Загадки евангелий. Глава 23. "Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу" (Марк 1:3).
Ирина Хотина
Форма: Монография
Жанр: Размышления Объём: 15776 знаков с пробелами Раздел: "Критические заметки на полях Нового завета." Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
ГЛАВА 23. « ГЛАС ВОПИЮЩЕГО В ПУСТЫНЕ: ПРИГОТОВЬТЕ ПУТЬ ГОСПОДУ…» (Марк 1:3). Итак, мы переходим к исследованию следующего этапа жизни галилейского проповедника, вступившего в пору зрелости. Период этот в христианской традиции именуется «служением». Все четыре евангелиста единодушно указывают, что служение Иисуса началось с момента его прихода на Иордан к Иоанну, который якобы увидел в пришедшем «сына божьего». Но ни один из евангелистов не объясняет, почему Иисус пришел к Иоанну? Зачем ему понадобилось проделывать грандиозный путь, наверняка пешком, из Галилеи до Иудейской пустыни? Креститься у Иоанна, как уверены христиане?! Но разве тогда существовало христианство, актом приобщения к которому является «крещение»? Да и к какому «христианскому крещению» мог призывать еврей-монотеист Иоанн, в котором окружающие хотели видеть, ни много ни мало, нового пророка Яхве? Тогда о каком ритуале идет речь, когда евангелисты описывают «крещение покаяния», к которому призывал Иоанн? И, конечно же, без ответа остается самый главный вопрос, почему Иоанн выделил Иисуса из толпы приходивших к нему людей? Чтобы понять мотив паломничества евреев к Иоанну, в том числе и Иисуса, и какой на самом деле ритуал проводил Иоанн, нужно знать, кем он был, что проповедовал, к чему призывал. Никто из евангелистов, кроме Луки, не вдается в подробности, кто такой Иоанн, откуда он взялся и почему начал проповедовать, что, конечно же, обусловлено отсутствием информации о нем. У Марка он «явился» еврейскому народу: «Явился Иоанн, крестя в пустыне» (Марк 1:4). У Матфея Иоанн «пришел»: «В те дни приходит Иоанн Креститель и проповедует в пустыне Иудейской» (Матфей 3:1). Оба евангелиста ссылаются на предсказаность появления Иоанна пророками, делая упор на место, где его явление должно произойти, пустыню. Матфей, знаток Писаний, ссылается на пророка Исайю, якобы предсказавшего явление Иоанна: «Ибо он тот, о котором сказал пророк Исаия: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Матфей 3:3). Марк пророков не называет, но дает более расширенную ссылку, из которой ясно, что он считает Иоанна предсказанным ангелом-посланцем Бога: «Как написано у пророков: вот, Я посылаю Ангела моего пред лицем твоим, который приготовит путь твой пред тобою. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Марк 1:2-3). И тому и другому евангелисту особенно важен факт явления Иоанна в пустыне, а не в каком-либо другом месте. Но разве пустыня подходящее место для проповедей? И что такого необычного говорил Иоанн, что в пустыню «выходили к нему вся страна Иудейская и Иерусалимляне» (Марк 1:5)? Автор четвертого евангелия не утруждает себя деталями явления Иоанна, а начинает свою благую весть с философско-религиозных сентенций, где отводит Иоанну значительное место: «В начале было слово, и слово было у Бога, и слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез него начало быть, и без него ничто не начало быть, что начало быть. В нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его. Был человек, посланный от Бога; имя ему Иоанн. Он пришел для свидетельства, чтобы свидетельствовать о свете, дабы все уверовали чрез него» (Иоанн 1:7). На первый взгляд кажется, что перед нами достаточно грубая и косноязычная попытка соединить еврейский монотеизм с греческой философией, цементом которой служат гностические представления автора. На самом деле, четвертое евангелие начинается с ессейской концепции иудаизма, изложенной автором в том виде, какой она оказалась ему доступной и понятной. По сути, автор четвертого евангелия, сам того не понимая, начал с прямого указания на ессейское мировоззрение Иоанна. О причинах, приведших Иоанна в ессейскую секту в малолетнем возрасте, мы подробно говорили ранее («Загадки евангелий», главы 17 и 22), когда изучали легенду о рождении Иоанна, рассказанную Лукой. Но самым весомым аргументом доказательства ессейского воспитания проповедника, явившегося в пустыне, является информация Луки, что Иоанн «возрастал и укреплялся духом, и был в пустынях до дня явления своего Израилю» (Лука 1:80). А это значит, всю свою жизнь он провел в ессейской общине, обитавшей в Иудейской пустыне. Примечательно, что евангелисты достаточно подробно цитируя Иоанна, не понимают, что тот излагает основные постулаты ессейского учения. Это свидетельство того, что факт существования самой секты и принадлежности к ней Иоанна был утерян на очень раннем этапе развития христианства, а потому не был известен авторам всех благих вестей. Иначе кто-то из них хоть раз употребил бы слово «ессей» применительно к Иоанну и некоторым персонажам своих рассказов, коих, как мы увидим в дальнейшем, будет предостаточно. Ведь другой автор, современник евангелистов, Иосиф Флавий рассказывает в своих хрониках о ессеях, их взглядах и обычаях. Отсутствие этой важной информации во всех евангелиях еще раз свидетельствует, что их авторы не были ни свидетелями событий, ни участниками их, а только переписчиками рассказов, которые попали им в руки. Даже Марк, зафиксировавший рассказ своей матери, не понимает ессейской идеологии Иоанна и Иисуса, что свидетельствует о том, что его мать Мария не принадлежала к ближнему кругу Иисуса, а потому не была посвящена во многие детали происходящего. К сожалению, судьба распорядилась так, что сначала евангелисты, а вслед за ними все человечество около двух тысяч лет пребывали в неведенье относительно Иоанна и того, что же на самом деле произошло на Иордане в Иудейской пустыне вблизи Мертвого моря при встрече двух верующих евреев. И только во второй половине 20 века в пустынной местности, что описывают евангелисты, было совершено грандиозное открытие Кумрана – места обитания религиозной ессейской общины с обнаружением многочисленных рукописей, среди них фрагменты всех книг Танаха (Библии), апокрифические сочинения и документы самой секты, среди которых Устав общины. Конечно же, историкам и исследователям Нового завета было известно и ранее о существовании ессеев, но свои представления об общине они черпали преимущественно из трудов Иосифа Флавия, Плиния Старшего, Филона Александрийского, и, исходя из этих знаний, как правило, свои анализы сводили к противопоставлению христианства и ессейского учения. Примечательно, что по мере того как исследователи расшифровывали обнаруженные в Кумране находки, христианская церковь теряла к ним интерес, а сегодня их просто игнорирует. Понятно, почему! Ессейские рукописи были созданы, бесспорно, раньше большинства новозаветных сочинений, однако они изобилуют специфическими терминами и фразеологическими оборотами для выражения принципов, которыми оперирует христианство, и которые считаются основой учения Иисуса. В первую очередь обращает на себя внимание выражение «Новый завет», которое ессеи употребляли как одно из самоназваний своей общины. Почему «новый»? Потому что, по их мнению, старый завет, то есть союз с Богом, заключенный евреями на горе Синай по выходе из Египта, был осквернен жрецами Храма. Естественно, что свою общину, где все было устроено по справедливости, где не было ни бедных, ни богатых, ни рабов, ни нищих, стали называть «Новым заветом». Не за этот ли «Новый завет» поднимал Иисус чашу на тайной вечере?! Так кто такие ессеи, поставившие перед собой высокую духовную цель установить новый союз с Богом? Мы уже говорили, что ессейская секта образовалась во 2-м веке до н.э. во время гонений на иудаизм, устроенных Антиохом Епифаном. У истоков ее создания, мировоззрения и учения, стояли те представители храмового духовенства, которые отказалась предать свою веру, и вынуждены были уйти из Иерусалима в пустыню. Оставив свое высокое кастовое положение и материальное благополучие, они во главу служения Богу поставили, прежде всего, духовность. И даже когда в дальнейшем оформились идеология общины, ее структура и быт, ессеи продолжали с презрением относиться к тому жречеству, которое исполняло ритуалы в Храме, обогащаясь с их помощью. Наиболее полную информацию о жизни секты оставил Иосиф Флавий, в молодые годы пытавшийся вступить в ее ряды. Его описаниями мы непременно воспользуемся, когда будем разбирать сюжеты Нового завета. Но сейчас хочется привести цитату из сочинений другого римского историка, Плиния Старшего. С одной стороны, его слова являются констатацией факта присутствия и влияния ессейской общины среди евреев. С другой, подтверждают абсолютное незнание людьми внешнего мира правил, по которым община существовала, и идей, которые она исповедовала. «К западу от Асфальтова озера, но в достаточном отдалении от берега, чтобы избежать вредных испарений моря, проживают ессены — племя уединенное и наиболее удивительное из всех во всем мире: у них нет ни одной женщины, они отвергают плотскую любовь, не знают денег и живут среди пальм. Изо дня в день число их увеличивается, благодаря появлению толпы утомленных жизнью пришельцев, которых волны фортуны влекут к обычаям ессенов. Таким образом, хотя этому и трудно поверить, в течение тысяч поколений существует вечный род, в котором никто не рождается, ибо отвращение к жизни среди других людей способствует увеличению их числа». По поводу «тысяч поколений» Плиний, конечно, хватил. Секта просуществовала всего два с половиной века. Не разобрался он и с «плотской любовью» ессеев. Женщины среди них были, о чем свидетельствуют археологические находки женских ювелирных украшений в местах их поселений. Другое дело, какую роль ессеи отводили семье и интимным отношениям. Они не были «вечным родом, в котором никто не рождается»; им разрешалось вступать в брак с целью продолжения рода. Но особенно приветствовалось воспитание детей в их среде. Яркий пример тому Иоанн. Смешными выглядят умозаключения Плиния по поводу незнания ессеями денег. Да, обобществление имущества исключило денежный оборот внутри общины, но при этом братья не отрезали себя от внешнего мира. По найденным в Кумране монетам ученые точно определили временные границы существования секты: второй век до нашей эры – первый век нашей эры. И уж конечно, совсем не отвращение к жизни привлекало евреев в ряды сектантов. Наоборот, они жаждали изменить судьбу своей многострадальной родины, изнывающей под властью иноземных завоевателей, сначала греков, а потом римлян. И, как положено верующим евреям, они видели причину всех несчастий в грехах собственного народа, поэтому так много обвинений в адрес соплеменников бросают Иоанн и Иисус, как им казалось, из самых лучших побуждений. Ессеи, как положено глубоко религиозным евреям, нашли в священных писаниях обоснование своему появлению в пустыне и роли, уготованной им Богом. Речь идет о книге пророка Исайи, где предсказано Богоявление израильскому народу, что знаменует собой освобождение из вавилонского плена. Пророк предсказывает: прежде чем бесплодная пустыня расцветет, превращаясь в сад, Господь пошлет впереди своего глашатая с призывом к евреям расчистить путь Идущему: «Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему; всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, кривизны выпрямятся и неровные пути сделаются гладкими; и явится слава Господня, и узрит всякая плоть спасение Божие; ибо уста Господни изрекли это» (Исайя 40:3-5). Жившие у Мертвого моря ессейские монахи были уверены, что роль глашатаев Господь определил именно на их долю. В этом месте следует внести историческую справку. Дело в том, что в реальности существовало два пророка Исайи. Первый – настоящий, деятельность которого протекала в Иерусалиме в 8 веке до н.э., приблизительно между 733 и 700 гг. Второй - анонимный, пророчества которого касались событий вавилонского пленения евреев в 6 веке до н. э. Этот безымянный гений для придания авторитетности своим пророчествам подписывался именем пророка Исайи. А потому иудейская традиция поместила его откровения в книгу пророка Исайи. И только в 12-15 веках н.э. возникли сомнения в том, что тексты книги принадлежат одному автору. В дальнейшем сомнения подтвердились, но из-за отсутствия возможности что-либо менять в священных писаниях, автора пророчеств, начиная с 40 по 66 главы, стали называть Второисайей. Безусловно, этот исторический нюанс не был известен ессеям, поэтому в общине пользовалась популярностью вся книга пророка Исайи, но особенное значение придавалось главам, составляющим ее последнюю треть. О таком отношении свидетельствуют рукописи книги пророка Исайи, найденные в пещерах Иудейской пустыни. Но что особенно примечательно, главы заключительной трети книги, автором которых современный иудаизм считает Второисайю, представляют отдельные свитки. Поэтому нет ничего удивительного в том, что все евангелисты начинают свои рассказы о деятельности Иоанна с трактовки слов о «гласе вопиющего в пустыне», которыми открываются пророчества Второисайи. Евангелие Марка начинается с этого образа: «Как написано у пророков: вот, Я посылаю Ангела моего пред лицем твоим, который приготовит путь твой пред тобою. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Марк 1:2-3). Теми же словами начинает свой рассказ об Иоанне евангелист Матфей, уточняя, о каком пророке идет речь: «Ибо он тот, о котором сказал пророк Исаия: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему» (Матфей 3:3). Еще более широкую цитату из книги Исайи дает Лука, но, в отличии от Марка и Матфея, он не персонифицирует образ «гласа, вопиющего в пустыне», предлагая читателю самому применить пророчество к Иоанну: «Как написано в книге слов пророка Исаии, который говорит: глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему; всякий дол да наполнится, и всякая гора и холм да понизятся, кривизны выпрямятся и неровные пути сделаются гладкими; и узрит всякая плоть спасение Божие» (Лука 3:4-6). Единомыслие, проявленное евангелистами, свидетельствует о том, что в рассказах, попавших в руки каждого из них, имелась цитата из книги пророка Исайи. Наличие разнящихся трактовок и контекста, в который встроена цитата, позволяет утверждать, что это были рассказы разных авторов, которые своими словами излагали собственный взгляд на одну и ту же идеологическую концепцию, т.е. имели какой-то общий первоисточник. Такой первоисточник нашелся среди Кумранских рукописей. Им является Устав общины, где в столбце VIII имеются строки, регламентирующие поведение людей, желающих вступить в общину. Сначала неофиты должны «утвердиться в основе общины в течение двух лет при совершенном поведении». После чего «они станут общиной в Израиле по этим правилам, пусть отделятся от местопребывания людей Кривды, дабы идти в пустыню, чтобы проложить там дорогу Яхве, как написано: "В пустыне проложите дорогу для Господа, ровняйте в Араве торный путь Богу нашему". Заканчивается раздел устава словами: "И таков закон для всякого, присоединившегося к общине". Смысл требования ессеев идти в пустыню не в вопиющем одиноком безответном гласе, как представляется с легкой руки евангелистов, и не в персоне Иоанна, которому евангелисты определили роль этого гласа, и уж конечно, не в подготовке прихода Иисуса. А в том, что глас должен призывать готовить путь Яхве даже в пустыне, ибо с Его приходом осуществятся все чаянья детей Якова. Во исполнение этого требования общины и осуществляет ессей Иоанн свою деятельность, оказавшись волею судеб в пустыне с раннего детства, воспитанный духе ессейского мировоззрения, существовавшего в рамках иудаизма. Потому людям, посланным от фарисеев, на их вопрос «кто же ты? чтобы нам дать ответ пославшим нас: что ты скажешь о себе самом?» (Иоанн 1:22), отвечает, что он не пророк, не машиах, «я глас вопиющего в пустыне: исправьте путь Господу, как сказал пророк Исаия» (Иоанн 1:23). © Ирина Хотина, 2016 Дата публикации: 23.01.2016 23:00:24 Просмотров: 2408 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |