Пришельцы из космоса
Сильченко Алексей
Форма: Повесть
Жанр: Фантастика Объём: 52834 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
*** Вчера я не выспался. А сегодня на работе я то и дело погружался в состояние дремоты и, в общем-то, толку от меня было как от козла молока. Пришлось отпроситься домой пораньше, сославшись на недомогание. Всю ночь накануне я не мог сомкнуть глаз – не спалось: ворочался, смотрел на далекие звезды и размышлял. Рано утром, где-то полпятого, едва забрезжил рассвет, плюнув на идею со сном, я достал последнюю сигарету из пачки и вышел покурить на балкон. Глядя на растворявшуюся в небесной лазури луну, вспомнил народную мудрость, что утро вечера мудренее. Да, теперь сомнений не было. Мы, люди, не одиноки. У нас существуют братья по разуму – инопланетные формы разумной жизни. Это однозначно! Я это знаю. Я в этом уверен… Нет-нет, дорогой читатель, не подумай, что твой покорный слуга сошел с ума или впал в состояние бреда. Не откидывай в негодовании эту книгу, которую сейчас держишь в своих руках, в дальний угол комнаты. Не бросай ее в камин, и не давай на растерзание своему щенку. Сперва выслушай, а уж потом, действуй по своему усмотрению. Они действительно существуют. Ниже мной будут приведены неопровержимые доказательства бесспорности данного факта. Было это в четверг, а сегодня уже суббота и я спешу поделиться тем, что слышал своими собственными ушами. Итак. Я сижу со своими записями и диктофоном, и думаю, каким же образом лучше всего изложить материал. Считаю, что наиболее подходящим будет рассказ, с так называемой, кольцевой композицией. Я постараюсь документально зафиксировать, то, что слышал, от лица рассказчика, и, лишь по необходимости, упоминая свою скромную персону в начале и в конце повествования. Ну, и кое-где в диалогах. (Все в мире подчиняется неким законам: писанным и неписанным, хорошим и плохим, известным и скрытым от нас, справедливым и не очень. Обычно, автор показывает себя умнее своего собеседника, что, к сожалению, пришлось сделать и мне. Хотя, разумеется, я ни в коем случае так не думаю и не считаю. Но того требуют законы жанра, а их, хоть изредка, но, увы, надо соблюдать). Однако, все по порядку. *** В Ялте летом очень жарко. Позавчера, в полуденный августовский зной, изнемогая от жажды, я решил побаловать себя кружкой холодного пива в местном баре «У каштана». Там, в это время, было прохладно и немного посетителей, а это, как раз, то, что и было мне нужно после напряженного начала рабочего дня. Отличное место. В пивной заседала небольшая мужская компания, две немолодых и неопрятных женщины и несколько вконец опустившихся алкоголиков-бродяг. Я выбрал место почище и подальше от всех, поскольку никто из присутствующих меня не интересовал. Только я присел и откинул ногой кусок недоеденного пирожка с горохом, который валялся прямо подо мной на грязном полу, как кто-то окликнул меня по имени. Я не прореагировал – может, это позвали кого-то другого. Не у одного же меня такое имя. - Андрюха!- повторилось снова. Нехотя оглядываюсь. Ко мне идет какой-то здоровый мужик, отделившись от мужской компании. «Блин! Какого… ему надо!?»- с раздражением думаю я. – «Сейчас начнет просить деньги или сигареты! Fuckin’ shit!*» - Андрюшка! Ты, что ж, не признал меня!? – широко улыбаясь и протягивая мне свою огромную лопатообразную руку, орет здоровый мужик.- Я – ж Матвеич, ленькин батя! Что, не узнаешь!? - Анатолий Матвеевич! – на этот раз от радости заорал я.- Извините, Анатолий Матвеевич! Не узнал!.. Богатым будете!.. Правда! Ну, как Вы? Как Ленька? Рассказывайте!.. Присаживайтесь! *** Анатолий Матвеевич это отец моего друга детства – Леньки Поршенкова. Мы жили в соседних дворах, учились в одном классе, до тех пор, пока Ленька не остался на второй год. Вместе росли и взрослели. Нас, пацанов, конечно, было много, но дружил я больше всего с Поршнем. Да, и он, пожалуй, со мной. Это был самый верный и надежный товарищ. В какие мы с ним только передряги не впутывались! Сколько вместе прошли! Всего и не вспомнишь. А еще только мы вдвоем с Ленькой ходили в кружок “Умелые руки” и только мы могли делать и запускать воздушных змеев. Все ребята нам завидовали… Потом судьба раскидала нас кого куда. Не виделись мы с Ленькой уже лет десять-двенадцать. - …Ленька сейчас в Киеве… - Анатолий Матвеевич закурил, и, попыхтев сигаретой, продолжал. - Каким-то делом занимается. Что-то там с ваннами и моющими средствами. Я точно и сам не знаю. Звонит редко. Но не жалуется,- и то хорошо. - Мм-да, не виделись мы с ним лет десять. Подумать только! Как он там, не женился?- поинтересовался я. - Да, нет, вроде бы. Говорит, что живет с какой-то мадмуазелью. Не знаю только – на долго ли это у них. Сам же моего Леньку знаешь. - О, да! Знаю-знаю. Ну, а Вы-то как, Анатолий Матвеевич? Ведь Вас тоже не помню, когда видел! - А, что я? – заскромничал Анатолий Матвеевич.- Все тружусь. Щас вот ремонт дома делаю, месяц назад вернулся из Москвы. Мы там с бригадой дачи депутатам строили. Три с половиной года отработал. Я этим, как его, ганкстербайтером был. - Гастарбайтером, - машинально поправил я. - Ну, какая разница, - отмахнулся Анатолий Матвеевич.- Так вот, слушай. Сейчас моей Таньке надо будет квартиру покупать. Уже замуж ведь собирается. - Кто!? Таня!? – изумился я.- Сколько же ей? Она ведь младше нас на девять лет! - Ну, все правильно,- улыбнулся Анатолий Матвеевич.- Вот ей уже двадцать один будет в ноябре. - Бог мой, как время-то бежит! Маленькой Таньке уже двадцать один! Наверное, красавица она у вас? - Да! - не скрывая гордости за свою младшую дочь, веско ответил Анатолий Матвеевич.- Танька моя – хорошая девка. Работает, учится заочно на экономическом, по дому, по хозяйству грамотная. Минут пять мы молча курили, каждый, погрузившись в свои воспоминания. Так, наверное, всегда бывает, когда после долгой разлуки встречаешь кого-то, с кем тебя раньше многое связывало… - Слышь, Андрюша, ты, конечно, извини, не угостишь ли ты меня водочкой? – прервал мои думы Анатолий Матвеевич. – А то ведь я как приехал, так и бухаю с мужиками…моя баба меня пилит, капусту всю забрала…а мне сейчас хреново – вчера лишку хватили. - Конечно, конечно! О чем речь! Нам принесли по сто грамм водки и по бокалу пива. - Ну, а ты-то сам, чем сейчас занимаешься? – поинтересовался Анатолий Матвеевич, когда мы выпили водку и потягивали пиво. - Да, я вот недавно вернулся с Чукотки, пробыл там, около двух месяцев. Изучал искусство, так называемых, малых народов севера. Сейчас готовлюсь к диссертации по чукотской мифологии. - А что, интересная у чукчей мифология? – удивился Анатолий Матвеевич. - Конечно! – принялся я пропагандировать устное творчество северян. – Оно удивительно! Из палеоазиатских народов мифология чукчей наиболее обособленна и мало изучена. Например, интереснейшие новеллы и легенды о Вороне-трикстере встречаются, практически, во всем эпосе народов крайнего севера, в то время как мифы, скажем, о божественной Женщине-тюлене, в основном, прерогатива чукотского народа. По их представлениям, на краю горизонта имеются проходы между скалами, поддерживающие небо, которые то размыкаются, создавая ветер и пропуская перелётных птиц, то смыкаются. Неподвижная Полярная звезда представляется в качестве прохода через все миры. Своеобразной мифологической моделью мира является и жилище - стоящий посреди чума столб-лестница символизирует связь верхнего и нижнего миров, отражая представление о мировом древе. Вот послушайте любопытную историю, которая называется: «Охотник на медведей снимает кожу, чтобы убить раздетого медведя». «Один из предков охотился на медведя, и однажды увидел медведя без шкуры. А раз тот был совсем голый, он тоже разделся и снял с себя кожу, а затем убил медведя. Но сначала он усыпил своего маленького сына – ведь тот мог умереть от страха. Убив медведя, он опять надел свою кожу и разбудил сына. Когда они пришли домой, сын рассказал об этом. Так рассказывали о нем великие предки». Анатолий Матвеевич поморщился. - Или, например, «Человек с луны и похититель внутренностей», или «Девушка, которая была превращена в камень, а ее сумка – в маленьких гагар». Я их помню наизусть, хотите, расскажу? - Нет-нет, спасибо,- замахал руками Анатолий Матвеевич.- Одной истории вполне достаточно. - Я уж не говорю об их резьбе по кости, предметах быта, одежде,- воодушевленно продолжал я.- Вообще их уклад жизни, традиции, философия – интереснейший социальный феномен. Люди, живущие, пожалуй, в самых экстремальных условиях на Земле! А какая там природа! Я отснял около двухсот гигабайт RAW-файлов… - Ладно-ладно, Андрюша, не заводись, - улыбнулся Анатолий Матвеевич. – Я ведь в этом ничего не понимаю. Тебе интересно, нравится, ну и хорошо! Я ж не против. Вот если ты любишь интересные истории, - бери еще водки, и я тебе тоже кое-что расскажу. Правда, не про чукчей. Я заказал нам еще по стопке. Мы выпили водку, запили пивом, и Анатолий Матвеевич начал свою историю. *** Ну, вот, значит, работали мы в Подмосковье, где-то под Пушкиным. Большой заказ был. За три года три дачи выгнали под ключ. Год – дача готова. А строим кому – депутатам Госдумы, советникам президента, олигархам, звездам эстрады. Там, конечно, не дачи – дворцы с хоромами! Работа нормальная, все зашибись. Правда, вкалывать, конечно, надо было, базара нет, но зато и платили хорошо. Знаешь, за что горбатишься. Вот, заканчиваем мы четвертую строить – месяца два, максимум два с половиной, осталось – скоро домой. Уже отделкой занимаемся, коммуникациями. Короче, осталось начать и кончить. В общем – работу работаем. С двенадцати до часу у нас обеденный перерыв – идем мы с Рамуальдычем в магазин: водки там взять, колбасы, ну, пожрать на всю бригаду. Дело второго апреля было, всем после праздника хреново. Бухать, конечно, во время работы запрещалось, но мы все равно умудрялись. Хе. Рамуальдыч – это мой корефан был в бригаде, тоже наш крымский мужик. Откуда-то из-под Севастополя. Ну, не важно. В общем, дачу мы клепали в рощице, а магазин там был в поселке, километра два до него по лесополосе надо идти. Туда дошли где-то за полчасика, скупились, вату подматали, и валим обратно. В лесу хорошо – красиво, тишина, воздух чистый. Идем неспеша себе, курим, болтаем про всякую хрень, а чувство такое, что кто-то за нами следит. Как-то неуютно себя чувствую. «Может, менты вычисляют работяг-нелегалов?»- думаю.- «В России с этим строго». Иду я, значит, и, это самое, по сторонам поглядываю. - Чего это ты, Матвеич, постоянно оглядываешься?- вдруг спрашивает меня Рамуальдыч. - Да, не, ниче! На природу смотрю. Красота,- отмораживаюсь я. - Слышь, ты мне сказки не рассказывай! Три года тут ходишь и вдруг на природу начал смотреть – так башкой туда-сюда и крутишь. Ну, идем мы дальше, курим. - …понимаешь ли,- говорю. – Ты не обращай внимания, но мне кажется, что за нами пасет кто-то. - Э-э, так-то лучше! Мне вот тоже так кажется. Иду, чувствую, давление, сука, скачет, хотя вчера много не пил, а на душе тревожно как-то… Дальше идем молча и уже оба по сторонам озираемся. Лесок сосновый, густой, даже днем там сумрачно. Где-то ветка хрустнет – мы приседаем. Нервы напряжены. Продвигаемся как черепахи. - Может, по-пластунски поползем,- шепотом предлагает мне Рамуальдыч. - Ты что! – шепчу я ему в ответ.- А если тут и, правда, менты в засаде. Посмотрят – двое ползут по лесу. Сразу заподозрят в нас преступников. Если сейчас накроют – отвертеться проще будет, а если нас ползущих возьмут, то в участок точно повезут для выяснения личности. А просидеть мы там можем - хрен знает сколько. - Сейчас не сталинские времена,- начинает нести чушь Рамуальдыч.- Просто так не посадят. Мы же не преступники. - Да пойми – мы незаконно находимся и работаем на территории другого государства!- начинаю я терять терпение. - Но мы ж в России! Мы братский народ в дружественной стране! - Да, но в этой братской стране мы нарушаем закон, ты, что не врубаешься в это!- уже в полный голос заорал я, забыв об опасности.- Мы здесь нелегально, поэтому тут мы бесправны. Мы – ганкстербайтеры! - Гастарбайтеры, - машинально поправил я. - Ну, какая разница, - отмахнулся Анатолий Матвеевич.- Так вот, слушай. Орем мы, значит, друг на друга и вдруг, совсем рядом с нами захрустел валежник, и возня какая-то послышалась. Мы застыли как вкопанные с округлившимися от страха глазами. - Все…приплыли,- беззвучно, одними губами, пролепетал Рамуальдыч. - Давай теперь, сволочь, объясняй им про солидарность трудящихся всех стран,- с ненавистью шепчу я. - Бежим!- кричит Рамуальдыч, и мы, что есть мочи, пускаемся наутек, побросав сумки со жратвой. - Люди, остановитесь. Вы в поле нашего зрения,- слышим мы вдогонку громкий голос с металлическим отливом. - Стой!- с трудом выдыхаю я Рамуальдычу.- Они будут стрелять. Это попытка к бегству. По инерции, пробежав еще пару метров, мы останавливаемся, и, не сговариваясь, поднимаем руки вверх. Несколько минут ничего не происходит. Я только слышу, как сердце колотится и наше учащенное дыхание. Тишина полная, только птичка поет где-то: цивить-цювить, цивить-цювить. - Люди,- вдруг раздается тот же голос.- Мы не сделаем вам ничего плохого, что угрожало бы вашей жизни и здоровью. Вы потеряли свои вещи, мы предлагаем вам вернуться и забрать их. - Родненькие! Не надо. Отпустите нас!- взмолился Рамуальдыч. - Пойдем – делать нечего,- говорю я. Понурив головы, мы плетемся обратно. На прежнем месте лежат наши авоськи и пакеты. Никого нет. - Где же облава?- спрашивает меня Рамуальдыч, как будто я знаю ответ. Перед нами снова слышится шорох, и мы оба невольно вскрикиваем. В двух метрах от нас из груды наваленных веток появляется небольшой зеленоватый человечек с большой головой. Рост - метр-десять – метр-двадцать, не больше. Он абсолютно голый, но определить кто он невозможно – между ног у него нифига нет. Носа тоже практически нет, рот маленький, а глаза, наоборот, здоровенные. Ручки слабенькие, ножки тоненькие – тщедушный весь. На человека похож, но не человек. - Леший,- вздыхает Рамуальдыч и начинает обмякать. - Может йети – снежный человек?- предполагаю я. - Ты что!?- оживает Рамуальдыч.- Какой же он снежный! Про них на прошлой неделе в газете «Сто забав» писали. Не читал? Те здоровые и в шерсти, типа горилл. А эти, видишь, небольшие и без волос. Непохожи на обезьян. Полтергейст это или леший! Точно тебе говорю. - Тю, так тут Москва рядом, цивилизация. Разве ж они здесь водятся!? - Сам видишь, Матвеич,- водятся. Тут с нами начинает говорить это существо. - Насколько я понял, вы – русские? «Да», «Нет»,- заявляем мы с Рамуальдычем в один голос, не зная как лучше и безопаснее ответить на его вопрос. - Но если я не ошибаюсь, мы находимся в России?- продолжает он.- Представители планеты Ахлумбар, которых мы сейчас представляем, рады приветствовать жителей Земли. Это первый контакт разумных существ, который произошел в истории Вселенной. Прошу вас подняться на борт нашего корабля. - Нет! Родненький, не забирай нас с собой!- взмолился Рамуальдыч.- На что мы тебе нужны. Оставь нас на Земле. - Нет-нет, почтенный землянин, мы приглашаем вас лишь в гости на наш корабль, для того чтобы контакт проходил более комфортно. - Не хочу,- шепчет мне Рамуальдыч.- Кто знает, что у них на уме? Может, нас будут пытать? - Надо идти,- объясняю я ему.- Их лучше не злить. Если захотят пытать – будут пытать. Что мы можем изменить? Ну, побежим сейчас. Если они прилетели с другой планеты, то нас в лесу поймают в два счета! С их-то техникой! Говорит же, что они на корабле. А может, и ловить не будут – сразу пристрелят. Я думаю, деньги они у нас заберут, да и отпустят с миром. Зачем мы им еще? Без энтузиазма, но все же двинулись мы за гуманоидом. Подойдя к большой куче веток, он разгреб их руками, и пролез в образовавшийся проход. Мы последовали за ним. Под грудой веток оказался их замаскированный корабль. Протиснувшись в узкую дверь, мы оказались в достаточно просторном помещении. Все оно было заставлено различной аппаратурой, датчиками, хронометрами и всевозможными колбами. По всему пространству тянулось несчетное количество проводов и кабелей разных цветов и диаметров. В углу на блестящем ящике сидело такое же второе существо. *** - Уважаемые земляне! Дорогие братья по разуму, галактические соседи! – заговорил первый.- Мы безгранично рады нашему знакомству и сложившемуся конструктивному диалогу. Мы взываем к вашему пониманию и чувству солидарности, и просим вас оказать помощь для народа планеты Ахлумбар. Мы с Рамуальдычем молчим. - Ваши имена будут начертаны золотыми буквами в новейшей истории развития нашей планеты. Это не отнимет у вас много времени; для нас же важность вашего поступка будет поистине неоценима. Я – капитан нашей мобильной лаборатории. Зовут меня Грынкт… - Подождите-ка,- я включаю диктофон и достаю ручку с блокнотом. – Его имя - это же важнейший научный факт! Анатолий Матвеевич, Вы уверены в правильности произношения? Это не звукоподражательное выражение? - Чего-чего?- заморгал глазами Анатолий Матвеевич. - Ну, Вы ничего не напутали, его звали именно так, как Вы сказали? - Ну, хрен его знает, вроде бы так. Называли мы его Грынктом. А как там на самом деле… паспорт он нам не показывал. - Хорошо. Продолжайте, пожалуйста. - Ну, вот. Меня, значит, говорит, звать Грынктом, а это – наш старший научный сотрудник по психологии и социометрии – Стиглиц. Тот поднимается, ростом он оказался еще меньше, подходит к нам и протягивает свою ручонку. Жать ее у нас нет ни малейшего желания, поэтому я просто ему отвечаю: - Анатолий Матвеевич, а это – Рамуальдыч. Очень приятно. Хотя, сам понимаешь, приятного там было мало. - Взаимно!- отвечает нам тот дракон, что поменьше.- Ваша помощь будет, в высшей степени, полезна и необходима нам! - А чего делать-то надо?- интересуется Рамуальдыч. - Делать, собственно, ничего и не надо,- объясняет нам Стиглиц. – Мы подключим к голове каждого из вас несколько датчиков и считаем информацию из вашего мозга. По времени это займет два-три часа. - А это не опасно?- спрашиваю я.- Мозг ведь еще толком не изучен. Вдруг у вас там какой-нибудь сбой произойдет, а мы будем, потом, остаток жизни ходить и улыбаться. Такое дело нам совсем не улыбается. - Нет-нет,- спешит заверить нас капитан.- Процедура совершенно безболезненна и безопасна. Любые сбои абсолютно исключены. Вся аппаратура у нас новая и в полной исправности. Но даже если что-то пойдет не так, то мы просто не запишем ваши данные и все. Но это, практически, нереально. Вероятность неисправности составляет ноль целых и два миллиона девяток после запятой. Мы задумались. - Может быть, у вас есть какие-либо пожелания, относительно данной процедуры?- вступает специалист-психоаналитик. - Денег дадите?- не церемонясь особо, задает им вопрос Рамуальдыч. - Много дать мы не в состоянии, - начинает отмазываться Стиглиц.- Но, скажем, проплата по тысяче долларов каждому, я думаю, сможет как-то компенсировать затраченное вами время. - А водки нальете?- спрашиваю я, чувствуя, что настроение мое заметно улучшается. - Вообще-то, алкоголя у нас нет, но вы не волнуйтесь,- успокаивает Грынкт.- Необходимые ингредиенты – спирт и вода на корабле есть, а, имея все нужное под рукой сделать водку не трудно . Ein moment!** - Во! Совсем другое дело!- радостно комментирует Рамуальдыч, глядя, как зеленые человечки возятся, смешивая спирт с водой. – Вы нас своей угостите, мы вас – нашей. В ожидании я достал сигарету, закурил. - Господа! Одна маленькая просьба,- заволновался их капитан.- У нас аллергия на табачный дым. Будьте добры, покурите на улице. Мы вылезли наружу из летающей тарелки. - Все нормалек,- радостно толкает меня локтем Рамуальдыч и подмигивает.- Фартануло нам сегодня, а!? - Да погоди ты радоваться,- не понимая его восторга, буркнул я.- Предчувствие у меня какое-то… - Да какое, нахрен, предчувствие, Матвеич!? Ща по штуке денег рубанем на ровном месте и мощно забухаем! Вечно ты все видишь в каком-то мрачном свете. Наверное, раздвинь тут перед тобой сейчас ноги Клаудия Шифер, и то ты засомневался б; как всегда, предчувствовать начал бы чего-нибудь. Расслабься, друг, а то ты, прям этот, как его… экстрасенс! - Да сам ты – экстрасенс. Ладно, пойдем. У инопланетян уже была накрыта поляна. Мы предложили им нашу еду в качестве закуски: они порезали хлеб и колбасу, открыли консервы, в колбах запарили лапшу быстрого приготовления. Также на железном столе стояли наши три бутылки водки, пять литров пива, и та водка, которую замостырили они сами. - S’il vous plait,*** все готово,- заискивающе так говорит нам их психоаналитик.- Присаживайтесь! Только один уговор. Давайте немного выпьем, потом дело сделаем, пока все трезвые, и продолжим банкет. Как вам такой вариант? - Лады!- потерает руки Рамуальдыч. - Авек плизир!- я тоже блеснул своими неглубокими познаниями во французском.- Наливай, кэп! Грынкт разлил водку по каким-то цилиндрическим склянкам, типа стаканов. Мы выпили за встречу. Зеленые человечки долго морщились и активно запивали пивом. После этого накатили еще грамм по сто, уже за знакомство. - Ну, что, джентльмены, приступим? Вот задаток – тысяча, – Грынкт протянул нам десять купюр номиналом по сто долларов каждая.- И тысячу получите после окончания сеанса. - Подожди, а по третьей выпить?- запротестовал Рамуальдыч.- Это ж не дело! Давай за контакт! Выпив за предложенный контакт, мы почувствовали легкое опьянение. - Меня чего-то так развезло,- гораздо медленнее, чем обычно проговорил Стиглиц. Капитан строго на него посмотрел. - А уже все равно – завтра наша миссия на Земле заканчивается. Можем сегодня немного расслабиться. - Так чего вы из наших мозгов скачать хотите?- мне было все-таки интересно.- Мы – простые работяги. Вам бы к ученому какому-нибудь лучше обратиться. Мы, конечно же, рады, но все же… хочется узнать поподробнее. - Дело в том, что вся информация, существующая на Земле, хранится в мозге каждого человека,- объясняет нам Стиглиц.- В каждый, бесконечно короткий, отрезок времени, из внешнего поля, на все планеты посылаются определенные блоки информации. На Землю попадает одно знание, на Юпитер, хоть он и необитаем, – другое, на Ахлумбар – третье, и так далее. Информация, достигнув планеты, равномерно рассеивается по всей ее поверхности, автоматически попадая в кору головного мозга каждого человека. Приходят же вам одновременно одинаковые мысли? Да и многие открытия в различных областях науки и техники, зачастую, делались в одно и то же время. Многие законы, теории, изобретения так и называются двумя фамилиями разных людей. Все потому, что в какой-то момент, была послана новая информация, и те люди, которые работают в данной области, неожиданно получают импульс к какому-то выводу. Как следствие, два ученых, в разных концах Земли, делают одно и то же открытие одновременно. Вообще так происходит и на бытовом уровне, но не будете же вы обсуждать с людьми, например, из Швеции, что одновременно вам пришла мысль выпить водки. Ваш мозг не генерирует мысли самостоятельно, а лишь транслирует их, получая из вселенского гиперпространства. Но запоминающий, воспринимающий и обрабатывающий отделы головного мозга людей настроены индивидуально, у каждого по-разному. Вот вы, например, сейчас знаете, все то, что знают все остальные люди. - В натуре?- засомневался Рамуальдыч. - Конечно!- продолжал их психотерапевт.- У вас есть знания, накопленные человечеством за все время его существования. Теоретически, вы можете создать любой механизм, решить любое уравнение, дать ответ на любой вопрос. - Чего, серьезно, что ли?- снова не поверил Рамуальдыч. - Да-да, дорогой землянин,- спешит заверить его Стиглиц.- Эти данные у вас есть. Просто ваш обрабатывающий отдел мозга воспринимает и трансформирует определенные области полученного информационного ресурса, отметая все те, которые кажутся ему лишними или ненужными. Ваш мозг, в основном, работает, отсеивая балластную, на его взгляд, информацию, вместо того, что бы обрабатывать нескончаемые потоки поступающего знания. Вот вы, например, хорошо ориентируетесь в ценах на алкогольную продукцию в данном регионе, при этом, абсолютно проигнорировав новые данные о системе двоичных множителей, которые всего полтора часа назад поступили в поле Земли. Хотя, вся эта информация и хранится в ваших головах – пользоваться ею вы не можете. В принципе, конечно, это возможно, но для этого требуется приложить определенные, и довольно существенные, усилия. - Ну, хорошо, допустим, что так оно и есть,- мы с Рамуальдычем выпили еще по стопке; пришельцы воздержались, и я вступил в полемику.- Вы говорите, что мы нихрена не знаем, так чего же вы хотите у нас выудить? - Понимаете ли,- подключился к разговору капитан Грынкт.- Наша планета Ахлумбар ушла от Земли в своем развитии на многие сотни, если не тысячи лет вперед. Но ушла в плане духовного развития. То, что нам кажется обыденными вещами, для самых великих демиургов Земли является архисложной, подчас невыполнимой, задачей. Сейчас мы стоим на пороге принципиально новой формы нашего существования, в виде информационных структур, полностью отказавшись от физической оболочки – тела. Для людей же это, пока, остается за гранью фантастики. Любые психологические, духовные и метафизические практики землян – для нас уже давно пройденный этап. Все ваши самые продвинутые йоги, по сравнению с нами, зеленые лохи… - Слышь, уважаемый, ты на наших йогов бочку не кати!- я возмутился подобной формулировкой в адрес восточных гуру и махатм. Во мне взыграло чувство всепланетарной общности людей, и я, не разу не видевший живых йогов из далекой и удивительной Индии, все же был глубоко оскорблен подобным высказыванием в их адрес. - Да, ладно, Матвеич, ничего личного,- поспешил на помощь своему капитану Стиглиц.- Грынкт – любитель крепкого словца. Не в этом дело. Он про то, что в вопросах тонкоматериального плана мы действительно круче землян. - Так если вы такие крутые, чем мы вам можем помочь?- вполне справедливо удивился Рамуальдыч. - Так слушайте дальше,- продолжал их капитан.- Вы ж не даете сказать. Достигнув небывалых высот в развитии души, мы столкнулись с проблемой, что наша материально-техническая база существенно отстает от потребностей возрастающего населения нашей планеты. Грубо говоря, в один прекрасный момент, стал очевидным дефицит продуктов питания. Вместе с этим, остро поднялся вопрос энергосберегающих технологий. Безотлагательно потребовалась кардинальная модернизация промышленных мощностей. Пересматривались основные макроэкономические законы и теории. Подверглись реконструкции способы хранения и обработки информации. Жители стали испытывать потребность в развлекательных и увеселительных услугах. В массах начало расти недовольство. Назревала революционная обстановка, это, учитывая то, что на нашей планете, отродясь, не было воин, тем более революций. Ситуация могла выйти из-под контроля. Земля же, добилась определенных результатов в технологической области. Ваш экспоненциальный рост достижений предполагает, что земная цивилизация в своем развитии движется к определенной наукоемкой асимптоте, некоторой гипотетической точке на оси времени, при приближении к которой график технического прогресса станет практически вертикальным. Поболтав, таким образом, еще немного о всякой фигне, инопланетяне напомнили нам, что мы все же собрались не просто побухать, а заняться делом, важность которого трудно переоценить. Мы с Рамуальдычем закинули в себя по бутерброду с колбасой, и уселись в специальные кресла, которые живо напомнили мне школьные стоматологические кабинеты с молодыми врачами-садистами и еще более молодыми медсестрами-практикантками. - Больно не будет?- поеживаясь, спросил я. - Нет-нет,- заверил нас психоаналитик.- Сложного тут ничего нет. Это старый, но, тем не менее, надежный синапсический метод. - Как это? - Все просто. В каждом нейроне мозга, в среднем, содержится около тысячи соединений – синапсов. Выполняя определенный набор условий на синапсах, нейрон приходит в состояние возбуждения, но условия эти динамичны, оттого, что реагируют на происходящие непосредственно перед этим электромагнитные процессы. Поэтому должны учитываться значения переменных, которые нейрон анализирует до тысячи раз в секунду, а мозг человека состоит из ста миллиардов нейронов. То есть всего надо будет обработать несколько сот триллионов сигналов. Сидите спокойно, и ничего не почувствуете. На головы нам надели какие-то шлемы с проводами, как в старых советских фильмах про космос, или как в «Заводном апельсине» Кубрика; Стиглиц пощелкал кнопками на каком-то аппарате, напоминавшим двадцатичетырехканальный пульт в звукозаписывающих студиях, и в ушах у нас раздался тихий монотонный гул. - Все, процесс сканирования начат,- сказал кто-то из пришельцев, но я уже не понимал, чей это голос. Я погрузился в истому. Полное расслабление, легкая приятная усталость, тяжелые глаза сами собой закрылись, накатила дрема. Сначала перед глазами мелькали какие-то неизвестные пейзажи, дома, незнакомые люди, разные книги, рисунки, математические формулы, таблицы… Откуда-то издалека, были слышны тысячи различных звуков: от взрывов до женского смеха. Вся эта невообразимая каша крутилась у меня в голове, как будто я с большой скоростью переключаю телевизионные каналы. Вдруг все резко остановилось, и я со стороны увидел себя десятилетним ребенком, стоящим в поле. Смотрю, ко мне идет наша соседка – тетя Фрося, а она уж лет тридцать как померла. Сам, ведь, я из курской области, из деревни. В Крыму осел после армии. Вот значит. Идет ко мне тетя Фрося, и головой сочувственно так кивает. «Эх, Толяша…» - говорит. Потом, вдруг, сижу я в классе на уроке. Заходит в кабинет Валерка Ярошкин, школьный хулиган и дебошир, и дразнится на меня: «Толик, Толик – алкоголик, Толик, Толик – в жопе нолик»… опять все пропало. И снова я в поле, только уже взрослый, как сейчас. Смотрю: бежит Рамуальдыч, весь охваченный огнем – живой факел, и кричит мне: - Беги, Матвеич! Беги отсюда! Беда… - А ты, что же?- спрашиваю у него. - Поздно мне уже! Беги, Матвеич… Открываю глаза – меня за плечо тормошит Стиглиц. - Все, господа! Готово. Сеанс окончен. Спасибо! Рядом Рамуальдыч сидит, позевывает. Тоже заснул, видать. - Пошли, покурим,- говорю ему. Мы вышли на улицу – было уже темно. - Слышь, Рамуальдыч, надо бы обратно к мужикам в бригаду валить. - Да подожди ты!- останавливает меня он.- Сейчас-то уже, какая разница? И так нас весь день не было, ничего страшного, если еще на пару часиков задержимся. Они нам еще по пятьсот бачков должны, да и водки там почти литр остался. - А ты мне приснился,- говорю я, опуская все подробности.- Давай так: берем бабки, по рюмке накатываем и отруливаем. Засиживаться долго не будем. Какое-то предчувствие у меня… - Матвеич, достал ты уже своими предчувствиями,- перебивает меня Рамуальдыч. Ты мне тоже, кстати, приснился, чувствительный ты наш. Как будто сидишь и водку из горла хлещешь. - Да ладно! Я водку из горла в армии последний раз пил. Ну, о-кей, пойдем к зеленым человечкам за зелеными бабками. Мы с Рамуальдычем заржали. Может он и прав: мало ли чего пригрезится во сне. *** - Прошу к нашему праздничному столу!- приглашает нас капитан, и на его лице появляется что-то отдаленно напоминающее улыбку. Мы присаживаемся, он наливает всем водки. - Ну, как все прошло?- поднимает Рамуальдыч посудину с водкой. - Отлично,- отвечает Стиглиц.- Правда, под конец пошли какие-то помехи, думаю, что это из-за спиртного, но информация считалась успешно и без искажений. Еще раз спасибо! Вы даже не представляете, какой великодушный поступок был вами содеян! - Да чего уж там – всегда пожалуйста!- Рамуальдыч проявляет все признаки дружелюбия.- Вот и наши мозги кому-то пригодились! А куда вы дели то, что скачали? - Ваши данные уже отправлены на Ахлумбар, в НИИ «Планет Солнечной системы». Не позднее, чем завтра они будут получены и декодированы, после чего наши специалисты приступят к работе. - И что в наших мозгах есть все, что вам нужно?- не унимается мой кент. - Конечно!- отвечает Стиглиц.- Данные у всех людей, примерно, одинаковые, но немного варьируются, в зависимости от географического ареала обитания. Ваш мозг – бездонный кладезь информационных ресурсов. Мы выпили за человеческие мозги. - Это, конечно, хорошо, а как этими ресурсами пользоваться-то?- полюбопытствовал я. - Этого я не знаю,- честно признался ахлумбарский психолог.- Ваше сознание должно эволюционировать. Сейчас вы используете потенциальные возможности мозга на один – три процента. Используя их, скажем, процентов на тридцать – сорок, человечество совершило бы колоссальный технологический прорыв. Любая, кажущаяся сейчас дерзкой и фантастической, идея стала бы реальностью. Высвободилась бы масса свободного времени для повышения уровня ваших интеллектуальных способностей. Скажем, было бы достаточно прочитать одному человеку любую книгу, что бы все остальное население Земли знало, о чем там идет речь. Стоило бы одному человеку выучить иностранный язык, и все смогли бы на нем общаться. И так абсолютно во всех областях науки и техники. На нашей планете, например, очень широко используется данный метод коллективного сознания. Кто-то из землян сказал: «Все человечество движется вперед, а каждый человек начинает все сначала». Очень метко подмечено, и, по-моему, не самый эффективный путь развития, не так ли? - Угу,- согласились мы. - Но, выйдя на новый виток научно-технического прогресса,- Стиглиц продолжал нам промывать мозги, за которые мы недавно пили.- Человек, будучи агрессивным, по своей сути, начал бы захватнические войны в космосе. От вас возникли бы сплошные неприятности. Вся вселенная оказалась бы под угрозой. Так что хорошо, что вы, практически, не пользуетесь мозгами. - Да ладно, дружище, не парься,- успокаиваю я пришельцев.- Никого мы завоевывать не стали бы. Россия – миролюбивая страна! Да и вообще – земляне нормальные ребята. Капитан снисходительно посмотрел на меня. - Предлагаю тост за вашу планету и ее удивительных жителей!- торжественно произнес Грынкт.- Этот год на Ахлумбаре объявлен годом Земли, поэтому мы и прилетели сюда с дружественным визитом! - Ну, и как вам Земля? Нравится?- выпив водку, спрашивает Рамуальдыч. - Да. Земля – красивая планета, неизвестно только, сколько она протянет при таком варварском обращении с ней. Одумайтесь, люди, пока не поздно! Наш вам совет. Вы все силы сейчас тратите лишь на достижение, так называемой, произвольной технологической сингулярности. - Чего-чего?- не понял я.- На что мы тратим силы? - Вы стремитесь к некоему теоретическому моменту в будущем, когда технологическое развитие станет настолько стремительным, что ряд ключевых показателей прогресса одномоментно устремится к бесконечности. Но проблема в том, что в постсингулярный период не будет возможным спрогнозировать и предсказать, что будет после него. Вы движетесь, не понимая, куда и зачем. - Ну, чего ж тут непонятного,- озадачился Рамуальдыч. Я молча налил водки. - Да много тут для нас непонятного,- продолжал тему Стиглиц.- Россия – пятая страна, которую мы посетили в рамках нашего визита на Землю. До этого мы были в Индии, США, Японии и Франции. Всюду чувствуется злоба, порок, агрессия, зависть. Люди голодают, воюют, болеют, предают друг друга, убивают. Нездоровая энергетическая аура, созданная вами же, плотно окутывает планету. - Ого! Так вы много уже где побывали!- удивился Рамуальдыч.- И чего везде людям в мозги залазили? - Да, в каждой стране мы сканировали информационные данные из мозгов двух случайно взятых индивидов,- пояснил Стиглиц.- Для эксперимента необходимы минимум два человека, что бы полученные результаты ни исказились при отправке на Ахлумбар. - А почему вы выбрали именно эти страны?- удивился Рамуальдыч. Не ожидал от него такой любознательности. - Вот список,- протянул нам Грынкт какую-то бумажку.- Можете ознакомиться. Я развернул листок и прочел следующее: ПЕРЕЧЕНЬ НЕОБХОДИМЫХ ДАННЫХ (Географическая справка-памятка) 1. ИНДИЯ – Философия; Культура; Медицина; Аграрная политика; Архитектура; Наркотические вещества; Демографическая политика; 2. США – Структура ВПК; Кинематограф; Менеджмент и маркетинг; Машиностроение; Компьютерные технологии; Демократия; Клонирование; 3. ЯПОНИЯ – Наукоемкие технологии; Сейсмология; Бионика; Экономика; Машиностроение; 4. ФРАНЦИЯ – Справочная информация о сексе; Философия; Культура; Права человека; 5. РОССИЯ – Культура; Справочная информация на тему «Загадочная русская душа»; Структура ВПК; Философия; Кибернетика; Медицина; Наукоемкие технологии; Тяжелая промышленность; Сельское хозяйство. - Ну, давайте за ваш вояж,- Рамуальдыч налил водки.- Домой-то скоро отчаливаете? - Да. Сегодня – последний день экспедиции,- выпив, ответил капитан.- Все, что от нас требовалось – мы выполнили. Но осталось одна мелочь. - Тогда – за мягкую посадку! Начисляй, Рамуальдыч!- не придав значения его словам, сказал я. Мы выпили. Стиглиц, вдруг, резко схватился ручонками за рот, и утробно пробормотав, что-то, типа, «пардон», выскачил на улицу. В окно летающей тарелки, мы видели как он, согнувшись буквой «Г» извергает из своего нутра рвотные массы. - Сла-абенький,- сочувственно протянул Рамуальдыч, глядя на блюющего инопланетянина.- Выпили-то немного, а его, вишь, как выворачивает беднягу. Молодой еще. - Ну, что, дело к утру идет,- немного помолчав, заговорил капитан.- Надо бы закругляться. А то башка раскалывается. Вот вам обещанная тысяча. Мы поблагодарили его за деньги и еще раз выпили. Вернулся Стиглиц. На него было жалко смотреть – глаза слезились, вокруг рта слюна и зловонный запах из смеси рвоты и перегара. - Фу, как мне хреново,- косноязычно произнес он.- Хорошо, что недолго осталось. Эх, ты!- улыбнулись мы, и снова выпили. Повисла пауза. *** - Мужики, идем, покурим, - неожиданно предлагает нам Грынкт. Вылезаем все на улицу, стоим. - Вообще-то я не курю,- вдруг заявляет он нам. - ???- недоумеваем мы. - Хочу сообщить одну деталь… Как бы вам поделикатней все объяснить?- Капитан задумчиво помолчал.- Всегалактический курс развития Вселенной строго запрещает любые двусторонние связи разумных существ, базирующихся в различных планетарных системах. По сути, мы – пираты. Но мы прилетели не грабить и убивать. Мы – пираты информационных технологий. Знания, обретенные здесь, пойдут на улучшение благосостояния жителей нашей планеты. Мы передали ту информацию, которая действительно нам нужна. Мы не преступники, мы – ученые, и сделали нужное дело для Ахлумбара. Но Всегалактический курс рассматривает наши действия, как преступление закона. А закон, невозможно преступить без жертв. Мы добровольно вызвались быть жертвами ради научно-технического прогресса. Передав всю нужную информацию в Институт, на родине, теперь, мы – герои! Но вернуться туда мы уже никогда не сможем. - На Земле решили остаться?- сочувственно интересуется Рамуальдыч. - Решено было не нами и задолго до этого. За нами был лишь выбор – согласиться или нет. Мы согласились. Теперь мы вынуждены погибнуть здесь, на вашей планете, за миллионы световых лет от дома. - А чего это вы сразу погибать собрались?- аккуратно спрашиваю я. - Того требуют правила контакта. Свое задание мы выполнили, наша миссия окончена, и мы должны прекратить свое существование на месте последнего контакта или в непосредственной близости от него. - Ничего не понял,- говорю я им.- Вы что здесь и сейчас погибнете? - Да. Мы обязаны это сделать. И, pour la bonne bouche,**** спешу, господа, сообщить, что вы – тоже являетесь полноценными участниками контакта. Дело в том, что в Центре полетов Института, программа по контактированию с внешними цивилизациями, предусматривает физическое устранение ВСЕХ лиц, вступивших в контакт. К сожалению, я сейчас должен устранить четырех участников данного контакта. Нас и вас. Думаю, Земля сможет перенести такую утрату как вы. - Подожди-ка, дружочек,- заметно волнуясь, говорит Рамуальдыч.- А в других странах вы тоже людей устраняли? - Конечно,- вмешивается их психолог.- Все участники контакта были ликвидированы. Для вас мы не можем сделать исключения. - Секундочку,- начал не шутку паниковать я.- Вы что хотите сказать, что нас тоже сейчас убьете?!? - Да, ты правильно понял,- ответил Грынкт. - Ну, это шутка какая-то?- неуверенно задаю им вопрос изменившимся голосом. - Увы, нет. Могу лишь вас немного успокоить,- запросто так продолжает этот змей.- Информация, по своей сути, инвариантна относительно своего материального носителя, следовательно, нет неразрешимых препятствий, что бы она была скопирована на другую физическую основу, что, в свою очередь, свидетельствует о возможности многократного переселения личности. Это есть аксиома информатики… - Стой, стой,- Рамуальдыч сорвался и перешел на крик.- Какая, нахрен, аксиома с асимптотой!? Вы хотите нас убить! За что!? Контакт ведь вам был нужен, а не нам! Вы передали информацию, у вас там все довольны. Вы - классные ребята. Теперь можете спокойно прибить друг друга и дело в шляпе! Мы-то тут причем? Мы никому не скажем! Да, Матвеич? - Конечно! На счет этого будьте спокойны,- говорю, чувствуя, как дрожит мой голос.- Мы не при делах. Ваш контакт нам нафиг не облакатился! - По-своему, вы правы. Мы очень благодарны вам за предоставленную информацию, и сожалеем, что вынуждены так поступить, но программа предусматривает… Рамуальдыч не дает ему закончить. - Какая программа, черт ты зеленый,- вопит он.- Не знаем мы ничего! Почему из-за вас мы должны погибать? - Я это уже объяснил. Неужели непонятно? - А тебе, падла пучеглазая, понятно было бы, если б тебя два урода с другой планеты пристрелить пытались!?- я тоже не выдерживаю и начинаю вопить.- Люди!!! Спасите! Помогите! Убивают!- ору я, что есть мочи. - Тихо, Матвеич,- успокаивает меня Рамуальдыч.- Не кричи. Родненькие,- обращается он к инопланетянам.- Отпустите нас, пожалуйста! Заберите свои деньги. И наши возьмите.- Он выворачивает карманы и протягивает пришельцам смятые купюры.- Вот! Возьмите все. Тут, правда, не много… - Деньги нас не интересуют. Мне очень жаль,- капитан помолчал.- Но я обязан ликвидировать участников контакта. Прошу прощения. Первым я застрелю Рамуальдыча, потом – Стиглица, затем – тебя – он указывает пальцем на меня – и в конце ликвидирую себя. - А сейчас мы прослушаем замечательную композицию английской группы, которая совсем недавно выпустила свой второй сингл, который называется: «Ай гэт ту йу туморроу о зэ дэй афта туморроу бикоз йу вэа естэдэй энд зэ дэй бифо естэдэй виз ми бат тудэй ай ласт май джоб энд ай нид гэс фо май кар», что переводится на русский, примерно, как: «Я приеду к тебе завтра или послезавтра, потому что ты была у меня вчера и позавчера, но сегодня я потерял работу и мне надо залить бензин в мою тачку». Этот коллектив продал уже более пяти миллионов своих дисков и стремительно ворвался во все чарты и топы хит-парадов. Но это будет после рекламы на нашей волне, а сейчас, дорогие друзья, у нас есть первый телефонный звонок. Алло. Здравствуйте… алло… странно. Ничего не слышно. Але. Говорите… алло-о… - Алло. Здравствуйте. - Здравствуйте! Э-э… представьтесь, пожалуйста. Как Вас зовут, сколько Вам лет? Чем занимаетесь? Учитесь? Работаете? - Здравствуйте! Меня зовут Алена, мне шестнадцать лет. Вообще-то я учусь, но сейчас каникулы и я отдыхаю, ха-ха. - Это замечательно. Отдых – это превосходно! Значит, Алена, шестнадцать лет. - Ага. - Прекрасно! Ты – первый радиослушатель, или радиослушательница, ха-ха, который к нам дозвонился. Алена, что ты хочешь сказать или… а-а-а… пожелать, может быть, всем тем, кто нас сейчас слушает? - Ну… а-а… не знаю, все будет круто, ха-ха! А-а… а еще я хочу передать привет всем своим друзьям – Светику, Наташе, Ларке, Коту, Ленчику, Вадику, Сереге, Шурику, Толстому… - Как у тебя много друзей, Алена! Просто невероятно! Друзья – это замечательно! - Да, у меня много друзей, потому что я люблю общаться и тусоваться. Я их всех очень-очень люблю! Еще я хочу передать привет Ольчику и Полине, всему нашему одиннадцатому бэ, Славику из одиннадцатого а, моей маме и сестре Марине. - Невероятно! У тебя столько друзей и еще есть сестра Марина? - Да. А-а… правда, мы с ней часто ссоримся, но потом всегда, по-любому, миримся. - Да. Мириться – это прекрасно! Клево сначала немного поссориться, а потом взять и помириться. - Да. Это просто супер! - Э-э… итак. Алена, может, ты хочешь что-нибудь сказать нашим слушателям? Ведь ты первая, кто сегодня к нам дозвонился. - Вау! Это классно! Я так рада, что смогла вам дозвониться! Ваще супер! До этого у меня не получалось, а сегодня взяла и, как-то, вот, дозвонилась с первого раза. Я чисто в шоке! Я очень рада, не могу поверить. Ваще, блин… - Да! Это просто замечательно, что именно ты, именно сегодня, первая дозвонилась к нам. Теперь ты становишься участницей нашего конкурса с призами от нашего спонсора. Не переключайтесь, дорогие друзья, оставайтесь на нашей эф-эм волне, слушайте много хорошей музыки, звоните нам, участвуйте в конкурсах, получайте замечательные призы, отдыхайте, веселитесь, просто в кайф проводите время, уматно оттягивайтесь с друзьями – и все будет о-кей! Хорошего всем настроения, дорогие друзья! А тебе, Алена, желаю удачи и победы в нашем конкурсе! - Спасибо! Так прикольно, что я первая дозвонилась… Минут пять мы, молча, и, как-то отупело, слушали радио и курили. *** - Андрюха, может, еще выпьем? - словно очнувшись от своих раздумий, спросил Анатолий Матвеевич. - Конечно! Голубушка,- обратился я к молоденькой официантке.- Два по сто-пятьдесят, два пива и четыре пирожка с горохом, пожалуйста! -Так вот,- продолжал отец моего друга детства.- Их капитан достал бластер, похожий на большой детский водяной пистолет, что-то там стал настраивать, щелкать переключателями… - На, тварь, жри, подавись,- у Рамуальдыча сдают нервы, и он бросает деньги в их зеленые рожи.- Давай, сука, стреляй! Я тебя не боюсь! Давай, что же ты, дерьмовый говнюк!? - Слушайте,- вмешиваюсь я. – Начинайте с себя! Вы – голимые трусы и тряпки! Себя-то, точно пожалеете. Мы вам не верим, паршивые шакалы! Хотите нас перебить, а сами улететь. Если вы такие герои, то и начинайте с себя. Продырявь-ка сначала своего дружка, а мы посмотрим. - Принципиальной разницы в этом нет. Раз вы так желаете, мы в состоянии удовлетворить вашей просьбе. Стиглиц, тебе придется погибнуть первым. Тот спокойно и утвердительно кивнул. Капитан навел на него бластер, затем мы услышали слабый писк и увидели тонкий фиолетовый луч, в мгновение ока, пронзивший Стиглица. Кружась, на землю медленно опускались большие хлопья пепла, как если бы сожгли газету,- это все что осталось от инопланетянина. Затем он перевел дуло бластера на Рамуальдыча. «Ублюдки, мрази, ненавижу» – шепчет тот. Я чувствую, что ноги у меня становятся ватными и я вот-вот потеряю сознание. Пиу – вновь раздался слабый писк, фиолетовый луч… на землю, оседало то, что осталось от Рамуальдыча. - Твари! Какие же твари,- словно в трансе повторяю я. Грынкт навел дуло на меня. Страшно не было; только грустно как-то – обидно погибать ни за понюшку табака. Вспоминаешь, иногда, счастливые моменты в жизни, а их так мало. А, вот, все равно, жизнь это такое счастье! - Давай, слизняк, шмаляй!- говорю ему.- Чего ждешь? - Прощай, Анатолий Матвеевич! - Пошел на …уй! Пи – опять раздается писк, только совсем уж слабый. Я, вроде, продолжаю стоять. Этот гад снова жмет на курок. Пи – пи – пи… - О, нет!- вскрикивает он.- Блин, я слишком мощный заряд включил – аккумулятор разрядился! «Сука» - прохрипел я, и пантерой бросился на него. Вырываю бластер, и со всей дури, бью ему в дыню. Того отбросило метра на два. - Это тебе за Рамуальдыча!- я от души начинаю его пинать. - Матвеич, мы должны погибнуть!- кричит он мне.- Убей меня, и покончи с собой! - Тебя с удовольствием прибил бы,- я начинаю злорадствовать.- Но, раз ты хочешь погибнуть – я оставлю тебе жизнь! Попляшешь ты у меня! Я даю ему прощального пендаля и бегу оттуда. «Матвеич, подожди-и…» - слышу вдогонку. *** Сколько я бежал – не помню. На пути попалась маленькая речушка – я туда швырнул бластер, и упал на траву отдышаться. - Эй, человек!- вдруг слышу. Я вскакиваю, сердце бешено колотится. «Да что ж это такое!?» - думаю. Огляделся. Вижу, в кустах парень сидит какой-то в спортивном костюме. - Ты откуда!?- выпалил я ему. - Отсюда,- насторожившись, отвечает он. Вид, наверное, у меня был самый безумный, потому что парень поднялся, и как мне показалось, на всякий случай, приготовился к возможной драке. - Как зовут!?- не успокаиваюсь я. - Вовчик,- с озабоченным видом отвечает тот. - Точно отсюда!? Не врешь? - Да отсюда-отсюда. Местный я. - А зовут Вовчик? Точно? - Ну, да. Ты чего, дядька? Тоже всю ночь бухал что ли? - Матвеич,- протянул я ему руку. - Ну, другое дело,- заулыбался Вовчик, демонстрируя неполный комплект подгнивших зубов.- А то заладил: «Точно, точно». - Извини, дружище,- постепенно приходя в себя, и понимая, что разговариваю не с пришельцем, а с жителем Земли, говорю я.- Вчера малость перебрал… - А мы тоже всю ночь в деревне соседней бухали,- разговорился Вовчик, понимая, что я не псих и не маньяк.- Вот с утра домой лыжи навострил, да чувствую - жарковато, прилег отдохнуть у речки, а тут ты бежишь как очумелый. Сразу видно – паршиво человеку. С праздничком тебя, кстати, Матвеич. - А что за праздник третьего апреля? - Ты че?- опешил Вовчик.- Вчера первое мая было… - Шутишь, что ли?- уставился я на него.- Мы ж вышли с… - Да, чувак, вчера вы здорово, по-ходу, оттянулись, если в числах на месяц потерялся,- заржал он.- Ну, ты даешь, в натуре! Меня как из котельной, уволили за пьянку, так я уже два месяца бухаю. Но числа-то помню. - Не, серьезно, что ли, сегодня - второе мая?- все еще не верю я. - Ну, да. Вчера – первое было! Мир – труд – май! На, посмотри на мобиле,- он протянул мне видавший виды Siemens C-35.- Могу похмелить. Водку будешь? Я взглянул на треснувший дисплей телефона. 02.05.200… г. Все верно. За ночь, проведенную в корабле инопланетян, на Земле прошел месяц. Вот это номер! - Давай водку. Вовчик протянул мне начатую бутылку «Пшеничной», в которой, однако, было, почти, три четверти содержимого. Я долго и жадно пил из горла крупными глотками. - Э-э, Матвеич, хорош лакать!- забеспокоился Вовчик.- Мне оставь! - Уф-ф,- протянул я ему оставшееся в бутылке.- Хорошо пошла. С армии не пил из ствола! Не ссы, друг, бабки у меня есть, щас в магазин сходим, забухаем. - Так бы сразу и сказал,- Вовчик заметно оживился.- Тут через рощицу не далеко… - Нет! Не надо!- запротестовал я. Очень мне не хотелось идти на место недавнего аутодафе.- Пойдем вокруг. Погода – отличная. Прогуляемся. Водки, пива, закуски возьмем… - Ну, хрен с тобой, пойдем вокруг,- согласился Вовчик. *** - Мужики наши в бригаде, конечно, офигели, когда меня увидели. Еще бы, месяц с лишним не было (с Вовчиком, я тогда, на четыре дня в штопор ушел). На наше место уже двух таджиков взяли. Но я у хозяина на хорошем счету был, меня он оставил. Про Рамуальдыча я всем сказал, что его машина сбила насмерть. Правду рассказывать не стал никому. Жене его то же самое написал в телеграмме, и все деньги его ей выслал. А я, мол, чего отсутствовал – сказал к дочке на свадьбу ездил, а потом в больнице лежал с воспалением легких. Хозяин, да и мужики тоже, не поверили, конечно, но с расспросами не лезли… Голова с тех пор у меня ни разу не болела… Вот, собственно, и все. Домой я пришел поздно за полночь. Лег в кровать, но мне не спалось: ворочался, смотрел на далекие звезды и размышлял. Все думал: неужели они и, правда, существуют?.. Рано утром, где-то полпятого, едва забрезжил рассвет, плюнув на идею со сном, я достал последнюю сигарету из пачки и вышел покурить на балкон. Глядя на растворявшуюся в небесной лазури луну, вспомнил народную мудрость, что утро вечера мудренее. Теперь сомнений не было. ----------------------------- * Собачье дерьмо (англ.). ** Один момент! (нем.) *** Пожалуйста (фр.). **** На закуску (фр.). 2006 – август 2007 © Сильченко Алексей, 2007 Дата публикации: 05.12.2007 01:46:36 Просмотров: 2761 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |