Резня в Техасе, или Съешь, Марс!
Виталий Каневский
Форма: Рассказ
Жанр: Ироническая проза Объём: 10528 знаков с пробелами Раздел: "Гурманизмы (из сборника "Гурманы всех стран, объедайтесь!") Мингурманства предпреждает: все написанное ниже следует читать НЕ НАТОЩАК! Диетчикам, фанатам питания по группам крови, сыроедения, яблочного уксуса, уринотерапии и прочим слабонервным - просьба удалиться. :0)" Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
- Шо это? - с мягким украинским акцентом, недоумел техасец. Айк Бульба знал тучу языков, легко переходя с венгерского на эстонский, не говоря уже о немецком с итальянским. - Это… - иронично глядя на немодный костюм Бульбы, из брюк которого выглядывали расшитые техасские сапоги-«хайбутс», начал было официант. - Это… - гордо глядя в меню, попытался спасти ситуацию я. - Шо? - не оставил нам надежды Айк, кривясь то ли от досады, то ли от боли в колене, напоминающем в гадкую погоду об отступлении у Меконга. ... - Зачем я послушал этого мошенника Диоскорида! Что толку в его отрицании в лечении «всяких таинственных средств», его уверения о действии чудесного мемфисского камня – пустая болтовня, - потирая больное место, подумал страждущий. ... - Стейк! - держа марку, подсказал воин общепита. - Ну, отбивная такая, - добил Бульбу мой коллега. - От ты дайош, хлопец, - развеселился тезка гоголевского парубка: - Я б руки поотбивал, кто это делал. Какой это стейк, шо за отбивная? Давай так, приедешь в Хьюстон, я тебе покажу настоящий стейк – большой техасский. Там и переверим, какой ты едок. - Да съем я ваш техасский запросто, - ожил я, натренированный на щирых киевских застольях. - Желаете взглянуть на процесс? – не сдавался смышленный официант. Укрепляя дружбу и аппетит, всей компанией двинулись на кухню. На сковороде что-то шкварчало, стреляя жиром на все четыре стороны. - И это… - предположил Бульба, уклоняясь от жировых пуль. - Стэйк! – рассеял сомнения повар с революционным цветом щек. - Это? – всматриваясь в чад, не верил Айк. Перенесемся, минуя пространство и время, в всегда банно-жаркий Хьюстон и направимся вместе с нашим другом Айком (урожденным Игорем) Бульбой в местное заведение с характерным названием «Олд стейк хауз». ... В храме было душно от дыма и благовоний другого происхождения. ... Вы бывали в Техасе? Попробуйте сказать там, мол, у вас в Америке. Южанин с сожалением взглянет на вас и пояснит: «Не в Америке, а в Техасе!». Техас, как бинокль воображения, поражает европейца в самое сердце. Заходим в милый старый дом стейков, где вас встречают девицы с боа на шее, в одеяниях, известных по вестернам учреждений, кооперирующихся с салунами. Стараясь не очень таращиться на красную с блямбой подвязку на очень даже и очень бедре сотрудницы стейкохаты, препровождаюсь к старинным весам, на которых, вероятно, еще взвешивали угнетенных жителей Африки. С зажатым в руке билетиком, где мои тактико-технические данные после взвешивания для дальнейшего, при выносе выходе поевшего, вычисления набранных калорий выражены в таинственных фунтах и унциях, захожу в помещение для поедания знаменитых стейков. Уютный зальчик метров сто в длину и пятьдесят в ширину, стены до самого потолка (так, метров десять - допрыгнуть) увешаны старинными афишами, вывесками, номерными знаками и еще, не знаю, чем. Где-то вдали находится сцена, на ней сразу два рояля (помните, бинокль), на обоих, видимо, что-то играют, но мирная беседа сотен харчующихся делает из этого немое кино. Духовное – рядом с бытием, на той же сцене пребывает повар в непременном колпаке, вызывая своими пассами из рабочего места адские языки пламени. Вам этого мало? Тогда отвлекитесь на звякающие звуки, падающие на голову с далекого потолка. Над жующими на цирковой трапеции раскачивается техасская дивчина в балетной пачке. Суть амплитуды состоит в доставании ногой здорового коровяцкого колокола, закрепленного в зените. Стараясь все это усвоить, сажусь за стол. Милая дева приносит теплые булочки и улыбчиво интересуется целью желудка. - Не передумал? - гуманно интересуется Айк. - А то! - браво отвечаю я. - Биг тексан стейк для этого парня, - улыбается Бульба. - Big Texan? - с сочувствием глядя на меня, не верит девушка. - Да, у нас тут пари, - подтверждает мой спутник. - Будете выбирать кусок сами? – смутил меня вопрос. - Пожалуйста, сами, настоящий ти-боун, - прикинулся я знатоком, вспоминая прочитанное. - С кровью, средний или прожаренный? - не давала покоя гёрл. - Конечно с кровью! – проявил форс ваш слуга. В ожидании чуда съел еще булочку, не подозревая о роковой ошибке. Места для некурящих, делать нечего, изучаю носящуюся под потолком даму. ... - Божья еда, вот она – пища олимпийцев! – пронесся ропот по храму. Толпа плебеев пододвинулась ближе к мясу. ... Озираясь на удивленно-восторженные лица, увидел официантку, несущую что-то, похожее на дно бочонка. Потом деревянный круг приземлился на стол, лишив меня речи и всякого желания побеждать. Вы понимаете, что такое полтора фунта и сколько-то еще всяких унций мяса? Уважаемые, вот этот крошка-стейк весит 72 унции: http://img523.imageshack.us/img523/8498/txamasteakgalgb6.jpg , мне принесли где-то как-то 24, то есть примерно 600 грамм МЯСА! Решив проверить, не сон ли это, приподнял край исполина. ... Придерживая белый плащ, он наклонился к жертвенному грилю, едва не подставляя клобук-арех под огонь: «Боги, вы будете это есть! Пошлите мне знак и верное предсказание!» и потянулся рукой к шипящему мясу. ... Жар опалил мои пальцы, закупорив ими рот и готовые к вылету впечатления о всех родственниках знойной плоти. ... - Марс тебя возьми и мать его теленка! - возопил опаленный служитель культа, заталкивая дланью богохульство обратно в уста. ... - А совсем не плохо, а очень даже вкусно, - забываю я про увечья, облизывая мясной сок. ... - А Венера таки не дура такое вкушать, Сатурн ее подери, - поражается он, подумывая о смене профессиональной ориентации. ... Взглянув вверх, подумал, что девушка хочет из жалости меня убить – в руках она держала тесак с зубчиками, видимо, украденный со съемок очередного «Рэмбо». Милосердие взяло верх и страшное оружие легло рядом с вилкой. Я взял клинок и взглянул на лежащее огромное тело еды. ... Испуганные люди отшатнулись, увидев нож в его руках. - Жертву, он ищет жертву! - закричал кто-то, обкуренный чадом и благовониями. ... Никогда, умоляю вас, никогда не стройте из себя знатока, в чем вы не, как говорят на родине Бульбы, не петрите. Сантиметра три с половиной (или в дюймах хотите?) толщиной, с небольшой кусабельной зоной в миллиметров пять с обеих сторон, остальное – просто практически сырое мясо. Завидуя уже усопшим морякам «Варяга», бодрясь их же песнью, делаю слабую попытку отторгнуть мачете кусман монстра, с тоской нуждаясь в главном инструменте фильма «Резня бензопилой в Техасе». Может быть у жуткого племени людоедов-лестригонов были хорошие зубы, пусть. Но мы, жалкие продукты цивилизации можем только максимум макароны перекусывать. Вставлю золотые никелевые зубы и женюсь – вот тогда, наверное, смогу терзать сверкающими клыками это все «с кровью». А пока смог только найти спасительный путь – резать гада на маленькие кусочки и просто глотать. ... Острым клинком незаметно отсек он часть олимпической пищи, ожидая неминуемого удара молнией в остроконечный головной прибор. ... Напоминая себе гуся на пути к «фуа гра», с ужасом обнаруживаю на деревянном поддоне, напоминающем щит спартанца, картоху-переростка, грамм эдак под пятьсот, завернутую в веселенькую фольгу с позументами дома Валуа. - На картошку не договаривались! – мычу набитым ртом. - Ладно, не ешь, – соглашается гуманист Айк. Решаю применить стратегическое оружие: - Водки пусть принесет! Девушка доставляет к столу такую себе рюмочку грамм на двадцать плюс погруженную оливку, архимедовски понижающую водоизмещение сосуда процентов на двадцать. - Бутылку пусть несет или графинчик! - неистовствую я. - Ты шо-о-о, какая бутылка, тут столько не пьют! – шипит Бульба, оглядываясь. - Окей, пусть три рюмки тащит, а лучше пять! – жуя десятую унцию, молю я. Принесла, принимаю все три дозы. ... Достав из-под плаща тайную флягу с фалернским алкоголем, он запивает божественный обед. ... Стейк, борясь за пространство с ошибочно съеденными булочками, изнуряет желудок и рассудок. По-моему, за соседними столами делают ставки и победитель улыбается кровавой тушей, истекая соком. ... - Чудо! Чудо мне ниспослали боги! - лихорадочно записывает на дощечке рецепт кулинар Олимпа: - Плоть бычью от ребер срединных отсечь непременно, жертвенный гриль над огнем чтобы ею украсить и блюдо отменное гражданам Рима отведать. ... Как пишут в романах – прошли годы. Через пол-часа моих тортур добряк Бульба признал поражение, простив недоеденные унции. - Хочешь взглянуть, как готовится настоящий стейк? – повлек меня к сцене Бульба. Неугомонные полтора фунта ревностно взбрыкнулись в желудке и я бежал прочь, забыв отметить в билетике и на рабоизмерительных весах конкретное прибавление в массе брутто. Я изучил это позже, читая множество (а их более ста) рецептов этого культа еды и образа жизни. Чем стейк отличается от отбивной? Правильно, стейк не подвергается унизительной экзекуции путем акустического раздражения соседей и ответных сигналов по батарее. Стейк, гурледи и гурджентльмены – это цельный кусок плоти, научно вырезанный из конкретного телесного месторасположения. Не надейтесь, что мы обойдемся здесь без стихов: Что Марс, Нептун, Зевес, всё сонмище богов Не стоят тучных жертв, ниже под жертву дров; Что агнцев и волов жрецы едят напрасно; Сие одно, сие казалось быть опасно. - не вспомнился сразу Ломоносов. «Маргарите показалось, что она пролетела где-то, где видела в громадных каменных прудах горы устриц. Потом она летала над стеклянным полом с горящими под ним адскими топками и мечущимися между ними дьявольскими белыми поварами. Потом где-то она, уже переставая что-либо соображать, видела темные подвалы, где горели какие-то светильники, где девушки подавали шипящее на раскаленных углях мясо, где пили из больших кружек за ее здоровье», - пришли в голову любимые строки Мастера. ... Мы писали стихи поочередно, Подбирали размеры и меняли, Пили, шуткой на шутку отвечали. И ушел я, твоим, Лициний, блеском И твоим остроумием зажженный, И еда не могла меня утешить, не соглашался он с Катуллом, сожалея от невозможности разделить с поэтом радость от вкушания пищи богов. ... - Шо это? – с неистребимым полтавским акцентом недоумел техасский дядька Бульба. - Это настоящий чемергез, - ответил я, провезший самогон через все границы и таможни в бутылке от вина «Оксамыт Украины». - Давай сядем, выпьем и споем: Розпрягайте, хлопці, коні, та лягайте спочивать, А я піду в сад вишневий, в сад криниченьку копа-а-ть... ... Старый авгур сидел, опершись на посох, смотрел на холмы Рима и негромко пел. ... © Виталий Каневский, 2008 Дата публикации: 20.03.2008 12:41:25 Просмотров: 2941 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |