Реформы
Виктор Сумин
Форма: Рассказ
Жанр: Ироническая проза Объём: 4956 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
О всюдупроникающих реформах Однажды Антон Петрович Осинкин явился домой раньше обычного и растерялся: тишину квартиры пронзали страстные стоны эротического характера. И не из телевизора, как подумалось вначале, а из его, Осинкина супружеской спальни. «Ё-моё!» - трепыхнулось в мозгу Антона Петровича растерянное местоимение, и он, сломя голову, бросился тушить пожар противозаконной страсти. На своей, заметьте, территории! Ворвавшись в спальню, он увидел в постели свою жену с каким-то мелким и потным мужичком. - Вы, Вы что тут делаете, - задыхаясь от негодования, спросил Антон Петрович мужичка, сдёргивая одеяло. - Да что Вы себе позволяете? – в свою очередь взвился мужичок, прикрывая оголившийся центр. – Я при исполнении. Осинкин опешил: мужик был голый, но в строгом галстуке. - При каком ещё исполнении? – спросил он. - Я не тот, за кого Вы меня принимаете, - строго пояснил мужичок. – Я не любовник Вашей жены, а реформатор. Провожу реформу Вашей интимной жизни. - Как это? – растерялся Осинкин. - На инновационной основе, ответил мужичок. – Используя нанотехнологии и наноподходы. У меня вот и документ есть. Он взял с прикроватной тумбочки какое-то удостоверение и протянул Осинкину. «Министерство интимных связей удостоверяет, что податель сего документа Огогуев Остап Охапыч действительно является половым реформатором высшей категории и просит мужей соответствовать вызовам времени, оказывая обладателю сего документа всестороннюю поддержку. Министр А. А. Будуарченко.», - прочёл Осинкин и опешил. Такую ахинею читать ему, прямо скажем, ещё не доводилось. Однако массивная печать в конце документа впечатлила. Такая печать не могла врать. - А кто Вас просил мою интимную жизнь реформировать? – уже более осторожно спросил Осинкин. - Вы отстали от требований времени, - укоризненно покачал головой мужичок. – Разве Вы сами не поняли, что перемены назрели? Что в интимной жизни у Вас наступил самый настоящий дефолт. Нужно срочно исправлять положение. Ведь семья – это ячейка общества. Здоровая семья – здоровое государство. Именно поэтому меня направили к Вам. Осинкин ошарашено слушал, отмечая про себя, что мужичок говорит в общем – то правду. У них с Нюсей давно уже не было ничего радостного и примечательного в интимной жизни. - А почему Вы сразу к жене полезли, а не ко мне обратились? – задал Осинкин убойный, на его взгляд, вопрос? - А потому, что, именно она во всём виновата, - оглянувшись на супругу Осинкина, пояснил мужик. – Зачем тратить время на дурацкие согласования? Жена лежала, виновато потупив глазки. - А как я… это… должен соответствовать и помогать? – неуверенно спросил Осинкин. - Прежде всего, не мешать и ждать результата, - бодро подытожил мужик. «Что это я так разошёлся?» - устыдился Осинкин своего негодования.- «Ведь не любовник же он, в конце концов, а государственный человек. Обо мне беспокоится, о семье моей». - Извините, - пролепетал он, покраснев. – Вы продолжайте, а я пойду, чего - нибудь приготовлю. Вам, наверное, и поесть некогда было. На кухне Антон Петрович размечтался, какая у них с женой будет жизнь после интимной реформы. Сплошные ласки, да добрые слова. Поэтому он выставил мужику роскошный ужин: поджаренную колбасу с яичницей и красивую бутылочку какого-то вина, которую сам от себя берёг. Виновницу, естественно, тоже попотчевал. Чтобы быстрей исправлялась… С этого дня мужичок стал приходить к Осинкиным почти каждый день и так пробирал жену, что Антон Петрович вынужден был вставлять в уши вату. Иначе от криков и стонов супруги могли лопнуть перепонки. «С такими реформами не пропадём», - радовался Антон Петрович не без нотки ревности. Уж больно старательным был мужичок. Через пару месяцев, когда жена была на работе, мужичок явился в квартиру Осинкина празднично одетым и с саквояжем в руках. - Поздравляю с успешным реформированием Ваших интимных отношений! - радостно провозгласил мужичок прямо с порога. - Распишитесь в получении Сертификата соответствия Вашей семьи современным стандартам. Он вручил Осинкину какую ту пышную бумагу и Антон Петрович с радостью папуаса расписался в какой то ведомости. - С Вас - три тысячи пятьсот два рубля,- возвестил мужичок. - Как это? – оторопел Осинкин. - Госпошлина, - важно пояснил мужичок. – Мы ведь не можем манкировать интересами государства, не так ли? Антону Петровичу ничего не оставалось, как согласиться и заплатить требуемую сумму. Получив деньги, мужичок ушёл, довольный собой и миром. А через пару дней от Осинкина ушла и жена, обозвав его на прощанье кромешным дебилом. На том реформы и закончились. С тех пор, как только в телевизоре начинали говорить о реформах, Антон Петрович презрительно бросал: - Мою интимную жизнь – и то не смогли реформировать, а что уж тут о преобразованиях в масштабах страны заикаться. – Деятели! - презрительно добавлял он и выключал телевизор. Экран покорно гас, словно соглашаясь с рассерженным Антоном Петровичем на все сто процентов. © Виктор Сумин, 2012 Дата публикации: 16.05.2012 17:37:14 Просмотров: 2576 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |