалось у Паши. - Да я не с тобой разговариваю, а с ним, не вмешивайся, - красавица на минуту подняла голову и строго погрозила ему пальцем. Потом она спустила с него брюки и продолжала нежно ворковать: - Мой ненаглядный дружочек, я так соскучилась без тебя, ты ведь не обманешь моих ожиданий? Паша, дрожа от возбуждения и еле сдерживаясь, не стал ей отвечать, осознав, что она обращается вовсе не к нему. - Нет, ты не разочаруешь меня, я вижу, ты сделаешь все, что я хочу. Красавица счастливо рассмеялась, усаживаясь на Пашу сверху, и в следующую секунду он забыл обо всем. Когда Паша пришел в себя, он лежал на полу один, абсолютно голый, рядом валялся его разорванный белый халат и остальная одежда. Киры Сергеевны нигде не было. Он привел себя в порядок и присел на стул. - Если это действительно Кира Сергеевна, то почему она так изменилась и помолодела, а если это другая женщина, то, как она сюда попала и где настоящая Кира Сергеевна, чертовщина какая-то, - думал Паша, пытаясь осознать то, что с ним произошло. - Завтра, когда она придет, я попрошу ее прояснить эту историю, - наконец решил он, - она должна дать какое-то объяснение всему, что случилось. На следующий день Кира Сергеевна пришла на работу как всегда ровно в назначенное время, она спокойно поздоровалась с Пашей и надела свой белый халат, казалось, что она ничего не помнит о событиях вчерашнего вечера. Саша несколько раз пытался заговорить с ней, но, глядя на ее строгое, невозмутимое лицо, смущался и не решался начать разговор. - Может быть, это все-таки была не она, но тогда кто, нет, я должен спросить ее, она должна объяснить свое поведение, - думал Паша, отгоняя неприятную мысль о том, что он просто-напросто сошел с ума, сам разорвал свой халат, а все остальное было его галлюцинацией. Кира Сергеевна приняла последнего пациента и стала собираться домой. Провожая ее до дверей, Паша, наконец, решился: - Кира Сергеевна, я хочу поговорить с вами о том, что случилось вчера вечером, я не совсем понял, что произошло? - Вы хотите спросить о Германе Петровиче, это очень сложный случай, но думаю, что зуб мне все-таки удалось сохранить, я назначила ему придти через неделю. - Нет, я хочу Вас спросить о том, что случилось после того, как ушел Герман Петрович. Вы помните, что случилось после того, как он ушел? - Пашенька, Вы меня удивляете, насколько я помню, после его ухода я тоже сразу ушла - Кира Сергеевна удивленно посмотрела на него. Паша смутился и даже немного покраснел. - Извините меня, я спросил просто так, наверное, что-то перепутал. До свидания. Кира Сергеевна немного холодно улыбнулась ему: - До свидания. Она вышла на лестничную площадку, и Паша уже хотел закрыть за ней дверь, но тут она обернулась, и лукаво посмотрев на него, сказала: "Пока, дружочек". Пораженный Паша долго смотрел ей вслед. - Нет, это точно была она, теперь нет никаких сомнений, это была она, как она посмотрела на меня, и эта ее фраза - пока дружочек, мне надо поговорить с ней и все выяснить. Но ни на следующий день, ни через неделю Паша так и не решился поговорить с Кирой Сергеевной на волнующую его тему. Множество раз он намеревался спросить ее о том, что с ними случилось, какова здесь ее роль и почему она так с ним поступает, но Кира Сергеевна смотрела на него так холодно и так невозмутимо, что запретные слова не шли с его языка, Пашенька терялся и спрашивал ее о всяких пустяках, связанных с работой. От всех этих таинственных превращений, повлекших за собой небывалый в его размеренной жизни взрыв душевных и физических переживаний, Паша потерял аппетит. Женя, впрочем, ничего не заподозрила, напротив, она очень обрадовалась, решив, что Паша, наконец-то, прислушался к ее разговорам о пользе диетического питания и о вреде лишнего веса. Она стала готовить ему легкие вегетарианские блюда, а поскольку Паша, весь ушедший в волнующие его воспоминания, ел все, что она перед ним ставила, правда, без аппетита, но и не протестуя, Женечка воспрянула духом, купила новый передничек с кружевами и целыми днями порхала по его кухне, натирая до блеска кухонную мебель, пол и все остальное. Обычно подобные усилия вызывали в нежной Пашиной душе огромное чувство стыда. Бывали даже минуты, когда он был готов сдаться и сказать роковые слова, которые его невеста ждала так долго и терпеливо, но которые, несомненно, перевернули бы его жизнь, и уж, во всяком случае, разрушили столь дорогую его сердцу вечернюю триаду: он, пиво и телевизор. Однако, в этот раз Пашенька отчего-то вовсе не почувствовал никаких угрызений совести, он ни разу не подумал о том, насколько дурно быть таким неблагодарным человеком, что сказала бы его покойная мама, если бы узнала, что он так плохо обращается с такой прекрасной и во всех отношениях совершенной женщиной. Напротив, в первый раз Паша стал понимать, что дело не только в том, что он не может быть таким совершенным, как его замечательная невеста, но главное заключается в том, что он и не хочет быть таким, как она. Он глядел на свою сияющую чистотой кухню, новые розовые занавески, вышитые серебристыми цветочками, ел полезную диетическую пищу, красиво разложенную на тарелках, слушал Вагнера, к которому получившая музыкальное образование Женечка особенно благоволила, и не испытывал никакого удовлетворения, никакой радости. Все это было очень хорошо, даже замечательно, но для Пашеньки абсолютно не нужно и чуждо. Ковыряя вилкой вареное рыбное филе, украшенное петрушкой, он размышлял о том, что, наверняка, где-то в его любимом городе жил мужчина, а, может быть, даже десять мужчин или сто или тысяча, для которых такая жизнь показалась бы настоящим раем, несомненно, они мечтали о том, чтобы приобщиться к подобному совершенству. Но если раньше подобные мысли вызывали в нем гордость за то, что Женечка выбрала именно его, то теперь он впервые вдруг подумал о том, что неплохо бы узнать телефон, хотя бы одного из этих мужчин, позвонить ему и сказать, что совсем рядом есть идеальная женщина, которая устроит счастье его жизни. Сам, удивившись, таким своим криминальным мыслям, Паша поднял голову и робко посмотрел на Женю. Она стояла у плиты и готовила лимонное желе, которое было очень полезно для Пашиной печени. - Пашенька, ты сегодня что-то немного грустный и бледный, хочешь я включу музыку, это тебя развлечет. - Вагнера? – тихо спросил Паша. - Вагнера, - просияла Женечка, - когда я слушаю "Лоэнгрина" у меня всегда поднимается настроение. "А у меня опускается, - подумал про себя Паша, - может быть, мы просто идем по разным лестницам, она идет вверх, а я вниз, или наоборот." - Нет, спасибо, дорогая, у меня что-то голова болит, схожу за сигаретами. Женя укоризненно посмотрела на него и повернулась к плите. Весь ее безупречный облик выражал тихую печаль и полное непонимание того, как можно предпочесть благородной музыке Вагнера преступную тягу к табакокурению. Паша встал из-за стола, оставив на тарелке вареную рыбу, очень полезную для его пищеварения, надел куртку и вышел на улицу. Около табачного киоска его на мгновение обожгла мысль о том, что там, в его квартире, на его кухне, его собственная невеста страдает из-за его непристойного поведения, и он уже хотел купить вместо сигарет бутылку минеральной воды, но перед его глазами вдруг встало лицо Киры Сергеевны, почтенная дама усмехнулась и весело проговорила: "Да, курите, дружочек, курите, я где-то читала, что у курящих людей реже бывает рак". Паша испуганно закрыл глаза, а когда открыл, видение исчезло, а в руках была пачка его любимых сигарет. Он пожал плечами, как бы говоря сам себе, что все это ему привиделось и не надо больше думать на эту тему, а потом с наслаждением закурил сигарету и пошел домой. На пороге его встретила Кира Сергеевна. - Добрый день, Пашенька, должна Вам сказать, что Вы сегодня неплохо выглядите. - Правда? А Женя говорит, что я сегодня какой-то бледный и грустный, - вырвалось у Паши. - Ей это показалось, впрочем, Вы ведь можете побледнеть и погрустнеть, чтобы не разочаровывать ее. Кира Сергеевна произнесла эти колкие слова совершенно спокойно и абсолютно невинно, а Паша вместо того, чтобы обидеться, громко хмыкнул. Кира Сергеевна тоже слегка улыбнулась, но потом с обычной строгостью сказала: - Пора начинать работать, где список сегодняшних пациентов? - Вот, пожалуйста, - Паша протянул ей блокнот, постоял немного возле нее, а потом пошел на кухню, где Женя, видимо, свято верившая в то, что мученический труд врачует заблудшие души, усердно мыла газовую плиту. - Я на обед решила приготовить грибной суп и баклажаны в сметане, а лимонное желе уже стоит в холодильнике, мне надо уйти пораньше, у нас сегодня собрание, да еще завтра отчет сдавать. Женин голос звучал так кротко и так ласково, что, казалось бы, Паша должен был, наконец, осознать, насколько она благородное и нежное создание и насколько он неблагодарный и жестокий человек, но Паша, вместо того, чтобы от угрызений совести выброситься со второго этажа, закурил вторую сигарету и сказал: - Не беспокойся, дорогая, мне очень стыдно, что я заставляю тебя заниматься грязной кухонной работой, я и сам прекрасно со всем справлюсь, иди и ни о чем не думай. Я тебе завтра позвоню. Женечка подозрительно посмотрела на него, но промолчала. Она быстро приготовила обед, накормила Пашу и ушла, обещав, правда, позвонить ему сразу после собрания. После ее ухода, Паша подошел к холодильнику, достал с нижней полки колбасу, сыр, масло и сделал себе огромный бутерброд. Бутерброд был просто великолепен, впервые после долгого перерыва Паша поел с истинным удовольствием. Потом он задвинул розовые занавесочки в угол, засунув их за батарею, чтобы не высовывались, убрал со стола заменитель сахара, сухие диетические хлебцы, поставил в раковину грязную тарелку и чашку и, оглядевшись вокруг, с удовлетворением констатировал, что кухня приняла прежний живой вид. Он открыл пошире окно, чтобы побыстрее выветрился стойкий запах французских духов, очень дорогих и модных, Паша сам купил Жене на день рождения большой флакон и теперь ему некого было винить в том, что приторный запах преследовал его повсюду. Проведя все эти боевые действия, Пашенька отправился в магазин за пивом. Вечером, сидя перед телевизором и наслаждаясь излюбленной компанией: он, пиво и телевизор, Пашенька снова и снова думал о своей жизни, о том, что у него есть и чего ему действительно не хватает. Результат его размышлений был ошеломляющим. Выходило, что у него было практически все, что нужно, а портили жизнь в основном две вещи: капризные и непонятливые пациенты, которые упорно не хотели сидеть в кресле неподвижно и с завидным упрямством мешали ему работать, и трехнедельное отсутствие обнаженной красавицы, так хорошо умевшей удовлетворить его мужские желания и успокоить тем самым его израненную неблагодарными пациентами душу. Думая об отсутствии женского общества, Пашенька вспомнил было о Женечке, которая прочитала и внимательно изучила все изданные на русском языке книги о сексуальной жизни и даже некоторые, изданные на английском языке, но не ощутил ничего кроме ощущения усталости и скуки от выполнения необходимых, но безрадостных и очень утомительных обязанностей. Несомненно, Женечка в постели была также совершенна, как и во всем остальном, к тому же, как истинно благородная натура она думала только о том, чтобы доставить ему удовольствие, жертвенно забывая о своих собственных желаниях, она делала все абсолютно правильно, очень аккуратно, с соблюдением всех санитарно-гигиенических требований к этому предмету, она даже стонала в постели исключительно элегантно и в меру громко, чтобы доставить Паше удовольствие и, вместе с тем, не потревожить соседей за стеной. Паша снова подумал о сотнях мужчин, которые всю жизнь мечтают о такой невесте, как его Женя, и так и умирают, не встретив женщину своей мечты. - Может быть, мне объявление в какую-нибудь подходящую газету дать, - мелькнула в его голове шальная мысль, мол, есть идеальная женщина, совершенство во всех отношениях, если кто-то захочет познакомиться, пожалуйста, адрес и телефон. А что, ничего в этом нет страшного или неприличного, может быть, кто-то уже и жить не хочет, потому что не встретил идеал, а тут объявление в газете, позвонит человек и спасет свою жизнь, вернее, это я спасу его жизнь, я же ведь объявление-то дам. Да и Женечка очень обрадуется, этот мужчина наверняка будет намного лучше меня: он будет любить диетические и вегетарианские блюда, ценить и помогать поддерживать идеальную чистоту в квартире, оперы Вагнера будет обожать, у него будет изумительный вкус, он с утра до вечера будет ходить в тесном костюме и шелковом галстуке, а на улицу будет надевать модное длинное пальто и фетровую шляпу. Да, Женечка, будет просто счастлива, а я, когда увижу, что она так счастлива, тоже буду счастлив, нет, конечно, я вначале буду очень переживать и тосковать, но потом, несомненно, меня очень обрадует ее новая счастливая жизнь, я от всей души пожелаю ей и ее избраннику счастья и буду тихо и спокойно продолжать жить один. Зазвонил телефон, и Пашеньке пришлось взять трубку, звонила его невеста. - Что ты делаешь, милый, я уже соскучилась, - нежно защебетала Женечка. - Да так, сижу один и мечтаю – как-то совершенно невольно сказал правду Паша. - О чем же ты мечтаешь, дорогой? - О твоем счастье дорогая. - Правда, - очень обрадовалась Женечка, - ну ты же знаешь, что мое счастье – это твое счастье. - Знаю, Женечка, ты тоже знай, что твое счастье – это мое счастье, если ты будешь счастлива, я тоже буду счастлив, - голос Пашеньки звучал совершенно искреннее. Всерьез растроганная Женя проговорила: - Спасибо, дорогой, завтра я приду сразу после работы и приготовлю тебе овощной пудинг, это очень полезно для твоей печени. Мне дала рецепт одна моя школьная подруга, она врач-диетолог, у ее бывшего мужа тоже были проблемы с печенью, так она готовила для него этот пудинг каждый день, муж уже почти совсем поправился, но ты же знаешь, какие мужчины неблагодарные, конечно, я не имею в виду тебя, ты – Пашенька приятное исключение из всех правил, в общем, муж ее оставил, и она не смогла закончить его лечение. Что меня больше всего поразило, так это ее благородство, она говорит, что страдает только из-за того, что не смогла его окончательно вылечить, поэтому она мне дала этот рецепт. Завтра же приготовлю тебе этот пудинг, уверена, тебе очень понравится. - Спасибо, милая, - только и смог сказать ей в ответ Паша. Потом, когда она повесила трубку, он неожиданно подумал о муже ее школьной подруги, интересно, сколько времени он ел полезный пудинг, прежде чем ушел от жены? Прошло еще несколько дней, незаметно пробежала неделя, а обнаженная красавица все не появлялась. Казалось, она совсем забыла Пашу или была занята какими-то другими более важными делами. Пашенька, тоскуя телом и душой по ее ласкам, стал исключительно вежливым и внимательным с Кирой Сергеевной, но эта коварная дама делала вид, что не замечает в его поведении ничего особенного, она ни разу не намекнула на то, что так волновало Пашеньку, несмотря на его умоляющие, пламенные взгляды, которые он бросал на нее украдкой. Этот день ничем не отличался от других и поначалу не сулил Паше никаких особых радостей. Кира Сергеевна принимала пациентов и, казалось, вовсе не думала о Пашиных страданиях. Пашенька с утра чувствовал себя особенно скверно, на душе тоска, на сердце камень, не зная, чем себя занять, он отправился немного прогуляться. На улице было довольно холодно, Паша зашел в магазин, купил пива, больше идти было некуда, он повертелся еще какое-то время возле киосков и отправился домой. Уже подходя к своей парадной, Паша почувствовал необычное томление в груди, пасмурный и нежеланный день вдруг стал приобретать совсем другой вкус и запах. Он быстро поднялся по лестнице и открыл дверь своей квартиры, нет, предчувствие не обмануло его, не зря так радостно билось сердце и все вокруг приобрело праздничный розоватый оттенок – на ковре возле его любимого дивана царственно возлежала обнаженная красавица и нежно ему улыбалась. - А, дружочек, это ты, заходи, какой ты молодец, пиво принес, а меня что-то жажда замучила. Паша достал из пакета банку с пивом и протянул своей столь долго ожидаемой нимфе. Красавица открыла банку и потянула Пашеньку за рукав: - Сядь поближе, дружочек, я не люблю пить в одиночестве, вкус пива как-то теряется, не понятно, что пьешь, то ли пиво, то ли простую воду. Паша опустился на ковер возле нее. Красавица села к нему на колени и вылив на него несколько капель пива, припала губами к его шее. - Совершенно удивительный вкус - довольно замурлыкала она, продолжая поливать Пашеньку пивом. Пиво медленно лилось по Пашиной шее вниз на грудь, на живот, но проворный язычок обнаженной нимфы не оставлял ни капли, уже плохо соображая, что к чему, Паша закрыл глаза, отдаваясь на волю ее желаний. Очнулся он, увы, в одиночестве. Но в этот раз ему больше не приходила мысль поговорить с Кирой Сергеевной и потребовать от нее объяснения ее неприличным поступкам. Нет, он решил больше не тревожить столь почтенную и строгую даму, поняв, что она не любит подобных разговоров и все равно ничего не скажет, а если он будет настаивать, может больше и вовсе не появится. Тайна, так тайна, решил Пашенька, женщины любят тайны, а мужчины должны стараться доставить им удовольствие. За всеми этими волнениями и томительными ожиданиями Пашенька как-то упустил из виду свой собственный день рождения, он и вовсе бы про него не вспомнил, но Женечка намекнула, что Пашу ждет совершенно удивительный подарок, она сама его выбирала, это как раз то, что Пашеньке нужно и о чем он давно мечтает. Что конкретно она собиралась ему подарить, Паше узнать не удалось, и он тихо надеялся, что Женя ограничится шелковым халатом или кожаным портфелем. День рождения пришелся на среду. Женечка пришла около десяти часов утра, она была несколько взволнована и поминутно поглядывала на часы. Паша с тоской подумал, что долгожданный подарок не поместился в ее сумочке, это был очень плохой признак, и настроение несколько упало. Наконец, около одиннадцати в дверь позвонили, и Женечка побежала открывать. - Пожалуйста, не выходи из кухни, это сюрприз, - услышал Паша ее голосок. Он покорно сел на табуретку возле кухонного стола и стала ждать обещанный сюрприз. Ждать пришлось недолго, минут через пять Женечка позвала его, и Паша прошел в комнату. Все эти дни он пытался отгадать, чем же на этот раз порадует его Женя, перед глазами вставали совершенно разные предметы: от велосипеда до спортивного тренажера. Паша заранее был готов выразить полный восторг, но то, что он увидел перед собой, настолько его поразило, что он не смог вымолвить ни слова и просто стоял как столб. Посреди комнаты стоял диван, но какой диван! Диван был большой, нет, лучше сказать - диван был огромный, на нем в геометрическом порядке гордо возвышались подушки и пуфики, но это было еще не все, диван был абсолютно белым, он был обтянут белейшим шелком и смело мог соперничать со снегом. Пашенька подошел к дивану и робко потрогал сверкающую белизной шелковую обивку. Он как-то сразу почувствовал, что диван испытал сильное разочарование, не о таком хозяине он мечтал, ему явно был нужен кто-то другой, более соответствующий его великолепному виду. - Ну как, тебе нравится, я знала, что тебя понравится, - счастливо улыбалась Женя, принимая его ужас за восторг. - Ну что же ты стоишь, присядь. Паша снова провел рукой по блестящей поверхности дивана, но сесть не решился. - Пожалуйста, присядь, прошу тебя. Исключительно, чтобы не огорчать свою заботливую невесту, Пашенька осторожно присел на краешек дивана. Диван недовольно заскрипел всеми своими пружинами. Паша посмотрел на свои брюки и почувствовал, что они явно недостаточно хороши для такой важной персоны, как новый диван. Женечка присела рядом. - Правда, замечательно, он такой красивый. Когда я увидела его в магазине, сразу решила купить, ты будешь по вечерам сидеть на нем и смотреть телевизор. Она счастливо вздохнула. - А где мой старый диван? - опомнился Паша. - Он в коридоре, можно будет отправить его на дачу. Паша вышел в коридор, там, в углу одиноко стоял его любимый диван с коричнево-зеленоватой обивкой. Диван укоризненно глядел на Пашу, как бы говоря: "Ну вот, выбросили, сколько лет были вместе, так хорошо было, эх, Паша, Паша, на что ты меня променял?". Потом пришли гости, но Паша уже ничего не чувствовал. Он что-то говорил, смеялся, даже пел, но все это было не то. Пашенька понимал, что сегодняшний день в чем-то изменил его жизнь. Ночь он вместе с Женечкой провел на новом диване. Паша не ошибся, диван сразу невзлюбил его, ему было холодно и неудобно. Утром, когда он проснулся, Женя уже ушла на работу, оставив очень милую записку. Паша прошел на кухню и без аппетита поел. Потом пришел пациент, и он отвлекся на некоторое время. Только днем Пашенька решился заглянуть в свою комнату – ненавистный белый диван стоял возле стены и грозно смотрел на него. Паша прошел на кухню, решив, что спасти его может только большой бутерброд и хорошая комедия. Вернувшись с подносом, он вставил диск в видеомагнитофон и присел на диван, поставив по привычке рядом с собой поднос с едой. Его любимая еда и бутылка с пивом выглядели на белой шелковой обивке по меньше мере странно, если не сказать безобразно. Диван замер, с ужасом ожидая появления желтого жирного пятна. Паша мог поклясться, что слышит его возмущенный голос: "Вот уж не думал, что нарвусь на маньяка, поднос со своей грязной едой прямо на мою обивку, в цивилизованных странах за такое преступление к высшей мере могут приговорить, эх, ну почему я не остался в Италии или не поселился в Германии. И опять в старых брюках сел, неужели не мог купить домашний костюм из велюра, ведь целый день у него был. Ну ничего, придет милая девушка, которая меня купила, я ей все расскажу, вот она меня понимает, может быть, вдвоем нам и удастся сделать из этого аборигена цивилизованного человека". Пашенька быстро поднял поднос и поставил его на журнальный столик. Он налил себе пива и включил телевизор, стараясь больше не думать о новом диване. Фильм был очень смешной, но Паша не мог смеяться, даже пиво казалось пресным. Диван хмуро наблюдал за ним, заранее обещая показать Женечке все Пашины преступления против его белой обивки. Выключив телевизор, Паша, вздыхая пошел на кухню, выйдя в коридор, он увидел свой любимый диванчик, одиноко стоявший у стены, и присел на него. Диван был совершенно замечательный, такой удобный, теплый, на его пестренькой обивке не были заметны жирные пятна от бутербродов, а пятна от пива высыхали вообще не оставляя никакого следа. Пашенька погладил его рукой. - Да, такие у нас дела. Я всегда думал, что никто не сможет нам помешать, каждый вечер я буду сидеть в своей любимой компании: я, пиво и телевизор, правильно говорят, что не надо зарекаться. Раз, и все кончено, есть теперь буду на кухне, пиво пить тоже на кухне, а в комнате буду тихо сидеть, боясь, лишний раз пошевелится. Неужели ничего нельзя сделать, - с тоской думал Паша. – А почему нельзя? Очень даже можно. С несвойственной для него решимостью Паша отправился на кухню и вернулся в комнату, вооруженный бутылками с кетчупом, горчицей и растительным маслом. Диван злобно смотрел на него, сразу поняв его преступные намерения. Пашенька подошел к нему и, открыв бутылку с кетчупом, сказал: - Сейчас я тебе покажу, кто здесь хозяин. Он щедро полил кетчупом белую шелковую обивку, а потом разукрасил красными узорами подушки и пуфики. Диван изо всех сил скрипел пружинами, пытаясь позвать на помощь, но, осознав, что никто не сможет ему помочь, затих, впав в обморочное состояние. Опустошив бутылку с кетчупом, Пашенька щедро полил диван горчицей, добавив для аромата растительное масло. Когда боеприпасы закончились, он осмотрел место боевых действий, и остался доволен. Диван больше не смотрел на него свысока и не пытался изменить его жизнь. Позвав на помощь соседа-грузчика, Паша вытащил побежденный диван в коридор, а своего старого друга поставил на прежнее место. Через полчаса, он уже сидел на своем любимом диване, ел бутерброд, запивая его пивом, и от души смеялся, глядя в экран телевизора. Ему было так хорошо и уютно, что он даже забыл о том, что завтра придется отчитаться перед Женей за свои преступные действия. Когда Женечка увидела уничтоженный и посрамленный диван, вынесенный в коридор, она пришла в неописуемый ужас. Несколько минут она осматривала нанесенные дивану повреждения, а потом занялась Пашей. - Пашенька, я давно заметила, что у тебя депрессия. Я все понимаю, но нельзя же так, ты совершаешь совершенно необъяснимые поступки. Объясни мне, почему ты так поступил? - Видишь ли, Женечка, он стоял посреди комнаты такой огромный, такой белый, поверь, это трудно вынести. На него даже поднос с едой нельзя поставить, - пытался оправдаться Паша. - Поднос с едой на белую шелковую обивку? Нет, Паша, тебе надо сходить к психоаналитику. Тебе уже скоро сорок лет, а ты ведешь себя как ребенок, даже хуже. Только маленькие дети едят перед телевизором, а ты уже взрослый. Разве нельзя поесть на кухне? В конце концов, в другой комнате есть обеденный стол, мог бы поужинать там. - Но я привык здесь, я всегда вечером сажусь на диван, смотрю телевизор, пью пиво. - Да, и ешь свои ужасные бутерброды. Ведь это так вредно для твоего здоровья, неужели ты не понимаешь. Пашенька, я так хочу, чтобы твоя жизнь стала лучше, а ты все время мне мешаешь. - Но Женечка, у меня хорошая жизнь, мне она в целом нравится. - Нравится? Что тут может нравиться? Ты совсем не думаешь о своем здоровье, ешь всякую вредную гадость, смотришь допоздна глупые комедии, пора уже повзрослеть, мой дорогой. - Мне нравятся бутерброды и комедии тоже. Что в этом плохого? - защищался Паша. - А что хорошего? Это вредно для здоровья и пошло. Я так стараюсь, купила тебе красивую вещь, а ты так со мной поступил. Женечка заплакала. Паша подошел к ней и погладил по плечу. - Не плачь, не стою я твоих слез. Понимаешь, я давно хочу тебе сказать, что я никогда не смогу стать таким совершенным, как ты, никогда. Честно говоря, и не хочу, я таким родился и таким хочу умереть. Женя перестала плакать и с ужасом посмотрела на Пашу: - Ты хочешь сказать, что тебе нравится сидеть на этом старом диване, пить пиво, смотреть глупые фильмы, и ты не хочешь это изменить? - Нет, не хочу, - честно сказал Паша. - Хорошо, что ты это сказал, очень хорошо. Теперь я вижу, что все мои усилия оказались напрасными. Правильно мне мама говорила, что тебя не переделать. - Да зачем же меня переделывать, что я кусок пластилина что ли? Я хочу остаться таким, как есть. Женя так посмотрела на него, что Паша сразу понял, такой как есть, он ей совершенно не нужен. Она вышла в прихожую, хлопнула входная дверь, и Паша понял, что она ушла. - Нехорошо получилось, обидел ее, она такая прекрасная женщина, - упрекал себя Паша после ее ухода, - но с другой стороны, зачем я ей нужен, я ей совершенно не подхожу, даже ее дивану я не понравился, так что говорить про нее. С удивлением Пашенька обнаружил, что уход Жени вовсе его не огорчил, напротив, он почувствовал редкое облегчение. Ему не надо было больше стараться походить на идеал, не надо было есть диетические блюда, слушать Вагнера, носить тесные костюмы, смотреть фильмы исключительно для интеллектуалов и выполнять множество неприятных для него обязанностей, без которых мужчина никак не может быть совершенным. Теперь он был совершенно свободен, есть, что хочет, смотреть, что хочет, и вообще делать, что захочется. С новым ощущением свободы Паша прошелся по квартире. Здесь было вовсе не так плохо, как казалось Жене, Пашеньке же его дом показался настоящим раем. - А ты молодец, дружочек, вот уж не ожидала, что ты способен на такой смелый поступок, - неожиданно услышал он знакомый звонкий голос, который нельзя было спутать ни с чьим другим. Пашенька обернулся и увидел свою ненаглядную красавицу, которая сидела на журнальном столике, и как всегда щедро демонстрировала прелести своего обнаженного тела, которыми ее наделил не то Господь Бог, не то Сатана. - Кира Сергеевна, Вы так неожиданно появились, - только и смог сказать Паша. - Да кому нужна эта Кира Сергеевна, дружочек, забудь о ней, мне эта старушка никогда не нравилась и я рада расстаться с ней. Раз ты у меня такой молодец, я тоже хочу сделать тебе подарок. - Подарок, - Паша немного испугался. - Не бойся, это совсем не страшный подарок, ты его получишь завтра утром, я просто хочу выполнить одно твое желание, вернее, два твоих желания, но это только завтра, а сейчас обними меня и не о чем не думай. Паша крепко обнял ее, она был такой мягкой, такой нежной, волосы пахли пряными травами, он прижал ее к себе еще сильнее и забыл обо всем. Утром, когда Паша проснулся, в первую минуту ему показалось, что рядом с ним никого нет. Неужели, прекрасная нимфа обманула его, она ведь обещала исполнить два его желания. Паша хотел встать с дивана, но вдруг увидел возле своих ног очень красивую миниатюрную кошечку. Кошечка была почти совсем черная, только кончик хвостика и животик были белыми. Паша удивленно глядел на свою новую гостью, думая о том, откуда она взялась. Наконец, он решил, что это и есть подарок Киры. Паша взял кошечку на руки и пошел на кухню, там он налил ей в блюдце молока. Кошечка очень аккуратно поела и в благодарность полизала его руку. - Какая ты милая, пушистая, у меня никогда не было кошек, но ты мне очень нравишься, - говорил Паша, гладя ее под подбородком. Кошечка довольно мурлыкала. Утро прошло на редкость спокойно, на душе у Паши было хорошо и радостно. В одиннадцать часов пришла первая пациентка. О таких пациентах Паша всегда говорил, что они проблемные. Девушка испуганно озиралась по сторонам, как будто попала не в зубоврачебный кабинет, а в средневековую камеру пыток. На Пашеньку она смотрела, как на своего палача. Паша пытался ее успокоить, но девушка дрожала все сильнее. Наконец, она села в кресло, и Паша попросил ее открыть рот. Минуты две девушка раздумывала, но потом все-таки слегка приоткрыла рот, закрывая от ужаса глаза и предвкушая близкую кончину в страшных мучениях. В эту самую минуту, она увидела очень красивую черную кошечку, которая легко запрыгнула на подоконник и, опустив голову на бок, смотрела на нее блестящими зелеными глазами. "Разве можно пускать кошек в стоматологический кабинет, это же не гигиенично", - начала было возмущаться пациентка, но кошечка была такая чистенькая, такая красивая и смотрела на нее так ласково, что девушка невольно залюбовалась ею. Кошечка смотрела ей прямо в глаза, и девушка почувствовала, как страх отступает, она перестала дрожать и перед ее глазами стали всплывать совершенно очаровательные картины. Она вспомнила, как еще маленькой девочкой первый раз приехала в Крым. Море было удивительно голубым и на редкость теплым, держась за руку своего отца, она смело бежала за убегающей волной, волна возвращалась и накрывала ее своими брызгами. На берегу стояла ее мать, тогда совсем молодая, и махала им рукой. - На сегодня все, через неделю можно будет примерить, - раздался чей-то голос. Девушка открыла глаза и увидела рядом с собой Пашу в белом халате. Она удивленно посмотрела на него: - Доктор, вы же собирались обтачивать мне зубы под коронки, Вы что передумали? - Я уже все сделал, вот, посмотрите, - удивленный Паша протянул ей зеркало. Пациентка посмотрела в зеркало, действительно, все было сделано. Она просто ничего не почувствовала: ни боли, ни страха, вообще абсолютно ничего. Отдав Паше зеркало, она встала и восторженно взглянула на него: - Вы удивительный доктор, Вы знаете, мне кажется, что я просто уснула, я ничего не чувствовала. Я приведу к вам свою подругу, она ужасно боится зубных врачей, но Вы – это совсем другое дело, Вы – настоящее чудо. Теперь она смотрела на него с обожанием и благоговением. Ничего не понимая, Паша проводил девушку до дверей и вернулся в свой кабинет. Со следующим пациентом повторилась та же история. Он сидел в кресле совершенно спокойно, не двигаясь и работать с ним было одно удовольствие. Когда Паша очень быстро и аккуратно выполнил свою работу и сказал пациенту, что все готово, мужчина смотрел на него с не меньшим восхищением, он сказал, что не забудет Пашу до конца своих дней и расскажет о нем всем своим знакомым. Теряясь в догадках и не зная, что ему думать, Паша сел возле стола, тщетно пытаясь найти происходящему какое-то объяснение. Нетрудно догадаться, что все остальные пациенты вели себя совершенно также: сначала сидели совершенно неподвижно, а потом широко открывали глаза и смотрели на Пашу, как на восьмое чудо света. Паша мог только удивляться, если бы это повторялось каждый день, он не знал бы никаких бед. Поздно вечером, когда он досматривал новую комедию, кошечка уселась к нему на колени и в один миг обратилась в его милую таинственную красавицу. - Кира, так это ты? - Конечно же, я, дружочек, правда, кошечкой мне идет больше, чем Кирой Сергеевной? - Намного больше, постой, то, что сегодня происходило, это ведь твоих рук дело? - Да нет, что ты, это все твоих рук дело, я просто помогла тебе их успокоить. Я ведь обещала исполнить два твоих желания, ты помнишь, о чем ты мечтал, ты хотел, чтобы пациенты вели себя спокойно и чтобы у тебя ночью была женщина, которая днем не будет доставлять никаких неприятностей. Ну вот, я выполнила все твои желания, ты доволен? Несколько минут Паша ошеломленно молчал, а потом растроганно сказал: - Я очень доволен, мне никто никогда не делал такого прекрасного подарка. Спасибо тебе, Кира. Иона Алатырский, 2001 © Иона Алатырский, 2009 Дата публикации: 10.02.2009 00:50:26 Просмотров: 2316 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |
|
РецензииВладислав Эстрайх [2009-02-10 22:17:40]
Радует отсутствие морализаторства. Честно говоря, в конце ожидал глубокое разочарование главного героя в выбранной им химере и пр. Вы же предложили читателю сделать самостоятельные выводы. Это ценно.
Некоторые моменты стоило бы подкорректировать... "Исключительно, чтобы не огорчать свою заботливую невесту, Пашенька осторожно присел на краешек дивана. Диван недовольно заскрипел всеми своими пружинами. Паша посмотрел на свои брюки" Свою, своими, свои. Причём во всех трёх случаях слово можно удалить без смысловых потерь. "завтра я приду сразу после работы и приготовлю тебе овощной пудинг, это очень полезно для твоей печени. Мне дала рецепт одна моя школьная подруга, она врач-диетолог, у ее бывшего мужа тоже были проблемы с печенью, так она готовила для него этот пудинг каждый день" Я, тебе, твоей, мне, моя, она, её, она, него. Из девяти местоимений необходимы не более двух... Аналогичные проблемы со словом "это" и т.д. Текст нужно вычитывать. Ответить |