Крах эпохи манкурта
Владимир Опёнок
Форма: Рассказ
Жанр: Экспериментальная проза Объём: 50785 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Вы можете подойти к зеркалу и увидеть манкурта. Его легко узнать. Визитная карточка – фальшивая улыбка и застывшие глаза. Таких девиц легко опознать. У них печаль запечатлена на челе. Женщина, которую поедает манкурт, сравнима с горбушей, отметавшей икру. Она стареет, обзаводится клыками, а также, заживо сгнившим телом. Когда берёшь в руки такую рыбину, одна её половина видится здоровой. Но стоит развернуть, как взору предстанет жуткое зрелище. Обнажённые рёбра у всё ещё живой, трепещущей рыбы. Так и те, чей манкурт разросся до небывалых размеров, производят впечатление живых. Однако они давно мертвы... Битва Бескрайнее поле, что недавно укутывал белоснежный покров, озарили робкие лучи показавшегося из-за горизонта солнца. Весенняя земля, не успевая прогреться, хлюпала и чавкала под ногами. В ней вязли сапоги да конские копыта. Они месили её, будто тесто. Солнечные блики, отражаясь от шлемов, скользили по поверхности щитов. Приникая, они липли к кольчугам, местами залитым кровью, раскрашивая доспехи всеми цветами радуги. Мелькавшие в руках витязей мечи вспышками озаряли исколотое, изрубленное месиво. Месиво, где наступило время беспощадной жатвы. Она снопами валила трупы под ноги лошадей, норовивших выбраться из человечьей свалки. Туда, где восходящее солнце озаряло мирные не затронутые войной поля. Схватившиеся на поле битвы воины, сражались не на жизнь, а на смерть! Их ненависть горящими взорами прожигала доспехи, круша всё, что попадалось на пути. Людей, коней, повозки. Опьянев от боя, воины наносили удары, пока, истёкшие кровью не падали замертво. Затрудняя непростое передвижение боевых колонн, делая их менее манёвренными. Потому как несмотря на раннее утро, поле брани было усеяло множество тел, оглашавших стонами этот сотканный из живых мертвецов ковёр. На возвышенности, располагавшейся справа, стоял шатёр. Возле него, верхом на коне восседал всадник. То был могучий воин, чья ладно скроенная фигура таила огромную силу, угадывавшуюся под наброшенным плащом. Окладистую бороду окрашивала седина, подчёркивая степенность прожитых лет. Выбившиеся из-под шлема волосы курчавились. Синие глаза воеводы изучали обстановку. Войско, которым командовал, стройными рядами теснило супостата. Впрочем, да разве это супостат? Взбунтовавшееся племя, которое вышло из подчинения, поддавшись на уговоры молодого вождя. С незапамятных времён оно находилось под защитой государства, чья политика не допускала бесчинств воинственных кочевников. Бесчисленных племён, малых размером, но свирепых и кровожадных. Не раз с ними сталкиваясь, боевые дружины, истребляли тех, кто рискнул обидеть исправно платящих дань. Всё мужское население врага выкорчёвывалось с мясом. Оставались женщины, старухи да малолетние дети, которые распределялись по соседям, чтобы не умерли с голоду. Порой преследование кочевников длилось неделями, но, настигнув и обезглавив противника, войско возвращалось в пределы государства. Эти пределы простирались так широко, что над ними никогда не заходило солнце! Однако молодого вождя не прельщала такая участь. Воспитанный в юрте дяди, юноша усвоил разговоры о том, как когда-то их предки были вольными кочевниками. Да и рассказы о смельчаках-разбойниках, делали своё дело. Правда, те убивали мирных жителей, угоняли скот и воровали женщин да детей. Для продажи в рабство. Но каждый понимает доблесть по-своему! Вот и наводил воевода порядок железной рукой, ибо кто с мечом к нам придёт – от меча погибнет! Видя, как войско справляется с бунтовщиками ряды которых редеют, он дал команду сломить разрозненные очаги сопротивления. Для этого задействовали четыре резервные кавалерийские сотни. Они горяча коней, ждали отмашки ринуться в бой! Раздался призыв боевых труб, и всё было кончено. Неопытные в военном деле пастухи, основным занятием которых было пасти скот, увидав, как их окружает несущаяся со всех сторон лава, побросали оружие! Их опрометчивый вождь, понимая, что прощения не будет, удрал с поля боя. Он ещё не знал, какая участь его ждёт! Потому, забегая вперёд, следует сказать, что нукеры сопровождения спустя пары дней мытарств, сговорились промеж собой и повязали бывшего повелителя. После чего доставили к ближайшему кордону, расположенному ближе к северному предгорью, где они укрывались от погони. Передав его в руки дежурного сотника, приняли участь военнопленных. Тем временем на поле боя воцарилось затишье. Много бунтовщиков полегло. Войско не понесло значительного урона. Остальных пастухов согнали к подножию холма и выпороли плетьми. После чего отпустили сломленную духом, израненную рать, но, без оружия и лошадей. Снабдив питьевой водой, им запретили под страхом смерти находиться на территории государства. Услышав горький приговор, многие стали молить о прощении, потому как покинуть пределы державы не сулило ничего хорошего. Но за всё приходится платить! Назвавшись воином, принимай участь, как должно! Поверженных кочевников отогнали в степь, после чего войско двинулось к стойбищу бунтовщиков. Решать судьбу стариков, женщин и детей. Они, потеряв значительную часть мужского населения, не смогут выжить. Вот и нужно определить их под защиту соседнего племени, где вождь не роптал, а благодарно принимал покровительство могучего соседа. Весть о бойне мигом разнеслась по территории Империи! Давненько не было случая, когда смиренные данники, облагодетельствованные милостью и защитой, решили отплатить неблагодарностью. Но отныне урок запомнится. Ведь многочисленное племя, которое взбаламутил глупый вождь, потеряв в бессмысленной битве мужчин, растворилось в соседях. Кочевых племенах, старейшины которых воздерживались от опрометчивых поступков. Вот и пополнило некогда процветающее племя своими стадами скудные рода соседей. Завершив начатое, воевода дал команду готовиться к возвращению. Держать ответ пред теми, кому должно предъявлять спрос. После коротких сборов войско двинулось к родным очагам. Предвкушение встречи с близкими перемешивалось с грустью по погибшим товарищам. Их души, став ангелами, сопровождали ратников в походе. Империя Давно из седой древности повелось, что на всякой территории называемой государство полагается быть месту, откуда вершится власть. Именно такой властью назначался Правитель огромной территории, которой подчинялось всё. А посему упомянутые те, пред кем воеводе предстояло ответствовать, относились к редкому типу людей, которые знали, для чего делать одно и воздерживаться от другого. Хранили они обычаи и традиции, без которых общность, именуемая нацией, превращается в Иванов, не помнящих родства. Или манкуртов, потерявших память и выброшенных на свалку истории посредством талантливо написанной сказки. Вернувшееся из похода войско расположилось неподалёку от холма в сердце столицы. На нём возвышалось величественное сооружение, защищённое стеной и окружённое рвом, заполненным водой. Спешившись в лагере, разбитом воинами на берегу Золотой реки, воевода пешим порядком направился к висячему мосту. Преодолев его, седовласый витязь ссутулился и, осторожно подошёл к массивным, обитым кованым железом, воротам. Там он снял головной убор, огладил бороду и стал ждать. Ждать пришлось недолго. Неслышно отворилась калитка, и его поглотила неизвестность. Не станем вдаваться в подробности, как непросто пришлось воеводе держать ответ. Однако спустя несколько часов он вернулся с умиротворённым ликом. Его чело разгладилось. Морщины, прорезавшие лоб, стали едва заметны. По всему было видно, тяжкий груз сбросил воевода. Тогда настал черёд дружинников освободиться от того, чем запятнались в походе. Ранним утром священники свершили очистительный обряд, во время которого был прощён грех смертоубийства. Теперь воины могли вернуться в свои дома. К ожидавшим жёнам, детям, родителям. Теперь на них не было крови. Ратники, сменив доспехи на повседневную одежду, возвращались к мирной жизни. Предстояло много работы. Империя, в чьи пределы вернулось войско, существовала с зарождения жизни. Она была первой в череде ныне действующих территорий, которым когда-то подарила независимость. Внутреннее устройство Империи было простым. Её стержнем являлась иерархия, согласно которой Правитель подчинялся сакральной власти. Он регулярно отчитывался перед ней, ведь со всего, должен быть спрос. Правитель же сей имел в распоряжении мужское население. Служившее верой и правдой. Под мужиками находились жёны, которые воспитывали детей и хлопотали по хозяйству. Так и жила Империя единым организмом. Однако спокойная жизнь нарушалась. Но справедливое возмездие настигало тех, кто преступал правила. В зависимости от содеянного разнилось наказание. Самым суровым было изгнание провинившихся за пределы. Стоит ли говорить, какой ненавистью пылали их сердца? Для тех же, чья вина была не столь значительна, применялась иная кара. Их заковывали в ошейники, и они становились общественной собственностью. Позже, ошейники снимали, а избывших вину, отпускали домой. Однако позора с лихвой хватало, дабы впредь подобные мысли не приходили в голову. Кольцо на шее называлось «печатью манкурта»! Это прозвище закреплялось за провинившимися на весь период искупления вины. Со временем вокруг Империи образовались ссыльные поселения, куда изгоняли виновных. Они обживались, обустраивались. Изгои осваивали ремёсла, пригодные для местных природных условий. Развивалось кустарное производство. Образовывались ремесленные союзы и гильдии. Огораживались поселения, превращаясь в города. Но продукцию надобно сбывать! Кроме Империи, покупщиков не было. Кочевые племена не торговались, забирая всё, что приглянулось. Вот и пришлось бить челом бывшей Родине и просить защиту от лихих разбойников. Снарядив глав беззащитных городов с челобитной, на всякий случай простились с ними. Ведь отправляли туда, куда запрещено возвращаться. Потому, безрадостными были сборы. Правда просители благополучно достигли границ и пересекли их живыми и невредимыми. Под конвоем их доставили в столицу. Как прошла встреча, о том история умалчивает, но дело сладилось. Империя взяла под крыло поселения ссыльных, согласившись взимать необременительную дань. Опальным разрешили продавать товары на приграничных кордонах, а в больших населённых пунктах разместили экспедиционные войска и назначили наместников. Повсюду ввели имперские денежные знаки, а многие устои и уложения, переименованные в законы, приняли форму нормативных актов, согласно которым и по сей день организована жизнь на периферии. После того как поселения ссыльных, став европейскими городами, вошли в состав Империи, местные племена разбавили эту аморфную массу. Последовавшая небольшая сумятица вынудила прибегнуть к следующему. Метрополия создала языки общения для каждой, теперь уже смешанной этнической группы. Так без насилия Империя скрепила территорию: защитой; сводом правил и едиными языками. Воплощая древний принцип: «Объединяй и царствуй!». За соблюдением же порядка внутри, существовала судебная система. Её вершиной были судьи. И однажды веками отлаженный механизм дал сбой. Дело в том, что молодая жена одного из влиятельных судей, увлечённая рассказом мужа о преступлении, в котором замешана женщина, заинтересовалась заключённым. Ведь судя по тяжести содеянного, а он запятнал себя невинной кровью, его собирались отправить в изгнание. Но на жену судьи трагедия произвела иное впечатление! Вместо осуждения она испытала восхищение, в чём не посмела открыться мужу и втайне возжелала увидеть обвиняемого. Это было несложно, поскольку задержанных доставляли на допросы. И съедаемая любопытством женщина уговорила мужа, позволить ей взглянуть на это чудовище. Как выразилась она в отношении обвиняемого. Через день, когда солнце клонилось к закату, к зданию судейства подкатила повозка. Это привезли обвиняемого, и жена судьи, наконец-то внимательно рассмотрела объект вожделения. Лучше бы она этого не делала, потому как в жизни арестованный оказался привлекательнее, нежели в её фантазиях! Его не портило даже измождённое допросами лицо и болезненная бледность, приобретаемая в тюрьме. Они обменялись взглядами, и женщина едва не лишилась чувств! Внезапно осознав, какая участь ждёт того, кто отныне поселился в её сердце. Она вернулась домой и, запершись в светёлке, разрыдалась! Однако когда судья вернулся со службы, красавица взяла себя в руки и ничем не выдала смертной тоски. Сохраняя спокойствие, она накрывала на стол. Супруги поужинали, а затем муж поинтересовался, какое впечатление произвёл задержанный? Можно только представить, какие муки довелось испытать бедняжке! Но пришлось улыбаться и отшучиваться. Правда, улыбку портили уголки рта, устремившиеся вниз, потому как пошёл отсчёт времени в обдумывании плана, будоражившего её мысли. В очаровательной головке вызрела задумка и плутовка приступила к её исполнению. Судебная ошибка Отныне она каждый вечер встречала мужа в соблазнительном белье и не накормив ужином, увлекала в спальню. После длительных ласк томная красавица потчевала измотанного судью такими яствами, что у него от нежности замирало сердце! Но искусительница была начеку и всякий раз, перед тем как он погружался в сон, рассказывала историю своей подруги, которая, как оказалось, влюблена в арестованного. И что не всё в этом деле чисто, а многое видится в ином свете. Поначалу судья отказался менять фактически принятое решение, но красавица, подкрепляя просьбу любовными утехами, сделала его покладистым. Надобно сказать, имелось одно обстоятельство, которое было не в пользу опозоренного мужа. По роду деятельности он был ростовщиком. А известно, кто наживает на чужой беде, не будет в почёте. Потому соседи и презирали ростовщика. Впрочем, некоторые сочувствовали любовнику, а кое-кто сожалел, что ростовщик оказался таким живучим. Тем не менее ростовщик находился под защитой Империи. Никому не дано право покушаться на чужое, будь то жизнь, женщина либо имущество. Но не зря в народе говорится: «Ночная кукушка дневную перекукует». Вот и стал судья, сам того не замечая, наполняться негодованием к ростовщику, строившему благополучие на чужих слезах. А когда стало известно, что его жена вернулась к родителям, многие призадумались. Правда, к рассматриваемому делу это не имело отношения. Справедливость должна восторжествовать! Да и поруганная жена вскоре вернулась, потому как это ростовщик отправлял её к родственникам. Но об этом стало известно позже. Решение же надобно принимать сейчас. Вот и настал час суда! Заседания проходили оживлённо, многие следили за процессом. Он длился не один день, поскольку рассматривалось не рядовое преступление. Соблазнение чужой жены было редкостью, и уж тем более, примешивалась невинно пролитая кровь. Выступления обвинителя и защитника чередовались. Всё сплелось в тугой узел пафосного красноречия, где убедительное слово было аргументом. Порой состязание юридической словесности затмевало суть процесса, но, всё подходит к завершению. Закончились прения сторон. Настало время последнего слова, от которого обвиняемый отказался, вверив себя в руки правосудия. Это понравилось судье. Такую линию поведения подсказали в таинственных записках, которые регулярно доставляли вместе с корзиной вкусной еды и парой чистого белья. Он покорно ждал вынесения приговора, всем видом выражая раскаяние, что вкупе с красивой внешностью благотворно действовало на публику. И многие ему сочувствовали, не подозревая, как стали жертвами умело подстроенной мистификации. Внезапно зал смолк, судья приступил к оглашению вердикта. То, что он произнёс, оказалось неожиданным! Поначалу не все поверили своим ушам. Судья приговорил обвиняемого к бессрочному пребыванию в статусе «общественной собственности». До тех пор, пока не искупит вину. Воцарилась тишина, словно присутствующие оказались в другой эпохе. Правосудие свершилось! Публика расходилась по домам, с удивлением поглядывая на обвиняемого. Его тут же освободили из клетки и увели в подсобное помещение. Пожизненное изгнание, бывшее нормой для подобных злодеяний, уходило в прошлое. Многие судейские, кто присутствовал на процессе, переглядывались, понимая, что случился, говоря строгим юридическим языком – прецедент! Правда, мало кто представлял все последствия столь пагубного шага для Империи. Однако апеллировать к Высшей инстанции не получится. Авторитет и беспристрастность судей были так высоки, что ни у кого не возникало сомнений в справедливости приговора. Весть о чудесном спасении застала врасплох не одно ведомство. Как только делопроизводство оформило то, чему свидетелями были многие, стало понятно, свершившееся – есть факт! Впервые за многовековую историю Империи всколыхнулось общественное мнение. Правда, изменить что-либо было невозможно. Вот так одна влюблённая женщина, посеяла в обществе отравленное зерно раздора. Словно «зубы Дракона» в известном мифе, население раскололось. Брат ссорился с братом, сын не повиновался отцу! Тем временем приговорённый, вынашивал план как можно скорее выйти на свободу. Для этого требовалось добиться прощения ростовщика, что, учитывая природу его занятости, было делом крайне сложным. Жена судьи также думала, каким образом склонить потерпевшего, чтобы снял претензии. Для этой цели вступила с ним в переговоры, используя в качестве посредницы подругу. Правда, на то и ростовщик, с ним не сторгуешься. Выведав у простодушной посредницы, кто хлопочет за обидчика, он запросил такую же цену, каковую заплатил сам. Его условием было лечь с ним в постель! Кроме того, пригрозил, если требование не будет исполнено, расскажет обо всём судье. Вот так красавица оказалась в ужасном положении. И ей предстояло выбирать между позором и ещё большим позором. И она выбрала! Ведь если муж узнает, всему конец! Таким образом, ростовщик получил своё, правда, обещания не сдержал, рассказывая, как жена всесильного судьи угрозами заставляет его отозвать претензии. От переживаний и позора всемогущего судью хватил удар, и он слёг. Лекарь беспомощно разводил руками, не давая прогнозов. Красавица в считанные дни состарилась и не смела выйти на улицу, ибо толпа зевак денно и нощно дежурила около дома. Разразился неслыханный скандал, в котором были замешаны влиятельные особы. Начало конца Ну а пока суд да дело, в Империи нарастало количество смягчённых приговоров, выносившихся с оглядкой на прецедент. Кроме того, внедрили критерии, согласно которым освобождение осужденных более не зависело от воли потерпевших. Это увеличило число отбывающих наказание за тяжкие преступления. Отсидев положенный срок, они возвращались к мирной жизни. Правда, утверждать, что исправились, было наивно. Возникали рецидивы и вновь отбывание наказания. Судебный круговорот вовлекал в свою воронку всё больше населения. Увеличилось количество судей, а также конвойных и надсмотрщиков. Разросся аппарат сыска и появилась новая категория – осведомители! Самым угрожающим, стало количество манкуртов, гуляющих на воле! Данное обстоятельство множило недовольных как среди потерпевших, так и среди их родственников и знакомых. Сложно смириться обывателю, когда убийцы и насильники, которых до недавнего времени высылали, разгуливают по улицам! И как-то в одной губернии, где концентрация отбывших вину достигла критической отметки, разыгралась трагедия, которая привела к массовой бойне жителями всех, кто ранее отбывал наказание. Однако власть подавила беззаконие. После междоусобицы, где пролилось немало крови, объявили чрезвычайное положение, и властные рычаги оказались в руках военных! Те, упразднили гражданские институты, всем остальным присвоили воинские звания, встроив в иерархию подчинения! Суды заменили трибуналами и повсеместно ввели смертную казнь. Военная диктатура сменила прогнившую «аристократию». И полетели головы... Возможен вопрос: почему не остановили беспредел? Но вымысел на то и вымысел. Он позволяет предложить любое развитие событий, на которое способна фантазия авторов! Правда учитывая радикальную смену власти место, где возвышалось величественное здание, обезлюдело. А затем его и вовсе сровняли с землёй, на которой возвели строение, походившее на музей. К слову сказать, оно и по сей день находится там. Населявшие сакральное место покинули территорию, оставив о себе память в виде того, что окружает нас поныне. Города, в строгой планировке которых прослеживается скрытое знание, дошедшее до нас в виде архитектурных сооружений. Открытия разного рода в области, ныне именуемой наукой, а также многое из того, что движет технический прогресс. Кроме этого музыка, живопись, литература и иное уходят корнями в глубокую древность. Берут начало у истоков, преданных забвению, но не утративших актуальности, ибо искусство – вечно! Достаточно выйти на улицу и взор выхватит в суетной толчее бегущих дней нечто застывшее в вечности. Учитывая вышесказанное, полагаем, на нашей территории свирепствует вирус. И вирус этот – рабский дух! Человека, позабывшего, кто он, откуда и куда идёт. Индивида, напрочь лишённого памяти. Как ему положено в биологии, вирус, быстро размножился и распространился. В кратчайшие сроки эпидемия поразила не только центр, но и самые отдалённые уголки! Сложно передать словами злорадство, наполнившее сердца потомков тех, кого изгнали за тяжкие преступления! Как только до отверженных докатилась весть о переменах, в тот же час строго организованная по волчьим законам жизнь периферии заполонила вакханалией вседозволенности самое большое государство мира. Однако на первый взгляд ничего особенного не произошло! Государство существовало в прежних границах, но слабли сдерживающие скрепы. Да контроль отбора годных для государевой службы, упразднился. Суровая школа будущих властителей – канула в Лету! Вот и проникали во властные институты те, для кого нажива – самый почитаемый бог. Красиво упакованная в идеологию вседозволенности, жажда наживы провозгласила превосходство индивидуального! И не выдержали традиции, на которых стояла Империя! Треснули кирпичики, осколками разлетаясь от давления, что обрушилось на них с приходом новой отравленной морали отверженных. Кирпичиками были обычные семьи, где закладывалось «что такое хорошо, а что плохо». Теперь на глазах подрастающего поколения всё перевернули с ног на голову. Бывшее хорошим, в одночасье стало плохим, а, за что наказывали, превратилось в норму. Изменения коснулись всего. Мораль, экономика и образование – всё подвергли ревизии. Появились новые апостолы и с упоением насаждали непозволительное. Гнойными язвами расплодились секты, кружки, где «промывали» мозги адептам, у которых от потока «знаний» сносило голову. Проникавшие во власть представители нового мышления крушили всё, что не встраивалось в их систему ценностей! Население развращалось всё больше. Различные точки зрения, бывшие под запретом, приобрели сторонников, а некоторые претендовали на истину! Наступили смутные времена. Взвинченность общества достигла такого накала, что стоило какому-нибудь горлопану предложить экстравагантную идею, как он обрастал толпой поклонников, объявлявшей своего идола кумиром. Кумир не мог ошибаться! Это вбивали в головы. Таких пробитоголовых хватает с избытком. Вместо неделимого монолита, чем являлось население, на обширной территории заколосилась вольница центробежных сил. Подобное не удивительно, когда традиции, державшие в узде население, «почили в бозе». Их сменило торжество новой морали, в которой бесхребетность мужеского полу соответствует образу жизни тех, кто населяет периферию! От кого предки наши избавлялись, вычищая территорию от порока. Пока в центре устанавливались новые порядки, приграничные племена наблюдали, чем всё закончится. Видя, как вседозволенность обретает очертания нормативных актов, вожди призадумались. Желание обрести самостоятельность, захватило умы. И началось расползание на отдельные анклавы. Правда, племена разделились на сторонников и противников! Старейшины не желали менять привычный уклад, однако молодёжь, думала иначе. Начались разногласия, дошло и до рукоприкладства. Пролилась первая кровь! А там, где она оросила землю, разговоры смолкают. И заполыхали очаги конфликтов на территории Империи. Те, кто веками жили дружно, остервенело уничтожали друг друга! Вакханалия вседозволенности захлестнула щедрый и благодатный край. Безнаказанность и вседозволенность Империя затрещала и стала распадаться. Дабы представить случившееся, предлагаем жизнеописание красавца великана, обладавшего недюжинной силой да добрым нравом. Он никого не давал в обиду и заботился о тех, кто нуждался в помощи. К нему мог обратиться любой. Сутками разбирал великан тяжбы соседей, находя мудрые решения. Одного его слова было достаточно, и вражда затихала. На этом многотрудном поприще богатырь не знал равных. Работал, словно бык в пахотную пору. Правда, однажды его сразил недуг, и для спасения жизни лекарь ампутировал ему руку, а затем и обе ноги. В немощного калеку превратился великан, и ничего кроме жалости к себе не вызывал. Вместо былинного витязя соседи видели обрубок, ставший немым укором и надсадным напоминанием. Вот и стали забывать о великане, не замечая того, как ему с каждым днём становилось сложнее добывать хлеб. Потому и пришлось перебиваться подаянием. Так существование миротворца превратилось в реанимацию. Ни жизнью это не назвать, ни смертью. Но, свято место пусто не бывает! Появились сказители и былые заслуги богатыря приписали себе. А большую часть затёрли. Да так, что о его подвигах ничего не осталось в истории. Да и самой истории давно нет. Возможно, читателю, рождённому в спокойные времена, в это сложно поверить. Но когда рушится эпоха, а те, кто её создавал, становятся предметом злословия, меняется идеология, и это сказывается на отношениях в семье. Правда, традиционная модель ещё держалась, но её подталкивали в бездну новые взгляды на мироустройство. Согласно этим воззрениям – дозволялось всё! Отныне личность возвели на пьедестал и государство её обслуживало. Но главное лукавство заключалось в том, что пороки обосновывались мировоззренческой системой. Мировоззрение меняло уклад. Империя погружалась в забытье. Её просторы уменьшались, а многие племена обретали самостоятельность, урывая лакомые куски имперских земель. Теперь бывшие подданные озадачились легитимизацией своего происхождения. Впрочем, все ныне существующие государства, озаботившись написанием своей «истории», пытаются поучать тех, кто приобщил кочевников к благам цивилизации. Одарил языком, медициной, образованием, без которых немыслима государственность. Положение дел в самой Империи оказалось таковым, что на долгие века она погрузилась в сон. Для этого многим поколениям «промывали» мозги, что все напрочь позабыли, кто они! Потому беспамятство является нашей национальной чертой. Дорвавшиеся до власти потомки каторжан написали такую историю, когда остаётся диву даваться, как это нашим предкам удалось обжить огромную территорию! И непонятно, каким образом русские расширили границы, вовлекая в свою орбиту племена, которые одарили защитой. Сами при этом будучи дикими и необразованными. История, где что ни правитель, то тиран, либо деспот, подорвала веру населения в прошлое. Она выкорчевала память, исковеркала традицию, надругалась над укладом. Превратив русских в не помнящих родства двуногих. Единым, пожалуй, осталось чувство вины. Давным-давно кто-то сказал: «рыба гниёт с головы». Насаждаемое власть предержащими недоверие к прошлому превратило жизнь населения в ад! Границы дозволенного стёрлись. Однако одного они не учли. Вседозволенность – заразна! Проникая во все сферы жизни, она воодушевила тех, кто разорвал Империю на лоскуты. Впрочем, возможно, такую цель и преследовали потомки ссыльных. В итоге, имперские институты оказались с двойным дном. Отсутствие отбора во властные структуры породило монстра, имя которому – коррупция! Подпитываемый жаждой наживы, хищник пожирал любого, чьё сердце поражено стяжательством. Возникла парадоксальная ситуация, когда власть – оказалась синонимом нечистоплотности! Ретивые казнокрады предложили узаконить это положение, переименовав коррупцию в «лоббизм»! Подмена понятий произошла незаметно и во власть устремились не ради служения, а ради обогащения. Разложение дошло до того, что должности превратились в предмет торга! Кресло прокурора, градоначальника, судейская мантия были оценены согласно прейскуранту в соответствии с возможностью обогащения. Теперь даже генеральское звание стало возможно купить. Таким образом, число генералов, превысило мыслимое. Их стало гораздо больше, нежели во времена, когда границы Империи простирались от горизонта до горизонта. Не претендуя на истину высшей инстанции, предлагаем следующее умозаключение. Полагаем, принципы, не соответствующие природе, приводят к раздробленности. Благодаря чему воплощается разрушительное: «разделяй и властвуй!». Женская доля Происходящие перемены сказались на облике населения. Изменилось многое! Мода, манеры, стиль поведения. Прежний уклад был предан забвению. Вспененная волна нововведений выбросила на берег то, что похватали праздно шатающиеся прохожие. После чего вырядившись и покрутившись около зеркал, вышли в обновках в свет. Обновками оказался наспех состряпанный нигилизм ко всему прежнему. Как и всё новое, даже если оно сомнительного качества, сторонний взгляд привлёк внимание. Модным становилось всё, иностранные словечки, нелепая одежда, обезьяньи ужимки, даже татуировки, которыми клеймили рабов, воров и проституток. Хуже всего это сказалось на женщинах. Многие стали вести себя развязно. В итоге превратились в манкуртов, позабыв для чего их создала Природа. Вот и ждут принцев на белых конях, не утруждаясь вопросом: откуда же им взяться, принцам-то? Нереализованные мечты, взращённые с детства – дорога в страдание. И удел манкурта – печаль! Не способен он на счастье, его грёзы – в нереальном! Так и живёт без возможности пробудиться. Дневной сон сменяет ночная полудрёма, и так продолжается пока не наступит сон вечный. Манкурты расплодились неимоверно. Вы можете подойти к зеркалу и увидеть манкурта. Его легко узнать. Визитная карточка – фальшивая улыбка и застывшие глаза. Таких девиц легко опознать. У них печаль запечатлена на челе. Женщина, которую поедает манкурт, сравнима с горбушей, отметавшей икру. Она стареет, обзаводится клыками, а также, заживо сгнившим телом. Когда берёшь в руки такую рыбину, одна её половина видится здоровой. Но стоит развернуть, как взору предстанет жуткое зрелище. Обнажённые рёбра у всё ещё живой, трепещущей рыбы. Так и те, чей манкурт разросся до небывалых размеров, производят впечатление живых. Однако они давно мертвы. Дошло до того, что над нормой физиологии, устроили суд! Но сделали это по-иезуитски. Не было ни судей, ни адвокатов. Сплошные обвинители. Судилище заключалось в публичном осмеянии природных основ. Маразм дошёл до такой степени, что единодушие витало в воздухе, когда осудили естественную тягу мужчины к женщине! Влюблённым парочкам, ежели они различного пола, запрещалось выказывать друг другу знаки внимания. Можно оскорбить тех, кто имеет иные сексуальные предпочтения. Однако данное обстоятельство положило начало сокращению населения! Его убыль привела к уменьшению и без того утраченного влияния. И выходу из-под контроля Империи тех провинций, которые казались неотделимой частью Метрополии. Местные князьки радели за своекорыстный интерес. Правда, печальные последствия наступали позже. В скором времени уровень жизни отколовшихся осколков стремительно упал. На защиту центра не приходилось рассчитывать, вот население и разбежалось в поисках лучшей доли. Зато на политической карте мира появилась ещё одна дюжина карликовых, марионеточных государств. Отсутствие строгого отбора во властные структуры, позволило обосноваться в кабинетах тем, кто мёртвой хваткой вцепился в кресла. Так сложилась порочная практика, когда «рука руку моет». Её облекли в формулировку «корпоративная этика», привлекая во власть тех, кто понимал, какой бы проступок ни совершил, ему найдётся тёпленькое местечко. Вместо верности государству служивые мужи, ежели их можно назвать таковыми, руководствовались «корпоративной этикой». Она стала надгосударственной. Не лишним будет в этой связи упомянуть об эксперименте, который провели учёные в своём стремлении открыть новые горизонты. Следуя извечному поиску, некоторые задались вопросом: что будет с насекомыми, если уничтожать лучших представителей? Вымрет ли данный вид? Эксперимент, в продолжительность которого уничтожали лучших представителей некоторых видов насекомых, прошёл успешно. Его итог поразил! Выяснилось, вне зависимости от длительности времени умерщвления, элита воспроизводилась. Иными словами, до тех пор, пока работает биологический механизм, выраженный способностью «плодиться и размножаться» – элита восстанавливается! Всё в жизни чередуется. День сменяет ночь, радость приходит на смену печали. Вот и на скукожившейся территории Империи стали пробуждаться нормальные, естественные тенденции. Природная тяга мужчины к женщине, повлекла заключение семейных союзов да зачатие детей. Повсюду появлялись семьи, где возрождались традиции. Но самое удивительное, административные образования, где многодетные семьи составляли большинство, были организованы лучше, нежели их соседи. У которых рождение одного, двух малышей воспринималось достижением. Приоритет семейных интересов выстраивал нравственную вертикаль. Случился интересный феномен. Отныне порядок на улицах поддерживали жители. Если возникал конфликт, проходившие мужчины тут же вмешивались. Городовые лишь благодарно улыбались, ибо принадлежали к семьям, где доминирование мужчин стало нормой. Сказалось это и на том, что в этих регионах девушки выходили замуж девственницами, а не теми, кто меняет партнёров. Впрочем, сегодня многие хвастаются победами, выставляя их напоказ. Напоминая истребители, у которых на борту фюзеляжа красуются звёзды по числу сбитых вражеских лётчиков. Любопытный факт, но большинство рождалось мальчиками. Громогласными и голубоглазыми богатырями! Согласно обычаям, отроков держали в строгости, не баловали их. Мальцов с ранних лет будили до рассвета. Они делали зарядку, обливались водой, закалялись. После завтрака трудились в поле, в лесу, на заготовке дров. Практически, наравне со взрослыми, но, в щадящем режиме, учитывающим возраст. Девчушки помогали матерям, доили коз, коров, кормили живность, наводили порядок в доме. Приобретали навыки, которые пригодятся в замужестве. Те же регионы, где процветала распущенность, вымирали. Сокращалось население и обширные территории оставались заброшенными. На лакомые земли стали зариться соседи. Кто в прошлом глаз поднять не смел. Но, некому стало пахать и сеять. А в скором времени могло случиться так, что и защищать границы станет некому. Странность ситуации заключалась в том, что две совершенно разные концепции существовали под единой крышей! Сталкиваясь воспалёнными краями, они откатывали назад. Однако долго так продолжаться не могло. Крушение Благословенны земли, у которых есть хозяин! Чьё недремлющее око зрит за порядком. Так устроена Природа: стоит отлучиться льву, как территория наполняется гиенами! Их мощь таится в множестве и во всё сокрушающих челюстях. Ибо гиены легко отбирают добычу у львицы либо молодого льва. Невзирая на силу и ловкость внушительных и грациозных кошек. Львицы малым числом оставляют территории, где в изобилии пасётся живность. В отсутствие льва гиены правят бал! Однако стоит им услышать львиный рык, как раскат грома завершит правление гиен. Блеск молний озарит грозный оскал — ваше время вышло! Многие покинут территорию, но кое-кому по нраву испытать судьбу. Правда, пока хищник не переломает хребет. И, бросив безжизненное тело, развеет иллюзии. Вот и на заброшенные земли вернулся хозяин. Первое что он сделал было следующим: за тяжкие преступления полагалось длительное заключение, а после лишение подданства и высылка за пределы Империи! Как результат, сразу сократился уровень злодеяний, связанных с мздоимством. Это, в свою очередь, привело к тому, что бытовая преступность стала редким явлением и отпала необходимость в бесчисленных армиях охранников и вахтёров. Железные двери в квартирах и подъездах, канули в лету! Школы, больницы, детские сады избавились от металлодетекторов. Все частные охранные структуры распустили. Высвободившиеся мужские руки требовались на производствах, которые вырастали словно грибы. На заброшенных пахотных землях, морем разливанным заколосилась рожь. Настал закат эпохи превосходства частного над коллективным. Интересы общества выдвинулись в приоритет. Что не умаляло, а подчёркивало значимость индивидуальности. Потому как в симфоническом оркестре есть первая скрипка и другие инструменты и отсутствие любого станет заметно ценителю. Кроме того, запретили ростовщичество. Исчезли ломбарды, а банки заменили функцию кредитования на кассы взаимопомощи. Население избавилось от финансовой удавки в виде процентов, начисляемых на ссуды, а получило поддержку государства. Исчез класс «малоимущих», это позорное клише на челе развитого общества. Добрались и до тех, кто сотрясает воздух. Полагая, коль скоро появилась возможность вещать, им дано на это право. Потому и льётся на незащищённые души мальчиков и девочек поток непотребного. Вернее, так было ранее! Нынче введены ограничения и установлены фильтры, которые улавливают недопустимое. Глобальные изменения коснулись и природоохранных вопросов. Царившая вакханалия в сфере добычи ископаемых, ловли зверья и рыбы, а также порубки древесины, нанесла огромный ущерб! Для решения задачи применили радикальный способ: на десять лет была запрещена любая охота, любой промысел и вырубка деревьев. Это наделило лесников правом применять оружие, едва в лесных угодьях появится кто-либо с ружьём, капканом или топором. Результаты экстренных мер не заставили себя ждать, и уже в ближайшие годы увеличилось поголовье зверья, рыбы и всего, что матушка природа создавала миллионы лет. Однако ещё случались злодеяния, за которые полагался спрос более строгий, нежели высылка за пределы. Не обошлось без смертной казни за особо тяжкие! Такими преступлениями значились измена Родине, умышленное убийство, насилие в отношении несовершеннолетних, а также коррупция в особо крупных размерах. Уличённых в подобных злодеяниях приговаривали к смерти! Но, с отсрочкой исполнения. Нельзя исключать судебную ошибку. По истечении срока, если не возникло сомнений в виновности, приговор приводился в исполнение. Следует отметить, для приговорённых, как гласят фолианты судебных психиатров, ожидание хуже самой смерти. И многие сходят с ума, не выдержав звук приближающихся шагов. Это следует помнить, ибо неотвратимость наказания — фундамент, на котором стоит правосудие. Но довольно суровости! Пора позабавить читателя фантазией, как было бы здорово, когда одинокие женщины пристроены и у каждой имеется очаг, дым коромыслом и наваристая похлёбка. Которой она накормит вернувшегося с работы хозяина, а также орду ребятишек, коих мал мала меньше. В Империи задачу решили! Предложенный способ, обосновывался выживанием, и даже противники, признали его правоту. Но в первую очередь следует отметить мудрость жён, которые с достоинством приняли нововведения. Поклонимся им до земли, потому как полюбовное закрепление за каждым мужиком одиноких с малыми детьми женщин — немалое испытание как для него, так и для той, что уже нарожала ему ребятишек. Благодаря новшеству население обрело защищённость. Теперь у всего был хозяин. Кто кормил и защищал. С кого спрашивалось за благополучие. За то, чтобы жёны были обласканы, а детишки сытые и прилежные в учёбе. Кроме того, ввели налог на бездетность и зачатие детей стало делом не только приятным, но и выгодным. Вот население и трудилось над продолжением рода, потому как львиная доля забот легла на плечи государства. Образовательные заведения Империи, а также музеи, театры, консерватории и иные развлекательные учреждения несли воспитательные функции. Они вынули из запасников хранившиеся пыльные артефакты и другие доказательства славной истории предков. Сообразуясь с документально подтверждёнными фактами, была написана реальная хронология исторических событий. Немало копий сломали учёные, но правдивая история преподавалась во всех учебных заведениях Империи. Восход В этой связи не оставим в стороне пресловутый квартирный вопрос! Империя подошла к его решению рационально. Для обеспечения рождаемости жильём, началось малоэтажное строительство на всех пригодных для этого землях. И уже к моменту рождения первенца главе семьи вручали ключи от собственного дома. К нему полагался участок для выращивания на нём всего, что произрастает в данной климатической зоне. С возможностью брать в рассрочку оборудование, технику, топливо, корма, а также посевные материалы. Вот и получалось, справив новоселье обычная семья, основным источником дохода которой был заработок кормильца, а также пособия на детей, планировала рождение второго и последующих ребятишек. Решительно власть поступила с алкоголем! Теперь всё находилось в ведении государства. Максимальной тарой для розлива Имперская Палата Мер и Весов определила посуду объёмом не более 0,3 л. Постепенно менялось отношение к потреблению. Обременительные для семейного бюджета бессмысленные покупки стали предметом шуток да добрых подтруниваний. Огромные торговые центры, оккупировавшие города, опустели! Их переоборудовали в школы, в которых размещалось всё! Просторные классы, светлые аудитории, бассейны, спортивные залы, столовые, комнаты отдыха для продлённого дня, медицинские кабинеты и прочее, прочее, прочее… В таких условиях подрастающему поколению прививали мышление, логику, риторику, а также спорт и физический труд. Не остались в стороне музыка и изобразительное искусство. Занимались этим профессионалы, для отбора которых существовал образовательный ценз. Время неучей, называвших себя коучами, прошло. Отдельно следует сказать о детях-сиротах! Их трудная жизнь без родительской любви не могла оставаться в прежнем виде. В силу того, что атмосфера в обществе из хищническо-атавистической обрела суть заботы обо всех и каждом, это позволило забрать детишек из приютов. Всё произошло так стремительно, что детские дома исчезли. Их не стали перепрофилировать, а попросту снесли, дабы память о мрачных временах не тревожила. Разумеется, много трудностей предстояло на пути! Но разве народу, проживающему в суровых климатических условиях, пристало унывать? Наверняка возникнет вопрос: как складывалась жизнь на периферии? Ответить на него положительно не получится. В то время, когда Империя разрасталась, периферия загибалась. Она теряла влияние потому, что внутренние противоречия оказались неразрешимы. Политика размывания антропоморфологических различий, управлявшая периферией, столкнулась с вызовом — бесчисленными потоками мигрантов, хлынувших туда, где подчинённое положение мужчин является фактом. Однако с мигрантами, воспитанными в иной поведенческой парадигме, этот фокус не удался. Толерантность сыграла с коренным населением злую шутку! Агрессивные мигранты оросили приютившую их землю насилием и взрастили семена беспорядков. Местные жители стали заложниками государственной немощности. Вот и уподобились европейские государства брошенным женщинам. Потому и отправились в поисках лучшей доли нормальные в вопросах половой ориентации семьи в стольный град. Не зря говорится — все дороги ведут в Рим! А Москва — третий Рим, четвёртому не бывать… Рискнём предположить, что причиной вакханалии, захлестнувшей периферию, стала защитная реакция стран третьего мира на насаждение чуждой идеологии. В результате чего многие государства оказались ввергнуты в хаос. Оттого и бегут оттуда все, кто может. Бегут и привносят иные порядки. История ещё скажет веское слово, но никому не позволено забывать: посеешь ветер — пожнёшь бурю! В итоге столица Франции преобразилась. И теперь на Монмартре и Пляс Пигаль режут баранов и жарят шашлык. Не менее плачевная участь постигла и родину корриды. Это четвёртое по размерам государство на континенте, разрешило однополые браки. Вот ряды кумиров нации — матадоров — и пополнились «новой формацией» укротителей быков. И как-то во время корриды такой матадор не смог заколоть быка. Разразился скандал, ведь после того, как бык понял, кто перед ним, он насадил это существо на рога. После чего победным шагом сделал круг почёта по залитой кровью арене! Воистину это было символично, когда природное существо, расправилось с возомнившим о себе невообразимое. Оставим на время Старый Свет и отправимся по следам сына испанского народа. Голубя мира, который открыл континент и принёс смерть миллионам его обитателей. Так свидетельствуют хроники, где описаны времена конквисты. Когда мысленно окидываешь взором историческую ретроспективу, многие события современности перестают казаться странными. Только так и можно понять взаимосвязь прошлого и настоящего. Вот и пожинают жители Старого Света последствия деяний предков, огнём и мечом освобождавших место под солнцем. Колесо истории, натужно скрипнув, сделало оборот. Круг времён сомкнулся! Незримый меч справедливости навис над мирно спящим населением. Правда, поселенцам Нового Света от этого ни холодно, ни жарко. Однако море слёз, пролитое индейцами, перемешалось с океаном, омывающим побережье. И на его дне вздыбился вулкан! Могучим дыханьем огненная лава выбросила на поверхность громадную толщу воды! Одномоментно побережье накрыл водоворот, сжимая в смертельных объятьях города, погружая обитателей во мрак вечности. Увы, бесславный конец ждёт тех, кто мнит о себе невесть что! Кто, уверовав в собственную непогрешимость, силой навязывает точку зрения. Потому и расплачивается население благополучием, а иногда и жизнью за промахи тех, кто не имеет права совершить ошибку. Не в нашей власти спросить молчаливые пирамиды о канувших в безвременье династиях, некогда украшавших тронные залы. Да и одинокий сфинкс наверняка знает такое, что вмиг изменит представление о прошлом. Мощь Возвращаясь в Старый Свет, упомянем территорию, дважды воевавшую с Империей. Причём оба раза войны были кровопролитными. В настоящее время её дела находятся в плачевном состоянии. Ввиду того, что соседи описываемой территории поддались слабости, разрешив спариваться представителям одного пола, стойкие тевтонцы держались. Но, ложка дёгтя портит бочку мёда. Потому в стане с «продвинутыми» взглядами на отношения полов, зрело недовольство. Единое экономическое пространство сделало своё дело и поддалась поросль тевтонских рыцарей новым веяниям. В то же время на периферии начался голод. Дикие толпы мигрантов, не привычные к механизированной обработке земли, не смогли адаптироваться. На европейском континенте, приходилось заниматься сельским хозяйством и животноводством в иных условиях. Для этого требовались специалисты: агрономы, ветеринары, зоотехники, егеря, лесничие, мелиораторы, механики, операторы машинного доения и ещё огромный перечень профессий. Мы привели столь подробный список, чтобы стала очевидна глубина катастрофы. Потому как по мере исчезновения с политической карты карликовых государств на периферии Империи возникли очаги голода. И теперь в центре «просвещённого абсолютизма» полыхали костры, на которых жарилось человечье мясо. Основным способом проживания стала охота на людей! В результате коренное население сбилось в испуганную массу. Но племена мигрантов формировались по этническому признаку. Кто сильнее, тот был прав! В самой же Империи пахали и сеяли. Тучные урожайные годы следовали один за другим. Изобилие не удивляло. Мало кто задумывался, что могло быть по-другому, и лишь старожилы неохотно вспоминали времена, когда устройство Империи было иным. В это время хаос и неразбериха, царившие за пределами, привели к тому, что пшеница стала на вес золота. За мешок муки отдавали безделушки, когда-то считавшиеся эталоном процветания. Золото, платина, серебро, изумруды, рубины и, конечно, бриллианты — перестали иметь ценность! Еда, пища стала культом. Империя превратилась в лидера по поставкам злаковых в государства, где сохранялся хоть какой-то порядок. Правда, ввиду отсутствия финансовой системы, а также нехватки рабочих рук, многие перебрались в Империю, оплачивать зерно было нечем. Да и что можно предложить тому, чьи закрома ломятся от изобилия? А запасы всевозможных металлов, древесины, угля, нефти, пушнины, икры и ещё Бог знает чего – неисчерпаемы! Потому как щедрые плоды принёс тотальный запрет на ловлю рыбы и добычу зверя. Единственным способом расплатиться, оставалось просить о покровительстве. Вот государства и били челом, моля, чтобы Империя пустила их под крыло. Воинственные племена вторгались в пределы любой территории, которая не могла себя защитить. Система воспроизводства в Империи была отлажена так, что только прибывало! И населения, и валового дохода на душу населения. Понятие убыль, применялось к излишкам, которые раздавались жившим по окраинам. Тем, кому по разным причинам отказали в подданстве. Однако их не прогоняли. Вот и образовались вдоль границ поселения, потому как многие не желали возвращаться на прежние места. Помимо продовольствия приграничным жителям отдавалась бывшая в употреблении техника, а также посевные материалы. Правда, не везде климатические условия благоприятствовали землепашеству. Но власть находила способ помочь в трудоустройстве для выживания. Со временем такое покровительство сформировало санитарный кордон. В пределах этого кордона те, кому отказано в гражданстве, чувствовали себя в безопасности. Никто не отваживался к ним близко подойти. Да и сторожевые заставы, выставленные на внешних границах кордона, оснащались новейшим вооружением. Остаётся только предположить о суровых мерах в отношении всего, что представляло даже самую отдалённую угрозу. Впрочем, тому есть объяснение, и оно кровавыми слезами начертано на страницах нашей истории. Игры в благородство с теми, кто о нём понятия не имеет, бесперспективны. Сегодня, на периферии сносят памятники воинам-освободителям. Это дело рук неблагодарных потомков тех, кто памятники устанавливал. Однако подобный вандализм невозможен, когда памятники стоят на пустырях, где в прошлом располагались столицы враждебных государств. А ныне гуляет ветер, и возвышаются величественные обелиски. Такие символы победы не забудутся… В этой связи вспомним о славянских племенах, отколовшихся от Империи. Угроза раствориться среди мигрантов, и разрушенная промышленность сделали своё дело. Опомнившиеся славяне выбросили из властных кабинетов прихлебателей и со всеми пожитками вошли в состав Империи. Процесс присоединения продолжался долго. Увеличение территории, равно как и народонаселения, поставило перед властью ряд сложных задач. В числе прочих значились: введение единого языка, единого делопроизводства, единых законодательной и нормативной баз. Единой правоохранительной системы. Ну и, само собой разумеется, единых образовательных стандартов. Что касается такого важнейшего вопроса, как правопорядок, его решили следующим образом. После того как братья славяне вернулись под отчий кров, тем из них, чьим покровителем была рысь, надлежало взять на себя функции безопасности. И так повелось, что за каждым коленом закреплялась отдельная задача, которая была свойственна этим представителям славянского братства. Разумеется, изложенное не претендует на истину. Но: строки сии рассчитаны на аудиторию думающую, анализирующую. Потому как, владеть территорией, на которой расположились славяне, надобно уметь! Ремеслу этому учиться с малолетства, и не иметь никакой иной жизни, кроме той, что уготована Владыке и Самодержцу Арии… © Владимир Опёнок, 2021 Дата публикации: 16.09.2021 10:57:01 Просмотров: 729 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |