Два слова о физическом бессмертии
Вионор Меретуков
Форма: Миниатюра
Жанр: Ироническая проза Объём: 2574 знаков с пробелами Раздел: "" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
…Герман Колосовский в последние годы нередко думал о смерти. И делал это спокойно, взвешенно. Пытаясь понять, как же это так: жил, жил человек, а тут нА тебе – вдруг взял да и помер. Герман думал о завершении земного существования не так, как думает о нем какой-нибудь озабоченный смертью старик, а так, как думает философ об устройстве мира. Герман думал о смерти постоянно. Днем и ночью. И доигрался до того, что пробрался в такие ужасающие глубины познания мира, что ему совершенно расхотелось умирать. Его невероятно перепугала перспектива исчезнуть без следа и памяти – сгинуть, испариться! – из мира, в котором он чувствовал себя достаточно комфортно и с которым у него были свои, достаточно не простые, счеты. И Колосовский решил сделать всё, чтобы каким-то образом, вися над пропастью, зацепиться за край жизни и не сверзиться в бездну, где он растворился бы в вечности, причем в той малопривлекательной ее части, которая целиком состоит из прошлого. Он всерьез задумал застолбить за собой постоянное местечко среди живых людей, то есть – обеспечить себе бессмертие любыми путями и любой ценой. Его не устраивало духовное бессмертие некоторых выдающихся представителей рода человеческого, он мечтал о бессмертии физическом. Он грезил о сделке с Дьяволом. Ему чужды были сомнения и страдания доктора Фауста. Если бы вдруг разверзлась земля и в клубах зловонного дыма предстала пред ним страшная огненноглазая харя с кривыми рогами на шершавой макушке, Герман завизжал бы от счастья. Он бы принял Вельзевула как родного, жарко прижал к груди и сам бы предложил чёрту выкупить у него душу. И не за расплывчатую идею бессмертия всего человечества, – это было бы нескромно, – а за свое, персональное, Германа Ивановича Колосовского, бессмертие: бессмертие отдельно взятого индивидуума, никому не мешающего своим невинным желанием превзойти долгожительством легендарного библейского старца. Которого, кстати, не мучили проблемы нравственного порядка – жить или не жить, ему было не до этого: Мафусаил просто жил, и всё. Он бы жил и дольше, если бы во время Великого Потопа не утонул, захлебнувшись в дерьме. Смерть, конечно, мерзейшая. Но все-таки, Мафусаилом был установлен рекорд долголетия, и если бы Герману был предложен такой вариант расставания с жизнью, но при условии, что он проживет тысячу лет, он бы, разумеется, без колебаний согласился. Десять столетий полнокровного существования стоили нескольких секунд мучений перед смертью, пованивающей отхожим местом. (Фрагмент романа «Дважды войти в одну реку») © Вионор Меретуков, 2013 Дата публикации: 03.10.2013 15:47:11 Просмотров: 1907 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |