Загадки евангелий. Глава 27. «У кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же» (Лука 3:11).
Ирина Хотина
Форма: Монография
Жанр: Размышления Объём: 13702 знаков с пробелами Раздел: "Критические заметки на полях Нового завета." Понравилось произведение? Расскажите друзьям! |
Рецензии и отзывы
Версия для печати |
ГЛАВА 27 "У КОГО ДВЕ ОДЕЖДЫ, ТОТ ДАЙ НЕИМУЩЕМУ, И У КОГО ЕСТЬ ПИЩА, ДЕЛАЙ ТО ЖЕ» (Лука 3:11). Теперь обратимся к евангелию Луки, который наиболее полно раскрывает деятельность Иоанна, описывая сцены, которых нет у других евангелистов. Читая его благую весть, становится понятно, что по мере того как распространялась молва о необычном пустынном проповеднике, к нему со своими чаяньями начали стекаться люди разного достатка, разных социальных сословий и профессий. Это и горожане, и селяне, и сборщики налогов, и военные наемники. Евреи шли к Иоанну, потому что он проповедовал в духе прежних иудейских пророков: изобличал пороки людей, призывая к праведности, в точном соответствии с требованиями иудаизма. Но в то же время, в его словах и требованиях были существенные отличия. Вот об этих отличиях мы сейчас поговорим подробно. Уж коли мы начали с паломников, количество которых весьма озаботило храмовое духовенство, то рассмотрим, о чем же конкретно проповедовал Иоанн? В чем состояли его рекомендации, кои он давал разным людям, считая, что при их исполнении жизнь этих «детей кривды» измениться к лучшему? В чем видел он главное зло, которое делает людей несчастными? Судя по словам Иоанна, оно исходило от частной собственности и стремления к ее увеличению путем отъема у других. До Иоанна ни один иудейский пророк, предъявляя претензии к богатым и власть имущим, не говорил о социальной несправедливости. Почему эта тема стала одной из приоритетных в проповедях Иоанна? Потому что он был воспитан на ессейской идеологии, которая рассматривала частную собственность как универсальное зло. Более того, ессеи нашли способ искоренения этого зла в своей среде, сделав имущество членов секты общим достоянием с последующим справедливым распределением. Иоанн всю жизнь с младенчества провел в условиях, где каждый, внося посильный материальный вклад, получал по потребностям. Не мудрено, что он решил перенести идеи такой «коммунистической» справедливости во внешний мир, осчастливив тем самым остальных. Потому, самым первым и, следовательно, самым важным требованием Йоханана А-Матбиля является справедливое распределение имущества. Требование это звучит ответом на вопрос людей, что им делать после того, как они свершили «покаянную твиллу», которую евангелисты назвали «крещением». «Спрашивал его народ: что же нам делать? Он сказал им в ответ: у кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же» (Лука 3:11). Говоря современным языком, Иоанн проповедует ессейские идеи утопического религиозного коммунизма с его аскетическими нравственно-религиозными нормами. Но если ессеи, отвергая пользу и справедливость частной собственности, требуют, чтобы субъектом всех имущественных прав была община, то Иоанн переносит это требование на социальное общество вне общины. Поэтому в его заявлении речь идет не об обобществлении имущества, а об его разделении между гражданами, что является развитием ессейской «философии нищеты» о справедливости. В этом аспекте Иоанн стал истинным предтечей Иисуса, который в дальнейшем сделает ессейскую идею аскетизма и справедливости в вопросах собственности главным требованием к богатым людям, пожелавшим присоединиться к нему. Иисус, решив претворить в жизнь мечту о справедливом устройстве еврейского общества, где все должно быть подчинено Закону-Торе как у Всевышнего в «царствии небесном», будет предлагать богатым поделиться с неимущими: «если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах» (Матфей 19:21). Здесь необходимо пояснить, о каких «нищих» идет речь. Дело в том, что ессейские общинники, выступая против угнетения и богатства, называли себя не только "сынами света", но и "общиной бедных", а так же "простецами", бедняками или нищими, на иврите - "эвионим" (в греческой транскрипции - эбиониты). Поэтому можно предположить, что предлагая богатым «раздать нищим» вырученные от продажи своих земель деньги, Иисус имел в виду не абстрактных нищих, а конкретную "общину бедных", т.е. ессеев. Другое дело, мы можем лишь догадываться, насколько широко он предполагал раздвинуть границы общины. Так случилось, что утопическим идеям Иоанна и Иисуса о справедливом распределении собственности между людьми не суждено было даже начать воплощаться в жизнь. Однако, исходя из знаний последующей многовековой истории человечества, можно предположить закономерный плачевный финал подобного социально-экономического «эксперимента», признай иудейское духовенство Иисуса машиахом, поддержав его тем самым в борьбе за власть в еврейском государстве. Однако ессейская доктрина обобществления имущества и его справедливого распределения в рамках закрытого сообщества была в полной мере реализована в первой иудохристианской общине: «Все верующие были вместе и имели всё общее: и продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деяния Апостолов 2:44-45). В дальнейшем христианство сохранило общность имущества только в стенах монастырей. Следующие рекомендации Иоанна так же связаны с ессейским учением, а именно с постулатом о зле, которое происходит от стремления людей, обличенных властью, использовать свои полномочия для обогащения и угнетения других. Механизмом искоренения этого зла и гарантией правильного исполнения каждым человеком своих обязанностей ессеи считали строгое соблюдение Закона, т.е. Торы, и, что очень важно, своего Устава. Исходя из этого, ессеи руководствовались тремя основными принципами: любовью к Богу, любовью к добродетели, любовью к человеку. Ессейский Устав предписывал: быть справедливым ко всем; никому не вредить; достигнув власти, не превозноситься; воздерживаться от незаконной прибыли. Поэтому сборщикам налогов, Иоанн советует не брать с людей ничего сверх положенной суммы, т.е. не пользоваться служебным положением с целью личного обогащения: «ничего не требуйте более определенного вам» (Лука 3:13). Военным наемникам Иоанн так же рекомендует не пользоваться силой своего положения в личных целях: «никого не обижайте, не клевещите, и довольствуйтесь своим жалованьем» (Лука 3:14). Но квинтэссенцией ессейского учения явилось предсказание скорой неизбежной очистительной войны. Ессеи считали, что помимо людей в ней должны участвовать космические духи добра и зла, ангелы и сатана. Война эта должна быть длительной, лет эдак на сорок. И в ее огне предстоит сгореть за свои грехи всем «детям Тьмы». Поэтому ессей Иоанн, искренне и фанатично верящий в неизбежность предстоящего апокалипсиса, рисует устрашающую картину скорого будущего людям, пришедшим на Иордан для ритуального омовения: «Уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь» (Лука 3:9). Он обещает неотвратимость наказания каждому в этой грандиозной чистке: «Иоанн приходившему креститься от него народу говорил: порождения ехиднины! кто внушил вам бежать от будущего гнева?» (Лука 3:7). Здесь следует понимать важный нюанс: евреи, вступившие в ессейскую секту и подчинившие свою жизнь ее правилам, тем самым готовили себя к решающей схватке с "сынами Тьмы" - носителями злого начала, будучи уверенными, что очистительная война, которая разразится, должна стать для сил Добра великим благом. Потому что считали, Бог и высшие силы Света уничтожат сынов беззакония. В кумранской рукописи "Устав войны" говорится, что после победы "в руки бедняков передашь ты врагов всех стран, в руки склоненных к праху (предашь их), чтобы унизить могущественных из народов, чтобы воздать воздаяние нечестивцам..." Более того, ессеи были уверены, что они, как благочестивые избранники, будут жить вечно. Не эту ли «жизнь вечную» будет обещать в дальнейшем Иисус присоседившимся к нему, открывая тайное ессейское учение, идя в этом вопросе вслед за Иоанном. Да, первым нарушил тайну учения, предав его огласке Иоанн. Потому и получивший в дальнейшем прозвище Предтеча. Конечно же, пойти на подобный шаг, ему, как это обычно бывает с религиозными фанатиками, было велено свыше: «Был глагол Божий к Иоанну, сыну Захарии, в пустыне» (Лука 3:2). Он решил дать шанс соплеменникам вне секты попасть в число избранников и спастись в огне предстоящей войны. Для чего «явился» еврейскому народу в облике Элиягу, как было предсказано пророком Малахией, специально выбрав место, откуда по легенде Элиягу вознесся в небо. И стал требовать от людей ессейского покаяния в грехах: «И он проходил по всей окрестной стране Иорданской, проповедуя крещение покаяния для прощения грехов» (Лука 3:3), обещая им спасение только в случае раскаянья. Еще раз уточним, к какому действу, на самом деле, призывал Йоханан А-Матбиль, он же Иоаганес Баптистес, он же Иоанн Окунатель. Он предлагал пройти привычный для евреев ритуал водного очищения в микве, но с обязательным публичным покаянием в грехах, что предписывал ессейский Устав. Почему именно покаяние считалось у ессеев пропуском к «спасению»? Потому что они видели в каждом человеке из внешнего мира, независимо от его статуса и положения, его недостатки, несовершенство, склонность к грехопадению, с которыми пытались бороться. Одним из способов исправить человеческие недостатки являлось публичное признание своих грехов, то есть духовное очищение, после которого можно начать жить по-новому, сделав приоритетом в отношениях между людьми справедливость, правду, скромность, послушание и любовь. Но что такого необычного, особенного было в этом покаянии, что в последующем оно было названо «крещением»? Для ответа на этот вопрос нужно уточнить, какие действия предписывает Тора-Закон для очищения от грехов. Прежде всего, в Торе определен подробный перечень действий человека, которые следует считать грехом. Более того, грехом считаются даже те неблаговидные поступки, которые человек совершил по незнанию. Прекрасной иллюстрацией того, как поступали евреи для очищения своих грехов, является рассказ в евангелии от Луки, где описывается, как Мария и ее муж с младенцем на руках пришли в Иерусалимский Храм, «когда исполнились дни очищения их по закону Моисееву» (Лука 2:22). Речь идет об очищении каждой роженицы через определенное время после родов во исполнение предписания «закона Моисеева»: «Если кто безрассудно устами своими поклянется сделать что-нибудь худое или доброе, какое бы то ни было дело, в котором люди безрассудно клянутся, и он не знал того, но после узнает, то он виновен в том» (Левит 5:4). О чем речь? Во время родов любая женщина испытывает такую сильнейшую боль, что зачастую в беспамятстве может клясться, больше никогда не рожать детей. А может, и того хуже, обвинять Всевышнего в несправедливости решения о рождении детей в муках. Вот эти крамольные мысли и слова, сказанные по незнанию и безрассудству, считаются в иудаизме греховными и требуют очищения. Где? Каким образом? Приношением жертв в Иерусалимском Храме. Поэтому новозаветные персонажи, как и положено евреям, отправились в Храм для того, чтобы принести грехоочистительные жертвы. Конечно же, обычай жертвоприношения восходит к очень глубокой древности, а его широкое распространение свидетельствует о том, что он отвечал глубоким психологическим потребностям людей древних цивилизаций. Жертвоприношения являлись актом укрепления связи человека или общины с божеством путем принесения ему в дар предметов, обладающих ценностью для жертвователя. Самым ценным считалась человеческая жизнь, особенно детская. Однако первый библейский патриарх Авраам совершил религиозную революцию, не только приобщившись к одному единственному Богу, но и отказавшись принести в жертву сына Ицхака, ссылаясь на волю своего Бога, решительно и сурово отвергавшего приношение людей в жертву как изуверский элемент любого культа. В дальнейшем обычай жертвоприношений приобретет в иудаизме более возвышенный смысл, став выражением покорности и благодарности Богу и, конечно же, основным средством искупления грехов и очищения от скверны. Ко времени Нового завета в иудаизме сложилась сложная система очищения от грехов, которая предусматривала все случаи и события общественной и частной жизни, связанные с обязательным или добровольным жертвоприношением. И вот явившийся «невесть откуда» Иоанн, внешне и по поведению похожий на пророка Элиягу, которого с надеждой и нетерпением ждут евреи, заявляет пришедшим на Иордан людям, что для очищения совсем не обязательно ходить в Храм и приносить жертвы Богу; мол, Всевышнему достаточно признания в грехе и публичного покаяния. С точки зрения ортодоксально иудаизма, такие призывы являются прямым покушением на основы религии праотцов. Не случайно, как только о проповедях Иоанна стало известно в Иерусалиме, к нему пожаловала делегация из Храма. Но убедившись, что пустынный проповедник не представляет собой серьезной угрозы, так как не позиционирует себя ни машиахом, ни воплотившимся пророком Элиягу, ни новым пророком, духовные авторитеты удалились, не предприняв против Иоанна никаких карательных мер. Действительно, пока существовал Храм, никакие призывы и проповеди всевозможных лжепророков, коих во все времена в еврейской истории было предостаточно, не были страшны даже для незначительного колебания устоев. Однако все поменялось через несколько десятков лет с разрушением римлянами Храма. Римляне разрушили не просто Храм, но и привычный жизненный уклад евреев, опиравшийся на многовековые религиозные заповеди, большинство из которых так или иначе было связано с Храмом. Образовавшаяся гигантская пустота требовала заполнения какими-то другими ритуалами и формами. И тут весьма кстати пришлись ессейские взгляды Иоанна, взятые на вооружение первой иерусалимской иудохристианской общиной, в которую трансформировалась ессейская секта. © Ирина Хотина, 2017 Дата публикации: 08.03.2017 13:32:37 Просмотров: 2132 Если Вы зарегистрированы на нашем сайте, пожалуйста, авторизируйтесь. Сейчас Вы можете оставить свой отзыв, как незарегистрированный читатель. |