Я пропускаю (записки математика из 2043-го года)
Владимир Гладышев
Форма: Рассказ
Жанр: Антиутопия Объём: 8650 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Рассказ о том, чем закончилась пандемия, начало которой мы видели... Я ПРОПУСКАЮ (записки математика из 2043-го года) ... Последнее уведомление присылают за 72 часа до мгновения L. Если ты не появился в Пункте за 12 часов до него, к тебе высылают бригаду. В дом они входят легко, никакие запоры не останавливают. Собственно говоря, никто из моих знакомых не дождался бригады – все летели в Пункт, потому что выдержать эти страдания невозможно. Так говорили те, кто – по разным причинам – пробовал отказаться от неизбежного. Ты не владеешь собой, тебя гонят физическая боль и ужас. И непреодолимое желание избавиться от них. … Всё началось 24 года назад. Мне тогда было 52, я был тридцать лет женат, дети выросли и жили отдельно. Мы с женой – весьма известные математики, с именем и кое-какими заслугами перед Минервой, поэтому, живя в России, могли себе позволить работать там, куда нас приглашали. Приглашение в США было заманчивым: контракт на три года с возможностью пролонгации, работа на самых современных на тот момент компьютерах, двухмесячный отпуск. Высокая даже по меркам Штатов зарплата. Дом и машина, которые оплачивались университетом. Бесплатные поездки в любую точку земного шара – 5 штук в год. Контракт мы подписали летом 2019-го года. Переехали. Вгрызлись в работу. Всё шло хорошо. Пока не началась пандемия. Меня не обманешь. Не обманывался я и тогда, а теперь-то совершенно точно знаю: Вирус был создан искусственно, и, похоже, очень давно. Его просто придерживали до нужного времени. Когда это время наступило, Вирус выпустили в Мир. Продуманно выпустили. Решили заодно использовать его в борьбе с набиравшим силу Китаем, обвинив его в создании Вируса. Поначалу всё шло отлично. Разумеется, для тех, кто это затеял. Паника, всемирный ужас, локдауны, запечатанные границы, маски, которые страны воровали друг у друга самолётами, и прочее – всё это способствовало расщеплению, формированию животного страха перед неминуемой, как внушали человечеству СМИ, гибелью. Людей натравливали друг на друга – в ход шли самые разные способы и технологии. Цвет кожи, религия, язык – беспроигрышные в истории человечества варианты. Но Вирус всё это усилил в разы. Ненависть стала тотальной. Всеобъемлющей. Лишающей рассудка и возможности сложить два и два. Тем, кто всё это затеял, не нужны были 8 миллиардов ртов, которые необходимо было кормить. Они рассчитали, что Вирус за два-три года уберёт половину тех, кто уже не представлял особой ценности и не имел перспектив в жизни: стариков, людей с хроническими заболеваниями, наркоманов, бомжей… Предполагалось, что в итоге на планете останутся только два класса: элита и обслуга. Держать в узде обслугу должны были полицейские. За хорошую пайку. И… из страха погибнуть, не получив вовремя Дозу. Когда всё началось, мы с женой хотели вернуться в Россию. Но не успели. Поскольку Мир оказался на грани ядерной войны, Россия и Китай объединились. Это гарантировало им, что их не тронут – иначе погибли бы все, и живые, как нас предупреждали, стали бы завидовать мёртвым. Недолго. Потому что жизнь на Земле была бы уничтожена. Поняв это, Штаты, как кто-то пошутил, «ушли на самоизоляцию». Прихватив с собой весь континент. И я видел всё, что произошло за эти годы. Жил этим почти четверть века. Для начала в стране началась стрельба всех по всем. Длилась она недолго: полиция, получив невиданные полномочия, методично выкосила людей с оружием и изъяла оружие у остальных. Обезоруженный народ мало что может сделать против вооружённой до зубов полиции, и все смирились… Всё это время Вирус собирал свою жатву. Бесконечная паника. Бесконечный ужас. Города в пустыни из сложенных штабелями запаянных пластиковых гробов. Проблемы с едой, теплом, водой, топливом, одеждой… со всем, что ещё недавно казалось само собой разумеющимся. Правительство объявило обязательность вакцинации. Поначалу общество раскололось на «ваксеров» и «антиваксеров». Последних старательно, хотя и тайно, поддерживали спецслужбы, они играли роль полезных идиотов. В основном это были люди из богемной среды: артисты, музыканты, писатели, просто тусовщики. Голосистые, наглые, самоуверенные, привыкшие вещать, ждущие, что им все будут заглядывать в рот. Как потом выяснилось, их поддерживали исключительно для того, чтобы снизить число выживших. Вакцина не защищала полностью от возможности заражения, но почти все вакцинированные выживали. Невакцинированные же не имели шансов, потому что Вирус становился всё сильнее и сильнее. Безжалостнее. Замысел был прост: поскольку, как хорошо знали кукловоды, актёры и прочие деятели из мира богемы – люди пустые, биомусор, ничего материального не производящий и не желающий, да и не умеющий трудиться, их не жаль. Всё равно вымрут, это показала история со СПИДом. Так пусть теперь они заберут с собой в могилу побольше таких же безмозглых, прок от которых невелик. Через три года выяснилось, что выжить можно только при условии ежегодной ревакцинации. Опоздание даже на пару часов – мучительная и неизбежная смерть. И тогда те, кто всё это задумал, полностью взяли Мир под контроль. Ненужных просто не вакцинировали. И они умирали. Зато выжившие были готовы на всё ради Дозы. Это не наркомания, не ломка, это гораздо хуже. Страшнее. Мне не дали умереть потому, что я оказался нужен. Работаю под контролем. Дома. Не знаю, как у других, но у меня большая хорошая квартира: гостиная, спальня, кабинет. Три балкона. Нет недостатка в еде. Даже напитки могу выбирать. Но с женой нас разлучили. Она живёт в такой же, как у меня, квартире. На соседней улице. Но с моего балкона я вижу только ту сторону дома, на которую не выходят окна её квартиры… Мы общаемся по видеосвязи – ежедневно в течение 45-и минут. Таков лимит. Можно выбрать это время сразу, можно – в несколько приёмов. Но не более 45-и минут в день. Раз в месяц, вечером, меня привозят к ней, утром увозят. И у меня дома, и у неё – тотальный контроль, не какое-то там вульгарное видеонаблюдение. Тотальный. Сначала мы шутили, что это Большой Брат из детской сказки Оруэлла, только вот возможности у него значительно шире. Потом шутить перестали. По сравнению с нашей жизнью книга Оруэлла – это и в самом деле… ну, детская сказка. Наивная и даже в чём-то добрая по отношению к обычному человеку… Теперь я понял, почему в самом начале истребили всех писателей, кинематографистов, музыкантов. Они не нужны. Всё, что нам показывают по телевизору, - это мультики. Прекрасно сделанные мультики. К нам поступают электронные книги, написанные электронными же авторами. Иногда их бывает интересно читать. Обычные люди уверены, что Китай, Россия и весь остальной Мир уничтожены Вирусом. И поэтому они должны благодарить правительство за то, что живы. Жизнь поддерживается инъекциями. Когда подходит время мгновения L, человек трясётся от страха. Он не знает, пришлют ли ему напоминание о том, что необходимо прийти в Пункт. Тот, кто остаётся без дозы, погибает. Поэтому в стране ежегодно проходит Неделя Благодарности правительству за то, что люди живы. Но я знаю, что остальной Мир не погиб. Мне предоставляют всё, что нужно для работы. А я хороший математик. И узнаю работы моих коллег из разных стран Мира. Это как почерк, по которому узнаёшь руку автора. Стало быть, они живы. Никакой компьютер не может повторить почерк математика, хотя, конечно, решает множество прикладных задач. Не знаю, как живёт остальной Мир, но на нашем континенте осталось ровно столько людей, сколько необходимо для достаточно безбедной жизни элиты и тех, кто её обслуживает. Конечно, я – дорогостоящая интеллектуальная обслуга, поэтому и уровень жизни у меня высокий. За моим здоровьем тщательно следят, меня очень хорошо лечат, если я заболеваю. И всячески заботятся о том, чтобы я прожил как можно дольше, оставаясь работоспособным. Люди попроще, полагаю, живут куда скромнее. Но точно сказать не могу – по видеосвязи я общаюсь только с коллегами и людьми своего круга. Нас берегут. … Мне осталось жить не более трёх часов. Выбор я сделал давно. Жена сделает то же, что и я. Мы сверяем часы. Совсем скоро мы уйдём. В одно и то же время. Старым дедовским способом: наберём ванну горячей воды, погрузимся в неё – и перережем вены. Когда-то я читал, что это не больно. Вот и проверю сегодня. Перед смертью я выпью бутылку джина. Люблю запах можжевельника… запах из моего детства, я ведь вырос в Крыму… Палящее солнце – и разогретый солнцем можжевельник. У нас с женой осталось 17 минут времени на общение сегодня. Поговорим – и отправимся в ванные комнаты. Каждый в свою. Я пропускаю укол, который мог бы продлить мою жизнь на год. Потому что это не жизнь. Когда только начиналась пандемия, я не мог предположить, что люди придут к этому. С меня хватит. Я пропускаю… © Владимир Гладышев, 2021 Дата публикации: 25.11.2021 22:39:36 Просмотров: 785 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |