Подпись в Реймсе
Николай Юрлов
Форма: Эссе
Жанр: Публицистика Объём: 6572 знаков с пробелами Раздел: "Под диктовку Клио" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Как войти в историю? Спросите у Суслопарова! Смелость генерал-майора артиллерии Ивана Суслопарова (1897-1974), этого крестьянского парня из самой что ни на есть вятской глубинки, просто на грани невероятного. В условиях всеобщего страха, царившего в стране, когда даже у маршалов дрожали коленки, если Хозяин вдруг выражал свое недовольство, Иван Алексеевич решился на отчаянный шаг. Не дождавшись ответной шифрованной телеграммы из Москвы, он, официальный представитель Ставки Верховного Главнокомандования в штабе союзнических войск в Париже, поставил свою подпись под актом о капитуляции фашистской Германии. Это случилось в Реймсе еще 7 мая 1945 года, в 2 часа 41 минуту ночи, в присутствии полпредов США и Великобритании, а также посланника гросс-адмирала Деница — генерал-полковника вермахта Йодля, которому в апреле удалось выбраться из рейхсканцелярии в резиденцию нового калифа на час в землях Шлезвиг-Гольштейна на севере Германии. Но что такое в данном случае подпись советского генерала под историческим документом? Это не что иное, как финальный и почетный аккорд самой страшной войны. Брать на себя такую ответственность смог бы далеко не каждый военачальник, будь он трижды увенчан лаврами и обласкан изменчивой славой. Скорее наоборот: баловень судьбы вряд ли бы стал рисковать. Пытаюсь разобрать на составляющие эту беспрецедентность в поведении русского человека и отмечаю природную сметливость генерала. Понимая, что без вердикта Москвы он действует очень уж самовольно, Суслопаров оставил за собой право на маленькое примечание к исторической бумаге. Оно гласило, что в случае каких-либо возражений со стороны одного из союзных государств акт о капитуляции может рассматриваться как предварительный и должен быть перезаключен. У генерал-майора в Реймсе не было референтов и консультантов, к такому решению он пришел сам, внимательно изучив составленный текст договора. Не оказалось рядом и радиста-шифровальщика: его Суслопаров оставил за сотню километров в Париже, и это, может быть, единственный просчет военного дипломата, что удлинило время на обратную дорогу, отправку и расшифровку закодированной телеграммы в Генштабе, а также принятие решения самим Сталиным. О том, что ничего подписывать Суслопарову не нужно, Москва ответила только днем 7 мая, когда ночью дело было уже сделано. Черчилль с Рузвельтом переподписанию в Берлине поначалу воспротивились. Это и понятно: зачем отдавать такой козырь в руки Советского Союза, который на занятой им германской территории становился хозяином положения? Но примечание Суслопарова никуда не денешь: что написано пером — не вырубишь топором, даже если это уже и не топор вовсе, а заносимая над миром ядерная дубина грядущего агрессора… Слова Верховного главнокомандующего можно включать в список крылатых фраз Истории: «Договор, подписанный в Реймсе, нельзя отменить, но его нельзя и признать». Говорят, в Карлсхорсте при оформлении 8 мая 1945 года окончательного и бесповоротного документа о капитуляции Германии генерал Суслопаров тоже присутствовал, маршал Жуков такую возможность ему милостиво предоставил, но и легкий нагоняй генерал, я полагаю, наверняка получил. Главным образом, как младший по званию, конечно, и не настолько приближенный к верховной власти, как доблестный маршал. Следуя логике железного характера, Георгий Константинович самодеятельность не любил, да и не мог он терпеть, когда кто-либо перетягивал теплое одеяло славы на себя. А благородные мотивы о скорейшем окончании кровопролитной войны и возможность альтернативного заключения Германией сепаратных соглашений на него не очень-то действовали, и он срочно отправил проблемного генерала домой, в распоряжение Генерального штаба РККА. Пусть там разбираются со своим подчиненным, не то артиллеристом, не то разведчиком… Суслопарова спасло, пожалуй, то, что Сталин не усмотрел в его действиях ничего крамольного. Но перепуганное начальство генерал-майору этой смелости не простило и постаралось задвинуть человека как можно дальше, отправив на преподавательскую работу в Военно-дипломатическую академию. Отцы-командиры даже не захотели принять во внимание, что во время Великой Отечественной Иван Алексеевич Суслопаров, выпускник инженерно-командного факультета Артиллерийской академии имени Ф.Э. Дзержинского, успешно дирижировал всей артиллерией 10-й армии Западного фронта и был удостоен высокой полководческой награды — ордена Суворова II степени. Считается, что за грамотные действия в Реймсе его даже повысили в звании до генерал-лейтенанта (по крайней мере, так утверждается в некоторых источниках), но в любом случае это была почетная отставка для бывшего резидента ГРУ в Париже в те самые годы, что предшествовали гитлеровской оккупации Франции. Каким образом освоил французский язык и опасную профессию разведчика-полулегала выходец из глухой деревни Крутихинцы Вятской губернии, экс-подмастерье у портного и бывший батрак у местного богача, это одному Богу известно. Нынче поэта Николая Некрасова не очень-то жалуют, но вспоминается в данном случае именно его «Школьник»: Не бездарна та природа, Не погиб еще тот край, Что выводит из народа Столько славных, то и знай… А вот за дальнейшее цитирование, с намеком на сегодняшнюю смуту, пожалуй, могут «присобачить» еще и пресловутую, но больно уж «модную» нынче 282-ю. Нельзя вносить в общество, которое дружно строит «социальный капитализм», раздор и раздрай! В таком случае я ограничусь анекдотом времен Первой мировой войны: все-таки Иван Алексеевич Суслопаров был ее непосредственным участником, дослужившись до младшего унтер-офицера. Пытаясь переждать артиллерийский обстрел, солдат прыгает в воронку от снаряда и удивленно спрашивает другого служивого, который незадолго до него уже оказался там, на сыром земляном дне: —Ты откуда? — Я вятский. — Дык и я тоже вятский. Надо же: война мировая, а воюют одни вятские! Я бы даже сказал, что более того. Вятские люди не только сражались на всех фронтах другой уже мировой, но и капитуляцию самого могущественного противника они, оказывается, самыми первыми, за день до маршала Жукова, принимали. Такими героями грех не гордиться! Генерал Суслопаров похоронен на Введенском кладбище в Москве, хотя, как мне думается, он предпочел бы покоиться у себя на родине. После всех взлетов и падений, интриг и подковерной борьбы на высших эшелонах власти одна была, наверное, отрада для фронтовика двух великих войн — чтобы тихо шелестели березки над его могилой на милой сердцу земле, земле его отцов и дедов. В своих последних желаниях Иван Алексеевич был далеко не одинок… © Николай ЮРЛОВ, КРАСНОЯРСК © Николай Юрлов, 2016 Дата публикации: 05.05.2016 06:27:07 Просмотров: 2240 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |