Фартовый
Олег Ашихмин
Форма: Рассказ
Жанр: Просто о жизни Объём: 171029 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Вся лига была уверена, что Петр Иванович Беляков фартовый тренер. Редкий сезон Беляков заканчивал без чемпионства или призового места. Причем медали он выигрывал как с клубами олигархами, где выступали игроки сборной, дорогие и именитые иностранцы, лучшие молодые хоккеисты страны, уже успевшие выиграть юниорский или молодежный чемпионат мира; так и со середнячками, где играли свои воспитанники, со скромными по хоккейным меркам зарплатами, без ярких приглашенных звезд и легионеров. Белякова клубы «нанимали» под конкретные задачи и он их, так или иначе, выполнял. Иногда, вопреки всему. По крайней мере, так казалось непосвященным со стороны. Посвященные же, наоборот, больше, чем кто либо, были уверены, что Белый не просто везунчик, а реально фартовый. - Фартовый, что тут поделаешь, - обреченно сокрушались поверженные в полуфиналах или в финалах более сильные соперники, - У нас деньги, имена, составы, а у него фарт, - с горечью констатировали поражения хозяева и президенты богатых команд. - Не видать нам золота и кубков, пока Белого к себе не заманим, - были вердикты многих руководителей на совещаниях и собраниях по случаю окончания неудачного или провального сезона, - Беляков и тренер отличный, и фарт всегда с ним. Начинайте переговоры… В свой фарт Беляков почти верил и сам. Еще бы, как тут не поверить, когда каждую весну, каждый плей-офф, за две недели до начала игр на вылет все спортивные газеты и каналы страны только об этом пишут и говорят: «Сможет ли не самый богатый коллектив в лиге ведомый Беляковым добраться до медалей и в этом сезоне?!», «Говорим фарт, подразумеваем – Беляков», «Чем ответят клубы олигархи на фарт Белякова? Снова деньгами или может быть все-таки внятной игрой?!», «Какие чудеса сотворит Беляков со своей новой ледовой дружиной в этом плей-офф?!»… В принципе, шумиха и ажиотаж вокруг команд и его самого, Белякова, вполне устраивала. Как говориться, нет плохого пиара, кроме некролога. Пока ты на слуху, всегда будет и работа и кусок хлеба. Более того, лишняя популярность и известность помогали при переговорах с хозяевами клубов, как до подписания контракта, так и после. Сезон дли-и-инный, и нервных ситуаций бывает очень много, поэтому с Беляковым, как с медийной фигурой считались. Другого бы после, например, затянувшейся серии поражений выставили бы на мороз, а Белякову давали шанс, и второй и третий и он как-то выруливал. Так же аура фарта, раздутая журналистами и многочисленными стечениями обстоятельств, Беляков на свой «фарт» смотрел трезво, помогала Петру Ивановичу при общении с игроками, которых он приглашал или переманивал в свои команды. В хоккее всегда платили большие деньги, поэтому деньги были и есть у многих хоккеистов, а вот выиграть медали, выиграть кубок, стать лучшим и сильнейшим – это престижно и почетно. Медаль может и в шкафчике спокойно себе лежать и пылиться, а титул чемпиона или призера России – это на всю жизнь, это шаг в историю, поэтому многие игроки с удовольствием шли в команды к Белякову. - Уж с кем, с кем, а с Белым мы точно будем в медалях, - почти как о случившимся, рассуждали хоккеисты и спокойно подписывали контракты. Ну и, конечно же, фарт Белякова боготворили болельщики: «Где Белый, там победа!» - баннеры и транспаранты с подобными заявлениями постоянно мелькали в ледовых дворцах, причем как на домашних играх, так и в гостевых матчах на выездах. Телевизионщики очень любили во время трансляций снимать эти слоганы крупно и показывать на всю страну, когда команда Белякова проигрывала. Однако игра забывалась, а образ фартового тренера оставался. Никакие неудачи уже не могли повлиять на имидж Петра Ивановича Белякова. Белякову приятно было допускать мысль, что может он и в самом деле какой-то особенный, избранный, любимец спортивных богов… или просто хороший человек, который живет честно и по совести, и поэтому в лихие моменты, за все то добро, которое от него исходит: в него верят люди, он вселяет надежду, успех и уверенность в своих игроков, он радует и делает счастливыми своими победами сотни тысяч болельщиков, и за все это, в трудные мгновения, когда до катастрофы остается полшага, вселенная помогает ему! Подобные размышления Белякову были приятны, но они были редки. Он не обольщался и не одевал на себя короны. От своей фартовости не открещивался и никого ни в чем не убеждал, и не разубеждал. - Хотят люди верить в мой фарт, я не против. Все, что помогает делу, я только за! – думал Беляков, и на всех послематчивых пресс-конференциях, не зависимо от того, как сыграла его команда, он обязательно отпускал пару шуток, намеков, каких-то двусмысленных фраз, которые еще больше разжигали интерес к его личности, фарту, удаче и прочим потусторонним явлениям, в которые так хотят верить люди. На самом деле, то во что свято верил Беляков искренне и беззаветно, то, что ему многие годы реально приносило успех и медали, он держал в тайне. У каждого тренера есть свои секреты. Был и у Белякова. Его секрет, если это можно назвать секретом, был в том, что на поле играют хоккеисты, и исход любого матча зависит от них. Пусть не от всех. На результат игры реально влияют пять-шесть человек, остальные помогают, но и тех и этих надо правильно подбирать. Селекция, вот главный конек Белякова, который вывозил его из года в год и давал не только кусок хлеба, но и добрую пачку масла. В молодости Петя Беляков не был звездой или ярким игроком. Он был добротным центральным нападающим, честной рабочей лошадкой. Он был железным центром второй-третьей пятерки, поэтому за долгую хоккейную жизнь ему приходилось и разгонять атаки нападения, и выходить в большинстве, играя во вторых звеньях, и помогать защитникам в обороне и играть в меньшинстве, когда его опускали ниже, в третье, а порой и в четвертое звено. Центральные, от чьих мозгов зависит игра всей пятерки, являются еще и невероятными пахарями, потому что надо помочь защитникам забрать шайбу в своей зоне, начать атаку, подключиться к ней и если карта ляжет, то и завершить голом. Ну, или броском. А в случае потери шайбы у ворот соперника, успеть вернуться и сыграть в обороне, чтобы снова овладеть шайбой и начать атаку. В один прекрасный момент, Петя Беляков, а в команде просто Белый, понял, что как бы ты быстро не бегал, а все равно везде на льду не успеть. Ведь не зря говорят, что, в хоккее лучше грамотно стоять, чем безпонтово бегать. Поэтому, он начал пристально и скрупулезно изучать партнеров и, в зависимости от их сильных и слабых сторон, выбирать позицию и линию поведения – агрессивно или с оглядкой на ворота, чтобы не носиться, как умалишенный от своих ворот к чужим и обратно, а просчитывать ситуацию на два-три хода вперед и быть всегда на месте, там, где это необходимо именно в этой игровой ситуации. Есть жадины, а есть те, кто играют в пас. С этими ребятами играть приятно и легко. Есть честные, задиристые, неуступчивые работяги, которые при потере шайбы сразу начинают за неё бороться, а есть сачки, которые надеются на партнеров и при первой же неудачи, отваливаются и выпадают из игры. Когда Белый был на льду с сачками, он больше акцент делал на оборону. Без авантюр, шустрых вылазок к воротам и без глубоких подключений к атаке. Он всегда был третий сзади. Не стоит увлекаться атакой, так, как на сачке все оборвется и придется бежать шестьдесят метров в свою зону, чтобы помочь защитникам. Поэтому лучше все это предвидеть и сразу правильно выбирать своё расположение на льду. И это было только начало в его исследовании. Двигаясь от общих характеристик, которыми обладают абсолютно все игроки: техника, физика, скорость, к частным по амплуа, Белый серьезно проанализировал всех крайних нападающих, защитников, всех центральных и вратарей в своей команде. Сделав это, он только укрепился в своей теории, которая позволила ему тоньше понимать хоккей, а как следствие, играть ярче и эффективней, и при этом тратить меньше сил. Когда, у него сложилась полная картина о своих партнерах, он начал изучать соперников и неожиданно пришел к выводу, что в хоккейной команде, не так уж и много типов и подтипов игроков. В любой команде! Благодаря своим мозгам Белый вырос в классного центра и поиграл не только в России, но и за границей. Его теория работала и там. Не зависимо от языка, цвета кожи и уровня лиги, игроки делились на звезд, которые умели всё, забивали в любой игре и никогда без гола не уходили со льда; надежных технарей, которые тоже умели, и украсть и покараулить, но не так ярко и тонко как звезды; рабочих лошадок – железобетонных парней, на которых можно было положиться в любую минуту и в любой ситуации; бойцов – задир с несгибаемым характером, которые как железяки не ломаются, а только гнутся, а так же трусов, пижонов, сачков, хитрых защитников, которые могли сыграть как заправские нападающие, жестких защитников, которые одним своим видом наводили ужас на соперника; деревянных защитников, которые толком не умели практически ничего, и так далее. У Белого в его классификации было более тридцати типов игроков и их разновидностей, которые в долгие перелеты и переезды, дождливыми и снежными вечерами в гостиницах и на базе он подробно описал. Эти записи, анализ и систематизация всей своей хоккейной жизни и позволила Петру Ивановичу Белякову, состоятся как тренеру. В главной лиге страны, где Беляков работал последние пятнадцать лет, Петр Иванович, не раскрывая никому своих секретов, строил все свои команды по одному и тому же шаблону. Всех игроков в этой конкретно лиги, в соответствии с регламентом и экономическим положением в стране, он делил на шесть основных категорий: звезды, надежные, вратари, легионеры, дядьки и молодые. Но самое главное, это уже Беляков сформулировал позже, исходя из своего тренерского и жизненного опыта, мало их правильно подобрать. Надо их правильно понимать. Понимать, что ими движет. Как, например, заставить игрока, у которого все уже давно есть: и медали, и бизнес, и недвижимость в Майями, и перстни из «НХЛ», самой сильной лиги в мире, как заставить его снова и снова выходить на каждый матч и играть как в последний раз?! Беляков начал изучать психологию, посещал не всегда интересные, а порой просто нудные и скучные лекции, читал, не понимая половины слов, учебники и статьи, консультировался со спортивными психологами из других видов спорта и различных сборных, и неожиданно открыл для себя целый мир, в центре которого стояло одно главное слово - мотивация! Вот то, что заставляет игроков делать всё, что в их силах и даже больше. Используя свой грандиозный опыт игрока, приличный уже на тот момент тренерский опыт, освоенную научную базу, Беляков сделал для себя вывод, что игроками, в зависимости от их возраста и статуса движут всего пять основных мотивов, а именно: деньги, карьерный рост, амбиции и честолюбие, эгоизм и удовольствие от игры. Как только Белякову сначала в своей голове, а потом и на бумаге удалось свести в единую систему все типы игроков и их доминирующие мотивы, он стал «Фартовым». Фартовым и одним из самых успешных и востребованных тренеров в лиге. - Все играют за деньги, - был уверен Беляков, - Кто-то за деньги и еще за что-то: за клуб, за город, за тренера, за свою фамилию на майке, но все играют за деньги. Это был мировой опыт и личный опыт Белякова. И в его бытность игрока, и когда он стал тренером, деньги решали всё! Поэтому среди всех мотивов, которые заставляют хоккеистов выдавать на льду максимум и еще чуть-чуть, деньги, по мнению Белякова, были главным и доминирующим фактором. «Финансовый мотив наиболее понятен», - однажды записал в своей тетради Беляков, и это стало первой строчкой в его будущей четко работающей системе подбора игроков. Именно тогда Петр Иванович Беляков впервые для себя понял, что когда закончит с большим хоккеем, возможно, займется наукой. - А почему нет? – улыбнулся Беляков, - Сформулирую, обкатаю, а потом передам молодым, пусть развивают, дополняют, на основе моих идей выводят свои… Но это после, а пока, - Беляков ухмыльнулся и вновь сосредоточился на тетрадном листе, осознав не без удовольствия, что он только что, в своей тренерской работе, перешел на новый уровень, ранее совершенно недосягаемый. Он вошел в когорту новаторов, тех, кто двигает и развивает хоккей. Не работает по шаблону, а привносит нечто свое в эту великую игру. «Финансовый мотив наиболее понятен», - еще раз пробежал глазами Беляков, и продолжил записывать, - «Для всех нормальных людей деньги – это не цель, а средство. Ни для кого не секрет, что в профессиональном спорте и в хоккее в частности серьезные заработки. Именно они дают возможность игрокам обеспечить себе и близким достойную жизнь. Большие контракты делают игроков богатыми людьми. Повышают самооценку, а так же заработанные деньги приносят уважение и благодарность близких за обеспеченную жизнь. Деньги так же являются и важным инструментом, который не только мотивирует, но и дисциплинирует игрока. Зарабатывая N-ную сумму, хоккеист уже не хочет опускаться ниже ее и делает все возможное, чтобы как минимум удержаться на этом уровне, а еще лучше повысить его, подписать контракт на большую сумму и лучшие условия. Это выливается в профессиональное отношение к делу, к железной игровой и бытовой дисциплине. В российском хоккее с середины девяностых появились первые контракты игроков в миллион долларов. Сейчас в нашем чемпионате есть хоккеисты, чьи зарплаты составляют три, четыре миллиона долларов в год и больше. Плюс бонусы под миллион долларов за плей-офф, если команда выигрывает золото чемпионата. Безусловно, такие цифры в зарплатной ведомости кружат голову игрокам и их агентам. Эта полуоткрытая информация так же является стимулом и для тех, кто хочет повысить свое мастерство, а соответственно и уровень заработка. Деньги – это сильнейшая мотивация для игроков практически всех категорий, ибо спортивный век короткий и даже любая тренировка, не говоря уже об играх, может стать последней в карьере. Таков хоккей, поэтому финансовый мотив можно назвать доминирующим, особенно для возрастных игроков и сложившихся мастеров. В современном российском хоккее большие зарплаты одновременно являются и благом и злом. Благом – потому что хоккеисты при должном уровне мастерства и соответствующей самоотдаче могут своим трудом заработать на достойную жизнь. Злом же, гигантские заработки, становятся в том смысле, что большие деньги начинают кружить голову хоккеистам с примитивной картиной мира, а таковых, к сожалению, большинство, и у них резко происходит перекос сознания в сторону своего величия, их месте в хоккее и в «истории», переоценке своих сил и возможностей, что сильно осложняет работу тренеров. К сожалению, Россия долгие годы была нищей страной и на формирование менталитета с правильным отношением к деньгам, своему труду и профессионализму уйдет ни один десяток лет, и, скорее всего, должно будет смениться четыре - пять поколений игроков, поэтому тренерам это нужно знать, понимать и учитывать. Самое страшное для тренера, - Беляков в этом был уверен, - когда добротный игрок «сел на зарплату». То есть подписал большой контракт и перестал играть. Перестал играть на должном уровне. На том, за который его брали и приглашали в команду. Однако, в некоторых богатых клубах страны эту проблему очень хорошо научились решать». Беляков знал два топовых клуба и, соответственно, две стопроцентно работающих схемы, которые могли привести в чувство даже самых борзых и именитых игроков с космическими заработками, и не мог их не упомянуть в своей тетради: «Не смотря на то, что в этих командах всегда были собраны самые яркие звезды с самыми большими контрактами, оба клуба на протяжении долгих лет являлись и являются лидерами отечественного хоккея, и каждый сезон, команды боролись и продолжают бороться за медали. В этих клубах никто на зарплате не сидит и «дармовых» денег не получает. Все выходят и бьются от первой до последней секунды. А все потому, что например, в одном клубе игроки в течение регулярного сезона получают фиксированные, относительно небольшие деньги. В случае удачной игры в плей-офф и выполнения задачи, поставленной на сезон, команде выплачиваются все бонусы, премиальные и громадные суммы, которые были оговорены в контрактах. Если задача не выполняется, то соответственно ни о каких больших заработках не может быть и речи. И не удивительно, что в этой всем известной команде, хоккеисты выходят на любую игру, как на последнюю в жизни. Все сплочены и объединены одной идеей от новичка, до главной звезды, потому, что на кону благополучие всех. Человек так устроен, по крайней мере, психологи так утверждают, он может что-то спустя рукава сделать для себя, но для другого сделать плохо и не исправить, он не может, стыдно, да и что подумают люди. Поэтому коллективная и одновременно персональная ответственность за результат, работают безотказно. В другом не менее известном клубе пошли другим путем. Там нет больших выплат в конце сезона. Там четко оговаривается с каждым игроком в контракте, сколько он должен сыграть матчей, сколько забить, отдать передач и принести очков клубу. Какой должен быть коэффициент полезности по системе плюс-минус, а так же на каком месте команда должна закончить регулярный чемпионат и плей-офф. То есть, зарплата дифференцирована и это является еще одним мотивом и стимулом для профессионального отношения к своей работе. Все должны быть заряжены на результат, а, если это так, то это уже не мало! Тренеру нужно всю эту бешенную энергию лишь правильно поднаправить, ну и сдержать, когда надо. При дифференцированном подходе есть одна тонкость, которую ни в коем случае нельзя упускать. Очень четко должна быть прописана система штрафов и неустоек. Ни в коем случае нельзя «срезать» с игроков деньги, оговоренные по контракту. Это сильно деморализует хоккеистов и является причиной открытых конфликтов между командой и руководством, причем с привлечением агентов, журналистов и с судебными исками в конце скандала». Беляков лично с этой ситуацией не сталкивался, но знал массу примеров за свою долгую жизнь в хоккее. Поэтому был уверен, что при подписании контракта, должна быть четко озвучена система наказаний. Чтобы в ходе сезона не возникало разногласий, недопонимания и конфликтов. Все финансовые нюансы должны быть прояснены и оговорены до подписания контракта и закреплены на бумаге». Белякову нравились оба варианта. Более того, в разное время он возглавлял эти богатые команды и видел, на сколько эффективны обе системы мотивации. Однако он предпочитал работать иначе. По старинке, на доверии, на честном слове и мужских поступках. Петр Иванович Биляков рос, мужал и формировался в советское время. Во времена, когда в хоккее были заложены традиции великих тренеров Тарасова, Чернышева, Кулагина, Боброва и Тихонова. Суть их была в том, что умри, но сделай. Не подведи. Подвести партнеров или команду, было самым низким, причем не важно, поступил ты как дешевка на льду или в быту. Спрос был по полной программе. Коллектив, команда, хоккей – это было прежде всего, а потом уже все остальное. Порядочность и мастерство. Вот на чем держался легендарный советский хоккей и Беляков был продуктом этого хоккея. Перед мастерами, богом поцелованными талантливыми игроками, голеодорами, парнями с инстинктами убийцы, которые забивали в любой игре, в любой лиге и никогда не уходили со льда без забитой шайбы, а то и нескольких голов, перед такими Беляков снимал шляпу и боготворил их, но только в том случае, если это были воспитанные, порядочные ребята, верные слову, команде и хоккею. С проблемными, пусть и очень мастеровитыми хоккеистами, Беляков просто дел не имел. Игрок со сложным характером мог стать проблемой для всей команды, поэтому Беляков не приглашал в свои ледовые дружины хоккеистов, которые могли его подвести и завалить всё дело, и это тоже было частью его системы. У каждого тренера есть свои сильные стороны, которые позволяют быть успешным. Кто-то отличный психолог, ладит с людьми, мотивирует, вдохновляет, заводит, раз за разом поднимает из окопов. Кто-то выдающийся тактик и стратег, умеет быстро перестроиться во время матча или сделать так, что у каждой пятерки свое задание и своя тактика в конкретно взятой игре. Кто-то отличный методист, очень интересно строит тренировочный процесс и хоккеисты с удовольствием пашут. Кто-то тонко чувствует, в каком состоянии его ледовая дружина и грамотно соблюдает баланс между отдыхом и тренировками и за счет этого команда в оптимальной физической форме подходит к играм, всегда свежая, всегда отдохнувшая, не загнанная и не перегруженная. Петр Иванович Беляков тоже все это умел, пусть не лучше других, но тоже на уровне. Главный талант его был в другом. В том, что у него была «чуйка» на людей. Беляков видел игроков. Среди двадцати молодых хоккеистов на просмотре он мог четко показать одного или двух, которые заиграют. - Вот эти будут мастерами, а остальным нужно заканчивать с хоккеем, - говорил он, и действительно, оставлял этих игроков в команде, а те за пару лет выходили в ней на ведущие роли. Или мог из сложившихся уже игроков создать тройки нападения или пары защитников, так, что эти уже всем хорошо известные хоккеисты преображались и выдавали лучшие сезоны в своей карьере в команде Белякова. Когда Белякова просили объяснить, как он это делает, он отшучивался: - Да как, тут объяснить. Чистый фарт! На самом деле, у Белякова было свое виденье и понимание того, кто с кем может сыграть, чтобы это было ярко, мощно, дерзко и результативно, а кто нет. Бывают такие тренеры, которые тренируют свои команды и ведут игры исключительно на интуиции, реагируя на косвенные признаки, малозначимые детали, опираясь на случайные реплики игроков на лавке и на прочие, только им понятные и на первый взгляд незначительные проявления. Беляков в этом был спец. Интуиция и «чуйка» были его путеводными звездами в хоккее. Он всегда мог увидеть или услышать здравое зерно в игре или в беседе своих подопечных. Например, когда запыхавшийся опытный центральный на матах объяснял молодому перепуганному защитнику, что не надо бегать с шайбой и стараться отдать ее нападающим точно в крюк: «Ты, что не видишь, пока ты её возишь, они нас разбирают и накрывают. Ты еще не можешь делать это быстро. Хорош красоваться и пижонить, вбрасывай, и мы их будем там топтать, заматереешь, научишься, будем играть в пас, а пока, давай просто. Забрал, отдал ближнему или вбросил в их зону и беги закрывать борт. Нельзя давать пас в игру и в борьбу. Ты же видишь, что они плотно по нам играют. Мы шайбой только овладеем и опять её теряем. Суть хоккея забить гол, а не бороться всю игру за шайбу из-за потерь…» Беляков видел, что защитничек талантлив, но еще сыроват, но, то, что сказал матерый нападающий, Беляков быстро «срисовал» и понял о чем он. План на игру был сыграть от обороны, и ловить соперника на контратаках, но раз за разом были потери в средней зоне, атаки захлебывались, и всем снова приходилось откатываться, и поновой оборонятся. Особенно третей и четвертой пятерке. Первые две в зону соперника заходили и играли, а третья и четвертая синюю линию соперника пересекали в одной-двух атаках из шести. - Он прав, - сообразил Беляков, - Накрывают не только эту пятерку, а нас всех. Они слишком цепко играют и не дают нам пространства. Мы слишком медленно переходим от обороны к атаке. Мы пытаемся сыграть понадежней и зацепиться у них в зоне, а они съедают нас еще до приема шайбы. Надо всем всё делать быстрее. Так ребята, - тут же скомандовал Беляков, - Играем активно. Вбрасываем и топчем их там. Активно идем двумя. Закончили играть в откат! Через пару смен команда преображалась и с треском выносила соперника, а всё потому, что Беляков слушал и слышал «знаки судьбы». Помимо того, что Беляков тонко чувствовал игроков и всегда видел их лучшие хоккейные качества, он так же тонко чувствовал хоккеистов как людей. Кто-то кроме мата других слов не понимал, да и то, им в одно ухо влетало, а в другое вылетало. А на кого-то не то, что кричать, даже пристально смотреть нельзя, чтобы игрок во время матча не закрылся и не превратился в тень, вместо того, чтобы быть безрассудным воином. С кем-то можно было шутить, разговаривать о жизни, а кто-то подобные вещи воспринимал за панибратство и считал, что у него с тренером все на мази и ждал поблажек, особого к себе отношения, а потом жестко разочаровывался, и с этими ребятами себя нужно было вести всегда подчеркнуто на дистанции. С кем-то, в случае необходимости, достаточно было поговорить один на один в тренерской. А с кем-то только при всей раздевалке и сделать это нужно было так, чтобы человек ощутил на себе давление всего коллектива. Кому-то можно было довериться в самые ответственные минуты матча, а кто-то мог только «поддержать разговор». Во всем этом Петр Иванович был, как рыба в воде. Никто его этому не учил, он с этим родился. У всех есть свои таланты. У Белого был такой. За сезон в любой команде происходит многое и бывают такие события, что их никогда больше и вспоминать то не хочется. Люди есть люди. В любом коллективе бывают трения, инциденты и неприятности. Особенно в хоккейной команде, где собраны исключительно уверенные в себе мужики, воины и бойцы до мозга костей. Беляков мог на какие-то вещи закрыть глаза или посмотреть сквозь пальцы, какие-то заострить или наоборот, спустить на тормоза, но в целом под свои знамена он призывал духовитых, хищных, несгибаемых и честных парней, с которыми он тоже поступал честно. Однажды, молодой, но очень талантливый игрок Александр Зыбин пришел на вечернюю тренировку пьяный. Не так, чтобы сильно, но поддатый. За такой проступок Беляков должен был снять с юного дарования треть зарплаты. Беляков хоккеисту об этом объявил и отстранил от тренировок. Парень на утро прибежал бледный, с опущенными глазами и извинениями: - Петр Иванович, виноват. Больше не повториться. Друг из армии пришел, вот и сглупил. Лишите хоть всей зарплаты, только на лед пустите. Через два дня игра, надо готовиться. Я не хочу подводить команду и вас. Разрешите вместе со всеми на тренировку. - Зыба, я тебе все сказал. От тренировок отстранен. Свободен, – обрезал Беляков. Но порыв и поведение пацана оценил. В день игры он вызвал нарушителя спортивного режима в тренерскую: - Саня, ты эти дни что-нибудь делал? - Да. Кроссы бегал и в тренажерку возле дома ходил. - Молодец. Значит так. Сегодня будешь играть. Если забьешь две, прощу. И деньги оставлю. - Спасибо! – обрадовался молодой, - Могу идти?! - Можешь. Еще раз что-нибудь подобное повториться, из команды выгоню с треском. Ты меня знаешь. - Знаю. Я все понял. Больше не повториться. Клянусь. - Не клянись, - смягчился Беляков, - Иди и забей. Зыба две не забил. Забил одну, отдал пас и очень, очень старался забить вторую. Старался не из-за денег. Хотел вернуть свое доброе имя и расположение тренера. Беляков был хоть и жесткий мужик, но справедливый. Петр Иванович старания молодого форварда видел. Все выводы для себя сделал и после игры похвалил: - Зыба, молодчик. Хорошие моменты создавал, нужный гол забил. Так и играй. На лед всегда нужно выходить с желанием. Что касается денег, - Беляков пристально посмотрел в глаза подопечного, - Я тебя прощаю. Уговор был на две, но меня устраивают твои гол плюс пас. И твое старание, - улыбнулся Беляков, - В команде про это не слово. - Я все понял. Спасибо! – просиял Саша Зыбин. Теперь за Белякова он готов был и в огонь, и в воду. И Беляков это знал. Именно такими методами он любил и предпочитал работать. Деньги деньгами, но порядочность, верность слову и преданность игре – это самое главное в хоккее. Ведь хоккей это как война. Суровое, мужицкое дело, где слабакам и трусам нечего делать. Как нечего делать в хоккее мелким и подлым людишкам. Играть в хоккей и руководить командой можно только в полный рост, с открытым забралом, с гордо поднятой головой. Поэтому Беляков не изобретал велосипед, не придумывал никаких новомодных контрактных систем, а просто приглашал игроков, которых знал и в которых был уверен. В случае непонимания кого-то воспитывал, но если общий язык не находился, безболезненно прощался. У Белякова неприкасаемых не было. Это было его правило. Так же правилом было и то, что всё, что прописано в контракте, игрок должен получить. Всё честно и понятно. - Игрок должен быть уверен, что в его карман никто не залезет. Тогда он будет думать не о том, что заплатят или не заплатят, обманут или не обманут, а о хоккее. Как лучше сыграть, как забить, и как больше принести пользы команде. Хоккеисты играют за деньги. Это нужно помнить всегда. Вторым по значимости мотивом после денег, Беляков считал карьерный рост. «Второй мотив плавно вытекал из первого», - сформулировал как-то для себя Беляков всё в той же тетради, - «Чем ярче ты играешь, прогрессируешь и растешь, как игрок, тем больше ты зарабатываешь. Карьерный рост – это желание попасть в основной состав команды мастеров, закрепиться в нем, попасть в сборную страны, выиграть Чемпионат мира, Олимпиаду, уехать в НХЛ. Этот мотив является доминирующим у молодых игроков. На первых порах, такой мотив как деньги, например, их не интересует совершенно. Их задача заявить о себе, набраться опыта, состояться в хоккее, стать мастерами. Для всех остальных категорий игроков мотив карьерного роста так же является важным. Просто у сложившихся мастеров конечные цели другие, а именно более богатый клуб, клуб, который может стать чемпионом, сборная, НХЛ. К сожалению, Россия все еще является сырьевым придатком всех крепких держав. То же самое происходит и в нашем хоккее. Россия донор и поставщик талантов в НХЛ. Не смотря на то, что в России тоже появились богатые клубы, все равно все мечтают о Национальной Хоккейной Лиге. И не только из-за денег. В НХЛ собираются все лучшие игроки планеты, и не проверить свои силы там, значит не сказать своего главного слова в хоккее. К сожалению, и в сборные наши игроки рвутся не для того, чтобы защитить честь страны, а для того, чтобы попасть на заметку и на карандаш скаутов из Северной Америки. Тема НХЛ в России будет актуальна до тех пор, пока США и Россия не сравняются по уровню развития и стабильности экономики, а это произойдет не скоро и значит, мотив карьерный рост будет еще долго одним из рабочих и эффективных инструментов, как для игроков, так и для тренеров». Беляков считал, что карьерный рост – это основа спорта. Пока игрок хочет расти и совершенствоваться, он полезен. Как только останавливается в развитии, на инерции, рефлекторно, на опыте он может сыграть два, ну три сезона, а дальше неизбежно начинается спад, провал и небытие. Беляков всегда руководствовался одной хоккейной байкой: в жизни игрока есть три этапа: первый, когда хоккеист молчит и делает, второй, когда говорит и делает и, третий, когда говорит и не делает. Поэтому тренерам очень важно понимать в какой фазе своей карьеры находится игрок. Чем он живет и чего в дальнейшем хочет от жизни и от спорта. Когда хоккеист находится в стадии роста, и дело здесь не в возрасте, в тридцать лет тоже можно хотеть забивать в каждой игре, или установить новый клубный рекорд по хетт-трикам например, или сыграть весь сезон без удалений, место подвигу в хоккее есть всегда, так вот, если хоккеист продолжает расти, работает над собой и ставит новые задачи, такому хоккеисту нужно помогать, подталкивать, прощать какие-то ошибки. Если же он уже остановился, то четко нужно понимать, чего больше, пользы или зла будет от такого игрока. - Мне одолжений делать не надо. Есть контракт, подписанный твоей рукой. Ты должен играть. Если не хочешь, забивай в стену гвоздь и вешай на него коньки. В хоккей должны играть те, кто хотят, а не те, кого нужно уговаривать, - не лез за словом в карман Беляков, если замечал, что игрок начинает складывать крылья, тренироваться из под палки, играть без азарта, без желания, не радоваться победам, не огорчаться поражениям. - В команде не должно быть равнодушных! Все мы вместе куём победы и проигрываем тоже вместе. Мы все должны развиваться, к чему-то стремиться, потому, что наши соперники, я уверяю вас, делают это. И мы не должны отставать от них и давать им шансы. Движение – это жизнь, - любил говорить Беляков, когда уставшей команде предстояло сыграть овертайм, или переломить ход неудачно складывающейся игры, отыграть две-три шайбы, - Если мы сможем здесь и сейчас, то мы сможем и в следующий раз. Даже в этой тяжелой ситуации, есть возможность немного подрасти, и продвинуться вперед! Давайте парни, как в детстве, дружно, по одному не бегаем, шайбу не таскаем, а передаем, партнеров уважаем, бьемся друг за друга! Если выиграем, после игры с меня сок или газировка! – заводил раздевалку Беляков, и на изможденных лицах появлялись улыбки, команда начинала переговариваться, шуметь, ободрять друг друга и с боевой спокойной уверенностью выходить на лед. На счету Белякова было много молодых игроков, которым он дал путевку в жизнь. Если мальчишка был с проблесками мастерства, был с характером и нормальным воспитанием, Беляков после того, как присматривался к нему, садил перед собой и спокойно договаривался: - Давай так, - начинал Беляков, - Я дам тебе возможность играть. Дам возможность закрепиться в основном составе. Сам позвоню и помогу попасть в молодежную сборную, и если будешь трудолюбив и упорен, поедешь на молодежный чемпионат мира и попадешь на драфт НХЛ, о котором вы все так мечтаете. Но за это ты на тренировках пашешь как проклятый и в официальных матчах играешь строго по заданию в рамках схемы. Без всяких твоих: «Я хотел, я думал, так будет лучше». Сказано в зону входим вбросом, значит вбросом. Сказано, играем в откат, значит в откат. Нарисую активно, значит бежишь и давишь. Без самодеятельности. Если мы сейчас с тобой договариваемся, и все будет без нареканий, вырастишь в классного игрока и станешь богатым человеком. Если мои условия для тебя неприемлемы, жмём руки, прощаемся, вместе больше никогда не работаем и продолжаем друг за другом наблюдать по телевизору. Естественно все соглашались. Правильно построенный разговор, перспективы карьерного роста и предложенный шанс на успех, срабатывали безотказно. С более взрослыми игроками Беляков разговаривал иначе. Менялись условия договора, но не менялись тон и суть: - Я тебя в паузах отпускаю в сборную, ты оттуда приезжаешь без травм и играешь весь сезон без спадов. Честно тянешь лямку и команду. Если, кто-то хотел пересмотреть контракт, зарабатывать больше и к этому были предпосылки в виде голов и передач, Беляков так же садился с игроком друг напротив друга, и они договаривались. Беляков любил игроков и всегда был рад им помочь, был рад, когда они росли и у них получалось: у молодых закрепиться в составе, попасть на чемпионат мира, у ребят постарше, заматереть, получить приглашение в главную сборную страны, у самых ярких подписать контракт в НХЛ и не просто зацепиться, а заиграть там. Во всех успехах, Петр Иванович Беляков видел колоссальный труд своих хоккеистов и невидимую, неосязаемую свою причастность. Карьерный рост и перспектива – это очень сильные мотивы для самореализации. Просто нужно выбрать правильную лошадку, правильно ей все объяснить, ну и конечно, поставить на неё. Кто не рискует, тот не рискует! Амбиции и честолюбие были любимыми струнками в системе мотивации Белякова, за которые он очень любил дергать своих игроков. «Возможно это главный мотив, на котором основывается развитие и становление профессионального спортсмена», - в своей тетради Беляков этот тезис подчеркнул и жирно обвел, - «Амбиции и честолюбие заставляют игроков доказывать себе, тренерам, партнерам и соперникам чего они стоят. Спорт – это конкурентная среда, а потому, стремление быть лучшим и первым, является основополагающим в спорте. Нюанс заключается в том, что тренеру важно понять, кто из игроков по психотипу интроверт, а кто экстраверт. Интроверту важно доказать себе. Экстраверту всем остальным. С экстравертами все просто. Им достаточно хорошей личной статистики, хороших отношений с тренером, признание прессы и болельщиков. С интровертами все сложней. Внешние общепринятые достижения и успехи их не волнуют. Для них главным мерилом является то, как именно они оценивают себя. Команда может выиграть, а игрок являющийся интровертом, например не забил. Вся раздевалка будет в прекрасном настроении и с удовольствием пойдет на ужин, а игрок интроверт может пробыть в подавленном состоянии несколько суток, не говоря уже о бессонной ночи после игры. Поэтому с этой категорией хоккеистов тренеру нужно быть очень внимательным и возможно больше времени уделять им психологу команды, а если такового нет, то тренеру лично. В работах по психологии встречается мнение, что абсолютно все люди делятся на две категории. Одним нравится жизнь в процессе, другим нравится достигать результатов. Девяносто девять и девять десятых всех спортсменов, безусловно, относятся ко второй категории. Спорт, как уже упоминалось, – это конкурентная среда и достижение результатов, не важно, личных или командных – это и является главной задачей для спортсменов. Совершенствование личного мастерства или улучшение личной статистики, выигранные медали, Кубки, международные турниры, все это является целью спортсменов, что и заставляет их работать и совершенствоваться. Честолюбие и амбиции безусловно важный рычаг воздействия на игроков и на этой тонкой струне, если не дергать ее сильно и часто, тренер может играть бесконечно. Каждый новый рывок в тренировке, каждая смена в игре, каждый новый матч – это вызов, на который хоккеист должен отвечать, поэтому спортом и хоккеем в частности занимаются только честолюбивые и крайне амбициозные люди, жадные до побед и наград». Еще в юности, только начиная играть в центре и делая свои первые шаги в профессиональном спорте, Белый знал, что игра с сильным соперником всегда показывает, кто есть кто. Всегда были хоккеисты, которые и хотели бы победить, но еще до вбрасывания убеждали себя, мол, зачем жилы рвать, ведь нас все равно обыграют. Такие, в спорте не задерживались. А есть другие, которые честолюбивы и стараются держать марку в любой ситуации. И чем сильнее соперник, тем надежнее и мощнее они играют. Таких, мало, но именно они самые ценные. - Почему? – как-то разоткровенничался на одном ток-шоу на телевидении Беляков, - Да, потому, что хоккеисты первого типа будут стараться и показывать свою силу лишь в противостоянии со слабыми соперником. В заведомо победном матче они забьют максимальное количество голов. Таким образом, они легко наберут много результативных очков. Однако для команды не имеет значения, выиграла она со счетом 2:0 или 9:0. Победа, есть победа. А игрок с психологией второго типа может в легком матче не забросить ни одной шайбы, но зато встречу с сильным соперником проведет на уровне, разозлится и не уступит. В этом случае выигрывает команда, а не только конкретный хоккеист. Конечно, если слабовольных ребят в составе оказывается больше, вытянуть игру тяжело. Вот и получается, что результативность коллектива зависит как от усилий каждого человека в отдельности, так и от всех игроков вместе взятых. Одним словом, команда должна быть командой. Желательно, чтобы у тренера была одна или лучше две пятерки амбициозных, честолюбивых бойцов с положительной мотивацией. Пятерка лидеров. Иногда случаются трудные матчи, но когда в команде есть стержень, другие хоккеисты невольно подтягиваются. Если на площадке становится жарко, и кто-то отчаянно бьется и борется за шайбу, остальные, как правило, из боя уже не выходят. Срабатывает рефлекс: своих надо поддержать, чем мы хуже? Не быть хуже других, а быть лучше, вот на чем держится мотив амбициозных и честолюбивых. Здоровые амбиции в своих игроках Беляков всегда поддерживал. Одобрял, когда ребята рвались в сборные, никогда не препятствовал их отъезду на международные турниры, хотя как клубный тренер, должен был запрещать и не отпускать, так как хоккеисты могли вернуться с травмами, надолго выпасть из процесса, пропустить кучу игр, а в сборную приглашают ведь самых лучших, лидеров. У Белякова были случаи, когда команда проваливала целые серии, проигрывала по пять, по семь и даже по девять игр подряд из-за того, что сборники не могли помочь команде, в которой у них зарплаты и не малые. Бывало так, что на Евротуры из команды Белякова уезжали все легионеры: шведы, финны, чехи, короче все иностранцы и еще два-три русских игрока и команда не могла даже полноценно тренироваться. Приходилось поднимать молодняк из фарм-клуба, передергивать все пятерки, а когда на половину перебитые сборники возвращались в клуб, практически весь молодняк приходилось ставить на игры. Владельцам и руководству клуба это очень не нравилось. Мало того, что травмированным приходилось платить огромные зарплаты в полном объеме, так еще команда проигрывала и не набирала очки. Боссы Белякова кошмарили, стращали, но Белый был непреклонен: - Ну, потеряли мы сейчас очки. Недобрали. Но цыплят-то по осени считают. Эти ребята весной в плей-офф будут играть совсем на другом уровне. Любой вызов в сборную, не важно в молодежную или основную, это качественный скачек вперед для любого игрока. Это рост и развитие. К тому же мы молодым даем в отсутствии лидеров пороху понюхать. Поэтому хоккеистов в сборные я отпускал и отпускать буду. Если что-то вас не устраивает, увольняйте. Эти вызовы на ковер всегда были шумные, эмоциональные, но дальше разговоров на повышенных тонах дело не шло. Да и не каждый раз игроки из сборных возвращались с травмами. Уставшие да, но с тяжелыми травмами очень редко. Хоккеисты Белякова за такую позицию очень ценили и уважали. Белый сам играл в сборной и знал, насколько это важно для любого игрока. Поэтому он горой стоял за своих спортсменов и как мог поддерживал их здоровые амбиции и подпитывал их честолюбие. Чего не сделаешь ради дела! За свою долгую хоккейную жизнь Беляков видел много талантов. Играл с ними, тренировал их и всегда восхищался нестандартными решениями в игре, тонкими, порой только им понятными ходами, игровитостью и голевым чутьем этих ребят, их стабильной мастеровитостью, умением вселять уверенность, одним только своим присутствием на льду, в партнеров и ужас в соперников. Восторгался магией и красотой забитых шайб, причем, эти парни не стеснялись рисковать и забивать дерзко, по пижонски, с излишней изящностью в самые тяжелые и переломные моменты матча. У другого бы руки затряслись и ноги подогнулись от ответственности, а эти элегантно, по эстетски, легко и играючи вколачивали переломные шайбы или победные буллиты в ворота соперников. Многим кажется, что таким талантливым ребятам все дается очень легко. Так и есть. Они избранные, избранные этой великой игрой. Но бегать кроссы, потеть под штангой, отрабатывать в обороне, ловить на себя шайбы и биться в кровь им приходится так же, как и всем. Да, хоккей – это, прежде всего игра, где есть место и смекалке, и артистизму, и импровизации и умению оказаться в нужном месте в нужное время, но вместе с тем, это еще и тяжелый труд. Пахота за гранью человеческих возможностей, поэтому на одном таланте здесь не уехать. У Белякова был четкий рецепт, как работать с такими, Богом поцелованными ребятами, гениями хоккея. Им главное не мешать! Важнейший и основной мотив для ярких, неординарных и одаренных хоккеистов – это удовольствие от игры. Этот мотив в своей тетради Беляков записал, словно под диктовку, за считанные минуты. Он давно его сформулировал для себя еще в бытность игрока. Более того, Петр Иванович считал, что, все успешные люди, чем бы они не занимались, медициной, ядерной физикой или поэзией, в первую очередь опираются на него. Не возможно массу времени, все свои таланты и возможности тратить на то, что ты не любишь. Беляков не раз ловил себя на мысли, что тренерский хлеб тяжел, а местами просто невыносим, и деньги на жизнь давно заработаны, из этого поезда можно уже давным-давно выйти… Но - эта работа приносит ему столько радости, столько счастья и удовольствия, привносит смысл в его жизнь, заставляет всё время к чему-то стремиться, и любит он её не за деньги, а потому, что хоккей для него – это не работа, а образ жизни. Конспекты и записи, которые Беляков начал вести еще довольно молодым парнем, это тоже часть его жизни. Тогда он не думал, что будет тренером, записывать и систематизировать свои знания и наблюдения его никто не заставлял, контракт повысить тоже за это никто не обещал. Он начал это делать для себя, чтобы лучше понять и разобраться в этой великой игре и когда очередь в его системе дошла до раздела – удовольствие от игры, он с не меньшим удовольствием записал: «Заниматься любимым делом и за это еще и получать деньги – это ли не счастье! Есть большая категория игроков, которая, как и в детстве от хоккея, получает, прежде всего, удовольствие. Они не относятся к хоккею как к работе, а как к любимой игре. Но это совершенно не значит, что они не профессионально и не серьезно относятся к своим обязанностям на льду. Просто они получают удовольствие и от процесса, и от хорошо проделанной работы. В то же время, это не значит, что их не интересуют деньги или карьерный рост. Одно другому не мешает. Удачно проведенное действие, забитый гол, тонкая, хитрая голевая передача или выигранная игра дают им положительные эмоции, новые силы и позитивное отношение к жизни». Как-то, в межсезонье Петра Ивановича Белякова, заслуженного тренера России попросили провести открытую лекцию для студентов спортивной академии тренерского факультета кафедры хоккея. Беляков с удовольствием это сделал, ответил на все вопросы будущих коллег в конце мероприятия и, когда под аплодисменты почти покинул зал, к нему подошли журналисты. Один из вопросов был о мотивации, которую тогда Беляков вкратце упомянул на лекции: - Что же все таки, движет людьми, у которых давно уже все есть, и деньги, и слава, и признание, а главное, все получается в игре? Что движет игроками без слабых мест, которые и бегут, и бросают, и обыгрывают, навязывают и не проигрывают борьбу, забивают, отдают, одним словом, звездами? Как вы заставляете звезд? Или договариваетесь с ними, что они блестяще играют в каждом матче? Беляков улыбнулся: - Вы задаете вопрос, ответ на который потребует отдельной лекции. - И все-таки? - Если коротко, то скажу так: я никого не заставляю и не уговариваю. У игроков есть работа в клубе, и они её выполняют. Если не выполняют, мы прощаемся. Однако любой хоккеист даже самый порядочный, честный и трудолюбивый не может постоянно находится на пике своей игровой и физической формы. В этом и заключается работа тренера, кого он заявляет на игру и как к ней готовится. - Ну, это общие слова, ну скажите, что-нибудь конкретно, ну хотя бы один пример, вы так интересно рассказывали…Что, все-таки, движет богатыми игроками, как заставить звезд работать, - не сдавался журналист. - Вы вряд ли поймете, но я попробую. Удовольствие от игры, вот, что ими движет. - И только? - А этого мало? - Может, как-то поясните? К счастью Белякова, ему начали задавать другие вопросы, он на них спокойно ответил, но вопрос журналиста про звезд его натолкнул на новую мысль, которую он в деталях обдумал по дороге домой и, сформулировав, записал: «Удовольствие от игры получают не только звезды. Любой молодой мальчишка, попавший в заявку на игру и, одевший впервые клубную майку, испытывает удовольствие не меньше, чем сложившаяся мастеровитая звезда от ярко забитой шайбы. Те, кто не испытывает удовольствие от игры, в хоккей не играют, потому что, ни за какие деньги невозможно терпеть те нечеловеческие нагрузки, которые испытываю хоккеисты за матч или переваривают во время тренировок. Ни за какие деньги невозможно переносить кочевой образ жизни профессионального игрока и постоянную разлуку с близкими, полжизни вдали от дома. Ни за какие деньги невозможно раз за разом спокойно переживать тяжелые травмы, переломы, разрывы связок и сотрясения мозга. Это все невозможно если у хоккеиста не получается классно играть и он не испытывает удовольствия от игры в хоккей. У всех успешных игроков в обязательном порядке присутствует этот элемент мотивации – удовольствие от игры. Те, кто еще в начале пути, в обязательном порядке стремятся к тому, чтобы хоккей приносил удовольствие и важная задача тренера, помочь игроку получать это удовольствие. Потому, что в хоккей можно задорно и с огоньком играть, а можно тяжело и каторжно работать. Для тренера, любой игрок – это инструмент. Поэтому для достижения результата всей команды необходимо использовать самые сильные качества каждого из игроков, а не переучивать их и не стричь под одну гребенку. Если игроку давать играть, как он хочет и умеет, если при этом у него получается, то его продуктивность сто и выше процентов. Если игрок загнан, неуверен, все делает из под палки, недоволен партнерами, игровым временем и прочим – его эффективность не больше сорока процентов. Поэтому нужно брать настоящих игроков с большим арсеналом возможностей и создавать для них все условия, чтобы они могли эти возможности реализовывать и получать удовольствие от игры, от результата, а вместе с ними удовольствие будут получать и тренер, и клубное руководство и болельщики. Глупо забивного форварда, голеодора использовать только в меньшинстве или заставлять играть исключительно в обороне. Если техничный парень может и умеет забивать, то под такого можно и целую пятерку собрать, с непроходимыми, надежными защитниками, владеющими первым пасом, с умным центральным, который так же первым касанием шайбы сыграет на него, с еще одним подыгрывающим нападающим, который не будет тянуть одеяло на себя, не будет чураться черновой работы, а так же, с удовольствием сыграет на лидера. Всё солидно, у всех своя работа, все роли распределены, а значит, все при деле, и результат будет. При этом, все будут кайфовать от процесса». Беляков перечитал написанное, остался доволен, и перелистнув страницы заглянул в раздел, который он когда-то написал о эгоизме. Петр Иванович Беляков очень не любил эгоистов. Нет, не жадин, которые не играют в пас и могут запороть любой момент. И не выскочек, которые, красуясь собой, в одиночку могли протащить шайбу через все поле, обыграть по пути своих и чужих, бросить мимо ворот и пешком поплестись в свою зону, делать вид, что обороняются. Он не любил эгоистов, которые могли свои интересы поставить выше интересов команды. С такими людьми, он просто не имел дел. Однако к эгоизму, как к мотиву для достижения результатов в спорте, Беляков относился с уважением. «Все игроки эгоисты, - начал читать он, - А эгоизм в спорте является важнейшей движущей силой на пути к успеху. Более того, только в спорте эгоизм узаконенная форма отношений между людьми, так как все хотят быть лучшими и первыми, а золотая медаль-то, она одна», - Беляков улыбнулся: - Это я лихо завернул, - вслух сказал он и продолжил читать: «Чем больше эгоистов в команде, тем больше шансов у этой команды на победу. Нюанс в том, что тренер всех эгоистов должен объединить одной идеей и всю эту сокрушительную энергию направить в нужное русло. Например, молодые игроки, молодые эгоисты, рвутся в состав и это отлично. Они пашут, доказывают. Даже на тренировках стараются не проиграть ни одного рывка, ни одного подхода к штанге опытным и сложившимся мастерам. Они пришли на их место и, не стесняясь, это демонстрируют, тем самым подстегивая и себя и их. Возрастные эгоисты, ветераны, хотят доказать, что они еще будь здоров, еще поиграют и уж точно не хуже молодняка. Более того, готовы дать молодым сто очков форы, так как за их плечами опыт, титулы, победы. Звезды и самые талантливые, тоже вовлечены в этот процесс, они гонятся за личными рекордами, за персональными бонусами и в каждой игре и себе и партнерам стараются доходчиво объяснить, почему именно у них самые большие контракты. Они, как истинные эгоисты хотят в одиночестве находиться на хоккейном Олимпе. Конкуренция – это прекрасно. Если грамотно использовать эгоизм и желание быть лучшим каждого игрока на благо команды и общего дела, то не будет такого соперника, который сможет выстоять против заряженных на успех, жадных до побед и абсолютно ничего не стесняющихся талантливых эгоистов». В одной из команд у Белякова был парень, Никита Чистяков, который своим эгоизмом переплюнул, превзашел и затмил всех. Ему мало было обыграть и сделать из защитников соперника идиотов. Ему мало было тонко отдать или забить. Он играл так, что и своих партнеров и соперников провоцировал на действия, которые приводили к голу. Беляков не сразу его раскусил и даже долгое время не мог понять, почему у такого техничного нападающего бывает столько моментов за игру, где он мог бы забить, а он не бросает? Играет на партнеров, пасует, отдает, стягивает на себя двух, а иногда и трех игроков соперника, шнурует их по несколько раз, будто цель хоккея не гол, а красивая обводка. Его пятерка никогда не поливала от синей линии, не лезла с рогами на ворота, никогда не старалась забить «мусорный» гол, то есть гол любой ценой. Они всегда разыгрывали до верного, передачами и сменой мест, открываясь друг под друга, просто разрывали оборону соперника в клочья и завозили шайбу в пустые ворота под рев трибун. Беляков внимательно изучил статистику Чистякова и обнаружил, что за все сыгранные сезоны у талантливого нападающего передач в пять, а то и в шесть раз больше чем голов. Причем по набранным очкам парень входил в пятерку, а то и в тройку сильнейших в любой команде, где играл. Для Белякова это было непонятно, разрыв шаблона. Гол – это венец хоккея. Все хотят забить, а тут, такое впечатление, что у парня свой, какой-то совершенно иной взгляд на хоккей. Беляков понимал, что он имеет дело с чем-то очень необычным и решил поговорить. - Чистяк, ты почему не бросаешь? У тебя в каждой игре стопроцентные моменты, но ты их не используешь!? - Разве мы мало забиваем, - спокойно спросил игрок. - Да нет, забиваете нормально, но могли бы больше. Уж ты бы точно мог в каждой игре по одной на себя записывать. Или что, твоя фамилия на табло не смотрится? Стесняешься может быть?! – пошутил Беляков. - Отлично смотрится, - улыбнулся Чистяк, - Просто мне нравится играть в такой хоккей, когда я подумал и за себя, и за партнеров и за соперника. Все просчитал, все учел, нигде не ошибся… Беляков ожидал что угодно, но только не такой ответ. - То есть… ты мне хочешь сказать, - до Белякова медленно начало доходить и он так же медленно начал вслух формулировать свою мысль, - Что тебе… не так интересно забить гол, как намного интересней… выступить этаким кукловодом, серым кардиналом, который за всех все просчитал и как детей подвел к нужному решению? - Браво, Петр Иванович! Классно сказано, прямо в точку! - Интересно. Мне это надо обдумать. Больше не задерживаю. Чистяков ушел, а Беляков еще долго был под впечатлением, от этого короткого разговора. Ни с чем подобным, ни до, ни после, он в жизни не сталкивался. Парнишка, конечно, был талант, но так открыто не уважать хоккей, партнеров и соперников – это было за гранью понимания Белякова. Однако осмыслив все и успокоившись, он решил оставить все как есть и не трогать ни Чистяка, ни его пятерку. - Звено играет, результат есть. Для команды это самое главное. Ну, а то, что Чистяк со странностями, так мы все немного сумасшедшие, - решил Беляков, и через несколько дней в полушутливой форме снова вернулся к разговору: - Чистый, а я все понял. Я сначала думал, что ты маленько того, не в себе. А потом до меня дошло. Ты эгоист, каких белый свет не видывал. Нет, ты не эгоист, ты тиран. Тебе надо, чтобы все было по твоему. - Разве это плохо? - Не знаю, жизнь покажет. И жизнь показала, что все сочетания в которых играл Чистяков, демонстрировали приличную и результативную игру и Петр Иванович Беляков с удовольствием приглашал Чистяка, когда тот был свободен, во все свои команды, в которых работал. Просто ставил к нему в тройку нападающих и добавлял пару защитников, которые тоже могли обыграть один в один, не отбрасывались, могли спокойно подержать шайбу, умели играть в пас и как результат, трибуны ревели и бесновались, когда эта пятерка входила в зону, вставала в позиционную атаку и солидно, без спешки, методично начинала, как говорят в хоккее - возить соперника «мордой по льду». А вот на большинство техничная пятерка Чистякова не выходила. - Большинство надо сто процентов забивать. А мало ли, что у Чистого в голове в этот момент будет, так что экспериментировать будем в равных составах, - решил однажды Беляков и стабильно придерживался этого плана. Когда Беляков разобрался с мотивацией, он подробно расписал, какие мотивы являются доминирующими для разных групп хоккеистов. Сделав это, он довольно четко для себя определил, что у разных игроков, в зависимости от их психотипа, уровня образования, социальной адаптации, мировоззрения и представления картины мира мотивация может строиться как на одном мотиве, так и на всех пяти. В связи с этим, игроков любого профессионального хоккейного клуба можно разделить на шесть групп. Беляков начал с молодых. Молодежь Петр Иванович Беляков очень любил. Они уже умели не мало, раз уж попали к нему в состав, но у молодых игроков еще был огромный запас, нераскрытый потенциал, который проявится когда они «обрастут мясом», станут сильнее физически, наберутся опыта, заматереют, отточат мастерство и станут более устойчивы к стрессовым ситуациям в матчах. Из молодого мог вырасти великолепный мастер, сильный, уверенный в себе мощный игрок. А мог и не вырасти. Шаг из молодежного хоккея в профессиональный всего один, но бывает, что именно его не все могут сделать. Беляков за свою жизнь видел много прекрасных превращений и немало горьких разочарований. На войне, как на войне. И все же, Беляков очень любил работать с молодыми хоккеистами. К этой группе игроков Беляков относил в своей системе парней в возрасте от шестнадцати до двадцати лет. Это перспективные, подающие надежды хоккеисты, которые, как правило, являются воспитанниками клубных, то есть своих, спортшкол, которые блещут в «дублях», подпускаются к основе и приглашаются в юниорские и молодежные сборные страны. С финансовой точки зрения, у этих игроков есть очень большой плюс – они готовы играть за минимальные контракты. На этом этапе деньги им не так важны. Их мотивация строится на карьерном росте. Им нужно заявить о себе в хоккее, попасть в основной состав профессионального клуба, удержаться там, попасть в молодежную сборную, выиграть чемпионат мира по молодежи, попасть на драфт, попасть в главную сборную страны, уехать в НХЛ. Молодых игроков, считал Беляков, имеет смысл подписывать как минимум на два года. В первый сезон молодой игрок, как правило, обкатывается и если в первом же сезоне у него появляются успехи, на второй год финансовые условия можно пересмотреть. Это справедливо по отношению и к игроку, и к клубу. В случае если игрок не оправдывает надежд, после первого сезона контракт расторгается, что тоже является сильной мотивацией для молодых хоккеистов. В некоторых ситуациях, имеет смысл подписывать молодых хоккеистов на более длительный срок, вплоть до пяти лет. В этом случае игрок может играть и набираться мастерства в фарм-клубе, с постепенным подключением к первой команде. Практика Белякова показывала, что далеко не все молодые хоккеисты готовы заблистать в первые же год или два. Кому-то нужен более длительный срок, чтобы набраться опыта, «опериться» и поверить в себя. Некоторых игроков нужно «ждать». Бывают случаи, что парень провел два-три сезона в структуре одного клуба, там решили, что он уже не перспективен и отпустили, а парень взял и заиграл в другой команде. Молодые игроки это не только резерв, но и ресурсы клуба. Зачем наигрывать молодежь для кого-то? Лучше подписать долгосрочный контракт и работать на будущие не торопя события. Беляков предпочитал брать игроков на вырост и никогда не форсировал их подготовку. - Каждому фрукту свой срок, - любил говорит Петр Иванович, когда руководство начинало нервничать, почему у Белякова бывало по пять и шесть игроков, которые болтались между первой и второй командой. Плюсы молодых были в том, что они полностью отдавались игре и готовы были умереть на льду за Белякова, за предоставленные шансы. Но и минусы тоже были. О них Беляков подробно писал в своих заметках: «Минусы молодых игроков в том, что в силу возраста, неустоявшейся психики, излишней эмоциональности и несформировавшейся до конца картины мира, тренеру очень много времени приходится уделять молодежи, постоянно мотивировать их как психологу, так и следить за их тренировочной, игровой и бытовой дисциплиной. Есть еще один тонкий момент, который нужно учитывать в работе с молодыми и при этом талантливыми игроками. Им с молодых ногтей агенты сулят золотые горы и невероятные контракты, но при этом просят и убеждают игрока в том, что он не должен думать о команде, а работать только на свою личную статистику, чтобы агенту проще было его продать, предложить в сборную и поставить на драфт. Здесь тренеру нужно держать руку на пульсе и внимательно следить за игровой дисциплиной талантливой молодежи. В случае чего, всегда можно припугнуть лавкой и даже на несколько игр посадить в глубокий запас. На мой взгляд, в команде молодых и подающих надежды игроков может быть пять - семь человек. Большая группа молодых игроков создаст внутреннюю конкуренцию среди молодых же за место в составе, что становится еще одним мотивом для подающих надежды хоккеистов и еще одним инструментом управления в руках тренера. Финансовые затраты клуба на содержание целой группы молодых игроков за сезон будет равна одному контракту взрослого и опытного хоккеиста, а то и половины от него. В последнее время клубы стали «считать» свои деньги и молодым игрокам внимания все больше и больше. Невероятно, но большое внимание молодым игрокам уделяют именно богатые клубы, и дело тут не только в экономии и в эффективном расходовании средств, а в том, что чем раньше молодая звезда попадет в орбиту клуба, тем больше пользы она принесет. В случае же, если молодой игрок так и не заиграет, клуб ничего не теряет и спокойно расторгает контракт. Не маловажен тот факт, что при выборе молодых игроков нужно отдавать предпочтение тем, кто уже что-то выигрывал или был призером на крупных и статусных турнирах, например, в чемпионате страны по своему году, в составе юниорской и молодежной сборной на чемпионатах мира и прочих международных турнирах. Психология победителей – это не красивая фраза. Она есть, и она воспитывается, а воспитывается именно через горнила турниров. Через победы. Не всегда бывает так, что команда чемпион на протяжении всего турнира всех обыгрывает и выносит в одну калитку. Не всегда все бывает ровно и гладко. Некоторые игры складываются чрезвычайно драматично и победа в них – это неоценимый опыт для мальчиков, которые потом станут профессиональными игроками. Бывает так, что ход матча нужно переломить, или не занервничать в сложной ситуации, не опустить руки, не сдаться, уметь терпеть и не удалятся в сложных ситуациях, уметь обуздать свои эмоции и сыграть на команду. Через все эти нюансы, безусловно, проходят, затем их анализируют молодые игроки с большим турнирным опытом, а значит со временем эти грани мастерства дадут свои плоды, когда молодежь будет играть за свой профессиональный клуб, ибо не зря говорят, что победители и чемпионы к победам относятся как к должному, а к трудностям, как к развлечению». Беляков в выборе игроков в свои команды, всегда отдавал предпочтение тем, кто что-то в своей жизни уже выигрывал. Необязательно золото. Серебро и бронза на международном уровне - это тоже очень достойно. Если речь шла о легионерах европейцах: шведах, финнах, чешских или славатских хоккеистах, то это обязательно должны были быть члены своих национальных сборных и обязательно, хоть что-то, выигрывавшие со своей сборной. Если речь шла о канадцах или американцах, то это обязательно должны были быть парни из НХЛ и обладатели «Кубка Стенли», если речь шла о своих, о русских игроках, не важно опытных или молодых, то это тоже должны были быть хоккеисты вкусившие победы чемпионата России, игроки основной или молодежной сборной, ощущавшие на своих шеях приятную тяжесть медалей. - У меня нет времени прививать им ген победителей. Они уже должны быть с ним, - объяснял свой отказ подписать того или иного хоккеиста руководству клуба или его агенту. Те естественно считали это придурью Петра Ивановича, но он знал, что делал. Всегда имея большую группу молодых игроков в своих командах, Беляков к их «образованию» привлекал опытных, возрастных хоккеистов, в народе зовущихся «дядьками». Дядьки – это была еще одна категория игроков, которая железно входила в общую систему комплектования любой клубной команды Петра Ивановича Белякова. О них в своих наблюдениях Беляков писал следующее: «Дядьки – это крепкие, надежные середняки. Возрастные игроки тридцати трех - тридцати пяти лет, которые уже не являются скоростными, но их опыт, навыки и знание хоккея очень полезны команде и особенно молодым хоккеистам. По уровню контрактов они тоже уже не дорогие, лучшие их годы в хоккее уже прошли и их, прежде всего, интересует стабильность. Их больше устраивают контракты на несколько лет. Пусть они будут не большие, но гарантированные. «Дядьки» не любят на закате карьеры менять команды, так как они уже «наездились». К тому же для них на первый план выходят уже не спортивные амбиции, а интересы семьи. К тридцати годам у них, как правило, старшие дети уже ходят в школу, и менять школы, квартиры и города и, без того поездившим уже семьям, не хочется. Поэтому для возрастных игроков постоянство и стабильность выходят на первый план. Мотивы их поступков на льду и вне льда таковы: свои амбиции в хоккее они давно утолили. Карьерный рост их уже не интересует – в сборную пригласят вряд ли, в НХЛ тем более. Получать удовольствие от хоккея они тоже уже не могут, так как в их возрасте хоккей превращается в тяжелую работу с запредельными нагрузками. При этом процесс восстановления становится все дольше и дольше, да и травм к тридцати годам набирается достаточно. Поэтому их интересует только финансовая стабильность. У дядек основной мотив финансовый еще и потому, что карьера хоккеистов подходит к концу, а значит подходит к концу и устоявшаяся привычная жизнь. Нужно готовиться к следующему жизненному этапу. Отсюда и возникают все психологические проблемы, с которыми нужно бороться тренеру в случае с дядьками. Как правило, у этой категории игроков очень высокий уровень самоуважения и порой завышена самооценка. Они прожили полнокровную хоккейную жизнь, многие играли в сборных, выступали за европейские клубы и играли в НХЛ, видели другую жизнь, другую культуру и, что не мало важно, за границей они жили в другой культуре и среде отношений между людьми. Они к этому привыкли и требуют к себе очень уважительного отношения. Это нормально, просто тренерам нужно принимать это в расчет. Эти игроки давно не бедные ребята, и их платежеспособность, в сложной в финансовом отношении России, формирует в них «избранность», а отсюда чрезмерное честолюбие и как я уже упоминал, завышенную самооценку. Среди опытных игроков в силу их возраста много людей мнительных и обидчивых. Им очень не хотелось бы оказаться за бортом хоккея раньше, чем они запланировали, поэтому любое замечание и нажим могут их вогнать в «разобранное состояние». С ними, как и с молодыми приходится достаточно много работать индивидуально. Возрастные игроки уже одной ногой в жизни вне хоккея, а потому они уже боятся травм, у них завышена оценка степени опасности, они уже не хотят играть через «не могу», они стараются себя беречь и играть без риска для своего здоровья. Принимая во внимание все это – тренер должен мотивировать возрастных игроков следующими тезисами: во-первых, человек прожил яркую хоккейную жизнь и не стоит портить о себе впечатление под конец. В спорте лучше уйти на десять лет раньше, чем на один день позже. Один неудачный день может перечеркнуть все былые заслуги. Не стоит беречься и бояться травм, так как в хоккее осталось прожить всего ничего и наоборот, нужно играть полноценно и полнокровно, так как каждый миг, каждая смена и выход на лед уникальны, и в скором будущем уже никогда не повторятся. Дальше будет все, о чем мечтаешь, но уже без хоккея. Сборы, тренировки, игры – они уже никогда не повторятся. Поэтому нужно наслаждаться хоккеем и упиваться каждым мгновением, так как все в нашей жизни конечно, а на последок, лучше всего громко хлопнуть дверью! Объяснив все это, грамотный тренер может с успехом сыграть на честолюбии. Все спортсмены амбициозны, честолюбивы и дорожат своей репутацией, которая зарабатывалась потом и кровью долгие годы. Закат картеры неизбежен, все это понимают, а потому взрослые хоккеисты страшатся предстоящих перемен. Они боятся другой новой жизни. Всю сознательную жизнь игроки проводят в коллективе себе подобных. Хоккеистов, как детей, будят, кормят, перевозят с тренировок на базу, с базы на игры и т.д. Всю сознательную жизнь думают за них. Но им необходимо объяснять, что не стоит бояться перемен. Им нужно говорить примерно следующее: «Если уж вы в хоккее выжили и состоялись в нем, то поверьте, среди обычных людей у вас получится все еще лучше». Возрастные игроки, как избалованные дети, требуют большего к себе внимания, но им стоит его уделять, ибо возраст - это опыт и авторитет, на которые тренер может в какие-то очень важные моменты опереться, как на площадке, так и вне её. Дядек в команде может быть два - три человека. Так же как и с молодыми, при выборе возрастных игроков, нужно отдавать предпочтение тем, кто выигрывал клубные чемпионаты страны и международные турниры в составе сборной. Опыт и авторитет этих людей может сыграть важную роль в становлении команды, её сплочении, а так же в организации игры. Авторитетные игроки это еще и важный рычаг управления командой в руках умного тренера. У возрастных игроков есть еще одно важное качество, которое может быть полезным для молодых хоккеистов первой команды, так и второй. В силу естественного положения вещей, а точнее физиологии, возрастные игроки не могут долго находиться на пике физической формы или долго поддерживать оптимальную форму. Спады неизбежны и грамотные тренеры это отлично знают. Поэтому дядькам требуется больше времени на отдых. Они играют процентов на двадцать меньше игр. Игрок тренируется и живет по расписанию команды, но в играх не участвует. В Америке, например, есть такая практика – переводить возрастных игроков в фарм-клубы. Если спад неизбежен, а физическую форму все равно нужно поддерживать, то почему бы действительно не отправлять взрослых хоккеистов на период «реабилитации» в фарм-клубы». В одном интервью Беляков так и сказал, - Американский опыт непременно нужно перенимать, я считаю, что такая идея сама по себе правильная. Только много игроков опускать в фарм-клуб не стоит. Следует избирательно подходить к вопросу о том, кого можно подпускать к молодым, а кого нет. Все должно определяться целями. Молодые действительно быстрее учатся, когда у них есть живой пример отношения к игре, выполнения всех предписываемых правил. На тренировке весьма полезно, когда опытный человек, играющий с тобой в одной тройке или паре, подсказывает, что лучше сделать в данный момент. Так быстрее доходит, скорее возникает понимание сути. Однако старший товарищ при этом должен быть достоин доверия. Ему необходимо обладать хотя бы задатками педагогического таланта и, главное, он должен иметь желание делиться своим опытом. Помните, когда Запольский закончил с хоккеем, а потом, через полгода решил вернуться. Мы его с удовольствием взяли обратно и до подписания контракта, он два месяца тренировался в нашем фарм-клубе, и по мнению тренеров «дубля», это были бесценные два месяца для молодых игроков второй команды. То, что они увидели в исполнении Димы Запольского, то как он готовился к тренировкам и как на них работал, заставило многих молодых ребят пересмотреть свои взгляды на тренировочный процесс. Запольский хотел вернуть в хоккей, у него была цель, и он сделал всё, чтобы выйти на свой прежний уровень. Молодежь своими глазами видела, как разобранный ветеран превратился в машину и лидера команды. Его пример вдохновил тогда многих. Человек вернулся из небытия и снова стал играть так, что дай Бог каждому. Если помните, то в тот год наш фарм-клуб на первом месте закончил свой регулярный чемпионат и выиграл плей-офф. А несколько ребят из той команды той же весной попали ко мне и играют в команде мастеров уже несколько лет. Не стоит забывать, что опыт, которым обладают возрастные игроки – бесценен, и передать его молодым – это тоже можно рассматривать как часть работы, как часть обязательств по контракту для опытного и возрастного игрока. Опыт мастеров – это тоже ресурс, которым тренер и клуб должны грамотно пользоваться и распоряжаться. Дядьками в свои команды Петр Иванович Беляков приглашал исключительно только бывших звезд. Тех, кто в свои лучшие годы ковал славу своим клубам, сборной, тех, кто в одиночку догонял, переламывал и вытаскивал матчи, тех, кто своей скоростью, финтами и голами поднимал на ноги трибуны… С возрастом эти ребята становились чуть медленней, но всё равно оставались яркими игроками, железобетонными мастерами на которых тренеру можно было опереться в любой ситуации и в игре, и в раздевалке, и в быту. Беляков любил звезд. Всегда позволял им чуть больше, чем всем остальным и за это они платили ему результатом. В системе Белякова звездам отвадилась очень значимая роль. - Не возможно построить команду, - разоткровенничался как-то Беляков со своими коллегами по тренерскому цеху, когда за столом речь зашла о завышенных контрактах звезд, - Если она регулярно проигрывает. Чтобы научиться выигрывать, нужны победы, а значит, кто-то должен уметь повести за собой. Нужны лидеры, авторитеты, те, кто не дрогнет в лихую минуту и покажет как надо, голами, дерзкими и яркими финтами, мастерскими обводками, бескомпромиссным отношением к себе и к сопернику. Лидеры, звёзды, заводилы, вожаки, жирные коты, - Беляков ухмыльнулся, - Их можно называть как угодно. Я предпочитаю звёзды. Эти ребята умеют в хоккее все. Они могут тонко сыграть в атаке, удивляя своими ходами и решениями, и в то же время умно и цепко отработают в обороне, надежно, солидно, без прокатов, надо, поведут себя жестко, если того потребует ситуация на льду. Команда строится и закаляется только через борьбу, через умение сыграть по заданию, умение потерпеть, через «не могу», не запаниковать в тяжелой ситуации, отстранится от личного и сыграть на команду, где-то потерпеть и не удалится, вовремя забить, успокоить или наоборот завести команду, своим примером, своей самоотверженной игрой, запредельной самоотдачей. Ведь не просто так этих ребят называют звездами и платят им такие бешенные деньги. Они костяк команды, её стиль и лицо. За ними тянутся молодые, в тяжелых ситуациях на поле их порывы подхватывают остальные. Переоценить роль этих ребят довольно сложно. Звезда остается звездой, только тогда, когда она сияет в каждом матче! Тогда на банкете, по случаю окончания сезона, Беляков впервые высказал во всеуслышание часть своей стратегии. Стратегии построения любой клубной команды, с которой он работал. В тетради Белякова, на тот момент уже изрядно потрепанной о звездах было написано следующее: «Название этой категории хоккеистов говорит само за себя. Это игроки, с высочайшим уровнем индивидуального мастерства, с которыми у тренеров нет никаких проблем, правда, это в том случае, если тренер со звездой нашел общий язык. Звезд не надо специально мотивировать. Они много забивают и отдают, они выручают в трудную минуту и берут игру на себя. Любой игрок может сыграть ярко, может сыграть ярко даже несколько матчей, но звезды это делают стабильно раз за разом. У звезд такой запас мастерства, что даже в самые нервные моменты игры они спокойно и уверенно показывают, на что способны. Им не трудно, даже когда всё стоит на кону, сделать дерзко и красиво. Они обладают огромным арсеналом финтов, исполняют их на бешенной скорости, прекрасно катаются, забивают броском с кистей, щелчком, завозят шайбу в ворота с обводки, «вытряхивая вратарей из трусов», эти ребята без слабых мест и умеют всё. Про них говорят, что они забивают лежа, стоя, с колена и из под седла. А потому, они довольны собой, находятся в гармонии с собой, у них практически всегда хорошее настроение, у них большие контракты, их приглашают в сборную, они могут уехать в НХЛ, но не всегда едут, у них всегда отличная пресса, они любимцы и кумиры болельщиков, одним словом, звезды получают удовольствие от хоккея и от жизни. Для тренера это самые беспроблемные игроки, но, тем ни менее, им тоже необходимо уделять внимание. Успешные игроки, как и актеры. Им нужно, чтобы ими восхищались, чтобы их успехам радовались. Ну, а почему бы и нет? Если парни делают результат, то почему бы ими и не повосхищаться? Да, у звезд большие контракты, но это того стоит. В идеале в клубе таких игроков должно быть два-три, а то и четыре. Все зависит от концепции построения команды, ну и конечно от платежеспособности клуба. Звезды это именно те ребята, которые в первую очередь влияют на исход любого матча. Звезда – это не просто яркий и забивной игрок. Звездой может быть и защитник, и вратарь. Звезда – это хоризма, это образ, которому верят и за которым идут, звезда это и опора и пример для других. Звездный статус хоккеиста должен быть подтвержден статистикой. Желательно стабильной из года в год. Звездой можно считать полевого игрока, который в каждой игре набирает не менее двух очков, причем не важно, будут это два гола или две передачи. Звездой среди вратарей может считаться только тот голкипер, который за весь регулярный сезон и плей-офф в среднем за игру пропускает не больше одной шайбы». Возможно, требования Белякова были завышены, но если финансы клуба позволяли, то Беляков предпочитал под свои знамена приглашать лучших, а иначе как выигрывать, как брать кубки и медали? Не зря же в хоккее испокон веков считается, и в этом нет ничего зазорного, что одни рояль таскают, а другие на нем играют. У каждого своя работа. Одни подтаскивают снаряды, другие снайперски стреляют, но важны все. Успех зависит от вклада каждого. На своем веку Петр Иванович Беляков видел не мало звезд. Добротных, настоящих. Он с ними играл, он их тренировал, наблюдал за ними от становления, до окончания карьеры. Видел их на льду и в быту. Все они были разные, кем-то он искренне восхищался, в ком-то со временем разочаровывался, но у всех этих ребят было нечто общее. Все они были талантливы и трудолюбивы. Наблюдая много лет за карьерами и жизнью звезд, Беляков для себя сделал один очень важный вывод: трудолюбием судьбу не переломить. Трудолюбие помноженное на талант – дает сверх эффект. Трудолюбие помноженное на отсутствие таланта, не дает ничего. Сколько не тренируйся, сколько не паши, а играть в хоккей ярко и гореть звездой либо дано, либо нет. Это дается свыше. Классный игрок видит то же, что и все, а гений только то, что видно ему. Не смотря на то, что к звездам у Белякова всегда было особое отношение, баловать он никому не позволял. Более того, звезды, даже если их в команде хватает, это далеко еще не все, что нужно для успеха. Для побед необходима стабильная и надежная игра. А для этого нужна надежная и обученная команда, которая может сыграть по заданию, вовремя переключится по просьбе тренера с одной тактики на другую, если соперник что-то поменял в своей игре; без лишних разговоров, спокойно выдерживать высокий темп матча. Для всего этого нужды были надежные игроки. Именно «Надежные» были основной и самой большой категорией игроков в системе Петра Ивановича Белякова. К надежным Беляков причислял хоккеистов с высоким уровнем индивидуального мастерства двадцати трех – двадцати восьми лет. - С ними у тренера, - писал Бедяков, - Тоже проблем не много. Техничные, хорошо обученные, дисциплинированны, прекрасно готовы как физически, так и функционально. Психологически очень устойчивы. С ними нет проблем. Для них основной мотив – это карьерный рост, затем деньги и удовольствие от игры. Игроков этого уровня иногда подключают к сборной, они планируют уехать в НХЛ, поэтому для тренеров самое главное с ними договориться на берегу, что их по первому требованию отпускают в сборную, чтобы они засветились и уехали играть в Северную Америку, а они в свою очередь делают результат в играх за клуб. Такие игроки должны составлять костяк команды, их должно быть десять-двенадцать человек. В их обязанности входит набирать минимум по одному очку за игру по системе гол плюс пас. Надежными можно считать тех хоккеистов, кто к концу сезона в своем активе имеет не менее тридцати-сорока очков. В этой категории игроков так же стоит отдавать предпочтение ребятам, которые уже попробовали в своей карьере медали на вкус. Это очень важно именно сейчас, когда чемпионат страны стал проходить с большим количеством матчей плей-офф, где любая игра может стать последней и решающей, когда нужно проявить все свои таланты здесь и сейчас, а это сделать больше всего шансов тем, кто уже проверенный турнирный боец и не раз выходил из всяких переделок победителем. У этой категории игроков иногда встречается очень важное качество: против слабых и средних команд, они играют на своем добротном уровне, а против сильных, богатых клубов играют еще мощней и интересней. Здесь все кроется в честолюбии: «Да, меня пока не приглашают в клубы «олигархи», но я ни чем не хуже и не слабее тех игроков, которые в них играют, и сейчас я вам это докажу!» И действительно, игроки выходят и показывают великолепную игру. Это очень ценное качество, но он встречается не так часто, как хотелось бы. Чаще, игрок среднего уровня, слабой команде забьет одну-две, а с сильной не покажет ничего. Поэтому в этой категории игроков нужно отдавать предпочтение честолюбивым и амбициозным ребятам, которые в хоккей пришли для больших дел и ставят перед собой серьезные задачи. Для спорта очень важен возраст. Важен он и для хоккея, ведь хоккей – это прежде всего скорость, а потом уже всё остальное. Считается, что чем раньше игрок раскрывается и становится мастером, тем лучше. У молодого и здоровья больше, и сил, и задора. Всё так. Беляков с этим соглашался, ну, или, по крайней мере, не спорил. Однако у него был свой взгляд на этот вопрос и это, тоже было частью его системы. А именно, вратарей, защитников и центральных нападающих, Беляков предпочитал постарше, поопытней, чтобы в обороне все было строго и надежно. Крайних нападающих, выбирал помоложе, чтобы в атаке все было побыстрей, задиристо, с огоньком и задором. Когда в Российском чемпионате началась мода на иностранцев, Беляков ей не противился. Легионеры – это экзотика, а значит часть шоу. Поэтому он с удовольствием просматривал всех иностранных хоккеистов, которых предлагали агенты и менеджмент клубов, в которых он работал. Как правило, на своем личном драфте Беляков склонялся и подписывал хоккеистов уже поигравших. Он предпочитал иностранных игроков постарше, уже сложившихся мастеров, за которыми уже была история их выступлений в Европе и в Северной Америки. На молодых иностранцев тоже смотрел с интересом, но свой выбор патриотично делал в сторону своих, русских мальчишек. Примерно через два-три сезона, после того как иностранцы начали играть в России, в своей тетради Беляков записал о легионерах всего несколько абзацев: «Ценность этих игроков лишь в том, что они стоят дешевле, чем точно такие же по уровню мастерства игроки русские. С ними особых проблем нет, нет проблем и с их мотивацией. Они приезжают зарабатывать. Их интересует только личная статистика и деньги. Как правило, иностранные игроки дисциплинированны. Единственное о чем стоит позаботиться тренеру, а точнее клубному руководству – это максимально оградить семью легионера от бытовых проблем, которые неизбежно возникают в чужой стране с другой культурой. Возможно, тренерам стоит уделять внимание и социальной адаптации игрока в команде. Возможно, на первых порах необходимо чтобы кто-то из ребят за ним приглядывал, приглашал в рестораны, кино, прогулки, семейные праздники и т.д. Важно, чтобы в коллективе у игрока с другими культурными традициями появились дружеские связи с наибольшим количеством, как игроков, так и сотрудников клуба. Количество легионеров в команде регулируется регламентом Лиги. Селить легионеров в гостиницах нужно на каждом выезде с разными ребятами. Чтобы изучали язык и быстрее адаптировались в новой команде. В клуб стоит приглашать легионеров, которые по уровню мастерства являются надежными, а еще лучше звездами, иначе не имеет смысла, так как в России хватает и своих мастеров. Время увлечения экзотикой прошло. Теперь в командах нужен результат, а потому к легионерам должны быть повышенные требования. И здесь не маловажно, чтобы легионеры что-то в своей карьере уже выигрывали, и не важно, на клубном уровне или в составах своих сборных. Истинный победитель тот, кто, покорив одну вершину, видит уже следующую». Имея в своей системе комплектования молодых, дядек, звезд, надежных и легионеров, еще одну группу игроков Беляков выделял особенно. Это были вратари. Вратарей Беляков предпочитал русских. Не зря говорят, что вратарь это полкоманды. Слишком ценные эти ребята и во многом, не принижая достоинств других игроков, успех в каждом конкретном матче и в сезоне в целом, зависит от них. Голы могут забивать и хоккеисты среднего уровня, за счет системы игры, за счет организации на поле. Команда может даже обойтись без звезд. Давно известно, что порядок бьет класс, а вот с плохим или средним вратарем ничего выиграть невозможно. Только сильный вратарь выручит, подтащит и оставит команду в игре. Слабенькому, всё быстро залетит и после третьей пропущенной шайбы команда сложит крылья и перестанет играть. А потому, Беляков в этом даже не сомневался, вратарь должен быть высокого класса и русский, ну или говорящий на русском, так как тренер четко должен понимать, в каком состоянии вратарь, готов ли он играть именно в этой игре, не загнан ли, не переутомлен, о чем думает, к чему стремится… а с иностранным голкипером иди, попробуй, поговори, достучись до него, пойми, что у него на уме. Поэтому к вратарям, впрочем, как и ко всем другим группам игроков в своей системе, Беляков относился подчеркнуто внимательно. Петр Иванович Беляков считал, что счастлив тот тренер, у которого вратарь – звезда. Только сверхнадежный страж ворот может дать команде шанс выиграть медали. Если вратарь среднего уровня, то хоккей превращается в лотерею. В своей тетради о вратарях Беляков, как и о легионерах написал немного, потому что, все слишком уж очевидно: «Вратарь, речь идет в первую очередь об основном голкипере, может входить в любую из вышеперечисленных категорий. В идеале при нынешнем положении дел, когда неудачная игра команды может лишить тренера куска хлеба, вратарь должен быть звездой с показателем надежности девяносто восемь – девяносто девять процентов отраженных бросков за игру. При таком показателе команде для победы достаточно будет забивать одну-две шайбы. У такого вратаря в команде может быть самый большой контракт и это того стоит. Поэтому к вратарю скорее больше технических требований, которые, правда, не отменяют и работы с ним тренера как психолога. Более того, всем известно, что вратари – это не полевые игроки и к ним подход должен быть сугубо личный. Все будет зависеть от возраста, психики, уровня культуры и образования, а так же от картины мира, в которой живет конкретный человек». Разрабатывая свою систему комплектования клубной команды, Беляков не на шутку увлекся психологией и когда он для себя четко сформулировал все типы и подтипы игроков, а так же в каком соотношении они должны быть в успешном клубе, желание изучать дальше науку о поведении людей у него не пропало. Беляков пошел дальше. Уже без всяких учебников Петр Иванович вывел одну интересную закономерность: если в команде наблюдается общая нервозность, на поле и в раздевалке крики и маты, повышенный эмоциональный фон в быту, в самолете, в ресторане, – это всегда связано с большими нагрузками. Как только в команде появляются конфликты, ссоры, склоки и стычки, а порой и драки, значит, надо уменьшать нагрузки. Своими наблюдениями и выводами Беляков поделился с одним известным психиатром и тот, немало удивившись глубине знаний Петра Ивановича, подсказал ему еще несколько нюансов, на которые стоит обратить внимание: - Конфликты, дорогой коллега, - с улыбкой, но без снисхождения сказал профессор, это был разговор двух гигантов в своих областях, – Конфликты не единственный признак перегрузок. Вместе с ними у хоккеистов должны появляться на теле простуды, фурункулы, может зудиться кожа. Все это говорит о снижении иммунитета. Иммунная система не справляется, так как организм не успевает восстанавливаться. По крайней мере, когда я работал с космонавтами, это было именно так. И точно, Беляков заметил, что одного без другого не бывает и впредь, стоило ему почувствовать нервозность в поведении игроков, увидеть почесывания, сыпь или прыщи на теле своих игроков, он тут же снижал оббьем нагрузок в тренировочном процессе. Или мог дать лишний выходной, или вместо тренировки всех сводить с семьями в бассейн или в аквапарк. Мог вместо привычной рутинной работы на стадионе устроить матч на уличном катке с шутками, прибаутками, горячим чаем, эстафетами и потешными наказаниями для проигравших в конце, например, хором, громко, на весь микрорайон, где была коробка, спеть какую-нибудь дибильную песню, под дружный хохот и комментарии победителей. На подобные выдумки Беляков был горазд, ведь все хоккеисты начинали на катке во дворе, и для всех, эти игры на свежем воздухе, были машиной времени, которая переносила в детство, когда все любили хоккей просто так, и играли в него не за деньги, и не за очки, а потому, что им нравилось и у них получалось, и это было счастье. По этому поводу в своей тетрадке Беляков записал: «Нагрузить команду, надорвать и загнать, дело не сложное. Гораздо сложнее поймать баланс между нагрузками, восстановлением и отдыхом. Если команда утомлена и пошли конфликты - достаточно скинуть нагрузки, дать людям один или два дня провести вместе с родными, и эмоциональный фон в команде резко улучшится. В данном случае, конфликты вызваны не столько психологическими факторами, сколько физиологическими, но они, безусловно, имеют и психологическую подоплеку. За нестандартные ходы игроки Белякова очень любили. Всем нравилось неожиданно получить выходной, или без объявления войны, спонтанно съездить в театр и не на вечерний показ, а на дневную репетицию, окунуться в другой мир с его хитросплетениями и своими законами. Причем, Беляков умел всё хранить в секрете, о поездке или визите куда-либо, команда узнавала, только в день поездки. Многие отмечали и соперники, и спортивная пресса, что для команд Белякова словно и нет разницы, первая половина сезона идет или уже концовка чемпионата. Его команды всегда играли на больших скоростях, все три периода навязывали борьбу, давили, иногда проигрывали, но проигрывали по счету, но никак, ни по движению или желанию. Было такое впечатление, что для хоккеистов Белого всегда начало сезона. Команда выглядит свеженькой, играет дерзко, задорно, все бегут, как электрички, и что не маловажно, так же резво бегут и возвращаются в защиту. Злые языки поговаривали, что Беляков нашел какого-то уникального фармаколога и все его успехи и фарт связаны именно с хорошим допингом. Но за всю практику Белякова, ни один его хоккеист не попадался на запрещенном зелье. Потому, что Беляков был ярый противник допинга в хоккее. Ему не раз задавали вопросы на эту тему журналисты и Беляков с улыбкой отвечал: - Ребят, я могу понять использование допинга в лыжах, в плаванье, в легкой атлетике, где всё решают сила и выносливость. В хоккее хорошо быть сильным, хорошо быть выносливым, хорошо быстро бежать, - тут Беляков делал паузу, - Я знаю много игроков, которые могут быстро бегать, но если б они еще знали куда, им бы цены не было, - Беляков часто повторял эту шутку, но никогда не мог сдержать смех, - Вы поймите, хоккей – это очень умная игра. Здесь одной скоростью или мощью не выиграть. Вот если бы был допинг, который мог подкачать мозги, вот его бы я использовал с удовольствием. Фарт, любит умных, - не упускал возможность Беляков при каждом общении с прессой ввернуть какую-нибудь шутку или намёк на свою «фартовость», пресса это любила, болельщикам это нравилось, игроки в это верили, так почему нет!? Безусловно, свежесть, как и правильный подбор хоккеистов в команду, как и правильно выбранная тактика на игру, и грамотный тренировочный процесс, и умение вдохновить команду и вовремя «поднять её из окопа» или наоборот, притормозить, или заставить потерпеть, всё это слагаемые успеха и никто, никогда не скажет, что главней или важней. Все компоненты необходимы, а раз они необходимы, то к ним ко всем Беляков относился с повышенным вниманием. Весь успех его тренерской карьеры держался на том, что в хоккей играют хоккеисты и именно они влияют на исход матча, а тренер им может лишь в этом помочь. Поэтому Беляков руководствовался всегда старой тренерской байкой: «Команда – это как лошадь, которая должна быть всегда накормлена, отдохнувшая, почищена и ухожена. Всегда сыта и довольна. И когда она видит хозяина, в версии Белякова, тренера, то она должна светиться от счастья, фыркать, переминаться с ноги на ногу, радостно ржать, потому что они сейчас будут играть, а в конце она получит вкусную и сладкую морковку». Беляков понимал, что лошадка будет радоваться его появлению, если её не обижают, не бьют, не заставляют работать сверх её возможности, не держат впроголодь. Поэтому в работе со своими командами Беляков железно придерживался принципа, что к играм команда должна подходить восстановленной и отдохнувшей. Лучше, что-то сделать в ущерб тренировкам, но дать ребятам возможность побольше поспать, отдохнуть, побыть дома, а в игре всё решать за счет мастерства. Хоккеист, который хочет играть и тот же самый хоккеист, который не хочет играть – это два разных человека. Беляков предпочитал первых, поэтому он их так тщательно подбирал, ему нужны были игроки без слабых мест, а затем грамотно тренировал, чтобы не перегрузить и не загнать, и тогда и тренировка будет в радость, а игра – праздник. Если бы конфликты между игроками были только на почве усталости, счастливы были бы все хоккейные тренеры в мире. Тренер – это словно отец и когда ребятишки ссорятся, с этим приходится разбираться. Больше всего Беляков сталкивался с конфликтами между молодыми и возрастными игроками. Молодыми и дядьками в его системе. Дядьки понимали, на чье место приходит молодежь. Понимали, что они их выдавят из состава, это был лишь вопрос времени. Все тренеры без исключения считают, что молодые да ранние обязательно прибавят, точнее, добавят в мастерстве за счет нового опыта, физики, когда обрастут «мясом», а ветераны, они и так уже на пике, из кожи вон лезут, чтобы хотя бы удержать тот уровень, который есть и именно поэтому, при прочих равных, тренеры всегда отдают предпочтение молодым. Это неизбежно, это спорт, все это понимают, но когда в раздевалке появляется новая молодежь – хоккеистов за тридцать это сильно раздражает. По этому поводу, в своей тетрадке Беляков записал следующее: «Спорт, как уже не раз говорилось – это конкурентная среда. В команде всегда есть борьба за место в составе, а соответственно за деньги и премиальные. Иногда эта борьба выходит за рамки чисто спортивного соперничества. В тренировочном процессе у сложившихся и опытных игроков всегда есть претензии к молодежи, которая, например, и в тренировочных двухсторонках, и во время упражнений, играет как в самом важном матче. Молодежь играет жестко, а порой даже вызывающе жестко, потому, что им надо показать себя, обратить на себя внимание, им надо попасть в состав. Возрастным мастерам – это естественно не нравится. Отсюда возникают трения, как минимум неоправданно грубая игра со стороны опытных игроков по отношению к молодым, в рамках тех же двухсторонних игр, а как максимум рукоприкладство и драки в душе и в раздевалке после тренировки. Подобные отношения между игроками у нас еще со времен советского хоккея. Раньше это имело подоплеку закалки характера. Дескать, молодому через все нужно пройти: и через давление соперников, и суметь выжить в суровых условиях среди мужиков. Теперь то же противоречие: молодые-старые, трансформировалось в иное противостояние и мотив его изменился. Сейчас весь профессиональный спорт стареет. В спорте появились приличные деньги, и все стараются играть и выступать как можно дольше, стараются удержаться в хоккее до последнего, ибо где еще заработаешь такие громадные деньги. А тут, подпирают молодые, которые могут выкинуть из состава и сначала лишить денег, а затем и вовсе вынудить завязать с хоккеем. Эта тенденция будет в обозримом будущем продолжаться, поэтому конфликтные ситуации неизбежны. Однако выход есть - молодые и дядьки в команде должны быть подобраны таким образом, чтобы они не были конкурентами друг другу за место в составе хотя бы ближайшие год-два». Беляков во всех своих командах предпочитал подбирать защиту постарше, поопытней, а нападение помоложе, бесстрашных, бегущих, молодых техничных пацанов. Поэтому до конфликтов он научился не доводить. Более того, приглашением молодых игроков в состав, он умело пользовался. Управлять людьми это искусство и здесь без хитростей не обойтись. Например, в команде пять центральных нападающих, а Беляков возьмет, еще одного поднимет из фарм-клуба и еще одного более, чем приличного, прикупит в межсезонье. Тут-то все пять центров и задумаются, а на чьё место Белый планирует этих молодых? Задумаются, и встрепенуться, и совсем другая игра пойдет, всё на пределе возможностей, потому, что никто не хочет оказаться на лавке запасных. В хоккей ведь хочется играть, а не смотреть. А Беляков и не думал ничего менять. Все центральные его устраивают. Молодого, опять спустит в «фарм», а второго оставит, что бы была приличная замена в случае чего, ну и чтобы центральные нападающие основного состава во всех четырех звеньях не расслаблялись. Таким образом и все в тонусе, и никаких конфликтов. Беляков отлично помнил тот момент, когда его из «дубля» пригласили в команду мастеров. Он собирал форму в своей раздевалке, когда к нему подошел тренер. - Молодчик Белый, я всегда знал, что ты заиграешь, поздравляю! - Спасибо, - просиял юный Петя Беляков. Он сотни раз представлял, как его пригласят в первую команду, как выдадут новую форму, вручат майку с настоящим, уже взрослым номером. - Но ты в эйфорию не впадай. Раздевалка мастеров – это, то еще испытание. Ты же идешь на чье-то место и не факт, что тебе его отдадут. Понимаешь о чем я? - Понимаю. - Ты главное, ничего не бойся. На тренировках делай всё, что можешь и еще чуть-чуть. Старайся быть лучшим в каждом рывке, в каждом упражнении. Играй жестко, без прокатов, только в тело. Побольше инициативы на льду, бери игру на себя, бросай со всех точек, только чтобы шайба обязательно попадала в створ. Обрати на себя внимание, иначе, шансов нет. - Я знаю, - спокойно сказал Белый, продолжая собирать форму в баул. - И не тушуйся Белый, кто ссыт, тот гибнет, - пошутил тренер и протянул руку, - Удачи! – они крепко пожали друг другу руки и Петя Беляков с баулом на плече и пачкой клюшек ушел во взрослый хоккей. Это было очень не просто. Новые тренеры, новые упражнения, незнакомая система игры. Приходилось играть против более взрослых и сильных соперников, бороться за место в составе и на льду, и в своей раздевалке, добиться, чтобы его принял коллектив. Это был тернистый путь, но он выдержал. Жизнь наладилась, когда в нем разглядели игрока и от него отстали, стали называть по имени и здороваться за руку. На это ушло полгода, затем, всё пошло само собой: тренировки, игры, поездки… А кто-то из молодых, так и не смог сделать этот шаг в мужской профессиональный хоккей. Выжить и заиграть с мужиками – это тоже определенный тест. Поэтому, когда Беляков приглашал молодых, он за ними приглядывал, не опекал, а именно приглядывал, как ведут себя в коллективе, всё ли в порядке. Молодых задирали и плющили всегда, шутки, прибаутки, иногда очень даже обидные, Беляков никогда не встревал и не занимал никаких сторон. Серьезных конфликтов он не допускал, но вот когда игрок не мог справится с давлением коллектива и не мог постоять за себя, Беляков с ним прощался. Тряпки не нужны никому. Даже если у самого скоростного и техничного игрока не было характера, для Белякова это был не игрок. Хоккей – это мужская игра, игра героев, где всегда есть место подвигу, а тряпки на подвиг не способны. Беляков был воспитанником советской школы, а потому так категоричен. В советском хоккее всё держалось на чести и характере. Ну и на мастерстве, конечно. Как только в хоккей пришли большие деньги и гигантские контракты, все перевернулось с ног на голову. Игроки стали ссорится и конфликтовать из за денег. Может, в другой ситуации на это можно было и закрыть глаза, но хоккей – это коллективный вид спорта и для победы нужен кулак, чтобы все, от администратора клуба, до самой главной звезды в команде были одним целым. Мощным, железным кулаком. О конфликтах на почве контрактов, после нескольких лет наблюдений, Петр Иванович Беляков записал в свою тетрадь следующее: «Как ни стараются клубные менеджеры держать суммы контрактов игроков в тайне, ничего не выходит. В командах всегда все, всё знают, и соблюдения корпоративной этики не может добиться ни один российский клуб. Утечка информации происходит всегда по одному и тому же сценарию: президенты клубов общаются между собой, общаются со своими помощниками и приближенными из клуба, общаются с агентами, агенты между собой и с игроками. Бывает, что игроки, играя в разных клубах, принадлежат одному и тому же агентству, которое, выторговав для кого-то хорошие условия, сообщает об этом всем своим клиентам, чтобы приподнять свой имидж в их глазах. Игроки общаются меж собой, кто-то с кем-то дружит, кто-то с кем-то когда-то играл, одним словом, получается так, что рано или поздно все в курсе всего. Поэтому, секрет любого контракта, даже тренерского, может быть тайной лишь какое-то время. Естественно у хоккеистов, у которых контракты меньше, а играют и забивают они больше чем их более оплачиваемые коллеги, возникают вопросы и обиды. Со временем эти обиды выносятся на общее обсуждение и ничего здорового подобная ситуация в игру коллектива не привносит. Есть еще один тонкий момент. Откаты. Про них все знают и вряд ли здесь можно что-то новое сказать. Бывает так, что игрок реально зарабатывает намного меньше, чем прописано в его контракте. Он бы и рад в свое оправдание коллегам по команде сказать, что он отрабатывает свой хлеб на все сто, но он не может подводить своего агента, президента или генерального менеджера клуба, которые вывели за счет него часть средств из клубного бюджета, а говоря попросту, украли. Конфликты на почве денег неизбежны до тех пор, пока наш хоккей будет дотационный, и пока команды не будут иметь реальных хозяев, доходы, открытые бюджеты, с открытыми зарплатными ведомостями, как это в «НХЛ». Задача любого президента или гендиректора хоккейного клуба в России сводится к тому, чтобы «грамотно» освоить бюджет, вывести достаточно денег из него для себя и сделать так, чтобы остались довольны и учредители со спонсорами, и команда. Если клуб завоевал медали, то никто не будет копаться и сомниваться в целесообразности покупки того или иного игрока. Или разбираться, почему у кого-то такая гигантская завышенная зарплата. А вот если деньги спалили и ничего не выиграли, вот тут-то и начинается всё самое интересное для желтой прессы. Поэтому в России все квалифицированные, по-настоящему грамотные тренеры работают в богатых клубах. И не потому, что клубы могут им предложить солидные контракты, а потому, что в богатых клубах и воровство поставлено по богатому, а настоящий тренер, он и из одноногих сделает команду, которая будет выигрывать и давать результат. А когда результат есть, есть кубки и медали, то и завышенными контрактами, откатами и воровством никто интересоваться не будет». Написав это, Беляков подумал, что не скоро он сможет эту главу своей работы кому-то показать или где-то опубликовать. Слишком много вопросы со всех сторон повлекут эти заявления. Поэтому, он не стал ничего исправлять или вычеркивать, а написал вариант, что называется для прессы: «Ссоры неизбежны, когда люди играют в одной тройке, вместе забивают, а зарплата одного в десять раз превышает зарплату всей пятерки. Так ведь ещё бывает так, что жирные коты садятся на зарплату и перестают играть. Играть на должном уровне. И здесь уже в конфликт может быть вовлечена вся команда… Выход из этой ситуации видится простой. Во-первых, хоккейные функционеры должны бороться за соблюдение тайны контракта. В России в цивилизованных компаниях только за то, что человек назвал в слух размер своей зарплаты, может быть уволен в течение двух часов с формулировкой в трудовой книжке: «За не соблюдение корпоративной этике». Поэтому уже никого не удивляет, что зарплату люди получают на банковскую карту, и никто ни у кого не спрашивает условия контракта. Подразумевается, что если уж человек на эти условия согласился, то значит, его все устраивает. К этому же нужно стремиться и в командах. Контракт должен держаться в секрете. И в клубах должна навязываться профессиональная корпоративная этика: если человек согласился на какой-то контракт, значит, его все устраивает. Это и для тренеров будет очень удобно. В команде не будет никаких склок. Если игрок согласился на предложенные условия, то значит, его все устраивает, ну а если все устраивает, то будь добр, работай и не прикрывайся тем, что у кого-то денег больше, а очков меньше. Вообще, это проблема не только в спорте. Это проблемы менталитета. В России еще не выросло поколение которое не видело нищеты и разрухи, а отсюда и рабская психология с её обостренным чувством справедливости и просто зависти. В НХЛ все контракты открыты, все доходы известны и никого это не смущает. В России тоже пытаются выйти из тени, но делают это по русски, а значит склоки, недомолвки и конфликты будут еще долго. Корень зла в том, что в НХЛ на хоккее зарабатывают, а в России на хоккее отмывают, откатывают и пилят. А когда воруют, кому нужна прозрачность»… Беляков отлично помнил, как родной клуб дал ему, еще молодому пацану, квартиру, чтобы он никуда не уехал, помог купить машину. Зарплата у него была значительно выше средней зарплаты инженера, но во всех клубах страны, у всех хоккеистов, кто играл в чемпионате СССР, у всех были подобные условия. Из-за денег никто не парился, они были у всех. Верх признания и верх желаний у игроков была сборная. Все мечтали стоять на синей линии под красным флагом и играющим гимном родной страны. Капитализм всё изменил. Теперь о сборной мечтают только молодые игроки, да и те, только чтобы засветится, а сложившиеся мастера едут туда, словно отбывать повинность, делая одолжение всем: и тренерам сборной, и болельщикам. Деньги. Всех стали интересовать только деньги и Белякову с его верой в людей, в порядочность, в человеческие отношения порой было очень сложно сплачивать команды, объединять одной целью, потому, что жизнь показала, что цели у всех разные. Всех интересует размер контракта, личная статистика и возможность переподписать контракт с увеличением цифры. Но Беляков не был бы Беляковым, не был бы Фартовым, если бы не нашел решение, как гасить конфликты и объединять людей. Когда впервые серьёзные тёрки в его подшефной команде начались на почве денег, Беляков настолько расстроился, что отменил тренировку и устроил собрание прямо в раздевалке. - Вы, что, парни!? С ума сошли? Вы что обсуждаете? Из-за чего вы спорите? – еле сдерживая маты начал песочить команду Беляков, - Тебе денег мало,- он ткнул пальцем в кого-то, - Или тебе? – сверкнул его гневный взгляд в противоположную сторону, - Так играйте лучше, забивайте в каждой игре по две, да по три, или отдавайте по пять, и будете нарасхват, будете выбирать клуб, а не цепляться за первое же предложение. Если вы считаете себя впорядке, а денег всё равно мало, то меняйте агента. Есть порезче ребята, со связями, с авторитетом. Только я вам хочу сказать, - Беляков потихоньку начал успокаиваться, - За пустышку денег никто не даст. Большому контракту должны соответствовать большое мастерство и статистика, причем на уровне нужно быть лет пять. Ну не меньше двух сезонов точно, - Беляков выдохнул, и продолжил спокойней, - Если вы подписали контракт своей рукой, значит, вы на эти условия согласились и уже не важно, у кого сколько. Будьте мужиками и отвечайте за свой базар. Подписал контракт, иди и работай. Тебе же не под дулом пистолета его подсунули. Докажешь, что стоишь больше, при следующем подписании требуй больше. На этом всё. Чтобы я больше никогда не слышал разговоров про деньги. Хрен бы наши деды и отцы победили фашистов, если бы рассуждали, как вы. Стыдно парни. Мы все одно дела делаем, а вы как бабы на базаре, - Беляков плюнул и ушел в тренерскую хлопнув дверью. На этом проблема не рассосалась, но её, по крайней мере, перестали обсуждать в раздевалке. То, что Беляков сказал тогда на эмоциях, искренне и от души, совершенно не готовясь, он позже дома проанализировал и пришел к мысли, что он всё сделал правильно, просто не сказал главного вывода. Его он донёс утром следующего дня перед тренировкой. - Парни, я вчера пошумел, может где-то чересчур эмоционально, но я не хотел никого обидеть, - Беляков окинул команду взглядом, - И не обидел. Поэтому мне не за что извинятся. Я вчера не сказал главного слова. Слово это – профессионализм. Мы все здесь профессионалы, у всех своя работа. Обсуждать заработки другого, это не профессионально. Поэтому тему эту снимаем и идем дальше. Цель у нас одна, побеждать в каждом матче, за это нам и платят, а не за базары и склоки. Есть вопросы? – Беляков снова окинул взглядом раздевалку. Команда промолчала. - Готовимся к тренировке. С тех пор, то, что Беляков сказал спонтанно, он додумал, сформулировал и любые склоки на почве денег жестко присекал. Более того, со скандалистами, интриганами и проблемными ребятами он предпочитал не иметь дел и если игрок показывал себя таковым, Беляков с ним больше никогда не работал и в свои команды не приглашал. - Вы лучше объединяйтесь и сплачивайтесь вокруг чего-то хорошего, высокого, а не разобщайтесь на почве какой-нибудь ерунды. Хоккей – это мужественный спорт, здесь, как на войне, людей видно сразу, кто чего стоит. Кто духом силен, а у кого кишка тонка. Поэтому парни берегите свое лицо и репутацию. Хоккейный мир не такой большой. Думайте, прежде, чем затеять склоку в команде и всех отвлечь от работы. В общем-то, это и было одним из столпов, на чем держался авторитет Белякова. Порядочность, профессионализм, общее дело и общие цели. Ну, и, конечно же, мастерство. Беляков затруднялся сказать, что для него важнее мастерство, профессионализм или порядочность. В своих хоккеистах в идеале он хотел видеть все эти качества, но мастерства желательно побольше. Одной из сильных сторон Белякова было то, что он разделял в игроках их спортивную жизнь и обычную. Беляков предпочитал не работать с проблемными ребятами, но если уж это было неизбежно, например, Беляков принимал команду, а хоккеист с тараканами в голове и отвратительным характером уже был подписан, и с ним, хочешь – не хочешь, нужно было работать, то Петр Иванович всегда пытался договориться. Если же договориться не получалось, то Беляков продолжал спокойно тренировать, не изводил и не душил «паршивую овцу», а относился ровно, как и ко всем остальным. Правда, если игрок приносил пользу команде. Если же от него было больше вреда в раздевалке или на льду, то с такими, Беляков прощался. Ставил руководству клуба ультиматум и игрок уезжал в другую команду. - Ребята, - говорил Белый своим игрокам, - все мои претензии к вам, исключительно как к хоккеистам, а не как к людям. Мне не важно, кто пьет, кто нюхает, кто в казино играет, кто жену бьет или от проституток не вылазит. Вы хоть по ночам младенцев ешьте, мне до этого нет никакого дела. Мне важно, чтобы вы всегда готовыми приходили на тренировку и выдавали свой максимум на игре. Я тренер, а не нянька, и не воспитатель. Я хочу, чтобы вы лучше всех играли, а то, как вы живете, какие у вас привычки, это ваше дело. Я хочу иметь дело с профессионалами, которые готовы играть и тренироваться на максимуме. Поэтому, когда я вас ругаю, я ругаю хоккеистов, а не конкретно взятую личность. И действительно, Беляков никогда не делил хоккеистов на черных и белых. У него были симпатии, он никогда не скрывал, что снимает шляпу перед талантом, но в работе, в игре, в тяжелых ситуациях, он ко всем относился ровно, хотя в советском хоккее испокон веков, хоккеистов делили на играющих и скребков. Скребки это те, кто скребками и лопатами чистили снег перед тренировкой и никогда не попадали в состав, даже не переодевались запасными. Раньше катки были уличными, открытыми, чего просто так сидеть в мороз на лавке и мерзнуть. Скребкам всегда больше всех доставалось, вся черновая работа была их, на побегушках – они, а играющим позволялось всё и в игре, и в быту. Беляков никогда не был скребком, но ему еще в детстве всегда было жалко ребят, которые приходили раньше всех, чистили снег, а потом всю тренировку были на подхвате, стояли у бортика, собирали шайбы. Они были отличными пацанами, они тоже любили хоккей, просто им было не дано играть в эту великую игру и, именно поэтому, Беляков никогда не делил своих хоккеистов на черных и белых. Это важный момент в создании и сплочении команды, а потому Беляков этой проблеме уделил значительное место среди своих записей: «Одна из наиболее часто распространенных ошибок у тренеров, работающих с детскими командами, является деление состава на черных и белых. То есть, на любимчиков и всех остальных. С точки зрения педагогики и психологии это очень не верно. Не редки случаи подобного деления и в командах мастеров. Но там уже не дети, а люди с устоявшейся психикой, взрослые мужики, которые вполне могут прожить без любви и симпатии тренера сезон или два, а затем поменять команду. В данном разделе работы я хотел бы заострить внимание немного на другом. Профессиональный хоккей в России постепенно из чистого спорта, как это было раньше, трансформируется в зрелище и двигается в сторону шоу-бизнеса. В этом нет ничего плохого. Более того, НХЛ, НБА, американский футбол и бейсбол на этом держатся и процветают. Хоккейные матчи, как все мы знаем в Магнитогорске, Омске, Санкт-Петербурге, Казани и Ярославле давно вышли из разряда спортивных мероприятий и перешли в разряд светских. Как результат, игроки-звезды, стали полноправными ньюзмэйкирами и заметными фигурами в местной прессе и на телевидении, а некоторые и на центральных каналах. В Татарстане практически никто не знает первого заместителя президента, но все знают имя и фамилию капитана «Ак Барса». Где родился, за какие клубы играл и сколько голов забил в прошлом сезоне. Знают и центрального нападающего первого звена, где играет и капитан, но вот о биографии центрального и спортивных подвигах расскажут уже далеко не все. И это при том, что этот парень настоящая звезда казанцев и еще неизвестно, кто сделал больше для чемпионства «Ак Барса», капитан или его центральный. Однако, все в Татарстане и в России боготворят капитана, я специально не пишу фамилий, чтобы не занимать ничьих сторон. Я так подробно погружаю в ситуацию для примера. Так вот, казанский капитан на самом деле отличный парень и классный игрок, обаятельный, улыбчивый, разговорчивый и понятно, почему все журналисты и спортивные и светские хотят взять интервью только у него, и это не смотря на то, что «Ак Барс» славен своей первой тройкой нападения на всю лигу и всю страну, а все лавры достаются капитану. Именно этим, и был обусловлен демарш центра первой тройки, когда он отказался играть незадолго до плей-офф в тройке со своими партнерами по первому звену. Дескать, пусть попробуют сыграть без меня, посмотрим, как это у них получится. Для того, чтобы урегулировать конфликт и вернуть парня в первое звено, пришлось потрудиться тренерам, всему руководству клуба и даже людям из правительства Татарстана. Потому, что все прекрасно понимали, что такое первое звено без их звездного центрального. Причем этот пример не частный, хотя и очень показательный. Просто он вылился на страницы спортивной прессы и получил огласку. Во всех командах есть проблема взаимоотношений между «звездами» и «надежными». И те и другие приносят пользу клубу, но вот любовь болельщиков отдана звездам, симпатия прессы – звездам, дружба и расположение акционеров и клубного начальства – звездам и, безусловно, надежных это заедает и обижает. Мораль здесь проста. В НХЛ во всех клубах есть пресс-службы. Одна из их задач, это формирование общественного мнения, работа с прессой, фан-клубами и разрозненными болельщиками. Наши пресс-службы по разным причинам, но всю свою работу сводят к подготовке программок перед домашними матчами и подготовкой послематчевых пресс-конференций. В жизни клуба реально они не участвуют, так как к команде бывают не допущены. Поэтому главному тренеру нужно следить, хоть это и не прямая его задача, чтобы средства массовой информации охватывали всех достойных игроков и более того, «СМИ» для тренера – это еще один важный инструмент в работе с командой. Одно дело у себя в кабинете похвалить или покритиковать игрока, а другое дело с экрана или со страниц периодических изданий. Поэтому в клубных пресс-службах есть огромный резерв, который можно использовать на благо клуба и команды, и таким образом снять возможность появления в командах черных и белых». Беляков всегда был за коллектив. Всегда во главу угла ставил интересы команды, которые доминировали над личными. И игроков приучал к тому же: - Ребята, зашли на стадион, всё личное оставили за дверью. Тренировка или игра закончились, вышли на улицу – возвращайтесь к семье, к детям и своим делам. Профессионализм нужен во всём. И в отношении к общему делу, к общей цели, в том числе. Все мы разные, с разными проблемами, но раз уж мы здесь все собрались, значит надо верить в успех общего дела и вносить свой максимальный вклад. В каждой игре, в каждой смене, в каждом эпизоде. Только железный кулак пробьёт каменную стену. Монолитный, закаленный, без изъянов и слабых мест! Беляков был не любитель красивых слов, долгих собраний, показательных порок и прочих театральных вещей. Он предпочитал говорить коротко и, по сути. Все, кто работал с ним уже не один год, знали его требования, знали, что он мог простить за себя, но если кто-то пренебрег командой, этого Белый не прощал и если уж он собирал собрания и отменял тренировки, значит, на самом деле произошло что-то не совместимое с главным принципом Белякова. А принцип был простой – всё ради команды и победы! - Коллектив, команда, это всё. Не возможно в одиночку выиграть матч, как не возможно в одиночку выиграть войну. У всех своя работа, все важны на своих местах. Успех в конкретном матче, или в целом чемпионате зависят от вклада каждого. Поэтому если кто-то своими неуверенными действиями, или откровенно беззубой игрой сводит к нулю усилия всех, значит нам не по пути. Слаженный коллектив, это важный элемент успеха в хоккее. Однако, и Беляков это знал отлично, в любом клубе есть свои коалиции: по возрасту, по интересам, по прошлым командам и т.д. - Если это не мешает общему делу и не влияет на микроклимат в команде, то Бога ради, - считал Беляков. Если же появляются группировки и коалиции, между которыми явная или неявная вражда, то с этим нужно бороться. Одна из задач тренера, об этом Беляков читал неоднократно в разных книжках, сделать так, чтобы в команде не было коалиций, а был единый коллектив. Как этого добиться – единого рецепта нет. Но есть некоторые приемы, которые стоит использовать, по крайней мере, так рекомендуют психологи. По этому поводу, в свою тетрадь, которая уже давно тянула на приличную кандидатскую Беляков записал: «В психологии есть такое понятие, как корреляция. Если говорить проще, то это связи, взаимосвязи или степень зависимости друг от друга. Успех в любом деле, не важно, спорт это или бизнес, зависит от двух причин. Во-первых, должен быть квалифицированный персонал, а, во-вторых, все должны жить и хотеть одного и того же, не важно игроки это, тренеры или обслуживающий персонал. При таком раскладе, ни о каких коалициях говорить не приходится. Чтобы их не было, начинать нужно с самого простого. Сейчас в любом клубе каждый сезон очень большая ротация состава. Это данность, с этим приходится мириться. Чтобы не возникало коалиций и «кружков по интересам», на сборах и на выездах всех ребят нужно селить каждый раз с разными людьми, чтобы ребята быстрее знакомились и не приедались друг другу. Ни в коем случае нельзя селить легионеров вместе. Их так же нужно селить с разными ребятами и обязательно русскими, чтобы быстрее учили язык, и активнее шла адаптация к другой стране, к другой культуре, к особенностям чемпионата. Не стоит так же селить молодых хоккеистов вместе. Их наоборот нужно «прописывать» постоянно с разными опытными игроками, чтобы молодежь в разговорах, в беседах и на примере старших познавала как хоккейные, так и житейские мудрости. Иногда конечно полезно селить вместе в один номер в гостинице, или в одну комнату на базе, одну и ту же пару защитников или всю тройку нападения, чтобы игроки в свободное время могли обсудить какие-то игровые ситуации и договориться, как они будут действовать в тех или иных ситуациях, однако злоупотреблять этим не стоит. Чемпионат долгий и тяжелый. Люди итак слишком много времени проводят вместе в самолетах, в поездах, на стадионах, поэтому нужно это учитывать. Регулировать процесс заселения на базах и в гостиницах на выездах особенно актуально в конце сезона и в плей-офф, когда игроки уже очень устали и от переездов и от нахождения постоянно в одном и том же коллективе. Бытует мнение, что игроки должны жить, кто с кем хочет. И бывает, что тренеры этому не препятствуют, и некоторые хоккеисты на сборах и в поездках с одним и тем же человеком живут годами. В этом есть плюс. Люди привыкают друг к другу и знают от кого чего ждать. Их не нервируют те или иные привычки или поступки соседа, потому что они уже к этому привыкли. Однако процессом расселения все же стоит руководить тренеру, так как при грамотной манипуляции игроками можно значительно улучшить микроклимат в команде и разрозненные коалиции, даже если они есть, заставить вкалывать для достижения общей цели». Свою тетрадку, а точнее, давно уже толстую общую тетрадь, Беляков несколько раз переписывал. Во-первых, потому, что она всегда была с ним на всех сборах, играх и в поездках, а потому прилично подистрепалась. Во-вторых, каждый раздел своей системы или каких-то наблюдений, он постоянно подправлял, переделывал, записывал что-то новое, систематизировал. Хоккей менялся, жизнь менялась, а значит нужно было соответствовать, корректировать и адаптировать свой опыт и знания к реальной действительности, а иначе, эта тетрадка не была бы по-настоящему важным рабочим инструментом и вряд ли Беляков смог бы так долго успешно работать на самой расстрельной должности в профессиональном хоккее, а именно, главным тренером, да еще и быть Фартовым. Про эту тетрадь никто толком ничего не знал. Видели, что Беляков, что-то постоянно пишет, время от времени, заглядывает в неё, бывает, что, что-то подолгу в ней читает. Работает тренер, думает, записывает, анализирует. Тренер – это ведь не только свисток, крики и маты. Это тяжелый ежесекундный труд. Главный тренер всегда на работе, потому, что он хочет, чтобы его команда побеждала, а для этого он готовится к тренировкам, к играм, изучает конкурентов, их тактику, сильные стороны, развивается сам и постоянно думает, что же еще можно улучшить и подтянуть, чтобы не было хвостов, чтобы не было слабых мест, чтобы его мальчишки вышли и утерли нос любому сопернику, чтобы не у кого не возникало вопросов, почему сегодня на льду победила именно команда Белякова, а не какая-то другая. Поэтому, если бы кто-то доподлинно знал, что именно содержится в очередной толстой потертой тетрадке Петра Ивановича, то многие коллеги по тренерскому цеху не без интереса хотели бы в тишине, внимательно прочитать наблюдения и размышления Фартового, полистать страницы исписанные мелким почерком, с игровыми схемами, с графиками тренировочных нагрузок, таблицами и формулами, поизучать и перенять бесценный опыт, выстраданный и изложенный, в упомянутой тетради. Но Беляков молчал и до поры, до времени не афишировал свои записи, а с удовольствием продолжал их вести. Творчество тем и прекрасно, что нет пределов совершенству. То, что Беляков был человеком творческим, в этом не было ни у кого сомнения. Его неординарные ходы во время матчей, например, он, мог передернуть состав и перейти на три пятерки, причем, в одной из них собрать только центральных и защитников, мог трижды за игру поменять тактику, что, безусловно, говорило об управляемости и обученности его команды, мог словно дирижер взвинтить темп в игре короткими сменами или его погасить, пробросами, долгими расстановками на вбрасываниях и прочими хитростями, в зависимости от ситуации. Мог успокоить игру или засушить. Как бы все успехи Белякова на фарт не списывали, а рука мастера чувствовалась. - В любом матче есть драматургия. Вопрос только в том, как всё складывается: спонтанно, или так, как было задумано, - сказал Беляков на одной послематчивой пресс-конференции. И, что тут началось. Журналисты, которые в хоккее разбирались не глубока, а таких, к сожалению большинство, подхватили это высказывание и растиражировали. То, что Беляков сказал искренне, опираясь на свой многолетний опыт, тут же подвергли серьезной критике, дескать Белый «зазвездился и погнал» – как можно управлять стихией!? Хоккей – это смерч, цунами, необузданная энергия, иди, укроти её. Просто Беляков фартовый тренер и ему сказочно везет. Невозможно управлять стихией и уж тем более её себе подчинить. Беляков, естественно ни с кем, ни в какие полемики не вступал, не оправдывался и не переубеждал. В России ведь все разбираются в политике, в экономике и в хоккее, поэтому, зачем спорить! Списывают люди всё на фарт, пусть так оно и будет не рассказывать же всем, что Беляков уже пятьдесят с лишнем лет клюшку из рук не выпускает, каждый день что-то для себя открывает, учится, мучается, ночи не спит в поиске каких-то решений, которые хоть на миллиграмм, но могут приблизить к победе и к успеху. Кстати, с прессой у Белякова были, всегда, отличные отношения. Он легко шел на контакт, если это было в интересах дела, ну, а на критику реагировал, как поистине большой и серьезный мастер своего дела – никак. - Крейсер матами не остановить, - была одна из его любимых поговорок, когда он с улыбкой, смачно, с шелестом отправлял в мусорное ведро газету с нелицеприятным материалом про него или про команду. Новатором и творцом Беляков старался быть во всех аспектах хоккея, не только во время матча. Просто игра – это, то, что на виду у всех. Все видят только вершинку глыбы, блестящую и переливающуюся на солнце верхушку айсберга, хоть и яркую, но малую часть хоккейной жизни. Огромная, просто гигантская вселенная под названием хоккей запрятана в кулисы и скрыта от посторонних глаз. Никто и представить не может, сколько хоккеисты тренируются, сколько времени проводят в поездках и перелетах, какие стрессы выдерживают во время драматично складывающихся играх. Какой колоссальный труд и железная воля запрятаны в глубине тренерских кабинетов, хоккейных раздевалок, тренажерных залов и спортивных арен. Хоккей, как и жизнь, быстро меняется. Меняется экипировка, увеличивается скорость, меняются правила игры. Всё развивается и не стоит на месте и чтобы в этой гонке не потеряться, необходима ежесекундная концентрация и каторжный труд. А чтобы эту гонку возглавлять или хотя бы быть в тройке сильнейших, это труд и концентрация помноженные на пять. Поэтому хочешь – не хочешь, чтобы соответствовать запросам современного хоккея и быть готовым принять любой вызов, нужно быть новатором, изобретателем, выдумщиком, может даже самодуром в чьих-то глазах. Те, кто работают по старинке, по шаблону, плетутся в конце. Кто ищет и рискует, у того есть шансы быть в авангарде. Беляков предпочитал быть в авангарде, а потому, мог позволить себе неожиданные для непосвященных решения, порой на грани фола, и не только по ходу игры, но и в подготовке команды на предсезонке, или в паузах чемпионата. На первый взгляд, мог вынести странные решения при разборе каких-то конфликтов внутри команды. Мог отдельно заниматься с большой группой молодых игроков, а затем их ввести в состав. Мог с треском выгнать из команды самую главную звезду. Мог договориться о повышенных премиальных с руководством клуба перед стыковым или ключевым матчем и, положив сумку с деньгами на пол посреди раздевалки сказать: - Это ваши премиальные на сегодня. Тактику на игру выберите сами. Думаю, что лучше начать активно. Кто с кем будет играть, и в каком порядке будут выходить пятерки, тоже на ваше усмотрение. С большинством и меньшинством, уверен, тоже разберетесь. В случае победы, в этой сумке лежит по новому автомобилю каждому. Вы тут поговорите, а я пойду. Встретимся на лавке, - и уходил. Команда быстро выходила из оцепенения, прямо скажем, подобные вещи не каждый день происходят в раздевалках на установках перед матчем, все собирались вокруг капитана и ветеранов, без суеты, спокойно, солидно, в полголоса договаривались, как будут играть, для наглядности чертили схемы на планшете, выходили и разрывали соперника. Не за деньги, не за новую машину, а за тренера, за его гений, за доверие и веру в своих игроков. У Белякова был отец фронтовик. Иван Федорович Беляков прошел всю Великую Отечественную, был ранен, был в штрафбате, прошагал всю Европу, видел Варшаву, Вену и брал Берлин. Поэтому, Петя Беляков с детства знал окопную правду об этой войне, знал, что войны выигрывают солдаты, а не генералы и к своим хоккеистам он относился, как хороший командир: за геройство, смелость и отвагу поощрял, за предательство и трусость наказывал, но всегда верил в своих ребят, и за это они платили ему сторицей. Ведь не зря же он разработал целую систему, ей следовал и так тщательно их подбирал. Его нестандартные ходы, тонкие решения, сложная, но эффективная паутина человеческих отношений, которую он плёл в команде, понятная только ему система подбора игроков, сложная и многоуровневая работа с ними, всё это говорило о неординарности и не зашоренности Белякова. Он не работал по накатанной. Конкуренция слишком высока и цена ошибки тоже. Находясь уже не один год в элите российских тренеров, в герои и первопроходцы Беляков себя не записывал, так как был человек старой школы, а потому скромный, однако ко всему подходил тонко, взвешенно, где надо с хитринкой, всегда чётко понимая, что именно принесет нововведение и насколько полезно это будет его команде. Его творческая жилка помогала ему во всём. Так, Беляков одним из первых начал возить свои команды в теплые края, во время пауз в чемпионате для сборной на Евротуры. Причем Беляков погреться на солнышке вывозил не только хоккеистов, но и их семьи. Это всегда было весело, с энтузиазмом, шутками, прибаутками, команда на клубном самолете с женами, детьми, даже молодым игрокам разрешалось взять своих девушек, улетала в Таиланд, Доминиканку, на Кубу или в Объединенные Арабские Эмираты, селилась прямо на берегу моря в пятизвездочном отеле с аквапарками, бассейнами, большим количеством ресторанов и первоклассным футбольным полем. Утром и вечером хоккеисты тренировались, дети, жены и подруги весь день проводили на пляже - загорали, купались, отдыхали, вечером для всех был общий ужин с вином, танцами, конкурсами и шутками. Так день за днём, очень весело проходил недельный маленький сбор и тем же клубным самолетом большая, загорелая и шумная компания, изрядно подружившись, возвращалась домой, где начинался следующий этап чемпионата. Плюсов от этих поездок было много. Поэтому за Беляковым многие тренеры богатых клубов подхватили это новшество. Но были и минусы. Беляков их сразу разглядел, но продолжал ездить на моря, всё время взвешивая, чего больше в этих поездках для его хоккеистов, добра или зла? Через какое-то время он решил, что минусов больше и первым прекратил семейные выезды. Другие хоккейные команды еще пару лет рефлекторно летали в теплые края, но тоже вслед за Беляковым перестали это делать. О плюсах и минусах семейных выездов посреди сезона в своей потолстевшей тетради Петр Иванович Беляков записал свои многолетние наблюдения прямо в самолете по дороге домой после заключительной подобной поездки и тем самым подвел итог этим необычным экспериментам с поездками на моря и океаны: «В последнее время стали модными выезды команд вместе с семьями во время пауз в регулярном чемпионате, когда в Евротурах играет сборная. Безусловно, в семейных общекомандных выездах есть большие плюсы. Игроки проводят время вместе с семьями. Ребята лучше узнают друг друга с другой, не хоккейной стороны, знакомятся жены и дети и таким образом усиливается та самая корреляция – степень зависимости друг от друга. Ребята начинают дружить семьями, жены больше проникаются хоккеем и начинают жить командными проблемами мужа. Здесь сразу вспоминаются женсоветы великого Тарасова, когда он собирал жен игроков на собрания женсовета «ЦСКА» и говорил, дескать, девочки, не будет вам в этом году ни шубок, ни сумочек, ни кофточек. На матчи в Америку и Канаду наш клуб не едет. Потому что вот ваш муж, уважаемая, не борется на пятаке, а ваш, не помогает защитникам, а ваш муж я вообще не понимаю, как собирается дальше играть с таким отношением к хоккею. Поэтому, дабы не позориться, «ЦСКА» в Америку не едет… Хотя, если вам удастся вразумить своих мужей, то время подготовиться у нас еще есть. После таких собраний жены приходили домой, вцеплялись в волосы мужьям и устраивали такие накачки своим благоверным, что критика Тарасова после этого им казалась детским лепетом. Воистину великий тренер был Анатолий Владимирович. Даже такие рычаги использовал для работы с командой… Приведу пример нашего последнего такого выезда. Четвертого февраля мы отправились на тренировочный сбор в Объединенные Арабские Эмираты. Сбор продлился неделю. Двенадцатого февраля мы уже были на своей базе и готовились к очередному туру чемпионата. По словам ребят, сбор был тяжелым. Мы тренировались на песке и занимались в тренажерном зале. Распорядок дня был следующий: утром зарядка - сорок минут аэробная пробежка, небольшая подкачка и игра в футбол на песке. В это время там как раз отлив, и пляж становится огромной ширины. Затем завтрак и час отдыха. Первая тренировка начиналась в одиннадцать утра - специальная работа на песке плюс игровые упражнения. Вечером, когда спадала жара, начиналась вторая тренировка - атлетизм. Тренажерный зал был так себе, но мы тренерским штабом проявили смекалку и придумали-таки упражнения, соорудив станции из того, что оказалось под рукой. Ребята ко всему отнеслись с юмором и пониманием, поэтому нам удалось выполнить задуманное и проработать все необходимые группы мышц. Не смотря на то, что каждый день были довольно тяжёлые и объемные тренировки, настроение у команды было отличное и улыбки не сходили с лиц ребят. А все потому, что вместе с хоккеистами в ОАЭ полетели их близкие. Во время сбора у них появилась возможность пообщаться со своими семьями, которым по ходу сезона они не могут уделять столько времени, сколько хотят. Плюсы подобных выездов очевидны: солнце, море, жены, дети, очень теплая атмосфера, все заряжаются позитивными эмоциями, которые очень понадобятся в плей-офф. Но есть и минусы. Во-первых, за неделю ребята дважды попадают из зимы в лето и обратно. Это стресс для организма и, скорее всего, сразу после приезда нужно настраиваться на поражения в двух турах, так как у организма много сил будет уходить на адаптацию и акклиматизацию. Во-вторых, в теплые края в паузах стоит возить только команды, в которых не большая ротация состава и люди играют вместе ни один год. Потому что если в начале сезона команда строилась с нуля, как это у нас теперь часто бывает, лучше остаться дома, потренироваться и сыграть несколько контрольных матчей. Поэтому с выездами на теплые моря нужно быть очень осторожным. Новый эмоциональный фон, смена географии и обстановки, близость семей, все это безусловно укрепляет и оздоравливает коллектив. Но риск велик. После поездки можно так и не собраться и провалить плей-офф. Примеры таких штопоров в нашей лиге были, все их отлично помнят. Другим путем несколько лет назад пошел хабаровский «Амур». Дальневосточники решили в поисках спарринг-партнеров отправиться за границу. Лететь в Европу далековато, да и смысла особого нет. Зато Япония совсем рядом. По замыслу главного тренера хабаровчан, в играх с японскими командами «Амур» сможет не только подтянуть физические кондиции ведущих игроков, но и поднять себе настроение победами. К тому же матчи в Японии принимают статус международных, а, как известно, международные игры привносят с собой и другой эмоциональный фон. Ну, и не надо забывать, что заграница, есть заграница! Тренеры и игроки видят друг-друга в иной ситуации, где есть победы, всё сразу проще, другая страна, другая культура, рядом жёны и дети, всё позитивно, одним словом, «Амур» поездкой в Японию убил несколько зайцев: провел серию контрольных матчей, шлейфонул тактику, развеялся и в прекрасном игровом тонусе вернулся в Россию. Были случаи, когда наши команды в паузах летали из зимы в зиму, например в Швейцарию. Вместо моря Альпы, горные лыжи и так же двухразовые тренировки. Смена географии, смена эмоций – это отлично, но практика показывает, что семейные выезды можно устраивать, если у тебя сильная и мастеровитая команда, с которой ты работаешь несколько лет и уже что-то с этими ребятами выигрывал. Здесь нет нужды дополнительно работать над физикой, выносливостью или над тактикой. Ты везешь команду подпитать эмоциями, и если после возвращения придется получить подряд два поражения, в этом нет ничего страшного. Другое дело, когда с командой работаешь первый год и она находится еще в стадии строительства. Здесь лучше остаться дома, плотно поработать, а если повезёт, то сыграть пару контрольных матчей, чтобы команда не выпадала из игрового тонуса. Главные минусы этих поездок – смена климата. Перелет из зимы в лето всегда проходит безболезненно. Акклиматизация чувствуется не так сильно. А вот из лета в зиму, всегда сложнее. Есть вероятность простуд и гриппа в команде. Поэтому отправляясь зимой на теплые моря, нужно учитывать, что первые два тура будут больные и, скорее всего, в состав нужно будет вводить молодежь, что тоже неплохо». О семейных выездах у Белякова были только хорошие воспоминания. Ведь всегда здорово прилететь из холода, снега и слякоти в знойное лето, покупаться в теплом ласковом море, посмотреть на своих счастливых ребят в окружении жен и детей. Белякову особенно нравилось вечером всем вместе сесть за стол, словно одна большая семья, тренеры, игроки, жены, кругом гомонящие ребятишки, все говорили хорошие тосты и добрые слова друг другу, и это было так искренне, и так удивительно, потому, что в таком жёстком виде спорта как хоккей, это всегда остается за кадром. Там дома, на льду, всё за гранью человеческих возможностей, всё не просто жёстко, а порой жестоко, неоправданно жестоко, коварно и драматично, а здесь все были спокойные, счастливые, друг другу благодарные за прекрасные шансы и возможности в жизни. Беляков любил эти выезды и эти ужины на открытом воздухе, где тепло было не только от южной ночи, но и от людей, которые тебя окружают. Особенно он старый и опытный воин, мудрый турнирный боец и справедливый наставник поражался метаморфозам, которые происходили с его хоккеистами. Всех ребят, он знал как несгибаемых, несокрушимых гладиаторов, а тут они были весёлые, загорелые весёлые парни, ласковые, любящие мужья и заботливые отцы. Однако, всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Каждый раз с морей несколько человек возвращались с недомоганиями, простудами и выпадали из тренировочного и игрового процесса на три-пять дней, а то и больше. Взвесив в очередной раз все за и против, Петр Иванович решил, что, не смотря на всю прелесть и гостеприимство теплых стран, лучше по старинке работать дома. Не стоит рисковать концовкой чемпионата и первым раундом плей-офф. Беляков перестал ездить в теплые края, а затем и календарь чемпионата изменился. Игр стало больше, а паузы на Евротуры короче, поэтому семейные выезды на сборы из зимы в лето, посреди сезона, в российском хоккее ушли в прошлое, оставив добрые и теплые воспоминания на всю жизнь у тех, кто на них побывал. Когда в команде Белякова впервые узнали, что клубное начальство в феврале никуда не собирается, в тренерскую пришел капитан, и задал прямой вопрос: - Петр Иванович, неужели, правда? Неужели февральского сбора не будет? - Ты, наверное, хотел уточнить не про сбор, - улыбнулся Беляков, - А решил спросить, почему мы не полетим погреться на море? - Ну, и это тоже, - заулыбался капитан, - Просто ребята волнуются. В прошлые годы летали, и в плей-офф всё было впорядке. Все привыкли, хорошая победная традиция. - То есть ты про фарт? За команду переживаешь? - Ну, конечно, - улыбался капитан. - Иди и передай команде, Я ваш фарт. А на море с женами съездите, когда будет отпуск. В паузе будем работать дома. Нам же есть над чем работать? - Конечно. - Вот и молодец, а сейчас иди, готовься к тренировке. Фарт и суеверия, неотъемлемая часть хоккея. Беляков к суевериям игроков относился с уважением: - Ну, если надо им для морального успокоения и душевного равновесия начинать одевать коньки с левой ноги, пусть одевают. Если считают, что на фарт, на лед нужно выходить тоже с левой ноги, пусть выходят, или если кому-то нужно для успешной игры и голов серьезно поговорить со своей клюшкой, ради Бога! Всё, что помогает делу, всё, что вселяет в них уверенность, я только За! Полу шутя, полу серьёзно о суевериях хоккеистов и тренеров Беляков написал в своей тетрадке всего одну страничку: «К суевериям игроков нельзя относиться серьезно, но, в то же время, демонстративно пренебрегать ими нельзя. Фарт и удача могут обидится и отвернуться. В хоккее много традиций, поверий, суеверий, которые складывались годами и десятилетиями и наверно, если покопаться, в них можно найти здравый смысл. Например, не давать интервью перед матчем. Это скорее не суеверие, а здоровый прагматизм, ведь, никто не знает, как сложится матч для команды и конкретно для этого игрока. Так зачем гневить судьбу и делать какие-то заявления или прогнозы. У всех хоккеистов, есть определённая последовательность, свои правила и привычки в разминке, в том, как одевать форму, как выходить из раздевалки и как выбегать на лёд. Под страхом смерти никто не сядет на чужое место в самолете или в автобусе, который везёт на игру. Все знают, что нельзя трогать чужие клюшки в раздевалке или мерить чужой шлем, можно «нарушить ауру». Никто не фотографируется перед выходом на лёд, даже перед тренировкой… Многие тренеры тоже с удовольствием играют в эти игры – как команда выходит на матч, кто закрывает за игроками раздевалку, кто скидывает на разминке шайбы на лед. Если команда по какой-то причине играла без лидера и выиграла, то и следующую игру хоккеист с самой большой зарплатой в команде, может оказаться на лавке – победный состав не меняют… Суеверий и примет в хоккее множество. Все мы ходим под Богом, к тому же в таком рисковом и опасном деле, как хоккей, поэтому, на мой взгляд, на суеверия игроков тренерам не стоит заострять внимание, анализировать их, критиковать, предавать огласке или публичному обсуждению, пусть даже в шутку. Если хоккеисты хотят верить в приметы, то пусть верят, не стоит их нервировать. Чем бы игроки не занимались, лишь бы играли и забивали. По большому счету суеверия, как и религия – это глубинная потребность человека и возможно важнейший столп, на который человек может опереться в своих делах, чаяньях и начинаниях. Поэтому к истерикам игроков по поводу различных ситуаций связанных с их суевериями нужно относится спокойно». Беляков несколько раз хотел эту часть своей работы зачеркнуть и удалить, но решил оставить. Не стоит недооценивать везение, фарт и удачу. Ведь любые суеверия - от неуверенности. А во, что еще верить, когда выходишь против заведомо сильного соперника с обескровленным составом, с молодыми или больными гриппом игроками, переутомленными после долгого перелета из Москвы в Хабаровск хоккеистами, или травмированными лидерами, которые играют на уколах, когда все заранее тебя похоронили и даже букмекеры на эту игру не принимают ставок, дескать, итак всё ясно, здесь без удачи и суеверий не обойтись. Вот и приходится тренеру быть личным и командным психологом и в своей работе принимать во внимание то, кто как выходит на лёд и где сидит в раздевалке. Окунаясь всё больше и больше в психологию, Беляков неоднократно приходил к мысли, что было бы неплохо в своём тренерском штабе иметь штатного психолога. С образованием, с опытом работы, настоящего профи, а не самоучку и выскочку. Беляков свои возможности в этой области знаний человеческой жизнедеятельности оценивал трезво. Ведь есть положительный опыт тех же НБА и НХЛ, где психолог, и даже не один, давно в штате любого клуба. В России у богатых хоккейных команд были попытки привлекать спортивных психологов, но эксперименты, так или иначе, заканчивались неудачей. Хоккеисты к нововведениям клубного менеджмента относились, как к забаве и развлечению. Игроки просто не доверяли чужим людям, образованным мужчинам не из мира хоккея. При прочих равных, хоккеисты, а в большинстве своём, это очень хищные и уверенные в себе мужики, предпочитали свои игровые или личные проблемы обсуждать с главным тренером, который давно заслужил их преданность, уважение и доверие. А говорить о хоккее, или неуверенности в каких-то игровых или жизненных ситуациях, с человеком, который далёк от мира гладиаторов – это смешно. Вот если бы появился психолог, который прожил полнокровную хоккейную жизнь, выигрывал чемпионаты, выступал за сборную страны, в НХЛ провел с десяток лет и прошел там все этапы от становления, до триумфа, вот такого человека можно было бы и послушать, довериться и поделиться своими страхами или проблемами. Такому, своему в доску, равному по духу, можно и открыться. И послушать, как старшего товарища, как дядьку, видавшего Крым, Рим и Нарым. Всё это Беляков отлично понимал, но как человек образованный и тонкий, надеялся, что компромисс возможен. Придет время, когда участие психологов в жизни команды станет естественным и обязательным, ну а пока, всю нагрузку в области психологии на себя приходилось брать главному тренеру. У помощников, к сожалению, нет того опыта и авторитета в командах, какой есть у главного. Да и люди так устроены, не только хоккеисты, если есть кто-то главный, значит, все вопросы нужно решать исключительно только с ним, а не с замами или помощниками, хотя у Белякова в тренерский штаб входили очень толковые ребята. С ними со всеми Петр Иванович Беляков работал, выигрывал и съел пуд соли, когда они еще были игроками. Все они были или звездами или надежными в его системе. Затем с возрастом превращались в дядек, и когда заканчивали карьеру игроков, Беляков их приглашал работать к себе в помощники. Беляков был уверен, что есть просто хоккеисты, а есть Игроки, хоккеисты для больших дел, с которыми можно выигрывать, переламывать неудачный ход матчей, которые не дрогнут в тяжелой ситуации и поведут себя геройски. Помощники Белякова были из таких. У Белого был тренер вратарей, известный в прошлом голкипер, был тренер, который работал с защитниками и отвечал за игру в обороне и за меньшинство, был специалист по нападающим, отвечавший за атаку и игру в большинстве, тренер по физподготовке, который с Беляковым тоже выходил на лёд, а не только работал на земле и в тренажерном зале, и был тактик. А точнее аналитик. В его задачу входил разбор соперников, их тактика, подготовка видеоматерьялов для собраний и разборов с игроками, именно он предлагал Белякову, как построить игру с тем или иным соперником, но решение, конечно же, всегда оставалось за главным тренером. Тренерский штаб Белякова, это была значимая часть успеха его, как главного тренера. Меняя клуб, Белый всегда забирал с собой своих помощников. Эти ребята многого добились в хоккее, как игроки, и теперь, ставили перед собой большие и амбиционные задачи на тренерском поприще, а потому, были беспрекословными, надежными, железобетонными помощниками Белякова, на которых Белый всегда мог опереться, потому, что отчетливо понимали, что судьба им подарила уникальный шанс, работать под руководством большого мастера, от которого можно учиться каждую минуту в любой игре или даже на обычной тренировке. Все они, как истинные спортсмены, мечтали стать главными и работать со своими командами, а пока перенимали драгоценный опыт и помогали ковать славу легендарному Петру Ивановичу Белякову, Фартовому, большому профессионалу своего дела. Беляков очень хотел, чтобы в его дружный коллектив тренерского штаба, когда-нибудь влился психолог. У него даже были попытки, он неоднократно разговаривал с ребятами, которые планировали вот-вот закончить играть, что было бы неплохо поучиться, получить образование в области психологии, объяснял какие возможности и горизонты может открыть эта профессия, что ребята будут нарасхват в любом клубе и всегда будет работа, но или Беляков выбирал не тех людей, или они предпочитали задуматься о дальнейшем бедующем только после завершения карьеры, так или иначе, энтузиазма никто не проявил и Беляков по-прежнему оставался командным и личным психологом для каждого своего подопечного. По этому поводу Беляков не упустил возможность в своей тетради записать следующее: «Быть психологом – это тоже значимая часть работы тренера и, не известно, что важнее, научить игрока вовремя открыться, или не дрогнуть в самый сложный и ответственный момент матча. Тренеры, как истинные психологи, настраивают на игры, на тренировки, чтобы была необходимая отдача от хоккеистов, чтобы все понимали значимость того или иного процесса, куда мы идем, за счет чего мы там окажемся, зачем нам это надо. Чем яснее картина в голове игрока, тем понятней ему задача и результат, к которому необходимо стремится. Работа тренера с командой, как психолога, происходит ежесекундно, в каждом элементе игры, в тренировочном процессе и в быту. Каждую секунду тренеры работают на сверхзадачу, программируют команду и каждого игрока на успех, на победу, на то, что при правильном подходе всё достижимо. Тренеры мотивируют, объясняют, подсказывают, тонкий интеллектуальный психологический процесс работы с командой не прекращается ни на миг. Работа тренера, как психолога происходит на тренировках, на лавке во время матча, в раздевалке, на установках перед игрой, причем это происходит, как со всей командой одновременно, так и возможно отдельно с нападающими, с защитниками, с пятерками, с парами, тройками и лично с каждым игроком. Каждому игроку уделить внимание невозможно, а надо бы. Поэтому очень важно в поездках, в палетах, в том же автобусе или самолете, чтобы не терять время даром, надо приглашать игроков и общаться, налаживать связи, усиливать корреляцию. Хороший тренер должен знать, чем живет игрок. Как зовут жену, сколько детей, чем занимаются родители, какие хобби есть, чем интересуется помимо спорта, одним словом нужно знать, чем живут и дышат ваш хоккеисты. Кое-что, стоит рассказывать о себе, и не только из прожитой спортивной жизни. Задача тренера установить прочные контакты и связи со всеми членами команды. Если тренер начинает понимать основные движущие мотивы человека, то ему проще будет и мобилизовать, и настроить, и раскрепостить, и успокоить, в общем, в нужный момент совершить нужные манипуляции для достижения какого-то локального или общего результата. Бывает так, что тренеру приходится манипуляциями по средствам одних людей, воздействовать на других». Манипулировать одними через других Беляков умел отлично, и когда надо было, он это делал. Так, например, в одной из команд у Белякова в первой тройке играли сразу три очень опытных возрастных нападающих. Большие звезды, чья карьера начинала катиться к закату. Все очень опытные мастера, в разные годы игроки сборной, прожившие полнокровную хоккейную жизнь. В середине чемпионата у центрального в той знаменитой тройке, Андрея Лапина, как отрезало, он перестал забивать. Передачи были, а голов нет, в то время как его крайние из матча в матч забивали и набирали очки. Лапу Беляков знал уже много лет, не мало с ним прошел, знал, что талантливый центр интроверт с очень сложным характером, вечно весь в себе, ему важно было только его личное мнение и собой, естественно, он был недоволен. Сначала все переживания были у него внутри, а затем в звене начались со стороны Лапы необоснованные претензии к партнерам, то шайбу передерживают, то пас в коньки дают, то вообще с ним не играют под воротами соперника, в защиту не возвращаются, он за всех пашет, короче, начались обиды, раздражение. Беляков на все это посмотрел – посмотрел, вызвал к себе крайних первого звена перед игрой и сказал: «Да, дайте вы ему забить». Парни беспрекословно весь первый период играли на своего центрального, он забил одну, вторую и его прорвало. Во второй части чемпионата, а особенно в плей-офф, шайбы градом посыпались как в прежние времена. Лапа снова поверил в себя, начал забивать, резко улучшилось настроение, изменилось отношение к тренировкам, к играм, партнеры снова стали лучшими в мире и все встало на свои места. - Как дети, - ухмылялся Петр Иванович Беляков весь остаток сезона, наблюдая с лавки, как радуется забитым голам его матерая первая пятерка, а больше всех их центральный, которого к счастью снова удалось усадить в седло, - Вовремя я его поддержал, - думал Беляков, - А то сник бы парень и развалился. На былых заслугах далеко не уедешь. Спорт жесток, нужно здесь и сейчас. Хорошо, что Лапа сумел выкарабкаться. Еще поиграем, - не без удовольствия думал Беляков испытывая удовлетворении от той мощи, которую в каждой игре демонстрировала его первая тройка нападения. Давление коллективом, манипуляции одних через других, это были отличные рычаги управления командой, но ими нельзя было пользоваться постоянно. Во-первых, эти ходы были очень сложны и многоступенчаты. Ситуацию нужно было понять, разобраться в ней, подготовить её решение, не открывая карт, вовлечь в неё всех участников «театрального» действа, разыграть его и наедятся, что все пройдет гладко и цель будет достигнута. Во-вторых, это всегда было долго, а в команде ежеминутно возникают вопросы и ситуации, которые тут же надо решать. Поэтому сложные, многоходовые комбинации из учебников по психологии Беляков оставлял для серьезных и важных случаев. А рутину предпочитал решать по старинке. Быстро и эффективно. У Белякова была замечательная система штрафов. Любой залет стоил сто долларов. Например, опоздание на тренировку, разминку, собрание или отъезд команды – сотка. Опоздание куда - либо в день игры – пятьсот. Опоздание в день игры в плей-офф – полторы тысячи долларов. То же самое на льду: неоправданное второе подряд удаление, или невыполнение тактики, грубая ошибка, которая привела к пропущенному голу, за все приходилось платить. Были у Белякова два отдельных штрафа. Три тысячи долларов стоил игрокам выход на тренировку или сухую разминку без носок, в кроссовках на голую ногу, и столько же выход на улицу в зимнее время без шапки. За носки Беляков карал беспощадно. Это была не прихоть, а суровая необходимость. Хоккеист без носков мог натереть ногу, а затем не одеть конек, или одеть, но хромать и раздирать свою рану дальше. Конечно, у всех есть характер и сила воли, и можно перетерпеть, как это часто бывает в хоккее. Но о чем всю игру будет думать хоккеист с обжигающей раной в коньке, конечно о ноге, а не о хоккее и команде, а через него, например, наигрывали большинство или еще какой-то важный элемент игры. Глупость и небрежность одного, могли поставить под удар тяжелый многодневный труд всей команды. То же самое с шапками. Хоккеисты после каждой игры и тренировки ходят в душ, при этом много переезжают из аэропорта в гостиницу, из гостиницы на стадион, со стадиона снова в гостиницу или сразу в аэропорт, зима, холод, везде сквозняки, а простывать и болеть нельзя, все слишком важны для команды, поэтому за шапками, носками и прочими важными мелочами, например чтобы каска у игрока не болталась на голове, а была крепко притянута к подбородку ремешком, чтобы не слетела в игре или на тренировки от столкновения или силового приема, чтобы на лед хоккеисты выходили минимум с двумя клюшками, за всем этим Беляков следил лично и без злобы, с улыбкой наказывал деньгами. Белякову очень нравилось, что не надо никого ругать и воспитывать. Эта система пришла в наш хоккей из НХЛ и отлично прижилась. Во всех клубах больших и малых дисциплина стала железной. Никто не хочет просто так отдавать свои кровные, реально заработанные потом и кровью. Ведь все играют за деньги, а потому, в своей системе Беляков не мало времени посвятил размышлениям и описанию премирования и депремирования игроков: «Штрафы, премии, личные и командные бонусы – это очень сильные инструменты в работе тренера. Кто бы, что не говорил о патриотизме и любви к хоккею, но все играют за деньги, а раз так, то для большинства хоккеистов наказание или премирование деньгами самый понятный и доходчивый способ указать на ошибки или наоборот, поощрить хоккеиста за уверенные действия, которые приносят пользу команде и делают результат. В российском спорте, со времен еще могучего советского спорта, есть устоявшееся выражение - «сел на зарплату». То есть, игрок подписавший контракт и стабильно попадающий в состав, свою задачу минимум считает выполненной. Голы, передачи – это уж как получиться. Для устранения этой «равнодушной» ситуации есть хороший рычаг давления, или управления – премиальные. Премиальные – это дополнительный стимул или мотив, если хотите, для того, чтобы игроки показывали свою лучшую игру не зависимо от силы соперника и турнирного положения своей команды. Даже в небогатых клубах премия составляла пятьсот долларов за очко. То есть чистая победа в основное время (3 очка) игрокам, заявленным в состав, приносит полторы тысячи долларов. Мотив более чем серьезный. Премии есть везде и их устанавливает клубное руководство. В стыковых матчах или в очень принципиальных играх премиальные могут быть подняты до невероятных размеров, до десяти и даже несколько десятков тысяч долларов, и это приносило и приносит свои плоды. Более того, многие российские клубы сейчас идут по прогрессивной системе премиальных, например, победа в основное время в первой игре полторы тысячи долларов, вторая победа подряд три тысячи, третья - четыре с половиной, и так до проигрыша. После поражения премиальные начинаются с минимальной ставки в полторы тысячи. Таким образом, даже высокооплачиваемые игроки могут на премиальных заработать очень ощутимый бонус к своей зарплате, а игроки молодые или те, кто еще не вышел на высокие контракты перекрыть свою зарплату премиальными в несколько раз. Есть мнение, что клубам пора отказаться от больших зарплат, сделать их более «земными», а вот премиальные стоит увеличить, чтобы игроки деньги не получали, а зарабатывали. Конечно же, против этого очень активно выступит профсоюз игроков, поэтому вряд ли это произойдет, но здравое зерно для клубного менеджмента в этом есть, в любом случае, премиальные – это очень сильный аргумент для повышения мотивации игроков. Личные бонусы – это так же сильный мотив для игроков, пусть и не для всех. Личные бонусы в России пока имеют только игроки звездного статуса. Суть в том, что «звездам» не всегда хочется играть в полную силу и сверх того. Игрок звездного статуса должен в каждой игре по системе гол+пас набирать два-три очка, а это очень непросто, поэтому, личный бонус( денежное вознаграждение в случае если игрок выполняет оговоренные перед сезоном условия по личной статистике) может составлять очень внушительные суммы, что заставляет лидеров играть в полную силу и даже выходь на игры с травмами «на уколах». Премиальные и бонусы безусловно дисциплинируют игроков и заставляют профессионально относится к своей работе и результату. Огромные премии выплачиваются в плей-офф. До матчей на вылет, где разыгрывается кубок и медали, как правило, добираются богатые клубы и у игроков, даже у молодых все в порядке с заработками. Деньгами никого не удивить и именно поэтому клубное руководство предлагает такие премии, что в этих матчах все начинают играть за гранью возможного. В богатых командах, которые реально претендуют на чемпионство, прохождение каждого из трех раундов плей-офф приносит игроку по триста тысяч долларов, а победа в финале еще пятьсот. Если хоккеист стал чемпионам и сыграл все матчи плей-офф, то его премиальные только за матчи плей-офф составляют один миллион четыреста тысяч долларов, к этому добавьте деньги по контракту за сезон, премиальные за победы в регулярке и личные бонусы. И вот, имея такие деньжищи, хоккеисты должны еще и напрягаться, тренироваться, ломать кости, играть в каждом матче, как в последний раз, а тренеры всю эту избалованную деньгами публику должны суметь заставить и раз за разом стимулировать, чтобы команда не просто играла, а рвала жилы и побеждала. Тут не то, что систему надо придумать и работать по ней, здесь каждый день нужно, что-то выдумывать, изворачиваться и хитрить. Главный тренер в любом клубе – это всегда расстрельная должность. Игроки хотят поменьше тренироваться и побольше получать, а руководство хочет поменьше всем платить и при этом иметь в своем составе лучших хоккеистов, битком собирать стадионы и выигрывать медали. В этом противостоянии главный тренер – это буфер между игроками и хозяевами клубов. Бедный главный тренер, словно уж на горячей сковородке должен извиваться и делать всё, чтобы одни тренировались и играли на максимуме, а вторые, держали слово и все оговоренное платили и не лезли в дела команды. Не самая завидная роль и именно по этому, у каждого успешного тренера есть своя система тренировок, система подбора игроков, система мотивации, верные помощники и надежные ребята с которыми можно выигрывать и творить большие дела. Но, даже имея всё это, тренер должен иметь знания, опыт, способность постоянно развиваться, и непререкаемый авторитет, потому, что бывают вещи, которые видит только тренер, и больше не видит никто, и если главный сказал, что сегодня мы это сделаем так, то все должны поверить, пойти и сделать, и когда всё получится, удивиться и восхититься гением наставника. Только так зарабатывается авторитет, преданность и вера в лидера за которым ты идешь вместе с другими». - Очень пафосно! – улыбнулся Беляков, перечитав раздел про бонусы и премии, но решил ничего не исправлять и не зачеркивать, а оставить как есть. Для истории. Беляков был уверен, что эпоха бешенных денег в профессиональном хоккее скоро уйдет в прошлое. Да деньги останутся большие, по сравнению с зарплатами обычных людей, но миллионы за плей-офф скоро никому не будут платить. Ведь в НХЛ деньги платят только за регулярный сезон, а в плей-офф не платят ни цента, и тем ни мение, в Северной Америке в плей-офф самые отчаянные, ожесточенные и драматичные игры, люди бьются в кровь не жалея себя и соперников, потому, что играют за титул, за место в истории. Деньги в НХЛ есть у всех, а вот «Кубок Стэнли» у избранных, только у великих игроков, которые играли в великих командах. Беляков был очень собранным человеком и всегда внимательным к деталям. Того же он требовал от своих помощников и игроков. Профессионалы во всём должны были быть профессионалами. - Всё, что касается хоккея, - говорил он команде, - Всегда должна быть стопроцентная концентрация: на игре, на её элементах, в тренировочном процессе, в любом рывке на льду и в любом подходе к штанге. Только так можно добиться результата и что-то выиграть. В обычной жизни можете вести себя как угодно, но и там, я советую вам не терять концентрацию и думать над каждым шагом, как и что вы делаете, ибо жизнь вне льда и на льду очень сильно связаны. Были у Белякова еще несколько штрафов, которые он мог дать, а мог и не дать. Они были на его усмотрение. А именно, Беляков мог наказать игрока, или даже целую пятерку, за потерю концентрации. За пропущенный гол в большинстве, за гол на первых секундах матча или на последних секундах периода, когда команда начинает доигрывать и пропускает гол в раздевалку. Случаи, конечно, бывают разные и, бывает, что команда пропускает не потому, что ошиблась, а потому, что мастерски сыграл соперник, поэтому эти штрафы Беляков выписывал по ситуации. Он всегда старался быть объективным и справедливым, а потому его решения не вызывали волнений в команде. Для того, чтобы подобные происшествия в игре свести к минимуму, Беляков написал небольшую памятку для своих игроков и время от времени на собраниях возвращался к ней и еще и еще раз подробно разбирал те тезисы, которые в ней были изложены. Эту памятку Беляков не придумывал специально, а взял и частично переписал целый раздел из своей знаменитой тетради, который был посвящен концентрации. В оригинале этот раздел выглядел так: «Не редки случаи, когда команда пропускает в большинстве. На первых или на последних секундах периода и матча играя в равных составах. Это происходит, как правило, из-за недонастроя, а точнее, из-за потери концентрации. Люди, которые играют в меньшинстве, они изначально замотивированы и сконцентрированы из-за того, что их меньше. Игра пять на четыре и, тем более, пять на три, заставляет их собраться и сконцентрироваться на сто десять процентов, так как отсутствие одного игрока лишает меньшинство на двадцать процентов, а отсутствие двух на все пятьдесят на благополучный исход отрезка в неравных составах. Меньшинство играет агрессивней, с большей самоотдачей, собранней и с максимальной концентрацией из-за страха ошибиться, а соответственно пропустить, так как на меньшинстве любая ошибка может стать фатальной. Сегодня уже ни для кого не секрет, что исход практически любого матча зависит от эффективности спецбригад, от облученности и таланта игроков которые выходят на большинство и играют в меньшинстве. Боязнь ошибиться является главным мотивом для игроков меньшинства, и именно этот мотив заставляет обороняющуюся четверку, или тройку играть максимально дисциплинированно, собрано, с должной концентрацией. Не менее важным мотивом у обороняющихся является желание продемонстрировать свое превосходство, что, даже имея на одного или двух игроков меньше, мы все равно не уступим. Честолюбие и эгоизм является главными китами, на которых стоит весь спорт, который сам по себе, как я уже писал, является конкурентной средой. Совсем другая психология у пятерки большинства. У них преимущество в игроках. А значит шансов на благоприятный исход больше. Отсюда излишняя самоуверенность и как следствие недонастрой и потеря концентрации. Именно поэтому «заряженная» четверка меньшинства делает перехват, и наказывает голом пятерку большинства. Тренерам необходимо не только тактически, но и психологически работать с большинством, чтобы свести голы, пропущенные в большинстве, к минимуму. Нечто подобное происходит на первых и на последних секундах периодов и матча. Голы на первых секундах периода-«долгая раскачка», тот же недонастрой, голы на последних секундах - «дотанцуем и пойдем отдыхать», потеря концентрации. Тренерам стоит заострять внимание игроков и проводить профилактические меры (беседы, тактические занятия), с разбором именно этих моментов, ибо все классные команды дают мощное начало и всегда мощную концовку (последние две минуты) периода. Не редко из уст главных тренеров можно услышать в конце матча или в конце периода: «Так ребята, собрались. Даем концовочку». Примерно, то же самое происходит перед выходом на лед, все говорят одно и то же: «Давай ребята, без раскачки, с первых смен, с самого начала», но это скорее дань традиции, так как мало кто объясняет игрокам, почему именно нужно «давать» мощное начало и мощную концовку. А все кроется в психологии людей, большинство рассуждает, как в известном анекдоте: «Мы пойдем медленно и поимеем все стадо», хотя иной раз бывает так, что пару пропущенных шайб в дебюте игры так и не получается отыграть за весь матч. А виной всему является потеря концентрации. Неумение удержать счет, так же связано с недонастроем и потерей концентрации. Много случаев, когда команда повела в две, а то и в три шайбы и в итоге в конце матча уступила. Здесь полностью повторяется ситуация с большинством. Отрыв в несколько шайб расхолаживает и успокаивает игроков, и даже призывы тренеров собраться и играть в свою игру до команды не доходят, в то время как проигрывающей команде стоит забить один гол, у нее появляется надежда и желание сократить отрыв. Если проигрывающей команде удается сократить отрыв до минимума, в этой ситуации психологическое преимущество переходит полностью на её сторону, в то время как команда, которая вела в счете, может запаниковать и именно этот момент является решающим. Поэтому, когда опытные тренеры говорят, что в хоккей надо играть от первой секунды и до финальной сирены, не зависимо от того, что написано на табло, они имеют ввиду концентрацию, которая необходима в каждом отрезке, на каждой секунде игры не взирая на то, как складывается матч». О драматургии матча, концентрации, о неравных составах Беляков разговаривал со своими игроками довольно часто. Когда есть общее понимание процесса, когда все вовлечены в него, тогда работать всем легче и приятней, и штрафы становятся исключением, а не правилом. Беляков не любил штрафовать своих хоккеистов, но как любящий отец, который хочет, чтобы его шаловливые дети чего-то добились в жизни, вынужден был это делать. Как и во всех командах, штрафы никуда не тратились, а собирались администратором в трехлитровую банку и весело пропивались командой в конце сезона, чтобы никому не было обидно, что его деньги кто-то присвоил. Вообще, у Белякова было железное правило, в жизни все должно быть справедливо, тогда и жить легче, не зависимо на коне ты, в фаворе, в медалях, или второй год сидишь без команды и без работы. Да, в жизни любого тренера такое бывает. Не был исключением и Беляков. Далеко не все в его карьере складывалось гладко, особенно по началу. Он тоже хлебанул будь здоров, поэтому, когда все его успехи списывали только на фарт, он не спорил, не разубеждал, не доказывал и никому ничего не объяснял, потому, что невозможно объяснить или рассказать, сколько труда, пота, крови, бессонных ночей, терзаний, разочарований и экспериментов было вложено в каждый сезон. Через сколько лишений, ошибок и драм пришлось пройти… Это со стороны, непосвященному все просто. Гоняют мужики шайбу. В одну, в другую сторону, меняются, выбегают следующие, а на самом деле хоккей это огромный труд, серьезная наука и целый мир. Если бы это было как-то по другому, то не было бы столько поклонников у этой великой игры и не было бы столько героев, которых эта игра воспитала и подарила миру. Беляков это всегда знал, всю свою жизнь любил и был предан хоккею, ну и всегда честно тянул свою лямку. Ну, а то, что удача и фарт любят трудолюбивых, ну, так это все знают. © Олег Ашихмин, 2021 Дата публикации: 19.09.2021 23:53:29 Просмотров: 722 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |