На картине
Виктор Эннс
Форма: Поэма
Жанр: Драматургия Объём: 215 строк Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Повесть эту услышав однажды, Все, что смог я запомнить тогда, То, что в ней для меня стало важным, Не забуду уже никогда. * * * Это было в военные годы. Днем и ночью в кровавых боях Гибли люди, страдала природа, В городах, деревнях, на полях. Смерть косила и малых и старых, Не взирая, кто прав, виноват. В пепел все превращали пожары, Где недавно стоял дом и сад. Все по прихоти чьей-то свершалось, Жажда власти к безумью вела, От которого то разрушалось, Чем Россия хоть как , но жила. Далеко от сражений армейских, В небольшой деревушке одной, Как обычно в заботах житейских Жил крестьянский народ трудовой. Друг за другом стояли избушки, За которыми речка текла. На окраину к старой церквушке, Извиваясь, дорога вела. Воскресеньями звон колокольный Приглашал на молебен людей. Собирался приход богомольный, На крыльце у церковных дверей. Заходили, в притворе крестились, Кто от сердца, а кто для того, Чтоб при встрече потом не косились, Называя безбожным его. Пели псалмы и хором молились, Повторяя слова за попом, А при выходе снова крестились, У картины с распятым Христом. Шли домой, иногда рассуждая, Что же батюшка им говорил, Но писание толком не зная, Кто как понял, так верил и жил. И казалось бы, дальше так будет, Как всегда поутру, на заре, Голосистый петух всех разбудит, Взрослым труд, а игра детворе. Но менять образ жизни привычный, Как в домах, так и в душах людей, Продолжала война безразличной, Хладнокровной рукою своей. И дыханье ее ощущалось, Где-то близко, стрельбой за рекой. И зловещим раскатом стучалось Над деревней, нарушив покой. От нависшей угрозы у многих Тень тревоги на лица легла. Прекратились в избушках убогих Повседневные в жизни дела. Главным было теперь, чтобы выжить, Все равно как , любою ценой. Страх заставил друг к другу быть ближе, Озадаченных мыслью одной. Как же быть, как все спрятать надежно, Скот и утварь, детей и себя. Стали делать все то, что возможно, Слез бессилья в глазах не тая. Но услышав, что скоро солдаты В дом ворвутся и будет беда, Каждый скрыться старался куда-то И метался туда и сюда. Всюду паника, крики, смятенье, Плачь детей, рев скота, лай собак. Вмиг пришла вся деревня в движенье, Лезли в погреб, в подвал, на чердак. Где угодно, но только бы скрыться, От несчастья подальше уйти И дыханье сдержав, притаиться, Чтобы недруг не смог их найти. А которые толком не знали, Как им участи злой избежать, Растерявшись, у дома стояли, Не решаясь куда-то бежать. Вдруг на улице голос раздался: - В церковь, в церьковь бегите, скорей, Враг в деревне уже показался, Пошевеливайтесь же, быстрей! Будто этого только и ждали. Подхватив и прижав малышей, Что есть силы крестьяне бежали По дороге к церквушке своей. Наконец-то знакомые двери, А за ними спасенье для них , Где надеялся каждый и верил, Что не тронут их в стенах святых. И еще не успев отдышаться, Люди начали к Богу взывать. К разным ликам святых обращаться И на помощь к себе призывать. - Ну за что нам страданья такие, Так одни причитали молясь. - Боже наш,- говорили другие, Защити от погибели нас. В это время уже раздавались За стеною солдат голоса. Дети к взрослым сильней прижимались, Широко открывая глаза. Скрипнув жалобно вдруг распахнулась Офицером открытая дверь. И отпрянув, толпа пошатнулась, Будто в церковь вошел страшный зверь. Взгляд пронзительный, злой, леденящий, Никому он добра не сулил. Осмотрел перед ним всех стоящих И с усмешкой злорадной спросил: - Что, решили сюда перебраться, Чтобы здесь свои шкуры спасти? Или время пришло собираться И молебен святой провести? - Что молчите? Никто не ответил. Офицер ухмыльнулся, потом Оглядевшись, картину заметил, С изможденным распятым Христом. Подошел к ней, небрежно потрогал, Постоял, видно что-то решал. Снял и бросил ее у порога, Повернувшись к крестьянам, сказал: - Христиане, как видно, попались. В Бога верите вы или нет? - Верим.., верим..,- негромко раздались Голоса наконец-то в ответ. - Вот как ! Ладно, сейчас мы проверим, Кто для вас на сегодня важней. Тот лишь выйдет живым через двери, Кто поступит по воле моей. На картину, что здесь у порога, Тот, кто плюнет, пусть дальше идет. Если нет, то отправится к Богу, Вот и все, ну, кто первым начнет ? Что угодно, но только такого Не могли ожидать от него, Чтобы плюнуть на образ святого, Оскверняя тем самым его. Выбор был у крестьян очень сложный; И солдатский отряд это знал. Командир их жестокий, безбожный, Что решил, то уже не менял. После паузы, смертельно гнетущей, Показавшейся вечностью всем, Офицер с недовольством растущим Произнес,- смелых нет,- и затем Он достал пистолет, угрожая, Крикнул грубо,- эй ты вон, мужик, Будешь первым, но тот не желая Сделать шаг, головою поник. - Ну, ступай же, чего растерялся, Что картина, кусок полотна. Сухо щелкнул затвор.- Испугался? Жизнь, как знаешь, лишь только одна. Ноги будто свинцовые стали, Мысли путались,- как же мне быть? Губы, руки, колени дрожали; - Плюнуть что - ли, ведь хочется жить. Ощутив ствол холодный на теле, Встрепенувшись, промолвил,- постой, Не стреляй, я пойду - в самом деле Он поплелся к картине святой. Там еще потоптался немного, С ноги на ногу, словно хромой. Плюнул, быстро исчез за порогом, С глаз подальше, уже сам не свой. - Вон как просто, - к толпе обратился Офицер, рассмеявшись, - вперед! И один за другим потащился, Так сказать , богомольный народ. Только это не долго продлилось, Забавляя солдатский отряд. Чья-то девочка остановилась, Устремив на картину свой взгляд. Сняв платок с плеч присела и стала Лик святого Христа вытирать. Офицер от такого сначала Не нашел даже слов, что сказать. - Встань сейчас - же, чего тут застряла, Наконец закричал он, - живей. Но она вытирать продолжала, Будто сказано было не к ней. Пистолет не нее направляя, Багровея от злости сказал: - Ты совсем что - ли глухонемая?- Замер и на курок он нажал. Грянул выстрел, она опустилась, К полотну прижимаясь лицом. И невинная кровь заструилась, На картине с распятым Христом. Простонала и замерло тело, На пронзенной груди у Христа. Словно с ним сораспявшись висела Жертва веры в жертву Креста. Тишина на мгновенье, в котором Двое мертвых живым остальным Молчаливым предстали укором, В святотатстве препятствуя им. - Все свободны, идите - сквозь зубы Процедил офицер и пошел. Что – то крикнул солдатам он грубо И отряд за собою увел. Расходились все с чувством печальным И не глядя друг другу в глаза. С колокольни поплыл звон прощальный, Вслед за детской душой в небеса. * * * Вот и кончилась скорбная повесть. Для раздумья момент наступил. И спросила меня моя совесть - Как бы я в этот час поступил ? Январь 2000 © Виктор Эннс, 2009 Дата публикации: 04.01.2009 04:17:09 Просмотров: 2163 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |