Аленький цветочек
Глеб Диков
Форма: Рассказ
Жанр: Юмор и сатира Объём: 16959 знаков с пробелами Раздел: "Все произведения" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
Это случилось сразу, после телефонного звонка из общества садоводов флористов. Я уже отправлял председателю комитета фотографии моих цветов, и, моя гордость, композиция «Кровавый закат, как предвестник шторма», уже заведомо был признан лучшим. Я даже освободил место на полке для кубков, для еще одного, но, на этот раз я все-таки получу «Большую розу», сделанную из тяжелой латунной стелы, обвитой золотистой ножкой со стальными шипами. Я уже представлял, с какой завистью меня будут поздравлять члены клуба, участники ежегодного конкурса флористов, когда я буду держать его в руках, и готовился составить благодарственную речь, как это заведено на подобных мероприятиях, как вдруг, из окна кабинета, я увидел человека, слоняющегося по моему саду. О Боги! Какие же они варвары, эти люди! Для них нет ничего святого, и они без тени сомнения, без зазрения совести, готовы топтать своими тяжелыми башмаками, мои Анютины глазки. Откуда этим невеждам знать, что эти полевые цветы почти не приживаются в нашем тропическом климате? Это ведь не тепличные розы или, чего лучше, герберы! Я поспешил выйти к моему непрошенному гостю, дабы попросить его сойти с моей клумбы, и… что я вижу?! Я вижу в его грубой ладони, тот самый цветок, алого цвета. Тот, самый важный элемент композиции, которую мне предстояло показывать на конкурсе! Без него не получилось бы, не просто «кровавого», а вообще, какого бы то ни было заката! От негодования я застыл на месте, и когда пришел в себя, я строго спросил его: - Потрудитесь объяснить, милостивый государь, что за предмет Вы держите в руке? Не могу не добавить, что тон мой, естественно был не самым дружелюбным, и, согласитесь, по вполне объяснимой и объективной причине. Но, моего непрошенного гостя, это не напугало. Разве что, слегка удивило кое-что, о чем стоит предупредить вас сразу. Тут дело вот в чем: Я, видите ли, чудовище! Нет, нет! Что Вы? Боже упаси! Конечно же, я совершенно безобидное существо, и социально не опасен! Есть ряд личностей, с которыми я, правда, приложив некоторое усилие с моей стороны, и приучив их уважать мою маленькую слабость к флористике, но имею постоянный контакт. Например, бакалейщик, милейший человек, который доставляет на мой остров продукты. Как-то раз, я имел с ним интереснейшую беседу о разнице между искусством флористики, и восточной икебаны, которая, по абсолютно необъяснимой для меня причине, получила такое распространение в Европе сегодня. Согласитесь, искусство икебаны, хотя и несет в себе колоссальный философский смысл, все-таки не имеет такого природного цвета, сочности и красоты живых цветов. Это скорее философия потустороннего мира – мира мертвых растений, и, по моему мнению, создана для людей, которые готовятся встретиться со смертью, что я и выразил в той беседе. Этот милейший человек, всем своим видом выразил согласие с моей точкой зрения, правда, не высказывая никаких аргументов, а лишь соглашаясь с моими доводами, немым кивком головы, и даже не взял платы за свои труды. Было совершенно очевидно, что это человек непростой судьбы, что выдавали его нервные подергивания щек, бледный цвет лица, и дрожь по всему телу. Как я уже упоминал, в наших местах климат весьма теплый, тропический, и я смею предположить, что эта дрожь была вызвана не холодом, а, скорее состоянием здоровья, хотя, признаюсь, я не детектив и не врач. Тем не менее, это показывает, что я имею относительно доброжелательные контакты с населением, что подтверждает мою безопасность. В конце концов, я вегетарианец по идейным соображениям, и соответственно этим убеждениям не могу нанести вред живому существу. Хотя, иногда хочется. И очень! Человек, нарушивший мою прелестную композицию, эту симфонию из цветов, созданную моими руками, оказался не робкого десятка, и, хотя и вздрогнул, но скорее от неожиданности, чем от моего облика. С совершенно невозмутимым видом, он сообщил мне, что в руке он держит цветок. Кто бы мог подумать? Такая наглость выбила почву из-под моих ног. На культивацию Анютиных глазок, которые должны были олицетворять небо, у меня ушел не один год! Для них здесь невероятно враждебная среда, на которой они просто отказывались цвести. А знаете ли Вы, как трудно заставить Одуванчики расти в строго ограниченном количестве, распускать свои пушистые головки, непременно к дате проведения ежегодного конкурса, и сохранять четкие очертания, чтобы нарисовать собой низкие, тяжелые облака, расстеленные над морем? И мало того, что он растоптал созданный пейзаж, он, ко всему, вырвал с корнем главный элемент картины – солнечный оттенок, прощающийся с уходящим днем своим алым отблеском! И, все это было абсолютно непонятно варвару, разрушившему не только мое произведение, мои труды, но, тем самым пошатнувшим мою репутацию, которая многое значит в определенных кругах. Возможно, это грозило мне дисквалификацией, и лишало, на долгие годы, права участвовать в ежегодном конкурсе! Вы наверняка заметили, как часто я присваиваю термин «варвар», для моего гостя. Поверьте, это звание он вполне заслуживал. По всей видимости, он был моряк, так как на его мускулистых руках повсюду были нанесены подкожные рисунки якорей и обнаженных женщин. Дефицит общения с последними, чувствовался в его манере говорить. Он использовал, порой непонятный мне жаргон, выражая свои неуклюжие мысли в упрощенной, не побоюсь этого слова, примитивной форме, позволяя себе вставить крепкое словцо. - Вы не представляете, сударь, какой катастрофичный, фатальный урон Вы нанесли мне, и моей карьере флориста! – с горечью заявил я, стараясь держать себя в пределах норм общения, допустимых в обществе. - Слушай, друг! Подумаешь, делов-то – цветок сорвал! Я ж, не для себя, пойми ты, мохнатая башка! – ответил он с той же невозмутимостью. Говоря это, он достал из кармана бутыль, с прозрачной жидкостью, пару стаканов, как будто знал о нашей встрече заранее, и, к моему ужасу, уселся на газон, усеянный синим цветом Анютиных глазок, подминая их своим задом. Из моей груди вырвался стон! Едва сдерживая себя, я спросил: - Что Вы тут делаете? - Тут такое дело! - ответил он, разливая жидкость по стаканам, и не обращая внимания на мою подавленность – У меня три дочери, все красавицы, вот, смотри! – и, вытащив из кармана мятую фотографию, он показал ее мне. Учитывая мое состояние, я не мог оценить красоту этих барышень по достоинству. Равнодушно скользнув взглядом по незнакомым мне лицам, я думал только о том, что под его ягодицами загублена работа всей моей жизни. - Видал? – хвастливо спросил он – Таких на улице не встретишь, друг, ты уж мне поверь! Я не одну улицу видел в этой жизни! Так вот! Двое из них, обычные девчонки, ну и хотят они от жизни, самого простого. Если спрошу, что им привезти с плавания, так для этого и плыть то никуда не надо. Сходи на рынок, да купи! Ну, и характер у них попроще, и женихов найти, не велика проблема. Давай-ка, выпьем за их здоровье! – и он протянул мне заполненный стакан. Отношение к алкоголю у меня вполне нейтральное. Иногда, вечерами, я балую себя бокалом душистого портвейна, настоянного на душистых полевых травах, терпкого и сладкого, сидя у камина, под треск поленьев, и куря длинную сигару с вишневым ароматом, с наслаждением перекатываю по языку несколько капель напитка, сочетая их с только что прочтенными стихами. Поэтому, я принял его предложение, рассчитывая вернуть себе рассудок, и впоследствии обдумать, как мне исправить то, что растоптал этот медведь. - До дна! – сказал мой невольный собеседник, и осушил стакан в несколько секунд. Не желая высказать своей неприязни к человеку, по сути, нанесшему мне урон только из-за незнания, я последовал его примеру, хотя и был удивлен странностью и дикостью обычая пития, продемонстрированного им только что. Подражая моему гостю, я взял стакан тремя пальцами, выставив в сторону мизинец, и опрокинул его содержимое в рот. Боюсь, я не смогу описать Вам того воздействия на мой организм, которое оказала незнакомая мне по вкусовым качествам жидкость. Откровенно говоря, вкусового качества там не было вовсе. На мои глаза навернулась пелена слез, гортань сковало спазмами, и некоторое время, я не мог вдохнуть воздух. Язык мой, перестал чувствовать вкус, а нос обонять богатую палитру запахов, коими, в силу моего занятия, наполнен мой сад. Едва придя в себя, я услышал голос моряка: - Что, хороша? – спросил он, и довольно ухмыльнулся – Спать будешь, как убитый младенец! Его метафора, не смотря на ужасную очередность слов, показалась мне достаточно точной, в своем определении. В ней звучала философия реинкарнации, которой я был весьма увлечен в мои студенческие годы, хотя в тех учениях речь шла о людях, умирающих своей смертью, в весьма преклонном возрасте, но никак не о детях. - Ну, так вот! Слушай дальше! – продолжил свой рассказ мой гость – Со старшими все понятно. А вот с младшей дочерью, прямо беда! Хочется ей, чтобы я привез что-нибудь невиданное, необычное. То, чего на рынке нет, чего в магазине не купишь. А что ей привезти, ума не приложу. Привередлива очень. Как быть, посоветуешь? - Ну, - начал, было, я, но он перебил меня. - Погоди! Чтобы я понял, давай еще по одной! – и протянул мне полный стакан. Признаться, я не знал, как ему отказать. В голове моей уже расстилался туман, и я понял, что иногда, мне все-таки не хватает общения с разумными существами, а не только с растениями. Они бесспорно прекрасны, и все же, весь смысл их красоты, философию композиции, им предает разумное существо, а ему необходимо делиться своими открытиями. На фоне бестолкового бакалейщика, мой визитер, по крайней мере, мог говорить, высказывать свои суждения. Он уже не казался мне настолько ужасным невеждой. В конце концов, не всем повезло с образованием, не говоря уже о воспитании, которое дали мне мои родители. В этот момент я подумал, что долгие годы, проведенные в одиночестве, и моя нелюдимость не дают ничего, кроме нелепых слухов о моей кровожадности, и неудержимой свирепости. Разумеется, в эти нелепые слухи верили не все. Была прослойка прогрессивных людей, хотя и они поначалу относились ко мне с недоверием и опаской. Как, впрочем, относятся ко всем, кто только что появился в обществе. К новичкам присматриваются, пытаясь оценить уровень образования, и утонченность манер. Даже меня долгое время не выносили из-за цоканья когтей при игре на клавесине, но вскоре привыкли, и этот звук уже не портил увертюры и менуэты, которые, к слову, я играл очень недурственно! Если присмотреться, под грубой личиной морского волка, в моем госте скрывались очень светлые чувства любви к его дочерям, и похвальной заботе о них, что говорило о нем, как о хорошем человеке. Я еще раз с некоторой опаской посмотрел, как он залпом опрокинул в себя содержимое стакана, и решительно последовал его примеру. - Ну, давай, мохнатый! Советуй! – сказал моряк. - Свершено очвидно, - начал я, удивляясь тому, что мой язык отказывается озвучивать мои мысли плавно, как он это делал до сегодня – что Вашим дочрям пра замуж!- с трудом закончил я. - Вот! – вскрикнул мой гость – Дай я тебя расцелую! - и мы заключили друг друга в дружеские объятия. Отплевавшись, он продолжил: - Потому-то я и приехал сюда! Как-то негоже отдавать своих девочек за фермеров. Согласен? - Несссмненно! – согласился я. - А с младшей жених покончит с собой в брачную ночь! Они же простые пахари! Это мне ее книжки по боку! – и ласково поглаживая бутыль, сказал – С этой штукой, мне никакие Кастанеды не страшны. А им каково? Нет, брат, ей нужен образованный жених, из высшего света. Ну и чтоб парень был неплохой, не задирал нос, и выпил с тестем. Когда никогда! – и тут, он посмотрел на меня – Слушай! Женись на ней! Очень выручишь. К моему сожалению, я не имел близких связей с дамами, из-за своей внешности. Редкие моменты общения, как правило, заканчивались глубоким обмороком, или резким испуганным криком, раздиравшим мои уши. Женщины более мужчин подвержены суевериям, и мой внешний вид навевал на них ужас, поэтому, я выразил сомнение, что красивая девушка пожелает видеть меня в качестве своего жениха, но, моряк возразил мне, подтверждая свои слова очередным наполнением стаканов: - Да брось! Ты прекрасно выглядишь, когда у тебя расчесаны волосы на лице! К тому же, она просто обожает всякие цветочки, а ты похоже, очень уважаешь это дело. Как, ты говорил, это называется? - Флр… Флр – Бог мой! Никогда раньше не думал, что это настолько сложное для произношения слово –Флр..стика. - Во! – и он всунул в мою руку наполненный стакан. Моя ладонь послушно сжалась, обнимая сосуд с убийственным пойлом – А я ей, в качестве предложения, вот этот цветок и вручу! Такие у нас не растут… вроде. Все же, он был очень милым человеком, мой непрошенный гость! Несмотря на истерзанное под ним мое детище, он, со своей восхитительной решимостью, простоватыми манерами, производил впечатление крайне честного человека, с искренним, открытым взглядом, и вполне трезвым рассуждением о жизни. Подумать только, он был готов отдать мне свое любимое чадо, едва узнав меня в лицо! И я, зная его всего несколько часов, уже испытывал к нему почти сыновьи чувства. - Ты давай, не грей! – сказал он мне, и мы выпили еще по одной. Удивительно, но после второго выпитого мной стакана, эта жидкость уже не казалась мне настолько омерзительной. Уже вдвоем, сидя на голубом поле, мы рассуждали о жизни, и я чувствовал себя прекрасно. Мой собеседник, оглядевшись вокруг, нашел мой сад очень красивым, что, несомненно, польстило мне. - Только, какой-то бессмысленный он! – сказал он, и я посмотрел на сад другими глазами. А ведь он прав! Все краски, ранее так гармонично сочетавшиеся, сейчас безобразно смешивались в одну разноцветную кляксу, плавая перед глазами, и от этого меня начало слегка подташнивать. - Ну, ничего! Младшенькая приложит руку, и все наладит! – продолжил мой гость – Вон там она посади укропчик, а там, где какие-то непонятные кусты, можно картошечку посадить, а то для кустов слишком много места будет. - Это не кусссты! – возразил я – Это Ленкранссская акация! – и добавил, подумав – Но, против кртошки ничво не имею. - Вот и славно! – улыбнулся он. - Я, кссстати, очень люблю кртошку! - Это правильно! – лаконично согласился мой будущий тесть. - И против лука, тоже! – добавил я. - И здесь в точку! – ответил «папа». Последовательность дальнейших действий я не помню. кажется, сначала мы пели морские песни. Затем, кажется, мы занимались перепланировкой моего сада. Мне кажется, что я звонил председателю общества садоводов флористов, и под диктовку моего гостя, куда-то его посылал, а после меня поглотила глубокая пропасть сна! Отчетливо я помню только утро, которое показалось мне серым и унылым, с незнакомым ощущением гадостности во рту, головной болью, и в незнакомом месте, в котором было большее количество странных существ, чем людей. Это уже здесь мне сообщили, что я никак не смогу вернутся к себе, к своей привычной жизни, к своему увлечению. Это здесь я понял горькую иронию слов, когда мне сказали: - А что ты думал? В сказку попал! *** - Надо бы добавить гонорар! - Посфольте, сударь, но мы обгофарифали суму саранее! - Слушай, не жмись! Крепкий попался, пришлось повозиться. Это тебе не гном какой-нибудь. Я чуть дочь родную за него не отдал! Имейте совесть! - Смею саметить, у нас четкие расценки на скасочные персонажи, с которыми мы фас оснакомили! Один персонаж – 100 марок! - А вы дайте 300 марок, и меня приплетите, и дочь мою. Я уже про старших не прошу. Но можно, же замутить историю красивой любви, цветочек этот, аленький. Иначе, что вы напишете про одно чудище? Жил, мол, да был? Бред же! Ну жил, ну был, ну водку пил с заезжим моряком, и что? В чем чудо? Где смысл? Вы сказочники, в конце концов, или хапуги? - Пошалуй, мы примем фаши услофия, но 200 марок мы оплатим после пупликации книга! - Чертовы немчуры! Ладно, давай сто сейчас, двести потом! Кто там дальше у вас, бездари? Взяв листочек с написанным на нем аккуратным почерком адресом, человек в тяжелых башмаках встал и вышел из комнаты. В коридоре он помешкал, надевая на себя морскую куртку из плотной ткани, и бережно закрыл дверь, с медной табличкой: «Братья Гринн» - Работодатели! – вздохнул он, и углубился в чтение досье. «Злая колдунья», читал он, вполголоса идя по тихим немецким улочкам, «Замужем за правителем небольшого королевства. Состав семьи: король, злая колдунья, дочь короля. Слабое место – страх перед старением. В юности выигрывала конкурсы красоты. Так, так! Выкатывание волшебным яблоком, злоупотребление снотворным… Тоже мне, колдунья! Клофелинщица обычная! Хм, а это что? Неподалеку, прииски гномов», человек вздохнул и сказал: - Да, эти могут добавить проблем! Но, с коммерческой точки зрения… Сколько их там? Семь? Чудесно! – и весело присвистывая, он направился в сторону вокзала. По дороге, он заглянул в маленький магазинчик, где купил бутылку водки, семь наперстков, и сильнодействующее снотворное в одноразовом шприце, закамуфлированном под веретено. © Глеб Диков, 2009 Дата публикации: 07.03.2009 23:32:06 Просмотров: 3563 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |