Сказание о Терехе - отце Авраама
Евгений Девиков
Форма: Поэма
Жанр: Религиозная лирика Объём: 192 строк Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Авраам – старозаветный библейский герой – стал первым иудеем планеты. Не каждый знаком с преданиями его семьи, относящимися к периоду до его прихода на Обетованную Землю.
Идолы халдейского Ура Когда я читаю о царстве халдейском, листая карманный ТАНАХ*, всплывают картины добра и злодейства, века превращаются в прах. Строка за строкой – раскрывается драма, в скитаниях зреет Народ. Ремесленник Терах. Исход Авраама. Племянники – Сара и Лот. А всё начиналось с приморского Ура, где Терах кремнёвым резцом из кедров ливанских упорно и хмуро ваял истукана лицо. Два мастера в помощь ему неустанно, два сына – всяк на руку скор: узоры на дереве, медь и чеканы, мозаик цветистый набор... Работали братья легко, аккуратно, не зная житейских утех. От сглаза скрывали в тени зиккурата** богов позолоченных тех. И Терах немало тех идолов продал и жертвовал капищам их. Стояли они во дворце у Нимрода в сияньи убранств золотых. Почёт и признанье, величие славы ваятеля ждут и влекут. А он повстречал у речной переправы девчонку из города Кут. А губы у девы, как спелые вишни, а очи, как южная ночь. Он страстно молился плеяде всевышней, чтоб всполох любви превозмочь. Красавицу звали Амкалия-Эдна. Стройна, величава, нежна . Они обнялись, и сказал он победно : – Моя молодая жена! А вскоре царю донесли звездочёты, что Солнце покинет зенит, что Новой Планете, достойной почёта, путь млечный богами открыт. Опасность пока лишь намечена тонко, но облачко вызреет в дождь, и в Уре приморском родится мальчонка – грядущий учитель и вождь. – Зовите, не медля, начальника стражи,– угрюмо промолвил Нимрод,– он выявит смуту, виновных накажет и в миг успокоит народ. Поставьте шатры, соберите младенцев, сравните движенье планет. Чтоб тельце его в золотом полотенце доставил мне верный клеврет! И мастер, стоявший в кругу приближённых, вдруг понял, что грянет беда, заплачут ни в чём неповинные жёны, – и краской зарделся стыда . Смятенье не скроешь от глаз господина. Царь ткнул указательным в грудь : – Я знаю, тебе помогают два сына – они не младенцы отнюдь. – Отнюдь,– согласился сговорчиво Терах, улыбкой встречая ощер. Амкалию спрятать решил он в пещерах. В округе немало пещер. Никто не посмеет дурачить Нимрода – скрывать даже малую суть. Царь выжжет огнем нечестивца породу, а ветры золу унесут. И вновь звездочёты трясут бородами: – У Тераха мальчик в дому! Не жди, государь, низложи это знамя, отправься на обыск к нему. ...Въезжает Нимрод при стеченьи народа в просторный Амкалии двор, и Терах встречает Нимрода у входа, не пряча взволнованный взор. И царь говорит: – Уповаю на трезвость, а станешь противиться мне, то враз прикажу в этом доме зарезать способных мочиться к стене. И Терах, стеная, уходит в покои. Немеет от страха народ. И Терах младенца наложницы Хлои в ладони царя отдаёт. Добычу швыряют охране в повозку и рысью идут от крыльца. И слёзы рабыни сбегают по воску застывшего в горе лица. А сына назвали «отцом арамеев» – красиво и звучно: Аврам. И мысли мальчишки, взмывая и рея, водили его по горам. Он сызмальства прятался в каменном скраде, пока не достиг десяти. В дом прадеда Шема, спокойствия ради, пришлось сорванца отвезти. Кручинился Терах, тревожились братья : не видит малыш ремесла! Но вера иная раскрыла объятья и властно его понесла. Когда знатоки и ревнители Торы, сличали взращённых отцом, то первым почли Авраама, который хоть мал, да отмечен Творцом. А Тераху, лишь прикасался к святыне, всё мнилось младенца лицо, и мастер боялся, чтоб присно и ныне он вдруг не восстал под резцом. Теслом вырубал из бревна истукана, а грех замолить свой не мог. Смотрел истукан отчуждённо и странно, а взгляд укоряюще строг. Прошедшие годы: – их мало иль много – бурливей Евфрата река. И снова Аврам у отцова порога и радует вновь старика. Опять у отца три помощника кряду: Аврам и Аран и Нахор. Не идолы ль Ура вручили награду, собравши всех братьев во двор? Смекалист Аран: он проворно и смело чеканил, строгал и лепил. Когда мастерская в пожаре сгорела, огонь и его поглотил. Виновный в поджоге том выловлен не был, и люди пустили молву, что выпало пламя из ясного неба, как брошенный факел в смолу. А Терах вторую отмеривал сотню. Несчастье добавило ран. Надумал уйти, затворив подворотню, в священную землю Харран. Аврам и Нахор – он давал имена им в честь той вожделенной страны, но каждый – увы! – повторял, невменяем, что идолы им не нужны. Ур – город саманный в три тысячи зданий – купался в песчаной пыли. Сюда помолиться на лик истуканий халдейские отпрыски шли. Но Терах теперь уж не делывал статуй. Не стал и дверей запирать. С обозом, семьей и прислужников штатом подался в Харран умирать. Харран был дарован тому под Луною, кто жизнь ей свою посвятил. Старик был девятым потомком у Ноя и веровал в силу светил. Священен для Тераха свет новолунья, таивший времён поворот. Он лунное небо молил накануне, чтоб выпал удачным поход. А в ночь перед тем, как им выйти из Ура в последний и дальний прыжок, там – в роще зелёной на капище хмуром огонь всю кумирню пожёг. Пожар разгорелся с неистовой силой, как брошенный факел в смолу. Гудящее пламя деревья сносило, богов превращало в золу. Как братья, похожими были поджоги – в кумирне и там, в мастерской. «Дознаются истины грозные боги», – говаривал Терах с тоской. Вернулся Аврам, и отправились скоро к дороге, ведущей в Харран. И сын, и отец согласились без спора, куда направлять караван. Легли перегоны на пеших этапах под крики ослов и овец, а сын всё боялся, что чувствует запах спалённой кумирни отец! ...Кочует степями семитское племя, покорное Богу войны. Он строг и жесток – одинаков со всеми. С ним люди храбры и сильны. В степи для кочевья привольны просторы, а Бог и Велик, и Един. Простёртой рукой погашает раздоры Всевидящий их Господин. Рёк Терах Авраму: – Покуда закрою я очи, послушный судьбе, Пусть Лот станет сыном, а Сара женою, а Йова Всевышним тебе. Сын выполнил всё, как советовал Терах. И нет Аврааму конца. Но идолы Ура – в трёх истинных верах – порочат судьбину отца. —— * ТАНАХ – Пятикнижье. Ветхий Завет. ** Зиккурат – культовая башня в Древней Месопотамии. © Евгений Девиков, 2014 Дата публикации: 11.08.2014 01:02:40 Просмотров: 2181 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |