Сноп света 3
Майкл Космика
Форма: Цикл стихов
Жанр: Любовная лирика Объём: 722 строк Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
У НЕБЕС – 25 КЛЮЧЕЙ… У ДУШИ – 25 ИЗМЕРЕНИЙ… (по 1 лучу из каждой книги) ___ _________ _________________ БАР НА УГЛУ 49-й и ЛЕКСИНГТОН АВЕНЮ (1976) + На точеных плечах разбитного кафе Прикорнул горностаевый вечер. Завсегдатаи в креслах кивали тебе - Как порядком оплывшие свечи. Вкруг себя отпуская улыбки, слова - Ты была в меру яркой и темной. С заводными – груба. Со слепыми – слепа. Длинноногая, как Тина Тернер. Лысый бармен ВСЕГДА ПОЧИТАЛ ЕСТЕСТВО, флейринг делая всем на потеху… И печатались в выцветших глазках его эти ноги с трескучим подтекстом. А потом приглашали тебя танцевать симпатичные рослые парни. И меж телом твоим и другим терлось пять миллиметров назойливой ткани… Ах, как жарил вас драйв!… Ах, как тискал кураж!… И такой длился торг напряженный… И в большом золотистом Кампари-оранж ты ломалась соломинкой желтой… Ну а рядом, на столике тускло блестя, Но в корриде не пробуясь этой - Корпус ручки на взлетной площадке листа Приготовился к старту ракетой. И пока микрофон размножался в ушах, И таблетки в толпе тасовались - Две строфы накропал непонятный чужак. Ну и отбыл к себе. На Солярис. Из книги «Учащенное солнцебиение» (1976) ___ _________ _________________ КОРОТКИЕ ВЫХОДНЫЕ (1977) + Прощай мой ум, Нью-йорками подпорченный!… Wall Street 11, пошла ты в зад! Я, наконец, остался на обочине - под шорохи ромашковых цикад… Я так и не сварил контракт для Йемена - в кипенье клерков в «ямах» биржевых… Зато в душе кузнечиков немерено! Зато я в списке - странных и живых! И мне не жалко в лифтах жизнь забытую: пусть катится наверх к чертям своим!… Я просто жив. А если и завидую - То ласточкам залетным. Только им. Из книги «Зеленая ветка надежды» (1977) ___ _________ _________________ ТЕРЯЕШЬ... (1978) + С каждым днем, проведенным на этой земле, с каждым солнцем - пропавшем в снегу и в золе, с каждым выстрелом, сбросившим вниз журавля - Ты теряешь меня. С каждым поездом, вверх уходящим навек. С гнутой точкой вокзала внизу в полутьме… В бесконечном размене прохожих в дверях – Ты теряешь меня. Средь танцпола – на яркой вечерней войне, с жарким крови шматком - не моим, не ко мне… Улыбаясь у зеркала, брови черня – Ты теряешь меня. В подворотнях – с их небом, зажатым в тиски, со звездою, прокисшей на мутных камнях. С каждым словом из этой проклятой строки - ты теряешь, теряешь, теряешь меня… Из книги «За 9 месяцев до Евы» (1978) ___ _________ _________________ СУ-27… (1978) + Это иногда бывает… Обрывается лыжня И только обледенелые кочки света Под ногами… И только одна тяжелая нота слышна Как будто СУ-27 над затылком Ходит кругами… Я очень старательно забываю твой телефон. Вот так мы всю жизнь Будем играть в наши прятки… А циферблат отвесный, серый Как этот сон И пальцы все время Срываются с «девятки»… Да нет, глупо всё! Живи, как живешь… Улыбайся, детей рожай Черноволосых… И не дай Бог тебе мое бездорожье И вязкий дождь И этот о камни обшарпанный посох. Пусть каждый час твой Будет светел и глубок… Оставайся и будь счастлива Сделай милость… Я снова спокоен Снова одинок А вот и лыжня опять появилась. Из книги «Опять – тридцать девять и 8» (1978) ___ _________ _________________ МЕФИСТОФЕЛЕВСКИЙ ВЕТЕР (1978) + Что ты знаешь обо мне? Шорох, шелест, томик Рильке… вместо букв - ночные блики и парад чужих планет… Что ты знаешь обо мне? Свист бродяжий заоконный нА душу, как рупь-целковый… В стекла мелкий стук камней… Что ты знаешь обо мне?! Поезда, платформы, свечи… Мефистофелевский ветер… Две звезды на самом дне… Что ты знаешь обо мне… Из книги «Низкий свет облаков» (1978) ___ _________ _________________ МОЖНО... (1978) + Соприкасаясь, тая и кружа, стрекозы к нам нагрянули парадом! Соседка пса выгуливает рядом. А пёс в медалях, как Осман-паша. И рвется в бой на всех, кто невесом, четверка лап с хвостом неукротимым… И обновленной нитью паутины залег у лба далекий горизонт. Уланский полк проспектных тополей примерил гнезд грачиных эполеты. И встали все вокруг на табуреты – и моют окна, чтоб дышалось злей! И можно уж – «баталью зачинать!» И можно начинать в себе поэта. Из книги «Костер и скрипка» (1978) ___ _________ _________________ ПРОХОЖИЙ (1979) + Я хочу вам сказать… Вы послушайте, вы не спешите. Отложите дела и события на полчаса. Не зовите гостей. Но в гостиной камин – не тушите. И прикройте на миг беспокойные ваши глаза. Я хочу вам открыть, как удел мой прекрасен и сложен. Как я молод и свеж и какие творю чудеса. Но взлетают огни. Валят гости из жаркой прихожей. Накрывают столы. Надрывают в чаду голоса… Значит, снова один. Не сдержать жестких капель галопа… Ливень бьет по глазам. Ливень рубит в плечах судный крест. Сны и люди смешались… Но четко считает Голгофа каждый сбивчивый шаг мой в разломе земли и небес. Из книги «Верхушки трав, мощеные луною…» (1979) ___ _________ _________________ И ПРОМЕТЕИ, И ИУДЫ... (1979) + Забытый солнечный детсад – Где мы уже так много значим Где мы вовсю грустим и алчем И где у нас свой рай и ад. Идет цепочкой малышня По мартовской проезжей части И в парке плавится лыжня И мне приходит мысль о счастье. И хочется туда опять, Где суп хлебают равнодушно И на потертых раскладушках Секретничают и сопят. Покуда в них еще молчат И Прометеи и Иуды… Покуда есть одна печаль – Чтоб сыты были и обуты. И чтобы все допили чай. Из книги «Телега, груженая золотом» (1979) ___ _________ _________________ НА ВОЗДУХ… (1979) + Смотрю на дома, на людей, на траву - как после тяжелой и долгой болезни. Я верил, что я - домолюсь, дореву, дострою себя под присмотром небесным. И выйду на воздух. И будет близка мне каждая малая птаха из плоти. И мы обогнем злые выступы скал на бреющем, пробном и тихом полете. Смотрю на тебя. Ты такая – как все. Ты пахнешь жасмином, ты любишь конфеты… Фигурка твоя на песчаной косе Чернеет и скачет, и дышит рассветом. Дай Бог нам всем выбрать из тысячи жриц - свою. И пройти с ней - и адом, и раем… Чтоб под каблуком одноразовый шприц и жгут многоразовый – лопнули разом. Смотрю на дома. На людей, на траву, как после тяжелой и долгой болезни. Я верил, что я… домолюсь… дореву… Дострою себя под присмотром небесным… Из книги «Лиловое, жаркое, жадное…» (1979) ___ _________ _________________ КОГДА-НИБУДЬ (1979) + Я очень-очень рано разбужу Когда-нибудь тебя И мы уйдем отсюда смотреть, как не спеша – и это чудо – несет река на горизонт баржу. Как, распрямляясь, холодит трава ступни босые, сосны розовеют, глубокий дым скрывает острова… И от костра безудержностью веет. Я покажу тебе, как сеют рожь, стихи слагают, мерзнут и ликуют. Друзьям прощают суету и ложь. И за чужим застольем - так тоскуют… Ты примешь всё. И одухотворишь. Ты ко всему придешь и прикоснешься. Когда-нибудь ты всё-таки проснешься, Почувствуешь, Что ты уже не спишь. Что музыка и рядом, и в дали рождается не только из-под клавиш. И крылья, наконец, свои расправишь, и мягко оттолкнешься от земли… Когда-нибудь тебя я - разбужу! И научу молчать и удивляться. И шорохов за стенкой не бояться, когда я на работу ухожу… Из книги «Когда во вселенной сентябрь» (1979) ___ _________ _________________ И В СПИНУ... (1980) + Как всё свежо и медленно вокруг Беззвучно птица кружит над сиренью И я готов. И к смерти, и к прозренью Врагу готов сказать: Привет, мой друг… И я готов ко лжи и волшебству К вину готов и хлебу И к пространству И я готов к нежданному родству И к постоянству. И непостоянству Как быстро всё меняется во мне Шаги мои – шагаются моложе И я зову корой своей и кожей Дожди и небеса - с других планет Стрела расчехлена И в спину смотрит лук Как всё свежо и медленно вокруг Из книги « Неструганые небеса» (1980) ___ _________ _________________ НА ЗЕМЛЕ... (1981) + Ломаю в пальцах чистотел, А сок течет - морковный… И всё не так. И в пустоте - Ни радости, ни скорби. Опять не чувствую листа… Событий не предвижу… Глаза твои, как пара вишен, От ожидания блестят. И воздух светлый и большой, И степь водой залита. И я простужен и польщен В который раз за лето. Вновь выпало на долю мне И нежности. И тягот. Как много мятых луж и ягод. Как всё не просто на земле… Из книги «Осень прибывает…» (1981) ___ _________ _________________ ЗАКАНЧИВАЕТ... СЯ... (1982) + Я так и не угостил тебя Ежевичным вареньем… Понимаешь, Мы начинаем проходить Друг в друге - Как проходит болезнь Или радуга. Как кончается звук. СОВСЕМ и СОВЕСТЬ-ВО-ВСЁМ Одно и то же слово. Произнесите, не бойтесь… И оглядитесь же, наконец… Обычная жизнь заканчивается. И ты видишь, что подошла Твоя очередь - Но не за молоком, А за космосом и правосудием. А у тебя еще ничего Не готово. Не вывезен снег, Не прибрана на середине пола музыка. Еще никто никого не звал По имени. И темное не стало светлым. И не ушло. Мы проходим друг в друге Как проходит спуск и подъем. Как проходит Чей-нибудь труд. Из книги «Это всё, на чём держится мир» (1982) ___ _________ _________________ ПРИБЫЛЬ (1983) + Я подсчитал сегодня прибыль от лжи моей и от окна и от того, что шла война и от того, что пир был Я подсчитал сегодня прибыль Дорога вот уже десять дней на всю длину пропахла липой и нашагала свет на дне. Черты прохожих, облака теперь отчетливей и дольше Всё потому, что я не должен Всё потому, что я богат Из книги «На теплом листе жести» (1983) ___ _________ _________________ УЛИЦА (1986) + Меня прохожий исцелит, и не обгонит, а утешит. Держу в ладонях запотевших базарно-голубой ирис. Ах, улица! Где столько дрём и злого утреннего гама! Здесь скрипкою штурмуют гаммы и мусорным гремят ведром. Ах, улица… где, встретясь вам, детсад кивнет вчерашний - басом. Где целый день торгуют квасом с водой и солнцем пополам… Меня прохожий разобьет - на замерших и торопливых. На восемь пыльных воробьев, на груду почек тополиных. Из книги «Вижу музыку» (1986) ___ _________ _________________ ПЛАСТ НЕБА... (1986) + Опять во мне решается дорога Из встречных лиц мое решается лицо Во мне малыш, обиженный до рева Бежит тропинкой дачной за отцом Во мне пласт неба - свеж и изначален И груды мусора уж столько лет смелы И ссорятся угрюмые шмели С малиновым затылком Иван-чая Во мне вороны каркают друг в друга И тополя метут ветвями в вышине Но главное, конечно же, дорога Она две жизни вот уже Во мне. Из книги «Я становлюсь другим» (1986) ___ _________ _________________ ТЕЧЕТ... (1987) + В проулке март пробит ручьями до асфальта. Ты плащ надела. У кленов молодых уже по два фальстарта… Такое дело! Под семь утра вскипают воробьями крыши. Течет на лоб мне. И тащат школьники кровать, не зная грыжи металлоломной. Дворняжка в участковом кроет мир запале светло и гулко, И скачет рядышком весна, держась за палец. И клянчит куклу. Из книги «Мне нравится работать со снегом» (1987) ___ _________ _________________ УШЛИ С УМА... (1988) + Простуженною форточкой зима Вдоль неба стукнет. Родители, вы где? Ушли с ума. Лишь кот на кухне. Как цепко и тревожно льется душ, где ты за дверью готовишься к тому, что я твой… муж. Не верю… Верю. А я тебя, наверно, прокляну. Сыграв на домбре. Испачкав школьным страхом простыню в огромном доме. И будет мне наградой за полет, за подвиг горький ужасное сочувствие твое и сон глубокий. Из книги «Мотылек» (1988) ___ _________ _________________ ДВОЙНЫЕ СНЫ (1989) + Подъезд прохладен, сер. Мы лифта счастливо ждем. Дверь - свет жует… Бандаж матерчатой молитвой поддерживает твой живот А во дворе – тоскует Лимка, компашка в домино гудит. И от беременного ритма никто мир не освободит. И за тобою вслед дворняга отмучается и родит. Ну а пока – лифт мутно-желтый осипший исполняет долг. И бедра заперты ножонкой – и ты не жнец и не ходок. Этаж девятый к занавеске ночными нитками пришит. И город клетчатый и вязкий огнями темными пушит. Задвинут в шкаф кефирный сумрак. И кухня капает в стакан. И в акватории посудной пиратски кружит таракан. И домовой похож на Флинта; очнется и – кряхтеть начнет. И комаров звенящий литр разлит по комнате ночной… Ты за двоих двойные сны досматриваешь… Из книги «О, странное пространство простыней» (1989) ___ _________ _________________ ПОГОРЕЛЬЦЫ… (1989) + Так мягко тумкает трамвай по зимним невысоким рельсам. Дают квартиры погорельцам, бегут в кино, пекут лаваш. В душе раз двести хлопнет дверь и пахнет заводской столовой. Привет, январь, мы вместе снова, не задави – возьми правей! Смеёшься, длиннополый чёрт! Трясешь космами да кострами… Сосульками обвешан тир. Висят: реклама для кастратов. Пусть мир с торца и сер, и гол: мы выбирать - не правомочны. И жжет дешёвою серьгой юнцам прокуренные мочки. Братва тусуется себе без зла, без смысла, без гитары. Ханыга пал на тротуаре – рукав в случайном серебре… Мелькнул январь меж двух ресниц – и вмерзла в лёд пустышка-соска. Внутри натоптано и скользко. Но надо жить. И слышать птиц. Из книги «Приближающаяся «поливалка» (1989) ___ _________ _________________ СЕЗОН (1990) + Ты – мой сезон Ты – мой завтрашний поезд Всё, что легко Всё, что обожжено Во мгле бесполезной Ты – светлая комната Всё, что сбежало И всё, что прошло… Ты во мне Светлая комната Ты во мне всё, что не скомкано Сколотый день В закат рухнул глыбой; Мы могли бы спастись Мы могли бы лететь… Я горстку лет Обменял на надежду Я ночь одел И шагнул в летний дождь Кто-то заснул уже Что-то исполнилось Мне не спалось Мне не сбылось… Ты во мне – всё, что не понято До сих пор ты во мне Светлая комната. До сих пор я во сне вижу стены С них стреляли в меня Столько раз наяву… Пал в цене Плащ мой намокнутый До сих пор ты во мне Светлая комната. Сколотый день В закат рухнул глыбой Мы могли бы спастись. Мы могли бы лететь… Из книги «Когда во мне слабеет свет» (1990) ___ _________ _________________ РЕЗКИЕ КРИКИ ГРАЧЕЙ (1992) + Я художник. Я пальцами воздух перчу. Умилять мне не в кайф. Умирать не с руки. Меж виском и подрамником столько причуд! Столько силы сырой. Столько думок лихих. Я художник, мне с пулей венчают висок, середину ладони знакомят с гвоздем. Но вальсирует жизнь свой озябший вальсок третьяковой травой, эрмитажным дождем. Ты удачней устроен. Внутри - однолюб. И в семье многомудр… а что у меня? У меня мастерская из неба и губ. И влюбленностей много. А мудрость одна. Я художник… Мне - Резкие Крики Грачей залетели, бранясь, в сердцевину холста. То ли ливень идет, то ли связка ключей, кувыркаясь, летит с середины моста… И наблеваны мелом на пьяном ларьке под пацанско-гитарно-нестройное «ми» три сакральные буквы, три фиксы в «хе-хе»… сразу две из которых – предельно мои… я - «ху…» дож… ник… Из книги «Моей неправды матовый глоток» (1992) ___ _________ _________________ РУЧЬИ И МАЛЬЧИШКИ (2002) + Я дал городу имя Адель, заблудившись средь тающих улиц. Я сегодня не с тем - кто задел. Слава Богу, я с тем - кто качнулся… Средь грачиного черноженства… Средь сугробного мумие… Я сегодня не с тем, кому лжется. И не с тем, кто считает в уме. Все смешалось: ручьи и мальчишки… Сигареты редисочный вкус… И, кружась, пролетают спичинки сквозь две тысячи лет. К рождеству. Как я счастлив – чего-то не знать, с рук твоих повстречать полотенце… И привычно над нами весна ставит опыты Парацельса. И привычно шуршит по стеклу светлый голубь рублевого цвета… Я сегодня не с тем, кто рискнул. Я семь раз с тем – кто вновь сделал это. Из книги «Его величество сердце» (2002) ___ _________ _________________ ПОЖАРЫ ВО СНЕ (2010) + Я свое горло отдал перекресткам… Свою совесть – прибил к стене… Но от огня лекарства не создал… Создал пожары во сне… Я поменял болтунов – на молчащих. Я запретил думать всем о тебе. Но стали выше при этом и чаще Пожары во сне… И кажется мне… Будто я догораю в каменном сне… И лестниц к сердцу с земли не хватает… И наши души скользят по стене… И я швыряю с моста ключи от квартиры – где ежечасно прописан пожар. И где любовь прекратили, меня – прекратили. Заставив сгореть и сбежать… В неоновом пепелище улиц. В дыму и возне мы встретились и – разминулись… Пожары во сне… И кажется мне, будто я догораю в каменном сне. И лестниц к сердцу с земли не хватает… И наши души скользят по стене… Из книги «Зубен-эль-Генуби… Зубен-эль-Шемали…» (2010) ___ _________ _________________ СЕКУНДА... (2012) + Я в гору иду нараспев. И вновь в рюкзаке моем эхо… Помазанный сумраком хлеб… Литой полнолунием сахар… Мне в спину свистят: ты – дрянной! Мне в ноги звездят: ты – наш рыцарь! Секунда в полвека длиной так неуправляемо длится. В потоке друзей и врагов - я смят… я кричу в цель и мимо: не тратьте ни ладан, ни кровь… В душе моей вы неделимы!… ГОСПОДЬ СВЕТИТ В НАС НАПРОЛОМ!… Во всех воскресеньях прощеных… Не надо крестить топором Любовью и Лаской крещеных… Но тщетно. Я всюду гоним. Я вижу сердца, но не лица… И завтра – мы спали в обним. И будем вчера – насмерть биться… Вот так среди множества шиз одно просветленье дается. И вся эта странная жизнь обычною жизнью зовется… Из книги «В ребрах слева…» (2012) ___ _________ _________________ Майкл Томас Космика У НЕБЕС – 25 КЛЮЧЕЙ… У ДУШИ – 25 ИЗМЕРЕНИЙ… © Майкл Космика, 2013 Дата публикации: 16.08.2013 02:43:34 Просмотров: 1925 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |